Все мы помним известный анекдот о лорде, сидящем в кабинете, и просматривающем «Таймс», к которому, с грохотом распахнув массивные дубовые двери, влетает встрепанный до неприличия дворецкий и орет, выпучив глаза: «Сэр! Темза вышла из берегов, сэр!! Волны мчатся по улице со скоростью курьерского, захлестывая людей и дома! Еще минута, и Темза ворвется в наш дом, сэр!!!» На что хозяин кабинета, не отрываясь от «Таймс», говорит с легкой укоризной: «С каких пор вы разучились докладывать, Джордж? Где вся ваша многолетняя выучка?» Дворецкий в смущении пятится, прикрывает дверь. Хозяин перелистывает страницу. Стук в дверь. «Да». Входит вышколеный дворецкий. Докладывает: «Темза, сэр».
Точно так же, когда в мире науки появляется очередная теория и, захлестывая дома и умы, мчится прямо на нас, грозясь сокрушить основы, не стоит поступать как объятый паникой дворецкий.
Нужно помнить о том, что все теории вообще являются частными случаями гораздо более общих закономерностей природы. И поэтому новая теория всегда есть не более, чем взгляд на природу под новым, может быть несколько неожиданным для вас, углом.
Поэтому и то, что не так давно в приличном обществе появилась каббала, и ее претензии на роль науки вряд ли должны приводить нас в смятение. И даже все большее расширение ее контактов с конвенциональной наукой и ее представителями.
Например, то, что каббалист Михаэль Лайтман, биокибернетик по первой специальности, автор серии из 26 книг «Наука каббала», является в то же время профессором онтологии. Даже то, что он и его ученики провели в Сан-Франциско совместную конференцию с учеными, специалистами в квантовой физике. Или то, что найдя много общих позиций во взглядах на строение мира и на проблемы человеческого восприятия, они договорились о целой серии совместных изысканий.
Эти факты, контакты, встречи внешне вряд ли могут претендовать на потрясение основ. Все это как явление не ново в научном мире. Тем более в наши дни, когда наука только тем и занимается, что ищет выходы из глобальных кризисов. Когда вовсю происходит модификация самого понятия рациональности. Когда мы становимся все менее жесткими, противопоставляя ее новым взглядам на реальность.
И все же, попробуем разобраться. Что, собственно говоря, утверждает каббала из того, что еще неизвестно науке? Только то, что все в мире относительно? Но эта «новость», извините, давно уже вошла в поговорку.
Что же еще?
То, что все стремится к покою? Но и это в общем не вызывает особых возражений. Любое движение объекта, любой его переход в следующее состояние вызвано неравновесностью, неустойчивостью предыдущего. Для любого объекта следующее, желаемое состояние – это большее равновесие действующих на него сил. Ну а уж идеал для него, конечно – полное равновесие. Как выражение совершенства системы «объект-силы».
То, что внутренняя сущность всего в мире – это желание? Но и это не более чем продолжение той же логики стремления к покою. Общее для всего в мире - это несовершенство настоящего состояния, которое когда-либо вынужденно сменится на следующее. И если уж применять метафоры, ничто не мешает назвать «это» желанием.
Мы даже можем сделать в этой области самостоятельные умозаключения. Мы можем, например, утверждать, что желание – вторично. Ведь то, что вызывает желание – это воздействие сил. Сами силы, которые воздействуют на любой из объектов нашего мира, есть ничто иное как проявления законов природы. Законы же явно первичны по отношению к миру объектов, так как все в этом мире появляется, вместе со всеми своими свойствами, и затем функционирует только в соответствии с законами природы.
Каббала довольно решительно обобщает эти закономерности и утверждает, что существует некий мир причин, мир законов природы, сил, предшествующий миру объектов. Так ли это, есть ли некий отдельный мир сил, где он находится и что в нем происходит, мы не знаем, но то, что законы природы как феномен первичны по отношению к миру объектов – это, уж извините, трюизм.
Что же еще нового предлагает нам каббала?
Она говорит, что желание градуировано. И его уровни, в общем, это: неживой, растительный, животный, человеческий. Что, собственно, для нас нового в этом? То, что в мире объектов все градуировано по степени сложности природы, процессов обмена, степени свободы, - это известно. Понятие градации желаний лишь подчеркивает, что по шкале от неживого к человеческому растет также и степень внутреннего несовершенства системы, говоря по другому, количество и общая сила факторов, подталкивающих ее к постоянной смене состояний. Тоже, в общем, не новость. И даже то, что понятие градации распространяется таким образом и на первичный фактор – на систему законов природы, - как экстраполяция, вполне приемлемо.
И все же, что в этом всем нового? Только и того, что каббала предлагает новый, скорее, терминологический взгляд на все существующее в обеих мирах – в мире законов природы и в мире объектов? Она сводит все это множество к превентивности несовершенства, к феномену, названному ею «желанием» и все сущее делит согласно этому на уровни желаний.
И что? Все тот же старый наш мир, но под новой вывеской? Вряд ли. Скорее всего, ее логика все же ведет к чему-то. Давайте проследим ее.
Иерархия законов природы, говорит каббала, построенная на причинно-следственных связях, совершенно не нуждается в категории времени. Но и с подобными азбучными истинами вряд ли кто-то станет спорить. В математике, как известно, время активно используется не как переменная, а как параметр, то есть как то, что также же легко исключить, как и ввести. Это знает любой студент.
И все же тот факт, что законы природы, силы, существуют вне времени, несколько меняет привычную картину развития. Ведь когда мы судим о развитии по происходящему в мире объектов, мы описываем происходящее языком смены состояний объектов. Это и есть основа привычного нам отношения к происходящему в мире.
Если же учесть, что существует нечто, являющееся причиной возникновения любого объекта и смены его состояний, и это «нечто» существует еще до возникновения самого первого из объектов, получается, что вся система этих «нечто» как бы стоит вне времени и «ожидает», пока тем временем (извините за каламбур), один за другим вступают в дело ее элементы. Следовательно, она сама градуирована, даже существуя вне времени. Следовательно она, существующая вне времени, с его появлением как бы раскладывается по оси в виде появления тех или иных объектов или их состояний.
Это уже меняет дело. То есть, речь идет даже не о старой как мир дилемме провидения и свободы воли. Речь идет о вещах гораздо более прозаичных, таких, например, как теория эволюции.
Если законы живой природы существуют, как и другие элементы системы законов, вне времени, тогда они вступают в силу даже не потому, что в мире объектов создались некие условия для их выхода на сцену. А потому, что отработаны в мире объектов другие элементы системы законов, «руководящие» всеми изменениями в мире объектов неживой природы.
Если законы, порождающие новый, более развитый и сложный уровень желания в мире объектов, человеческий, существуют вне времени, так же, как и те, которые воплощаются в низшем, обезьяньем, значит, вернее будет сказать, что человек не произошел от обезьяны, а появился после нее. Здесь и возникает некая двойная картина, мешающая свести все воедино.
То есть, в мире объектов, где закон природы не возьмешь в руки и к делу не подошьешь, все происходило, надо полагать именно так, как описывают последователи сэра Чарльза. То есть появление тех или иных свойств и умений, способностей происходило именно в процессе смены обстоятельсв, состояния среды.
Если же мы вспомним тот элементарный факт, что существует система законов природы, то есть то, что приводит в движение абсолютно все в ощущаемом нами мире, тогда получится, что и законы природы, воздействующие на среду, легли на ось времени точно в том месте, где и законы, приводящие к появлению новых свойств и навыков у бывших обезьян.
Таким образом, система законов природы, мир, существующий объективно, вне времени, вне наших ощущений, и являющийся причиной всего, что происходит в нашем, ощущаемом мире, мир законов, воздействующих опосредованно на наши ощущения, - это то, о чем говорит каббала.
Да, но и здесь, по большому счету, нового не так уж много. Ведь известно каждому, что материя и энергии нашего мира, изучаемые наукой, – это лишь средства для того, чтобы выявить и описать законы природы. То есть выявление, формулирование их, создание в конце концов стройной системы, пусть умозрительной, но реально существующей, законов природы, - и есть цель всех наук как цельной системы человеческого познания.
То есть, если то, что говорит каббала, может несколько озадачить и в какой-то мере попросить пересмотреть взгляды, то связано это всего лишь с нашей устойчивой привычкой смотреть на все только как на происходящее в мире объектов, то есть в мире следствий. Если же мы приобретаем взгляд на происходящее как лишь на проявления, - проявления неизменной, существующей вне времени системы законов природы, называемой в каббале миром причин, - то есть более верный взгляд, мы обнаруживаем, что кроме этой смены взглядов никаким потрясением основ каббала, пусть она будет даже «наука каббала», нам не грозит.
Поэтому, старина Джордж, не стоит, нарушая приличия, врываться в кабинет хозяина. Вы можете войти как подобает, и с достоинством доложить: «Каббала, сэр».
