Храм озарен мерцанием свечей -
Мрак притаился только по углам.
В тиши звучит журчание речей
На исповедь ходящих по утрам.

В чем признаются батюшке они,
В чем каются, поникнув головой,
Что накопили за былые дни,
Что прятали в душе, как в кладовой?

И станет ли им легче от того,
Что поделились недугом с попом,
Которому нет дел ни до кого -
Он подгоняет люд: «Быстрей! Потом!»

Возможно ли галопом проскакать
По ранам и смятению души,
В которой ежедневно бьется рать
Добра и Света — победить спешит

Воинственные полчища грехов,
Прельщающих соблазнами в ночи...
В моей душе течет ручей стихов,
А в них порой отчаянье кричит.

Синие жилки на тонком запястье,
Пальцы дрожат от истомы и страсти,
Чуть приоткрыты прозрачные веки,
Губы готовы испить сладкой неги.

Тело трепещет и рвется дыханье,
Выдав секретное сердца признанье.
Мыслей внезапных и смутных броженье -
Слаще событий само предвкушенье!

Любить стихи — удел лохов
В жестоком, прагматичном мире:
Идет война — не до стихов
Соседям в общаке-квартире.

Кипят скандалы ночь и день,
Как лава в бешеном вулкане,
И каждый нежен — не задень:
Начнет орать, как в балагане.

Злодей, насильник, вор и хам
Хозяйничают на планете.
Как выжить песням и стихам:
Они — любви и света дети!

А их пытают темнотой,
Словесным засыпают сором
И поливают кислотой,
Чтобы побеги взять измором.

Но, видно, хиленький росток
Всё ж оказался очень стойким:
Поэзии живой цветок
Вновь распустился на помойке!

Миллиарды людей за последней чертой
Растворились бесследно во мраке веков -
Словно капли дождя на сырой мостовой,
Собрались в ручейки — позже стали рекой.

Где скитаются души покинувших нас:
Обрели ли покой, опустив якоря
В тихой гавани рядом — но скрытой от глаз -
Или в небе бескрайнем, как птицы, паря.

Может, где-то Вселенной моря бороздят -
Оторвались навек от родного гнезда.
Если нас они видят — для них это ад,
Ведь помочь нам не смогут уже никогда.

Пусть уж лучше их души подальше летят -
В те иные миры, где нет боли и слез,
Где насквозь не промочат потоки дождя,
Где жара не страшна, не погубит мороз.

Ну, а мы — срок настанет — отправимся вслед,
Чтоб друг друга теперь обрести навсегда.
И на небе зажжется на тысячи лет
Символ нашей любви — золотая звезда.

По ткани лапка катится -
К стежкам кладет стежки:
Строчу для дочки платьице
И вышью васильки.

Уж нитки в тон подобраны,
Чтоб не испортить ткань:
Дочурка моя рОдная,
В наряде феей стань!

На плечи синь небесную
Накину ей слегка,
Для юбки тюль прелестную
Возьму — как облака,

Чтоб помогала в танце ей,
Как бабочке, порхать:
Ведь главное занятье фей -
С цветка к цветку летать.

А по подолу вышью-ка
Веселую кайму
Из маргаритки, василька -
Других цветов возьму!

Пусть платьице понравится
Всем, кто придет на бал:
Хочу, чтобы красавицу
Принц танцевать позвал!

К нам вернулась зима: снова ветер и снег,
И позёмка кружит на дорогах.
Почему вдруг весна прекратила разбег
И относится к людям так строго?

Размечтались напрасно: был теплый февраль -
Обещавший цветенье в апреле,
И надежд на тепло нам немножечко жаль:
К ним привыкнуть за месяц успели.

Так уныло вокруг, что душа не поет -
Да и птицы совсем не щебечут:
Отложили до теплых времен свой прилет...
Может, все же весна недалече?

Прохладной влагой напоён
Туманный воздух у фонтана.
В столичном сквере мы вдвоем
Сидим июльским утром рано.

Пока машины не спешат,
И звук моторов еле слышен.
Проснувшись, выводок стрижат
Зовет родителей под крышей,

А те несут на завтрак мух:
Они - заботливые птицы.
Фонарик над крыльцом потух -
Всплывает солнце над столицей.

Покоем дышит всё вокруг:
Разлита в мире безмятежность.
В глазах, в прикосновенье рук,
В сердцах у нас - любовь и нежность.

Из марева времен знакомый взгляд
Вдруг проступил и растревожил душу.
И, будто бы проплыв сто миль подряд,
Затрепетала я при виде суши.

И радость, и тревога, и печаль
Букетом чувств внезапно распустилась,
Я, приподняв ушедшего вуаль,
Сдалась воспоминаниям на милость.

Нет резкости в картинках тех времен,
Надрыва чувств, смятения и боли —
Обиды стерлись, отзвуки имен
Души не рвут - отпущены на волю.

И только удивление порой
Рождается при этом рассмотреньи:
Столь пошл и примитивен был герой -
Он оказался лишь обманом зренья!

Как хорошо, что время учит нас
И делает спокойней и мудрее,
Что пелена любви спадает с глаз...
И лишь Ассоль всё так же верит в Грея.

Не горюй и не плачь — улыбайся всегда:
Пусть никто не увидит, как плохо тебе!
И учись на ошибках, пока молода -
Чтоб потом не бросать злых упреков судьбе.

Не гони лошадей: осторожность — не грех,
Поплотней свою душу от всех застегни,
Посторонних людей раздражает успех -
Зависть их омрачит твои светлые дни.

На чужое не зарься — из рук уплывет,
А свое береги и покрепче держи:
Ушл и ловок бывает бессовестный сброд -
Вмиг прихватит твое - то, что плохо лежит.

Гордой будь — ты достойна счастливой любви!
Не терпи унижений, обмана, измен,
А оставит тебя — так назад не зови:
Знать, судьба припасла что-то лучше взамен!

А еще будь смиренной: не ной, не ропщи -
Благодарной за прожитый счастливо день,
В каждой мелочи светлую радость ищи
И с молитвою помыслы к Небу воздень!

Бутон родившейся любви
Еще так трепетен и нежен,
Так чист, и юн, и безмятежен -
Ты лепестков не оборви!

Не напугай, не потревожь,
Не загуби плохим поливом:
Лелей его — не будь ленивым:
Цена дичку — лишь медный грош!

Он в благодарность за уход
Распустится махровым цветом:
Зимой холодной, знойным летом -
Днем или ночью, круглый год!

Обитаю в своей квартире,
Расположенной аж в Москве -
Но живу в отраженном мире,
Мною созданном в голове.

Те же улицы, те же люди,
Что встречаются в жизни мне -
Только праздники вместо будней,
В светлой дымке всё — как во сне.

И размыты времен границы:
Нет конкретных ни лет, ни дней -
И прекрасны прохожих лица,
А любимых — еще родней!

И не встретишь оскала злобы,
Не услышишь обидных слов -
Этот мир так устроен, чтобы
В нем жила лишь одна любовь.

Пусть меня называют странной,
Пальцем крутят пусть у виска -
Не нужны мне другие страны:
В моем мире судьба легка!

Мне повезло увидеть чудо:
В закатный час из пелены
На золотистой глади пруда
Возникли пестрые челны.

Они как будто исполняли
Старинный танец — менуэт:
Скользили, весла поднимали,
Кружились в паре — тет-а-тет.

Фонтаны брызг при каждом взмахе
Стекали с каждого весла:
Казалось, что у дивной птахи
Распахивались два крыла.

Завороженная, смотрела
На неожиданный балет...
Чудес я видела немало
С тех пор, такого танца -нет.

Ворчит осипшим голосом листва —
Опавшая, ведет с ногами спор.
Не разобрать шершавые слова
И не понять сварливый разговор.

Решила прогуляться поутру
По золоту дорожек и аллей -
По этому роскошному ковру
Ступать приятней, мягче, веселей.

Но ропщет недовольно на меня,
Змеей шипит опавшая листва,
Едва подцепит жухлый лист ступня -
Из детского шального озорства.

Пускай она ругается опять:
Я не боюсь ее пустых угроз -
И снова буду лист сухой пинать,
Пока его не победит мороз!

В качестве иллюстрации - картина Елены Кошкурно.

Не грозите нам, черные тучи -
Облетайте нашу страну!
Вам подальше держаться лучше:
Мы не пустим в свой дом войну!

Слишком дорого заплатили
Наши предки за мирный день -
Вот и ценим покой и штили,
Хотя люди наши — кремень!

Нет, наверное, здесь, в России,
Ни кусочка такой земли,
Чтобы кровью не оросили
Войны с ворогом — но смогли,

Отстояли свою свободу,
Защитили родимый дом!
Честь и слава тому народу,
Что живет лишь своим трудом,

Не выпрашивает подачек
И не лижет господский зад,
В трудный час не дрожит, не плачет,
Не страшится бед и преград!

Русский дом — это мир и вера,
Он надежен, светел, богат.
Защитит от врага-изувера
Тишину и покой солдат!

Закружился снег на улице
И летит за воротник -
Люди в курточках сутулятся,
И фонарь в углу поник:

Ветер гнет кусты к обочине -
Стелет зимушке постель,
Тучи смотрят озабоченно:
Как там трудится метель -

Хватит пуха белоснежного
Иль еще сильней поддать -
Чтобы одеяло нежное
Опустилось на кровать.

Сдует шквал тоску осеннюю,
Осветлит мир добела -
В сердце радость восхищения:
Наконец зима пришла!

В тоскливом свете фонаря
Штрихи косые чертит снег -
Тебя забыть пыталась зря -
Вот снова вижу: человек

Стоит в очерченном кругу,
Фигурой и лицом знаком,
Но разобрать я не могу -
И подступает к горлу ком.

Неужто ты опять возник
Из памяти ушедших дней -
Все так же поднят воротник,
Берет надвинут до бровей...

Зачем приходишь вновь и вновь,
Зачем тревожишь по ночам?
Ты снова рвешь мне сердце в кровь
И отправляешь к палачам.

Опять ведешь на эшафот
Или к позорному столбу -
Ждет развлечения народ:
Готов вершить мою судьбу.

Я о пощаде не молю -
Бессмысленно о ней просить:
Я всё еще тебя люблю -
И жажду сладких мук вкусить...

Твой взгляд меня напрасно просит
О новой встрече — не зови:
Ты — моя Болдинская осень
Несостоявшейся любви.

Дождями разочарований
Надежды лета пролились,
Пустопорожних обещаний
Град бил жестоко. Это — жизнь:

В ней вымирает неизбежно
Тот, кто доверчив, чист и слаб:
Чье сердце трепетно и нежно -
Тот чувств чужих невольный раб,

Лишенный разума и воли -
Он верит даже в полный бред,
Страдает от душевной боли
Порой немало долгих лет.

Однако, к счастью, и мученья
Приносят сладкие плоды,
Преобразуя боль — в творенья,
Несущие в себе следы

Чувств, отпылавших ярким светом
Самоуверенной весной,
Страстей безумных жарким летом -
В осенней свежести лесной.

И мне страданье подарило
Стихов багряный листопад:
Порой прекрасной, не унылой,
Свечей горящих и лампад.

Глаз колдовских зеленый цвет
Гипнотизирует и манит,
И пусть я знаю: он обманет,
Но не могу ответить: «Нет!»

В них всё: природы малахит
И вод морских ночная свежесть -
Прикосновений робких нежность,
Румяное тепло ланит.

Я воспеваю этот взгляд,
Дарящий счастье и страданье -
Увы: пустые ожиданья,
Но тянущий меня назад:

Ведь рассужденьям вопреки,
Душа отравленная хочет
Пить бесконечно эти очи -
Нектар живительной реки!

Я вернулась из леса стылого,
Где тропинки все запорошены,
От тебя сбежала — унылого,
До любви моей не доросшего.

Ты пытал меня недоверием,
Говорил не слова, а гадости.
Измерял по своим критериям
Мои боли, потери, радости.

Оскорблял — а потом прислуживал,
Словно раб, унижался, ползая -
Мои чувства к тебе выстуживал -
Обвинял меня в том, что подлая.

А потом, охвачен желанием,
Обещаниями обманывал
И душил мою жизнь вниманием -
Паутиной липкой обматывал.

Надоело жить, словно в копоти
Ведь дышать хочу полной грудью я!
Оставайся сам в своей похоти -
Мне нужны дети, дом - семья!

Ты мне спасением казался — маяком,
Пролившим свет живой во мраке ночи,
В которой море бед, как снежный ком,
Все разбухает, голову мороча.

Захлебываясь в яростных волнах,
Я уповала на поддержку друга,
Почти тонула — как в кошмарных снах,
Но всё ждала спасительного круга.

Но ты не бросил круг — заставил плыть,
Лишаясь сил и истекая кровью
А мог бы показать такую прыть,
Будь ты ведом не выгодой — любовью!

Сверхнапряжение пошло мне впрок:
Сумела на поверхности держаться!
Наверное, ты был излишне строг,
Но научил стихии не сдаваться.