Вы слышите своё сердце?

«Сам по себе ум – это шум. Болтать – это его природа. Поэтому пытаться контролировать его какими бы то ни было средствами – значит просто подавлять его. Когда придёт Понимание, тогда ум сам станет безмолвным».

Нисаргадатта Махарадж

Мудрец наслаждается всем.
Мудрецу приносит наслаждение день, и ему приносит наслаждение ночь; ему приносит наслаждение лето, и ему приносит наслаждение зима.
Он наслаждается жизнью, он наслаждается смертью.
Он не привязывается, и в этом всё его блаженство.

Говорят, нужно жить с целью. Говорят, нужно стремиться к большему, лучшему, нужно творить добро. Говорят, что мысли материальны, что многое зависит от нас самих, что способности человека ограничены лишь его сознанием. Говорят, что нужно жить, не оглядываясь на прошлое, нужно верить в светлое будущее и помнить только хорошее. Говорят, что все люди добрые, что нужно уметь прощать, что нужно стремиться к взаимопониманию. Говорят, что нужно ценить людей, ценить то, что у тебя есть. А ещё говорят, что всё проходит, а человек привыкает ко всему.

Мины «чтоэтоблядьзахрень» не образовалось? Тогда едем дальше.

Я всегда скрывала все свои мысли и чувства от людей, потому что прекрасно понимала, что им всё это не нужно. Я сама, молча, делала выводы и продолжала вести себя как обычно, делая вид, что ничего не произошло. Я старалась ставить себя на место других, пытаться понять, почему человек что-то делает или говорит. А люди, наверное, думают, что я просто забываю всё то, что мне говорят. Что я даже не пытаюсь понять, что до меня хотели донести. Я каждый раз узнавала о себе много нового.

Да, у меня вся жизнь распланирована. Да, я уже чётко знаю, чего я хочу. Да, я люблю людей за то, что каждый по-своему похож на другого, за неповторимый набор страхов, сожалений, желаний и надежд. Да, я не могу без людей, потому что человек не может существовать без общества. Да, я сильная, потому что кроме меня некому быть сильной. Да, я верю в то, что единственное, что способно двигать людей вперёд, – это любовь, но не к себе, а к другому существу. Да, я надеюсь, что когда-нибудь и на моей улице выглянет солнце, что я смогу исполнить свои мечты, что я смогу всего добиться. Да, я рада, что люди слушают меня, разговаривают со мной, обсуждают свои проблемы. Да, я счастлива от осознания того, что в моих силах навсегда сохранить узы, которые связывают меня и некоторых других важных для меня людей. Да, мне ничто и никто не нужен, а та фигня про надежду на то, что я когда-нибудь смогу заниматься любимым делом, увидеть Сашу, съездить с Аней в Хорватию, узнать, что мой отец здоров, и жить далеко от своей матери, – это всё желание самоутвердиться, прослыть хорошей и кого-нибудь поиметь. Да, я умею не притворяться, что всё хорошо. Да, мне совершенно плевать, что мне говорят, потому что я всё давно уже решила. Да, я буду следовать своим планам независимо от того, что происходит вокруг. Да, меня совершенно не волнует тот факт, что людям, для которых хочется сделать всё возможное, нравится посылать меня, игнорировать и всячески издеваться, доводя меня до дрожи в пальцах. Да, я знаю, что они делают это специально, потому что это единственный способ со мной общаться, что они никогда не смогли бы дать мне шанс, они никогда не смогли бы со мной этого обсудить.

Так говорят.

Мой путь — это не ваш путь, потому я не могу вас учить. Путь внутри нас, а не в Богах, и не в учениях, и не в законах. Внутри нас путь, и истина, и жизнь.

Горе тем, кто живёт примерами! Нет жизни в них. Если вы живёте в соответствии с примерами, вы живёте жизнью этого примера, но кто будет жить вашу жизнь, как не вы сами? Так живите сами.

Указательные столбы упали, перед нами лежат неразмеченные пути. Не жадничайте, поглощая плоды чужих земель. Вы знаете, что вы сами плодородный акр, рождающий всё, полезное для вас?

Но кто сегодня знает это? Кто знает путь к вечно плодородным краям души? Вы ищете путь лишь в видимостях, вы изучаете книги и прислушиваетесь ко всяким мнениям. Что в этом хорошего?

Есть только один путь, и это ваш путь.

Говори только самое существенное, как будто ты даёшь телеграмму, как будто ты вынужден выбрать только десять слов. Просто наблюдай говорящих людей, и ты будешь поражён: повсюду непонимание. Ты говоришь одно, понимается другое. Мир был бы более молчаливым и спокойным местом, если бы люди говорили только пять процентов из того, что они говорят сейчас. И этих пяти процентов было бы вполне достаточно, чтобы говорить по существу. Твоя телеграмма будет означать больше, чем длинное письмо. Представляй, что ты телеграфируешь, и ты будешь удивлён, что в течение дня необходимо говорить всего несколько раз.

...Но знаешь, что лучше всего? Куда бы ни занесло, всегда есть то, о чём я буду молчать.

Так много людей с зимой внутри. Не холодных, не злых, а просто – с зимой.
И это не плохо. Так просто есть. Я люблю зиму.
А ты? Ты просто слушай иногда, как бьётся в твоих ладонях
моя живая весна.

Девушка из ирокезского племени сенека

Чарльз Дарвин утверждает, что обезьяны эволюционировали и стали людьми. Я с ним не согласен. Конечно, я не против обезьян — они добрые существа! — но если то, что говорит Дарвин, правда, то почему не все обезьяны стали людьми? Ведь миллионы лет обезьяны остаются обезьянами. Почему же они не эволюционируют? По крайней мере, к настоящему времени они должны были пройти через несколько ступеней развития, но они остаются точно такими же, какими были раньше. Теория Дарвина кажется правильной, только когда имеешь дело с политиками. Наблюдая за политиками, начинаешь подозревать, что Дарвин, по всей вероятности, был прав, — во всех остальных случаях никаких доказательств! Потому что обезьяны всегда остаются обезьянами. На самом деле, вся эта дарвиновская теория — всего лишь гипотеза, пока не обладающая научной ценностью. И с точки зрения духовности она никогда не будет обладать ценностью. Сама возможность духовного роста и способность к нему подтверждает то, что человек принципиально отличается от любого другого существа на Земле. Он — эволюционирующее животное. Больше ни одно животное не эволюционирует, не развивается. Животные — настоящие конформисты: они не нарушают границ, очерченных их наследственностью, их инстинктами; они не делают ничего, что выходит за рамки их инстинктивного, бессознательного поведения.

Пока ты жив, живи так, чтобы даже смерть, когда она придёт, не смогла убить тебя. Действительно живой человек преодолеет смерть. Смерть приходит только к мёртвым людям.
Позволь, я повторю это ещё раз: cмерть приходит только к мёртвым людям, к тем, кто уже мёртв, только к таким людям приходит смерть. Действительно живой человек неподвластен смерти, он выходит за её пределы. Смерть приходит и не находит свою цель.
Как ты можешь убить такого человека, как Будда?
Как ты можешь убить такого человека, как Иисус?
Как ты можешь убить такого человека, как Кришна с его флейтой? – невозможно!
Смерть сама начнёт танцевать вокруг него! Его жизнь так прекрасна, что сама смерть влюбится в него.

Что бы ни говорили о конституционном статусе православия в нынешней России, фактически оно становится не просто главной религией в стране, а главной идеологией. Поскольку оно имеет сильнейшую поддержку со стороны президентской власти («Кремля») и активно вмешивается во все важнейшие аспекты жизни страны, можно с полным правом утверждать, что оно становится государственной идеологией постсоветской России. Это происходит фактически. Православная церковь даже чуточку противится этому. Трудно сказать, из лицемерия или из страха, что не справится с выпавшей на её долю исторической удачей. Важно то, что это происходит на самом деле. Происходит потому, что православие сейчас просто не имеет серьёзной конкуренции. Советская идеология разгромлена. Марксизм как будто испарился, и возрождение его не предвидится. На создание другой светской идеологии такого масштаба нужны десятилетия (если не века). К тому же она может пробиться к жизни лишь в жёстокой социальной борьбе, на какую не только в России, но и на Западе пока нет достаточных сил. Носители светской (гражданской) идеологии, философы, стушевались, затаились, боятся, что их выбросят, и заискивают перед попами; западная идеология, проникающая через СМИ, культуру и личные общения в сознание россиян, по самому своему характеру не может стать организованной и единой идеологической силой. Она, внося в души россиян моральное разложение, скорее работает в пользу православия, оправдывая его притязания на роль духовного и морального пастыря заблудших жертв советизма и западнизма. Поиски некой «национальной русской идеи» так или иначе упираются в православие. И ничего другого реального не находят. Перед попами заискивают даже лидеры оппозиционных партий. Одним словом, идеологическая сфера оказалась брошенной на произвол судьбы (или на милость победителей), и было бы глупо со стороны православной церкви, быстро создавшей сравнительно сильную организацию, не взять в свои руки то, что ей отдают добровольно и что само идёт в руки. Тут произошло нечто подобное тому, что случилось в результате антикоммунистического переворота в сфере экономики: её захватили мародёры разгромленной в эволюционной войне с Западом страны.

Возникает вопрос: что несёт России православие в рассматриваемом социальном качестве фактической государственной идеологии или хотя бы претендента на эту роль? Несёт не на словах, не в обещаниях, а на самом деле. Несёт даже, может быть, и не желая этого, может быть, не отдавая себе в этом отчёта. Иначе говоря, какую роль ему предстоит сыграть в силу исторически данных условий в мире и в России и в силу объективных социальных законов, неподвластных воле и желаниям всех тех, кто так или иначе способствует происходящему его возвышению? Ответ напрашивается весьма неутешительный: роль орудия идеологического оболванивания россиян, орудия занижения их интеллектуального и духовного (именно духовного!) уровня, орудия лишения россиян статуса активных творцов социального прогресса и превращения их в покорное стадо существ, обреченных на историческую гибель.

Источник: http://www.contrtv.ru/common/1117/

Государь!

Мы, рабочие и жители города С.-Петербурга, разных сословий, наши жёны, дети и беспомощные старцы-родители, пришли к тебе, государь, искать правды и защиты.

Мы обнищали, нас угнетают, обременяют непосильным трудом, над нами надругаются, в нас не признают людей, к нам относятся как к рабам, которые должны терпеть свою горькую участь и молчать.

Мы и терпели, но нас толкают всё дальше в омут нищеты, бесправия и невежества, нас душат деспотизм и произвол, и мы задыхаемся. Нет больше сил, государь! Настал предел терпению. Для нас пришёл тот страшный момент, когда лучше смерть, чем продолжение невыносимых мук.

И вот мы бросили работу и заявили нашим хозяевам, что не начнем работать, пока они не исполнят наших требований. Мы немногого просили, мы желали только того, без чего не жизнь, а каторга, вечная мука.

Первая наша просьба была, чтобы наши хозяева вместе с нами обсудили наши нужды. Но в этом нам отказали. Нам отказали в праве говорить о наших нуждах, находя, что такого права за нами не признаёт закон. Незаконными также оказались наши просьбы: уменьшить число рабочих часов до 8-ми в день; устанавливать цену на нашу работу вместе с нами и с нашего согласия, рассматривать наши недоразумения с низшей администрацией заводов; увеличить чернорабочим и женщинам плату за их труд до одного рубля в день, отменить сверхурочные работы; лечить нас внимательно и без оскорблений; устроить мастерские так, чтобы в них можно было работать, а не находить там смерть от страшных сквозняков, дождя и снега.

Всё оказалось, по мнению наших хозяев и фабрично-заводской администрации, противузаконно, всякая наша просьба — преступление, а наше желание улучшить наше положение — дерзость, оскорбительная для них.

Государь, нас здесь многие тысячи, и всё это люди только по виду, только по наружности, в действительности же за нами, равно как и за всем русским народом, не признают ни одного человеческого права, ни даже права говорить, думать, собираться, обсуждать нужды, принимать меры к улучшению нашего положения.

Нас поработили и поработили под покровительством твоих чиновников, с их помощью, при их содействии. Всякого из нас, кто осмелится поднять голос в защиту интересов рабочего класса и народа, бросают в тюрьму, отправляют в ссылку. Карают, как за преступление, за доброе сердце, за отзывчивую душу. Пожалеть забитого, бесправного, измученного человека — значит совершить тяжкое преступление.

Весь народ рабочий и крестьяне отданы на произвол чиновничьего правительства, состоящего из казнокрадов и грабителей, совершенно не только не заботящегося об интересах народа, но попирающих эти интересы. Чиновничье правительство довело страну до полного разорения, навлекло на неё позорную войну и всё дальше и дальше ведёт Россию к гибели. Мы, рабочие и народ, не имеем никакого голоса в расходовании взимаемых с нас огромных поборов. Мы даже не знаем, куда и на что деньги, собираемые с обнищавшего народа, уходят. Народ лишён возможности выражать свои желания, требования, участвовать в установлении налогов и расходовании их. Рабочие лишены возможности организоваться в союзы для защиты своих интересов.

Государь! Разве это согласно с божескими законами, милостью которых ты царствуешь? И разве можно жить при таких законах? Не лучше ли умереть, умереть всем нам, трудящимся людям всей России? Пусть живут и наслаждаются капиталисты-эксплоататоры рабочего класса и чиновники-казнокрады и грабители русского народа.

Вот что стоит перед нами, государь, и это-то нас и собрало к стенам твоего дворца. Тут мы ищем последнего спасения. Не откажи в помощи твоему народу, выведи его из могилы бесправия, нищеты и невежества, дай ему возможность самому вершить свою судьбу, сбрось с него невыносимый гнет чиновников. Разрушь стену между тобой и твоим народом, и пусть он правит страной вместе с тобой. Ведь ты поставлен на счастье народу, а это счастье чиновники вырывают у нас из рук, к нам оно не доходит, мы получаем только горе и унижение.

Взгляни без гнева, внимательно на наши просьбы, они направлены не ко злу, а к добру, как для нас, так и для тебя, государь. Не дерзость в нас говорит, а сознание необходимости выхода из невыносимого для всех положения. Россия слишком велика, нужды её слишком многообразны и многочисленны, чтобы одни чиновники могли управлять ею. Необходимо [народное] представительство, необходимо, чтобы сам народ помогал себе и управлял собою. Ведь ему только и известны истинные его нужды. Не отталкивай же его помощь, прими её, повели немедленно, сейчас же призвать представителей земли русской от всех классов, от всех сословий, представителей и от рабочих. Пусть тут будет и капиталист, и рабочий, и чиновник, и священник, и доктор, и учитель, — пусть все, кто бы они ни были, изберут своих представителей. Пусть каждый будет равен и свободен в праве избрания, и для этого повели, чтобы выборы в учредительное собрание происходили при условии всеобщей, тайной и равной подачи голосов.

Это самая главная наша просьба, в ней и на ней зиждется всё; это главный и единственный пластырь для наших больных ран, без которого эти раны сильно будут сочиться и быстро двигать нас к смерти.

Но одна мера всё же не может залечить всех наших ран. Необходимы ещё и другие, и мы прямо и открыто, как отцу, говорим тебе, государь, о них от лица всего трудящегося класса России.

Необходимы:

I._М_е_р_ы__п_р_о_т_и_в__н_е_в_е_ж_е_с_т_в_а__и__б_е_с_п_р_а_в_и_я__р_у_с_с_к_о_г_о__н_а_р_о_д_а.

1) Немедленное освобождение и возвращение всех пострадавших за политические и религиозные убеждения, за стачки и крестьянские беспорядки.

2) Немедленное объявление свободы и неприкосновенности личности, свободы слова, печати, свободы собраний, свободы совести в деле религии.

3) Общее и обязательное народное образование на государственный счёт.

4) Ответственность министров перед народом и гарантия законности правления.

5) Равенство пред законом всех без исключения.

6) Отделение церкви от государства.

II._М_е_р_ы__п_р_о_т_и_в__н_и_щ_е_т_ы__н_а_р_о_д_н_о_й.

1) Отмена косвенных налогов и замена их прогрессивным подоходным налогом.

2) Отмена выкупных платежей, дешёвый кредит и постепенная передача земли народу.

3) Исполнение заказов военного и морского ведомства должно быть в России, а не за границей.

4) Прекращение войны по воле народа.

III._М_е_р_ы__п_р_о_т_и_в__г_н_ё_т_а__к_а_п_и_т_а_л_а__н_а_д__т_р_у_д_о_м.

1) Отмена института фабричных инспекторов.

2) Учреждение при заводах и фабриках постоянных комиссий выборных рабочих, которые совместно с администрацией разбирали бы все претензии отдельных рабочих. Увольнение рабочего не может состояться иначе, как с постановления этой комиссии.

3) Свобода потребительно-производительных и профессиональных рабочих союзов — немедленно.

4) 8-часовой рабочий день и нормировка сверхурочных работ.

5) Свобода борьбы труда с капиталом — немедленно.

6) Нормальная заработная плата — немедленно.

7) Непременное участие представителей рабочих классов в выработке законопроекта о государственном страховании рабочих — немедленно.

Вот, государь, наши главные нужды, с которыми мы пришли к тебе. Лишь при удовлетворении их возможно освобождение нашей родины от рабства и нищеты, возможно её процветание, возможно рабочим организоваться для защиты своих интересов от наглой эксплоатации капиталистов и грабящего и душащего народ чиновничьего правительства.

Повели и поклянись исполнить их и ты сделаешь Россию и счастливой и славной, а имя твоё запечатлеешь в сердцах наших и наших потомков на вечные времена. А не повелишь, не отзовёшься на нашу мольбу, — мы умрём здесь, на этой площади, перед твоим дворцом. Нам некуда больше итти и не зачем. У нас только два пути: или к свободе и счастью, или в могилу… пусть наша жизнь будет жертвой для исстрадавшейся России. Нам не жаль этой жертвы, мы охотно приносим её!

«Йога не отделяет человека от мира, она освобождает его от иллюзий и предрассудков, привычных штампов мышления и власти эмоций над разумом. Основную роль в этом играет личное усилие разума и создание предрасположенности к сознательному концентрированию внимания. Надежда на космические силы, астрал, великую мудрость кого-то является грубой ошибкой» (Мирча Элиаде, «Патанджали и йога»).

Путь к счастью прост:
        наслаждаться тем, что тебе нравится;
                 изменять то, что тебе не нравится;
                             и принимать то, что изменить ты не можешь.

                                                                                                                  Конфуций.

Чань-буддизм как по форме, так и по содержанию явился развитием тех идей, которые содержала «Ланкаватара-сутра». Слова не могут ни создать реальность (как полагали некоторые школы буддизма), ни адекватно её отразить. Ими нельзя выразить глубинную сущность, они лишь замутняют непосредственное, прямое отражение реальности. «Ланкаватара-сутра» выражает эту мысль, в частности, через диалог между Буддой и его учеником: «Будда обратился к Махамати: „О Махамати, когда ты хочешь познать все вещи, как внешние, так и внутренние, знай, что они созданы лишь твоим сердцем (разумом); отдели себя от шумов, умиротворись и усни, и прозрей все различные аспекты своего сознания“». Об этом же неоднократно говорит и Бодхидхарма в своих проповедях.

Первый из четырёх цзюаней сутры так описывает эту концепцию: «Три мира – лишь наше сердце» (сань цзе вэй синь). Это значит, что весь видимый и невидимый мир сводим к нашему сердцу, или душе. Позже она легла в основу школы Вэйчжи-цзун («Школа Только сознания», VII в.), которая восходила к классической буддийской философии виджнянавады (V в.). Весь мир, который нас окружает, все явления, люди и другие существа, то есть «три мира», изначально заключены в нашем сердце. Даже сам Будда, точнее его природа, его внутренняя суть, также живет в нашем сердце, душе или сознании (синь). А отсюда уже существует «только сердце» (вэй синь), учитывая, что под китайским понятием «сердце» подразумевается совокупность всей психической и духовной деятельности человека. Таким образом, следует постигать «только сердце».

Концепция «только сердца» базируется на ряде чётко сформулированных постулатов, в основном относящихся к гносеологии буддизма, к самой природе Знания: «пять способов [получения Знания], три само-природы, два типа наличия и отсутствия „Я“». «Пять способов» (у фа) подразумевают пять путей постижения нашего бытия и включают деяния и явления (ши у), понятия (гай нянь), размышления (сы вэй), истину (чжэнь ли), мудрость (чжи хуэй). «Три само-природы» (сань цзы син) предполагают три этапа, через которые проходит человек, очищая изначальную природу, или своё изначальное сердце, на пути к освобождению: само-природа суетных (иллюзорных) мыслей (ван сян цзы син), когда человек ещё не способен избавиться от желаний, иллюзий и раздражающих мыслей; само-природа постижения первопричин (юань ци цзы син), когда человек уже понимает взаимосвязь вещей и явлений, их исток и своё место, но ещё не способен достичь окончательного освобождения; и реализованная само-природа (чэн цзясин). Последний этап и является моментом просветления.

Наконец, «два само-отсутствия» (эр у во) подразумевают отсутствие «Я» как такового (у во, досл. «не-я»), так и отсутствие дхарменного не-я (фа у во). Последнее означает, что человек даже не является сгущением, скоплением мельчайших частиц дхарм – он лишь нечто, произведённое сердцем-душой самого человека, его сознанием.

Другой важной концепцией «Ланкаватара-сутры» становится тезис о «сокровищнице Воистину пришедшего» (жу лай цзан). Она гласит, что всё сущее, все люди имеют свой исток в мистическом теле Татхагаты (то есть Будды), и как следствие все в равной степени обладают «природой Будды» (фо син), ничем не отличаясь от него. А это значит – каждый способен достичь состояния Будды, что именовалось «единая истинная природа» (тун и чжэнь син).

Природа Будды, и как следствие природа каждого человека, изначально чиста и пустотна, лишь иллюзии, страсти могут замутнить её: «Хотя само-природа и чиста, пыль может осесть на неё, и поэтому она может видеться нам как нечистая» [11, 481]. Благодаря потенциальной пустотности нашей природы, весь внешний мир, наполненный вещами и явлениями, представляется иллюзорным.

Осознание «единой истинной природы», внутреннее самоочищение и избавление от иллюзий вели к «возвращению к истине» (гуй чжэнь), то есть к изначальному, нерасчленённому видению мира, к возвращению в «сокровищницу Воистину пришедшего». Как следствие, вся практика Ланкаватары, а затем и Чань-буддизма была направлена на «очищение сердца от пыли мира», для этого и использовалась сидячая медитация, которая приобрела в Чань традиционный вид созерцания лицом к стене – «созерцания стены» (би гуань).

«Ланкаватара-сутра» объясняет, что существует четыре типа созерцания-Чань. Первый – это «Чань, которому следуют глупые люди», то есть чисто механическое занятие медитацией, не дающей плодов очищения. Под глупыми людьми или под глупцами здесь подразумеваются, прежде всего, шраваки (слушающие), то есть те, кто слышит слова Будд и бодисаттв, может их повторить, но не способен ни осознать их, ни следовать этим наставлениям. Более высокий этап представлен «Чань взирающих на всё за и против» (гуань чаъи чань), то есть людьми, находящимися в расчленённом, двойственном состоянии сознания, не способными понять единую суть всех вещей и явлений. Затем следует «Чань тех, кто находит опору своим сознанием в чувственном» (чань юань жу чань), то есть людей, преодолевших влияние внешнего мира на себя, но ещё опирающихся на свои чувства и переживания. И лишь четвёртый тип созерцания может считаться истинным – «Чань Воистину пришедшего», то есть при котором последователь идентифицирует себя с самим Буддой и достигает освобождения от всех мирских условностей.

Таким образом, «Ланкаватара-сутра» устанавливает приоритет интуитивного знания над книжным, начётническим, ставя во главу угла опыт личного мистического переживания. Это находит своё отражение в концепции противопоставления «проникновения через школу» (цзун тун) и «проникновения через слова» (шо тун). «Проникновение через школу» подразумевает постижение именно глубины истины и «пробуждения» (у), требует игнорировать чисто вербальные объяснения, письменные тексты, ведущие лишь к иллюзии достижения знания и просветления. Прежде всего необходимо «самому почувствовать мир духовного» (цзы цзюэ шэн цзин), но не просто услышать или прочитать о нём.

Тезис «не опираться на письмена» (бу ли вэнь цзы), восходящий к «Ланкаватаре-сутре», мы позже встречаем в проповеди Бодхидхармы и других чаньских патриархов. Более того, нередко подчёркивается, что великие чаньские наставники были вообще безграмотны, что как бы указывало на предельное выражение «игнорирования письмен».

Чаньская традиция достаточно коротко определяет изначальную суть учения Бодхидхармы, сформулированную им в четырёх базовых постулатах: непосредственно указывать на сердце человека (чжи чжи жэнь синь), взирая на собственную природу, становиться Буддой (цзянь син чэн фо), не опираться на письмена (бу ли вэнь цзы), не передавать учение вовне (цзяо вай бе чжуань). Это и есть четыре основных действия – «сы син». Первый принцип учит, что не нужно никаких дополнительных методик, сложных рассуждений или теоретических построений, чтобы очистить своё сердце. В человеке уже изначально присутствует всё, чтобы достичь просветления, надо лишь отбросить все сомнения и мысли, лишь замутняющие наш чистый разум. Это и есть «непосредственное указание на сердце», или сознание человека. Каким же образом достичь этого? Об этом второй принцип: «взирать на собственную природу», или практиковать особый тип медитации.

Практической основной для осуществления этих принципов является сидячая медитация, причем не любая, а именно та, которая именуется «созерцанием стены» – би гуань. «Созерцание стены» – это особого рода медитативная методика, суть которой связана с тем, что сердце должно уподобиться недвижимой, непоколебимой стене. Сердце, или сознание человека, оказывается не подверженным ни влияниям внешнего мира, ни чувствам и ощущениям, которые поднимаются изнутри, – так и достигается полное очищение и умиротворение сознания. Известный чаньский наставник Цзунми писал: «Бодхидхарма наставлял людей в том, чтобы через созерцание стены умиротворять сердце. И тогда снаружи прекращаются все причинно-следственные связи, внутри же сердцу не за что зацепиться. И когда сердце становится подобно глухой стене, можно вступить на Путь. Так разве не в этом заключается истинный путь сидячей медитации?»

По книге Алексея Маслова «Афоризмы и тайные речения Бодхитхармы»

АГВЕ – один из наиболее почитаемых лоа в культуре вуду (т.е. дух – Бог в вуду есть, но ему не поклоняются, т.к. считают, что Создатель отвернулся от мира, и взывать к Нему нет никакого смысла). Принадлежит к категории Рада, то есть светлых, добрых лоа. Хозяин морей и океанов, владыка подводных тайн и сокровищ. Покровитель рыбаков, моряков и всех обитателей моря.

Несмотря на то, что по происхождению Агве – африканец (йоруба называют его Агбе), изображается он в виде молодого красивого мулата с зелёными глазами. Одно из молитвенных имён Агве – Koki la me, «морская раковина». Agwe.

Старые рельефы на стенах внушали благоговейный трепет, а огромные портреты великих деятелей строго взирали на посетителей общего зала исторической библиотеки, следя за тишиной и порядком. Тут и там раздавался тихий шелест страниц...

И только у тебя плавится мозг. Ты мозолишь монографию Никольского, вычитывая его потуги объяснить, какого чёрта составитель «Повести временных лет» отождествил иллирийцев со славянами...

И тут ты замечаешь существо, сидящее напротив. Прямые чёрные волосы с ровно подстриженной чёлкой частично скрывают тонкие, изящные черты лица. Горящие каким-то своим огнём чёрные глаза аккуратно подкрашены холодными тенями. В одежде исключительно чёрно-белые тона, чёрные волосы, белая кожа, и только горящие глаза и изредка улыбающиеся чему-то своему прекрасные губы создают контраст этому ледяному, высокомерному и безумно прекрасному образу....

Ты пытаешься читать, но взор постоянно возвращается к сидящей напротив красавице, и ничто не может заставить его заняться делом. Невозможно оторвать взгляд, такое ощущение, что если хотя бы на секунду это сделать – секунда будет потрачена впустую. И зачем нужна вся эта история, когда есть такие девушки?

Время идёт, а ты всё сидишь, изображая смертельно уставшего, закрыв глаза рукой и тайком подглядывая за ней сквозь щель между пальцами. Через некоторое время она закрывает книгу и вдруг поднимает взор и пару секунд смотрит прямо на тебя...

Я никогда не забуду этот взгляд. Такое ощущение, что она мне заглянула прямо в глаза, сквозь пальцы. Будто пропасть из ниоткуда образовалась под ногами, будто током ударило. Да, пожалуй я сам себе всё это накрутил, ибо играл с ней в гляделки почти час.

Однако безумно интересно, что сейчас с ней, где она, как её зовут, умна ли она или просто красивая дура? Очень жаль, но скорее всего, я её больше ни-ког-да не увижу. Чёрт, и ведь правда, до сих пор, спустя два месяца вдруг вспомнил, хочу её ещё увидеть.

Вот такие короткие, незначительные, но чрезвычайно эмоциональные встречи, оставляющие после себя лёгкую недосказанность, бывают иногда в жизни. За это я и люблю жить.