23 марта 1914 года был официально открыт Московский Психологический институт им. Л.Г.Щукиной при Императорском Московском университете. Создателем этого института был Георгий Иванович Челпанов (1862-1936), который, по замечанию Владислава Яровицкого, автора книги "100 великих психологов" (М.: Вече, 2004. - 432 с.): "...сыграл, пожалуй, главную роль в становлении российской психологии" (стр. 139).

 

Учитывая ту огромную роль, которую сыграл этот институт в становлении российской (а также и всех близких народов) психологии (психотерапии), я повторяю тематику моего поста, размещённого два дня назад, с некоторым дополнением и трансформацией информации.  

Информация из Википедии: "Психологический институт, созданный в 1912 г. и открытый в 1914 г. профессором Московского университета Георгием Ивановичем Челпановым, был первым в России (и в то время — третьим в мире) научно-исследовательским и образовательным психологическим институтом. Средства на создание института были пожертвованы известным российским меценатом Сергеем Твановичем Щукиным. Согласно пожеланию благотворителя Психологическому институту было присвоено имя его покойной супруги — Лидии Григорьевны Щукиной.

За свою историю институт сменил несколько названий: Московский Государственный институт экспериментальной психологии Российской Ассоциации научно-исследовательских институтов общественных наук (1924—1930), Государственный институт психологии, педологии и психотехники Российской Ассоциации научных институтов марксистской педагогики (1930-1934), Научно-исследовательский институт психологии АПН РСФСР (1945—1970), Научно-исследовательский институт общей и педагогической психологии АПН СССР (1970—1992). В системе Российской академии образования в 1992 г. институту было возвращено его первоначальное наименование — «Психологический институт им. Л. Г. Щукиной». 

В своей приветственной речи на открытии института Г.И.Челпанов говорил об объединении разных психологических дисциплин в единую науку, об удержании внутреннего единства психологии, как об исторической задаче русской (русскоязычной) психологии. Свою задачу он видел в том, чтобы "принять меры к сохранению единства психологии". Психология распадается на такие части, - говорил он, которые совершенно друг с другом не связаны. Вследствие этого психология начинает утрачивать своё единство. Ей грозит распад". Георгий Иванович полагал, что только при наличии институтов, выполняющих задачу объединения психологии: "...психология у нас в России пойдёт по верному пути развития. Тогда развитие психологии в России достигнет той полноты и совершенства, при которых мы с гордостью будем говорить о русской психологии...".    

Замечательно, что эти славные исторические традиции развития русскоязычной психологии и психотерапии подхватила и развивает Общероссийская профессиональная психотерапевтическая лига (ОППЛ), являющаяся кузницей кадров в области психотерапии (и, можно сказать, повышения квалификации по психологии) в России, ставшая центром притяжения всех русскоязычных психотерапевтов мира. Созданная Виктором Викторовичем Макаровым в 1996-м году, под его руководством лига способствует активному развитию мирового интегративного движения в психотерапии и человекознании, способствует укреплению высокого статуса профессии психотерапевта. В ОППЛ уже несколько лет существует секция религиозно-ориентированной психотерапии, начато преподавание по этому направлению. Всё это является продолжением славных заветов Георгия Ивановича Челпанова и традиции работы созданного им института Психологии.     

Некоторые цитаты из книги "Личностью не рождаются" (М.: Наука,1990. - 208 с.) К.Е.Левитина, посвящённой творчеству Льва Семёновича Выготского, и содержащей много исторических сведений:

"Челпанов был создателем психологической культуры размышлений о душе. Челпанов - человек, обладавший громадной научной интуицией, несомненным педагогическим даром и широчайшей культурой. Г.Г.Шпет, Н.И.Жинкин, Б.М.Теплов, А.А.Смирнов, П.А.Шеварёв и многие другие его сотрудники испытали на себе влияние его личности. Но не только. Они пришли в созданный им в 1912 г. (на средства купца С.И.Щукина) Институт экспериментальной психологии и получили возможность проводить исследования на уникальной для того времени экспериментальной технике, изготовленной на заводах Цейса. 

Как нам сейчас недостаёт таких "идеалистов" во главе наших институтов и не только психологических!

Мало того. Идеалист Челпанов ведь писал не только о душе. Он издал первый в нашей стране учебник экспериментальной психологии" (стр. 82-83).

"Челпанов был необыкновенно знающим, эрудированным человеком, по его самому популярному в то время учебнику, выдержавшему пятнадцать изданий (и, удостоенному, кстати сказать, премии московского митрополита Макария), изучали психологию все русские образованные люди, а его знаменитая монография "Мозг и душа", имевшая подзаголовок  "Критика материализма и очерк современной теории о душе", читалась в своё время запоем" (стр. 94).

Нобелевский лауреат в области физиологии, Иван Петрович Павлов, в своё время планировал пригласить Г.И.Челпанова для работы руководителем отдела психологии в создаваемом им институте, для чего прислал посла в институт психологии. Поехал тогда ещё совсем молодой, начинающий учёный, Алексей Николаевич Леонтьев. Павлов с ним поздоровался за руку и спросил: "А как поживает Георгий Иванович?". Алексей Николаевич ответил, что Челпанов более не работает в институте, культивирующем теперь "объективные" методы исследования. Иван Петрович Павлов после этих слов, демонстративно развернулся и ущёл, бросив на последок фразу: "Сожалею, молодой человек, сожалею".       

В книге М.Г.Ярошевского "История психологии" (3-е изд., дораб. - М.: Мысль, 1985. - 575 с.) можно почерпнуть замечательные сведения о научной программе Г.И.Челпанова, о его программе выхода психологии из кризиса. Вместе с Г.Г.Шпетом он считал, что основой должна стать не только индивидуальная, а, прежде всего, социальная психология и этнография. Как пишет Ярошевский: "Как и некогда Кавелин, Челпанов предлагал реформировать психологию, обратившись от её экспериментального направления к культурно-историческому (этническому), которое давно уже складывалось на периферии этой науки. Он обратил внимание на то, что в русской этнографии собраны бесценные данные о духовной жизни народа, к которым не прикасалась рука психолога. "В России, - писал он, - накоплен богатейший этнографический материал (Труды Академии наук, Географического общества, Общества любит. естествознания и пр.), который вследствие незнакомства западных учёных с русским языком не использован для целей коллективной психологии" (стр. 482).

М.Г.Ярошевский замечает: "Челпанов не мог восстановить кавелинский вариант, безоговорочно забракованный историей русской мысли. На что же он рассчитывал, когда предлагал в качестве средства, позволяющего вывести психологию из кризиса, программу разработки социальной психологии на фактах этнографии, искусства, языка? У Челпанова имелся союзник-философ Густав Густавович Шпет (1879-1940)" (стр. 485), "Что же, по Шпету, должна делать психология с "коллективными переживаниями"? Описывать и типологизировать, выявлять их типичную структуру" (стр. 487). Таким образом, мы видим, что программные концепции Г.И.Челпанова и Г.Г.Шпета, в ряде важнейших пунктов, смыкаются с программными концепциями К.Г.Юнга. Прежде всего, это касается коллективной психологии, мифологического, универсально-структурного (архетипы) элементов (а также, общее стремление видеть психологию/психотерапию сформированными на базе универсального интегративного подхода).    

Возникшая в 1996 году Общероссийская профессиональная психотерапевтическая лига, тесно взаимодействует с такими крупнейшими психотерапевтическими организациями мира, как Европейская Ассоциация психотерапии и Всемирный совет по психотерапии. Созданная в 1990-м году Европейская Ассоциация психотерапии учредила Страсбургскую Декларацию по психотерапии (21 октября 1990-го года), согласно которой психотерапия стала считаться отдельной профессией, независимой от медицины и психологии. Эта Декларация стала важнейшим документом, регламентирующим европейские стандарты образования по психотерапии. Качественно новый уровень психотерапии, отличный от всего, что было ранее, был достигнут в 1995-м году в Цюрихе (к слову, где долгое время жил Карл Юнг, сделавший много для осмысления единства психотерапии), когда было объявлено о создании Всемирного совета по психотерапии. Сам этот факт показывает, что разногласия между школами и направлениями начали преодолеваться. 

Так исторические традиции смыкаются с современыми тенденциями развития психологии, психотерапии и всего корпуса наук о человеке.