Версия для печати
8 октября Православная Церковь почитает память человека, который оставил по себе немало благочестивых подвигов. Но, наверное, еще больше ― загадок.
Речь пойдет о старце-подвижнике Киево-Печерской Лавры Досифее, рясофорном монахе-затворнике.
Документальные данные о нем обрывочны, а предания ― разноречивы. Однако при сравнении имеющихся сведений, достоверные можно отличить от нуждающихся в проверке.
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:
Преподобный Досифей Киевский ― «он» или «она»?
Представляем вниманию читателей 12 фактов из, пожалуй, самой романтичной, «женской» версии «Жития» преподобного Досифея в изложении Владимира Зноско.
Можно принимать тот или иной вариант, но бесспорным остается одно ― человек, прославленный Церковью в лике святых, явил при жизни образец добродетели и подвига, помогал людям и заслужил у Господа право как святой молиться у Его Престола.
Богачка из знатного дворянского рода
В 1721 году в богатой и знатной семье рязанских дворян Тяпкиных родилась дочь. Род Тяпкиных, как следует из родословной, происходил «от мужа честна Василия Варгоса», выехавшего в Москву в XIV веке. Его потомки носили прозвище «Тяпка» и стали родоначальниками Тяпкиных.
Младенец был крещен с именем Дарья.
Окруженное роскошью и довольством, дитя обещало быть в будущем украшением семьи. Казалось, все земные блага собрались вокруг хорошенькой девчушки, чтобы предоставить со временем всевозможные утехи и радости жизни.
Но... судьба решила иначе.
2-хлетняя малышка ― на попечении бабушки в монастыре
Когда малютке Дарье было два года, ее родители посетили святые места Троице-Сергиевой Лавры. По пути они остановились в Вознесенском монастыре у старицы Порфирии, бабушки преподобной, незадолго до того решившей посвятить остаток своей жизни Богу.
Когда любвеобильная бабушка в первый раз увидела свою внучку-красавицу, то до того привязалась к ней, что ни за какие блага не пожелала расстаться с маленькой крошкой.
По настоянию Порфирии Дарья осталась у неё и находилась в благодатных стенах монастыря до девяти лет. Порфирия усердно воспитывала внучку, прививая ей христианские добродетели: смирение, нестяжательность, послушание, любовь к ближнему.
До 16 лет спала на доске и постилась, как монахи
Когда Дарье исполнилось 9 лет, родители решили взять ее из монастыря. Но благонравной юнице такая весть пришлась не по сердцу.
Однако честь дворянского рода, к которому принадлежала Дарья, требовала от нее светского воспитания и разностороннего образования.
В результате, когда родители забрали дочь в семью, Досифея, вкусившая к тому времени радость общения с Богом в послушании и покаянии, не смогла ужиться с нравами дворянской жизни.
До шестнадцати лет она сохраняла в семье подвижнический дух: спала на доске, была чужда развлечений своих родных и никогда не ходила на балы и прочие светские собрания.
В обычные дни не употребляла ни мяса, ни молока, ни яиц. А в среду и в пятницу не ела вовсе.
Живя в миру монашеской жизнью, сторонясь всего мирского, стремилась к одному ― Царству Христовому.
Тем не менее, над ней все же нависла угроза замужества. Ведь в ту пору для женщины не было третьего жребия: или Бог, или человек, то есть муж; или сораспятие Христу, или земное счастье. Но его-то как раз Дарья и не искала…
Сбежала из дома
Ей пришлось убежать из дому. И в шестнадцать лет идти в Москву в поисках монастырского пристанища.
Случилось это весной 1736 год. На дворе стоял май. Весна была ранняя, теплая, приятная. И Дарьины сестры решили пойти в лес на прогулку.
Чтобы им было веселее, пригласили с собой и младшую сестру. Она согласилась.
Роща была недалеко. Густым, зеленым шатром раскинулась она под голубым небом, удерживая внутри себя густой аромат весеннего воздуха. Высокие сосны, перемешавшись с ветвистыми елями, тихо покачивали своими верхушками, бросая на землю сладостную тень...
Дарья оглянулась. Кругом не было никого. «Неужели сейчас? - подумала она. - Конечно, сейчас... Никто не увидит меня, никто не откроет моего тайного побега. Только не ищите меня. Теперь я не для вас. Я навсегда покидаю вас ради Господа».
Три года была «иноком» в Троице-Сергиевой Лавре
Сбежав таким образом от родных, она стала искать место для начатия иноческих подвигов. И, не долго думая, Дарья направилась в Вознесенский монастырь.
Но мысль, что именно тут, у бабушки Порфирии, ее, прежде всего, и будут искать родные и силой вернут домой, остановила беглянку.
Дарья вышла из монастыря, остригла волосы, приобрела на базаре мужское крестьянское платье и, переодевшись, направилась в Троице-Сергиевскую Лавру, представившись беглым крестьянином Досифеем.
Троице-Сергиева Лавра, первая половина XVIII в.
Законы тех времён разрешали настоятелю принять такого юношу в братию только с ведома Священного Синода или императора.
Тем не менее, Досифея оставили на послушании.
Три года длилось такое пребывание подвижника в монастыре, однако родители Дарьи, обыскавшиеся её к тому времени, заехав как-то в святую Лавру, издалека приметили Досифея и организовали с ним встречу.
Опознав ждущих встречи родных, Досифей не стал дожидаться разоблачения и тотчас направился в Киев.
Выбрала пещерную жизнь
В Киево-Печерской лавре Досифея также не приняли. Настоятель архимандрит Илларион (Негрембецкий), не решаясь лично приютить беглеца, доложил об этом митрополиту Рафаилу Заборовскому. «Вероятно, - думал настоятель, - этот беглец натворил какого-либо зла и скрывается от глаз правосудия».
Митрополит Киевский Рафаил Заборовский, (1747)
Архипастырь призвал Досифея к себе и, видя перед собою благообразного юношу-крестьянина, удивился его начитанности и обширному уму.
Он долго беседовал с удивительным беглецом, однако тоже отказался принять его в монастырь.
Тогда Дарья поняла, что ей не суждено открыто жить на монастырской свободе и не для такой жизни призывает ее Господь. Ее крест ― иной: разного рода лишения, тягости и печали.
И, по примеру начальника иночества на Руси преподобного Антония, Дарья решилась избрать древний вид отшельничества — пещерное житие.
В Китаево: подножный корм, огня нет
Не найдя ничего в самом Киеве, она отправилась за город, в Китаевскую пустынь, и там, обходя окрестные горы и леса, пришла к большой высокой горе под названием Китай. Выкопала в горе пещеру, по примеру преподобного отца Антония, и начала дело спасения.
Пещерная келия в Китаевской горе
Питался Досифей хлебом, водой и подножным кормом и никогда не держал в пещерной келии огня. В то же время слава об удивительном подвижнике стала распространяться в округе.
Встреча с императрицей Елизаветой и постриг
Монашеский постриг Досифей обрёл внезапно. В 1744 году императрица Елизавета посетила Киев и, узнав о подвижнике, пожелала посетить его лично. Она пришла в его келию, общалась с ним, а узнав о том, что Досифей ещё не пострижен, позволила принятие в монашество своим распоряжением и лично присутствовала при таинстве.
Досифей стал рясофорным монахом Киево-Печерской лавры.
Богатое пожертвование отдал на строительство храма в Пирогове
Расставаясь с Досифеем, государыня вручила ему кошелек с золотом. Но молодой затворник оставил дорогой подарок в глиняном черепке у своих дверей.
Через некоторое время к Досифею из Пирогова пришел один крестьянин, носивший ему в подаяние пищу. Ему-то и отдал монах Досифей червонцы.
Удивленный крестьянин отнес кошелек в Киево-Печерскую Лавру и представил духовному собору.
С общего совета соборных старцев и с согласия монаха Досифея решено было на эти деньги выстроить в селении Пирогове церковь.
Стал духовным воспитателем соловецкого подвижника Феофана и Серафима Саровского
В дальнейшем Досифей, переместившись в Киево-Печерскую Лавру, но не оставляя затворничества, взял на себя подвиг старчества и даже, согласно преданию, Христа ради юродства.
Одаренный от природы светлым, обширным умом и духовным опытом, Досифей привлекал к себе многие сердца православных христиан, которые являлись к нему во множестве за советом и утешением.
Окормляя их, он воспитал в духе наивысшей добродетели своего келейника Феофана, ставшего впоследствии соловецким подвижником.
Также Досифей благословил в 1776 году 22-
летнего Прохора Мошнина (более
известного как Серафим Саровский) на
подвиг спасения в Саровской обители.
Родственники нашли Дарью только после ее смерти
Перед смертью старец вышел из затвора и слёзно попросил у всех прощения.
Прожив от рождения 55 лет, Досифея преставилась 25 сентября 1776 года, в день памяти Сергия Радонежского.
И только по смерти Досифеи, когда ее сестра во второй раз приехала в Киев и случайно увидела портрет старца, всем стало известно, что затворник Киево-Печерской Лавры Досифей был не мужчиной-монахом, а девицей Дарьей из рода Рязанских дворян Тяпкиных. Тогда стали понятны многие необъяснимые факты из биографии святой.
Предсмертная записка: «К телу не прикасайтесь»
Досифея предала свой дух Богу в молитве, при этом в левой руке у неё находилась записка: «Тело моё приготовлено к напутствованию вечной жизни; молю вас, братия, не касаясь, предать его обычному погребению».
Китаевская пустынь
Мощи преподобной Досифеи пребывают под спудом с северной стороны приходской Свято-Троицкой церкви на территории Китаевской пустыни.
Тем не менее, три попытки их обретения оказались неудачными.
В пещерном храме Собора Пресвятой Богородицы, построенном на месте подвигов Досифеи и других подвижников, оборудована т. н. «келья Досифеи», где каждый может почтить память преподобной.
