Творческая жизнь Олега Ефремова была разнообразной и наполненной. Считался одним из лучших актёров советского кино, все сыгранные роли удавались Ефремову. Всего сыграл 50 ролей в театре, 70 – в кино, поставил как режиссёр почти 70 спектаклей. Уже в юности он стал педагогом и воспитал целое поколение актёров-«ефремовцев».

Родился Олег Ефремов в 1927 году в Москве. Дед Ефремова до революции владел мукомольными заводами и пароходами. Дядя - оперный певец. Его детство и отрочество проходило в знаменитых арбатских дворах и переулках, в огромной коммуналке. Мама- Анна Дмитриевна была довольно полная и очень энергичная женщина, невероятно аккуратная во всем, к тому же еще и прекрасная кулинарка. Отец- Николай Иванович- очень спокойный, сдержанный и немногословный, с тонким чувством юмора, был идеальным типом русского интеллигента.

В классе Олег был несомненным лидером. И хотя он не отличался отличным поведением, тем не менее его избирали то председателем совета пионерского отряда, то старостой класса, то редактором стенной газеты. Олегу было двенадцать, когда его отец отправился на строительство военной железной дороги, которая должна была соединить Воркуту с европейской частью страны. Строили заключенные. Николай Ефремов был при хорошей должности — замначальника планово-финансового отдела лагерей ГУВЖД.

В начале лета 1941-го к нему на каникулы приехали жена и сын Олег. Вернуться в Москву они смогли только в 43-м, да и то благодаря особым хлопотам Ефремова-старшего — ему нужно было спасать сына. Жадный до впечатлений, увлекающийся, Олег подружился там не с самыми лучшими из спецконтингента, строившего «железку». Друзья-форточники дали подростку прозвище Лисья Мордочка за худобу и особый склад черепа, проходившего в любую форточку.

С этими дружками он выкурил свою первую папиросу и выпил первый стакан — чистый спирт. Впоследствии неумеренное курение и алкогольные возлияния станут для Ефремова не банальной скверной привычкой, а трагедией. И еще, тогда в пьяной драке ему повредили глаз, после операции зрение вернулось, но только частично. Понятно, что угроза потерять сына была слишком очевидной, чтобы семья и дальше оставалась на стройке.

Весной 1945 года, выдержав огромный конкурс, восемнадцатилетний Ефремов стал студентом актерского факультета Школы-студии МХАТ. На первом курсе, испытывая почти религиозное чувство к учению Станиславского, он вместе с несколькими сокурсниками принес клятву верности своему кумиру, романтически скрепив ее собственной кровью. В студенческом дневнике Олега Ефремова есть поразительно смелая и нахальная запись: "Я буду главным режиссером МХАТа!" И в этом весь Ефремов: он пришел в искусство, чтобы быть главным, чтобы быть лидером.

Вспоминает Инна Соловьева: "Олег в юности был вылитый молодой борзой пес, такой он был худой, поначалу некрасивый, как некрасив поначалу щенок борзого, а потом весь устремленный вперед; поразительное существо, воплощенная чуткость, ожидание сигнала к бегу и бег - великолепный, и удар грудью, сбивающий волка. Он - как стрела, но стрела, которая сама собой движется, может остановиться, сменить цель. Живая стрела". По окончании Школы-студии МХАТ в 1949 году Олег Ефремов пришел в Центральный детский театр. Первой его большой работой на сцене стала роль Ивана-дурака в сказке "Конек-горбунок".

За семь лет работы на сцене ЦДТ Олег Ефремов сыграл более двадцати ролей. Любимцем молодежи сделала его роль рабочего паренька Кости из пьесы Виктора Розова.Л. Петрушевская (в те годы еще школьница) вспоминает: "Занавес открылся, и он появился в глубине сцены, внимание! Мы забыли обо всем. У него было какое-то необыкновенное лицо… Костя, наш Ефремов, был личный для каждого, школьный, московский, с Пушкинской улицы, с известнейшего проходного двора, кумир с гитарой. У Кости к тому же была странная манера говорить. Он произносил фразы ясно, но слегка с замедлением, с оттяжечкой в бас, его непередаваемое тайное веселье как будто что-то обещало - во всяком случаи, от голоса Кости у девочек и мальчиков замирали сердца, хотелось вокруг него стоять кружком, слушаться его, бегать для него за папиросами и пивом, или быстро вырасти и куда-нибудь с ним пойти… Куда угодно".

Первую роль в кино Олег Ефремов сыграл в 1955 году в мелодраме "Эшелон". С тех пор снимался он регулярно, и каждое его появление на экране становилось настоящим событием и праздником для миллионов зрителей. С годами его актёрская палитра обогатилась самыми разными красками: от мягкой, а порой и горькой иронии, нежного лиризма до высокой трагедии.

В 1955 году (28 лет!) Олег Ефремов дебютировал в ЦДТ в качестве режиссера. Он поставил комедию "Димка -невидимка". Удача первой постановки во многом предопределила судьбу Ефремова как одного из новых лидеров российской театральной режиссуры второй половины 20 в. Начиная с 1960-х имя Ефремова -режиссера засияло на нашей сцене рядом с именами Георгия Товстоногова, Анатолия Эфроса и Юрия Любимова.

В 1956 году Олег Ефремов покинул детский театр и организовал театр "Современник". Среди единомышленников и сподвижников Олега Николаевича были Е. Евстигнеев, Г. Волчек, О. Табаков, И. Кваша, В. Сергачёв, Л. Иванова. Открывшись пьесой Виктора Розова "Вечно живые", "Современник" с первых дней существования стал точкой притяжения для мыслящего зрителя. В новом театре он руководил как репетициями, так и застольями. Известный актер Игорь Кваша вспоминал, как на гастролях «современники» дружно гудели до рассвета,утром отсыпались, днем репетировали, вечером играли спектакль - и по новой.

Осенью 1970 года Олег Ефремов по просьбе великих "стариков" МХАТа возглавил этот прославленный театр, к тому времени пребывавший в глубоком застое. Он позвал своих «современников» за собой, не сомневаясь, что те согласятся. Однако его бывшая труппа наотрез отказалась менять театр и даже объявила своего экс-лидера предателем. Для прирожденного вожака Ефремова это был чувствительный удар. Реанимацию закостеневшего МХАТа Ефремов начал с постановки пьесы А. Володина "Дульсинея Тобосская", сыграв в пьесе рыцаря Печального Образа, совпадавшего с человеческой сущностью самого Ефремова.

О личной жизни Олега Ефремова, его женщинах ходит столько легенд. Это не удивительно - Олег Николаевич любил женщин, и женщины любили его. Он гениально умел смотреть на женщин. Говорят, этот его взгляд, легкая улыбка и молчание сводили прекрасный пол с ума. Скольких женщин любил в своей жизни Олег Ефремов, вряд ли кто сейчас точно назовет. Но при всей его любвеобильности бабником Ефремов никогда не был, с женщинами обходился невероятно деликатно.

Первой официальной женой Ефремова была народная артистка России актриса театра "Современник" Лилия Толмачева. Вместе с Олегом Ефремовым она снималась в фильме "Строится мост". Лилия Толмачева и спустя годы признавалась, как она сильно его любила. Единственная женщина, которая позволила себе от Ефремова уйти, была первая жена Лиля Толмачева: "Олег мне тогда сказал: только учти, я всем буду говорить, что это я тебя бросил. Для меня это уже не имело никакого значения, я слишком устала от его пьянства. Кто я была? Несмышленая девчонка, которая приехала из Саратова и нарвалась на такое! А Олегу женщины были нужны, как и алкоголь, чтобы поддерживать себя в творческом накале"... В ту пору, когда Ефремов стоял у истоков создания «Современника» и был чертовски талантлив и обаятелен, в него молодые актрисы влюблялись одна за другой.

Источник: Репетиция в поезде, 1958 год. Лилия Толмачева стоит за Олегом Ефремовым.

Этой участи не избежала и Галина Волчек. Именно она позже познакомит Ефремова с Ириной Мазурук, дочерью известного полярного летчика Героя Советского Союза Ильи Мазурука. Они с Ефремовым прожили три года, не расписываясь. Дочь Ирины Ильиничны и Олега Николаевича Анастасия Ефремова вспоминает: "Мама слыла блистательной богемной дамой… Мама жила с отцом очень тяжело. Будучи рядом, писала ему письма. Ей нужна была сильная страсть. В порыве чувств она даже резала себе вены. Спустя время, выйдя замуж за известного писателя Виля Липатова, мама, по ее рассказам, нашла наконец свое счастье". Анастасия Ефремова официально была зарегистрирована дочерью Олега Ефремова, когда ей исполнилось семь лет. Она окончила ГИТИС. Восемь лет работала завлитом в театре "Эрмитаж". Сейчас - домохозяйка и одна из основателей фонда Олега Ефремова.

Последней официальной женой режиссера была актриса Алла Покровская. «Олег Николаевич начал за мной ухаживать, вскоре мы стали жить одной семьей и у нас родился сын Миша», - вспоминала она. Покровская вернулась на сцену «Современника» через 18 дней после рождения сына и играла в этом театре без малого 40 лет. Многие утверждают, что этот брак был для Ефремова особенно длительным и счастливым. Но и ему было суждено распасться.

Анастасия Ефремова рассказывает о Алле Покровской,: "Среди любимых женщин отца не было той самой-самой единственной, которая принесла бы ему покой и счастье. Все они были очень разными. Какого-то определенного типа не наблюдалось… Чего уж греха таить, с папой не могло быть идеального брака ни у кого. Потому что любая женщина достойна хоть какого-то, но внимания. Похоже только Алла наиболее приближалась к идеалу. Разойдясь с Аллой Борисовной, он продолжал ценить ее как артистку и педагога, естественно - и как личность".

Было еще несколько незаконных жен и громких романов с Татьяной Дорониной, Анастасией Вертинской, Ириной Мирошниченко. Сам Олег Николаевич в подробности своего бурного любовного прошлого никого не пускал, пресекая разговоры фразой: "Я не Андрон Кончаловский..." Ни об одной из своих дам Ефремов не отозвался плохо. По воспоминаниям Аллы Покровской, среди жертв Ефремова была и «железная леди» советской культуры - министр и член Президиума ЦК Екатерина Фурцева. Ефремов ей нравился, и она позволяла себе невиданные вещи. Например, однажды, будучи навеселе, она кокетливо приподняла юбку выше колена и спросила: «Олег, ну скажи, у меня неплохие ноги!»

Еще одной женщиной, которую Олег Ефремов безумно любил, была актриса Нина Дорошина. Об их романе мало что известно. Своих отношений они не выносили на всеобщее обозрение, но настоящие чувства скрыть все равно нельзя. Познакомились они на съемках «Первого эшелона». Спустя три года, в 1959 году, она пришла в «Современник», где и осталась на долгие годы. Нина Дорошина во многих своих интервью говорит, что всю жизнь любила только одного человека, не называя его имени, но всем понятно, что им мог быть только Олег Николаевич.

О последних днях Олега Николаевича вспоминает Людмила Петрушевская: "То, что он умирает, знали все вокруг. Он молчал, никогда, ни единым словом не выдал себя, не пожаловался. При нем даже стыдно было говорить о собственных болезнях. Театр его оберегал, регулярно собирались врачи, следующий по времени консилиум должен был состояться на другой день после его смерти. В остальном жизнь у него протекала, как обычно, - никаких особенных потрясений, как у каждого простого смертного…, с той только разницей, что Олег Николаевич Ефремов поддерживал свое существование, дыша кислородом через постоянно укрепленные трубочки - легкие работали неважно. Всюду с ним был этот аппарат, агрегат, соединенный с бедными, почти неживыми органами дыхания. Как этот человек существовал, непонятно. Постоянные боли в ноге, которую давно грозились ему ампутировать, затем язвы в кишечнике...

Источник: Олег Ефремов, Иннокентий Смоктуновский, Евгений Евстигнеев, Анастасия Вертинская, Андрей Мягков.

Олег Николаевич был болен, как простой смертный человек, а как вместилище духа он был здоров не хуже, чем боевой танк. Когда мы навещали его однажды в больнице, я вышла из палаты, где сидел этот немощный, полуслепой человек (в тот вечер у него началась пневмония, мы не знали), - я вышла, повторяю, от Ефремова, как выжатая тряпка. Он работал неустанно, готовился к спектаклю, требовал, ставил передо мной четкие задачи - совсем как управление театров в прежние времена: целая страница поправок и вернуться в нескольких сценах к первому варианту. У него температура ползла к сорока, он наверняка понимал, куда идет дело, а мы сидели в палате, не зная об этом, маленькой группой, и остальным были тоже даны указания по конкретным вопросам. Той ночью он едва не умер - спасли".

Это было в 1999 году. Летом того же года Авторское телевидение в рамках проекта "Чтения" сняло Олега Ефремова, читающего повесть Чехова "Моя жизнь". Роль чтеца стала последней ролью артиста. Вспоминает режиссер Григорий Катаев: "Ефремов болен, ему трудно в кадре вставать, ходить из комнаты в комнату, прогуливаться по аллее, сесть на скамейку - поэтому, читая Чехова, он большей частью сидит. Ефремов, являясь главным и единственным центром этой работы, невероятно интересен и загадочен сам по себе. Не деланным внешним выражением, не актерской позой, не "взятой" ролью или умно рассчитанным поведением. Он интересен своим открытым взглядом, мудрой интонацией, ефремовской манерой говорить и реагировать на собственные мысли и ощущения. От его лица трудно отвести взгляд".

Последний месяц своей жизни Олег Ефремов много работал. Врачи обещали ему еще пол года жизни. Обрадованный Ефремов планировал закончить "Сирано де Бержерак" и осенью ввести в "Бориса Годунова" нового исполнителя вместо себя. Он не успел… 24 мая 2000 года Олег Николаевич умер в собственной квартире от закупорки сосудов на 73-м году жизни. Похоронен 31 мая на Новодевичьем кладбище Москвы (участок № 2).

 

 

Источник