Прочитав статью под названием «Военная тайна Аркадия Гайдара», опубликованную на сайте, я был просто огорошен — как же живучи мифы, созданные на базе измышлений заядлых либералов… 
Порылся в интернете, но так и не смог найти автора сей писульки, зато услышал правду от человека, который знает об этом прекрасном писателе и человеке больше нас с вами. Читайте и сравните.

 «Военная тайна»: какого Гайдара мы потеряли: жестокого командира или прекрасного детского писателя?

Семьдесят лет назад, 26 октября 1941 года, не стало писателя Аркадия Петровича Гайдара (Голикова). Судьба этого человека, если смотреть без идеологических шор («белых» или «красных» — не важно) поразительна! Он командовал полком в том возрасте, в котором наши современные дети получают паспорта. Он погиб на фронте Великой Отечественной войны в качестве боевого командира в то время, когда другие писатели с именами отправлялись в эвакуацию или служили фронтовыми корреспондентами. Он — единственный из наших писателей создал произведение, которое не просто было прочитано детьми, но породило реальное общественное движение среди подростков, назвавших себя «тимуровцами». Так, сегодня поклонники романов Толкиена называют себя «толкиенистами» — другие времена, другие нравы, другие «тимуровцы»… 
Но даже не это главное. Загадка личности Гайдара в том, каким образом этот прирожденный воин, принимавший участие в самой кровавой в истории России Гражданской войне, унесшей миллионы жизней и той, и другой воюющей стороны, мог написать произведение такой лирической глубины, как «Голубая чашка»? Можно не знать о жизни Гайдара, но не влюбиться безоговорочно в автора (именно в автора!) этой чистой и трогательной истории любви взрослых людей и детского соучастия в любви взрослых родителей, решительно невозможно! 
Невозможно не задохнуться от восторга, прочитав первые строки повести «Школа»: «Городок наш Арзамас был тихий, весь в садах, огороженных ветхими заборами. В тех садах росло великое множество „родительской вишни“, яблок-скороспелок, терновника и красных пионов». Потому что здесь все дышит не кровавой революцией, а глубинной Россией, которую такой же знали писатели совсем другого идеологического «фронта» — Бунин, Шмелев, Зайцев… 
А «Судьба барабанщика»? Да разве это вещь о «шпионах» и «бандитах», обманувших советского подростка, в конце концов оказавшегося все-таки бдительным и взявшегося за пистолет? Нет, конечно! Это повесть о мальчике, который мечтал стать мичманом и уплыть далеко-далеко, в неизвестные дали, подальше от всех этих «шпионов» и «бандитов», а заодно — этого бдительного государства. Это великий подростковый «роман-путешествие», такой же, как «Гекльберри Финн» Марка Твена. Там тоже, если помните, мальчик остался без родителей и куда-то все время плывет (только на плоту, а не на прекрасном корабле, но какая, в сущности, разница?), и его тоже окружают взрослые мошенники, Король и Герцог, а другие взрослые идиоты стреляют друг в друга, одержимые своей «американской мечтой». Но обмануть детскую душу невозможно, как невозможно провести Бога. И правы остаются все-таки мальчики с детской мудростью, а не взрослые, со взрослыми глупостями. Вот о чем эта повесть. 

Тем не менее о жизни Аркадия Гайдара существует много мрачных мифов и легенд. В связи с этим накопилось немало вопросов, которые мы задали Борису Николаевичу Камову — педагогу, публицисту, биографу Гайдара. За книгу «Аркадий Гайдар. Мишень для газетных киллеров» он удостоен премии Артема Боровика за 2010 год. 
Миф первый: жестокость Российская газета: Правда ли, что Аркадий Голиков (будущий Аркадий Гайдар) был родом из дворян? 

Борис Камов: Наполовину. Мать, Наталья Аркадьевна, принадлежала к древнему (300 лет!), но бедному дворянскому роду. Отец, Петр Исидорович, был сыном крепостного. Все мужчины в семье матери выбирали военную службу. 

РГ: Это верно, что в 14 лет он командовал полком? 
Камов: Неверно. Аркадий Петрович Голиков родился в 1904 году. До конца 1918 года учился в пятом классе Арзамасского реального училища. В конце того же года стал адъютантом командира местного рабочего батальона. Внезапно командира назначили командующим войсками по охране всех железных дорог Советской Республики. Аркадий остался при нем адъютантом, начальником узла связи. Уехал в Москву. В 1919-м окончил Киевские командные курсы и в 15 лет стал командиром роты. Полк ему доверили в 16 лет после получения второго военного образования в школе «Выстрел». Во время учебы преподаватели из бывших офицеров обнаружили у юноши полководческие способности. Полученный будущим писателем полк насчитывал 4000 человек. Голиков испугался такой ответственности и просил должность пониже. В ответ его… послали в Тамбовскую губернию. Там он вскоре стал начальником боевого района. В его подчинении оказались 6000 человек. 

РГ: Владимир Солоухин в книге «Соленое озеро» писал, что на Тамбовщине проявилась его «кровавая жестокость». 
Камов: При этом не привел ни одного документа. В своей книге я показал: Солоухин приписывал Голикову преступные деяния других командиров. К 1921 году были истощены силы как мятежников, так и федеральной власти. Командование Тамбовской губернии во главе с М. Н. Тухачевским не могло договориться с восставшими крестьянами о добровольной сдаче. И вот к прославленному полководцу приехал семнадцатилетний комполка Голиков, гражданское образование которого составляло пять незаконченных классов. Он заявил командующему, что условия сдачи пленных, изложенные в его приказе N 130 от 12 мая 1921 года, неправильные. Приказ обещал, что добровольно сдавшимся бандитам смертная казнь не угрожает, а ждет всего лишь… тюремное заключение на срок до пяти лет. 
— Что же вы предлагаете? — вежливо спросил командующий. Он был очень воспитанным человеком. 
— Если человек вышел из леса, сдал винтовку, нужно записать его имя и отпустить домой. 
Тухачевский предложение принял. Спустя некоторое время в расположение штаба Аркадия Голикова явилось и сложило оружие более 6000 мятежников. Об этом есть документы. Думаю, что в тот момент будущий писатель помнил, что он — внук крепостного. 

РГ: Солоухин также писал, что Голиков крайне жестоко вел себя в Хакасии… 
Камов: Тоже неправда. После завершения Тамбовской кампании состоялись награждения. Командиры и бойцы получали из рук Тухачевского оружие с золотыми монограммами, золотые карманные часы и даже золотые портсигары. Голикову из этого ювелирного богатства не досталось ничего. Но Тухачевский приехал в расположение штаба Голикова, принял парад гарнизона, пообедал из солдатского котла и сообщил об уникальной награде для Голикова. Его направляли учиться в Москву, в Академию Генерального штаба. 17-летних абитуриентов, которые имели бы боевой опыт, два ранения и два военных образования, академия еще не знала. Когда Голиков уже находился в Москве и готовился к сдаче экзаменов, сложилась тяжелая обстановка в Хакасии, в Красноярской губернии. Там с 1920 года действовал отряд под командой местного казака Ивана Соловьева. Отряд невелик, но пользовался поддержкой хакасов и был неуловимым. Губернское руководство попросило у Москвы 1500 бойцов. Столичное начальство решило, что Красноярску просто не хватает умной головы. И отправило туда Голикова. 
ОДНОГО. 
Его послали в Хакасию не в качестве палача, а «как умеющего договариваться с местным населением». Сибирское начальство возненавидело посланца Москвы, обиженное тем, что столица для решения всех местных проблем прислала мальчишку. Его назначили начальником боевого района, где не было ни телефонной связи с Москвой, ни телеграфа. К нему приставили трех фельдъегерей, которые привозили приказы от начальства и увозили донесения. Один чекист непременно оставался с начальником боерайона круглые сутки. Прямой начальник Голикова — Кудрявцев — регулярно писал на него доносы в губернское ГПУ. Доносы сохранились. Когда их набралось слишком много, Голикова отозвали в Красноярск. Здесь уголовные дела на него завели сразу четыре ведомства: ЧОН, ГПУ, прокуратура 5-й армии и контрольная комиссия при Енисейском губернском комитете партии… 
Каждая инстанция вела самостоятельное расследование. Обвинений типа: «Зачем вы бросали детей в колодцы?», или: «Для чего вы утопили несколько сотен хакасов в Соленом озере?», в папках просто не было. Обсуждались вопросы: почему он «не заплатил за шесть овец, взятых у жителей?».

Еще его подозревали в… сотрудничестве с Соловьевым. 
Обвинения в «геноциде хакасского народа» возникли спустя лишь 70 лет. Тем не менее злодейские, людоедские факты, приведенные Солоухиным, подтвердились. Были и массовые расстрелы, и групповые утопления в озерах (по 100 человек!). 
В книге Солоухина только одна неточность. Преступления были совершены другими должностными лицами. Причем за полтора-два года до появления Голикова в Хакасии. 
Никакой «кровавой идеологии» у него никогда не было. Его письма с войны родным, особенно отцу, полны нежности. На самом деле Голиков в Хакасии распорядился судьбой всего лишь трех захваченных разведчиков Соловьева. Они дали согласие сотрудничать с командиром, но в боевой обстановке обманули его. 

РГ: Чем завершились уголовные дела? 
Камов: Он был оправдан всеми четырьмя инстанциями, доказав свою полную невиновность — и это в 18 лет, без адвокатов! Потом купил билет и уехал в Москву снова поступать в Академию Генштаба. И вот здесь обнаружилось, что он болен. Четыре одновременных расследования не прошли даром. Его военная карьера оборвалась. 

Миф второй: болезнь РГ: Его уволили из армии? 
Камов: Не сразу. Им заинтересовался тогдашний министр обороны Михаил Васильевич Фрунзе. Два с лишним года Голиков продолжал получать жалованье командира полка, по тем временам значительное, и все виды лечения. Но полного выздоровления не произошло. 

РГ: Это правда, что после Хакасии он стал психически больным человеком? 
Камов: Он никогда не был психически болен. На самом деле в 1919 году во время боя взрывной волной его сорвало с седла. Упал он плохо — на спину. Получил сильную контузию головы. При спокойной жизни последствия падения могли не давать о себе знать долго. На войне болезнь заявила о себе через три года. У него был обнаружен травматический невроз. Это не разрушение мозга, а периодическое нарушение кровоснабжения его клеток. Такие сбои способны приводить к кратковременным нарушениям поведения, но как только снабжение кислородом восстанавливается, человек до следующего приступа абсолютно здоров. Психика и способности не страдают. Сравните повесть «РВС» с «Чуком и Геком». Его дарование с годами только совершенствовалось. 

РГ: Откуда же тогда пошли разговоры, что он полосовал себя бритвой? 
Камов: Если у человека спазмирует только один сосуд, он ищет таблетку от головной боли. У Гайдара во время приступов одновременно сужалось несколько. Состояние возникало невыносимое. Чтобы прервать боль в голове, он вызывал боль в собственном теле. У врачей это называется «отвлекающей терапией». Заявления лже-гайдароведов, что Гайдар покушался на собственную жизнь, что его поэтому регулярно увозили в Институт имени Склифосовского, не имеют никаких подтверждений. 

Миф третий: успех РГ: Гайдар-писатель был успешным советским автором? Слугой партии? Часто шел на компромиссы? 
Камов: Классические портреты улыбающегося Гайдара породили мнение о его ничем не омраченной жизни. О «пригретости властью». На самом деле судьба писателя была полна драматизма. До последних лет, будучи знаменитым, он оставался натуральным бомжем, не имея своего угла и рабочего стола. Жил и работал в домах творчества, пионерском лагере «Артек», уезжал на родину в Арзамас, ютился у друзей, снимал дачу в поселке Кунцево. Только в 1938 году Союз писателей выделил Аркадию Петровичу комнату в коммуналке в Большом Казенном переулке. 
Печатался он много, но тогда существовала регрессивная система оплаты. Чем чаще выходило произведение, тем меньше был гонорар. Оплата могла опуститься до 5% от первоначальной. Когда Аркадий Петрович должен был получать орден, его жена Дора Матвеевна весь вечер штопала знаменитую гимнастерку. Идти в Кремль больше было не в чем. Начиная с 1935 года, за исключением рассказа «Чук и Гек», у Гайдара не вышло в свет ни одного произведения, которое не подверглось бы остервенелой критике. Когда в 1935 году была опубликована повесть «Военная тайна», его обвинили в «идейных шатаниях». В шести номерах журнала «Детская литература» регулярно выходили подборки статей против повести. Писатель попал в больницу. Когда вышла «Голубая чашка», тот же самый журнал встретил ее в штыки. Новая дискуссия продолжалась три с половиной года. Итогом стал запрет на дальнейшее печатание рассказа, наложенный наркомом просвещения Н. К. Крупской. 
При жизни Гайдара «Голубая чашка» больше ни разу не публиковалась. После появления первых глав «Судьбы барабанщика» в «Пионерской правде» повесть была запрещена, ее набор рассыпан. Тут же был издан циркуляр. Все книги писателя в школах и библиотеках были собраны, вывезены и сожжены. В 1938-м Аркадий Петрович ждал ареста. Спасло его чудо. По давно составленному списку вместе с другими писателями он был награжден орденом, а список визировал сам Сталин. Все обвинения мгновенно отпали, книги Гайдара были заново отпечатаны громадными тиражами. 
Впервые на короткий срок, он сделался состоятельным человеком. История повторилась, когда «Пионерка» напечатала первые главы «Тимура и его команды». Мгновенно был послан донос. Повесть была запрещена. Писателя обвинили в попытке подменить деятельность пионерской организации им. В. И. Ленина подпольным детским движением. Повесть, Гайдара, редакцию «Пионерской правды» и отдел печати ЦК ВЛКСМ спасло высшее партийное руководство, которому стал известен скандал. Рукопись повести положили на стол Самому. Вождю история о Тимуре и его команде понравилась. Криминала он не нашел. Кстати, в его произведениях и даже пубицистике мы ни разу не встретим имени Сталина, которому славословили весьма уважаемые мастера советской литературы. 

Смерть Гайдара РГ: Конец жизни Гайдара покрыт мраком… Он ведь погиб в начале войны? Кажется, не было ни одного именитого писателя, который бы отправился именно воевать, а не только фронтовым корреспондентом. 
Камов: Первое заявление с просьбой направить на фронт Гайдар подал 23 июня 1941-го. Военкомат отказал, как инвалиду Гражданской войны. Тогда Аркадий Петрович заявил (но уже в редакции «Комсомолки»), что хочет попасть в район боевых действий в качестве корреспондента. Когда же он появился на передовой, под Киевом, всем стало очевидно, что он приехал воевать. Вместе с бойцами комбата И.Н. Прудникова он ходил в немецкий тыл за «языками», подымался в атаку и в одном бою вынес из-под огня самого Прудникова, который потерял сознание от контузии. Перед падением Киева Гайдару предложили место в самолете, который улетал в Москву. Аркадий Петрович отказался. «Почему?» «Стыдно!» Находясь в глубоком немецком тылу, Гайдар услышал, что под деревней Семеновка в лесу собралось 3000 или даже 4000 бойцов. Он проник в лес и застал уныние, близкое к отчаянию. Не было продуктов, бинтов, не хватало даже воды. Но главное: никто не представлял, что делать дальше? В соседнем селе Гайдар отыскал комсомольцев. Те приехали на подводах и увезли часть раненых. 
После этого он стал искать в лесу людей, которым знакомы эти места, и нашел покалеченного капитана-сапера по фамилии Рябоконь. Тот разъяснил, как выйти из леса и куда безопасно двигаться. Вместе с летчиком-истребителем, полковником А.Д. Орловым, они сформировали три штурмовые колонны и с боем вырвались из леса, вышли к болотам, а там начали расходиться мелкими группами. В ту ночь Гайдару и Орлову удалось спасти более 3000 человек. Вскоре группа окруженцев во главе с Гайдаром и Орловым нашла партизанский отряд. Лагерь и отряд оказались ненадежными. Орлов с частью бойцов и командиров направился к линии фронта, пришел к нашим и провоевал до конца войны. Гайдар идти с Орловым отказался… Он задумал создать свой партизанский отряд, но уже армейского типа. 
Сегодня очевидно, что у бывшего командира полка Голикова-Гайдара была реальная возможность создать партизанское соединение раньше будущих дважды Героев Сидора Ковпака и Алексея Федорова. Оставалось только запастись провиантом на дорогу в Черниговские леса. Утром 26 октября 1941года Гайдар с четырьмя товарищами возвращался с продуктовой базы во временный лагерь. Не доходя, сделали привал. Гайдар вызвался зайти к знакомому путевому обходчику попросить хлеба или картошки. Для этого поднялся на высокую железнодорожную насыпь и увидел засаду. Оставалась возможность спастись. Для этого нужно было всего лишь рывком пересечь одноколейную насыпь. 
Гитлеровцы были готовы позволить партизану, который стоял на возвышении, уйти. Немцам были нужны «языки», а не трупы. Гайдар имел возможность совершить любое действие, но только одно. — Ребята, немцы! — крикнул он. Раздалась пулеметная очередь. Гайдар погиб, а четверо товарищей остались живы. Судьба двоих мне лично неизвестна. 
Лейтенант Сергей Абрамов, который сопровождал Гайдара 26-го числа, стал позднее главным подрывником у Ковпака. Другой лейтенант, Василий Скрыпник, дошел до Берлина. 
Я дружил с обоими. Однажды, когда мы собрались вместе, Абрамов сказал Скрыпнику: — Знаешь, Василий Иванович, если бы не Аркадий Петрович, не было бы у тебя твоих дочек, а у меня моих сыновей. Опубликовано в РГ (Федеральный выпуск) N5617 от 27 октября 2011 г.

http://back-in-ussr.com/2014/01/lozh-i-pravda-ob-arkadii-gaydare.html

Переход на Тихоокеанский флот (ТОФ) нового ракетного подводного крейсера стратегического назначения (РПКСН) «Владимир Мономах» вновь отложен до конца года. Причина – в неспособности главного оружия крейсера, ракеты «Булава», гарантированно поразить цель.

Делают ракету там же, где «Тополя» и «Ярсы». К ним претензий нет. Значит, проблема не в производстве, на что ссылается разработчик – Московский институт теплотехники (МИТ), а в конструктивных недостатках самого оружия. Для сухопутных ракет используется транспортно-пусковой контейнер (ТПК). В нем ракета едет к месту старта, из него она стартует. Морские ракеты загружались в шахту подводной лодки без ТПК, его роль играла шахта. Так было до тех пор, пока не появилась «Булава». Для нее реализовали особую схему: в шахту начали грузить ракету, находящуюся в ТПК. Трудно найти логичное объяснение такому решению.

Чтобы не терять слишком много в диаметре ракеты, разработчик предусмотрел зазор между внутренней стенкой контейнера и ракетой в несколько раз меньше зазора между внутренней стенкой шахты и ракетой. У американцев, например, зазор между контейнером и ракетой меньше 20 мм. У нас и у американцев этот зазор определяется размещением горизонтальной амортизации, необходимой для обеспечения сохранности ракеты при подводных взрывах на безопасном для лодки расстоянии. Для «Булавы» эта задача решается амортизацией, размещенной в зазоре между транспортно-пусковым контейнером и шахтой. Поэтому зазор между ракетой и контейнером действительно может быть меньше. Но он должен быть достаточным для погрузки ракеты в транспортно-пусковой контейнер и для безопасного старта ракеты. Вот здесь и возникают вопросы.

При изготовлении рабочего чертежа конструктор указывает не только какой-либо линейный размер детали, но и допуск на этот размер (плюс/минус). Допуски определяются в основном точностными характеристиками заводских станков, прессов и другого оборудования. По этой причине они никогда не бывают нулевыми. Контролируются эти размеры контрольными приспособлениями. Если размер в допуске, то деталь проходит контроль. Здесь же надо отметить, что контрольные приспособления сами имеют погрешности.

Намного сложнее с определением размеров сборочных единиц. Их размеры и допуски на эти размеры определяются расчетами по сложным методикам размерных цепочек и уже являются вероятностными величинами. Как это влияет на внутренний диаметр транспортно-пускового контейнера и наружный диаметр ракеты? Контейнер изготавливается на гибочном стане с последующей сваркой по продольному шву. Оболочка ступени ракеты – это мотаный кокон, который какой-либо механической обработке по наружному диаметру не подвергается. Понятно, что с учетом таких технологий производства допуски на эти диаметры будут далеки от нулевых. И их тяжело контролировать, учитывая длину контейнера и ракеты. Плюс к этому неизбежны искривления контейнера и ракеты как по длине, так и по окружности. Кроме того, имеют место быть неперпендикулярность стыковочных поверхностей ступеней к теоретической оси ракеты и температурные изменения размерных параметров ракеты и транспортно-пускового контейнера из-за перепада температуры в шахте подводной лодки.

Таким образом, ракета представляет собой членисто-составной объект с отклонением по всем оговоренным выше измерениям, который размещается и стартует из транспортно-пускового контейнера, тоже не являющегося идеальным цилиндром. При этом большинство из значимых размеров не поддаются прямым измерениям, а являются расчетными и вероятностными.

Единственным, по существу, критерием совместимости ракеты и контейнера является факт: «залезла» ракета в ТПК или нет… Но затягивается ракета в контейнер с малыми скоростями. Ракета, не являясь абсолютно жестким объектом, «приспосабливается» к контейнеру без больших поперечных перегрузок. Иное дело старт. В этом случае скорость движения ракеты в контейнере весьма высокая, и все изгибы ракеты сопровождаются высокими поперечными перегрузками. При этом они не постоянны по длине ракеты и увеличиваются на тех участках, где возрастает степень деформации. Если на каких-то участках поперечная перегрузка превосходит допустимую, отдельные узлы ракеты, расположенные на этих участках, имеют право выйти из строя.

Таким образом, в этой модели можно объяснить, почему отказы случаются в различных узлах ракеты «Булава» и практически не повторяются. Но иногда ракета летит. Очевидно, что в этом случае выбранный зазор между транспортно-пусковым контейнером и ракетой оказался соизмерим с технологическими допусками.

Как все это можно «лечить»? Самое правильное – выбросить транспортно-пусковой контейнер из шахты и начать проектирование ракеты с нуля. В этом случае придем к проекту «Булава-45», предложенному в начале 2000-х годов. Если контейнер оставлять, то надо увеличивать зазор за счет уменьшения диаметра ракеты. Но и в этом случае проектировать ракету надо с нуля. Можно также рассмотреть варианты с увеличением диаметра ракетных шахт, но как быть с уже изготовленными подводными лодками? Потребуется также перепроектировать транспортно-пусковой контейнер и отработать способ старта.

МИТ, не признавая своей ошибки в проектировании, тем не менее должен не повторить ее в «Булаве-М», разработка которой уже ведется. Видимо, в связи с предстоящими переделками ракеты решено продолжить службу минимум до 2020 года тяжелого подводного ракетоносца «Дмитрий Донской», который используется в качестве испытательной платформы. Об этом ТАСС сообщил источник в российском оборонно-промышленном комплексе. Можно предположить, что и новую ракету раньше ждать не приходится. А до этого срока стратегическая составляющая ТОФ, у которого все надежды были на РПКСН проектов 995 и 995А, превращается в «хромую утку». Ведь никто не гарантирует, что «Булава» сможет долететь до назначенной цели.

Читаю: "почему в позднем СССР качество и ассортимент товаров были низкими, почему полки магазинов и склады были нередко завалены продукцией, которую никто не хотел покупать, почему новинки продвигались в производство медленно и тяжело, и т.д. и т.п."

Перед нами типичная антисоветская мифология для молодежи, как со сталинскими репрессиями, Катынью, командованием Сталина по глобусу и т.п.

1. Качество советских товаров было низким? Вовсе нет. Большинство тех, кто жил в СССР считают, наоборот, качество советской продукции выше современной. реклама это убеждение граждан использует постоянно, подчеркивая, что российский товар сделан по советским стандартам качества. Российского качества сегодня нет, его для рекламы недостаточно. Просто по этому вопросу происходит подмена общего частностями. Например, какая-то советская продукция уступала лучшим мировым брендам. Ну да, нельзя делать абсолютно всю линейку товаров лучше всех в мире. Поэтому имеет смысл говорить о типичном, среднем качестве. В СССР оно было выше, чем в любой капиталистической стране. Просто потому что капитализм порождает фальсификат, стремится использовать дешевые материалы и ограничивает свою продукцию заниженным сроком службы. В СССР ни того, ни другого, ни третьего не было. Там даже пальто для бабушек делали из натуральной шерсти и вешали на него натуральный меховой воротник.

2.Советские склады и магазины были завалены продукцией, которую никто не хотел покупать? Такая продукция есть всегда. И как раз в СССР ее доля была существенно ниже, чем сегодня. Сегодня на каждом углу торговля вынуждена сбрасывать неактуальную продукцию по крайне низким ценам, кругом тотальные распродажи, есть даже специальные магазины по распродаже остатков брендов, уж казалось бы, хотя бы там должны уметь делать актуальную продукцию. Доля складской залежи в СССР по советским отчетам не превышала нескольких процентов, это был крайне низкий уровень. А вот "не хотел покупать", - это уловка, играющая на психологии. Вы что сегодня готовы купить первые попавшиеся ботинки? Думаю, нет, ну и в СССР было также. Молодежь не покупала ту обувь, которую покупали старики. Рядом со мной торгуют ботинками из войлока, старая советская модель. Над которой смеялись в перестройку, мол, "прощай молодость". Так знайте, что СССР нет почти 30 лет, а эта модель все еще выпускают. Причем, даже китайцы осовоили)) И когда вам будет 70 лет, то возможно вы оцените ее удобство. Современная мода даже посмеялась над постсоветским поколением, когда, учитывая обнищание потребителя, предложила ему покупать кеды, которые в СССР считались отстойной дешевой обувью. Нынешняя молодежь гордо выхаживает по улицам в кедах, которые во времена моей молодости не одел бы на выход ни один уважающий себя молодой человек.

3.Ассортимент товаров в СССР был крайне низким? Миф. Советский ассортимент был максимально возможным для внутреннего производства, без импортных интервенций. Весь современный "добавленный ассортимент" - это лишь импорт плюс разные упаковки одного и того же товара. Если, скажем, на полке советского "Гастронома" лежало пять видов масла: бутербродное в пачках, крестьянское в пачках, бутербродное развесное, крестьянское развесное, шоколадное, а сегодня лежит 15 разноцветных пачек смеси сливочного масла с пальмовым в разных пропорциях, то это не означает, что сегодня ассортимент масла выше в три раза. Я бы сказал, наоборот. Что касается импорта, то, мы увидели недавно, насколько он зависит от политики. Просто до российской власти это дошло на 15 год своего существования, а в СССР всегда умели покупать у друзей, умели не покупать у врагов, умели не убивать свое производство ночных горшков импортом чужих. Лично я готов писать в отечественный горшок, но знать, что часть моих сограждан не осталась без работы.

4.В СССР медленно продвигались новинки? Также миф. Я вот лет 20 продаю товар, который люди носят. Практика такая. Товар появляется в брендах и на картинках модных журналов. Сразу начинают спрашивать модницы. Увы, массовое производство для всех начинает выпуск года через 2-3. Хочешь ультра модное - покупай бренд по цене, завышенной раз в 20-30. Да вы вспомните, как простейшее производство пластиковых окон, давно отлаженное на Западе, у нас налаживали лет 10-15. В этом плане СССР был как раз динамичнее. В 1966 году решили построить ВАЗ - в 1970 году пошли первые автомобили. Другое дело, что в СССР не эксплуатировали потреблядство, выпуская новинки ради новинок. Товар в СССР выпускался с заложенным длительным сроком службы, надежные модели считали возможным выпускать годами.

Таким образом, мифы о советской торговле, о советском товарном производстве призваны скрыть превосходство СССР и в этих областях.

http://historian30h.livejournal.com/547244.html

С перестроечных времен существует штамп – большевики проводили над Россией социальные эксперименты. Да, проводили. А Столыпин? Он занимался точно тем же самым. Главное дело Петра Аркадьевича – аграрная реформа – это такой же социальный эксперимент, теоретическая схема, разработанная в тиши кабинетов без учета российской специфики. О том, что у крестьян имелась веками сложившаяся психология, Столыпин знать не хотел. Вот должна быть такая реформа – и всё.

Более того, никто из сторонников реформы и не скрывал её людоедскую суть. Выживает сильнейший. Пусть половина крестьян перемрет с голоду – зато мы получим великую Россию. В «лихие девяностые» наиболее честные «демократы» говорили то же самое. По сравнению с этим большевики выглядят истинными гуманистами.

Стоит ли удивляться, что реформа Столыпина встретила бешеное сопротивление и в итоге с треском провалилась. К моменту убийства Столыпина уже было понятно – ничего из его затеи не вышло. Но того, что успели сделать, хватило, чтобы до предела накалить обстановку в деревне. После реформаторских попыток Столыпина государство уже однозначно воспринималось крестьянами как смертельный враг.

Недаром его ненавидели многие монархисты – не из тупого консерватизма, они просто понимали, куда ведут благие намерения Петра Аркадьевича.

Кстати при анализе деятельности Столыпина вспоминается другой знаменитый российский сельскохозяйственный реформатор XX века – Никита Сергеевич Хрущёв. На бумаге все его затеи тоже выглядели неплохо. Так что при желании вполне можно обосновать, что он действовал правильно, только ему не дали завершить благие начинания.

Из доклада ежегодной сессии Министерства здравоохранения России за 1912 год:

«Из 6-7 млн. рождаемых детей 43 % не доживают до 5 лет. 31 % в той или иной форме обнаруживают различные признаки пищевой недостаточности: рахита, цинги, пеллагры и проч.».

На листе доклада напротив слов: «До 10% крестьянских детей являют признаки умственной недостаточности» – рукой царя написано: «Не важно».

Для продвижения своей реформы, встреченной российским обществом в штыки, премьер-министр Столыпин ввел военно-полевые суды. Это была «особая пятерка», состоящая даже не из военных юристов, а из строевых офицеров. Они не только не знали законов, но и не имели опыта ведения следствия. А вот решительности у военных всегда много. Чего разбираться? Подумаешь – невиновного повесили! Главное – нагнать страху на мужичье. Бунтует быдло? Вешать и пороть. Сначала приводили приговор в исполнение, потом разбирались. Или не разбирались.

Итог был мрачным. Встречались села, где отсутствовало почти все взрослое мужское население, посаженное в тюрьмы или отправленное в ссылку…

Столыпин не раз высказывал свою позицию по поводу аграрной реформы. 10 мая 1907 года он сказал речь «Об устройстве быта крестьян и о праве собственности», окончание которой всем известно: «Вам нужны великие потрясения, нам нужна великая Россия!»

Это очень любят цитировать. Но каким путем Столыпин собирался сделать Россию великой?

Его оппоненты выступали за принцип «семейной собственности». То есть за то, чтобы хозяин не мог обделить детей, продав свой надел и вложившись в тогдашний «МММ» – какой-нибудь аргентинско-тамбовский золотой прииск, каких тогда было полно. Столыпин же считал – владелец пусть как хочет, так и распоряжается своей собственностью. «Главное, – говорил он, – когда мы пишем закон для всей страны, иметь в виду разумных и сильных, а не пьяных и слабых».

В его речах видна мифология реформы, вечная для всех либералов. Бедный – это «пьяный бездельник», который не хочет работать. Хотя это совсем не так. Что такое пожар в деревне? Это гибель не одного хозяйства. В наше время пострадавшим выдают материальную помощь. Тогда – не выдавали. Пойдем дальше. Болезни. Медицинской помощи в деревне фактически не существовало. Значит, если в семье серьезно заболел единственный работник – семья обречена на голод. То есть любая крупная неприятность отбрасывала крестьянина в нищету. «Мир» мог помочь. Индивидуалу, на которого и напирал Столыпин, оставалось только подыхать.

С точки зрения высокой государственной политики это казалось неважным. Но русские люди почему-то не считали, что проигравший должен умереть. А тех, кто так считали, называли жлобами.

Абстрактность замысла столыпинской реформы в значительной мере объяснялась тем, что ее сочиняли люди, неважно знавшие русскую деревню. Главным правительственным теоретиком по землеустройству был датчанин А.А. Кофод. В Россию он приехал в возрасте 22 лет, ни слова не зная по-русски, и затем долго жил в небольшой датской колонии в Псковской губернии.

И ведь нельзя сказать, что Столыпина не предупреждали о сомнительности его затей.

Член-корреспондент Императорской Академии наук экономист А.И. Чупров писал в 1906 году:

«Отрубное владение бесспорно имеет на своей стороне немало преимуществ, и если бы возможно было скоро завести его по всей России, русское сельское хозяйство осталось бы в выигрыше. Но вся беда в том, что мысль о мало-мальски быстром распространении отрубной собственности на пространстве обширной страны представляет собою чистейшую утопию, включение которой в практическую программу неотложных реформ может быть объяснено только малым знанием дела»...

Но подобные возражения отметались с ходу как «ретроградские». Прогрессисты никогда не прислушиваются к критике своих проектов. Они ведь лучше знают… Вы думаете, Егора Гайдара не предупреждали о том, что получится из его экономических реформ?

Реформа Столыпина предполагала возникновение класса преуспевающих фермеров, что выгодно для экономики. Эти люди должны были стать и прочной опорой власти. Ведь крепкому хозяину не нужны ни революции, ни демократические преобразования, он всегда за порядок. И еще – община, от которой одни неприятности, превратится из сплоченной, враждебно настроенной к власти структуры в россыпь грызущихся за выживание индивидуумов.

Но что на деле означала ставка на «крепкого хозяина»? Если крестьянин соберет свои полоски в отруб или даже переберется на хутор – земли у него не прибавится. Он купит землю у разорившихся соседей. А тем что делать? Ведь таких неудачников при успехе реформы оказалось бы десятки миллионов! Им куда деваться? Батраков столько не нужно. В город? Так индустриализацию никто проводить не собирался, а стихийный рост промышленности такое количество людей переварить не мог. Самое большое, что могли пригреть промышленные центры – это пара миллионов человек. При этом на селе оставалось от 20 до 32 миллионов «лишнего» населения.

Услать его в благодатную Сибирь? Но это только кабинетные теоретики полагают легким делом за несколько лет перевезти и укоренить на новых местах такое количество людей. Нет, это можно – но с расходами как на большую войну. А денег не было. Да и опыта проведения таких мероприятий – тоже. Все-таки переселенцы – не армия, которую можно живо переправить «из точки А в точку Б»…

Итак «лишних людей» девать некуда. Значит? Пусть подыхают. Слабых не жалко. О том, что эти люди могут не тихо помирать, а взбунтоваться – да так, что 1905 год покажется раем, Столыпину в голову не приходило. А ведь нет более лютого революционера, чем разорившийся собственник…

К тому же Столыпин, как и большинство представителей элиты, был ярко выраженным западником. Он умилялся фермерскими хозяйствами Пруссии, полагая, что если получилось на Западе, получится и у нас. О разнице в условиях, а уж тем более в менталитете –  он не задумывался. Да и на Западе все было не так просто. В той же Англии общину ломали триста лет! В Пруссии, хуторами которой восхищался Столыпин, переход занял сто лет. Столыпин же решил то же самое сделать за двадцать.

Тут очень хорошо видно сходство Столыпина с Хрущевым. Хрущев стоял за ликвидацию «неперспективных» деревень и создание агропромышленных гигантов. Сама по себе идея не самая глупая, как и фермерство. Но – при определенных условиях, при учете обстоятельств. Большевики во время коллективизации сумели сделать выводы из практики и ликвидировать перегибы. Столыпин этого не мог. Как и послать, подобно большевикам, в деревню «тридцатитысячников», которые были глубоко убеждены в правильности «генерального курса», но при этом не являлись «барами». Поэтому и проиграл.

Как же можно говорить, что «реформу прервала смерть Столыпина»? Эта реформа полностью исчерпала себя за три первых года. Все, кто хотели стать собственниками – ими стали. Дальше шло уже «дожигание» или откровенные аферы.

Пик переселенцев приходится на самое начало мероприятий Столыпина – на 1907-08 гг. Наиболее рисковые люди тогда двинулись в Сибирь. Однако число таких людей было не слишком велико. Что знали тогдашние крестьяне о Сибири? Только то, что туда шлют на каторгу – а в хорошее место каторжников гнать не будут. Но тем не менее кое-кто поехал. Дальше начинает расти число «возвращенцев».

А почему они возвращались? Многочисленные свидетельства говорят об очень плохой организации процесса. Чиновники просто никогда не сталкивались с такой задачей; хватало воровства и прочих злоупотреблений. За Уралом нравы были вообще дикие – каждый начальник чувствовал себя мелким царьком и плевать на всех хотел…

Критическим стал 1911 год. Тогда вернулась треть уехавших. Это уже была катастрофа. Но затем процесс переселения хоть и медленно, но стал идти – уже после смерти «великого реформатора». И вот что забавно: переселенцы на новых местах стали вновь организовываться в общины!

Переселилось в итоге всего три миллиона человек. Много это или мало? Мало. Никаких проблем переселенцы не решили. Да и не могли решить.

Поклонники Столыпина возражают, что дело было не в ошибочности его аграрного курса, а в том, что не хватило времени для его реализации. Нужно было не восемь-девять лет, какие отпустила реформе история, а, скажем, 20, которые просил Столыпин. Война и революция этому помешали. Доля истины здесь есть – с десятилетиями процесс сделался бы действительно необратимым. Но вопрос надо ставить иначе: почему история не дала этих 20 лет? Крах столыпинской реформы был обусловлен главным объективным фактором – тем, что она проводилась в условиях сохранения помещичьих землевладений и для сохранения этих землевладений. В этом коренился изначальный порок мнимой реформы, приведший в конечном счете к революции и превращению всей земли в общенародную собственность.

Но все повторяется. В начале 1990-х нам с апломбом объявили, что «фермер накормит Россию». Провели экономическую реформу, которая ничем по сути не отличалась от столыпинской. Колхозные земли был розданы крестьянам. Егор Гайдар вообще считал себя продолжателем дела Столыпина, о чем неоднократно заявлял. И где эти фермеры, кроме как в телеэкране?

Кстати ваучеры – это ведь по сути то же самое. Каждому выдавался кусочек от общественного достояния. Который дескать можно использовать как угодно – и стать «народным собственником». И кто им стал?

Столыпин намертво связывал понятия «гражданственность» и «частная собственность». Это – чисто либеральный тезис. Предполагается: если человек владеет собственностью, он обладает и ответственностью. Столыпин так и не понял, что когда собственники набирают силу, они неизбежно стремятся подмять под себя государство. Да и насчет «гражданственности» не все так просто. Во время Гражданской войны Белое движение не поддержал никто из крупных русских предпринимателей, сумевших вывезти капиталы за границу.

Первая мировая наглядно показала, что аграрная реформа Столыпина была ошибкой. Столыпин исходил из либерального мифа, что самые лучшие граждане получаются из собственников. Возможно, это верно, пока государство развивается спокойно. Да, собственникам не нужны никакие великие потрясения. Но когда начинаются проблемы вроде большой войны, то выясняется – данным господам интересна прежде всего прибыль. А на остальное им плевать. С началом Первой мировой оказалось, что на имевшихся «крепких хозяев» никакие патриотические призывы не действуют. Свой карман им был дороже.

По материалам Владимир Кухаришин
➡ Источник: http://publizist.ru/blogs/34/13570/-

Для сравнения, в 1953 г. к моменту смерти Сталина «за политику» в Гулаге сидело 220 тыс. человек. Из них около 100 тыс. бывших бандеровцев. Вот они действительно были реабилитированы по приказу Хрущёва.

Реабилитация в 1955 году лиц, сотрудничавших с фашистскими оккупантами в годы войны, по мнению многих экспертов, открыла клапаны для политической натурализации возвратившихся на Украину бывших оуновцев, впоследствии в значительном количестве перекрасившихся в комсомольцев и коммунистов. По оценкам ряда североамериканских и западногерманских источников (в том числе, существовавшего в 1950 – начале 1970 гг. Мюнхенского института по изучению СССР и Восточной Европы), не меньше трети украинских националистов и членов их семей, реабилитированных в середине – второй половине 1950 гг., стали к середине 1970-х руководителями райкомов, обкомов, обл- и/или райисполкомов в Западной, Центральной и Юго-Западной Украине. А также руководителями разного ранга во многих украинских министерствах, ведомствах, предприятиях, комсомольских и общественных организациях, в том числе областного уровня.

Параллельный процесс развивался и с внешней стороны, так как с середины 1955 года возвращались украинцы и из-за заграницы. Причем, уже в 1955 – 58 гг. вернулось, в целом, не меньше 50 тыс. чел., в последующие 10 – 15 лет еще около 50 тыс. И что интересно: сосланным оуновцам в начале 1950-х удавалось, каким-то образом, устраиваться на золотые прииски на Урале, в Сибири и на Дальнем Востоке. Поэтому возвращались они на Украину с крупными денежными суммами. Вовсе не бедными были и репатрианты из других стран. И почти сразу по возвращении большинство сосланных и репатриантов покупали дома с участками или строили свои, либо «встраивались» в дорогостоящие по тем временам жилищно-строительные кооперативы.

После хрущевской реабилитации 1955 года руководство ОУН и других националистических закордонных структур приняло в 1955-1956 гг. решения о постепенном внедрении в партийные и государственные структуры Украинской ССР. Им возможно, дали понять, что неодолимых препятствий со стороны советских властей не будет. Не было ли у «перековавшихся» в лагерях украинских националистов высокого покровителя в Москве?

Хотя прямых доказательств тому нет, политика реабилитации украинцев, лиц, сотрудничавших с нацистами, их возвращение на Украину и, наконец, их инфильтрация в органы партийного, советского и хозяйственного управления, прекрасно вписывалась в стратегию Хрущёва по кореннизации национальных республик, замещению русских кадров нерусскими. Это было частью его плана борьбы с личными соперниками из числа выдвиженцев сталинской эпохи.
Как отметил Молотов в одной из бесед с Феликсом Чуевым, «поворот-то был раньше сделан, а поскольку поворот был сделан, Хрущев подобрал на XX съезде такой состав, который орал ему «ура!».

1955 год – начало амнистии украинских коллаборантов, февраль 1956 года – XX съезд и развенчание культа личности. Пожалуй, тут есть нестыковка. Слишком близкие даты.

Не могли они успеть к съезду стать верными ленинцами. Другое дело, атака 1965 года, когда в украинских вузах был введен обязательный экзамен по украинскому языку, а на заседании Политбюро ЦК КПСС был поставлен вопрос о предоставлении УССР права самостоятельной внешнеэкономической деятельности. Атака была отбита, а ее инициатор Петр Шелест вычеркнут из списка «друзей Брежнева».

Но если вернуться к упомянутым Молотовым «хрущёвцам», то вопрос приобретает несколько иное звучание. Историки знают про троцкистов, бухаринцев или «правых», про бандеровцев. Но кто такие «хрущёвцы»?

«Он правый… Правые и троцкисты сходятся. Н-е-ет, он имел корни». Как-то это невнятно у Вячеслава Михайловича. Но тревожно.

Его беседы с Чуевым оставляют впечатление, что он не вполне мог ухватить суть явления: в сталинском окружении были, конечно, разные люди. Жестокие, беспринципные, трусливые – вот дураков там не было точно.

Но везде, где появляется Хрущёв, вылезает какая-то фанфаронская, невооруженным глазом заметная дурь.

А его никогда не наказывают! Даже за вопиющие военные провалы. В качестве члена военных советов различных фронтов, Н. С. Хрущев был причастен к окружению войск, оборонявших Киев в 1941 г., и наступавших на Харьков в 1942 г.

Читатель может вспомнить, как в советском фильме «Семнадцать мгновений весны» по роману Ю. Семенова шеф имперской безопасности Эрнст Кальтенбруннер говорит о нашем человеке Штирлице, оценивая его работу: «Явных провалов нет, но и успехов, прорывов тоже нет».

О Хрущёве, с точки зрения интересов СССР, можно сказать, что у него не было успехов. А вот его дурь, при всем феерическом фанфаронстве исполнителя, всегда преследовала одну и ту же цель: столкнуть СССР под горку.

Эта характерная черта хрущёвского подхода к делу ярко проявилась в годы войны, когда Хрущёв с бешеной энергией добивался исполнения ошибочных решений Ставки, но в реализации ее же судьбоносных приказов у нашего героя не наблюдалось ни «прорывов», ни «успехов». В лучшем случае, на «троечку». Закончил войну в звании генерал-лейтенанта.

Когда Хрущёв сместил национального героя Г. К. Жукова с поста министра обороны, тот, узнав о решении человека, которому не раз помогал в его политической карьере, иронически спросил: «Ну хоть не Фурцеву теперь назначат?» Но и Жуков в Хрущёве не разобрался. Может быть, не та военная специальность?

http://burckina-new.livejournal.com/355362.html