Иногда кажется, что потребительский образ жизни — приговор, а потребительский тип сознания — диагноз. 
Они рассуждают трезво: не в наших силах изменить мир. Что от нас зависит-то? Единственное, что можем - сделать счастливыми наши собственные семьи в невеселом нынешнем мире. В конце концов, семейные ценности — главное в любом государстве, при любом режиме. Так и говорят: счастье начинается с тебя самого! 

Завтра их дети будут уплетать колбасу, с местного заводика по переработке мяса младенцев "неправильных людей" или "неполноценных рас". Ни один не признает себя фашистом или расистом. И по большому счету — не расисты они, и не фашисты. В их душах полным-полно благородных порывов, им с головой хватает благодушия. 
Но они будут жрать эту чертову колбасу с аппетитом, резать на куски и складывать хлеб с кровью аккуратной горкой, класть бутерброды на кружевные салфетки. Самые совестливые из них, быть может, даже подумают: конечно, не самый красивый выход — питаться человечиной. Но лучше выбросить из головы неудобную правду. В конце концов, не нами этот глобальный бедлам устроен, не умирать же с голоду. А детям положено быть сытыми и здоровыми. 
Их логика понятна. Они не обязаны думать о чужих детях, о том, что где-то кто-то кого-то регулярно убивает.

«Мастерство — леденит…» 
Стефан Малларме 

«Пока есть такой язык, как русский, поэзия неизбежна...» 
Иосиф Бродский 

«Никто не говорит о том, как изменился читатель. (...) Современный человек с неограниченным ресурсом доступа к практически любой информации утерял главные свойства читателя - наивность и тягу к открытиям. Ему нужны развлечения. И его трудно в этом винить...» 
Виталий Мамай «Смерть читателя» 

 

Многие считают: современная поэзия — это какие-то скучные , запутанные непонятные стихи, а слава русской поэзии осталась где-то там, в эпохе «Серебряного века». 
Это ошибка.   

Фашизм, как всякая дьявольщина, начинается с обвинения и преследования, с попытки отобрать у кого-то то, что принадлежит человеку по праву: собственное мнение, язык, историю, имущество, жилье, свободу, жизнь.

Фашизм поселяется в головах с момента, когда ты впервые говоришь: во всем виноваты евреи, или русские, или американцы. Люди — разные. Обобщаешь — впускаешь в душу демона фашизма.

Фашизм — это попытка переложить вину за плохо работающую экономику, например, на социум, объединенный неким общим признаком — иерархическим, этническим, профессиональным, возрастным… Найти повод для убийства людей демону фашизма не трудно. Найти признак, по которому будут "опознаны" обреченные, еще легче. Применить метод коллективной ответственности там, где нет вины, и все дело — в совершенно иных, объективных и субъективных, причинах, интересах. Обычно так делают, когда хотят отвести внимание от истинных причин, или от важных событий, которые должны пройти мимо нас незамеченными.

Фашизм — намерение решать личные и социальные проблемы с помощью силы и наглости за счет более слабых, менее защищенных. Установить "новый порядок" там, где люди живут согласно тысячелетним правилам. Когда закон подменяется прихотями власти, когда джинн жестокости выпущен из бутылки и становится Правом — Государство становится фашистским.

С воцарением демона фашизма в головах — древние человеческие законы перестают работать. Устанавливаются законы звериные, когда одни присваивают себе право быть хищниками, другие становятся дичью и теряют право на жизнь.

Поиск козлов отпущения — и есть фашизм. В это играют даже дети.

Иллюстрация вверху: кадр из нашумевшего американского "масонского" мультфильма "Домашний козел2"

Иллюстрации внизу - Серия почтовых открыток "Bambini coloniali" (1936 г.) итальянского художника Aurelio Bertiglia

Никто не помнит уже, откуда они узнали о том, что Мессия появился в Иерусалиме, и кто из них первым внес Его Имя в священные книги, переписанные с тех пор от руки сотни раз. Его ждали, как избавление от всего, что их не устраивало в теперешней реальности. 

«Я скоро вернусь...» — сколько надежды в этих словах. И никто из тех, кто произносит это, не уверен в сказанном. Закрывая дверь за собой — ты полон самых радужных намерений. Но реальность часто ставит на пути подлые ловушки и подножки. Мы теряем ключи, застреваем в лифтах, попадаем в больницы, попадаемся в лапы сотрудников различных карательных учреждений, иногда нас просто убивают по дороге туда, куда мы обещали вернуться. Так и живем. Не сердись. 

30. 07. 2014 Украина. Юго-Восток. 
Интернет-кафе. Вечер.

П. Фрагорийский 
Из кн. Блокнот Птицелова. Моя маленькая война

Тебя обманывают на каждом шагу. Попадаешься в ловушки, как муха. Над тобой глумятся. Радуются, что ты так легко позволил себя одурачить. Зло. Весело. Иногда — прыская от смеха. Порой — надменно. Всегда — презрительно: тебя развели, как безмозглого кролика. Тебя трахнули, простофиля. Лошара...

Лох — откуда появилось это слово? 
Кто бы ни принес его — еврей, немец, старый тюремный вор или уличный жулик — означает оно моральное превосходство подонка над доверчивым человеком. 

Заметь, слово «лох» употребляют даже дети. Злорадно, с издевкой. Осуждая не обманщика, а жертву обмана. 
Видишь, нас уже приучили к тому, что Зло — априори умнее, сильнее. И пытаются выдрессировать, приучить считать себя — заранее проигравшими. 

«Лох — это судьба» — невинная расхожая поговорка? Не думаю. Это не просто ярлык. Это сценарий, задаваемая программа, завуалированное проклятие быть неудачником, а еще — перманентная моральная победа мутантов над здравым смыслом и нормальными человеческими ценностями. Над Человеком в человеке. 
Вербальное мошенничество. Преступление без наказания. Расчеловечивание. 

Когда угасает любовь, люди ищут справедливости. На развалинах справедливости люди пытаются выстроить равенство. Когда и это не удается, погибает все...

Святитель Николай Сербский (Велимирович)

Людьми движет эгоизм — личный или социальный. Человек редко вникает в тонкости, его мало занимают причины обстоятельств, он не смотрит на последствия, ему не интересны вероятные результаты, если всё идет не так, как хочется. 

Люди переполнены личными ожиданиями, озабочены собственными планами, и их планы, как правило, трагически не совпадают с действительным положением дел. Особенно заметна эта особенность человеческой психики во время социальных потрясений и бедствий. 

В тяжелых ситуациях принято искать виноватых. Обвиняют тех, кого сами назначили быть виноватыми. А чтобы обвинение было веским, часто делают это Именем Бога, как будто Божье Имя просто фонарь во тьме, в их слабых руках. Как говорится, ведь против Бога не попрешь... 

Прощение

Простые слова

Божья милость

из кн. Блокнот Птицелова. Сад камней

Пьетро Ламберти было шестьдесят, когда его застукали в кровати с подопечной, одиннадцатилетней девчушкой из бедной, «неблагополучной» итальянской семьи. Сеньор Ламберти, работник социальной службы, занимался сексом с ребёнком на своей вилле. 
Пять лет лишения свободы за искалеченную душу — это много? После кассации педофила оправдали. Судьи нашли оправдание, снявшее все обвинения с Ламберти: между девочкой и стариком «вспыхнула настоящая любовь». 
Старик, благодаря своему служебному положению получивший в своё распоряжение малолетнюю девочку, не растлил ребёнка, а совершал с ней половые акты — из чувства глубокой искренней любви. К тому же девочка сама виновата — соблазнила старика вызывающими нарядами.

Любовь, которая, согласно словам апостола Павла, покрывает все грехи, была призвана судьями, чтобы придать нравственный вид этой шокирующей истории и отмыть запачканную совесть работников из социальной службы опеки и ювенальной юстиции в целом. 

Как-то всё по-набоковски, только не драма, не трагедия здесь, а вполне идиллическая история с американским «хэппи-эндом». Лолита и старик. Мы будем счастливы и умрём в один день.

Наткнулся на определение морали и нравственности в Википедии. Плачевно. Подмены, совершаемые в этом странном энциклопедическом интернет-издании, встречаются на каждом шагу. Тонкие подмены, незаметно поедающие бестелесные души наших мыслей о мире. 

«Нравственность (нем. Sittlichkeit) — термин, чаще всего употребляющийся в речи и литературе как синоним морали, иногда — этики. В ряде философских систем понятие нравственности обособляется от морали, хотя такая концептуализация носит авторский характер и не всегда соответствует обыденному словоупотреблению» (Википедия) 

Нет. Не подходит нам немецкое Sittlichkeit, перемешавшее грешное с праведным в одном дьявольском коктейле. Тем более, сегодняшняя сатанинская европейская мораль выглядит иногда убийственно, ибо далека от нравственности.

Лишь пригубил на свадьбе «Бастардо́» я,

Рассыпал золотую алычу…

Ты знаешь, что не быть мне тамадою:

Я встану, покраснею и молчу.

Ты не смотри испуганною серной —

Не бойся, не скажу я лишних слов,

А просто выпью за невест неверных,

За ненависть — и тайную любовь…

*«Бастардо́» — десертное крепленое красное вино, вырабатываемое из специального сорта винограда Бастардо. Название сорта винограда происходит от слова «бастард» — незаконнорожденный отпрыск, дитя, родившееся в результате внебрачной связи. Ударение в названии марки вина может падать как на предпоследний (испанский вариант), так и на последний слог (во французском произношении). В русском языке чаще используется французский вариант произношения, с ударением на последнем слоге.