Ко дню «вселенских бабьих именин» — дню ангела Веры, Надежды, Любови и матери их Софии, — которые празднуются 30 сентября, вспоминаем, насколько популярны были эти имена в Российской империи, и разглядываем самые красивые портреты их обладательниц.

Портретов Любовей, вопреки статистике, меньше всего, и хрестоматийных картин мы среди них не найдем.

Жаль: например, изображение Лихачевой с младенцем, написанное забытым мастером Алексеем Ягодниковым, вполне заслуживает известности — такое оно трогательное.

Из ранних портретов можно упомянуть образ Леонтьевой — внучки Суворова и племянницы Платона Зубова.

Примечательна картина с изображением графини Кушелевой с сыновьями: работы Боровиковского так редко попадают в продажу, что, когда в 2014 году ее выставил «Кристис» за 100 тысяч долларов, картину в итоге купили за пять миллионов долларов.

А в начале ХХ века как на подбор это имя носили жены художников Бродского, Бакста и Гауша.

Популярность имен все росла, и в 1902 году «Вера» была номер 14 в списке имен по популярности, «Надежда» — номер 20, а «Любовь» — номер 29.

Любопытно, что мода на имя «Вера» стала такой широкой, что в 1854 году им впервые крестили девочку из императорской семьи, которая была весьма консервативной в выборе святых покровителей.

«Пусть она будет моей верой!» — будто бы воскликнул император Николай I, узнав о рождении дочери у своего сына Константина. «Надежда» появилась среди Романовых только в 1898 году, а Любовей у них не было.

Больше всего портретов Софий — трудно выбирать. Напудрена и нарумянена Панина — племянница екатерининского фаворита Алексея Орлова.

Прекрасная полячка Потоцкая, рассказавшая Пушкину сюжет «Бахчисарайского фонтана», украшена виноградными листьями. Приятельницей великого поэта была Бобринская (на акварели Петра Соколова), а вот жениться на ней подумывал Жуковский.

В ту же эпоху жила Строганова — ее портрет кисти Монье так изящен, что и не догадаешься, что матерью красавицы была «усатая княгиня» Голицына, прототип пушкинской «Пиковой дамы».

Это имя носила жена Ивана Крамского, изображенная им за чтением (также они назовут и дочь, но красотой она пошла не в мать).

В малороссийском наряде позировала Репину дочь генерала Драгомирова — любопытно, что есть похожий портрет с другого ракурса, который одновременно писал его ученик Серов.

Имя матери, София, в отличие от дочерей, использовалось на Руси издавна — недаром древнейшие сохранившиеся храмы страны, в Киеве и Новгороде, были посвящены Премудрости Божией — то есть Софии.

Им называли дочерей и Рюриковичи, и цари из династии Романовых: помимо знаменитой царевны Софьи Алексеевны (сестры Петра Великого), так звали еще одну царевну, ее тетку, а также нескольких великих княгинь, включая легендарную Софью Палеолог.

В Российской империи имя использовалось повсеместно, и среди аристократок-именинниц этого дня, пожалуй, лидировало.


.