Продолжение - http://www.liveinternet.ru/users/paul_v_lashkevich/post360982213/

Начало - http://www.liveinternet.ru/users/paul_v_lashkevich/post360981978/
 

Только за две недели до  гибели Игоря мы узнали, что он состоял в «Правом Секторе». На тот момент мы знали,  что ПС – патриоты, любящие Украину,  добровольцы. Их основная цель – борьба с коррупцией. Их сила – любовь к Родине, правда и неподкупность. Многие этого боятся – у нас же страна погрузла в коррупции, коррупционеры боятся и нагоняют страх другим. Жена осторожно взялась расспрашивать: «Кто такие – «Правый Сектор»? Не бандиты?». Мол, их часто показывали по телевидению в масках. В масках они были потому, что были вынуждены прятаться – их требования были справедливы, но власть могла арестовать. Вот как партизаны были вынуждены прятаться, так и они.

Игорь объяснил: «Мама, это хорошие ребята, образованные. У нихесть цель. Они – настоящие патриоты своей Родины. Они не хотят сделать что-то плохое – они хотят, чтобы процветала наша Родина». Мы и сейчас видим: «Правый Сектор» борется с несправедливостью, делает то, что должна была бы делать милиция. Если взять Западную Европу, то там «Правому Сектору» и заняться, по сути, не чем, а у нас пусть наводят порядок. Вот и Игорь был с ними, с «Правым Сектором»–за справедливость.

2 мая 2014 года: как это было

Испокон веков считалось: положить голову в битве – достойная смерть воина и гражданина.  Игорь отдал жизнь за Родину, родной край, мир и спокойствие, свою нацию и своих родных.  Так поступают герои. И Владимир Иванов это осознает. Вот только очень хотелось бы докопаться до истины…

Игорь положил голову в Одессе, за родной край, чтобы у нас тут не было такого, как в Донецке, чтобы к нам не пришла война

Владимир Иванов: Никто не думал, что будет стрельба. У нас незадолго до его смерти был разговор: мы знали, что он ходит на демонстрации, я пытался ему донести, что возможна опасность, а он мне сказал: «Папа, это Одесса, здесь серьезной опасности нет». Но, к сожалению, нашлись такие подлецы,  которые не только принесли с собой оружие, к тому же запрещенное оружие, но еще и стреляли. 

Я никогда не думал, что в наше время в таком процветающем и мирном городе, как Одесса, будут применять оружие. Но случилось то, что случилось. Теперь нам, тем, кто остался в живых, остается все свои усилия направлять на то, чтобы город дальше процветал, чтобы здесь не было войны. Игорь положил голову в Одессе, за родной край, чтобы у нас тут не было такого, как в Донецке, чтобы к нам не пришла война. Ведь пророссийские силы жаждали, чтобы здесь была, как они это называют, Новороссия,  а это было бы практически то,  что на Донбассе  сейчас.

Те, кто собирался на Куликовом поле – сепаратисты. Сепаратизм разрушает основы государственности, он пресекается в любой стране мира. В тот день было две акции, это нормально для демократическогогосударства, но активисты с Куликового поля пришли к Соборной площади и  начали агрессивно действовать. А на Соборной были мирные люди,  проводящие марш за единство Украины. Были футбольные фанаты, были женщины, «Самооборона» тоже была – со щитами, они охраняли акцию, был «Правый Сектор», в котором состоял Игорь, – все были без оружия. И команда Игоря оттесняла нападавших по Дерибасовской, в сторону Вице-адмирала Жукова, насколько я помню. Игорь держал над головой щит, потому что град камней летел в сторону  украинских активистов. И пока Игорь защищался от камней, ему пуля попала в живот. Как считает следствие,  стрелял автоматчик,  активист Куликова поля по кличке Боцман (Виталий Будько). Говорят, он еще нескольких человек ранил.

Нам некоторые  специалисты сказали, что Игоря можно было спасти. Мы никого не обвиняем. Мы хотим знать правду,  как оно на самом деле произошло. Мести мы не хотим

Нам позвонили из «Скорой помощи», сказали,  что Игорь ранен. Мы тогда находились на берегу моря за 50 км от Одессы. Сразу же примчали в город, но пока Игоря искали, пока нашли хирургическое отделение… Вышла женщина, медработник, и сказала, что Игорь умер. Мы не поверили. Я пошел проверил: да, действительно… Рассказывают, будто когда Игоря привезли в больницу, врачи спросили: «Как насчет денег? Будут нужны лекарства. Где его родители?». Но родителей сразу не нашлось, и его отложили в сторону.  Кто его знает, может, и правда.  Мне еще такое пересказывали, мол, было два хирурга – один хотел делать операцию,  а другой – нет. Подтвердилось в дальнейшем,  что хирургов действительно было двое. Кровь Игорю не вливали – я смотрел заключение. Мы хотим непредвзято это все расследовать. Нам некоторые  специалисты сказали, что Игоря можно было спасти. Мы никого не обвиняем. Мы хотим знать правду,  как оно на самом деле произошло. Мести мы не хотим: всех виновных Господь накажет. Но очень жаль, что все так сложилось,  что нашлись «стрелки», использовавшие оружие из-за спины милиционеров. Мне кажется, что можно было не допустить эту ситуацию, можно было решить вопрос с палатками на Куликовом поле, тогда бы не произошли эти события, жертв могло бы и не быть. Люди же погибли.

«Самооборона», «Правый Сектор»,  футбольные фанаты, все патриоты сражались за Одессу отчаянно.

Но я считаю, что если бы не смерть Игоря, Андрея Бирюкова, если бы проукраинские активисты остановились, а агрессивные бойцы с Куликова победили, то вполне возможно, что здесь был бы второй Донецк, и тогда жертв было бы в сотни и тысячи раз больше. Смерть Игоря очень повлияла тогда на его друзей, принимавших участие в противостоянии,  они, озлобленные смертью приятеля,  удесятерили  свои силы и начали оттеснять противника.«Самооборона», «Правый Сектор»,  футбольные фанаты, все патриоты сражались за Одессу отчаянно.

Его сын умер за наше будущее,  вероятно, поэтому Владимир  Иванов особенно сосредоточено размышляет о грядущем, о курсе, взятом Украиной, о том, что  должен делать каждый из нас, о медицине и целостности Украины – одним словом, о том, чем болит сейчас сердце, о том, что напоминает об Игоре:

Владимир Иванов:  Я думаю, что со временем, если Украина будет уверено двигаться дальше в европейском направлении, все эти коррумпированные больницы, где лечат за взятку, перейдут совершенно на другой режим работы. В  Европе, например, платят страховку, а потом тебе оказывают медицинскую помощь, в какую больницу ты бы не обратился. Считаю это правильным. Постепенно все будет хорошо. Если только не продолжат разрывать целостность Украины. Нужно понимать, что создание Новороссии или чего-то подобного ничего хорошего не даст ни для такого образования, ни для мира в целом. Взять хотя бы для примера Приднестровье. Я был изначально за самостоятельную Украину, голосовал за это на референдуме. И Украина будет процветающей, только дай нам, Господи, ума-разума.

Фото: соцсети,из архива семьи Ивановых

+++