Удобный пуловер связан спицами из мягкой пряжи геометрическим узором из ромбов, расположенных по центру переда, спинки и рукавах.
Размеры: 36/38 (40/42) 44/46.

Размеры:
XS (S) M (L) XL (2XL) 3XL (4XL) 5XL

Плотность вязания образца:

20 петель и 30 рядов в квадрате 10 x 10 см узорами спицами 4 мм, после блокировки.

Итальянский журнал по вязанию крючком различных моделей для женщин: жакеты, топы, кофточки, аксессуары и многое другое. Любая рукодельница, владеющая навыком вязания крючком, сможет связать любую понравившуюся вещь, как для себя, так и в подарок. Качественные схемы к каждому изделию прилагаются.

Читать далее...

Природа для меня - лучшее средство от тревожных мыслей. Мне нужно просто пройтись, посмотреть, как ветер играет с ветками, как свет ложится на листья, как трава тянется к солнцу. И с каждым шагом становится чуть легче. Тревога не исчезает сразу, но она будто теряет силу в такие моменты. Голова становится легче.



Воздух, пахнущий летом и свободой. Воздух густой, тягучий, как мёд. Он настроен на клевере, ромашке и горьковатой полыни, которая растёт у самой тропинки. Вдыхаешь — и кажется, что вместе с этим воздухом внутрь входит само лето. Медленное, тёплое, бесконечное.

15 июля 1904 года не стало Антона Чехова. Он умер из-за прогрессирующей чахотки в возрасте 44 лет и остался в истории литературы как ироничный классик в пенсне, чьим девизом стала фраза: «Краткость – сестра таланта». Чехов был не только писателем, но и практикующим врачом, помогавшим людям и строившим школы. Кроме того, это был обычный человек со своими особенностями. Высокий (ростом больше 180 сантиметров), крепкий, он отличался силой, коллекционировал марки и обожал забавные прозвища.

Он подписывался то Антошей Чехонте, то Архиепископом Антонием, то братом моего брата, то ещё каким-нибудь странным именем. Двум своим таксам он присвоил аптечные клички – Бром и Хина. А жену Ольгу Книппер мог называть «крокодилом души моей», актрисулькой, бабусей, замухрышкой. У Чехова было своё мировоззрение – ироничное, трезвое, жёсткое. Оно отразилось в его текстах и фразах, которые сегодня могут звучать мудро, актуально и даже спорно. Ко дню смерти писателя мы собрали самые цепкие его высказывания – о русской тоске, глупости, любви и жизни вообще.

Закройте глаза и представьте: вы в самом сердце гватемальских джунглей. Здесь воздух влажен и густ, пахнет лианами, нагретой землёй и каким-то древним, первобытным шумом. Сотни голосов — крики обезьян-ревунов, трели птиц, шорох невиданных насекомых — сливаются в единый, живой, непроглядный океан зелени...



И вот сквозь эту живую, кричащую стену проступают… вершины пирамид. Не просто холмы, поросшие лесом, а чёткие, геометрические силуэты, которые поднимаются к небу, как исполинские ступени.