28 августа (19 сентября по "новому стилю") 1855 года после длившейся около года героической обороны Севастополь сдан неприятелю

Фрагмент панорамы "Оборона Севастополя 1854-1855 гг."

Севастополь имеет чрезвычайное значение в истории России. Это место посетил апостол Андрей, возвестивший великое будущее православной Руси. Здесь свв. Кирилл и Мефодий проповедывали Евангелие. Здесь принял крещение св. равноап. Князь Владимір (Херсонес, он же Корсунь – часть города Севастополя). И когда эта колыбель русского христианства была отнята татарами, устроившими в Крыму центр торговли славянскими рабами, – много крови пролили потом русские воины, чтобы вернуть ее, пусть и через несколько веков.

Поэтому сдача Севастополя 28 августа 1855 г. (оборона его продолжалась с 13 сентября 1854 г. по 27 августа 1855 г.) была унизительным поражением России в Крымской войне от ведущих "христианских" европейских держав в их союзе с мусульманской Турцией. В честь своей победы французы гордо пометили улицы в Париже русскими названиями: Севастополь, Малахов и т.д. Однако в русской народной памяти это поражение осталось именно героической обороной, из которой Россия вынесла еще один необходимый урок в своем познании Европы...

Русские защищали город вчетверо меньшими силами (40 тыс. воинов), чем наступавший враг (170 тыс.), который был и гораздо лучше вооружен. Потери европейско-турецкой коалиции составили 71 тыс. человек; русские потеряли, включая участвовавших в обороне жителей – 102 тысячи. Храбрейшие сыны России сложили здесь свои головы, в их числе адмиралы В.А. Корнилов, П.С. Нахимов, В.И. Истомин...

Войдя в разрушенный Севастополь, англичане и французы надругались над их прахом, сорвав крышки с деревянных гробов во Владимiрском соборе. С мундиров адмиралов были сорваны эполеты, а останки Нахимова были завалены специально принесенной землей. Все это засвидетельствовано актом от 11 апреля 1958 г. комиссии, созданной контр-адмиралом Г.Н. Бутаковым.

5 сентября 1857 года освятили и заложили первые камни храма во имя Святого Николая Чудотворца, положив под закладные блоки медали: «За защиту Севастополя» и «В память войны 1853-1856 гг.». Возведение храма растянулось на долгих тринадцать лет, освящён он только в 1870 году. Высота пирамиды 27 метров. Её основанием служит высокий цоколь 20,5x20,5 метра, сложенный из квадров крымбальского известняка, прочеканенных свинцом, отлитым из пуль, собранных на местах сражений. Законченность пирамиде придаёт навершие - массивный четырёхконечный диоритовый крест высотой 6,8 метра. На наружных гранях пирамиды вмонтированы плиты из тёмного гранита с перечислением воинских соединений, принимавших участие в обороне, временем пребывания в осаждённом Севастополе и понесённых потерь. Напоминая о важном событии в военной истории Отечества, они удачно вписались в памятник, подчёркивая строгую индивидуальность храма. Над центральным входом, оформленным порталом в виде арки с архивольтом, опирающимся на полуколонны, установлен мозаичный образ Христа Спасителя, выполненный по рисунку академика живописи Ф.А. Бруни. С восточной стороны пирамиды помещена художественная композиция «жены-мироносицы». Была изготовлена в Париже художником Женеве по рисунку профессора живописи К.Т. Неффа.
Внутри пирамиды устроен крестово-купольный храм византийского стиля. Его интерьеры расписаны художниками М.Н. Васильевым, А.Д. Литовченко, А.Е. Карнеевым, мраморный иконостас выполнил профессор скульптуры из Каррары итальянец Венцето Бонани, бронзовые и литейные работы - французский подданный Адольф Моран, орнаментированную живопись с позолотой - швейцарец Рафаэль Изелла. В нижней части храма вмонтированы 38 серых мраморных досок. На них нанесены 943 погибших и умерших от ран генералов, адмиралов, штаб- и обер-офицеров. Они представляют как бы открытую поминальную книгу, по которой каждый может молитвенно помянуть имена тех, кто отдал свою жизнь, отстаивая Севастополь. В 1887-1893 годах по картонам М.Н. Протопопова и картинам-копиям М.Н. Васильева, А.Е. Карнеева и И.К. Макарова в мастерской Антонио Сальвиати выполнили мозаику, заменив фрески.

Взято здесь: http://www.rusidea.org/?a=25091003

15 сентября 1942 года. В Казахстане в советском концлагере умер немецкий философ-русофил Вальтер Шубарт, автор книги "Европа и душа Востока".

Вальтер Шубарт (5.8.1897–15.9.1942) родился 5 августа 1897 г. (н. ст.) в тюрингском городе Зоненберг. Юношеские годы его прошли в г. Мейнинген, где он учился в гимназии с ориентацией на гуманитарные науки; с детских лет увлекался музыкой.

С началом Первой мiровой войны изъявил желание отправиться добровольцем на фронт, но получил отказ из-за слабого зрения. Лишь в 1917 г. он был призван в армию; вернулся с войны офицером, имея награды.

После войны последовали учеба в университетах Йены, Гейдельберга и Мюнхена; получение ученой степени доктора юридических наук, работа адвокатом. В эти годы Шубарт начинает выступать как публицист. В одной из первых его работ – "Идеал разрушения мiра" ("Das Ideal der Weltzerstorung", Лейпциг, 1919-1920) – рассматривается еврейский вопрос; однако, еще не имея христианского мiровоззрения, автор видит в христианстве лишь «инструмент еврейского разрушения мiра» (такой языческий взгляд был распространен в послевоенной Германии).

В 1929 г. Шубарт женится на русской эмигрантке Вере Марковне Энглерт (ур. Берман; по семейному преданию, она была внебрачной дочерью кн. Долгорукова); от первого брака (с погибшим немецким летчиком) у нее было двое детей – Максимилиан и Инга. В 1931 г. у Шубартов рождается сын Александр, в 1934 г. – дочь Нора. Видимо, жена в значительной мере повлияла на его отношение к русскому человеку и к христианству; с ее помощью он начинает изучать русский язык. (Она владела несколькими языками и тоже изучала право.)

После прихода к власти нацистов Шубарт не скрывает своего неприятия их идеологии – и уже в 1933 г. вынужден покинуть Германию; вместе с семьей он переезжает в Латвию, сначала в Вентспилс, к родственникам жены, а с 1935 г. – в Ригу. Там он приступает к изучению философии, получает еще одну докторскую степень, начинает читать лекции в институте им. Гердера и государственном университете.

Рижский период был для Шубарта плодотворным и в публицистическом плане. Он печатает философские статьи в австрийских, швейцарских, голландских, венгерских и прибалтийских журналах. В 1938 г. в швейцарском издательстве "Вита Нова" ("Vita Nova", Люцерн) выходит его первая большая книга – "Европа и душа Востока" ("Europa und die Seele des Ostens"). (Одним из руководителей этого издательства был католический теолог Отто Карер, издавший по-немецки "Истоки и смысл русского коммунизма" Н. Бердяева и книги В. Соловьева). За первой книгой следуют: "Достоевский и Ницше" ("Dostojewski und Nietzsche", 1939), "Духовный поворот от механики к метафизике" ("Geistige Wandlung von der Mechanik zur Metaphysik", 1940), "Религия и эрос" ("Religion und Eros", Мюнхен, 1941). Все эти книги после войны неоднократно переиздавались по-немецки, а также в переводах – в Голландии, Англии, Франции и США.

В 1940 г., после присоединения Латвии к СССР, Шубарт прекращает преподавательскую деятельность, надеясь перебраться в Швейцарию или Венгрию. Однако советские власти предлагают ему работу в одном из московских институтов (по теме "западно-восточного примирения"). После отказа Шубарта следует арест его приемного сына Максимилиана и обыск на квартире, при котором конфискуется писательский архив, в том числе почти законченная рукопись новой книги "Культура и техника" (с тех пор она не разыскана). Лишь заступничество немецкого посла в Москве, графа фон дер Шуленбурга, который в эти дни оказался в Риге, способствовало освобождению Максимилиана: ему было предписано в 24 часа выехать в Германию – в декабре 1940 г. В начале 1941 г. уехали и другие дети, но родители разрешения на выезд не получили.

22 июня 1941 г. началась война между Германией и СССР. За два дня до сдачи Риги немцам Вальтер и Вера Шубарт были арестованы и, по слухам, отправлены в Сибирь. Даже после падения власти КПСС многократные запросы издательства "Русская идея" в современных архивах КГБ в Риге и в Москве оказались безрезультатны: «сведений в отношении Вальтера Шубарта выявить не удалось». Лишь в 1998 г. через немецкий Красный Крест по запросу родственников удалось узнать, что В. Шубарт умер в Казахстане в лагере для военнопленных 15 сентября 1942 г. в возрасте 45 лет.

Приведенные биографические данные о В. Шубарте взяты из послесловия Г. Неске к изданию 1979 г. книги "Европа и души Востока" (Verlag Giinther Neske, Pfullingen), а также из переписки с наследниками В. Шубарта в Германии.

Книга В. Шубарта "Европа и душа Востока" уникальна среди работ западных философов. На западе нет другого труда о России, сравнимого с книгой Шубарта по искренней симпатии к русскому народу. Труд Шубарта остается по сей день единственным на Западе, в котором речь идет об уникальном всемирном призвании русской цивилизации. И именно тот факт, что не мы сами себя столь высоко оцениваем, а иностранный автор, глядящий со стороны, и составляет объективную ценность данного издания. В книге даны сравнительные характеристики западноевропейских и русского народов, из чего автор не только выводит непригодность западных моделей для России, но и о предсказывает предстоящую катастрофу западной цивилизации. Он однако надеется на «спасение Европы и мiра славянской душой» – в этом Шубарт и видит всемiрное призвание русской цивилизации. Хотя, разумеется, далеко не все высказанные в книге мысли безспорны, поэтому в русском издании "РИ" книга снабжена обширными комментариями.

По-русски книга "Европа и душа Востока" ранее трижды выходила в сокращенном переводе В.Д. Поремского в Германии (лагерь Вустрау, 1943; лагерь Менхегоф, "Посев", 1945 и 1947). Этот перевод в еще большем сокращении был перепечатан в журналах "Аум" (Нью-Йорк, 1990 № 4) и "Общественные науки и современность" (Москва, 1992, № 6; 1993, № 1-4; предисловие Г. Бёлля – в № 4, 1995). Глава "Безбожие западное и восточное" в ином переводе опубликована в журнале "Даугава" (Рига, 1993, № 4) вместе со статьей Агиты Лусе о Шубарте, содержащей библиографические данные о некоторых его публикациях в западных изданиях.

К 100-летию со дня рождения Вальтера Шубарта в 1997 г. в издательстве "Русская идея" был опубликован первый полный русский перевод с комментариями и послесловием М.В. Назарова, а также приложениями (первая публикация работы И.А. Ильина об этой книге Шубарта "О национальном призвании России", интервью с В.Д. Поремским о первом переводе книги).

Факсимильное воспроизведение второго издания этой книги выложено для скачивания: http://www.rusidea.org/ftp/Shubart_Europe.pdf

Взято здесь: http://www.rusidea.org/?a=25091512

В комментариях - статья, посвящённая 100-летию со дня рождения В.Шубарта, опубликованная в журнале "Русский дом"

20 сентября 1918 года. Убийство писателя-публициста Михаила Осиповича Меньшикова на глазах его шестерых малолетних детей

Меньшиков Михаил Осипович (25.09.1859–20.09.1918) – талантливый публицист и общественный деятель. Родился в городе Новоржеве Псковской губернии. Отец был коллежским регистратором, родом из семьи священника. Мать – из обедневшего дворянского рода, владелица сельца Юшкова Опочецкого уезда Псковской губернии.

Окончил морское техническое училище (1873–1878) с военно-морским чином кондуктора корпуса флотских штурманов. Публицистическую деятельность начал, поместив в "Голосе", "Санкт-Петербургских Ведомостях" и "Кронштадтском Вестнике" ряд очерков заграничного плавания по Атлантическому океану и Средиземному морю на военном фрегате "Князь Пожарский" (вышли отдельной книгой "По портам Европы", 1879). В начале 1880-х гг. много писал в различных изданиях; ему принадлежат также оригинальные труды по гидрографии. В 1892 г. вышел в отставку в чине штабс-капитана. Знакомство с А.П. Чеховым и Н.С. Лесковым, дружба с С.Я. Надсоном – побудили Меньшикова заняться литературным трудом.

В 1890-х гг. стал главным сотрудником "Недели", статьи из которой собраны в книгах: "Думы о счастье" (1898), "О писательстве" (1899), "О любви" (1899), "Критические очерки" (1900), "Народные заступники" (1900). В этот период его занимали по преимуществу вопросы нравственности под заметным влиянием идей Льва Толстого. После прекращения издания "Недели" Меньшиков стал ведущим публицистом патриотической газеты А.С. Суворина "Новое время" и сам совершенно изменился как публицист, придал ей авторитет центра национально–государственной мысли.

Завязалась ожесточенная полемика Меньшикова с органами левой печати, в пылу которой Меньшиков превратился "крутого реакционера". От толстовства не осталось и следа, наоборот: в христианстве Меньшиков подчеркивал, что Христос принес «не мир, но меч». Однако духовный уровень многих его статей оставлял желать лучшего и вообще идеологические воззрения Михаила Осиповича были скорее имперско-националистическими, отстаивавшими этнические интересы русской нации, чем православно-монархическими, порою даже с ратованием "прогрессивных реформ". В номере ""Нового Времени"", вышедшем после 17 октября 1905 г. ("дарование конституции"), он даже выдал дифирамбы "борцам за свободу" – «героям, чье чистое сердце, и душа, и жизнь были принесены в жертву отечеству, и чье заточение, мученичество и смерть умилостивили, наконец, жестокую судьбу и послали нам освобождение».

Почти по-западнически (в политическом смысле) воспринимая конституцию как "освобождение", в то же время Меньшиков активно боролся с бытовым западничеством. Для ведущего сословия все западное кажется более значительным, чем свое. «Мы глаз не сводим с Запада, мы им заворожены, нам хочется жить именно так и ничуть не хуже, чем живут "порядочные" люди в Европе. Под страхом самого искреннего, острого страдания, под гнетом чувствуемой неотложности нам нужно обставить себя той же роскошью, какая доступна западному обществу. Мы должны носить то же платье, сидеть на той же мебели, есть те же блюда, пить те же вина, видеть те же зрелища, что видят европейцы». И такие потребности высшего сословия ложатся все возрастающим бременем на простой народ, усиливается разложение национальных хозяйственных традиций и все больше перенимается западный дух капиталистической наживы.

Меньшиков оправданно призывал русских людей к сохранению роли державообразующего народа – противостояние засилью инородцев, и жидов в частности, было одной из главных тем его публицистики: «Мы, русские, долго спали, убаюканные своим могуществом и славой, – но вот ударил один гром небесный за другим, и мы проснулись и увидели себя в осаде – и извне, и изнутри. Мы видим многочисленные колонии евреев и других инородцев, постепенно захватывающих не только равноправие с нами, но и господство над нами, причем наградой за подчинение наше служит их презрение и злоба против всего русского... Мы не хотим чужого, но наша – Русская – земля должна быть нашей». Однако духовная сторона еврейского вопроса и роли сатаноизбранного народа в драме истории в творчестве Михаила Осиповича заметным образом не отразилась.

Вот характерные для Михаила Осиповича положения: «Как потомок православных предков, я не могу иметь иных, более привычных и приятных форм веры, кроме тех, которые вошли в мое сознание, с родным языком и родною мыслью. Тем не менее мне режет ухо, когда митинги крайних монархистов начинаются с "Царю Небесный" и оканчиваются "Спаси Господи"... отошла на второй план старая культура – "православие". Теперь, мне кажется, наступает третий период, эпоха третьей и окончательной нашей культуры, где основным началом должна стать народность». Бедный Михаил Осипович...

Отсутствие православной историософской координаты в статьях Меньшикова особенно очевидно стало в годы свержения самодержавия. Его прагматичный национализм вылился в непонимание духовного апокалипсического процесса в современном міре. В частности, после Февральской революции Меньшиков писал: «Жалеть ли нам прошлого, столь опозоренного, расслабленного, психически – гнилого, заражавшего свежую жизнь народную... Весь свет поражен внезапностью русского переворота и взволнован радостью, взволнована радостью и вся Россия...». В последней статье, которая появилась в газете 19 марта, он писал как заправский либерал: «Трагедия монархии состояла в том, что, отобрав у народа его волю, его душу, – монархия сама не могла обнаружить ни воли, ни души, сколько-нибудь соответствующей огромной и стихийной жизни. Энергия народная веками глохла... в центре своей власти... Великий народ обречен был на медленное вырождение, подобно азиатским соседям, от атрофии своих высших духовных сил – сознания и воли».

Лишившись дома и сбережений (конфискованы большевиками), зиму 1917–1918 гг. Меньшиков провел с семьей в Валдае, где у него была дача. Страницы его дневника за 1918 г. полны горьких записей о наступившем разгуле большевизма: «Чтобы убить Россию по-дьявольски, т. е. с наименьшими средствами и с наибольшим соблюдением приличий, достаточно предоставить Россию самой себе. В самой России сложился губительный яд, сжигающий ее медленно, но верно: народная анархия, развязанность от культуры, религии и совести. Идет великое самоистребление народное». Растерянный Меньшиков винил в этом русскую литературу, которая «есть не столько лечение, сколько сама болезнь». Очень неосторожно ругал и Царя Мученика.

Узнав об убийстве Царской Семьи, Меньшиков писал почти кощунственно, сам не сознавая того: «Жаль несчастного царя – он пал жертвой двойной бездарности – и собственной, и своего народа»; «не мы, монархисты, изменники ему, а он нам... Тот, кто с таким малодушием отказался от власти, конечно, недостоин ее. Я действительно верил в русскую монархию, пока оставалась хоть слабая надежда на ее подъем. Но как верить в машину, сброшенную под откос и совершенно изломанную?.. Мы все республиканцы поневоле, как были монархистами поневоле. Мы нуждаемся в твердой власти, а каков ее будет титул — не все ли равно? К сожалению, все титулы у нас ложны, начиная с бумажных денег. Все подделка!».

Духовное значение монархии как богоосвященной удерживающей власти, служащей Богу, и духовные причины взятия удерживающего в конце времен, христоподражательный подвиг Царя Мученика как последняя возможность научения нашего народа от обратного и залог возможного возрождения – в таких категориях Михаил Осипович, к сожалению, революцию не осмыслял. И это сильно обезценивает его публицистику применительно к задачам Русского дела нашего времени.

Однако, даже если Михаил Осипович недостаточно распознал духовную сущность главного врага исторической России, он заслуживает от нас глубокого уважения за личную мужественную борьбу с этим врагом. И за мученическую кончину как следствие этой борьбы.

14 сентября 1918 года М.О. Меньшикова арестовали по декрету о красном терроре за дореволюционные "погромные" статьи как "антисемита" (из тюрьмы он написал в прощальной записке, что «умирает жертвой евреев») и через пять дней расстреляли. Убили его 20 сентября на берегу Валдайского озера, напротив Иверского монастыря, на глазах его малолетних детей. После винтовочного залпа еще живого Меньшикова добил руководивший расстрелом чекист Давидсон, выстрелив дважды из револьвера в висок. Сказал, что делает это с великим удовольствием...

Могила М. О. Меньшикова находится на старом городском кладбище г. Валдай (Новгородская область), рядом с церковью Петра и Павла.

Взято здесь: http://www.rusidea.org/?a=25092005

СОВРЕМЕННЫХ МАЛЬЧИКОВ ПРЕВРАЩАЮТ В... ДЕВОЧЕК – НАУЧНЫЙ ФАКТ!

«Настоящие мужики – перевелись! Нынешние мужики – БАБЫ!»,

ПОЧЕМУ эти выражения среди женщин стали ОБЫДЕННЫМИ?
Это не могло случиться ПРОСТО ТАК.

Значит, за ними стоит что-то РЕАЛЬНОЕ.

НО ЧТО?

Мужчины стараются на этот вопрос не отвечать, и вообще предпочитают не заморачиваться по поводу этих обидных слов – такая психологическая защита.

Но этот анализ за них уже сделала американка, профессор, директор Центра репродуктивной эпидемиологии Рочестерского университета Шанна Сван (Shanna Swan). Она опубликовала в "Международном журнале по андрологии" (International Journal of Andrology) результаты большого исследования, в котором убедительно доказала, что МУЖЧИНЫ ПОСТЕПЕННО СТАНОВЯТСЯ ЖЕНСТВЕННЫМИ. И это не их вина – а наша всеобщая БЕДА!

Мужчина – страдательный залог