Притча

Был один человек, избегавший брак всю жизнь, и когда он умирал в возрасте девяноста лет, кто-то спросил его:

— Ты так и не женился, но никогда не говорил почему. Сейчас, стоя на пороге смерти, удовлетвори наше любопытство. Если есть какой-то секрет, хоть сейчас раскрой его — ведь ты умираешь, покидаешь этот мир. Даже если твой секрет узнают, вреда это тебе не причинит.

Старик ответил:

— Да, я держу один секрет. Не то чтобы я был против брака, но я всегда искал идеальную женщину. Я провел все время в поисках, и так пролетела моя жизнь.

— Но неужели на всей огромной планете, населенной миллионами людей, половина из которых — женщины, ты не смог отыскать одну-единственную идеальную женщину?

Слеза скатилась по щеке умирающего старика. Он ответил:

— Нет, одну я все-таки нашел.

Спрашивающий был в полном недоумении.

— Тогда что же произошло, почему вы не поженились?

И старик ответил:

— Та женщина искала идеального мужчину…

Из интернета

 

 

Попадает мужик в рай. Всё хорошо: люди, еда, даже бабы. И спрашивает архангела:
— А можно одним глазком на ад взглянуть?
Дают ему посмотреть, а там ровно всё то же самое, включая ландшафт, но люди почем-то плачут и страдают.
— Почему все они такие несчастные? — спрашивает удивлённый мужик.
— Да просто они думают, что в раю лучше…

Источник: Интернет

Есть у иных своя дорога
Своя быть может колея,
Где не юродствуют убого,
А жаждут рая для себя.
Того, что совестью зовётся,
Где нет условностей утех,
Где, пусть наивно, но смеётся
Простая истина для всех.
Где не верят в пустые пророчества,
А идут, словно в адском бреду,
Те, пятьсот рубежей одиночества,
Умирая на каждом шагу….

 У дороги стоял нищий и просил подаяния. Всадник, проезжавший мимо, ударил нищего по лицу плетью. Тот, глядя вслед удаляющемуся всаднику, сказал:

— Будь счастлив.

Крестьянин, видевший происшедшее, услышав эти слова, спросил:

— Неужели ты такой смиренный?

— Нет, — ответил нищий, — Просто, если бы всадник был счастлив, он бы не стал бить меня по лицу.

Интернет: "В поисках мира и душевного покоя"

 Вслед ветру склоняется трава

Конфуцианская притча

Благодетельный из Младших, беседуя с Конфуцием об управлении государством, спросил:

— Что если казнить беспутных ради сближения с теми, у кого есть путь?

Конфуций ответил:

— В Ваших руках бразды правления, зачем же Вам казнить? Вам стоит лишь увлечься самому хорошему делами, и весь народ тотчас же устремиться ко всему хорошему. У благородного мужа добродетель — ветер, у малых же людей она — трава; склоняется трава вслед ветру.

 Стоит ли гневаться из-за орхидей?

 

 

Дзэнская притча

Один чаньский наставник очень любил орхидеи. И однажды, перед тем как отправиться в странствия, он повелел своим ученикам как следует ухаживать за монастырскими орхидеями.

Ученики всё делали в соответствии с наказом наставника, но как-то раз задели подставку с цветами — и горшки с орхидеями полетели на пол, разбившись вдребезги. Ученики страшно перепугались, в их головах уже рисовались картины того, как разгневается наставник и сколь суровое наказание их ждёт.

Наставник же, узнав обо всём по возвращении, созвал всех учеников и сказал:

— Я посадил эти орхидеи лишь для того, чтобы поднести их в дар Будде, а ещё — для того, чтобы воспитать в себе трудолюбие. И уж, конечно, я посадил орхидеи не для того, чтобы на кого-то гневаться!

Казалось только лишь вчера

Мы распрощались с летом,

Ещё порой, в душе храня,

Тепло, что им согрето.

 

И вот уже пришла  зима

Без тягостных прелюдий,

Всем видом, просто говоря:

-Любите меня люди!

 

Пусть снег, метели, холода…

Для вас я не скупилась.

Всем, чем богата так всегда,

Со всеми поделилась.

 

И вы забудьте о плохом,

О прошлом не жалейте,

Добром, храня в душе порой,

Любимых обогрейте.

 

Не берегите нежных слов

До случая и к месту.

В себе найдите ту любовь,

Чтоб трепетало сердце.

 

Упрёки горестных обид

Оставьте, как издержки,

И пусть вас ангел всех хранит

Без устали в поддержке…

 

Цыган (Новогодняя сказка)

 Марат толкал тачку. Каждое утро, кроме понедельников когда базар закрыт, он вывозил товар для лотошников. Картошку мешками, мороженных судаков в грязноватых пластиковых ящиках, паки с соблазнительно пахнущими мандаринами. Да что угодно, лишь бы уплатили причитающуюся за ходку двадцатку.
- Двадцать, хозяин. - Марат скинул мешки за прилавок.
- Дэсять давай? Одын рас туда-сюда хадиль, а хочэш двацать, цыган! - новый торгаш собрался "зажать" десятку.

Все считали Марата цыганом, хоть был он самым что ни на есть русским. То ли из под Новгорода, то ли из Великих Лук. Наверное, за густую чёрную бородищу или карие глаза, спрятанные под кустистыми бровями. Лет пятьдесят на вид, широченный кряжистый, прямо звероподобный мужик.
- Такса двадцать. Договаривались на двадцать. - упрямо и зло пробурчал Марат. Протянул лапищу, мол, давай клади купюру.
- Слюшай много, да! 

Грузчик плюнул, легко, как бумагу, разорвал мешковину, достал картофелину. Раз! Сок брызнул из сжатого кулака. Рядом заржала зеленщица Семёновна. Она видела этот фокус не первый раз. Марат запросто давил ручищей хоть картошку, хоть кокос.
Хозяин сразу передумал торговаться. Не те деньги, чтобы ходить с переломанными костями. Бородач довольно хмыкнул, спрятал деньги и утопал по рыхлому декабрьскому снегу со своей тачкой. Девять утра, десять ходок, две сотни греют карман - пора приниматься за настоящую работу. А базар работой Марат не считал.

Базар давал деньги, чтобы содержать и отапливать чердак в самом центре, в сердце и предсердии, города. Есть у нас "писательский район" (Гоголя, Горького, Пушкина, Чехова, Толстого) отчёркнутый "русской линией" (Долгоруковская и Александра Невского). В святая-святых, на углу Горького и Пушкина, с видом на парадное крыльцо академического, театра и жил Марат.

Конечно, у нас не Москва, а провинция, но и здесь такая жилплощадь стоит сотни тысяч вечнозелёных. Простой ремонт превращает чердак в пентхаус и доллары падают на владельца дождём. Удивительно, что одинокий небогатый человек по-прежнему держался за свой угол. Странно, что никто из бандитов или черных риэлторов не смел его потеснить. Но в мире не без чудес.
Прямо напротив, в театральном дворике, цыган хранил дворницкий инвентарь. Вернувшись с базара, он выкатил свою тележку и взялся за метлу. Театр, банк, ЗАГС, дальше аптека, цирк. До обеда Марат прошёл всю верхнюю Горького со дворами. Скрипел тележкой, шуршал метлой, здоровался с вышедшими на крыльцо покурить парикмахерами, стоящими таксистами, девочками из кофейни. И в ответ получал уважительное "здрасти!"
Давно никого не смущал холщовый дворницкий фартук поверх камуфляжного ватника. Таксисты уважительно кидали чинарики в урну. Девочки, поначалу морщили носы, но потом сошлись, что это "человек надёжный как часы". Марат не болел, не пил, не опаздывал. День за днём мел и прибирал, двор за двором, целых две длинных улицы.

Вот и сегодня, канун Нового Года, рыхлый снежок свалился на город, а Марат сыплет песок, метёт, скрипит тележкой.
- О, ботинок, жалко один. - в пак для находок отправился башмак. Дворник бережно собирал брошенные вещи, придерживаясь понятно только ему системы. От гитары, оставленной пьяной молодёжью, до выброшенных на помойку одежды и обуви. Зачем? Кто знает. Наверное, сдавал на вторсырье.
- Марат! Сбей нам лёд с крыльца. - высунулась в окно владелица продуктовой лавки.
- Иду, хозяйка. - посыпал что-то из пачки с надписью "Соль", и через пять секунд лёд растаял.
- Что за реагент чудной?
- Какой реагент? Соль. - цыган припрятал заработанный пакет с мандаринами. На базаре он не прощал и рубля. Здесь не брал денег вообще. Только вещи и продукты. Конфеты за сбитые сосульки, мандарины за очищенное ото льда крыльцо, комплект зимнего камуфляжа с прожжённой дыркой из охотничьего магазина. Все годилось.

После обеда Марат принялся за сложное. Улица, названная в честь безбожника Маркса, была шире, грязнее, вся запаркованная дорогими авто. Тут больше ресторанов с их мусором на заднем дворе.
- Понаехали тут, чего дома не сидится... - бурчал он выметая сор из под "Кайенов" с "Мерседесами".
- Эй! Мужик! - шёпотом окликнули его с чёрного хода ресторана. Парень лет двадцати в фартуке официанта махнул рукой.
- Чего тебе?
- Помоги кое-что вынести. Пятёрку дам. Жди тут, я выкину в окно свёрток. Положишь его под коричневый "Опель" на въезде.
- А сам чего?
- Нельзя самому. Повара "спалят" с продуктами.
- Воруешь, значит. - Марат отвернулся и пошёл прочь, толкая тележку.
- Тьфу, дебил. - плюнул парень. - сам как будто не берет, что плохо лежит.

Вот за это и не нравилась улица цыгану. Слишком много денег, много грязи, показушного достатка. А вокруг полно мелких крысёнышей, которые вынуждены щипать крошки с большого пирога. “Никто здесь не хочет жить трудом. Одни менеджеры. Тьфу.” - Марат продолжил махать метлой.

Но всему приходит конец. Зимнее солнце упало за горизонт. Звезды сверкающей мошкарой облепили ясное новогоднее небо, лёгкий морозец сковал проталины, заставил умолкнуть дневную капель. Полная луна медленно, как беременная кошка, вскарабкалась на крышу бывшего дворянского собрания, сейчас занятого бутиками. Напротив парадного входа в театр зажглись огни на большой искусственной ёлке. Город готовился к празднику. Старый, но не древний, ветхий, но из последних сил молодящийся свежей штукатуркой, как сорокалетняя вдова. Наша маленькая провинциальная столица.

Марат затолкал тележку во дворик, позвенел ключами от служебной каморки.
- Мя-я-я-у! - это значило "закрой дверь, дует". Из каморки выбралась на снег толстая, рыжая и пушистая кошка Леди. Театральный зверь, предпочитающий общество дворника.
- Сегодня будет рыбный. - Марат достал пакетик с кормом.
- Мур-р-р. - означало "а я - уже".
- Э-э-э-э, да ты правда наелась, так что пузо волочится. - Марат впервые за этот день улыбнулся. И погладил Леди. - Снова тётка в парике кормила? Или та шустрая мамаша с пацаном?
- Мурк. - "обе были". Леди довольно облизнулась.

Часы на старой аптеке пробили девять.
- Ну, значит пора. - не мешкая, "цыган" воровато оглянулся, подхватил кошку на руки, сдавил ей шею, та забилась, пытаясь вырваться. Еще чуть-чуть и хрустнет.

Уже не таясь, бывший дворник шагнул в круг лунного света, распрямил плечи, поднял глаза к небу. Лицо разгладилось, утратило вечную угрюмость. Лопнула тесёмка, стягивавшая волосы в пучок на затылке, лицо стало бледным. Тихий дворик полыхнул холодным серебряным огнём, да так, что от мороза лопнул ствол кипариса в кадке. В студёном воздухе закрутился маленький снежный смерч. Он выбелил инеем волосы и бороду, превратил старый ватник в синюю шубу до пят, посеребрил брови, сделал льдисто-голубыми глаза.

Это был уже не тот человек, что с метлой и тележкой старья тащился весь год от двора к двору. Среди оседающей ледяной пыли стоял рослый старец с окладистой бородой, весь в мехах и серебре, настоящий Хозяин Зимы. Сегодня его день, его Праздник. А кошка... Кошка в его руках стала девчонкой лет тринадцати, с рыжей косой, торчащей из под лисьей шапки.

- Ух, Дедуля! Страшно как-но в этом годе было. Вообще-но Вы меня придушили, нешто котёнок я вам? - девочка закашлялась, слезая с рук.
- Кхе, внученька, сама знаешь, чего волшба требует. Кстати, ты что-то путаешь. Сегодня конец две тысячи двенадцатому, тринадцатому начало Сейчас так уже не разговаривают...
- А-а, ну тогда забей, Дед. Будем делать рок-н-рол и бубль-гум. - Снегурочка крутанулась, выдернула треснувший кипарис, превратила в посох и подала Деду Морозу.
- Угу, рок-н-рол и Плейстейшн с Х-Box'ом. Пошли смотреть, что в этом году нам милость людская послала. - посох сверкнул серебром. - Напомни в кадку пальму посадить. Об неё лучше когти чесать.

Дед Мороз со Снегурочкой скрылись в сиянии, ставшей безграничной, дворницкой.

Там, груды хлама, которые за год насобирал "цыган Марат”, уже превращались в сверкающие коробки с подарками. Сегодняшнего пакета мандаринов, отданного с добротой, хватит на сотню детей. Старый радиоприёмник, подобранный летом, пойдёт за тысячу игровых приставок. Башмак, найденный на помойке - десятки пар сапог на подарок чьим-то тёщам. Книжка без переплёта, потёртый ремень, все идёт в дело. Капелька волшебства, людская доброта и толика уважения. Лишь бы не было на вещи налёта жадности или воровства. Такими только печь топить.
Все заблестело, стало дорогим, новым, желанным.

- Ну, пора подарки грузить. - скаламбурил Дед Мороз, с хохотом достал с полки безразмерный красный мешок.
- Погнали, Дедушка. Зеркалом дорога.

Источник: Интернет

Язык — показатель истинной воспитанности.
Слова выявляют воспитание говорящего. Язык — это оружие сердца; он охраняет жизнь человека. Слишком долгие разговоры, громкая речь, грубые и несдержанные слова, полные злобы и ненависти, — всё это влияет на здоровье человека и порождает злобу и ненависть в других; такая речь ранит, отчуждает, ожесточает. Почему говорят, что молчание — золото? Молчаливый человек не имеет врагов, хотя, может быть, и друзей. У него есть досуг, возможность углубиться в себя и выявить свои недостатки и ошибки. У него нет склонности искать их у других. Если вы оступились, то можете отделаться вывихом, если же оступится ваш язык, вы нанесёте удар вере и счастью другого человека. От этого удара он может никогда не оправиться, рана будет всегда болеть. Поэтому используйте язык с большой осторожностью. Чем мягче вы говорите, чем меньше вы говорите, чем нежнее вы говорите, тем лучше и для вас, и для других.

Источник: Бхагаван Шри Сатья Саи Баба. Притчи и истории: В 2 кн. Кн. 1.

 

Я захлопнул дверцу и, заведя двигатель, закурил.
Вокруг моей машины суетливо несся субботний базарный народец, довольный жизнью, что яйца упали вновь в цене и капуста дешевая, прям на удивленье.
Мандарины хватали ящиками, Конфеты сметали с прилавка в пять секунд. 
А сверху, на все это, сыпал неторопливо пушистый снежок, подсвечиваемый далеким и холодным солнцем.
В боковое окно моей машины, кто-то энергично и требовательно постучал.
Я повернул голову и увидел девочку лет шести-семи, которая торопливо что-то бормотала, показывая куда-то рукой.
Я опустил стекло:
-Что случилось, солнышко? - Я заметил светлые кудряшки и немало удивился, что дитя в мороз без шапки.
- Папа уехал. - Она показала рукой без варежки в сторону дороги.
Я не сразу понял, честно говоря.
- Как уехал? Куда?
- Домой на нашей мафыне. - Доложила девочка и, подумав, добавила. - На красной мафыне.
- Вот те раз. - Я сдвинул шапку на затылок и почесал макушку. - Ныряй ко мне, сейчас поедем искать твоего папку.
Маленькая блондинистая девочка проворно обежала машину и уселась на переднее сидение.
- Ух, ты! - Искренне восхитилась она. - А как ее зовут?
- Маздой кличут, - я махнул рукой. - Где живешь, знаешь?
- Ага. - Девочка стала серьезной и, сдвинув бровки к переносице, отчеканила. - Улица Фолохова дом пять квартира семнадцать, код двери три-четыре, папу зовут Сережа, маму Лена, кота Барсик.
Я посмотрел на нее и хмыкнул - детская непосредственность.
- Тебя как зовут, солнце?
- Лизонькой. - Она лукаво улыбнулась. - А тебя?
- Шурик. - Я достал телефон и набрал номер жены. - Киса, ты долго?
- Я за медом стою. - Донесся до меня голос жены.
- Брось его, дело есть.
- Что опять? - Настроение у жены было превосходным, повидимому.
- Мишн импасибл. - Кодовая фраза для нашей семьи, означающая срочное и важное дело.
- Бегу. - Прочирикала жена.
- Лизонька, пересядь назад, пожалуйста. - Попросил я.
В салон впорхнула жена, принеся с собой запах морозного утра вперемешку со сладким, праздничным запахом мандаринов.
- Рассказывай, Шура.
- Сзади. - Я улыбнулся.
Жена, недоверчиво посмотрела на меня, а потом повернулась назад.
- Ой! А ты кто?
- Лизонька, - опередил я девочку. - Ее папа Сережа уехал на красной машине, а ее забыл на базаре, а живет она на улице Шолохова и ее кота зовут Барсик. 
- Не придуривайся, Саш. - Одернула меня Ольга и, решительно хлопнув дверцей, пересела назад к нашей "потеряшке".
- Что стоишь? - Довольно грозно рыкнула жена. - Рули по адресу, папу там мама щас оскопит. Гони, Ковалев!
- Понял. - Мотнул я гривой и утопил педаль газа в пол.

Наша белая Мазда боролась с сугробами. Подвывая двигателем, машина бойко пробиралась вперед, в районе новостроек.
- Тут! Я дома! Ура! - С заднего сиденья понеслись победные крики. - Вон папа и мама, а вон мафына нафа красная! 
У подъезда, у припаркованной красной "десятки", бурно что-то обсуждали мужчина и женщина. 
Я притормозил у тротуара.
Лизонька выпорхнула из машины и бросилась к родителям.
Причитания мамы, виноватое молчание отца, у всех глаза на мокром месте.
Я включил заднюю скорость и попятился к выезду из двора.
Снова сугробы, машина переваливаясь с боку на бок, пробирается к дороге.
- Вот и хорошо. - Вдруг сказала Ольга.
- Славно. - Согласился я.
На перерез нам, проваливаясь в снег, несся Лизонькин папа Сережа:
- Стой! - Он замахал руками. - Стой!
Я притормозил.
- Спасибо вам! - Выпалил он, задыхаясь.
- Не за что. - Ответил я. - Ты, Серега, в следующий раз дитя без шапки не оставляй на улице.
- Угу, - он мотнул головой, тяжело дыша. - Поворачивай назад. 
- Не стоит. - Я улыбнулся.
- А я говорю, поворачивай.

Полпервого новогодней ночи, мы, с женой, сидели в креслах и слушали Серегу.
- А Лена ее спрашивает - а почему так спокойно в чужую машину села? А Лиза серьезно так отвечает - Мама, что ты! Он же Дед Мороз Шура и жена у него Баба Мороза Оля! 
Я усмехнулся и посмотрел на сложенные костюмы Деда Мороза и Снегурочки, в которых мы с женой с утра поздравляли детей и в них же поехали на базар.


Вот так вот. Дед Мороз Шура и Баба Мороза Оля 

С НАСТУПАЮЩИМ ВАС!

Источник: Интернет

В Танзании львиный прайд три года заботился о молодом собрате, который медленно умирал из-за металлических прутьев, с детства сковывавших его шею.

Трогательная история произошла в семействе львов, живущих в национальном парке Микуми в Танзании. Дикие звери повели себя по отношению к попавшему в беду сородичу лучше, чем порой ведут себя некоторые люди. Прайд три года выхаживал своего собрата, закованного в металлический "ошейник".

Раненого льва туристы впервые заметили еще в 2009 году: шею животного сжимала удавка из железных прутьев, в которую молодой лев попал еще детенышем, угодив в ловушку браконьеров.

 - Охотники расставляют ловушки на мелких животных - таких как антилопа импала. Скорее всего, любопытный львенок засунул туда голову и вырвался на свободу уже вместе с проволочной петлей на шее, - рассказал старший смотритель заповедника Уильям Мвакилема.

Со временем юный царь зверей стал настоящим заложником своих оков. С каждым годом проволока все глубже впивалась в шею льва, обрекая его на долгую и мучительную смерть от удушья.

 - После первого же сигнала о том, что наш питомец попал в  беду, мы предпринимали попытки выследить и освободить его. Но территория нашего заповедника слишком велика, а нрав у этих животных очень осторожный, - рассказывает Мвакилема. - Так что лев выжил только благодаря заботам своих сородичей.

По словам сотрудников заповедника, всех их поразило поведение диких зверей. Братья и сестры раненого животного поддерживали его силы, принося ему пищу с охоты. 

 - Они не убили его, как обычно поступают со слабыми самцами. Напротив, львы не давали ему погибнуть все это время, пока люди были бессильны помочь, - добавил смотритель.

Совместными усилиями рейнджеры и туристы смогли выследить умирающего льва лишь в августе этого года. На место сразу же вызвали ветеринаров, которые на время усыпили страдальца, чтобы ему помочь.

 - Это была очень опасная процедура. Пять собратьев нашего пациента защищали своего родственника, так что нам пришлось отгонять их на джипах. В итоге нам удалось снять прутья с его шеи. Повреждения были настолько глубокими, что, не вмешайся мы, скоро было бы уже поздно, - сообщил Уильям Мвакилема.

Обработав раны, люди оставили льва выздоравливать в кругу его преданной семьи. Через несколько месяцев после спасательной операции недавнего пленника браконьерской удавки вновь заметили на просторах заповедника. 

По словам смотрителей заповедника, лев уже почти полностью оправился, на его шее и голове наконец начала расти грива, а о страшных ранениях теперь напоминают лишь глубокие шрамы.

На недавних фото, лев почти оправился от ран и у него начала расти грива

По материалам lifenews.ru

 - А что на этой картине изображено?
— Ленинград. Жители топят буржуйку.
— Буржуйку? Странно. Вроде на картине лето.
— А ты внимательней смотри. Они ее в Неве топят.

 

- Если вам не трудно, сделайте мне пожалуйста кофе с пенкой.
— Да раз плюнуть...

 

Раньше я думал, что учить уроки — это самое ужасное в мире занятие.
Ни фига! Самое ужасное занятие — это учить уроки со своим ребенком.

 

Мнение большинства не всегда верно.
Ни миллиард мух, ни два, ни три, ни даже больше... не убедят меня, что говно — это вкусно.

 

- Сёма, скажите, вы с Сарочкой таки счастливы?
— А что поделать?

Дом Бирбала

Индийская притча

Шёл однажды Бирбал по своим делам, и повстречался ему какой-то человек, который обратился к нему:

— Вы случайно не знаете, как найти дом Бирбала?

Видно, он не знал Бирбала в лицо.

Бирбал рассказал незнакомцу, как найти его дом, и пошёл себе дальше. А незнакомец, расспрашивая по дороге встречных, пришёл к нему домой. Но там ему сказали, что хозяина нет, и предложили подождать его.

Вскоре Бирбал вернулся. Незнакомец, узнав его, очень удивился, особенно когда слуги сказали, что это и есть хозяин.

— Так это вы объясняли мне дорогу? — спросил незнакомец, сам себе не веря.

— Да, это был я, — ответил Бирбал.

— Почему же вы не сказали, кто вы?

— Потому что ты меня об этом не спрашивал. Ты спросил: как найти дом Бирбала? Я и объяснил. Спроси ты меня, как найти Бирбала, я бы сказал, что я и есть Бирбал.

Незнакомец смутился, кое-как изложил своё дело и поспешно ушёл.

Источник: Путь к Мудрости: Акбар и Бирбал

 

 "...на другой стороне трава всегда зеленее, и всегда есть мечта, что все могло бы быть еще лучше"

 

Ноноко и грабитель

Дзэнская притча

Жил-был старый мастер дзэн. Он жил один в хижине у подножья горы. Однажды ночью, когда Ноноко медитировал, в его хижину ворвался грабитель и, угрожая саблей, потребовал денег. Не прерывая медитации, Ноноко ответил незнакомцу:

— Все мои деньги находятся в чаше на полке. Можешь забрать всё, только оставь мне пять монет. Мне нужно заплатить налоги на следующей неделе.

Грабитель сгрёб все деньги, а потом кинул в чашу пять монет. Он также прихватил с собой красивую вазу, стоявшую на полке.

— Будь осторожен с вазой, — сказал Ноноко, — она может легко разбиться.

Незнакомец обвёл взглядом пустую хижину и уже хотел уходить, как мастер сказал:

— Ты забыл сказать «спасибо».

— Спасибо, — сказал грабитель и ушёл.

На следующий день деревня возбуждённо гудела. Некоторые крестьяне заявили, что их ограбили. Кто-то обратил внимание, что в хижине Ноноко на полке не хватает вазы.

— Тебя тоже ограбили? — спросили они хозяина.

— Нет, — ответил Ноноко. — Я дал незнакомцу вазу и ещё немного денег. Он поблагодарил меня и ушёл. Он был довольно милым человеком, только немного неосторожно размахивал своей саблей.