Вечного кайфа не бывает. Три ночи я провел в палате совершенно один, так как мой пузатый (из-за нарушения выведения жидкости из организма) сосед Паша после обеда сваливал домой. Но тут в один день к нам подселили сразу двух кадров.
Один - обычный выпивающий, но не спившийся мужичок с зарплатой 3000 рублей, хромотой и философским взглядом на жизнь. Леха.
Второй - худой, жилистый, лысый хмырь с бегающим взглядом и именем Рома. Тихий, спокойный и молчаливый. Но бегающие глазки подействовали на меня, и я ближе к вечеру тайком свалил ночевать домой, прихватив с собой ноутбук и все, что было ценного.
Невыспавшийся после "Доктора Хауса" и слегко продрогший от утренней прохлады, я возвращаюсь в палату ровно в 7 утра. Немного удивляюсь, что оба новых обитателя уже не спят. Переодеваюсь в больничное, заваливаюсь на кровать с твердым намерением доспать недоспанное. Но тут подает голос тихий Рома:
- Слышь, брат, - он приподнимается на локте и смотрит на меня. - Скажи, с чем меня сюда положили?
Я сразу понимаю, что случай интересный и выспаться не удастся.
- С печенью, - стараюсь, чтобы мои слова падали отрывисто и весомо.
- А, точно, - говорит Рома, но видно, что он не так уверен. - Слушай, а когда меня положили?
Отвечаю ему, что вчера, отворачиваюсь к стенке и делаю вид, что засыпаю. Рома начинает доставать мужичка Леху.
- Слышь, брат! У тебя есть телефон? Набери, пожалуйста, один номер. Надо позвонить, вызволить моего друга. Его сейчас менты пиздят в коридоре.
Леха охуевает и пытается понять, какие такие менты могут пиздить человека в коридоре больницы в семь утра.
Тут приходит пузатый Паша, и начинается шоу.
- Слышь, брат! - Рома явно решил, что попал в индийское кино и нашел в одной палате всех своих братьев одновременно. - Там в коридоре ментов нет? Они человека не пиздят там?
Паша охуевает и пытается понять, какие такие менты могут пиздить человека в коридоре больницы в семь утра. Но он только что по этому коридору прошел, поэтому уверенно заверяет тихоню Рому в отсутствии ментов, фсбшников, пожарных, а также агентов моссада в коридоре и на подходах к больничному корпусу.
И тут Рома нам раскрывается. В коридоре, прямо у двери нашей палаты, стоит пыточный шкаф. К его дверце прикован цепями друг Ромы, с которым они вчера "накуролесили". Злобные менты при помощи электрошокера пытают друга. Это нехорошо, друга надо вызволять.
Между мной и Ромой стоит тумбочка, и он не видит моего лица. Я машу Паше рукой и жестами показываю, что у нашего соседа по палате полностью уехала крыша, не оставив записки и даже обеда в холодильнике. Паша расслабляется и живо интересуется у сильно глючащего Ромы:
- Электрошокер? Прикольно! А как он работает? А что за шкаф? А цепей много? Менты злые?
Рома рассказывает все - очень подробно, обстоятельно и с мельчайшими деталями. Пашино лицо приобретает крайне озабоченное выражение, он говорит, что идет ссать и покидает палату. Через минуту появляется строгая санитарка, делает Роме устное внушение, которое - о чудо! - действует.
- Что-то меня глючит, мужики, - признается он. - Башка ваще такую дурь крутит...
Через полчаса в палате нарисовались два необхватных бугая - работники Скорой.
- Белоусов! - в голосе старшего из врачей звенит булат. - Что со здоровьем, Белоусов?
- Да вот... глючит меня что-то, - Рома сразу сообразил, что лучше не сопротивляться.
- Собирай вещи, Белоусов. Повезем тебя на обследование. Нет, все вещи собирай - обследовать тебя мы будем долго!
Но Рома забрал с собой не все. После него осталось махровое розовое полотенце, которое мы приобщили к джинсам прошлого наркомана, так же увезенного Скорой. У нас теперь музей будет. Кстати, первого нарка тоже Ромой звали. Ждем очередного клиента.