Как-то, ещё во дни преподавательства, спрашивают меня студенты на лекции: "А.А., скажите, что такое - "выхухоль"?"
Ну я объяснила, что это за животное, указала приблизительные размеры, где живёт, чем питается, как строит домики; даже, помнится, нарисовала мелом на доске. Студенты выслушали, повосхищались рисунком (честно говоря, совершенно схематическим - но это у людей странное свойство - не уметь рисовать, и на каждую каляку-маляку восклицать - "о, как красиво нарисовано!") - а затем выдали такую фразу: "Ничего себе, а мы думали, это просто слово такое прикольное!"
И вот с тех пор я время от времени возвращаюсь мысленно к этому эпизоду, и думаю: почему именно милой и совершенно безобидной зверюшке выхухоли досталась столь странная и двусмысленная слава? Сколько мне за последние годы приходилось встречать шуток разного калибра и пошиба, но всех с одним оттенком - и "захухоль", и "трахухоль", и "нехухоль" и прочее, прочее, прочее... Неужели всё это только из-за того, что в названии вида содержится слог, на который русскоговорящие люди не могут спокойно реагировать - слог "ху"? Слог, из-за которого мы не можем равнодушно слышать испанские имена Хуан и Хулио?
Или этот вопрос заключается в том, что в воздухе витает общая испорченность? Помню же я те времена, когда можно было спокойно говорить слово "трахнуть", - имея в виду безобидное "трахнуть кулаком по столу", когда люди не косили блудливо глазками при выражении "я кончил", имея в виду - завершил какое-то дело; ну и многое другое. Или это юмор пал так низко, что лишь шутки ниже пояса по-настоящему понятны?
Не знаю; причин может быть много, а Эксиленц наверняка сказал бы, что к этому та, другая, третья, и ещё куча других причин, мною неучтённых. Но за выхухоль обидно. Хорошая зверюшка, совершенно не обязанная отдуваться за человеческую пошлость.
Настроение сейчас - думательскоеВ колонках играет - "Допрос"
