Дмитрий СВЕРДЛОВ. священник

Отгремела очередная годовщина Победы – а вопрос со Сталиным так и не решен. Президент вроде бы в конце прошлого года объявил о «десталинизации», но – возможно, я невнимательно слежу за прессой – роль «отца и учителя» заслуженную официальную оценку не получила. Те, кто смотрел ТВ на праздники, говорят, что Сталина на экране было очень много (а также Молотова и даже Берии) – причем без оценок со стороны телевизионщиков, без комментариев… Выходит, с очередной Победой мы пропустили очередную возможность расставить точки над «и».

Сегодняшняя немота социально-индифферентного общества по поводу Сталина понятна. Понятно и молчание первых лиц государства: страна томится без сильной власти, «которая наведет порядок», и в этом случае любая критика любого сильно лидера родит множество упреков в адрес самих первых лиц.

В таком случае, может быть, Церкви стоит сказать своё веское слово? А Церкви есть, что сказать. И не только по поводу Сталина. Но и по поводу Ленина, про которого словно совсем забыли.

Историки, политологи, блоггеры могут спорить о роли в истории этих вождей бесконечно. Пусть спорят. Перед церковными людьми лежат факты, которые касаются непосредственно их самих. Нашей Церкви.

Церковным людям забывать об этих фактах – значит забывать историю Церкви, предавать тех, кто погиб от рук строителей коммунизма, свидетельствуя собой о Христе.

Факты же чудовищны в своей простоте. Христиан целенаправленно уничтожали. Начиная с 1917 года, с первых дней Советской власти.

Первым они спровоцировали убийство нашего старейшего епископа – киевского митрополита Владимира. Арестовали, держали в заточении надежду нашей Церкви, нашего патриарха Тихона – и, вероятно, уморили его.

Они разграбили наши церкви во время кампании по «изъятию церковных ценностей». Они осквернили и уничтожили мощи наших святых. Они закрыли наши лавры и монастыри, разогнали монахов, насиловали монахинь. Они закрыли, осквернили и разрушили десятки тысяч наших храмов. Они взорвали народный храм-памятник героям Отечественной войны 1812 года – Храм Христа Спасителя. Они закрыли наши академии и семинарии, они запретили нам учить наших детей нашей вере. Они убивали наших пастырей, мучили епископов, заставляли голодать семьи священников. Они наполнили тюрьмы и лагеря духовенством, а затем и теми мирянами, кто пытался им помогать.

Они пытали наших. Издевались. Забивали до смерти, не давали спать сутками, запирали в ледяных карцерах, травили собаками и крысами, отдавали на растерзание уголовникам. Принуждали становиться агентами ГПУ. Клеветать друг на друга. Оговаривать. Они наполнили Церковь своими шпионами и осведомителями. Они заставляли нас плясать под свою дудку…

Эмоции, да? Ладно, вот цифры. 1918-20 годы: расстреляно порядка 4,5 тысяч священников, монахов и церковнослужителей. 1922-ой – порядка 8 тысяч. 1929-33 в ходе коллективизации арестовано порядка 40 (!) тысяч священно- и церковнослужителей, большинство сослано…

Ссылка в советское время означала практически гибель: потому что выселяли в чистое поле, обрекая на голодную смерть, и взрослых, и особенно детей. Де-тей… В 37-м Сталин получает результаты всесоюзной переписи, где говорится, что 42% взрослого населения СССР по-прежнему считает себя верующими. И тогда в 1937-38 гг. арестовывают 165 тысяч (!!) священно- и церковнослужителей. Из которых расстреляно 107 (!!!) тысяч… В итоге в 1938-м принято решение упразднить Комиссию ВЦИК по вопросам культа, потому что вопрос с религией в СССР им казался решенным.

«Они», «им» – речь идет здесь о Ленине, Сталине, их помощниках и последователях… Вот они, те факты, которые, мне кажется, в первую очередь должны определять отношение церковных людей к личностям этих государственных деятелей.

Идеология и механика советских репрессий в отношении Христовой Церкви ставят Ленина и Сталина в ряд с Нероном и Диоклетианом, римским императорами, инициаторами самых жестоких гонений на христиан. Масштабы репрессий – ставят их на первые места в этом ряду…

И это отношение к основателям советского государства, очевидно, так и было бы однозначно негативным внутри церковного сознания, если бы не последующие исторические события.

Проблема заключается в том, что выигранная война, а главное – мифы вокруг нее, сфабрикованные в основном в сталинское время, мифы, которые живы до сих пор – спутали сознание церковных людей.

Война выиграна при Сталине – и кажется, что она выиграна Сталиным. А коли так, то победа в этой войне как-то, ну если не уравновешивает, то чуть компенсирует кровь мучеников двадцатого века, что ли… Такая вот химера рисуется, такой вот призрак бродит и пытается поселиться в умах православных сегодня. Или уже поселился и живет?

Но. Война не выиграна Сталиным ни разу. Верна мысль, которая стала популярным идеологическим штампом последнего времени, но от этого не потеряла своей актуальности – война выиграна народом.

А Сталин… Сталинский вклад в войну – это уничтожение командного состава РККА в 37-39 годах, нулевая по эффективности стратегия в довоенное время, позволившая гитлеровцам буквально сокрушить многократно превосходящую по численности и техническому вооружению советскую военную машину в первый период войны и чудовищная человеконенавистническая тактика, не считающая людские потери.

Войну выиграл советский народ (при – пусть – очевидной искусственности самого термина…) Советский народ, ценой сверхчеловеческого подвига, одержал победу в войне. Победу беспрецедентную, потому что никогда еще в истории людям не приходилось вести войну с двумя такими озлобленными и сильными противниками одновременно.

Потому что советский народ в той войне воевал одновременно на два фронта: с одной стороны, с гитлеровским безумием, с другой – пытался выжить в охоте за ним со стороны ГПУ-НКВД-МГБ, особых отделов, ГУЛАГа, заградотрядов.

Помимо Победы, церковное отношение к Сталину спутано и известным возрождением церковной жизни, при Сталине произошедшим. Но здесь тоже не гладко. Во-первых, в инициативе «потепления» в отношении к Церкви со стороны режима не было сколько-нибудь искренней мотивации – все причины сближения исключительно вынужденные. А если так, то ни о каком покаянии, которое могло бы хоть как-то примирить отношение Церкви к сотням тысяч убитых и замученных священников и к миллионам христиан-мирян, не может быть и речи.

Три причины тогда повлияли на Сталина. К 1943 году на оккупированных территориях было открыто 3732 православных храма. Это больше, чем осталось к этому времени действующих церквей на территории всего СССР.

Почва шаталась у Сталина под ногами: массовая сдача советских солдат в плен, продолжающееся наступление фашистов весь 1942-й год. Учитывая процерковные симпатии советского народа, которые так не удалось вытравить десятилетиями казней и промывки мозгов (см. выше результаты переписи 37-го), вождь начинает кампанию по заигрыванию с верующим большинством населения СССР.

Другая причина – это одно из условий открытия второго фронта со стороны США и Англии – прекращение религиозных гонений.

Третья – Сталин решил воспользоваться консолидирующей способностью церковной проповеди.

Проще говоря, когда припекло, они решили нас использовать. Они призвали нас на помощь в борьбе с Гитлером, зная, что мы любим нашу Россию, которую считаем Святой Русью. Они разрешили нам открыть некоторые храмы, разрешили молиться и проповедовать – для того, чтобы мы сплотили людей и призвали их к жертвенности во имя победы.

Они знали, что наш Бог говорит, что «нет больше той любви, как если кто положит душу свою за други своя». А им нужны были даже наши души, чтобы выиграть ту войну. Потому что их жестокие жизни висели на волоске, а о жизнях других они не привыкли особо беспокоиться. И они не побрезговали даже нашей помощью, помощью тех, кого они ненавидели и презирали.

Тогда они выпустили наших епископов из лагерей и ссылок, разрешили собрать собор и проголосовать за нового патриарха, открыть Лавру, а потом и семинарии и академии. И еще им были нужны деньги, и они знали, что мы не пожалеем денег на помощь людям, на победу. И они с удовольствием приняли от нас танки и самолеты, построенные на копейки, которые люди принесли в храмы.

Еще раз: они нас использовали. Причем это никак не повлияло на их отношение к нам. Вот снова цифры: несмотря на все «потепления» в 1943 г. было расстреляно 1 000 священнослужителей, в 1944-46 гг. – в среднем более, чем по 100 человек в год. Вот и вся любовь, вот и все «сближение»…

Потом, когда люди выиграли эту войну, они решили нас использовать дальше. Они хотели подмять под себя весь мир – мировая революция, это у них записано в доктрине. И тогда они поставили нам условие: хорошо, проповедуйте о мире, собирайте соборы, совещания, ездите по миру. А мы будем выгодно выглядеть на вашем фоне. Мы оденем в ваши рясы наших разведчиков и они будут сопровождать вас и вынюхивать то, что нам интересно. Дышите пока, до времени.

А потом им и это надоело. Они стали закрывать храмы и недавно открытые монастыри и опять начали сажать наших (в 1948-53 гг. ни один храм не был открыт, к 1949 г. закрыто 68% процентов церквей на бывших оккупированных территориях).

Поставили нас под тотальный контроль: кто, куда, когда, с кем. Наказывали за крещение детей и взрослых. Наводнили Церковь своими соглядатаями. Особо охотились за честными, умными и последовательными в своей вере и принципиальными. Зеленый свет давали пьющим и по-разному компрометирующим себя и Церковь. Окончательно запретили проповедь. Тюрьмы сменили на психушки. И в итоге еще раз составили для себя план по окончательному искоренению и ликвидации нас, православных христиан. И других христиан тоже.

Ликвидировать не получилось, но изнасиловали Церковь от души.

Ленин, Сталин – вождь, отец, учитель – кто угодно. Великий полководец, государственный строитель, мудрый стратег – всё равно. Для православных Ленин и Сталин – мучители и убийцы христиан – Нерон и Диоклетиан. Сто семь тысяч священников и монахов за один тридцать седьмой год…

Я понимаю, когда об этом не думают внешние, нецерковные люди. Я понимаю, почему выигранная при Сталине война затмевает для внешних его преступления против Церкви и человечества. Я понимаю, почему про преступления Ленина перестали говорить – у внешних другие приоритеты.

Но почему об этой крови, об этой боли плохо помнят верующие? Более того – стараются забыть. Наша Церковь ценой невероятного труда прославила в лике святых новомучеников – епископов, священников, монахов, мирян, которые были верны Христу перед лицом советских гонений. Но церковному сообществу не очень интересны эти люди. Востребованы сомнительные «старцы», но не пример действительных христиан, очевидных святых, христиан, подтвердивших своё христианство своей кровью.

Жития новомучеников издаются мизерными тиражами и не читаются. Им не служатся службы. Мы вроде и помним о том, что были гонения, но – происходит чудовищная подмена – эти гонения становятся обезличены. Мы забываем вспоминать, кто инициировал и организовал эти гонения, кто был их идейным вдохновителем, кто стоял у руля карательного аппарата, кто был идеологом убийства. Говорим «гонители», «богоборцы», но мнемся и жмемся – стесняемся сказать «Ленин» и «Сталин»…

Церковные люди забывают, что это всё имеет к каждому из нас непосредственное отношение… Как будто это все как бы не про нас. Забываем напрасно, потому, что если бы любой из нас оказался в том времени и не отрекся бы от Христа, то они танцевали бы и на наших костях…

Забываем про то, что цель не оправдывает средства. Помним про Победу – забываем про беззаконие, кровь, боль, унижение и слезы. Забываем гонителей – поименно и пофамильно забываем.

Надо уже ставить точку. Мы не сможем убедить просталинских пенсионеров, коммунистов, «патриотов», державников, государственников. Но для самих себя хотя бы – назовем вещи своими именами? Назовем сотни тысяч убитых священников – убитыми священниками, а не безымянными жертвами анонимных репрессий?

Надо Победу эту у Сталина забирать. Окончательно. У Сталина, у большевиков. Война выиграна людьми – вопреки Сталину. Война выиграна подвигом и жертвенностью – и здесь поработал Христос, а не велиар.

Надо забрать эту победу у Сталина и произнести ему суд. Надо сказать себе, что никакая победа никогда не оправдывается убийствами и пытками. И великая Победа народа никогда и не в чем, ни в малой степени не оправдывает Сталина. Как никакая военная победа римской империи никогда не сможет оправдать Нерона и Диоклетиана – в наших глазах, в глазах Церкви.

И нам надо говорить, что там, где есть поклонение Сталину, или почтение к его государственному «гению», или просто тихое умолчание о том, что он убийца – там нет и не может быть христиан

Источник: Библейский сюжет