Я видел одного счастливого человека

 

«В Стену плача в Иерусалиме все вставляют записочки – все чего-то просят у Бога.

Я не стал этого делать. Зачем? У Всевышнего и так забот хватает, зачем еще его перегружать?

Что нам подарит будущее – то и подарит.

Горе? Переживем, не впервые. Радость? Слава Богу. <...> 

Телячьей восторженностью я никогда не страдал.

Праздники в нашей жизни мгновенны, эпизодичны,

а вся жизнь – борьба, страдания, потеря близких, постоянные сомнения в себе, в своем деле, в своих способностях, болезненные размышления о смысле жизни…

Как можно быть беспечно счастливым?!
Однажды, еще в пору моей молодости, меня встретил на улице один пожилой писатель и спрашивает:
– Левочка, как дела?
Я говорю:
– Нормально.
А он как затопал ногами, как закричал:
– Как вам не стыдно! Вы в жизни вытащили такой счастливый билет!

Работаете в театре, играете такие роли! Вы должны были сказать мне: «Я счастлив!» А вы? Вам не стыдно?

– И убежал в праведном гневе прочь.
Я тогда растерялся. Но тем не менее жизнерадостнее и счастливее после этого не стал.

Каким был, таким и остался: в меру веселым, в меру задумчивым.

Видно, на роду мне написано быть Трагическим клоуном.
Счастье – это как букет цветов, как рождение ребенка, как влюбленность.

Это все редкие фрагменты. В основном жизнь – это работа, потеря друзей, потеря близких.

Я видел одного счастливого человека.

На пляже в Болгарии бегал немец, и он радовался всему.

Он пил пиво и хохотал, бежал в море и хохотал, хватал ракушку и хохотал.

Все его стеснялись и прятались от него.

Так что страшнее этого счастливого человека я ничего не видел».

(Лев Дуров. «Грешные записки»).