Зинаида родом из донских казаков, ее юные годы прошли в станице Фролово. С малолетства девочка всерьез полюбила музыку. И кто знает, обрел бы научный мир будущего микробиолога, не испытай пианистка Зина потрясения от смерти любимого композитора Чайковского. Она узнала ужасные подробности последних дней жизни гения, умершего от холеры. Именно тогда Зинаида поняла - она будет нужнее и полезнее людям как врач.

Окончив Новочеркасскую женскую гимназию, как лучшая ученица, Зинаида сразу поступила в Ростовский женский медицинский институт. Учеба настолько ее влекла, что она на рассвете залезала через форточку в лабораторию, чтобы, по ее рассказам, «лишний час-другой посвятить опытам, когда всё ещё спали».

Ее учеба выпала на Первую мировую и Гражданскую войны. В тот период вовсю бушевали эпидемии дизентерии, холеры, тифа. В 1922 году Ростов-на-Дону «выкашивала» холера. Тогда науке было известно лишь два вида вирусов: холерный и холероподобный вибрионы. Медики знали, что опасную болезнь вызывает именно первый вид болезнетворных бактерий. Но студентка заинтересовалась малоизученными свойствами холероподобных вибрионов.

Для научных изысканий необходим был опыт на человеке, однако ставить его на людях нельзя – чрезвычайно опасно рисковать их жизнью, высок риск смерти. Тогда молодая лаборантка пошла на крайние меры – самозаражение: выпила жидкость с холероподобными вибрионами.

В научном дневнике через несколько часов Зинаида хладнокровно и спокойно фиксирует первые признаки холеры. Она развивалась у неё очень тяжело, и едва всё не закончилось летальным исходом для двадцатичетырехлетнего ученого. Но научное открытие было сделано!

К 1939 году Ермольева уже защитила по нему докторскую диссертацию. Ее, как уважаемого учёного, профессора и микробиолога командировали в Афганистан, где люди погибали массово от азиатской холеры. Был риск, что эпидемия распространится и на территорию Советского Союза. Там Зинаида Виссарионовича успешно протестировала экспресс-тесты на распознавание болезни и разработала препарат с девятнадцатью видами бактериофагов, которые уничтожали возбудителей холеры.

Ее лекарство было успешно опробовано и во время Великой Отечественной войны.

В 1942 году учёного направляют в пригород Сталинграда, где фашисты специально заразили холерными вибрионами все питьевые каналы. Ситуация усугублялась и тем, что станция железнодорожного вокзала будущего города-героя была эвакуационным пунктом для раненных бойцов с других участков фронта. На кону была жизнь тысяч людей. Тогда, выйдя на связь с Москвой, Ермольева приказала выслать ближайшим поездом на Сталинград препарат от холеры. Но случилось ЧП: эшелон с ценным бактериофагом разбомбили.

Что же делать?

Отважная женщина не падает духом и действует быстро. В одном из подвалов вместе с несколькими учёными она наладила сложнейшее производство бактериофага. И это среди постоянных бомбежек, голода и разрухи!

В течение шести месяцев антихолерное лекарство вместе с пайкой хлеба каждый день получали 50 тысяч сталинградцев и защитники города. Команда Ермольевой хлорировала колодцы, проводила дезинфекцию домов, вели профилактические беседы среди населения. Эпидемия холеры была побеждена!

За выдающийся вклад в победу над смертельно опасной болезнью и личный героизм при огромном риске жизни микробиологу Ермольевой присудили Сталинскую премию. Деньги она пожертвовала на строительство истребителя, который благодарные лётчики назвали в ее честь.

Но на этом подвиги учёного не закончились. Зинаида Виссарионовича ещё до войны заинтересовалась разработкой антибиотика на основе плесени. Но в то сложное время маховика репрессий она не рискнула продолжить опыты, которые раскритиковали на одном из научных советов, назвав получение лекарства из плесени «антинаучным бредом».

Но война, где раненые погибали не столько от ран, сколько от нагноений и заражения крови, поставила вопрос о поиске антибиотиков ребром.

Ермольева уже читала в западных научных докладах о том, что Флеминг выявил особые виды плесени, способные побеждать вирусы.

И с началом войны она возобновила свои научные поиски. Микробиолог собирала образцы плесени, где только могла найти. Даже делала ее соскоб со стен подвала в Сталинграде, где разрабатывала бактериофаг против холеры.

Проблема заключалась в том, что выделить чистый пенициллин было чрезвычайно сложно. Наконец-то это удалось сделать учёным из Англии. Советский Союз просил выкупить патент, но англичане - то тянули с ответом, то «заломили» огромные деньги, исчисляемые миллионами долларов.

Тогда уже на государственном уровне перед микробиологии была поставлена задача вплотную и в сжатые сроки заняться производством чистого пенициллина. И они смогли добиться результата. Первые тесты были проведены в одном из госпиталей Прибалтийского фронта, куда Ермольева приехала с главным фронтовым врачом Николаем Бурденко. «Ни одной ампутированной ноги!», - торжествовали учёный и врачи.

На фронт тогда приехал лауреат Нобелевской премии за открытие пенициллина Говард Флори. Он был удивлен, что советские учёные тоже его разработали, свой аналог. Тестировали препараты Флори и команды Ермольевой. Действовали оба антибиотика прекрасно. Но ермольевский пенициллин требовался даже в меньшей дозировке по сравнению с английским при аналогичном действии. 

Если бы завистливые коллеги в тридцатые годы не остановили нелепой критикой поиски Ермольевой, советский пенициллин мог быть открыт раньше английского. Но не случилось.

Главное, что с антибиотиком, запущенным в массовое производство в конце 1944 года, газовые гангрены, гнойные раны, сепсис были сведены почти к нулю. И в том, что врачи возвращали в строй 72% солдат, была огромная заслуга и учёных-микробиологов! А благодарные пациенты и врачи называли Зинаиду Виссарионовну «маршалом невидимого фронта».

В 1947 году Ермольева решила направить свой поиск на антибиотики, как лекарство будущего. Под ее руководством был создан и возглавлен ею Всесоюзный научно-исследовательский институт пенициллина. Мы обязаны этим ученым открытием левомицитина, тетрациклина, интерферона и других препаратов.

Ермольева основала медицинский журнал «Антибиотики» и многие годы была его главредом.

Зинаида Виссарионовна добилась также внедрения на государственном уровне хлорирования питьевой воды.

…Эта прекрасная, мужественная самоотверженная женщина свое счастье нашла лишь в науке. Двух мужей-ученых она потеряла в результате массовых репрессий. До последнего дня Зинаида Виссарионовна всецело отдавала себя любимой работе: 2 декабря 1974 года она успела провести научную конференцию. А вернувшись в свой кабинет, тихо умерла за рабочим столом...

Специально для «Столетия»