30 пронзительных цитат поэтессы Марины Цветаевой

Великая русская поэтесса XX века Марина Цветаева подарила миру проникновенную поэзию. Ее бессмертные стихи по душе тем, кто ценит искренность, непосредственность, правдивость. Делимся самыми пронзительными цитатами этой мудрой женщины.

О чувствах

Влюбляешься ведь только в чужое, родное — любишь.

Любить — значит видеть человека таким, каким его задумал Бог и не осуществили родители.

«Я буду любить тебя все лето» — это звучит куда убедительнее, чем «всю жизнь», и — главное — куда дольше!

«Стерпится — слюбится». Люблю эту фразу, только наоборот.

Нет на земле второго Вас.

Мужчины не привыкли к боли — как животные. Когда им больно, у них сразу такие глаза, что все что угодно сделаешь, только бы перестали.

Мечтать ли вместе, спать ли вместе, но плакать — всегда в одиночку.

Если я человека люблю, я хочу, чтобы ему от меня стало лучше — хотя бы пришитая пуговица. От пришитой пуговицы — до всей моей души.

Человечески любить мы можем иногда десятерых, любовно — много — двух. Нечеловечески — всегда одного.

Если бы Вы сейчас вошли и сказали: «Я уезжаю надолго, навсегда» — или: «Мне кажется, я Вас больше не люблю», я бы, кажется, не почувствовала ничего нового: каждый раз, когда Вы уезжаете, каждый час, когда Вас нет, — Вас нет навсегда, и Вы меня не любите.

Женщины говорят о любви и молчат о любовниках, мужчины — наоборот.

Все женщины ведут в туманы.

О творчестве

Скульптор зависит от глины. Художник от красок. Музыкант от струн. У художника, музыканта может остановиться рука. У поэта — только сердце.

Самое ценное в жизни и в стихах — то, что сорвалось.

Творчество — общее дело, творимое уединенными.

Наши лучшие слова — интонации.

Знаете, для чего существуют поэты? Для того чтобы не стыдно было говорить самые больные вещи.

О жизни

Шутим, шутим, а тоска все растет, растет…

Что можешь знать ты обо мне, раз ты со мной не спал и не пил?

Я не хочу иметь точку зрения. Я хочу иметь зрение.

В мире ограниченное количество душ и неограниченное количество тел.

Единственное, чего люди не прощают, — это того, что ты без них, в конце концов, обошелся.

Если что-то болит — молчи, иначе ударят именно туда.

В одном я — настоящая женщина: я всех и каждого сужу по себе, каждому влагаю в уста свои речи, в грудь — свои чувства. Поэтому все у меня в первую минуту добры, великодушны, щедры, бессонны и безумны.

Насколько я лучше вижу человека, когда не с ним!

Слушай и помни: всякий, кто смеется над бедой другого, дурак или негодяй; чаще всего — и то и другое.

Никто не хочет — никто не может понять одного: что я совсем одна. Знакомых и друзей — вся Москва, но ни одного, кто за меня — нет, без меня! — умрет.

О Боже мой, а говорят, что нет души! А что у меня сейчас болит? — Не зуб, не голова, не рука, не грудь, — нет, грудь, в груди, там, где дышишь, — дышу глубоко: не болит, но все время болит, все время ноет, нестерпимо!

Я хочу такой скромной, убийственно-простой вещи: чтобы, когда я вхожу, человек радовался.

Грех не в темноте, а в нежелании света.