Прочитал на одном блоге

Говорят, это помогает - завести дневник и вписывать сюда все дерьмо, которое у тебя скопилось.
Хрен знает, помогает ли это, но я попробую.
Я виновата в том, что позволила себе влюбиться.
Я спротивлялась.
Хреново сопротивлялась.
И сейчас я тебя (еще один шиз дневниковых записей) ОЧЕНЬ СИЛЬНО ХОЧУ.
Я пишу это здесь, потому что тебе на это СРАТЬ!
А если и не срать, то это для тебя не более, чем причина поиздеваться, подразнить и то, что способствует укреплению твоего ГАДКОГО самолюбия.
Да, я жестокая, я жесткая. Психология...
Повлияли обстоятельства.
Я не люблю никого.
Кроме двух родственников и, может быть, тебя.
Хотя я не знаю, люблю ли тебя.
Я, блядь, даже твое лицо не помню!
Потому что ты избегаешь меня.
И в этом виновата я....
Я не знаю, как к тебе относиться.
Но раз я говорю здесь с якобы тобой... Значит, не все ок...
А знаешь, почему не все ок? Because of you, бля!
Чем я это заслужила? Встречу с тобой...
Тебе ж, бля. как придет че в голову, так хрен отступишь.
Ну вот, бля, у меня уже эти ебанные глаза слезяться.
Как же я тебя хочу... все зависимости от цикла.
Хочу. Тебя. Ужасно.
Вот никогда не было такого! Таких ощущений от моего животного, блин, Я.
А ведь похрен на тебя было.
И тут - на те. Хочу. Жуууть!
Я пишу здесь как сраная малолетка, которая влюбилась в какого-то "клевого" мальчика.
Пиздец.
Чесн слово.
Блядь, я же всех всегда отшивала...
Вот стоило же тебе попасться на моем пути.
Хуй!
Теперь не могу я тебя бросить.
Блядь.
Вот ни в кого больше не влюблюсь.
Ни в кого!
Никому больше не дам меня так мучать.
Да, безусловно, если б ты это читал, то решил бы, что у меня крыша едет...
Что, вероятно, Я же и придумываю проблему, и Я же из-за нее и мучаюсь....
Но, бля, я так хочу, чтобы ты был со мной...
Я бы постаралась сделать всё для твоего счастья....
Во мне есть это желание... проявлять свою любовь к кому-то.
Но я, блядь, не хочу больше искать кого-то. Мне и тебя по горло хватило.
Столько нервов, переживаний... это ж писец, натуральный.
Бля, и какого хрена здесь творится?
I don't understand, but I wish I had you.
I like u fucking bitch.
Please, fuck me.
Give me one time...
Give me two time.
I want it!
Ах да... говорят, я должна поблагодарить тебя, чтобы типа забыть.
Ну хуле? Давай попробуем.
Ты говоришь, медальку тебе, за то, что разбудил во мне женщину?!!!!
Медальку???
А хочешь по роже этой медалькой?
В глаз, бля!
Я,блядь, найду тебе медальку и отрежу тебе яйца этой медалькой.
Будешь знать, что такое разбудить женщину!
Еще! Ты приводиш в порядок мои чувства? Ага?
Конечно, я познала, что такое, блядь, влюбленность, но тебе и мне было бы гораздо спокойней, если б я это не узнала...
Да, во мне просыпаются теплые чувства, но куда мне их девать?
Это все вливается только в депресняк, слезы и злость.
Потому что я не хочу боольше мужиков.
А тебе, бля, на меня срать. Ты там водишь кого-то в кино, покупаешь чьей-то там сестричке какие-то подарки. И хуле? Я опять выдумываю? Бля, да я уже не знаю, что делать. Меня так заебали эти отношения, когда мы топчемся на месте, ты живешь своей жизнью, а я тихо психую.
Когда меня кто-то приглашает куда-то явно с намеринииями. я сижу и думаю: Лучше б это был ты...
Меня даже не привлекают другие!
Вот какого хрена так все вышло???
Если ты не будешь со мной, я НЕ БУДУ ЧЬЕЙ ЛИБО.
НИКОГДА.
Буду трахать мужиков и радоваться ебанным сношениям.
Я не хочу больше портить свои нервы.
Ничего хорошего в этом нет.
Что для меня хорошего сделала влюбленность???
НИЧЕГО!
Поэтому Хуй ей.
И тебе заодно.
Сука.

На пике славы!

рассказ.

Вы никогда не задумывались, что чувствует актер, стоя на сцене? Когда на него взирают тысячи восхищённых глаз, которые боятся даже моргнуть, чтобы не дай бог, пропустить хоть маленькую толику его величия, его игры.

Вот и сейчас. Я стою перед вами на этой сцене. Гордо подняв голову. Под жалобную дробь барабана. Восхищаю вас! Вы жадно глотаете слюни. Тщательно пережёвываете всё сказанное мною. Сейчас я ваш господин. Царь и бог! А вы, просто обычная серая масса! Вы не люди!!! Вы животные, коим уподобились при рождении. Я проклинаю вас! Слышите!? Проклинаю! Ибо не один из вас, не сможет понять, что чувствую сейчас я, один, на этой проклятой сцене.

Барабаны смолкают. Зрители затаили дыхание. Конферансье заканчивает своё объявление под громкий крик: - Давай!!! Крышка эшафота с грохотом проваливается вниз, быстро увлекая меня за собой. Верёвка натягивается как струна. Петля стягивает моё горло, безжалостно ломая мои шейные позвонки, под моим же собственным весом. Восторженный крик. Аплодисменты. Занавес…

КОММЕНТЫ ЖГУТ)))

Судьба.

Рассказ.

Который месяц я брожу по улицам этого несчастного городка. Вглядываюсь в лица прохожих, протекающих мимо меня огромной и шумной лавиной. Им нет дела до меня, до моих проблем, до моей чертовски поганой жизни. У этой плотной людской массы свои заморочки, работа, дом, семья; и почему, собственно, я должен их волновать? Мы сами являемся творцами своего счастья, или несчастья и это правда, но не для меня. У меня не было никаких возможностей, чтобы хоть как-то повлиять на свою судьбу. Всю мою недолгую жизнь я не принадлежал себе. С самого моего рождения судьба сама распоряжалась мною. Я не знал ни отца, ни матери. У меня не было собственного дома, только холодные улицы этого зачуханого городишки. И вот теперь судьба снова решила мной распорядиться. Я её пленник, и другого выхода я не вижу. Куда она меня приведёт, знает только она сама...

Я быстро перебежал улицу и остановился, как вкопанный возле чёрного входа ресторана. Боже! Какие потрясающие ароматы исходили от него! В моём желудке забурлило. Я не ел уже два дня и сейчас этот запах просто сводил меня с ума. Агаааа!!! Значит судьба решила меня сегодня покормить. Я уселся неподалёку от чёрного входа в ожидании того, когда какой-нибудь повар, или слащавый официант вынесет остатки пиршества...

Прошло полчаса прежде, чем дверь открылась, и на улицу вывалился человек в тюбетейке и в белом халате. Выбросив из ведра в помойку какие-то отбросы, он выпрямился и посмотрел на меня. На лице человека появилась доверительная улыбка.

-Послушай, Друг, ты есть хочешь!?

-Вижу, что хочешь! Пойдём со мной, я тебя покормлю!

Он распахнул дверь, приглашая жестом. Свершилось!!! Судьба распорядилась сделать меня сегодня сытым!!! Я забежал в распахнутую дверь, где был полностью поглощен запахами съестного...

В тазу лежала моя голова и стеклянными глазами молча наблюдала, как человек в тюбетейке разделывает меня на крюке. Куски плоти медленно с хлюпаньем погружались в кастрюлю с рассолом, чтобы полностью убить запах моего мёртвого тела и бездомной псины...

Судьба сегодня распорядилась покормить другого.

автор:Виктор Волков 2009г.

Ты слезами детскими, материнским плачем
Через сотни судеб путь свой обозначил,
Старики гневятся: Эх, довёл Россию,
Ты своим безумством бело-красно-синим

В самом страшном сне моём даже и не снилась
Эта демократия, эта справедливость.
Как тебе мы верили, как помочь хотели,
Новогодней ночью вмиг осиротели

Не стерпел бы боли той даже стойкий мрамор,
Ты не удосужился объявить хоть траур,
Против трёх, что в августе полегло в могилы,
Нам оплакать этих года б не хватило…

январь 1995 г.Александр Тарнакин

Выхожу на работу я утром,
В пять утра ,как прикованный зверь,
Вдоль  дороги мчаться маршруты,
И играет музыка в ней…
Со своею тоскою сажусь я,
Радуюсь, что еду теперь,
Мне достаточно только минуты,
Из окна посмотреть на людей.
Кто-то радуется, кто-то смеётся,
Кто-то просто сидит и молчит,
Кто-то пьет, а кто расстается,
Кто-то рядом как ангел стоит.
Не смотрите на мои Вы ошибки,
Мне плевать ,что я пишу,
В голове моей только опилки,
Я Живу, Я дышу ,Я Люблю!

Спасённый.

Рассказ.

От автора: Этот рассказ не претендует на историческую, или религиозную правду. Всё написанное ниже является моим, исключительно моим виденьем величайшего события в истории человечества.

 Дисмас* открыл глаза. Он не увидел ничего, в глазах его была полная темнота, жуткая и непроницаемая. Что-то пробежалось по его голове и забило крыльями, обдувая пьянящим, прохладным воздухом. Он не чувствовал боли, как, собственно, и своего тела, только лёгкое, неторопливое жжение на глазах. А ещё ему чертовски хотелось пить. Жажда пожирала его изнутри, давая понять, что жить ему оставалось недолго. Ему вдруг внезапно захотелось во что бы то ни стало вернуть ощущение своего тела, стать его единственным и полноправным обладателем. Дисмас опустил голову и что есть силы рванул назад. Голова больно ударилась обо что-то твёрдое. На мгновение ему показалось, что он теряет сознание. Но только на мгновение. Всё тело отозвалось миллионами болезненных уколов. Он застонал. Снова захлопали крылья, но теперь он не почувствовал прохлады, а только омерзительный и тошнотворный запах смерти.

" - Не сопротивляйся, подари своему телу покой". Голос звучал из ниоткуда, точнее он звучал у него в голове, отзываясь громким эхом. Дисмас завертел головой, и тело отозвалось новой болью. На пересохшие губы упала капля вязкой жижи, которую он торопливо и жадно слизал языком. Во рту появился солоновато-медный привкус крови, его крови. Немного поразмыслив, он успокоился и стал внимательно вслушиваться в окружающий его мир. Нет, ничего, только бесконечное стрекотание цикад и лёгкое дуновение тёплого ветра. Он чувствовал всем телом, как солнце яростно и нещадно поджаривает его на медленном огне. " - Это конец." Дисмас вдруг осознал, что все эти мучения лишь только прелюдия к бесконечному и изнурительному испытанию, которое ждёт его впереди. Ужас, отчаяние и страх смешались воедино. Он вдруг вспомнил лица женщин, мужчин, стариков и детей, на которых читался точно такой же ужас, перед тем как его нож вонзится им в горло. " - Простите меня!!! Слышите? Простите!!! " Дисмас зарыдал. По ноге побежала струйка зловонной мочи. Он почувствовал, как холодным дуновением ветра у него начинается припадок. Запрокинув голову и стиснув до крови зубы, он потерял сознание...

" - Они тебя не слышат. " Чей-то голос снова прозвучал у него в голове." - Кто?" - спросил Дисмас мысленно, только пришедший в себя от припадка." - Люди, убитые тобой! Разве не ты сейчас просил у них прощения? " Слово "Прощение" прозвучало особенно громко. " - Кто ты? Моё сумасшествие, или только плод моего воображения, судья, или палач? А может ты моя совесть? " У Дисмаса участилось дыхание. Ему на миг показалось, что он просто сходит сума. " - Ни то и ни другое." Казалось, что незнакомец улыбается. " - Я твоё спасение. " Вокруг стало тихо, смолкли даже цикады, появилось такое ощущение, что время остановилось. " - Тыыыыы! Ты спасёшь меня!?! Убийцу? Душегуба!?! " Дисмаса затрясло от появившейся искорки надежды. " - Не твой уже гниющий сосуд жизни, Дисмас! Твою душу! Ибо за грехи твои я сейчас страдаю! " Дисмас выдохнул. " - ישׁוע(Yēšûa*)! " От произнесенного имени вдали послышались раскаты грома, и подул прохладный ветер. Уже стало не так жарко, но пить ещё хотелось. Отдалённо послышались голоса и бряцающие шаги легионера. " - Bibe*! ". Дисмас почувствовал губами влажную губку и с жадность стал высасывать из неё воду. " - Назаретянин, ты слышишь меня!?!"
" - Да, я слышу тебя, Дисмас. Уже скоро, потерпи ". Легионер вырвал губку изо рта. Жажда отступала, но ещё очень хотелось пить. " - Не оставляй меня, Назаретянин! Не ост.... " Дисмас не успел закончить. Тяжёлый удар в грудь перебил дыхание. Он попытался вдохнуть, но воздуха не хватало. На груди послышался урчащий звук выходящего воздуха и крови. Дыхание участилось, всем своим видом показывая, что оно намерено бороться до конца. " - Оставь его, оставь своё бренное тело и пойдём со мной! " Он почувствовал тёплую руку Иешуа и вцепился в неё что есть мочи. Резкий рывок, и путы ослабли. Тело стало лёгким и невесомым. Зрение вернулось. Он обернулся. В сиянии радуги, с запахом всех цветов мира стоял Назаретянин и улыбался. " - Теперь всё будет хорошо, Дисмас! Всё будет хорошо..."

На холме, окружённом легионерами, стояли три распятия. На одном из них от порыва ветра болталось тело человека с пустыми глазницами, выклеванными воронами. На лице человека, где не осталось ни одного живого места, просматривалась улыбка. Спасённый! Спасёёёённый!!!!

Дисмас(Благоразумный)-один из разбойников распятый вместе с Иисусом.

Yēšûa(Иешуа)(арамейский) - современные ученые полагают, что имя Иисуса был арамейский ישׁוע / Yēšûa ʿ (как в сирийском Новый Завет), сокращенная форма от Иегошуа, используемых в Ездра, Неемия и хроника ), которое было довольно распространенным именем на время Иосифа, первого века. Еврейский историк, упоминает не менее девятнадцати разных людей с этим именем, около половины из них современники Иисуса из Назарета. Other Aramaic forms of the name include Yeshu`, Ishu`, and Eshu` . Другая форма арамейского имени включать Иешу `,` Ishu и Эшу `. His patronymic would have been, bar Yosef , for "son of Joseph". Его отчество было бы, бар Йосеф - сын Иосифа.

Я вижу как взлетают к небу,

Рождённые не делать зла,

И как они стремятся к небу,

И как у них горят глаза.

Их руки созданы творить добро,

Они не знают,что такое тьма,

Их голос сладкий как вино,

И лица как у ангела!

Смотри же Боже! Твой народ,

Ещё быть может, верит, но не так,

Предусмотрительно оскалясь,

Уже не смотрит в небо,

Ему лишь нужен капитал,

Жестоким стал и мерзок,

Он от тупой войны устал,

Он, глядя на могилы застонал,

Стремясь освоить сущность жизни.

Он не стремится быть послушным,

Но хочет умереть святым,

Он кажется тусклым и скучным,

Он кажется неизлечимо больным…

1995г.

Ему при рожденьи обрезали крылья.
И мать, и отец – они были не против.
«Пусть будет как все»
«Да, пускай»
Порешили.
Они волновались немного, но, вроде,

Он рос совершенно нормальным ребенком:
Кормился, как следует, маминой грудью,
И пачкал, как все поначалу, пеленки –
Зародыш одной из бесчисленных судеб.

Он быстро взрослел, и однажды, под вечер,
Спросил, указав на неровные шрамы
(Спиной повернувшись, ткнув пальцем за плечи):
«Скажи мне, пожалуйста, что это, мама?»

Ответила мать: «Не волнуйся, сыночек,
Ты точно такой, как обычные люди»
Но он был умен, он читал между строчек,
Он очень хотел докопаться до сути.

Когда он всё понял (почуял, скорее),
Он плакал три дня от тоски и бессилья,
А после, пуская воздушного змея,
Шептал еле слышно: «Верните мне крылья»...

Он стал по ночам забираться на крышу,
Гулять, закрывая глаза, по карнизам.
Ему всё хотелось повыше, повыше...
Знакомые это считали капризом.

Он жадно смотрел на летящие [близко!]
В шальных небесах журавлиные стаи.
Потом он исчез. Но осталась записка:
«Прощайте. Не ждите. Люблю.
Улетаю...»

(с) Гаййй

Это ужасно и печально.Парень написал сочинение,а преподы ржут,разве они не видят,что парень написал про свою жизнь.Послушайте внимательно,лично я,это услышал!

Светлана Александровна Алексиевич.

Цинковые мальчики.

Аннотация:

Без этой книги, давно ставшей мировым бестселлером, уже невозможно представить себе ни историю афганской войны – войны ненужной и неправедной, ни историю последних лет советской власти, окончательно подорванной этой войной. Неизбывно горе матерей «цинковых мальчиков», понятно их желание знать правду о том, как и за что воевали и погибали в Афгане их сыновья. Но узнав эту правду, многие из них ужаснулись и отказались от нее. Книгу Светланы Алексиевич судили «за клевету» – самым настоящим судом, с прокурором, общественными обвинителями и «группами поддержки» во власти и в прессе. Материалы этого позорного процесса также включены в новую редакцию «Цинковых мальчиков».

Отрывок из книги:

Стреляли из гранатомёта. Я успел развернуть пулемёт, это меня спасло. Снаряд в грудь летел, а так – одну руку прошило, в другую – ушли все осколки. Помню: такое мягкое, приятное ощущение… И никакой боли… И крик где‑то надо мной: «Стреляй! Стреляй!» Нажимаю, а пулемёт молчит, потом смотрю – рука висит, все обгорело, только кисть осталась, а было чувство, что я пальцами нажимаю. Пальцев нет…

Сознание не потерял, выполз вместе со всеми из машины, мне наложили жгут. Надо идти, ступил два шага и упал. Потерял где‑то полтора литра крови. Слышу:

– Нас окружают…

Кто‑то сказал:

– Надо его бросить, а то все погибнем.

Я попросил:

– Застрелите меня…

Один парень сразу отошёл, второй автомат передёрнул, но медленно. А когда медленно, патрон может стать на перекос. И вот патрон стал на перекос, он автомат бросает:

– Не могу! На, сам…

Я подтянул автомат к себе, но одной рукой ничего не сделаешь.

Мне повезло: там был овражек маленький, я в нем за камнем лежал. Душманы ходят рядом и не видят. Мысль: как только они меня обнаружат, надо чем‑то себя убить. Нащупал большой камень, подтянул к себе, примерился…

Утром меня нашли наши. Те двое, что ночью сбежали, несли меня на бушлате. Понял: боятся, чтобы я не рассказал правду. А мне уже было все равно. В госпитале положили сразу на стол. Подошёл хирург: «Ампутация…» Проснулся, почувствовал, что руки у меня нет… Там разные лежали: без одной руки, без обеих рук, без ноги. Плакали втихаря. И в пьянку ударялись. Я стал учиться держать карандаш левой рукой…

Вложение: 3762976_cinkovie.doc

Трахни меня, порви меня вклочья,

Моё тело жаждет любви,

Может выглядит это порочно,

Вынь ты семя моё изнутри.

Отлюби меня, сильно и мощно,

Намочи своим соком любви,

Трахни меня, это срочно,

Как же больно пылает в груди.

Разорви меня без остатка,

Так, чтоб судороги по телу пошли,

А душе стало больно, но сладко,

Боль в душе, когда секс без любви.

Неплохо быть мужчине одиноким,

Бардак в квартире, наплевать,

И может быть вполне жестоким,

Соседей на три буквы посылать.

Носки кидать по всей квартире,

И в туалете не смывать,

Торчать всю ночь в инетном мире,

Чтоб проституток на ночь снять.

По лестницам носиться голым,

И как придурошный орать,

Весёлым быть и быть суровым,

Он холостой, ему плевать.

Как я провела лето.

В 13 лет я была на редкость некрасивым ребенком: очень худой прыщавый червяк с большой головой и кривыми зубами. Моя мама меня стеснялась и весь пубертатный период старалась держать меня подальше от родных и знакомых, на все лето отправляла меня в пионерский лагерь. Пионерский лагерь состоял из бараков с детьми, домика администрации и четырех туалетов. Туалеты состояли из кирпичной будки, ямы, закрывающего эту яму деревянного настила с дырками и дерьма с хлоркой. Дерьмо с хлоркой воняли, поэтому туалеты предусмотрительно строили далеко от жилых помещений и обсаживали их кустами.

Девочки долгое время думали, что я мальчик. В общем, со мной не дружили. В ту роковую ночь полуночный понос стал моим единственным товарищем.

Поносил весь лагерь: зеленые фрукты, немытые руки повара и всякая дрянь, которое жрали пионеры с голодухи, делали свое дело. Дырки в туалете были обгажены расстроенными желудками четырехсот человек и девочки ходили в туалет парами: одна гадит, другая светит фонарем, чтоб первая не вляпалась в продукты распада предшественниц. Мне никто не хотел светить фонарем, поэтому в ту ночь я высирала солянку в гордом одиночестве; в тусклом свете фонаря были видны только очертания, и, сидя над дырой, я смирилась с тем, что уже вляпалась в чье-то скользкое дерьмо. Неожиданно какая-то тень метнулась прямо на меня, я заорала, резко дернула неустойчивым туловищем, ноги проехались по чьему-то поносу и я вошла в очко как хорошо смазанная гильза. Черт! Летучая мышь загнала меня по пояс в кучу дерьма, над головой смутно виднелась очко, если кто-нибудь сейчас придет гадить, то положение мое ухудшится. Надо выбираться!

Через полчаса, пыхтя и шепотом ругаясь матом, я дотянулась до очка руками: это, блин, было сложно... все твердые опоры были скользкими, как лед! Ухватившись за края дыры, я подтянулась и высунула голову: от свежего воздуха закружилась голова, и я удержалась на завоеванных позициях только волей к свободе. Подтянулась еще и оперлась на локти: нужно за что-то ухватиться, чтоб не соскользнуть. Все вокруг было склизким, зацепиться можно было только за поперечную деревянную балку в полуметре от меня, я с остервенением пыталась до нее дотянуться, шипя от напряжения:

- Ну! Иди же сюда, сука! Дай, я до тебя дотянусь!..

Вдруг меня ослепила вспышка света, потом какой-то не то вздох, не то стон, и глухой стук... я испугалась и свалилась обратно. Еще полчаса... и я снова над очком. Так. Тянемся? Есть! Я схватилась за перекладину и вылезла на бетонный пол, еле дыша от счастья. Отдышавшись, решила переть к реке отмываться. Метрах в пяти от туалета лежал директор, рядом с ним валялся разбитый фонарь... умер, что ли? Я пошла на речку, отмылась как смогла, а потом позвала людей: может, и не умер еще, спасти можно.

Утром нам сказали, что у директора случился удар, вернулся в лагерь он только под конец смены. Говорить он не мог, сидел весь день на веранде и ему нравилось, когда к нему ходили дети. Я навещала его часто, он меня особенно любил... ведь именно я тогда позвала к нему людей.

На следующий год мы узнали, что перед смертью директор ненадолго пришел в себя. Он сказал, что в ту ночь он обходил территорию, случайно услышал странное пыхтение в туалете и открыл дверь. На него из зловонной дыры лез адский говняный лупоглазый червяк, тянул к нему щупальца и шипел:

- Ну-у-у... Иди же сюда-а... ссссука-а... Дай, я до тебя дотянуссссь!..

За лупоглазую обидно, конечно.

© Автор неизвестен

Мама, приезжай и меня забери.
Не живым, так хоть мёртвым, но меня забери.
Мама, я сгорел, и голодные псы,
Растерзав моё тело, набьют свои животы.
       
Город смерти, горящий город,
Здесь вроде ночь…  Ночь здесь светлей, чем днём.
Здесь горы трупов, здесь мертвый на мёртвом,
А смерть таится за каждым углом.

О, Боже правый! Да это ж наши танки!
Их триста – все подбиты и горят!
Подняв глаза, я вижу надпись на крыше:
«Эй, ребята, добро пожаловать в ад!»

Мама, приезжай и меня забери.
Не живым, так хоть мёртвым, но меня забери.
Мама, я сгорел, и голодные псы,
Растерзав моё тело, набьют свои животы.

Ну что же ты, царица войск – пехота
В надежде как сберечь бы животы…
А моджахеды с криком «славная охота»
Дают понять, что здесь охотники не мы.

Комбат в испуг: «А ну вставай, салага!
Открой глаза! Ну что ты так дрожишь?
Скорей очнись и вперёд в атаку!»
-«Побойся Бога, сжалься командир!..»

Мама, приезжай и меня забери.
Не живым, так хоть мёртвым, но меня забери.
Мама, я сгорел, и голодные псы,
Растерзав моё тело, набьют свои животы.

Прицел ноль – восемь! Не выключай мотора!
Эй, Ванёк, смотри по сторонам!
Без остановки бей из пулемёта,
Но не уверен, что он поможет нам…

Со всех сторон бьют из гранатомётов,
Нас, заставляя в страхе умирать.
Ну, посмотри, ведь даже самолёты
Не могут их заставить замолчать!

Мама, приезжай и меня забери.
Не живым, так хоть мёртвым, но меня забери.
Мама, я сгорел, и голодные псы,
Растерзав моё тело, набьют свои животы.

Мама, приезжай и меня забери.
Не живым, так хоть мёртвым, но меня забери.
Мама, я сгорел, и голодные псы,
Растерзав моё тело, набьют свои животы.

Тишина.Второй месяц не получаем кухню,её нет,Россия блин,но коль присягу давал Все тягости и лишения....

Чертовски хочу жрать,здесь я понял цену хлебу,я и блокадники...когда полный магазин,что можно понять?

Поймали,что сейчас бегало,разделали и на бульон,в желудке стонут вторые сутки.

Вонь стоит такая,что даже мухи брезгуют.

Где то лежат ноги нашего Старлея и тухнут...радостно на душе..спокойно..ибо мины работают.

Костёр почти дошёл до состояния пожара,когда я услышал свист...не...рёв мины...и рухнул в костёр..теперь стригусь налысо)))

Что такое мина?Интересный вопрос...короче вы знаете,что она рядом,но не знаете где она упадёт....лотерея блин)))

Самое прикольное,что после взрыва...симуляция увеличивается в два раза.

Продолжение следует...