Холодно тут. Ну не совсем, что бы совсем, но и не так, что бы вот. По крайней мере вода на улице замерзает быстро. А кули б ей при минус то сорока не замерзнуть. Людям тоже зябко, кому сильно, а кто уже и согрелся, чем мог. Привычные люди ко всему. Торбаса на ноги, тушку в шубу, бошку в шапку мохнатую, нос в воротник и пофиг мороз. А вот животным несколько похуже. На ноги одеть нечего, на голову тем более, шуб отродясь не водилось. Вот только нос есть куда засунуть. Но явно не в воротник. Да и не все на это способны. Вот собаки например, сунут нос под, извините, хвост и греются. А вот ворона так не сможет. Хотя, чисто теоретически наверное сможет, но что ей там клювом то делать? Согреться, не согреется. Только задницу поцарапает. Так и живут бедные животные во страданиях.
Но вороны ладно, они могут улететь в теплые края морские, а собаки куда улетят? Вот и приходится четырехлапым искать варианты зимовки. Кто в подъезде, кто под теплотрассой, а кто и на проходной предприятия приживается.
Вот и прижился один такой. То ли Тузик, то ли Махмуд, черт его разберет. Только лохматый, как мысли в понедельник утром, нос-пятак черный, лапы как мои тапочки домашние. Приблудился на проходной автобазы и жил себе там поживал. На водителей погавкивал, да погаживал на углы здания.
Любил периодически выскочить из жаркой проходной и улечься брюхом на железную площадку. Через пару минут холод проникал в ейный пупок и Махмуд рвал когти обратно в домик.
То ли закалялся он так, то ли просто извращенец. Ничего не могу сказать. Собачья психология – не самая моя сильна сторона.
… Навалило снега столько, что сохатые в лесу матерились в голос, трактористы плакали глядя в окна и только разнообразные собаки, веселым баттерфляем пересекали снежные заносы, стремясь поскорее добраться до своих мисок.
Махмуд обожал валяться в снегу. И на спине, и на боку, и на животе. Разве только на ушах и на хвосте не крутился, а так извивался лежа на белом поле, как змея в жопу раненая. И еще улыбался при этом.
Потом вскочит, согнется в бок, подозрительно так посмотрит под хвост, и бегом на любимую проходную.
Чо у него там было под хвостом? Мож градусник какой стоял ,по которому он определял время нахождения на морозе? Или инструкция там была написана? Не знаю. Но смотрел он туда внимательно и глубокомысленно, как кандидат наук в свою диссертацию, и главное всегда потом убегал домой. То есть на проходную.
А прибегши на проходную, он злорадно отряхивался, как то странно подергиваясь, будто в конвульсиях, затем ложился калачиком и отчаянно дул себе в зад из обеих ноздрей. Теплогенератор, блин, подхвостный.
Затем все повторялось. Улица - валяние на снегу - конвульсивные подергивания в домике проходной - дутье в зад.
…Но пришло… Даже не знаю, как это назвать…Наверное – осознание ошибочности изменения выбранного пути и устоявшихся привычек.
… Как-то раз, после восьмого или десятого забега в снег и последующего отогревания в домике, Махмуд то ли решил изменить традиции, то ли просто не был знаком с наукой физикой, но это хитрое и весьма пронырливое животное облажалась пекинесам на смех.
Окончательно не просохнув, он вылетел из домика и с довольной мордой плюхнулся на железную площадку, сунул нос себе в тыл и довольно засопел.
…. Через десять минут территорию автобазы огласил такой визг, что казалось, будто белаз разворачивается в колхозном свинарнике.
Через пять минут:
- Алло, это что у вас там так орет?
- Да это Махмуда Саня отдирает.
- Бля, не нашли другого места!
- ???????????
В общем, снег растаял на Махмуде, но не высох. И мокрый пес ,ничего не подозревая улегся на железо. Это в минус сорок то.
Ессно, когда захотел встать, то почувствовал, что его кто то крепко держит за йацы. А так же за живот, лапы и хвост.
Что это за дохренорукое чудовище схватило его, Махмуд не знал, но страшно стало – писец как!
И Махмуд закричал. Кричал он громко, протяжно, широко открыв глаза и пытаясь поджать под себя колени. Колени не поджимались.
Махмуд приподнял крик еще на пол тона, ну, что бы гарантированно услышали.
Еще через пять минут:
- Сань, мы его так не отдерем.
- А как надо?
- Давай лопатой попробуем?
- Нууу…- Санек с сомнением посмотрел на Махмуда – давай попробуем.
Через минуту:
Махмуд: - ептмоюлохматуюбабушку! Это чо они там тащут? Офигели, что ли? Пля, надо поорать.
Увидев водителя с лопатой, направляющегося к нему, Махмуд что-то заволновался, открыл насколько мог широко свой рот, сделал плаксивое лицо и отчаянно закричал.
Зря он кричал, лопата под него все равно не влезла. Хотя когда ее пытались подсунуть под собачий зад, Махмуд как то странно занервничал и выпустил из под хвоста облачко вонючего пара. Типа намекнул – не надо лопатой, пацаны. Это мало того, что я и с той стороны кусаюсь, так я еще и с этой кой что могу.
Пацаны вняли намекам и лопату убрали.
Потом грели чайник и лили его под живот Махмуду. Махмуд балдел и жмурился от удовольствия. Потом, когда собачье тело отлепили от железа, оно залетело в домик, свернулось калачиком и затаилось. На трое суток.
А привычка валяться в снегу пропала, как бабка отшептала. И площадку железную, он проходит теперь исключительно как балерина - на цыпочках и с максимальной скоростью.
С.Кобах (Наталья Гутко)
