Это я о "Троице" Рублёва. Боюсь, что если икону всё-таки решат перевезти (а наши музейщики, судя по новостям, уже взяли под козырёк, кинулись послушно исполнять, и готовят перевозку), то случится всё: и нарушение температурного режима, и трещина в доске побежит дальше, и краска осыплется...

Более того. Не мною придумано, что церкви дай палец – откусит и руку. Если даже ничего не случится сейчас – попросят ещё, и ещё, и ещё... и так до тех пор, пока у Кролика совсем ничего не осталось. Так и приучат тихой сапой, что икона висит не в музее.

Чёрт возьми, какая дикость. "Троица" – достояние не православной церкви, а всего мира. А кто же сможет её посмотреть в культовом здании? Я, например, смогу прийти и посмотреть? Нет, не смогу. Я не пойду в церковь, да и смотреть – остановиться и стоять столько, сколько мне, как зрителю, потребуется, – кто в церкви позволит?

"Предчувствую небесный гром и горе", как вещал Годунов.

Настроение сейчас - оченьдажетаксебешное

В колонках играет - разговоры

Наконец-то я знаю то, о чём мечтала очень долго. Отныне я почти что умею играть в преферанс!

Вообще я к картам мягко говоря равнодушна. Дома у нас никто и никогда в них не играл, более того – всегда считали сие времяпрепровождение вульгарным и низменным. Когда я где-то (убей бог, уже не помню, где и как) научилась играть в подкидного дурака, родные смотрели на меня весьма и весьма критически. У мамы, насколько я могу понять, карты ассоциировались с картинкой "лавочка-мужской гогот-мат-водка-карты". Ну а у меня ассоциация была другая – всякие там Герман, пиковые дамы, Лермонтовы-Печорины... Отсюда мой интерес.

Правда, интерес так и ограничился дураком. Не нашлось поблизости людей, способных обучить меня штоссу или покеру... Меж тем уже много лет как я прочитала книжку одного приятеля моего любимого, незабвенного Майка Науменко, где этот самый преферанс описан невозможно как смачно. И с тех пор у меня появился бзик: хочу научиться!

Вот вчерашний день мне и помог. Поездка в Калугу и сидение в поезде обернулось интереснейшим процессом обучения, и теперь для меня такие слова как "вист", "распасы" и "шестёрка червей" – не пустые слова, а конкретные термины. Стоит уточнить, что из-за походных условий пулю не расчерчивали, и я так и не знаю ещё, сколько очков пишется за что, – но всё впереди, узнаю и это!

А самое прелестное – то, что учили меня мои же студенты. Ну что же, ещё Конфуций говорил, что по первым же трём людям, которые встретятся ему, он сможет себя исправить. Так что не вижу никакого греха в том, чтобы учиться у кого бы то ни было!

Настроение сейчас - обучательское

В колонках играет - шум шин

Карточка закрыта, деньги получены все до копейки. Ура. Есть-таки бог на Марсе. На данный момент это – главное событие дня.

Завтра отправляемся в областной город, водить студентов по городам, весям и средствам массовой информации. Ах, почему это не Москва? – а то бы я могла, пока всех поведут в "Макдональдс", встретиться с Гвен... или Чарли... или ещё кем-то, кто нашёл бы время... но – мечты, мечты, где ваша сладость.

Скоро уничтожу свою регистрацию во "В Контакте". Надоело хуже горькой редьки... Висит, как камень на ноге, и ни туда, ни сюда.

Хочу писать стихи. Много думаю о Магнате, о Милорде (о наших Магнате и Милорде). Хожу в каких-то растрёпанных чувствах.

Вчера, глядя за окно, на прорисовывающиеся на фоне низкого, снежного неба тонкие ветки берёз, на которых трепетали рыже-бурые, всё ещё не опавшие листья, – вдруг поняла, какая же это чертовски красивая штука – поздняя осень. Мрачная, но невероятно поэтичная...

Настроение сейчас - всякоразновское

В колонках играет - разговоры

А у нас идёт снег...

Крошечные лёгкие крупинки. Такие мелкие, что когда пробуешь их языком, он почти не чувствует холода...

Настроение сейчас - разнообразновское

В колонках играет - разговоры

Чтобы мы не зажирели, не обленились и не утратили спортивной формы, мудрое государство придумало прелестный ход. Помните, я спрашивала, лучше снять деньги через другой банк, или уж подождать лучших времён? – так проблема рассосалась сама собой. Через другие банки снять не получается, они тоже не выдают. Зато можно в родном Газэнергобанке снять аж по целой тысяче зараз!

В общем, отныне дни строятся по такой схеме: встаёшь часа на полтора-два раньше, и, пока не начались лекции, – бегом по всем банкам! Замечательная пробежка и прекрасная зарядка, а уж как вздёргивает нервы! Отделения оного в моём городе в количестве трёх штук, одно рядом с домом, другое в семи минутах от работы, зато третье у чёрта на куличиках и на окраине города. Зато, если повезёт, за день можно разбогатеть сразу на три тысячи.

Правда, "если повезёт", – оговорка существенная. Пока ни разу не везло. Один раз удалось получить одну заветную зелёную бумажку, другой раз – две. Все прочие пробы просунуть в окошко синий пластиковый прямоугольничек заканчивались разведением рук: нету денег, лимит исчерпан!

О-о, воистину: жить стало лучше, жить стало веселей...

Настроение сейчас - утопическое

В колонках играет - далёкие голоса

Люди, а вы знаете, что расширенный редактор Оперы не поддерживает... твёрдый знак? Попробуйте его напечатать – ничего не получится, вас перекинет  в панель управления, на жирный шрифт. Когда я отправляла сообщение с рисунками, то обнаружила сию несправедливость. Пришлось набирать текст в вордовском документе, отдельно, – и только потом вставлять его сюда, в окно...

А ещё – если вы, опять-таки, в расширенном режиме, нажмёте клавишу Backspase, то вы не сделаете шаг назад, а чудесным и непостижимым образом перепорхнёте в самое начало текста. И – кто знает, может быть, это ещё не все сюрпризы. Так что, печатая что-то в окне, постоянно приходится поглядывать – здесь ли ты ещё, или уже в ином измерении.

Неисповедимы пути Валеза...

Настроение сейчас - разыскательское

В колонках играет - шелест шин

Просматриваю дайджест рассылок, на который подписана через свой ящик (осталось ещё с тех времён, когда в газете вела рубрику полезных советов и всего такого прочего). Натыкаюсь на статью о женственности. И вот автор изо всех сил рассуждает, что же такое женственность, и с чем её едят. Вроде всё нормально, пока речь касается только вопросов современности.

Но вдруг натыкаюсь... (см. рисунок)

"Боги, боги, как грустна вечерняя земля!" Откуда же такая безграмотность? Откуда такое презрение к истории, заставляющее валить всё одну кучу, и даже не чихнуть по поводу того, что барокко – это в основном XVII век, а "Прекрасная Дама и рыцари" – XII-XIII. Ну подумаешь, на пятьсот лет ошиблись!

Когда-то давно, на заре туманной юности, когда я ещё числилась в клубе любителей фантастики и детектива и баловалась юмористической фантастикой, сочинила я, помнится, рассказ, действие которого происходило в ХХХ веке. Это был репортаж со съёмочной площадки, на которой создавался исторический фильм. Естественно, текст не помню, но отдельные фрагменты в памяти всплывают. Вроде "На съёмочной площадке нас окружала реалистичная атмосфера глубокой старины. По улице промчался шестицилиндровый автомобиль, на котором развевался плакат "Вся власть учредительному собранию!" На углах стояли продавцы газет, жандармы, будочники, телефоны-автоматы и интернет-кафе. Герой делал героине признание в любви, а потом они танцевали брейк-данс под музыку Моцарта.
– К какому времени относится время действия вашего фильма? – спросили мы режиссёра.
– Где-то век XVIII, или ХХ... – ответил он. – Какая разница?"

Ёлки, чувствуется, что так и происходит...


P.S. Я не говорю уже о том, что "барокко" ни с того, ни с сего, написано с заглавной.

Настроение сейчас - убитовское

В колонках играет - охи и вздохи

Смотрела я тут недавно "Английского цирюльника". Для тех, кто не в курсе, в двух словах содержание: в небольшом городке проводится всеанглийский конкурс парикмахеров, и обстоятельства вынуждают цирюльника, которого играет Рикман, принять в нём участие. Он сперва не хочет (типа полно проблем, и люди мне там не по кайфу), но потом решается, заодно мирится с женой и, естественно, побеждает.

Но речь моя не о том. А о том, что там в фильме есть несколько однотипных эпизодов: каждый день конкурса начинается выступлением мэра городка. Тот, конечно, безумно счастлив, что их поселение стало центром всей страны на три дня, и готов из штанов выпрыгнуть, чтобы всё прошло круче некуда. Вот и скачет по сцене в сверкающем пиджаке, зажигает и вообще представляет из себя шоумена.

Я, конечно, понимаю, что это фильм, и в жизни всё могло быть не так постановочно. Но вот мысленно представила: а как было бы, скажем, в нашем богоспасаемом городишке? Да, у нас тоже мэр мог бы открыть первый день. Но – как? Он бы вышел в официальном костюме-тройке, со сцены чинно прочитал бы очень начальственную речь, официально же пожелал бы успехов всем участникам – и удалился бы на очередное мероприятие. Всё было бы очень сухо и по-чиновничьи, никаких вольностей: мэр ни на секунду не забыл бы (и другим не дал бы забыть), кто он такой, и что это официальное событие.

И вот сижу я и думаю: это наш менталитет такой, получается. Читаю классику – нахожу подтверждение. Начиная с конца 18 века (ну, с Павла) в России правят чиновники, и стиль у них соответствующий – чиновничий. Всё по ранжиру, по правилам, ни шагу в сторону.

Или я заблуждаюсь?

Настроение сейчас - рассуждательское

В колонках играет - вечер

Что-то я подозрительно давно не выкладывала подборок рисунков.  И ведь странно, – раньше, когда моя милая Опера в упор не поддерживала расширенный формат, а мне было лень возиться и класть их по одному, – я всё равно находила варианты, чтобы вывесить десяток-другой фото. А теперь, когда неусыпными заботами дяденьки Валеза и Опера этот самый расширенный формат вполне профессионально поддерживает, я ещё ничего не выкладывала... непорядок...

Вот и решила исправиться, и предъявить вашему вниманию подборку рисунков. Для начала классика: иллюстрации разных людей (и разного качества, надо сказать!)  Толкину вообще и "Властелину колец" в частности. Ну, поехали (и махнул рукой).

 
 

Арвен и Арагорн.

Остальной Джон Рональд Руэл в рисунках дальше.