Заграждения различного типа применялись в военном деле с незапамятных времен. Еще в Древнем Риме использовались разборные деревянные конструкции, устанавливавшиеся на тех участках, где нужно было не допустить прорыва противника. Со временем эта идея только развивалась, соединялась с другими изобретениями, такими как колючая проволока и т.д. Однако появление на поле боя танков, которые изначально создавались в качестве средства прорыва заграждений, потребовало ответных действия для поддержания обороны.

Сперва появились надолбы – гранитные или бетонные глыбы, устанавливаемые на танкоопасных направлениях. Они были достаточно эффективны в деле сдерживания противника, что, однако, с лихвой компенсировалось сложностью изготовления и установки. Требовалось нечто более простое.

Генерал-майор технических войск Михаил Гориккер вошел в историю прежде всего как изобретатель «противотанкового ежа», известного также как «рогатка» и «звездочка Гориккера». Более полувека имя изобретателя «ежей» было неизвестно широкой публике. Гриф «секретно» плотно окутывал многолетний труд талантливого военного инженера.

Так в чём же гениальность «ежа»? В простоте его конструкции. Профиль или рельсы нарезались на примерно равные куски. Затем нарезанные куски приваривались друг к другу в виде буквы «Ж». И все, непреодолимая преграда для немецкой техники готова.

Гориккер предложил собирать из металлического проката шестиконечную конструкцию, названную им «звездочкой». Теоретически, в качестве сырья для звездочек можно было использовать любую подходящую металлическую деталь. Однако из расчетов генерала Гориккера следовало, что оптимальным является двутавровый профиль. Другие виды проката – квадратная балка, тавр или швеллер – не подходили по прочности. В качестве способа соединения балок Гориккер предложил клепку с косынками. В принципе, при соответствующей возможности допускалась и сварка, однако и тут все упиралось в прочность конструкции: для достаточной жесткости и крепости на сваренной звездочке должны были применяться косынки большего размера, что, в свою очередь, приводило к лишним расходам материалов.

Впрочем, в этом деле требовался точный расчет сварки. «Ёж» не должен был быть выше начала лобового листа брони танка. Высота его составляла 80 см. Испытания доказали, что «правильный ёж» мог выдержать наезд танка весом в 60 тонн. Следующей фазой организации обороны была эффективная установка заграждений. Полоса обороны из «ежей» — четыре ряда в шахматном порядке – превращалась в серьёзную проблему для танков. Смысл «ежа» в том, что он должен был оказаться под танком, а танк – стать на дыбы. В итоге бронированная машина окончательно останавливалась, «зависая» над землёй, и ее можно было подбить из противотанкового оружия. «Звездочки Горрикера», как в некоторых документах именовались заграждения, получились на столько «идеальными», что в будущем не потребовали доработки. Данное изобретение стало одним из символов Битвы за Москву зимой 1941-го. Только на ближних рубежах обороны столицы СССР было расставлено около 37 500 «ежей». В Химках существует памятник противотанковым ежам, но там нет фамилии их создателя.

Кинорежиссер Владимир Гориккер, сын генерала, приложил много усилий, чтобы в Москве появилась мемориальная доска в честь его отца. «Первые дни после нападения фашистов на СССР я хорошо помню. Отца назначили командовать обороной Киева, к которому приближался враг. Работы было много, но, вернувшись поздно вечером домой, папа, вместо того, чтобы хоть немного отдохнуть, «реквизировал» у меня игрушечные модельки танков, которые раньше сам же подарил, и чуть ли не всю ночь напролет колдовал над ними, переставляя на столе вместе с какими-то конструкциями из спичек, соединенных клеем или пластилином. Мне, пацану, назначение этих штуковин было непонятно. Думал даже, что отец просто, таким образом, пытается отвлечься, борется с бессонницей. Но, однажды, он вернулся раньше обычного, буквально сияющий, и чуть ли не с порога квартиры восторженно закричал: «Мы запороли два танка!!!». Вот те на! В семье же знали, как внимательно он относится к сохранению техники, как дает нагоняи даже за мелкие нарушения, которые могут привести к повреждению танков, а тут — не скрывает радости по поводу поломки двух боевых машин… Лишь значительно позднее я понял всю значимость события, которое произошло в тот день на полигоне Сырец Киевского танково-технического училища», — вспоминает сын прославленного военного инженера.

Простота предложенного заграждения позволила начать его испытания уже в первых числах июля-месяца. На малый танкодром Киевского танко-технического училища прибыла комиссия и были доставлены несколько звездочек. Интересен тот факт, что звездочки для испытаний были сделаны из рельсового утиля. Как впоследствии оказалось, происхождение сырья никак не влияет на заградительные качества изобретения Гориккера. В качестве танков, пытающихся преодолеть заграждения, использовались Т-26 и БТ-5. Результаты испытательных проездов танков по четырехрядному заграждению были просто замечательными. Так, во время первой же своей попытки проехать через ряды звездочек танк Т-26 лишился люка масляного насоса и повредил масляную систему. Через несколько минут после этого все масло, имевшееся в танке, вытекло наружу и боевая машина не смогла продолжать свой «рейд». На ремонт ушло несколько часов. БТ-5 отделался немного лучше: разогнавшись, он смог преодолеть звездочки. Однако это стоило ему погнутого днища и поврежденной трансмиссии. Снова понадобился ремонт. Первые же попытки преодолеть заграждение из звездочек наглядно показали их эффективность и испытателям танкодрома Киевского училища поручили подобрать оптимальный порядок расстановки нового заграждения. В итоге было рекомендовано расставлять звездочки рядами через каждые четыре метра, а расстояние по фронту должно было равняться полутора метрам для переднего ряда и 2-2,5 м для остальных рядов. В таком случае, разогнавшись и перебравшись через первый ряд, танк уже не мог продолжать скоростное движение и попросту застревал между рядами звездочек, попутно получая повреждения корпуса и, иногда, внутренних агрегатов.

Вот выдержка из акта испытания, проведенного 3 июля 1941 года. «Комиссия в составе Секретаря ЦК КП/б/У по машинострению тов. Бибдыченко, зав. отделом Обороннной Промышленности ЦК тов. Ялтанского, секретаря ГПК тов. Шамрило, Начальника Киевского Гарнизона генерал-майора тов. Гориккера, Директоров заводов: Большевик — тов.Курганова, 225 тов. Максимова, Ленкузня тов. Меркурьева и представителей КТТУ полковника Раевского и военинженера 2 ранга Колесникова провела испытания противотанкового препятствия — 6-ти конечная звездочка изготовленная из рельс утиля, предложение генерал-майора техвойск тов. Гориккера.

Заключение об испытаниях: Танк вынужден остановиться, так как клык [заграждения] попал между гусеницей и ведущим колесом гусеничного хода, а клык звездочки 3-й линии заграждения, упершись в днище носовой части танка, приподнял последний на воздух. Данное положение без помощи извне не дает возможности продолжать движение. Остановка же танка на заграждении является наиболее эффективным явлением для расстрела его артиллерией по заранее пристрелянным участкам установленного заграждения.

Заключение: «Комиссия считает, что противотанковые препятствия шестиконечные звездочки являются эффективным противотанковым заграждением, это вид заграждения можно широко применять в районе УРов, дефиле и особо важных направлениях».

На тех же испытаниях подобрали и оптимальные размеры шестиконечной звездочки. Высота готового заграждения должна лежать в пределах от одного до полутора метров. Причины этого заключаются в следующем: звездочка должна быть выше клиренса танка, но при этом ее верхняя часть не должна подниматься за верхний срез нижней лобовой плиты. В таком случае впервые встретившиеся со звездочками танкисты, видя небольшой размер препятствия и отсутствие какого-либо крепления к земле, могут захотеть просто сдвинуть его в сторону. Механик-водитель начинает движение вперед, звездочка попадает под нижний лобовой лист, а оттуда «переползает» под днище танка. Кроме того, в некоторых случаях звездочка может провернуться под передней частью бронемашины. Так или иначе, въехавший на звездочку танк оказывается в очень неудобном положении: передняя часть оказывается подвешенной в воздухе. Более того, поднявшиеся над землей гусеницы не могут обеспечить должного сцепления с поверхностью, и танк уже не может съехать со звездочки без помощи со стороны. Бронированная машина, призванная подавлять огневые точки противника, сама становится довольно легкой мишенью.

Простота изготовления звездочек Гориккера в сочетании с их эффективностью повлияли на дальнейшую судьбу изобретения. В самые кратчайшие сроки руководство по изготовлению заграждений было распространено по всем частям Красной Армии. За характерный внешний вид в войсках это заграждение было прозвано ежом. Именно под этим именем противотанковая звездочка Гориккера вошла в историю. Простота производства и дешевизна исходных материалов позволили в кратчайшие сроки сделать десятки тысяч противотанковых ежей и установить их на большой части фронта. Кроме того, даже в собранном виде еж мог транспортироваться с места на место, что также улучшило репутацию нового средства заграждения. В общем, новый еж пришелся по душе красноармейцам. Куда больше он «понравился» немецким танкистам. Дело в том, что поначалу все шло именно так, как и предполагалось Гориккером – видя незнакомое, но незакрепленное заграждение, танкисты пытались его сдвинуть и проехать дальше, что приводило к времяпровождению в буквально подвешенном состоянии. Малоприятное событие, особенно если где-то рядом находится советская противотанковая пушка. Вряд ли можно представить лучшую цель, чем неподвижный танк, поднятый над уровнем земли. Наконец, при совсем неудачном стечении обстоятельств балка ежа пропарывала нижнюю лобовую плиту или днище, проходила внутрь танка и наносила повреждения двигателю или трансмиссии. Особенности размещения трансмиссии на немецких танках PzKpfw III и PzKpfw VI только повышали шансы машины получить подобные повреждения.

 

Правда, немцы довольно быстро догадались, что сперва следует делать проходы в заграждениях, а потом только идти по ним. Здесь в некоторой мере им помог тот факт, что ежи никак не закреплялись к поверхности земли. Пара-тройка танков при помощи буксирных тросов могла довольно быстро проделать брешь для прохода войск. Красноармейцы на это ответили закладкой противопехотных мин рядом с ежами, а также, при возможности, размещением пулеметов или противотанковых пушек недалеко от заграждения. Таким образом, попытки растащить ежи или привязать их к танку сурово наказывались пулеметным, а то и артиллерийским огнем. Вскоре появился еще один прием для затруднения проделывания проходов: ежи стали связывать друг с другом и привязывать к различным объектам на местности. В итоге немецким танкистам и саперам приходилось сначала решать «головоломку» с тросами и цепями и лишь после этого убирать сами ежи. И делать все это под огнем противника.

Однако у превосходной идеи, как это часто случается, были и неудачные воплощения. Так, нередко из соображений экономии или по другим подобным причинам ежи делались не из двутавровых балок, а из других профилей. Естественно, прочность таких заграждений была меньше нужной и порой танк мог просто раздавить «неправильный» еж. Другой проблемой звездочки Гориккера была требовательность к месту размещения – для эффективного противостояния танкам ей требовалась твердая поверхность. Лучше всего подходил асфальт, который был достаточно прочен для того, чтобы выдержать давление танка на еж. Что касается еще более твердого бетона, то не рекомендовалось ставить на него ежи. Дело в том, что трение на такой поверхности было недостаточным и танк мог сдвинуть еж, а не напороться на него. Наконец, в некоторые моменты войны ежи не могли выполнять свои обязанности по более приятным причинам. Например, на окраинах Москвы такие заграждения были установлены еще осенью 41-го. Но, к счастью, Красная Армия не позволила противнику подобраться к ежам на окраине столицы

Противотанковые ежи системы генерал-майора М.Л. Гориккера сыграли важную роль в Великой Отечественной войне. Они помогли сравнительно малыми силами улучшить возможности армии в сдерживании врага. Надо заметить, изобретением Гориккера воспользовалась не только Красная Армия. Немцы, отступая, тоже активно использовали простую заградительную конструкцию из трех рельсов и крепежных элементов. На подходе ко всем важным пунктам немецкой обороны красноармейцам приходилось видеть знакомые угловатые объекты. Да и союзники, высадившись в Нормандии, тоже смогли ознакомиться с советским средством заграждения. Существует интересное мнение, гласящее, что немцы сами не производили ежи, а только разбирали и складировали советские, которые пригодились к концу войны. Во всяком случае, именно так, по мнению некоторых историков, можно объяснить большое количество ежей перед немецкими позициями на том этапе войны, когда Германия испытывала серьезные трудности даже с производством вооружений.

В начале сентября 1941 года генерал Гориккер был отозван в Москву, где занимал должности начальника управления Главного Управления Автотранспортной и Дорожной службы РККА, начальника автоуправления Ленинградского фронта, начальника инспекции Главного автотранспортного управления РККА. После войны – командовал автомобильными училищами, умер в Москве в 1955. Кстати, идею наших «ежей» впоследствии использовали и немцы при обороне в 1944-1945 годах.

Легендарное оборонительное заграждение «еж» сыграло решающую роль в ходе военных действий во время Великой Отечественной войны. «Ежи» остановили не один немецкий танк. Памятник им стоит на въезде в город Химки. Однако сегодня мало кто помнит их создателя — Михаила Гориккера. Лишь благодаря случайно найденным в домашнем архиве документам сыну генерала, кинорежиссеру Владимиру Гориккеру, удалось найти неопровержимые доказательства того, что «противотанковый еж» сконструировал именно его отец.

Генерал Гориккер был не только выдающимся изобретателем, но и отважным солдатом. Участвовал в Первой и Второй мировых войнах и награжден солдатскими Георгиевскими крестами 3-й и 4-й степеней, а также орденами Ленина, Красного Знамени, Красной Звезды и Отечественной войны 1-й степени.

Михаил Львович Гориккер родился в 1895 году в городе Берислав Херсонской губернии. Окончил в 1912 году педагогическое училище, работал учителем, участвовал в Первой мировой войне. С 1918 года — в Красной Армии, участник Гражданской войны. После окончания Военной академии механизации и моторизации РККА им. Сталина Гориккер служил военным инженером мотомехвойск РККА, командовал опытными танковыми частями, занимал пост начальника Московского танково-технического училища. В 1940 году Гориккер одним из первых получил звание генерал-майора технических войск.

В Великой Отечественной войне Гориккер принимал участие с самых первых дней. В июне 41-го, оставаясь начальником Киевского танково-технического училища, он был назначен также главой Киевского гарнизона и руководителем обороны Киева. 3-го июля 1941 года, на двенадцатый день войны Гориккер провел первые успешные испытания «противотанкового ежа» на полигоне под Киевом. После войны генерал Гориккер занимал должность начальника Рязанского, а затем Орджоникидзевского военно-автомобильного училища, а в 1951 года ушел в отставку.