Есть один вид лени, который делает мир вокруг особенно ужасным. Не просто отсутствие желания сделать что-то, а отсутствие желания сделать что-то привычное по-новому. Можно назвать это тягой к упрощению, прямолинейностью, примитивизмом, зашоренностью, страхом перемен, следованием по пути наименьшего сопротивления, ещё дюжиной разных слов, но в корне всего будет одно и то же глобальное явление, видимо, укоренившееся глубоко в природе человека. Зачем читать книгу, если можно посмотреть фильм? Долго и последовательно визуализировать описание с помощью воображения, когда можно сразу же увидеть всё на готовой картинке. Зачем напрягать память фактами, концепциями, выкладками, если можно элементарно составить представление о чём угодно с помощью интернета? И зачем, в конце концов, развиваться духовно, беречь и украшать прекрасный сад внутреннего мира, чтобы иметь постоянный источник счастья внутри самого себя, если можно с лёгкостью отыскать источник быстрой временной радости извне - напиться, уколоться, выбрать тысячу других сомнительных развлечений на любой вкус?
     Но только так и надо жить, подсказывают вам. Ведь жизнь стала безжалостнее, стремительнее. Кругом слишком много информации, и если вы остановитесь, чтобы прислушаться к журчанию её потока, бедная душонка не выдержит. Не стойте, бегите! Бегите, бегите, торопитесь! Хватайте хлеб и зрелища на ходу, на лету, жуйте и улыбайтесь, но не думайте, бегите вперёд! Не дай Бог потратите больше энергии, чем нужно, ведь у вас её так мало!
     Какая чушь... Мало времени, говорят те, кто не умеет использовать его. Мало сил, говорят те, у кого они расходуются вхолостую на неприметные ловушки, мелкие страстишки и пустые страхи. Слишком много информации, жалуются те, кто напуган бесполезным информационным шумом и безуспешно пытается выделить нужное в потоке мусора. Слишком много общения? Сначала люди накапливают, как фантики, сотни контактов в социальных сетях, случайных знакомств, распыляют себя в попытке поверхностного "общения", по сути и наполнению ещё более убогого, чем пресловутые беседы о погоде и обыденное "как дела", а потом страдают от непонимания, одиночества, невысказанности чувств. Непонимания - потому, что не прикладывали усилий, чтобы понять других, да и сами не особенно стремились искренно открыться; невысказанности чувств - потому, что некому было их высказать, да и не хотелось. Лень повсюду, она даже влияет на сам ход мыслей в голове. Попробуйте чётко сформулировать, что именно думаете прямо сейчас, а ещё лучше - взять и связно записать на листе бумаги. Получится ли? И если да, то не покраснеют ли ваши уши оттого, насколько косноязычно вышло?
     Грустно смотреть, как быстро улетучиваются, словно гелий, индивидуальность, самобытность, как столько прекрасных вещей вокруг становятся "проще", скучнее, однообразнее, примитивнее. Как очевидно талантливые люди закапывают таланты в землю и послушно становятся "как все". И тем удивительнее замечать неожиданные, непредсказуемые события и открытых переменам людей, что, словно цветки на камнях, растут Вопреки.

     Моя дорога на работу - двадцать шесть минут торопливой ходьбы по сонному городу - настоящее благословение. В любое время года, кроме этого. Весной оттаивает и ластится к тёплому южному ветру душа, осенью она кутается в смутную грусть. Летом случайная ленивая мысль выскальзывает из-под расслабленных век и плавится на раскалённом воздухе, жизнь всегда где-то в стороне от тебя и так хочется её догнать и коснуться рукой. Хочется улыбаться, знакомиться с первой встречной, а может не первой, а той, которую видишь по дороге на работу изо дня в день... И пусть один раз это кончилось так печально, жизнь продолжается! Зимой же не хочется ничего. Ни любви, ни романтики. Лишь бы скорее дойти. Лишь бы не отморозить пальцы. Должно быть, в эту студёную пору на меня жалко смотреть. Лыжная полумаска по самые глаза, поднятый воротник, вокруг которого обмотан толстый шарф, две пары перчаток - кожаные и кашемировые, надетые одна поверх другой... И всё равно, пока дойдёшь от двери до двери, кончики пальцев немеют и промерзают до костей.
     Многое ли в жизни складывается так, как нам хотелось бы, и на многое ли в действительности удаётся повлиять? Ах, это нужное и противоречивое чувство - разочарование. Оно, как паразит или раковая опухоль, живёт и развивается не само по себе, а на теле другого чувства. Будь то любовь, привязанность, уважение, дружба, восхищение... Разочаровываясь, всегда словно бы развенчиваешь некий положительный образ, сотворённый тобой же. Вера в идеал становится верой в его падение. И самое злое из разочарований - в самом себе. Человека можно оставить, занятие можно сменить, память же о собственной ошибке будет раной, которая не заживёт никогда. Разочарование в своих идеалах и своей картине мира, потеря внутреннего стержня заставляют чувствовать себя бокалом, который кто-то осушил. Упавшим листком во власти пронизывающего зимнего ветра.

     Этот дневник, затерянный посреди интернета - мой личный маленький остров Итака. Сколько бы я ни терял своё время в других местах, куда бы не заносила меня дорога любопытства, скуки или тревожной грусти, рано или поздно я возвращаюсь сюда, хотя бы просто для того, чтобы проведать такой полюбившийся виртуальный домик. Странно, я называю его дневником, хотя по существу, он никогда им не был. Если задаться вопросом, зачем же я, собственно, вёл его в своё время, получится, что большая часть записей здесь оставлены не для меня, а для "кого-то". Скрупулёзно подобранные темы, осторожный, отстранённый стиль, какая-то обезличенность во всём. Разрозненное собрание статеек, отзывов, впечатлений, за которыми я старательно прятал личное мнение и вообще что-либо, касающееся близко меня самого. И вот я подумал - ради чего было всё это? Вся эта игра в сумрачную таинственность, умничанье на ровном месте, попытка изобразить из себя кого-то иного... Наши взгляды с течением времени меняются, это факт, но в моей душе всегда жила вера в то, что этот островок зачем-то стоило беречь и поддерживать именно в таком виде. Подбрасывать в костёр именно берёзовые дрова, а не какие-либо другие... Возможно, мне хотелось тем самым сберечь свой "детский цветник", память о лучших временах? Хотя назвать их лучшими было бы опрометчиво.
     Так ради чего я всё время возвращаюсь? Сейчас - наверное, потому, что появилось желание написать о чём-то, относящемся лично ко мне, а не к чужим, далёким темам. Когда-то у этого дневника были читатели, но я почти уверен, что большинство либо выросло, либо нашло себе другие увлечения... словом, мне хочется верить, что теперь я наконец-то впервые перестал быть привязан к аудитории, перестал зависеть от неё, и могу писать о том, о чём мне взбредёт в голову. Наверное, с этого следовало начать давным-давно.
     О чём напишу сегодняшней тихой ночью? Например, об ассоциациях и цветах. Долгое время в моей жизни целиком правили бал ассоциации. С определёнными людьми, ситуациями, темами. Я мог не браться читать книгу, если помнил, что её любил какой-то неприятный мне человек - тогда и книга непреодолимо отталкивала из-за стойкой негативной ассоциации с ним... В основном, подобные предубеждения были строго полярными: либо положительными, либо отрицательными, и из-за столь несовершенной системы ценностей я постоянно загонял себя в вымышленные рамки, уходил от чего-то, либо напротив, поневоле тянулся к чему-то. В самом деле странно, если вспомнить и поглядеть со стороны. Что изменилось сегодня, накануне моей двадцать шестой весны? В последнее время я всё чаще обнаруживаю, что место ассоциаций занимают цвета, и ощущения, с ними связанные. Например, определённый человек или его поступки воспринимаются на неком абстрактном уровне как определённые цвета. Где-то я уже читал, что в дизайне и психологии цвета связывают с более-менее чётко выраженными эмоциями или чувствами: в утрированном виде, гнев - красный, спокойствие - зелёное и т. д. В моем случае имеет место нечто подобное, только цвета вмещают в себя порой целую гамму разнородных ощущений. Из серии - "в костюме какого цвета вы представляете свою знакомую такую-то?", или "какого цвета ваша меланхолия?". Не случайно цветовой тест Люшера - самый точный для описания внутреннего состояния человека. Очень интересная картина, если позволить ей сложиться бессознательно, доверившись сердцу. Иной раз ловишь себя на мысли, что того или иного цвета остро не хватает в твоей палитре, и начинаешь стремиться к людям или событиям, отражающим этот цвет. Или жаждешь разбавить ту краску, которой становится в жизни слишком много. Был некогда фильм с интересным названием, "Цвет ночи". По тематике он мало относится к описываемому предмету, но название довольно любопытное. Действительно, какой он, цвет ночи? Для меня почему-то - фиолетовый. Ответил не задумываясь. Наверняка у других людей иначе. И у каждого своя внутренняя палитра, свои краски, которыми мы для себя расцвечиваем окружающий мир. Сами себе создаём уют или воображаемую темницу... К слову, сейчас в моей жизни не хватает нежно-розового.

     < Статья была написана специально для сайта Internetwars.ru. Оригинал здесь. >
     Данный обзор посвящён недавно вышедшей пошаговой стратегии в жанре фэнтези под названием Elemental: Fallen Enchantress. Он не претендует на полноту и в любом случае так же субъективен, как любой персональный обзор, однако, быть может, кому-нибудь окажется полезен. Я постарался сделать его как можно более свободным и лёгким для восприятия, но предполагается, что читающий отдалённо знаком с другими пошаговыми стратегиями, такими, как серии Heroes of Might&Magic ("Герои Меча и Магии"), Disciples и Civilization ("Цивилизация"), иначе некоторые сравнения и параллели будут непонятны.

     Сделал для себя приятное литературное открытие: оказывается, помимо знаменитого "Декамерона" Джованни Боккаччо*(1), существует его французский аналог, "Гептамерон", написанный королевой Маргаритой Наваррской*(2). Открытие приятное вдвойне, поскольку королева Маргарита интересна уже сама по себе, а её произведение, ко всему прочему, в отличие от сборника Боккаччо, основано на реальных событиях. Так прямо и заявляется во вступлении и подтверждается многочисленными историческими справками*(3). А в качестве рассказчиков, в несколько утрированном и идеализированном виде, выведены, как принято считать некоторыми исследователями, сама Маргарита и её ближайшее окружение, хотя имена, конечно же, изменены, в том числе популярным тогда способом анаграмм.
     С поправкой на перевод, который как бы хорош он ни был, всегда убивает оригинальные языковые особенности, игру слов и тонкости изобразительных средств, могу сказать, что стиль королевы Маргариты несколько отличается от новелл Боккаччо. Она избегает углубляться в описания, частенько с присущей ей скромностью в отношении очередной красивой картины природы оправдываясь: "нужно было бы искусство Боккаччо, чтобы ее описать..." Зато новеллы королевы отличает истинно женское понимание сложных мотивов человеческой души в любви. В "Гептамероне" практически нет откровенно пошлых историй, какими в иных местах прямо-таки изобилует "Декамерон"*(4), но вместо этого Маргарита, за редким исключением, постаралась подобрать для своего сборника новеллы романтически-возвышенные, близкие к рыцарским идеалам средневековья, хотя сама же устами героев частенько ставит эти идеалы под сомнение, признавая, что к жизни они трудно применимы. Хотя до Дона Кихота Ламанчского ещё далеко, но в каждой строке уже чувствуется дух времени, постепенно отдаляющегося от приукрашивания и романтизации в угоду реализму.
     Чтение само по себе очень лёгкое, что даже удивительно для книги, написанной более 400 лет назад*(5). Я уверен, особенно "Гептамерон" понравится дамам - этому способствует и то, что автор - женщина, и сам предмет сочинения, любовь, заведомо интересный прекрасному полу. Единственное, что может несколько оттолкнуть современного читателя - после большинства историй идёт небольшое религиозно-морализаторское отступление, когда рассказчики, обсуждая только что закончившееся повествование, пытаются решить, как отнестись к героям. Зачастую, мне кажется, это лишнее, но подобные вставки - не повод отказываться от знакомства, с одной стороны - с увлекательным художественным произведением, с другой - отличным свидетельством, познавательным и остроумным, быта и нравов XVI века, представление о которых изрядно исказилось за прошедшие годы.
    

     Когда мне пришлось перейти на электронные книги (в основном из-за того, что довольно значительное число произведений можно раздобыть только в цифровом варианте), самым большим моим капризом было добиться максимального сходства с привычной, классической книгой.

     В последнее время я пишу очень редко. Разрозненные обрывки черновиков, смятые листки, исписанные торопливым почерком, быстро теряются. Постылая рутина отнимает всякое желание записывать свои фантазии на бумагу - современная жизнь калёной сталью способна убить, вытравить из души даже слабые намёки на литературность. Но иногда сценки, которые видишь будто вживую, слишком сильно врезаются в память, чтобы сразу забыть о них. Тогда, напротив, единственный способ забыть - это записать.

     Взгляните, как отважно, неколебимо горит Факел, вырывая пыльные лоскуты тьмы из извилистых лабиринтов познания, куда увлекает его рука пытливого человека. Как грудью накатывается растревоженная волна мрака и крадущийся древний страх поднимает голову, но без усилий теснит их живое пламя. Будто о могучую скалу разрываются тенета тайны, откатываются безгласные призраки ночи. Упоительно веет свежим воздухом там, где побывал Факел - и куда он устремляется: грозная огненная кисть в жажде новых красок клонится в сторону, где щели в стене взывают к благородным порывам ветра с поверхности. Лишь яростно выхватив из лап темноты подземелья путь к свободе, пламя медленно угасает, в последнем порыве щедрости согревая своего хранителя. А цель, высвеченная вдали, ещё некоторое время стоит перед глазами человека, питая его надежду.
     Но вот представьте в руке исследователя Свечу, это пухлое, ленивое детище сонных покоев, что тускло чадит и безвольно трепещет на сквозняке своим крохотным огоньком, словно жалким знаменем. Коварная изнеженная злодейка, прогорает она долго, скупо оценивая равнодушным прищуром наползающую тьму, и без всякого чувства роняет горячими слезами воск, когда тает её бесцветная гордыня. Легкомысленно устремляясь вслед за малейшим ветерком, Свеча терзает человека жестокими муками неопределённости. Он вынужден идти с ней в обнимку, прикрывая пламя рукой, шарахаться в сторону от зловещих силуэтов, рождённых тенями его же собственных пальцев. Стиснутый страхом, медленно бредёт исследователь подземелий вперёд, пока неверная проводница не приводит его к яме и, растерянно вспыхнув на прощание, не бросает на произвол судьбы, с последним вздохом невесомого дыма вливаясь в окружающий мрак. Возможно, следующий храбрец, вооружившись Факелом, набредёт на место предательства и узнает о горькой судьбе предшественника. Яркое пламя поможет ему избежать ямы, но утончённо жестокий ядовитый запах, витающий над нею, непременно поразит его - ибо огонь даже тысячи самоотверженных факелов не в силах разогнать желчного дыма одной суетной, вероломной свечи.