Пожалуй главное отличие японской живописи  - это отражение  поэзии времен года.

Если коротко пройтись по истории японской живописи, то надо вспомнить историю вообще. Страна находилась под китайским доминирующим во всем правлением примерно до 10 века нашей эры, а это означает, что истоки японской живописи следует искать в китайской. В те времена в Китае был активен буддизм, доминировало направление, которое называется кара-э.

Сборники гравюр Хокусая  "Манга" полностью посвященный дикой природе, открывался поэтическим предисловием писателя Синитуй Самба: «А на горе Цукубы, куда мы взобрались, снег сверкал мириадами драгоценных камней под лучами утреннего солнца. Пройдя сквозь туман, мы поднялись на берег Михо, где в Симиноэ растут древние сосны. Потом мы со страхом стояли на мосту Кумэдзи и с удивлением смотрели на гигантские растения фуни в Акита.

Так мы познали все величие Вселенной, мощь мироздания. Мы видели и расцвет красных кленов, и луну, и снег , и весну, и осень. Здесь все было собрано воедино, и нам трудно описать красоту всего виденного, настолько это было величественным. Грохот головокружительного водопада Оно продолжал отзываться в наших ушах» (Коломиец, 1967)

Японская живопись вещь довольно забавная, такая же, по сути, как и японский язык. Поскольку японская азбука – слоговая, то традиционного биения слова на буквы у них нет, а значит, мышление работает несколько иначе, чем у владельцев буквенных азбук. (Кстати, это медицинский факт, который легко доказывался "отключением" некоторых зон мозга.

Если человек знал два языка, а отключалась "языковая зона", то он терял способность изъясняться на обоих и это верно для любого случая, кроме того, когда один язык был буквенный, а второй – иероглифический.  Второй факт еще интереснее. Если японец получает повреждение мозга: левой или правой его части, то после этого он часто может разучиться читать на слоговой азбуке (кане), сохраняя способность читать на иероглифической (кандзи) и наоборот. )

Примерно так же с японской живописью. И связано это тоже с языком и письменностью, с иероглифами. Начнем, с каллиграфии. Что такое иероглиф? Это значок, который подразумевает огромное море информации. Даже руны не имели столько интерпретаций, сколько их имеет сложный иероглиф. Попробуйте взять ручку в руки и написать на бумаге любое предложение. В голове оно и прозвучит. Вы будете выводить буквы, а они будут повторно "звучать" в голове. Попробуйте подумать о чем-то другом, и вы тут же собьетесь.

А теперь представьте, что вы рисуете иероглиф, и у вас в голове не звук и не буква, и даже не слово, а целая картинка появляется. И еще один иероглиф… Уже почти целая история, а ведь на листе всего два значка… Удивительно ли после этого, что три строчки хайку оказываются столь емкими для передачи картинок? Ведь именно этим хайку и славится – он передает не столько смысл, сколько образ, ассоциативный ряд, причем такой, что его должны все понять. Или хотя бы те, кто знает о чем речь (ну, чтобы не гадали, где находится река, скажем, Тацуми, и связана ли она с Фудзи)

 .

Для народа, который способен картинку передать лишенными смысла мелкими пиктограммами, любая живопись – уже целый мир. Но тем, кто не привык столь осторожно и кропотливо разглядывать текст, размышляя по пути о его смысле и сути, конечно же, кажется, что в картинах мало красок и деталей.
Отчасти, конечно, это похоже на те времена, когда человек не умел писать вовсе, и все изображал картинками, через это прошли все, но на Востоке это задержалось долее всего и получило, в результате, очень любопытное развитие.
Но в результате то, что у любого европейца обычно разделено, - образное и логическое мышление, у японца слито. Письмо (знак, логос) и картина – это нечто единое, а не раздельное (вообще-то говорят, у них даже всегда действуют оба полушария мозга, а не одно, может, в этом дело? :))

 .
Странно ли после этого, что фон в японской живописи почти всегда представляет из себя линию? То ли горы, то ли дерево, то ли еще один иероглиф. В связи с чем столь странный и оригинальный для европейца жанр э-ута, который означает, что часть стихотворения изображается картинкой, а часть иероглифами это не интересное совмещение двух противоположных жанров, а что-то очень близкое и почти естественное. Ну, как бы если бы вы не смогли все изобразить иероглифом, и часть заменили картинкой или наоборот. Помните, как часто можно видеть на японском холсте какие-нибудь левые иероглифы? Иногда они даже выглядят как какие-нибудь элементы пейзажа, иногда пейзаж как иероглифы, наконец, иногда они вообще как-то не воспринимаются нашим глазом и очень даже зря. Это не разные вещи, это одно и то же – вот какой любопытный вывод напрашивается при изучении лингвистических особенностей и производимых ими физиологических изменений мозга. И поэтому в Японии так невероятно слились все три возможных здесь жанра – живопись, каллиграфия и поэзия.

 .Что еще можно заметить особенного в японской живописи? Раз-два-три, ну?
Не угадали.
Отсутствие иллюзий. Посмотрите на европейские картины. Вспомните, в конце концов, школьные уроки рисования. Да ладно, вспомните, как красиво каждый из нас разрисовывал объемными буквами школьный учебник и наносил при этом что…? Правильно, тень. Тень, перспектива, пластическая анатомия и прочие хитрые методы европейской живописи напрочь отсутствуют в живописи китайской или японской. Смотрите сами, это легко заметить, если знать, на что смотреть.

 .Хуже того, судя по всему, почти на всем протяжении японской истории живописи, мысль о необходимости иллюзий так и не посетила их замечательно симметрично развитые полушария мозга, поэтому в японской живописи нет ничего похожего на эти приемы. Почему? Искусствоведение полагает, что все дело в том, что японская картина – она сама как иероглиф, не может существовать без логического смысла (это называется термином "предметная реальность"). Ну, а раз нужен смысл, то зачем его прятать под иллюзорной действительностью?

 .Века с десятого Япония начинает проявлять себя самостоятельной страной, а внутри нее появляется новый жанр ямато-э, причем достаточно отличный от всех вариантов китайского. Первые картины в этом жанре были попросту росписью складных ширм, сдвижных экранов и т.п., потом уже появились свитки эмакимоно, растянутые на много метров по горизонтали и полностью расписанные, и "мелкие" соси – примерно любимого формата А4, т.е. принтерного листа. Вот это самое "потом", т.е. эмакимоно появились в 12 веке, и именно на них изображены иллюстрации к классическим японским романам легендарной эпохи Хэйан: "Гэндзи моногатари" ("Повесть о Гэндзи", история похождений блистательного принца Гэндзи и его приключениях, кстати, книга считается первым романом в мировой литературе, хотя я лично оспорила бы этот факт, ткнув пальцем в "Махабхарату" или даже более позднюю "Рамаяну")

К шедеврам стародавней японской живописи дикой природы можно отнести работы таких художников как Г.Бомпо - «Орхидеи» (конец 14 в.), Редзэн - «Белая цапля» (середина 14 в.), Бунсэй - «Западное озеро» (до 1473 г.), Соами - «Восемь видов рек Сяо и Сян» (начало 16 в.), Тосюн - «Вечерний снег из восьми видов рек Сяо и Сян» (начало 16 в.), С.Сукэй - «Ястреб на сосне» (16 в.), К.Эйтоку - «Сосна и журавль» (1566 г.), Х.Тохаку - «Сосновая роща» (конец 16 в.), Согацу - «Лотос и плывущие птицы» (начало 17 в.).

Японцы не эскимосы, снег в их жизни не играет, конечно, такой большой роли. Да и не каждую зиму его столько много выпадает, как в этом году выпало в районе Токио. Хотя в период Эдо в регионе Канто, а это наиболее высокоразвитая и урбанизированная часть Японии, здесь находится столица страны, снега здесь выпадало гораздо больше, чем сейчас, и особенно в годы Тэмпо (1830-1844), да и климат здесь был холодным. К снегу у японцев отношение двойственное, для них он ассоциируется с холодом, при этом ощущения скорее негативные, чем радостные.

Это мы зимой можем надеть тулуп и валенки, а японцы не носят теплых шуб, максимум, что могут себе позволить зимой - это всевозможные свитера, теплые футболки, кофточки и прочее под курточку, то есть одежда многослойная получается. Сейчас в Японии во многих регионах снега не бывает вообще, но когда он иногда выпадает, то очень холодно, сказывается большая влажность, снег мокрый и липкий, поэтому очень зябко. Только на острове Хоккайдо зима похожа на нашу, здесь многометровые сугробы. Но с другой стороны японцы очень тонко чувствуют смену сезонов и зима имеет свои прелести, а сами снежинки удивительно красивые и нежные, изящные и хрупкие, японцы просто в силу своего характера не могли пройти мимо них.

 .