Финский когда-то поселок Куоккала, расположенный в 45 км от Петербурга, сегодня носит имя Репина. Главная достопримечательность поселка – усадьба Пенаты, в которой Илья Репин, по собственному признанию, провел лучшие годы жизни. Нынешние Пенаты – это чистый новодел. В 1944 году усадьбу стерли с лица земли наши же войска. По стечению обстоятельств в репинском доме располагался штаб финского командования. Сперва этот участок берега выжгли катюшами, а потом, для верности, его «перекопала» тяжелая артиллерия. Исчез даже холмик, на котором похоронен художник.

При восстановлении место, где находилась могила, определили условно и насыпали новый холм. Зато экспонаты в «Пенатах» самые что ни на есть подлинные. Перед войной их успели вывезти в Ленинград и спрятать в хранилище, расположенном в подвалах Академии художеств, носящей опять же имя Репина.

Музей-усадьба "Пенаты", 1980 год

С заболоченным участком леса на берегу Финского залива связаны самые драматические эпизоды в жизни Ильи Ефимовича. Маленький хутор в поселке Куоккала он приобрел в 1899 году на имя любовницы Натальи Нордман. Ради дамы, которая была младше его на четверть века, художник бросил жену и четверых детей. Финский хутор Репин преобразил по собственному проекту – собственноручно сажал деревья и копал каналы, при помощи которых удалось создать систему небольших озер.

Несмотря на богатство и известность, Репин, при жизни ставший классиком русского искусства, всегда тянулся к простоте. Круглый год художник спал на свежем воздухе, на балконе, из-за необычной формы носившем название «Аэроплан». Летом живописец просто засыпал на воздухе, а зимой пользовался спальным мешком. Там же, на «Аэроплане», Илья Ефимович частенько брался за кисти. В музее сохранилась коллекция вещей, использовавшихся мастером для создания композиций. Уникальную коллекцию казацкого оружия Репин собрал сам, путешествуя по Запорожью. Немногие знают о том, что художник лично проводил археологические раскопки. В числе прочего Репин откопал череп воина времен Запорожской Сечи. Уникальную находку можно увидеть сразу на нескольких картинах мастера.

Впрочем, в Пенатах знаменитый художник не только работал. Там же он регулярно устраивал праздники. Особо известны были репинские среды. Для своих гостей Репин устраивал вегетарианские обеды, фирменными блюдами на которых были жаркое из травы и котлеты из клюквы. Неоднократно на них бывали Максим Горький, Сергей Шаляпин и живший по соседству Корней Чуковский. Описывая в мемуарах свою жизнь в 1916 году, Владимир Маяковский писал, что денег у него не было совсем, а выжил он исключительно благодаря репинским средам.

Между тем жизнь за забором усадьбы шла своим чередом. Наступил 1917 год. События февраля Репин встретил с радостью, а вот октябрьского переворота просто не заметил, хотя как раз в это время находился в Петрограде. Осенью 1917 года Репин работал над портретом английского посла Джорджа Бьюкенена. Художник был настолько увлечен творчеством, что не обращал никакого внимания на то, что происходило вокруг.

В это самое время англичанин спешно собирал вещи, для того чтобы бежать из города, захваченного большевиками. Друзей Ильи Ефимовича – министров временного правительства Третьякова и Терещенко – арестовали и вскоре расстреляли. Крайне вовремя Репин перебрался в Пенаты на территории независимой уже Финляндии. Незадолго до этого большевистское правительство национализировало деньги, находившиеся на частных счетах в Госбанке. Живописец, известный на весь мир, без средств к существованию оказался в чужой стране. Именно тогда в Пенатах появился большой огород. Илья Ефимович, которому уже перевалило за 70, сажал картошку и морковь, а кроме того, возился с козой – пас и доил рогатую.

Оказавшись за рубежом, он, однако, так и не отказался от российского гражданства и не принял подданства Финляндии. В Пенатах живописец жил по так называемому нансеновскому паспорту. Известный путешественник сам разработал форму документа, позволяющего эмигрантам, не желающим порывать связи с родиной, жить в любой стране.

В советской России отсутствия живого классика сперва никто не замечал. Потом, когда работы Репина стали активно использоваться в пропагандистских целях, большевики начали активно добиваться его возвращения назад. Автор ставших культовыми «Бурлаков на Волге», «Отказа от исповеди» и картин о революции 1905 года не мог жить в государстве, ставшем вражеским. Письма с предложениями вернуться назад Репину неоднократно писал сам Климент Ворошилов. В 1926 году в Пенаты прибыла целая делегация сотрудничавших с новой властью художников во главе с учеником Репина Исааком Бродским. Илье Ефимовичу они привезли подарок от советского правительства – конверт с $2 тыс.

Репин радушно встретил старых знакомых, подарок взял, но возвращаться в советскую Россию все равно отказался. Ведь именно в тот момент, несмотря на письма Ворошилова, дочь и внучку Ильи Ефимовича, живших под Витебском, выселили из собственного дома и включили в список на отправку в Сибирь. Та же судьба запросто могла постигнуть и автора «Бурлаков на Волге», тем более что советской власти было что ему припомнить. Лишения первых лет вынужденной эмиграции радикально изменили вектор творчества мастера. Хотя можно сказать и иначе: живописец остался верен себе и занимал подчеркнуто антигосударственную позицию. Если раньше 
он пытался увековечить тех, кто боролся с царизмом, то теперь, отвлекаясь временами от приносившего ему хороший доход жанра портрета, описывал неприглядность советской власти. Был он человеком твердых убеждений. А одно из них состояло в том, что «сaмaя блaгoтвopнaя и пoлeзнaя для чeлoвeчecтвa идeя, ecли oнa ввoдитcя пpaвитeльcтвoм в пoдвлacтнoй cтpaнe пo пpинyждeнию, быcтpo дeлaeтcя Бoжьим нaкaзaниeм нapoдy».

По воспоминаниям современников, полотно «Большевики. Солдаты Троцкого отнимают у мальчика хлеб» Илья Ефимович считал не менее эпохальным, чем знаменитых «Запорожцев», часто и с охотой тиражировал. Подобные сюжеты оказались востребованы в условиях независимой Финляндии. Антисоветские картины охотно покупали как финны, так и эмигранты, что приносило Репину стабильный доход.

К 1929 году стареющий художник стал чувствовать себя все хуже и хуже. Окончательно же подкосила его внезапная смерть Натальи Нордман. Репин постоянно болел. Сердце Ильи Ефимовича остановилось 29 сентября 1930 года. Неделю спустя его похоронили в маленьком склепе, возведенном на холмике, который он сам выбрал для собственного захоронения.

http://style.rbc.ru/person/2014/10/21/19486/  Сергей Андреев

Почему Репин не вернулся из эмиграции

Работая с недавно рассекреченными документами в Российском государственном архиве социально-политической истории, я обнаружил материалы, связанные с неудавшейся попыткой советского правительства 76 лет назад возвратить в Москву из эмиграции выдающегося русского художника Илью Репина.

С 1899 года Репин жил в усадьбе «Пенаты» в местечке Куоккала в Финляндии, которая тогда была частью Российской империи. После 1917 года, когда Финляндия обрела самостоятельность, Репин автоматически оказался в эмиграции. Летом 1926 года к Илье Ефимовичу Репину была направлена делегация в составе советских художников И. Бродского, Е. Кацмана, П. Радимова и А. Григорьева.

Приезд художников из России, их настойчивые просьбы вернуться на Родину так подействовали на Илью Ефимовича, что он обратился со следующим письмом к Клименту Ворошилову (орфография и стиль этого и последующих документов сохранены):

«Высокопоставленный Товарищ Климентий Ефремович!

Долго я не смел писать Вам, но необходимость заставила. Дело серьезное. В жизни мне везло и я никогда не просил. Мой труд меня обезпечивал; и я имел уже имение, собственную кв. в Питере, и, несмотря на разроставшуюся семью, имел уже в Государств. и Московско-Купеческом банках — около 200 тыс. рубл. зол.

Но настали времена лютые: деньги отобрали, из имения оставили только 4 десятины; в дом поселили латышей, хотя была и школа, где преподавали моя дочь и внучка, в нашем же доме. (Близ Витебска, Верховск. вол.). После 81 года жизни — ни имения, ни денег.

Простите. Престарелый художник Илья Репин — автор «Бурлаков» и «Запорожцев».

Ворошилов направил письмо художника И. Сталину для принятия решения с такой припиской:

«Дорогой Коба!

Посылаю тебе письмо Репина для ознакомления. Очень прошу, если это тебя не затруднит, черкнуть пару слов по этому поводу».

На письме — собственноручная резолюция Сталина:

«Клим! Я думаю, что Соввласть должна поддержать Репина всемерно».

Вскоре Ворошилов написал Репину краткий ответ:

«Глубокоуважаемый Илья Ефимович! Обещаю на днях доложить Ваше дело Правительству и надеюсь, что Рабоче-Крестьянское Правительство, принимая во внимание величайшие заслуги Ваши перед страной и человечеством, сделает все необходимое для удовлетворения Ваших требований».

Вскоре Репин об этом письме писал (не без иронии) И. Бродскому:

«Дорогой Исаак Израелевич!

…Вчера я получил ответ от Ворошилова. Дивное письмо! Если моя просьба будет без ожидаемых последствий, я, все же, считаю себя счастливцем, получив такой автограф высокой ценности, — признание моих заслуг величайшими перед страной и человечеством (еще никогда не подымались мы на такую высоту — «перед страной и человечеством!»)

Завещаю отдать это письмо на хранение в музей. И, кстати, я отрекаюсь от титула «Народного художника», которым было выражено желание наградить меня. Я благодарен за столь высокую честь, но Ворошиловское письмо исчерпывает этот вопрос. Я награжден».

В Москве начали готовить вторую делегацию для переговоров с Репиным о возвращении. Ворошилов об этом писал Илье Ефимовичу так:

«Глубокоуважаемый Илья Ефимович! Разрешите заверить Вас, что решаясь переехать на родину, которую, не сомневаюсь, Вы любите также глубоко и сильно, как и все мы, Вы не только не делаете личной ошибки, но совершаете поистине большое, исторически-общественное дело. Вашу личную жизнь и Ваших близких Государство обеспечит полностью. А Ваша духовная жизнь, жизнь великого художника, снова сольется с жизнью титана-народа…»

Далее в «деле Репина» подшита справка ОГПУ, которая в некоторой степени проливает свет на то, почему Илья Ефимович так и не возвратился в СССР.

«Справка об имущественном и семейном положении дочери И. Репина Татьяны Ильиничны Репиной-Язевой.

Репина-Язева Татьяна Ильинична, 50 лет, Витебск, почтовая станция Буяны, Николаевский с/с, Здравнево.

Состав семьи: дочь, зять Иван Дмитриевич Дьяконов и 4 внуков, из коих старшему 6 лет. Муж Т. И. Репиной-Язевой, умерший 2 года назад, был военным инженером. С 1918 по 1921 г. был на фронте и имел награду.

Дочь ее была учительницей с 1919 по 1926 г. Зять, И. Д. Дьяконов, все время был учителем в Здравневе по февраль текущего года, когда был снят с работы, и исключен из Союза, как обложенный индивидуальным налогом. Школа в Здравневе в течение 9 лет пользуется бесплатным помещением в доме Т. Репиной.

Т. И. Репина состояла учительницей с 1921–1923 г., оставила работу из-за потери слуха.

5 февраля с. г. у Репиной описано все имущество (включая и надетое на теле белье, детские пеленки и т. п.) с предупреждением, что оно будет конфисковано. Еще 3 февраля получена повестка о немедленном взносе в кооператив дифференцированного пая в размере 1000 р. 10 февраля Репиной было велено лично возить лес из Николаевского с/с. Когда она явилась в с/с с заявлением о невозможности для нее выполнить предписанную работу, но с предложением воспользоваться ее лошадью, она была подвергнута обыску и оставлена до вечера под арестом. Одновременно был произведен обыск в доме (как и у всех обложенных индивидуальным налогом).

31 марта Т. И. Репина вызывалась в с/с для заполнения анкеты на предмет выселения в Сибирь».

Вероятно, о судьбе родных стало известно Илье Ефимовичу, и в последний момент он отказался от возвращения в СССР.

Вряд ли старик мог понять логику власти, которая одной рукой пишет восторженные письма с предложением вернуться на Родину, а другой — терроризирует его родных и близких за то, что они живут в родительском доме, половину которого бесплатно предоставляют школе, но не имеют возможности платить бешеные налоги за «индивидуальное владение».

В 1930 году художник умер, так и не увидев перед смертью любимой Родины. Воля его была исполнена: похоронили Илью Ефимовича в «Пенатах». А через 10 лет после смерти он все-таки «возвратился» на Родину. Куоккала отошла к Ленинградской области и сейчас называется Репино, которое стало своеобразной меккой для истинных ценителей искусства великого художника.

http://gazeta.aif.ru/_/online/longliver/8/23_01 Сергей ТУРЧЕНКО