_________________________

Я – странный человек, люблю свою страну,
Особенно люблю в трагическое время,
Когда со всех сторон хулят ее одну
И травят клеветой – в эпохоти гареме.
Эпохоть такова, что подлое вранье
Имеет все права над нами издеваться,
Бросать в костер дрова, но я не сдам ее –
Страну моей любви!... И ей не дам сдаваться!

Я – странный человек, в любые времена
Люблю свою страну, и это – внутривенно,
И не взирая на... когда моя страна
Меня за невранье не любит откровенно!.

Юнна Мориц.

_________________________

2 июня 1937 года родилась Юнна Петровна Мориц. Родилась она в Киеве. Ее раннее детство, как и у многих сверстников, было тяжелым. Девочка родилась в самый разгар сталинских репрессий, которые не прошли мимо отца, арестованного по доносу вскоре после ее появления на свет. Правда, спустя несколько месяцев выяснилась его невиновность, и он был выпущен на свободу, но здоровье было подорвано.

Когда Юнне было 5 лет, в город вошли немцы, и семья отправилась в эвакуацию в Челябинск, отец работал на военном заводе. Девочка начала сочинять стихи в раннем детстве, а в 6-7 лет читала их раненым в госпитале.

После войны вернулась на родину и в 1954 году окончила школу в Киеве и поступила на заочное отделение филологического факультета. Переехав в Москву, училась в Литературном институте им. Горького. Занималась журналистикой, публиковала стихи в периодике, а в 1957 году выпустила первую книгу, сборник стихов, «Разговор о счастье».

22 мая (4 июня н.ст.) 1880 года в Российской Империи скончалась Царица, которую еще при жизни называли праведной. В ее роду были святые предки, она близко общалась со святыми современниками и личным подвигом своей жизни вдохновляла потомков идти за Христом. Узнаем немного о духовной жизни Императрицы Марии Александровны Романовой.

Мария Александровна. Художник: Франца Винтерхальтера, 1857 г.

Урожденная Гессен-Дармштадтская принцесса Мария появилась на свет в 1824-м году. Девочка рано потеряла мать и росла вдали от отца, что наложило отпечаток на ее тонкую ранимую душу.

С раннего детства она вдохновлялась примером католической святой из Гессенского рода, Елизаветы Тюрингской. Елизавета Тюрингская, или Венгерская, жившая в XIII веке, посвятила свою недолгую жизнь милосердию, скрывая помощь бедным и больным от жестокого мужа. Подвигами этой святой руководствовались в своей благотворительной деятельности и другие ее потомки: Императрица Александра Федоровна и Великая княгиня Елизавета Федоровна, которую и назвали в честь этой святой.

«Варька», (1893) Государственное музейное объединение «Художественная культура Русского Севера»


«Двое крестьянских девочек» (1892) частное собрание

Михаил Семенович Воронцов родился с золотой ложкой во рту. Судите сами – потомок графского рода, спорящего древностью с Романовыми. Сын блестящего дипломата, племянник канцлера Александра Воронцова и знаменитой княгини Екатерины Дашковой. Наконец, крестник самой «матушки» Екатерины II, привезенный к ней в Царское Село новорожденным в мае 1782 года.


Михаил Семёнович Воронцов (1782—1856) — российский государственный деятель, светлейший князь, генерал-фельдмаршал, генерал-адъютант. Портрет Михаила Семёновича Воронцова работы Джорджа Доу. Военная галерея Зимнего Дворца, Государственный Эрмитаж (Санкт-Петербург)

Пример совершенства

Вскоре после этого его отец Семен Романович был назначен посланником в Венеции, а затем в Лондоне. Там Михаил прожил до 20 лет, получив блестящее образование – он знал пять языков, включая латынь и греческий, изучил математику, играл на скрипке, отлично стрелял и ездил верхом. С отцом он посещал приемы у короля, заседания парламента, фабрики, которые Воронцов-старший мечтал завести и в России.

Во времена, когда многие воспитанные в России дворяне с трудом говорили по-русски, Михаил учил родной язык, читал Ломоносова и Державина, молился в построенной при посольстве церкви. При всей своей англомании, несомненно, Семен Романович был горячим патриотом. Когда для заселения малолюдного Крыма туда собирались отправлять британских каторжников, он выступил против этого, угрожая отставкой. А потом сделал все, чтобы Англия и Россия объединились против Наполеона. Поссорившись с англичанами, император Павел I не только лишил Воронцова должности посла, но и конфисковал его имения, оставив Михаила и его сестру Екатерину без наследства. Их отец ответил, что оставил детям самое лучшее наследство – честность и хорошее воспитание. По счастью, скоро власть в России сменилась, и новый царь вернул Воронцовым все отнятое. Но Михаил не собирался прожигать жизнь за границей – он был твердо намерен применить свои способности для блага Родины.

_____________________

Живи и не суди

Тише, тише… Не судите, это грех…
Вы порадуйтесь душою за успех…
Вы поплачьте над чужою – над бедой…
Сострадание – ручей с живой водой…

Тише, тише… Не ругайте сгоряча…
Чья-то жизнь, возможно, гаснет как свеча…
Не задуйте кривотолком тот огонь…
Поддержите, поднеся к нему ладонь…

Тише, тише… Не врывайтесь в жизнь людей,
Наблюдая с высоты судьбы своей…
Потому что жизнь – сплошные этажи…
Там, вверху, возможно, просто больше лжи…

Тише, тише… Ведь слова острей ножа…
Нужно жить, на сердце злобы не держа…
Много мнений, только помнить нужно впредь,
Что на всех свою рубашку не одеть…

Тише, тише… Там где слухи – правды нет…
Лишь Всевышний знает правильный ответ…
И от глаз его не скрыться, не уйти,
Вот поэтому живи и не суди…

Ирина Самарина-Лабиринт

_________________________

Сергей и Елизавета Трофимовы «Снова мамин голос слышу» шоу - Две звезды 2023год

Вот слова верного чада Украинской Церкви - того, кого гонят сейчас вместе с Ней.
Прочтите эти стихи - и просто знайте, как эти гонения видят сами гонимые.
Растерянность от первого шквала этого катка беснований, избиений, поджогов, изгнаний и "подозрений" священникам от сбу - проходит.
У многих там всё сильнее растёт ощущение ничтожности, карикатурности и недолговечности силы, поднявшейся против нас.
Стихотворение будет без подписи автора по понятным причинам. Но чувство, вылитое в нём - это чувство очень многих людей Церкви там.
Да и здесь.

ЗИГУЮЩИЕ В ХРАМЕ

Скрежетали зубами,
Обещали тюрьму.
Вам хотелось быть в храме,
Но, панове, к чему?
 

Ну, сорвали замки вы,
Подошли к образам.
Зиговали плаксиво:
"Смерть врагам-москалям!"
 

А что дальше, панове?
(Проглотите хот-дог).
Вы молиться готовы,
И какой у вас бог?

Борис Рыжий  1974 - 2001

________________

Помнишь дождь на улице Титова,
что прошел немного погодя
после слёз и сказанного слова?
Ты не помнишь этого дождя!

Помнишь, под озябшими кустами
мы с тобою простояли час,
и трамваи сонными глазами
нехотя оглядывали нас?

Озирались сонные трамваи,
и вода по мордам их текла.
Что ещё, Иринушка, не знаю,
но, наверно, музыка была.

Чьи бы силы нам ни грозили,

Как бы тяжко нам ни бывало, —

Будь бесстрашной, моя Россия —

Мира нового запевала.

Л.Ошанин.

Ошанин Лев Иванович (17 (30) мая 1912, Рыбинск — 30 декабря 1996, Москва) — известный советский поэт. Почётный гражданин города Рыбинска (1984).

Лев Ошанин

Отец Льва Ошанина, Иван Александрович, принадлежал к старинному дворянскому роду. Окончил Александровское военное училище, в службе — с 1883 года. С 1891 года — титулярный советник, земский начальник 2-го участка Мологского уезда Ярославской губернии. С 1897 — надворный советник. Жил в селе Брейтово Мологского уезда. Владел имением Новоошанское (234 десятины) в Мологском уезде. В начале 1900-х гг. с семьёй переехал в Рыбинск. Был частным поверенным при рыбинском суде. Мать, Мария Николаевна, окончила гимназию с золотой медалью, имела право преподавать.

Письмо

Она его любила. В чем это выражалось: она всегда по нему скучала. И даже в те часы, когда они спали в одной кровати, взявшись за руки, даже во сне она по нему скучала и тянулась. Ей всегда было мало видеть его, слышать, вдыхать.

Она всегда о нем думала. Он существовал в ней даже тогда, когда его не было рядом.
 

И третье, основное: она им восхищалась. Это был талантливый оператор, единственный в своем роде. Другого такого не было. Он видел людей и природу иначе, чем все. Каждый кадр, который он снимал, – произведение искусства. Он умел останавливать мгновение. И, глядя на белое безмолвие Севера, на хрустальный ручей или на осмысленную морду верблюда, невольно думалось: велики дела твои, Господи…
 

Они вместе работали на киностудии документальных фильмов. Он был оператор, она – режиссер. Они вместе ездили на север и на юг, снимали лежбище тюленей и сбор хлопка. Спускались на дно океана в подводной лодке. Ее мучила клаустрофобия. Она не представляла себе, как можно находиться в таком замкнутом пространстве.

Однажды она спросила у капитана подлодки:

– А бывает так, что кто-нибудь нажимает кнопку самоликвидации?

– В каком смысле? – уточнил капитан.

– Ну, хочет покончить с собой и со всеми…

– Что ты глупости спрашиваешь? – одернул Оператор.

– Вовсе не глупости, – сказал капитан. – Случается, не выдерживают тесноты и духоты, сходят с ума. Но один человек не может вывести лодку из строя. Все предусмотрено. Одна кнопка ничего не решает.

Поднимались в небо на воздушном шаре. Она боялась высоты и старалась не смотреть вниз, и все же смотрела. А он ее пугал. Было весело и жутко одновременно.