Иногда, когда мы с женой беседуем где-нибудь в публичном месте, и я вспоминаю эпизод из фильма Догма'', в котором Локи и Бартлби гуляют по аэропорту, обсуждая свои минувшие подвиги в роли ангелов. Мы нередко видим рядом спящих людей и замечаем, что они едва воспринимают себя в качестве сознательных существ. Они шагают по своим жизням, функционируя на лишенных смысла работах, поддерживая не удовлетворяющие их взаимоотношения и напаивая себя наркотиками, чтобы избежать встречи со своими самыми непреодолимыми страхами. Их беседы - попросту тривиальности в грандиозном водовороте вещей. Осознанный человек скорей будет хранить молчание, не желая тратить энергию на банальности.
Наталкиваясь на нового человека, у меня сразу возникает вопрос: Проснулся ли он?'' Подавляющее большинство людей ещё спят, в том смысле, что они не постигают: чем является их жизнь, для чего они на этом месте, и какова их цель. Вы можете без труда отличить таких людей, спросив их: Зачем Вы здесь и сейчас на этой планете?'' Эти медведи (мы зовем спящих людей медведями, вследствие того, что они подобны медведям в зимней спячке) не могут здраво ответить на этот вопрос, так как он за границами их стандартного мышления. Но, осознанные люди (и те, кто становятся такими), посчитают вопрос поистине важным, и смогут дать адекватный ответ, даже если он ещё не сформировался в их голове со всей точностью. Я говорю о сознательных людях как об орлах, высоко реющих над миром, чьи исполинские глаза, подмечая все, отчетливо видят вещи на больших расстояниях.
У меня есть интересное наблюдение - если сиротливый медведь встречается в нашей компании, то порой, мы можем временно поднять его до состояния только что вылупившегося орлёнка. Тогда с ним можно увлекательно побеседовать. Истинное наслаждение - повысить сознательность медведя до уровня, на котором он способен обсуждать небо. Но, до тех времен, покуда медведь не напасется мужеством пройти жизненные задачи, необходимые для подлинного пробуждения, его взлет будет шатким. Медведи не очень любят летать, и они не способны на долгое время оставаться в небосводе. В них все еще живо желание исчезнуть в берлогу, либо откусить Вам руку.
К сожалению, отдельные медведи так сильно дрыхнут в своих пещерах, что мы не можем нежно побеспокоить их грезы. На самом деле, они настолько парализованы своим страхом, что не могут сконцентрировать даже малую каплю мужества, чтобы столкнуться с ним. Эти медведи будут неистово отвергать наличие чего-либо за границами своих пещер. Можно всё же пробудить такого медведя, насильно вытянув его из пещеры на свет, но это очень тяжелая работа, предполагающая достаточное количество познаний, чтобы одолеть с рассерженного зверя. Но гнев - это положительный шаг от боязни к пробуждению, поэтому, несмотря на негативные эмоции, это скорый метод обратить апатичного медведя в орла.
Уговорить медведя вылезти из пещеры и показать ему, на что похожи небеса - это необычный процесс. Большинству медведей это не нравится, и они свирепо набрасываются на всякого, побеспокоившего их грезы. Каждую неделю несколько медведей злятся на меня за то, что я расстроил их спячку. Так как медведи опасаются летать, то они не любят, когда им напоминают о существовании небосвода или о том, что кто-то из их соседей-медведей покинул пещеру и обратился в орла. Настойчивые медведи не желают знать о таких фактах, ведь иначе им придётся предположить, что они могли бы давным-давно жить аналогично орлам, а не проводить свой век в пещере.
Бесполезно говорить, что медведи давным-давно выселили меня из своей пещеры, но я по-прежнему время от времени могу прокрасться вовнутрь, натянув медвежью шкуру. Этот приём работает, доколе я держу рот на замке, потому что даже медведи различают в моей речи чужака. Хотя временами я просто не могу справиться с собой. Должен честно сознаться, что одна из моих любимых забав - принести в медвежью конуру коробку фейерверков! Если Вы не видели, как медведи реагируют на фейерверк, то Вы просто ничего не видели в жизни.
К счастью, отдельные медведи, в первый раз увидев небосвод и встретив орлов, находят это изумительным и проливающим свет событием. Эти медведи расположены к тому, чтобы научиться летать как орлы. Им надоела пещерная жизнь, может быть, она их даже угнетает. Они больше не находят радости в пещере, но еще не знают, куда можно пойти, т.к. пещера - это всё, что они когда-нибудь видели, а обитающие в ней другие медведи кажутся вполне удовлетворенными своей жизнью. Благодаря малому толчку, эти медведи расположены допустить, что работа в пещерах напрасна, взаимоотношения с другими медведями неглубоки, и не дают удовлетворения, а западня прошлой жизни на самом деле причиняет сильную боль. Хотя снаружи они выглядят обычными, и другие медведи считают их своими, в глубине души они начинают чувствовать всё совершенно иным образом.
К сожалению, из-за того, что медведей больше, чем орлов, начинающему пробуждаться медведю, нелегко сориентироваться в том, что творится. Такой медведь может переживать недомогание, совсем не чувствуя охоты делать вещи, которые по душе прочим медведям. Он может обратиться за поддержкой к друзьям-медведям, но ни один из медвежьих советов ему не действует. С течением времени обстановка только портится, и медведь чувствует себя всё более оторванным от своего круга - единственного старого мира, который он знает. Я сострадаю таким медведям - ход пробуждения несладок.
Орлы способны распознавать пробуждающихся медведей. Подобных медведей естественным образом начинает тянуть к орлам (хотя соседи-медведи и предостерегают от этого, ведь они помнят, что их бывшие друзья, ушедшие взглянуть на орлов, трансформировались навсегда и стали «ложными» медведями). В пути медведю повстречается масса новых проблем, встреча с которыми может быть болезненной, но, в итоге, именно на этом пути он целиком реализует своё предначертание. В ходе нескольких переходных лет медведь может болтаться между двумя сферами, иногда живя медвежьей, иногда орлиной жизнью, не отыскивая себе места ни в одной из сфер. Это может тревожить его, но если он будет предан избранному пути, то, однажды отбросив медвежий мир, он примкнет к орлам, и обретет новый дом.
Будучи, в каком-то смысле наставником медведей, мне не раз довелось страдать от медвежьих когтей - но я не обращаю на это внимания, потому что возможность увидеть еще одного медведя, обращающегося в орла, окупает все трудности. В нашем мире проживает чересчур много медведей, и испражнения в их пещерах наполняют неприятным духом весь лес. Однако даже один превратившийся в орла медведь способен пробудить других. В последнее время я обнаруживаю в небе все больше орлов, поэтому у меня есть вера, что процесс набирает обороты. Я считаю, что большинство медвежьих вожаков до сих пор не подозревают о том, что происходит, но вскоре они начнут замечать, что всё больше медведей оставляют пещеры и никогда не возвращаются. А орлы в это время запасают все больше фейерверков для того, чтобы осветить темные пещеры медведей.
Автор: Стив Павлина (перевел Андрей Жижера
