Цитата сообщения Jostr “Как мы будем жить после того, что натворили в Украине?”

Автор: Игорь Иртеньев

Мы, украинцы, инши, — как-то сказал мне украинский друг. — Неужели не видишь?

Помню, что тогда я возражал: “Две руки, две ноги… в чем “другие”? А сейчас, пожалуй, соглашусь — другие. Сомневающимся рекомендую еще раз посмотреть хронику Майдана, без комментариев Первого канала. Помните, как они стояли?

Несколько месяцев, днем и ночью, в лютые морозы, на обледеневших баррикадах…

Помните, как с палками в руках, прикрываясь деревянными щитами от пуль “неизвестных снайперов”, они бежали на этих снайперов и падали убитыми. А следом за убитыми бежали следующие и следующие, пока снайперы не разбежались.

А теперь вспомните наши майданы. Похоже?

Справедливо и то, что нынешняя революция в Украине называется революцией достоинства. Прогнать зарвавшихся воров и ликвидировать коррумпированную власть — дело, достойное человека, не лишенного чести. Сегодня эти достойные граждане Украины выстраиваются в длинные очереди, чтобы поехать на оборону донецкого аэропорта — самый тяжелый и кровопролитный участок украинской отечественной войны.

Интересно, что думают об этом генералы российской армии, получая многочисленные звезды и ордена за неведомые подвиги, совершенные на “никому неизвестных” театрах военных действий? К сведению этих доблестных воинов — только что в Украине большим тиражом издали учебник под названием “Малые рейдовые группы: Общевойсковая подготовка. Партизанская тактика”. Вот к какой реальности готовится сегодня Украина. Это против нас, российских братьев, готовится Украина вести партизанскую войну. Иллюзий ноль. Думаю, что российским генералам следует не орденами обвешиваться, а туже подтянуть портупеи.

Впрочем, российская пропаганда утверждает, что “мы ни при чем!”. Кричит, вопит, требует: “Докажите!” “Где доказательства”?

Требования предъявить доказательства подобны тому, как если бы беременная женщина настаивала на признании себя девственницей. А от возражающих требовала бы доказательств обратного.

— Докажите! — кричит она, напирая огромным животом. — Кто видел?! Кто свечку держал?

И мы, безумные, кричим: “Докажите!” в перерывах между похоронами своих погибших в Украине солдат. Какие еще нужны доказательства? Сколько еще требуется солдатских могил, чтобы остановить этот поток бесстыдного вранья? Сегодня счет уже идет на тысячи.

Вспоминая о своем пребывании в сумасшедшем доме, художник Шемякин рассказывал о способе, при помощи которого советская карательная медицина пыталась сделать душевно больным его, здорового человека. Технология была следующая — из соседней палаты постоянно звучал голос, повторяющий как заклинание, одни и те же пафосные тексты: “Родина-мать!”, “Советский Союз!”, “Отечество!”… Затем тот же голос, но уже с интонациями отвращения, начинал гнусно скрипеть, перечисляя “врагов”: “Ван Гог”, “Матисс”, “Пикассо”… И так сутками напролет.

Ничего не напоминает? Вот, оказывается, где обкатывались технологии по сведению с ума целого народа при помощи телевидения и прессы.

Получилось. Народ уже бьется в параноидальной истерике. В нашем воспаленном воображении проклятые пиндосы, укрофашисты и жидобандеровцы выглядывают из-за всех углов. Вот и я, махровый жидобандеровец тороплюсь сообщить свою точку зрения хотя бы для того, чтоб еще один голос просочился сквозь истеричный рев пропаганды.

Нет, не верю никаким рейтингам. Не верю потому, что вижу, какой ценой власть достигает этого показного единомыслия. Глупых обманули, жадных купили, трусливых запугали, смелых в каталажку, а подлые сами в нужный момент закричали “Крым наш” — вот вам и 85 процентов поддержки. А оставшиеся 15 процентов объявлены пятой колонной, отщепенцами, врагами народа… впервой, что ли?

На самом же деле этими фальшивыми рейтингами нас делают соучастниками преступного убийства многих тысяч людей. Каинову печать хотят поставить на целом народе. На ста сорока миллионах граждан. По закону банды уголовников правители стремятся свою персональную ответственность размазать тонким слоем по всему населению с тем, чтобы, следуя утверждению “народ всегда прав”, оправдать грязную войну, которую они развязали и ведут на территории суверенной страны. Господи, каких только преступлений не совершали именем нашего несчастного народа! А ведь Бердяев когда еще написал, что: “Не в народе центр совести, народ кричал: распни его”? И вот мы всем миром, обманутые, одураченные, опьяненные кровью братьев, вопим “Распни!”, распиная ослабевшую Украину, быть может, в самые тяжелые для ее истории дни.

Ну ладно, народ–простак, его обманули, одурманили, свели с ума, обвели вокруг пальцев… А вы-то, вы? — образованные, духовно богатые, все книжки прочитавшие? Все гуманные истины познавшие? В Бога верующие, черт бы вас побрал, вы тоже считаете, что вор бывает прав, а жертва ограбления виновной? И, что если громко и долго орать бессовестную ложь про фашизм и бандеровцев, то правда не восторжествует?

Может, вы действительно верите, что то, что плохо лежит, можно безнаказанно забрать? А если сами не отдают, то силой? А если возражают, то по мордам? А сопротивляющихся можно убить и сказать, что это они сами себя?.. Где же вы, духовные отцы нации? “Мастера искусств”, окопавшиеся в своих культурных вотчинах — театрах, газетах, издательствах, музеях? Что прячете глаза? Что, позоря седины, мычите невнятное у телевизионных микрофонов?

— Я, видите ли, не разбираюсь в политике…

В чем тут разбираться? В том, что тот, кто стащил кошелек — вор. А у кого стащили — жертва? Велика премудрость!

“Судьба заботится о том, чтобы не было счастья, добытого ценой преступления” — этот закон природы /читай Бога/ открыл итальянский драматург Витторио Альфиери еще в 18 веке. Может кто-нибудь опровергнуть его хоть одним историческим примером? Или мы уже не помним, как под грузом собственных преступлений советская империя развалилась, как карточный домик? Тогда казалось, что теперь-то мы ученые — черта с два. И вот мы снова в той же воровской малине. Снова готовы спасать и осчастливливать соседние народы методом отъема территорий. Как у финнов — Карелию, как у японцев — Курилы. У грузинов — Абхазию и Южную Осетию. У молдаван — Приднестровье… И далее по списку, с кем у нас еще общие границы? С Эстонией? С Литвой? С Китаем? Вот уже и в Крым поехать невозможно, не чувствуя себя барыгой, скупающим краденое.

Слышу, слышу справедливые упреки: кто ты такой, чтобы судить целую страну? Ставить ей отметку за поведение? Может, еще каяться прикажешь? Нет, не прикажу. Да и не бывает никакого коллективного покаяния, потому что толпа действительно всегда права своей неумолимой, арифметической правотой — не оттого ли всякая нечисть норовит спрятаться в коллективе? Кажется, за всю историю человечества до общенационального покаяния возвысились лишь немцы после Второй мировой войны. Впрочем, грешат-то одни, а каются, как правило, совсем, совсем другие.

Помните такого “другого” — журналиста-усыновителя? Пару лет назад он выступил во время одного из приторных телевизионных “общений Путина с народом”, назвав закон Димы Яковлева людоедским? Национальный лидер тогда отреагировал.
— Вам нравится, что вас унижают? — возмутился он. — Вы мазохист?..

Добавить нечего. Закомплексованному полковнику КГБ, волей судеб оказавшемуся на вершине властной пирамиды, не сопоставить ничтожность политических амбиций с жизнью ребенка. А уж про жизни тысяч и говорить не приходится. Правда и то, что до знаменитых душегубов Сталина, Гитлера, Пол-Пота он не дотягивает — там счет идет на миллионы убитых. Но и этих тысяч, уже погибших в развязанной Путиным братоубийственной резне, хватит на помещение его в список негодяев двадцать первого века. Список, который сегодня своей фамилией открывает наш национальный лидер под восторженные аплодисменты оболваненного, слепоглухонемого электората.

И ведь ни одна вдова не вышла на одиночный пикет. Ни одна мать, потерявшая сына. Ни отец, ни ребенок… Вот единица измерения нашего рабства — молчащая мать, чье дитя отправили на неправедную, необъявленную войну и убили, а ей приказали “не выступать, а то хуже будет”. Как будто для родителей есть что-нибудь еще хуже похорон собственного сына. Но они “не выступают”, молчат, продолжая патриотично ненавидеть укрофашистов.

Кстати, о ненависти — вот истинная стигма раба.

Ментальный раб всегда кого-нибудь ненавидит: хозяина, интеллигентов, пиндосов, евреев, богатых, черных, геев… Но больше всего ненавидит раб чужую свободу, чужую независимость, как ненавидим ее мы, живущие в рабстве. Ненавидим по той же причине, по которой импотент начинает ненавидеть женщин, будучи не в состоянии испытать счастье любви.

Мне возразят, меня упрекнут, мне гневно бросят в лицо, что мать погибшего солдата — патриотка, потому с неведомой для меня, отщепенца, гордостью отдает свое дитя во имя защиты Отечества. В таком случае ответьте мне, “отщепенцу”, от кого защищаемся? Кто этот страшный враг, который угрожает нашей Родине? Украинцы? Это они вторглись в Россию? Это они аннексировали кусок нашей территории и угрожают целостности страны? Может, они уже прислали своих зеленых человечков во главе с Гиркиными, Бородаями и тысячами других заплечных дел мастерами в нашу Ростовскую область и провозгласили независимую республику? — Бред!

Нет, ни любовь к Отечеству, ни преданность Родине или русскому миру, наскоро сляпанному кремлевскими идеологами, не являются причинами этой войны. Когда-то Голда Меир сказала, что война на Ближнем Востоке закончится, когда арабы полюбят своих детей больше, чем ненавидят евреев. Вот и всё объяснение — ненависть к украинской свободе привела нас к этому позору, когда великая Россия “в легкую” отправляет на заклание тысячи сыновей, примеряя на себя душную палестинскую куфию.

А что украинцы? А украинцы были и остаются свободными со всеми своими майданами, демонстрациями, депутатами-драчунами, вороватыми чиновниками, время от времени летящими в мусорные ящики… Со всей той политической “движухой”, которая, через ошибки и заносы, рано или поздно приведет страну не к нашей тухлой, кладбищенской стабильности, а к нормальной, европейской, человеческой жизни. Они, украинцы, представьте себе, настолько свободны, что позволяют себе жалеть и благодарить нас — Россию.

— Путинская Россия сделала нас народом, — неожиданно заявил мне киевский друг.

И то правда — общая горькая судьба, общая угроза, общий враг — вот что делает население народом. Больше двадцати лет болтались, как дерьмо в проруби, не понимая, как распорядиться свободой. Без смысла и цели. Теперь-то каждый ребенок в Украине точно знает, что на его честь и достоинство есть охотники, от которых надо защищаться, а для этого нужна подконтрольная власть и армия. А для армии — экономика. А для экономики — современные технологии… Воистину “лучшее образование дается в борьбе за выживание”. Может, наша русская беда в том и состоит, что не завоеванная свобода не имеет цены? Что это такая же химера, как и “спущенная сверху” демократия или унаследованное богатство? Не потому ли мы с такой легкостью всем миром отказались от свободы, что досталась она нам на халяву? И не надо нам ни независимого суда, ни свободных СМИ, ни честных выборов… И вообще ничего, кроме пайки с барского стола?

Когда-то неведомый мудрец изрек обидную, для нашего ущемленного национального достоинства, истину: “Что русские не делают, их все равно жалко”.

В самом деле, и жалко, и страшно при мысли о том, как мы будем жить после всего, что натворили в Украине? Ответ, предположительно, такой: в ныне существующем режиме жить будем плохо, грязно. Лживой и неправедной жизнью, презираемые потомками. И закончим мы эту подлую жизнь без покаяния и причастия в разорванной, разоренной стране.

Я верю — поздно или рано
Наступит он, желанный час,
Когда повергнув власть тирана,
Воспрянет креативный класс.

Когда у гробового входа
С табличкой Enter на стене
Нас примет радостно свобода
И удивится: “Вы ко мне?”