- Выкидыш? У меня? – прикрываясь полотенцем, Дарида ошалело смотрела на мужчину в белом халате, стоящего на против неё, - Нет.. это какая-то ошибка! У меня не пожжет быть выкидыш… Я вообще не беременна! Я даже никогда не…

Всё ещё прибывая в шоке, девушка вдруг замерла на полуслове, прикусив губу.

- Нет, никакой ошибки. Учитывая ваш возраст, я проверил дважды. Это выкидыш. Вы были где-то на втором месяце. Мне очень жаль.

- Но…

- У вас генетически наследуемая болезнь Альзестирона на ранней стадии. В этом нет ничего особо опасного, но для предотвращения развития болезни, Вам нужно принимать Альзестиропакс. Это наркотическое вещество, но в малых дозах оно не опасно.

Девушка будто бы и не слушала врача. Она сидела замерев, и смотрела словно сквозь него. Выкидыш. Беременность. Она снова вспомнила тот день, который с таким трудом смогла забыть. Как она выбежала почти голышом из корабля Ника, как села к незнакомцу, как он высадил её в парка на её родной планете и как она прячась от постовых, пробиралась к Бекки.

- Сейчас я схожу за сканером, чтобы считать вашу идентификационную печать и получить доступ к вашей карточке, и выпишу вам рецепт.

- Нет! – тут же ожила девушка, - нет, не нужно!

- Но вам не продадут это лекарство просто так…

- Тогда оно мне тоже не нужно! – Дарида вскачила с кровати и направилась к шкафу с одеждой.

- Нет, девушка, без него вы умретё! И нести за это ответственность я не собираюсь!

- И не надо за меня ответственность нести! Я сама…

- Вот сейчас я схожу за сканером, а потом разберёмся, - грозным тоном заявил врач, вытащив ключ из шкафчика с одеждой девушки и направился в коридор.

- Нет! – девушка безнадёжно дергала за ручку шкафчика. От досады стукнув шкафчик ногой, Дарида обвязалась потуже полотенцем, выбежала в коридор и не оглядываясь побежала к выходу.

- АААААу!

- Будет шишка, - улыбнулся мужчина, в которого она врезалась на повороте, - О, а это снова Вы? Как добрались домой? Что-то я вас всё время встречаю без одежды.

Ещё больше рассмеялся мужчина, снимая плащ и протягивая девушке:

– Домой подбросить?

29 число 4 месяца 82 542 года от основания конгресса

Голова жутко болела. Открывать глаза и вовсе не хотелось, но громкая музыка из соседней комнаты не оставляла ни единственного шанса заснуть снова.

Синяя обивка на стенах и чёрный потолок. Как же она его ненавидела. Ну кто красит потолок в чёрный цвет?

Девушка потянулась и лениво села. Никого. «Ну да, естественно он уже проснулся, иначе, кто бы включил музыку? Эгоист!» - ворчала про себя Дарида, спрыгивая с кровати в поисках куда-то закинутого вчера платья. В шкафу, под кроватью, за дверью, на табуретке… Так и не найдя ничего, она взяла первую попавшуюся в шкафу мужскую рубашку и, натянув на себя, посмотрела в зеркало.

Тушь потекла. А ведь она водостойкая. Губы всё ещё опухшие от поцелуев, на шее засос. Босиком и на ней лишь рубашка, елё прикрывающая её. Как в тот раз… точь-в-точь… как в самый первый раз…

Только тогда он ещё спал. Она проснулась, потянулась, огляделась… и вдруг поняла, что не знает где она. Где она и с кем, и как сюда попала. Справа он неё лежал незнакомый голый мужчина. Как же его звали и кто он такой? Голый мужчина! 5 утра! И что же было ночью?

Он шевельнул рукой, и Дарида подскочила с кровати. Она шарила по комнате в темноте, пытаясь найти свои вещи. Так и не найдя ничего, она подняла с полу его рубашку. Она была точно такая же как эта. – Дарида улыбнулась, вспоминая, - она была так напугана тогда. А он перевернулся на спину. Она тихонько открыла комнату и вышла в коридор, натянула рубашку, влезла в его большущие сапоги и вышла на улицу. Без денег, без документов, и без телефона. Ведь если она воспользуется электронной печатью ДНК, мать узнает, что они уходили вчера. И придётся объяснять, где она провела ночь. Ночь! Проклятье. Как это могло получится?

Девушка огляделась. Оказывается, это был корабль. Она стояла посреди космодрома, на котором сейчас находилось всего два челнока – один из которого она вышла, и второй напротив. Возле входа курил какой-то мужчина. Дарида оглянулась назад, на челнок из которого только что вышла, и решительно шагнула в сторону второго корабля.

- Только не убегай на этот раз, - вернул девушку в реальность неожиданно раздавшийся от двери голос.

2 число 7 месяца 82 543 года от основания конгресса

«Я выпила тогда слишком много, для девушки впервые попробовавший алкоголь. Впрочем, тогда я и не думала о том, что это алкоголь и как он может на меня повлиять. Я думала тогда о другом. О том, что во что бы то не стало, я должна подлить «это» ему в бокал.

Мы кружились в вальсе по залу, я и Ник. А люди почему-то расступались, освобождая нам место. Как будто весь зал для нас одних, весь мир для нас, только для нас… Он обнимал меня за талию и мы кружились, кружились, не замечая больше ничего. Ни музыки, совсем не предназначенной для вальса, ни моих подруг, ни Джека. Лишь он и я. И маленькая пустая колбочка, отсвечивающая разноцветными огоньками, от странного освещения зала, лежащая под барной стойкой…»

Девушка улыбнулась, и подняв голову вверх, пристально посмотрела на сидящего на против мужчину. И подняв верх глаза, ещё больше отдаваясь воспоминаниям, продолжила:

«Когда принесли ещё первый коктейль, и Ник так старательно о чем-то рассказывал. Шутил, смешил… Я никак не могла понять, что же он всё таки говорит. И лишь по смеху Джека, догадывалась, что это наверное была шутка и надо бы смеяться. Я смеялась. Говорят, я хорошая актриса, но… Я не слушала его. Я думала лишь о бокале, что стоял рядом с Джеком. Лишь о том, как бы заставить их отвернуться. И каждый раз, когда Джек делал глоток, по мне пробегала дрожь. Напитка всё меньше и меньше. И шансы тоже тают… А потом Ник заказал ещё по одному. И ещё…» - Дарида на минутку замолчала:

- Нос чешется, ты не снимешь с меня наручники? – мило улыбнулась она, - честное слово, я буду хорошо себя вести.

- В прошлый раз, когда я тебе поверил, ты искалечила шестнадцать моих людей, и заставила меня гнаться за тобой через пол галактики. Нет уж, на этот раз, сначала я дождусь Ширли. – сердита покачал головой мужчина, - так что же было дальше?

- Дальше… эээ… никак не могу вспомнить. Возможно это из-за холодных железяк на моих руках?

13 число 5 месяца 82 552 года от основания конгресса

Их разделяло шагов двадцать. Заиграла медленная композиция и почти все ушла с танцпола. Всего несколько парочек закрывали от девушки сидящих за барной стойкой мужчин.

Девятнадцать. «Всё будет хорошо. У тебя получится».

Восемнадцать. «Подойти, улыбнуться, попросить присесть рядом»

Семнадцать. «Это же так просто. Вытащить колбочку. Заговорить зубы. Заставить их посмотреть в зал, отвернувшись от стаканов».

Шестнадцать. «Подлить… Руки дрожат. Нет, надо успокоиться. У меня получится».

Пятнадцать. «Бар приближается так быстро. Что я делаю?».

Четырнадцать. «Улыбнуться. Улыбайся же!» - что-то похожее на улыбку появилось у неё на лице. «Меня зовут Дарида… нет! Меня зовут Тена… нет… глупо…»

Тринадцать. Парочка пропускает её, отходя в сторону. «Проклятье!» - путь укоротился шагов на пять…

Семь… Он улыбается и смотрит на неё. «Разрешите к вам присоединиться? Не то…»

Шесть. Второй тоже… «Позвольте присесть рядом? Нет…»

Пять. «Назад! Беги отсюда!»

Четыре. «Куда же ты идёшь? Остановись»

Три… "Стой! Ты же так и не решила что сказать!"

Мужчина рядом с Джеком что-то шепчет правому соседу и тот уходит.

Два…

- Присаживайся. - кивнул на свободное место рядом мужчина в синем. - Меня зовут Ник, это мой брат Джек. Коктейль для Леди.

Девушка улыбнулась, присаживаясь рядом. Мужчина протянул руку, и не отвод взгляда от её глаз, ласкова поцеловал её крепко сжатый кулачёк. Дрожь пробежала по всему телу и Дарида ещё крепче сжала заветную ампулу.

«Кто же ты такая и откуда тут взялась? Может это Джек обо всем догадался и подослал тебя?»

37 число 2 месяца 82 542 года от основания конгресса

Он смотрел на неё. Так пристально. Будто видел её насквозь. Будто читал её мысли. Будто знал, зачем они пришла сюда. И ей вдруг стало так страшно. И всё казалось таким ненастоящим. И будто бы все смотрят на неё. И та девушка, танцующая у шеста. И тот юноша, обнимающий двух красоток. И даже эти две целующиеся девицы. И те, и те, и те… Все смотрели на неё.

- Они все смотрят на меня… - так не уверенно и тиха шепнула она присевшей рядом Бекке.

- Ещё бы! Наверное, это всё потому, что кто-то очень умно пошутил и нам всем пришлось прийти в… - она брезгливо осмотрела себя, и оттянула своими длинными ноготками кружева вечернего платья. А у самой в голове была лишь одна мысль: «она ведь пошутила, правда?» - этом…

- Но ты тоже в этом! И Фантисия! И Скарлет! А они на меня смотрят

- У тебя паранойя! – скопировав истеричный тон подруги, ответила Бекки.

Дарида снова огляделась. Все танцевали и веселились. Но как-то не по-настоящему. Мимо прошёл охранник. Он подошёл к мужчине, сидевшему с Джеком, и что-то шепнул ему на ухо, указывая на вход. Там стояли четыре девушки и отчаянно пытались пробиться в зал, но их почему-то не пускали.

- Почему их не пускают?

- Не знаю. Может людей уже много. Не помещаются. – улыбнулась Бекки, - Пойдём танцевать?

- Я ещё немного посижу, - как-то неуверенно ответила девушка.

«Вдох, выдох, вдох, выдох! Ты пришла сюда! Он так близко! Ты сможешь! Ещё один вдох. Выдох»

Она встала, подтянулась, провела рукой по бедру, нащупывая заветную ампулу, спрятанную под платьем, и направилась к бару, откуда, только что, отошёл охранник.

***

- Её? – спросил мужчина в синем пиджаке

- Да, её. А что, слабо? – ехидно улыбнутся ему второй.

- Нет, не слабо. Но почему её? – недоумевал первый: «Проклятье. Как она сюда попала? 300 актёров! 300 фунтов сикатов! И если одна взбалмошная девчонка, зашедшая случайно не в ту комнату всё испортит… Проклятье!»

- Не знаю. Она мне приглянулась: смотрит на нас, как будто хочет меня убить. И тебя заодно, – улыбнулся второй.

- О, сама идёт к нам. Видно ты плохо разбираешься в людях.

- Не факт, не факт. Может она меня убивать идёт? – рассмеялся мужчина.

37 число 2 месяца 82 542 года от основания конгресса

Они смеялись. Смеялись громко и от души. Скарлет, схватившись за живот и запрокинув голову, на диване. Фантисия разлеглась прямо по среди комнаты, на мягком ковре. А Дарида тихо улыбалась, крася глаза у зеркала.

- Извини, я не думала, что всё закончится именно так. Это должна была быть милая невинная шутка, - как бы извиняясь, стыдливым голосом проговорила Дарида.

Скарлет и Фантисия тут же повернулись в её сторону, и снова покатились новым приступом смеха.

- Браво! Надеюсь вы вдоволь повеселились, потому что дискотека отме6няется! – Бекки хлопнула дверью и скрылась в ванне.

- Бекки! Ну извини её! Ей очень стыдно, она сожалеет и просит прощение! – секунду спустя, стала извиняться за Дариду Скарлет.

- В чём мне идти? Я не брала больше собой ничего, а это платье безнадёжно испорчено!

- Возьми какое-нибудь у Дариды. У неё же их полно.

- Она меня в груди уже в пять раз!

- Неправда! Не в пять! – послышался оскорблённый голос брюнетки.

- Одень вечернее, в котором ты пришла, - тихо предложила Фантисия.

- Ну спасибо, и буду так одна как дура в юбке до ушей! Это же дискотека, а не ба!

- Мы тоже оденем… Будем все вместе…

- Ни-за-что! Нет! Нет! Я его не одену! – на Дариду смотрело трое озлобленных девушек.

- Это же была твоя шутка! Так что смирись! Последствия всегда настигают!

- Нет! – снова резко возразила Дарида. Она может их переспорить. Они ей уступят. Сегодня же её день рожденье. Они просто не могут по другому. Она взглянула на часы. Без десяти двенадцать. «Черт…» - Ладно! Я его одену!

Двери открылись и четыре красивые молодые девушки зашли в большой притёмнённый зал. Мужчина в чёрном ё и помог им раздеться. Дискотека уже два часа как началась, и в холе почти никого не было. Только двое мужчин, в вечерних костюмах. Бекки улыбнулась, значит не такими уж дуррами они будут выглядеть. Знакомые лица. Где-то она их уже видела. Точно! По телевизору! Мужчины зашли в четвёртый вип-зал и девушки остались одни. «Как же их звали?» - пронеслось у Бекки в голове.

- В какой зал пойдём? – улыбаясь и смотря по сторонам, спросила Скарлет.

- В четвёртый! – молниеносно отреагировала Дарида.

Девушки подошли к двери, и вечно улыбающийся мужчина, в ярко фиолетовой костюме, открыл им дверь. «Нельсон. Сенаторы! Сенатор Нельсон! и… Нельсон и… его брат Джек…» - вспомнила наконец их имена Бекки, переступая порог..

37 число 2 месяца 82 542 года от основания конгресса

- Дарида сошла с ума! Скарлет! Надо что-то делать!

- Какая помада лучше: эта или розовая? – рассматривая себя в зеркало, даже не посмотрев на подругу, будто у себя самой спросила Скарлет.

- К чёрту помаду! Дарида взяла мышьяк и идёт травить сенатора! Её надо остановить! – как сумасшедшая вопила Бекки.

- А на дискотеку она уже собралась? - поставив на место помаду и поворачиваясь к подруге, непонимающе спросила девушка.

- Если мы её не остановим, то отправимся на похороны вместо дискотеки!

- Не ори!

- Ты что меня не слышишь?! Она решила, что Сенатор Джек убил её отца и хочет его убить! Я думала, она пошутила, но она достала где-то мышьяк или ещё какую-то гадость от мышей и хочет напоить ею Сенатора! И прямо сейчас направляется в банкетный зал, что бы угостить его «шампанским»!

- А я думала, мы собираемся свалить с этого скучного приёма к твоему брату… - огорчённо проговорила Фантисия, только что вошедшая в другую дверь.

- АААаааааа… - Бекки схватилась за голову, и выбежала из комнаты.

Бекки бежала по длинному коридору. Поворот на право. Снова коридор. Налево, коридор, снова направо… Казалось, она никогда не доберётся туда. А время поджимало. Глупо было надеяться на помощь подруг. Надо было сразу идти самой. Конечно, они ей не поверили, даже не стали пытаться поверить. Она бы и сама себе не поверила, если бы не видела собственными глазами лицо Дариды, её глаза, полные злости и ненависти. Нет, она и правда сделает это. Она убьёт его…

Наконец коридор закончился, и она оказалась перед входом в большой зал. Оттуда доносилась музыка. Кажется, сейчас там танцуют вальс. Двое охранников стоят как статуи и входа. Немного ближе… И они синхронно, как роботы, сделали шаг вперёд, повернулись и открыли ей двери.

Позади пустой коридор, а впереди зал, полный людей. Сколько их тут? Тысяча? Две? Сколько времени понадобится, чтобы найти тут Дариду? Сколько времени надо, чтобы просто обойти этот зал, будь он даже пустой… Она не успеет…

Глубокий вдох, и Бекки переступила порог. Лица, одно, другое. И все незнакомые. Если бы она хотя бы знала, как выглядит этот Джек…

«И зачем я прогуливала политологию?» - пронеслось у неё в голове. –«Спросить что ли у кого-нибудь?» - и тут же рассмеялась сама над собой.«Да… Не подскажите, где тут найти нашего Сенатора и как он выглядит? Ха-ха-ха»

Бетти шла сквозь толку, изредка с кем-то здороваясь, даже не зная, кто они такие. Красное платье. Черные волосы. Дарида! Шампанское! И какой-то мужчина. Он берёт у неё бокал и чокается с девушкой. Бекки расталкивает людей, сначала ещё извиняясь, но после третьего человека, облитого спиртным, уже не обращает внимание на их возмущения. Главное успеть! Ещё пару шагов, её отделяет от подруги всего несколько метров. Мужчина подносит бокал к губам и делает глоток...

- Нееет! – словно в каком-то фильме, Бекки бросается вперёд, выбивая бокал из рук мужчины. Пустой бокал…

Стекло с шумом падает на пол, разбиваясь на мелкие кусочки. Мужчина делает пару шагов назад, обхватывая за талию, повисшую на нём девушку. И всё же не удержав равновесие он падает на пол.

Бекки тряхнула головой. Заколка, наверное, опять соскользнула, и рыжая чёлка опять закрыла ей глаза. Чья-то рука крепко держала её за талию. Колготки поехали, каблук сломан, рука в крови. Платье тоже. Она осторожна вытащила из ладошки впившийся туда осколок. Мужчина убрал руку, и она тут же попыталась подняться. Девушка в красном платье протянула ей руку.

- С вами всё в порядке? – спросил незнакомый мелодичный голос. Бетти снова тряхнула головой. Челка спала на бок. Все смотрели на неё, на рыжую девушку, всю в крови, с потрёпанной прической и порванной юбкой, и ждали, что же будет дальше. А она - на незнакомку в красном платье и молодого парня, с порезанными руками, поднимающегося с пола.

36 число 2 месяца 82 542 года от основания конгресса

«Я шла им на встречу и обида во мне потихоньку переходила в злость. Они шли и топтали цветы. Наши цветы, которые мы сажали, за которыми ухаживали и всегда обходили стороной. Топтали любимую поляну отца, которую он так любил. Наверное, первый раз в жизни я на кого-то злилась.

Я шла, и с каждым шагом злость всё больше и больше придавала мне уверенности. Мне казалось, что сейчас я могу свернуть горы и выставлю отсюда этих наглецов. И в этот момент, пик моей уверенности, когда до них оставалось всего пару шагов, один из них подошёл ко мне сзади, и остановил, схватив за капюшон, как паршивого котёнка.

- Тебе туда нельзя. Иди погуляй в другом месте.

- Уйдите с цветов! И вообще уходите отсюда! – чуть не плача, закричала я. Вся уверенность куда-то улетучилась. А ведь ещё миг назад, я не сомневалась, что смогу подойти к ним, и как мама, одной интонацией голоса, напугать их и заставить уйти отсюда. Прочь.

Мужчин в синем костюме засмеялся. Похоже он там был самый главный.

- Отец вернётся и вам покажет!

- Он уже никому ничего не покажет, - всё так же счастливо улыбаясь ответил Главарь.

Я ещё не знала, ещё ничего не знала, но его улыбка не сулила ничего хорошего. Кто-то позвонил ему, повесив трубку, он заявил что у них мало времени, и все забыли про меня. Они разбрелись по полю, и тщательно топтали цветы, чуть ли не специально вдавливая каждый из них. А человек в синем костюме пошёл в дом.

Я зашла следом за ним. От бессилия мне хотелось броситься на пол и рыдать. Он хватал всё с полок, тряс и кидал на пол. В течении пары минут мой любимый домик превратился в грязную свалку поломанных вещей и порванных книг.

- Нашли! – послышался громкий крик с улицы.

Мужчина оглянулся по сторонам, словно проверяя, всё ли он тут сломал, и вышел из дома. Я посмотрела на камин, он был не тронут. Где-то там, в пепле, покоилось что-то ценное. Я ещё не знала что это, но почему то была уверена, что они ищут именно это. Постояв ещё минутку, я вышла следом за тем мужчиной. Прямо посреди поляны утоптанных цветов появилась большая дыра, яма, погреб. Не знаю, что это было, и что было внутри. Они обнесли её каким-то подобием забора, и через пару дней засыпали. А в эти пару дней мне было не до неё. Я побежала домой. Надо позвать маму и рассказать, что они сделали с наших садом и домиком, решила я.

В этот раз дорога показалась мне в десять раз длиннее, а лес гуще, и тропинки уже. И хотя я бежала, казалось, что прошла вечность. Я выбежала ко дворцу, и стала искать маму. И с каждой минутой мне становилось всё страшнее. Вокруг как всегда было куча слуг, каждый занимался своим делом. Но все они, как из страшного сна, были в чёрном.

Я нашла маму через пол часа в большом зале. Она стояла в центре и с кем-то разговаривала. Столько незнакомых людей… И все в черном…

- Мои соболезнования, мисс, - обратился ко мне какой-то молодой мужчина…

Это было 13 лет назад, но я до сих пор помню этот день. День, когда я потеряла отца.

13 лет я пыталась узнать, кто такой Джек и почему отец его боялся. Найти и отомстить…»

- И? Почему мы не можем пойти на дискотеку? – Бекки непонимающе смотрела на подругу.

- Вчера во дворец приехал тот человек, в синем костюме, и его зовут Джек. Сенатор Джек. И я хочу его убить.

36 число 2 месяца 82 542 года от основания конгресса

Сильный ветер развивал её черные кудрявые волосы. Сильные волны иногда доходили до её маленьких ножек. А ручонки загребали песок, и сыпали его обратно на землю. А по щеке катилась слеза.

Он назвался другом отцу. Он покупал ей мороженное и мило улыбался. Но она видела! Видела, как он навалился на её мать. Держал её руки и прижимал всем телом. А она так странно дышала! Он хотел задушить её? И почему они были голые?

Она закричала. Только сейчас Монти и Сильва заметили уже минут пять стоявшую в дверях девочку. Монти схватит халат и нырнул в ванную. Сильва набросила на себя одеяло и прикрикнула на дочь, чтобы та не кричала. Девочка уже успокоилась и в непонимании смотрела на мать. Слишком поздно: на шум уже пришёл отец. Они о чем-то долго ругалась. А потом она так зло посмотрела на девочку. Отец ушёл. Он тоже злился, даже не попрощался. Просто уехал: как всегда по делам, как всегда надолго. Но в первый раз не попрощавшись.

Резкий шум отвлёк её от размышлений. Девочка обернулась. По полю шло с десяток людей в военной форме, в полуметре от тропинки, безжалостно топча цветы, которые они там берегли с отцом. Они шли к их домику, маленькому домику под горой. Девочка приподнялась и, утирая слёзы, пошла им на встречу. Сегодня день удивлений: впервые она видела здесь кого-то, кроме неё, отца и Монти.

14 число 6 месяца 82 529 года от основания конгресса

- Что с тобой? – спросил Монти присаживаясь рядом с Штирлицем на песок.

- Ничего, так задумался, - не отводя взгляд от дочери, плескающейся в воде, сказал тот. – Эта жизнь не для неё. Войны, сражения, вечные скитания… Она не сможет. Она привыкла вот к такой беззаботной жизни. Как я могу забрать у неё всё это?

- И что? Ты хочешь всё бросить? Сейчас, когда мы так близко к цели?! Ты не можешь! - взорвался Монти.

- Не знаю… Я уже ни в чём не уверен, - тихо ответил Штирлиц, всё так же глядя вдаль.

Девочка выбежала из воды и подбежала к отцу:

- Хоо-лод-ноо… - обнимая себя руками за плечи проговорила она.

- Идём в домик, - Штирлиц поднял в травы свой пиджак и накинул на девочку. Впереди показалась небольшая избушка, стоявшая впритык к скале.

Девочка сидела на кровати, закутавшись в одеяло. С мокрых волос капала вода. Иногда капли попадали на книгу. Буквы тут же расплывались, превращаясь в маленькие черные пятнышки. Бумажные книги уже давно не выпускают. Это большая редкость. Их берегут и хранят лишь как память, как частичку истории. Этой книге было более пятидесяти тысяч лет. Но сейчас это не имело значение. Как мужчины не старались говорить тихо, иногда эмоции брали верх и некоторые фразы всё же доносились сквозь тонкие деревянные стены:

- Ты понимаешь, что раз Джек знает, что карты у нас, он не станет церемониться. Пристрелит при встречи – и нет проблем. Или приставит нож к дочери или жене. Я не могу так рисковать.

- Надо просто быть осторожней! Эти бумаги позволят нам уничтожить его раз и навсегда! Мы не можем упустить такой шанс! Такой возможности больше может и не быть! Это же то, чего мы все так ждали.

- Хорошо, завтра я еду в Китерий, к Марку. А через два дня ты забираешь мою семью, и мы встречаемся в Ситауне. Дай мне бумаги. Оставим их пока тут.

Девочка тихонько встала и на цыпочках дошла до двери. Тихонько приоткрыв дверь, она заглянула внутрь. Отец свернул бумаги в трубку и завернул в пакет. К ним же он приложил мягкий диск и всё это завернул в ещё один пакет. Опустившись к камину, он тщательно вымазал верхний пакет в пепел и закопал его там.

- Хочешь почитаю? - садясь рядом с дочкой, как ни в чём не бывало, спросил Штирлиц.

13 число 6 месяца 82 529 года от основания конгресса

Монти шёл быстрым шагом по слабозаметной тропинке, ведущей к озеру, куда, по словам дворецкого, направился его друг. Идти было далеко, местами дорога проходила через лес. Приходилось пробираться через сильные заросли. Несмотря на то, что король очень часто ходил туда с дочерью, да и без него она бывала там почти каждый день, он строго настрого запретил расчищать дорогу, сказав, что это святое место: «если кто-то хочет туда попасть, он должен приложить усилия, иначе оно потеряет свою ценность». Нет, он не был суеверным и религиозным, хотя, не смотря на громадный прогресс в науке, религии не убавилось в их цивилизации. Он просто любил уединённость, а расчистив дорогу, появилось бы много желающих побывать там, ведь это поистине красивое место. Монти же шёл и проклинал его за это упорство. Ветки били его по лицу, корни деревьев цепляли ноги, а земля прогибалась под его тяжестью – местность была немного болотистой, от этого желающих ходить туда становилось ещё меньше. И хотя это можно было бы исправить в считанные часы, желание короля – закон. Наконец лес закончился, и перед ним возник потрясающий пейзаж. Просторное поле, усеянное всеми возможными разновидностями цветов, но все они не высокие, что делало почти не заметным следы человека, наступившего на них. Вдали показалось озеро, а вокруг были очень высокие горы. На вершинах блестел снег. Солнце медленно ползло к горам. Маленький белый диск был ослепительно ярким, но темно-синее небо казалось почти черным. Жаркий, не приглушенный облаками или хотя бы водяной дымкой, свет жег лицо.

Монти прислонился к дереву, оставаясь в его тени. «Ещё пару минут, и Леба скроется за горами, а Нсарк появится на горизонте, - станет не так жарко и не так темно, и я смогу быстрее преодолеть это поле» - придумал он себе оправдание и с чистой совестью уселся на землю. Прошло минут 15, прежде чем Леба исчезла. Но Нсарк пока ещё не появился. Стало жутко темно. Вдруг Монти подскочил и уставился вдаль. Что-то очень насторожило его.

Свет! Там в дали что-то маленькое, но очень яркое. «Мечи! Лазерные мечи! Там бой…». Он подскочил и полетел туда со всех ног. «Неужели они всё-таки нашли нас?» - задавал он себе вопрос. На бегу он вытащил меч, но не включал его, что бы не выдать себя заранее. Наконец он смог разглядеть фигуры. Высокий, мускулистый, широкоплечий мужчина, довольно уверено держал меч. Не лез в атаку, а только отбивал неуклюжие удары второго, маленького, тощего паренька… «Как сенат мог послать на захват двух самых неуловимых и опасных преступников, этого хлюпика?» - чуть не взвыл от обиды Монти, которого только что лишили надежды на хорошую драку. «Нет… это не парень. Это девочка, маленькая девочка. Чёрт, это его дочь!». Мечи снова слились, сверкнув яркой фиолетовой вспышкой, означающей, что мечи стоят на безопасном режиме, даже не на электрошоке, – просто светящаяся палка. Утомлённый бегом мужчина согнулся пополам, упершись руками в колени, в попытке отдышаться:

- Я тебе это припомню, старый засранец!

13 число 6 месяца 82 529 года от основания конгресса

"ЕЩЕ НИ ОДИН ДУРАК НЕ СМОГ ЛИЗНУТЬ МЕТЕОР"

- Нет, не так, – усмехнулся Штирлиц. – Держи крепче. Вот так!

Он протянул руку, и взял маленькую ручку в свою. Поправил один пальчик, потом второй:

- Это же не палка. И движения должны быть резче... Нет, им не бьют как дубинкой, им колют. Вот так! Прокалывай, нанизывай. И не забывай защищаться – это самое главное.

- У меня не получится! У меня никогда не получится! – чуть не плача проговорила девочка. Маленькие ручки выпустили рукоятку. Меч тут же потух и упал за траву. Девочка, как бы виновата, исподлобья посмотрела на отца. Ей так хотелось порадовать его, ведь она не так уж часто его видит. Так хотелось, чтобы он гордился ей. Она опустилась на траву, и сложила ноги «по-турецки», а маленькими пальчиками стала перебирать травинки.

Мужчина присел рядом и ласково улыбнулся:

- Дарида, девочка моя, ты сильная, у тебя всё получится. В следующем году, когда ты пойдёшь в школу, ты будешь первой шпагой класса. А потом школы, а потом и всего Юндера. Вот увидишь! Я в тебя верю, а разве твой папа когда-нибудь ошибается? Надо просто немного практики, - успокаивал девочку Штирлиц, целуя в лобик.

Девочка стянула резинку, встряхнула головой, и её чёрные шелковистые волосы поднялись от ветра. Она запустил свои ручонки в кудри, и снова завязала их в хвост.

- Ну что, попробуем ещё раз или пойдём купаться?

- Купаться! – радостно улыбнулась девочка, вытирая слезу. Она знала, как сильно отец любит тренировать её, как радуется каждому её успеху. И скоро он снова уедет, а озеро будет тут всегда. Но стояла такая жаркая погода, а озеро так манило прохладой…

Отец улыбнулся, стараясь скрыть обиду. Но девочка всё равно её заметила. Сколько же раз потом она проклинала себя за тот выбор. Если бы только Дарида знала, что это их последняя тренировка, их последний вечер вместе. Она никогда не забудет его расстроенный взгляд.

13 число 6 месяца 82 529 года от основания конгресса