Иллюстрированный музыкальный словарь A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W ...
ИСПОЛНИТЕЛИ - (0)Исполнители A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z А Б В Г Д...
КОМПОЗИТОРЫ - (0)Композиторы A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V ...
31 мая родились - (0)31 мая родились... 1850 Евгений Павлович Тверитинов офицер Российского императорского ...
Ленин и Инесса Арманд - (0)Инесса Арманд. История любви "Она была необыкновенно хороша&qu...
Жизнь - это миг между прошлым и будущим.
Аахен - столица Империи Карла Великого. Лето 2014 (Первая часть) |
16 июля 2014 года мы с женой посетили древний Аахен - столицу Империи Карла Великого. Прежде, чем рассказывать об этом городе, необходимо сделать краткий экскурс в историю Средних веков.
Вначале Европу заселили кельтские племена. На рисунке показан примерный район расселения кельтских племён в Европе. Синим выделен район расселения кельтов в 1500—1000 гг. до н. э.; розовым — в 400 г. до н. э.. Для ориентировки приведены границы современных государств.
Кельты - близкие по языку и материальной культуре племена индоевропейского происхождения, в древности на рубеже эр занимавшие обширную территорию в Западной и Центральной Европе. Кельты были одним из самых воинственных народов в Европе. Для устрашения противника перед битвой кельты издавали оглушительные вопли и трубили в боевые трубы — карниксы, раструбы которых были сделаны в виде голов животных. Древние кельты в бою были ужасны — они не надевали никакой одежды и красились в синий цвет. Зрелище толпы голых синих воинов само по себе приводило противника в ужас, о чем написал даже Юлий Цезарь. В дополнение ко всему, они покрывали волосы белой известью, а тело — татуировками. В 390 до н. э. вторгшиеся кельты разграбили Рим, одновременно уничтожив все римские исторические записи, сделанные до этого времени. Кельты жили по законам родоплеменного общества. Их культура была очень богата легендами и преданиями, которые веками передавались из уст в уста и, как правило, сохранились в нескольких вариантах, как, впрочем, и сами кельтские имена и названия. Археологические раскопки, проведённые в последнее время, помогли пополнить знание об образе жизни и традициях народа. Так же, как и большинство древних народов, кельты верили в загробную жизнь и при захоронении оставляли с умершим много бытовых предметов: тарелки, блюда, инструменты, оружие, ювелирные украшения, вплоть до телег и повозок с лошадьми. Центральную роль в мифологии занимала вера в переселение душ, что уменьшало страх перед смертью и во время войн поддерживало храбрость и самоотверженность.
ГАЛЛИЯ, (лат. Gallia), историческая область Европы, включавшая территории между р. По и Альпами (Цизальпинская Галлия — Gallia Cisalpina) и между Альпами, Средиземным морем, Пиренеями, Атлантическим океаном. (Трансальпийская Галлия — Gallia Transalpina) — территория современной Северной Италии, Франции, Люксембурга, Бельгии, части Нидерландов, части Швейцарии. Территория Галлии с 6 в. до н.э. была заселена кельтами, которых римляне называли галлами (отсюда название «Галлия»). Считается, что латинское слово «Галлия» (лат. Gallia) произошло от греческого названия местности Галатия (Galatia) на территории современной Турции, где в IV—III веке до н. э. обосновались племена кельтов, отличавшихся от прочих поселенцев «молочной» белизной кожи, что и послужило причиной их именования (греч.Γαλάται [galatai], [galatae] от слова «молоко» греч. γάλα, [gala]).
Была великая Римская Империя. Хронологические рамки существования Римской империи охватывают период времени начиная с правления первого императора Октавиана Августа, до раздела империи на Западную и Восточную и последующего падения Западной Римской империи, то есть с 27 года до н. э. по 476 год. Восточная часть Римской империи с центром в Константинополе существовала ещё около 1000 лет.
На карте показано, как развивалась и умирала Римская Империя.
Для некогда могущественной Западной Римской империи V век стал последним в ее истории. Из последних сил правители и полководцы старались защитить свои земли от беспрерывных натисков варваров.
Однако войска вестготов и вандалов не обращая ни на что внимания, равнодушно стирали с лица земли одни государства, и на их месте воздвигали другие. Племена франков не претендовали на часть земель Римской империи.
Франки выбрали совершенно другую тактику: они расширяли свои территории вдоль побережья Рейна, захватывая постепенно земли Бельгии, Франции и Нидерландов. Дружеский альянс, ранее закрепленный с Римской империей, в конце VIII века помог франкам окончательно утвердиться на политической арене: они пользуются искренней поддержкой римский понтификов.
На тот период западная и восточная христианская церковь были единым институтом, однако понтификат уже имел достаточный уровень влияния на светскую власть многих государств.
В 771 году правителем крупнейшего в Европе государства франков становится Карл. Он был блистательным полководцем, сумевшим покорить Испанию, Богемию, северную Германию, Словению, Австрию и часть северной Италии. Карл создал первое европейское государство, которое своим могуществом могло бы сравниться с Римской империей в период ее расцвета.
Когда римская императорская администрация стала разваливаться, Галлия стала «германизироваться» лишь медленно и частично.
В 58 г. до н.э. Юлий Цезарь завоевал Галлию, которая вошла в состав Римской империи и стала одной из ее провинций. Галлы стали называться галло-римлянами. Они быстро переняли высокоразвитую культуру римлян: заимствовали латинский язык, из которого впоследствии развился французский, построили такие же дома и дороги, как у римлян, а свои города галлы украшали точно такими же статуями, как и в Риме.
Но мир на земле Галлии восстановился ненадолго. Вскоре начались вторжения многочисленных варварских племен с востока. И долгие, долгие годы галлам приходилось сражаться то с аламанцами, то с франками, то с вестготами. Эта эпоха так и называется: "Эпоха великих нашествий". Наиболее ужасным из них было нашествие гуннов, пришедших откуда-то из глубин Азии. Предводитель гуннов, Аттила носил прозвище "бич божий", и говорили, что трава больше не росла там, где он проходил.
Чтобы прогнать гуннов, и, несколько позже, аламанцев, галло-римляни объединились с франками, которые жили на территории современной Бельгии. Именно благодаря названию этого народа и появилось Франкское государство, которое позже стало называться Францией. В 481 г. королем этого государства стал Хлодвиг - один из первых Меровингов, которого и считают основателем Франции. Династия называлась по имени мифического короля Меровея, которому, якобы, Хлодвиг приходился внуком. Хлодвиг был мудрым правителем и храбрым воином.
Кроме того, Хлодвиг стал первым королем Франкского государства, принявшем христианство.
Государство развивается. Вскоре королевство франков становится самой могущественной европейской державой. Возрастает влияние христианской церкви. А главное - зарождается аристократия, которая становится настоящей избранной кастой воинов. Король уже не может не считаться с властью аристократии, - он щедро задабривает знать, раздавая им обширные земли. Так появляются мажордомы - "мэры дворцов" - раньше обычные придворные, а теперь - главные советники короля. Именно они и были причиной заката эпохи Меровингов.
После смерти Хильдерика II власть фактически перешла в руки мажордомов, хотя на троне еще и восседали потомки Меровея. Однако, они совершенно были неспособны управлять государством, проводя все время во дворце и уставая от развлечений. За это их прозвали "ленивыми королями". Последним из Меровингов был король Хильдерик III.
А ловкие мажордомы постепенно укрепляли свою власть, и однажды на трон франкского королевства взошел Пипин Короткий, положив начало новой королевской династии - Каролингов.
Итак, "ленивые короли" - последние потомки некогда великого рода Меровингов постепенно, без борьбы уступили власть своим министрам - мажордомам. И вот на троне франкского государства появился новый король Пипин Короткий. Было это в 751 году. Так началась новая эпоха в истории Франции - эпоха правления Каролингов. Но еще до прихода к власти новой династии, один из Каролингов сделал для Франции больше, чем все "ленивые короли" вместе взятые. Речь идет об отце Пипина Короткого - Карле Мартелле. Свое грозное прозвище (а в переводе Мартелл значит "молот") он получил за героическое сражение с арабами при Пуатье в 732 году. Это он, будучи военачальником короля Хлотаря VI, повел в бой своих воинов и одержал блестящую победу. Арабы бежали, а их эмир Абд-эль-Раман был убит в сражении.
Сын Карла Мартелла, Пипин, названный Коротким из-за своего роста, был, как и его отец, смелым солдатом, но многие находили, что человек такого маленького роста не может быть их королем. Однажды Пипин приказал привести огромного быка и свирепого льва. Лев схватил быка за шею. Пипин сказал тем, кто смеялся над ним:
- Идете и освободите быка или убейте льва.
Но никто не осмелился даже приблизиться к свирепым животным. А Пипин вынул меч, и одним ударом отрубил головы и льву, и быку.
- Ну что, я могу быть вашим королем и повелевать вами?
Услышав эти слова те, кто насмехались над ним, упали на колени. Так Пипин стал королем, сменив на троне последнего из Меровингов - Хильдерика III.
В 751 г. Пипин Короткий заточил в монастырь последнего Меровинга и стал королём франков. Перед этим Пипин отправил посольство к римскому папе с вопросом, хорошо ли, что но Франкском государстве правят короли, не обладающие действительной королевской властью? На что папа ответил: «Лучше именовать королём того, кто имеет власть, нежели того, кто проживает, не имея королевской власти». После этого папа короновал Пипина Короткого. За эту услугу Пипин помог папе вести борьбу с государством лангобардов и, завоевав захваченную ими ранее в Италии Равеннскую область, передал её папе. Передачей Равеннской области было положено начало светской власти папства.
Пипин был не только настоящим храбрецом, но и искусным политиком. Он всячески поддерживал католическую церковь и с готовностью откликался на просьбы папы Римского, если тот просил военной помощи. В благодарность папа благословил восхождения Пипина на трон и под страхом отлучения от церкви запретил "избирать короля из какого-либо другого рода". Так крепла династия Каролингов, опираясь на поддержку церкви.
Однако не Пипину обязана династия Каролингов своим именем. Сын Пипина Короткого и Бертрады, или Берты, как ее называли в эпических сказаниях, стал первым императором, за что его назвали Карлом Великим. После смерти Пипина по франкскому обычаю два его сына - Карл и Карломан разделили земли королевства. Однако Карломан умирает, и Карлу отходят его владения. Возникает Империя Карла Великого
После смерти Пипина по франкскому обычаю два его сына - Карл и Карломан разделили земли королевства. Однако Карломан умирает, и Карлу отходят его владения.
Карла не зря прозвали Великим. С малых лет его приучали к королевской жизни: он занимался физическими упражнениями, верховой ездой, охотой, плаванием. Ученые монахи рассказывали ему библейские истории и преподавали уроки морали на примере Евангелия. Карлу часто приходилось ходить в церковь, присутствовать на литургиях. Его отец, Пипин Короткий с малых лет приучал принца к политике, к руководству страной и просто обучал человеческим отношениям.Карл был очень любознательным. Лучшие ученые и грамматисты того времени были его учителями. Помимо своего родного языка - германского диалекта, на котором говорили франки, Карл также прекрасно знал как классическую латынь, так и народную, из которой впоследствии оформился французский язык. Он прекрасно понимал значения образования для развития государства, и поэтому не только сам никогда не прекращал учиться, но и сделал очень многое, чтобы знания были доступны всем. Так, в 789 году Карл приказывает открыть школы, чтобы "дети могли научиться читать". По свидетельству современников, король и сам часто сидел в классе, пытаясь "выводить буквы, но, поскольку, он был уже не ребенком, результаты оказывались посредственными".
Слово король образовалось от имени Карла Великого, короля франков.
В 800 году, во время торжественной рождественской мессы в Риме, папа Римский Лев III возложил на голову удивленному Карлу императорскую корону и официально объявил, что с этого момента он становится новым Цезарем возрожденной Западной Римской империи.Благодаря тому, что Карл смог создать сильное государство и приложить немало усилий для его развития, потомки дадут ему второе имя Великий.
Личность Карла Великого (Шарлеманя, как его называют в романских странах) достойна отдельного внимания. Его Империя была основана, прежде всего, на насилии, и развалилась вскоре после его смерти. Но важно отметить, что Карл Великий ценил ученых и созывал их в свои владения отовсюду. При Аахенском дворе образовалась академия. Был окончательно выработан новый шрифт — «Каролингский минускул», удобочитаемый рукописный шрифт уже вполне современного вида, в котором впервые стали правильным образом отделяться строчные и прописные буквы, а между словами появились пробелы. Стараниями ученых при Карле вышли из векового забвения пласты античной культуры, отчего время это иногда называют «каролингским возрождением».
Короткая информация о Карле Великом - основателе династии Каролингов и императоре Священной Римской империи германского народа - полезна для рассказа об Аахене, о котором пойдет речь в этой публикации.
Карл Великий родился 2 апреля 742 года. Мальчику не было и десяти лет, когда на народном собрании в Суассоне был возведен на престол. А уже в 754 году Карл вместе с братом Карломаном был помазан на царство папой Стефаном II, и в 768-м, после смерти Пипина, оба пришли к власти. В 771 году Карломан умер, и Карл сделался единоличным правителем. За сорок шесть лет правления он участвовал в пятидесяти трех крупных военных предприятиях и раздвинул границы франкского королевства от Эльбы до Испании. Там он сражался в союзе с мелкими арабскими эмирами против могущественного кордовского халифа Абдуррахмана. Кроме освоения новых земель и строительства дорог, церквей и дворцов его правление ознаменовалось расцветом наук и искусств. Государь сам усердно занимался и даже за обедом, по уверению биографа-современника монаха Эйнгарда, приказывал читать себе исторические сочинения древних или трактаты блаженного Августина. Кроме того, овладел латынью и греческим - языками тогдашней образованности. Понимая, что управление большой и разноплеменной державой требует грамотных людей, он ценил ученых и созывал их в свои владения отовсюду. При ахенском дворе образовалась целая академия, как на афинский манер называл Карл кружок естествоиспытателей и литераторов, в котором изучали античных авторов. Душой кружка был монах Алкуин, англосакс из Нортумбрии, автор богословских сочинений, трудов по математике и астрономии.Его останки как реликвия бережно хранятся в соборе, а в коронационном зале Ратуши выставлены копии вывезенных некогда в Вену его государственных регалий.
При нём был окончательно выработан новый шрифт - «Каролингский минускул», удобочитаемый рукописный шрифт уже вполне современного вида, в котором впервые стали правильным образом отделяться строчные и прописные буквы, а между словами появились пробелы. Карл также распорядился составить грамматику языка родного (некоего германского наречия, нам ныне неизвестного). А в особенности заботился император о школах при церквях и монастырях. В Ахене он устроил гимназию для своих детей, а также придворных и их сыновей. Внимание Карла Великого к просвещению иногда, по свойствам тогдашнего времени, принимало довольно необычные формы. Так, удостоверившись, что духовенство, вместо того чтобы учить паству, проводит время на охоте, он издал капитулярий, обязывающий лиц духовного сана добывать лишь столько зверей, сколько шкур нужно для переплета книг, чем изрядно способствовал расцвету церковных скрипториев. Стараниями ученых при императоре вышли из векового забвения целые пласты античной культуры, отчего и время это иногда называют «каролингским возрождением». Человек могучего сложения и, по средневековым меркам, гигантского роста (более 180 сантиметров), Карл пережил четырех законных жен, от которых имел 11 детей. Скончался он 28 января 814 года и был погребен в любимом ахенском соборе. Сегодняшний Ахен чтит своего величайшего правителя. В любом книжном ларьке непременно обнаружится добрая дюжина жизнеописаний Карла Великого. … Более подробно о Карле Великом можно почитать здесь.
Преемником Карла Великого стал его старший сын Людовик I Благочестивый. Таким образом, франкский обычай, когда королевство делили между всеми сыновьями, был забыт, и с этих пор королем становился старший сын. Постоянные свары внуков Карла Великого в борьбе за императорскую корону ослабили империю, и, в конце концов, привели к ее распаду.
10 августа 843 года в Вердене между тремя сыновьями императора Запада Людовика I Благочестивого — Лотарем I, Карлом II Лысым и Людовиком II Немецким.
Земли Франкского государства были разделены между братьями следующим образом:
Верденский передел империи Карла Великого основал три будущие западноевропейские государства - Германию, Италию и Францию.
Распад империи Каролингов был вызван тремя причинами.
1. Во-первых, не было преодолено враждебное отношение покоренных племен к завоевателям.
2. Во-вторых, император (король Карл Великий в 800г. принял титул императора) ввел сильно децентрализованное управление, построенное, как встарь, на личных контактах со знатью. Такие контакты поддерживались с VIв. посредством объезда королем своих земель. Были построены особые дворцы, которые король регулярно посещал, встречался с местной знатью и принимал решения. С разрастанием империи объехать все ее части стало столь затруднительно, что личные контакты ослабли и местная знать получила возможность действовать независимо.
3. В-третьих, возникла проблема преемственности власти, и борьба за трон разгорелась после 840г. В результате возникли два осколка империи — немецкий и французский. Слабость центральной власти особенно сильно проявилась во второй половине IXв. , когда начались набеги викингов, но император не выполнил свою феодальную обязанность перед вассалами и не пришел на помощь. Это порвало все феодальные узы, связывавшие императора и местную знать.
С тех пор стали создаваться княжества, в которых сосредоточивались средства от платы за пользование землей, пошлин за проезд и рыночные места, чеканки монет. Князья владели той землей, которую когда-то дал им в лен король, но после утраты сильного и полезного феодалам суверена земля стала наследоваться, делиться и переходить из рук в руки посредством заключения браков по всей территории империи. Эту практику князья защищали силой оружия.
Вот такая захватывающая история создания Европейской государственности связана с именем Карла Великого. Его империя перестала быть великой.
Поэтому, посетив Эссен, где мы с женой провели два дня у наших друзей, мы не могли не поехать в столицу Карла Великого, город Аахен, который находится всего в 138 км от Эссена.
Основание Ахена относится ещё к эпохе римлян, которые заложили город из-за минеральных источников. В начале Средних веков Ахен часто служил резиденций франкских королей, но своим блеском он обязан Карлу Великому, который в конце 790-х годов сделал Ахенский дворец своей зимней резиденцией, а в 807 — столицей Франкского государства. Карл умер и был похоронен в Ахене в 814. Он почитается как святой покровитель города. С 1306 Ахен имел статус «вольного города святого римского престола». Здесь короновались императоры, происходили императорские сеймы (всего 17). В 1531 в Ахене был последний раз коронован император Священной Римской империи. Перенесение акта коронования во Франкфурт, религиозные распри XVI и XVII столетий, сильный пожар 1656 привели к упадку города.
Мне понравилась легенда об основании столицы Каролингов в Аахене. Однажды на охоте, увлеченный преследованием единорога, император сильно оторвался от своей свиты, и его взору неожиданно открылись руины некоего замка. Конь вдруг увяз в густой грязи, а из образовавшегося провала заклубился пар и забил горячий ключ. И на этом месте Карл приказал построить свою резиденцию и собор. А термальные источники были знакомы еще римским легионерам. Говорят, что горячие источники Аахена относятся к самым горячим источникам в Западной Европе. Температура воды в них доходит до 77 градусов. Но денег на постройку не было, и есть поверье, что сам дьявол дал королю эти деньги, а взамен потребовал душу первого, кто войдет в храм после его достройки. Горожане обхитрили дьявола, и первым запустили волка. Жадный дьявол вцепился в него и поздно заметил подвох. Вот и стоит при входе в собор бронзовая скульптура волчицы.
Конечно, логично предположить, что Карл привёз волчицу в свою резиденция, как замену знаменитой волчице Вечного Города чтобы подчеркнуть, что Аахен – “новый Рим”. Эта версия не находит отклика у историков, ведь впервые бронзовую скульптуру в Аахене упомянули лишь в 1414 году в коронационной хронике короля Сигизмунда. Искусствоведы достаточно уверенно подтверждают, что отверстие в груди зверя появилось позже, скорее всего, волчицу использовали в комплексе фонтана.
Прежде всего собор интересен как место, где короновались 30 германских королей и упокоен Карл Великий. Он был похоронен здесь после смерти в 814 году, а с 1215 года его нетленные мощи помещены в изящную серебряную раку.
Не оставляет равнодушных и необыкновенная архитектура храма. Строительство Палатин часовни на этом месте было заложено около 792 года по приказу Карла. Сейчас собор выглядит, как состоящий из трех различных частей, сгруппированных вокруг этой небольшой часовни.
На первом плане – 74-метровая башня 19 века в неоготическом стиле, позади нее- центральная часть. Она представляет собой восьмиугольник Храма Марии, накрытого сферическим куполом и еще известным, как "Crystal Shrine" (Кристальная Рака). Ее строительство начато в 8-9 веке Карлом Великим. А сооружение купола в стиле барокко было завершено к 1664 году. Третью часть формирует готический хоровой зал, построенный в 1355-1414 г.г.
Карл хотел продемонстрировать свое богатство и величие всему миру и воплотил это желание в роскоши и изысканности интерьера. Позднеантичные колонны и элементы бронзового декора указывают на связь с Римской империей. Мраморный трон в западной части здания, скорее всего, создан для коронации Отто I.
|
Метки: Аахен Звонов Аахенский собор Карл Великий История средних веков Европа Каролинги |
Династия трех колец. Личность и Дело пяти поколений Круппа. ( Вторая часть ) |
Берта Крупп (1886-1957), старшая дочь Фридриха Альфреда, родилась 29 марта 1886 в Эссене. Поскольку у Фридриха Альфреда не было сыновей, он передал весь свой опыт руководителя дочери. Берта обладала деловой хваткой и хорошо разбиралась в тонкостях инженерной профессии. В октябре 1906 ее мужем стал Густав фон Болен-унд-Хальбах, прусский дворянин, служивший в дипломатическом корпусе Германии. Не в ущерб интересам фирмы Берта много времени уделяла программе социальной помощи своим работникам. Выпускавшуюся во время Первой мировой войны 420-мм гаубицу крупповцы называли Пухленькой Бертой (Dicke Bertha), после чего журналисты Антанты стали именовать все немецкие дальнобойные пушки на железнодорожных платформах Большими Бертами. Во время Второй мировой войны в число новых предприятий Круппов вошел завод "Берта-верке" в Верхней Силезии. Умерла Берта в Эссене 21 сентября 1957.
Наследницей всех фабрик и сталелитейных заводов и многих десятков шахт после смерти «пушечного короля» стала шестнадцатилетняя Берта Крупп. Поскольку у Фридриха Альфреда не было наследника мужского пола, фирму преобразовали юридически в акционерное общество. На основании нового устава фирмы Берту Крупп именовали теперь «обладательницей и руководительницей фамильного предприятия» и видоизменили прежний династический закон; отныне все имущество переходит в руки «старшего из наследников» независимо от пола. Поскольку по немецким законам того времени акционерное общество могли создать не менее пяти акционеров, фирма Круппов напечатала 160 тыс. акций. Одну из них получил дядя Берты, одну — сестра Берты Барбара и по одной — три члена директората фирмы. Оставшиеся — за вычетом пяти от 160 тыс. — перешли в руки Берты Крупп.
В 1906 году, когда Берте исполнилось двадцать лет, Вильгельм II решил, что ей пора в интересах империи вступить в брак, и назначил в мужья Берте маленького бледногубого дипломата, служившего в ранге атташе в прусском посольстве при Ватикане. Жениха звали Густав фон Болен унд Гальбах. Он был старше невесты на шестнадцать лет. Свадьбу сыграли, разумеется, в вилле «Хюгель». Невесту вел к алтарю сам император, а в углу зала выстроилось все правительство Германии. Император специальным указом повелел жениху принять фамилию Круппа. Так что со дня венчания свежеиспеченного супруга именовали Густавом Круппом фон Болен унд Гальбах. Это и стало в дальнейшем официальным именем для отпрысков после последующих поколений.
У «новичка» в династии было несколько черт характера, достойных прежних «урожденных» Круппов. Как видно, у императора был безошибочный нюх, Густав оказался самым педантичным человеком на свете. Гостям виллы «Хюгель» объявили, что отныне завтрак будет подаваться в 7 час. 15 мин. и опаздывать к нему нельзя. В 7 час. 16 мин. двери столовой запирали наглухо, и не было такой силы, которая смогла бы раскрыть их перед опоздавшим гостем. Тем более что Густав отдал и еще одно распоряжение: завтрак должен длиться ровно 15 мин. Семейный ужин должен был заканчиваться за 50 мин. В 10 ч. 15 мин., согласно «уставу дома», Густав и Берта уже лежали в супружеской постели. Вскоре на свет явился и первенец: Альфрид Крупп фон Болен унд Гальбах, впоследствии осужденный в Нюрнберге военный преступник.
В семействе дети стали рождаться регулярно: шесть мальчиков и две девочки.
«Примак» имел любимое чтение: расписание поездов. Если он обнаруживал в расписании какую-нибудь ошибку, он направлял дирекции железных дорог сердитое письмо. Галерею на четвертом этаже виллы «Хюгель» занимала огромная игрушка — железная дорога. Дети Круппа один час в неделю получали «урок точности», проходивший на галерее четвертого этажа. Их папочка с секундомером в руках стоял рядом с игрушечной железной дорогой и проверял точность отправления и прибытия поездов.
Секундомеры были в ходу и в других случаях жизни: так, например, если за обедом новый хозяин дома закончил есть очередное блюдо, у всех остальных официанты в тот же миг отбирали тарелки. По мнениюГустава Круппа, человек не должен есть медленно.
Хозяйка дома фрау Берта оказалась достойной парой своему супругу Густаву. Она изучала благородное мастерство блюстительницы морали и потому распорядилась и на ночь окна в доме не закрывать, какой бы прохладной ни была погода. Это, считала она, помешает наглым подмастерьям и горничным шляться друг к другу из комнаты в комнату. Мужская и женская части прислуги получили места, разумеется, в противоположных флигелях здания. Оба флигеля связывал переход, закрывавшийся железными дверьми. По ночам фрау Берта, закутавшись в толстые шали, периодически появлялась в темных коридорах и переходах и пристально следила, не крадется ли кто из флигеля во флигель. И если обнаруживала в переходе горничную, лакея, конюшего или кухарку, тотчас увольняла их.
Супруга фрау Берты прозвали «Крупп из Круппов», ии кратко, «железным Густавом». В 1912 году праздновался столетний юбилей фирмы. По этому случаю в Эссене устроили «рыцарский турнир». Видные сотрудники фирмы участвовали в нем в средневековых костюмах. Фрау Берта тоже вырядилась в костюм «госпожи замка». Альфрид же, маленький «престолонаследник», сидел на крохотной лошадке пони, одетый в бархатный костюмчик, отделанный мехом горностая. «Железный Густав» был, разумеется, в доспехах средневековых рыцарей. Отметить столетие крупповской фирмы явился весь германский генеральный штаб и даже сам император Вильгельм, который в торжественной речи сказал, что пушки Круппа — это сила германской армии и флота.
Однако патриотический «рыцарский турнир» не изменил аксиому капитализма: родиной капитала является страна под названием «прибыль». По случаю юбилейных торжеств Густава, правда, наградили орденом «Железный крест», но это не мешало ему и дальше поставлять свои орудия и таким странам, о которых все давным-давно знали (и лучше всего сам Крупп), что в близящейся войне они станут противниками Германии. Так, например, Англия, Франция и царская Россия регулярно получали самые современные крупповские орудия, а в самый разгар германо-английского военно-морского соперничества судоверфи Круппа поставляли английскому флоту ежегодно по восемь боевых кораблей!
И надо же было, чтобы в год юбилея, спустя всего несколько месяцев после «рыцарского турнира», выявилось, что агенты Круппа выкрали из сейфов германского военного министерства больше тысячи секретных документов. Затем они переправили эти документы французам, с тем чтобы, используя эти документы, французская печать тотчас предприняла кампанию против Германии. Газетная кампания против Берлина в Париже означала бы новые прибыли для крупповских заводов: чем громче и яростнее кричат французские газеты, тем больше заказов Круппам от имперского военного министерства. До сих пор неясно, как тайной полиции стало известно о пропаже документов из сейфов военного министерства, но факт остается фактом, что двух директоров крупповской фирмы арестовали. И несколько недель казалось, что «дело Круппа» станет величайшим скандалом императорской Германии. Однако пожар погасил сам император: по указанию двора в течение нескольких месяцев в прессе не появлялось ни одного слова окрупповском скандале, а взятых ранее под стражу директоров выпустили на свободу. Именно тогда Карл Либкнехт выступил со знаменитой «антикрупповской речью» на заседании германского имперского рейхстага: «Эта фирма-юбиляр регулярно использует свое богатство на то, чтобы совращать офицеров генерального штаба и заставлять их продавать военные тайны. Но, судя по всему, у нас нельзя произнести имя Круппа без того, чтобы мы не начали петь ему дифирамбы и модные патриотические гимны в пивных и в офицерских собраниях».
Разумеется, германские правые с пеной у рта бросились поливать грязью Либкнехта. Один из их заправил, Гугенберг вопил: «В действительности нет никакого „дела Круппа", есть только „дело Либкнехта"».
После речи знаменитого руководителя немецкой социал-демократии по крайней мере формально должен был состояться крупповский процесс. Генеральных директоров Круппа и нескольких армейских офицеров снова взяли под стражу. Судебный процесс — явно по указке императора — закончился смехотворно мягкими приговорами. Офицеры генерального штаба получили по четыре — шесть месяцев тюрьмы, а крупповские директора уплатили штраф в 1200 марок. Сам же «железный Густав» в разгар судебного процесса получил от императора новую награду — орден Прусского красного орла второй степени с дубовыми листьями.
Не прошло и двух лет после этого поучительного события, как разразилась первая мировая война. В канун объявления войны на крупповских заводах работало 80 тыс. рабочих. За несколько месяцев это число выросло до 150 тыс., а в первый год войны только в Эссене и на его окраинах было построено 36 новых крупповских заводов. Орудия Круппа, его подводные лодки и корабли были двигателем германской военной машины. В честь тощей фрау Берты была названа самая большая пушка крупповских заводов «большая Берта», которая сыграла решающую роль в военных успехах Германии на Западном фронте. Крупп, продолжая в этом же духе, начал производство знаменитых «парижских пушек», из которых немцы затем обстреливали французскую столицу.
Война принесла заводам Круппа и его династии больше славы и успеха, чем Германии и ее генеральному штабу. С августа 1914 года чистая прибыль крупповских заводов выросла до 432 млн. марок — цифра по тем временам фантастическая.
На выборах 1930 года партия Гитлера получила в рейхстаге 107 мандатов. Наследник династии Круппов Альфрид уже в следующем году вступил в гитлеровскую партию, а сам «железный Густав» в феврале 1933 года, за семь дней до поджога рейхстага, возглавил делегацию крупных промышленников, которая в рабочем кабинете Геринга в здании рейхстага встретилась с Гитлером. (Геринг был тогда председателем рейхстага.) На этой встрече Гитлер рассказал германским толстосумам о своей политической программе, а «железный Густав» в ответной речи от имени крупных промышленников выразил ему благодарность и заверил в поддержке германского капитала.
После речи Круппа главный нацистский специалист по финансам и экономике Шахт воскликнул: «А сейчас, господа, прошу к кассе!» И опять первым был Крупп. Он предложил на поддержку политики Гитлера, а точнее, на финансирование проходивших в условиях террора выборов 1933 года 1 млн. марок. Присутствовавшие на этом совещании другие крупные капиталисты, общим числом 21, все вместе пожертвовали 2 млн. марок. Так что Гитлер действительно не мог пожаловаться на скупость «железного Густава».
В апреле 1933 года Густав Крупп приказал всем членам своей дирекции вступить в ряды нацистской партии. А в августе он сделал принадлежность к нацистской партии и нацистское партийное приветствие обязательным на территории всех своих заводов. Несогласных следовало немедленно увольнять.
Вот фрау Берта — та упорнее своего мужа придерживалась старых привычек. Еще бы, ведь император добыл для нее из германского посольства при Ватикане мужа и поставил его во главе крупповской династии! Говорят, что, когда Густав дал указание убрать с флагштока виллы «Хюгель» флаг германской империи и вместо него вывесить знамя со свастикой, владелица фирмы сердито отчитала мужа: «Неужели мы так низко пали!». На это Густав гордо возразил: «Фюрер всегда прав».
В годы, последовавшие за приходом нацистов к власти, Гитлер и фашистская партия получили от династии Круппов не менее 12 млн. марок. Но это повлияло на бизнес только положительно: ведь приход нацистов к власти ускорил темпы вооружения, а значит, увеличил и прибыли фирмы Круппа. Так что чему же тут удивляться, что при первом посещении в 1936 году Гитлером эссенских заводов Густав Крупп надел на рукав не одну повязку со свастикой, а целых две!?
После 1-вой мировой войны изготовление немецкого крупнокалиберного оружия было ограничено Версальским договором. В его условиях указывалось, что Германия не может иметь оружие калибром выше, чем 150 мм. Естественно, фашисты считали делом чести и гордости сделать пушку, которая в несколько раз больше, чем было позволено.
В 1936 году при посещении завода фирмы «Крупп», Адольф Гитлер потребовал у руководства концерна создать сверхмощное артиллерийское орудие для разрушения французской линии Мажино и бельгийских пограничных фортов (таких, как форт Эбен-Эмаль). Орудие должно было обладать углом вертикального наведения +65º и максимальной дальнобойностью 35-45 км, а снаряд орудия должен был пробивать броню толщиной 1 м, бетон 7 м, твердый грунт 30 м. Конструкторскую группу фирмы «Крупп», занявшуюся созданием нового сверхмощного орудия по предложенному тактико-техническому заданию, возглавил профессор Эрих Мюллер, который обладал огромным опытом в данной области. В 1937 году проект был завершен, и в том же году фирме «Крупп» выдали заказ на изготовление нового орудия, после чего концерн взялся за его немедленное производство. В 1941-м году фирмой «Крупп» было построено первое орудие, названое «Дора», в честь жены главного конструктора. В том же году было создано второе 800 мм. орудие, которое получило название «Толстый Густав» в честь директора фирмы — Густава фон Болена и Гальбаха Круппа. Заказ обошёлся государству в 10 миллионов рейхсмарок. Так же было спроектировано и не достроено третье орудие идентичного типа, но с калибром ствола 520 мм и длиной 48 метров, носившее название «Длинный Густав».
Сын Густава Круппа-Болена, Альфрид, уже после второй мировой войны как-то упомянул, что за период между приходом Гитлера к власти и апогеем второй мировой войны (т. е. между 1933 и 1943 гг.) богатство Круппов приумножилось втрое. Тем временем «железный Густав» все больше страдал от склероза сосудов мозга, и фирме вскоре уже начала угрожать опасность междоусобной драки за богатство и власть в концерне между Альфридом и его братьями и сестрами. Гитлеру пришлось самому вмешаться, и он в специальном письме в 1943 году определил, что для нацистского строя концерн Круппа имеет решающее значение, и потому распорядился, чтобы Альфрид стал единовластным правителем «крупповской империи».
На самом деле, естественно, Альфрид Крупп уже задолго до болезни и смерти отца взял в свои руки все управление фирмой.
Когда нацистский рейх рухнул и его главарям настал час держать ответ, американский патруль арестовал Круппа в холле виллы «Хюгель». Его отправили в следственную тюрьму, но усадить на скамью военных преступников на Нюрнбергском процессе все равно не смогли. Не смогли по формальной причине: потому, что прокуроры американской и английской сторон в свое время подготовили место на этой скамье лично для «железного Густава», отца Альфрида Круппа, а Альфрид среди прочих Круппов в их глазах считался «преступником второго порядка». Ведь он лишь формально принял на себя управление фирмой. А сам Густав Крупп болен, и Лоуренс, английский председатель суда, констатировал, что, страдая старческим размягчением мозга, он не был способен предстать перед международным трибуналом. Советский прокурор (а поначалу также американский и французский прокуроры) настаивал, что Альфрид является военным преступником первого порядка, и потому его место — на скамье подсудимых большого Нюрнбергского процесса. Но позднее американский, а затем и французский прокурор изменили свою точку зрения и решили, что, поскольку в списке главных военных преступников фигурирует Густав, а не просто любой Крупп, то его нельзя заменить другим обвиняемым, каким бы преступником он сам ни был.
На Нюренбергском процессе Альфрид Крупп не произнес ни слова, только улыбался.
Альфриду Круппу в 1948 году военный трибунал в Нюрнберге вынес приговор: 12 лет лишения свободы за разграбление промышленности других стран и использование рабского труда. Но отсидел он в тюрьме только 2,5 года. Его по предложению американцев освободили взамен они потребовали, чтобы крупповский концерн из «семейного предприятия» был преобразован в акционерное общество или в «общество с ограниченной ответственностью». Альфрид вынужден был принять этот ультиматум. В одном из условий ультиматума требовалось, чтобы наследник Альфрида — Арндт, тоже за соответствующее богатое вознаграждение, отказался от наследства. Когда все это произошло, смертельно болен был не только «семейный концерн» Круппов, но и сам Альфрид. 30 июля 1967 г. он умер от рака. (Сын его Арндт по этому поводу заявил: «Возможно, это звучит страшно, но только теперь мы можем получить свободу рук».) На похоронах Альфрида заводской оркестр играл шахтерский марш «Шахтер, поднимайся наверх! Пробил твой час!» Марш этот не очень соответствовал моменту из биографии «пушечного короля», когда тот ловко до того, как «пробил час», выбрался наверх из мрака тюремной камеры, хотя и был настоящим военным преступником.
Альфрид Посетил СССР, где лично получил почетную грамоту за участие в промышленной выставке, подписанную Никитой Хрущевым...
Умер Крупп в 1967 году. Завещание было неожиданным. Наследников не назначено. Основан Крупповский фонд поддержки науки. Отныне имя Крупп присутствует только в названии фирмы... Потомки Круппов оставляют себе фамилию фон Боленов унд Гальбахов... Управляется фирма советом директоров, который избирается на общем собрании акционеров...
Круппа обвиняли в военных преступлениях, в верности нацизму, но никогда – в измене традициям династии. Готовясь встретить свое шестидесятилетие, он продолжал труды по поддержанию фамильной империи. За пять лет до этого Альфрид, кажется, совершенно разочаровался в сыне. Сам Арндт, появившись на баварской вилле, сказал в интервью, что отец уговорил его отказаться от права на имя Круппа.
На этом, собственно, окончилась история «семейного концерна» Круппов, которая в буквальном смысле слова была историей «дранг нах Остен» Германской империи, всей тяжестью навалившейся на Европу. Это относилось не только к личности Альфрида, но и' вообще к новому соотношению сил в Европе, и гамбургский журнал «Шпигель» в репортаже о похоронах Круппа поместил статью с таким заголовком: «Король умер еще до того, как он умер». С этого момента история крупповской фирмы покатилась вперед уже по новым рельсам. Важную роль в послевоенной политике Альфрида Круппа сыграла его встреча с Бертольдом Байтцем. Всё состояние Круппа было передано во владение Фонда, председателем попечительского совета которого является друг и соратник Альфреда Круппа – Бертольд Байтц. Крупп предоставил Байтцу полную свободу действий «не для того, чтобы хранить пепел, а для того, чтобы и дальше поддерживать пламя». Пламя фирмы Крупп.
Бертольд Байтц
Байтцу не было еще 40 лет, когда он в качестве генерального директора общества страхования жизни «Идуна-Германия» в Гамбурге в кратчайшее время вывел это общество в группу лидеров своей отрасли.
И наконец, решающий поворот в биографии Байтца — его встреча с Круппом. Она была далеко не случайной. В феврале 1951 г. Крупп, досрочно выпущенный из тюрьмы для военных преступников в Ландсберге, где он отсидел немногим больше 6 лет вместо назначенных ему 12, приступает к возрождению своей фирмы. Однако он, пожалуй, лучше, чем кто-либо иной, сознает, какую дурную славу снискал его концерн, прослывший кузницой оружия гитлеровского рейха и опорочивший себя активным сотрудничеством с нацистами. Крупп прекрасно понимает, что его концерн нуждается в новой фигуре. Он лихорадочно ищет и находит такую фигуру. Это Бертольд Байтц, сделавший к тому времени неплохую карьеру, генеральный директор большого страхового общества, уважаемый человек в Гамбурге. Самое важное, однако, заключается в том, что он человек с незапятнанной репутацией, как бы олицетворяющий «другую Германию».
Крупп просит Байтца о встрече. Она происходит в фешенебельном отеле «Четыре времени года». Бертольд Байтц еще не догадывается, о чем пойдет разговор. После доброго ужина Крупп без околичностей переходит к делу: он приглашает Байтца в свою фирму. «Я получил приглашение от Круппа, — вспоминает Байтц. — Он спросил меня, хочу ли я у него работать. Не было ни юристов, ни письменного договора — ничего. Мы просто скрепили договоренность крепким рукопожатием. „Ну хорошо, — сказал Крупп, — приступайте“. Мы не обсуждали с ним ни зарплату, ни другие условия работы. Договорились только о том, что я стану его полномочным представителем. Я буду пользоваться такими же правами, что и владелец: правом вести переговоры, правом подписи, правом увольнять и принимать на работу. Таковы были мои условия». После заключения сделки они еще долго сидели в баре. Встретились они и на следующий день — 26 сентября в день рождения Байтца. Встреча затянулась, и Байтц возвратился домой часа в два ночи. «Что это ты пришел так поздно? — спросила жена. — Где ты был так долго? Я думала, у тебя деловой ужин с кем-то». «Да, — ответил Байтц, — мы отмечали мой день рождения. И, кроме того, я хочу тебе сказать, что мы переезжаем в Эссен. Она едва не упала с кровати», — смеется Байтц. Он так объясняет причину, побудившую его принять приглашение Круппа: «Я доверял ему, а он — мне». Крупп предоставил Байтцу полную свободу действий «не для того, чтобы хранить пепел, а для того, чтобы и дальше поддерживать пламя». Пламя фирмы Крупп.
С 1 ноября 1953 г. Байтц — полномочный представитель Круппа. Как новичку ему пришлось поначалу нелегко. Байтц, однако, довольно быстро преодолел неприятие некоторых коллег и с достаточной твердостью показал своим недоброжелателям, «кто хозяин в доме». Он сумел не только изменить репутацию концерна, но и вывести его в новое измерение. Байтц сделал то, что не смог бы на его месте, пожалуй, никто другой — он открыл Круппу множество «дверей» в международном бизнесе, в особенности в страны Восточной Европы. Вновь и вновь Байтц проявил себя на международной арене не только как крупный преуспевающий промышленник, но и как удачливый дипломат. Даже правящие круги в Бонне порой с некоторой завистью косились на его дипломатические успехи, как правило, высоко их оценивая. Еще бы — фотографии Байтца с кремлевскими лидерами Никитой Хрущевым, а потом и с Леонидом Брежневым обошли в годы «холодной войны» страницы мировой прессы, вселяя в читателей надежду.
Целенаправленно модернизируя концерн, Байтц отказался от судостроения и добычи угля. Затем, после "стального кризиса" в 1970-х годах он присоединил к концерну нескольких крупных конкурентов. Благодаря этому "Крупп" занял лидирующее положение среди ведущих в мире производителей прокатных станов, а также оборудования для цементных заводов.
В последующие годы концерн стремительно развивался и в 1999 году поглотил своего давнего конкурента "Тиссен". Именно тогда был создан промышленный концерн "Тиссен- Крупп", который в настоящее время является крупнейшим в мире производителем высоколегированной стали, металлообрабатывающих станков, занимает ведущие позиции по производству листовой нержавеющей стали, лифтов и эскалаторов. Байтц был почетным председателем наблюдательного совета "Тиссен-Крупп" с момента его основания. Умер Байтц в июле 2-13 года в возрасте 99 лет.
Так закончилась династия трех колец.
Я с женой побывал на вилле Хюгель 17 июля 2014 года. К сожалению, из-за последствий урагана, который пронесся над Эссеном 9 июня 2014 года в парк нельзя было попасть из-за аварийных работ.
9 июня 2014 года, грозовой фронт циклона «Эла» прошёл вечером около 21 часа с запада через Эссен и Дюссельдорф и причинял при этом тяжелые опустошения на территории города. 3 человека погибли, 11 были ранены и ещё 7 получили травмы во время спасательных операций и очистки городов. Посмотрите краткий репортаж об этом урагане.
Пострадал и парк виллы Хюгель.
Попасть на виллу Хюгель можно и через северные и через южные ворота. Это Южные ворота. Билет стоит всего 5 евро вместе с парковкой и осмотром виллы.
Вилла Хюгель или «Дом на холме» (hügel в переводе с немецкого означает «холм») была построена в 70-х годах XIX века в качестве резиденции семьи Круппов, эссенских сталелитейных магнатов. Особняк расположен на невысоком холме над Рурской долиной и озером Бальденайзее.По этой дороге подъезжаем к вилле Хюгель.
Вот такой получилась наша экскурсия на виллу Хюгель.
Пройдя через южные ворота через железную дорогу по туннелю, мы пообедали очень хорошо в греческом ресторанчике HugoLoss на берегу озера.
|
Метки: Villa Hügel Essen Звонов Крупп Эссен Вилла Круппа Династия Круппов |
Династия трех колец. Личность и Дело пяти поколений Круппа. ( Первая часть) |
Крупп... Звонкое имя, знакомое каждому, хотя бы понаслышке. Крупп - это деньги, сталь, оружие, власть, нацисты, тюрьма... и снова деньги...
30 июля 1967 года умер последний представитель династии Круппа Альфред.
С его смертью прервалась связь, которая объединяла Личность и Дело пяти поколений на протяжении полутора сотен лет.
Крупп, Арндт (?-1624) — основатель династии
Крупп, Антон — сын Арндта Круппа
Крупп, Фридрих (1787—1826) — немецкий промышленник, основатель компании «Krupp».
Крупп, Альфред (1812—1887) — немецкий промышленник и изобретатель, сын Фридриха Круппа, «пушечный король».
Крупп, Берта Айххоф (1831—1888), жена Альфреда Круппа
Крупп, Фридрих Альфред (1854—1902), сын Альфреда Круппа.
Крупп, Маргарет фон Энде (1854—1931), жена Фридриха Альфреда Круппа
Крупп фон Болен унд Гальбах, Берта, дочь Фридриха Альфреда Круппа
Крупп фон Болен унд Гальбах, Густав (1870—1950), муж Берты Крупп фон Болен унд Гальбах
Крупп, Альфрид (1907—1967) — немецкий промышленник, сын Густава Круппа фон Болен, «последний Крупп».
Круппы всегда любили Смерть, и Смерть любила Круппов. Она щедро награждала их род за самозабвенную преданность и верную службу. И хотя в истории этой семьи было немало взлетов и падений, Смерть всегда помогала им вновь сделать деньги и своей костлявой рукой вновь подсаживала очередного представителя славного рода в седло своего бледного тощего скакуна из Апокалипсиса художника Дюрера.
Смерть, суд, война и мор неистово мчатся над землей, уничтожая все на своем пути. Вся природа объята волнением. В ужас повержены люди разных возрастов и сословий. Эта гравюра Альбрехта Дюрера соответствует краткому изложению Иоанна Богослова:
И когда Он снял седьмую печать, сделалось безмолвие на небе, как бы на полчаса.
2 И я видел семь Ангелов, которые стояли пред Богом; и дано им семь труб.
3 И пришел иной Ангел, и стал перед жертвенником, держа золотую кадильницу; и дано было ему множество фимиама, чтобы он с молитвами всех святых возложил его на золотой жертвенник, который перед престолом.
4 И вознесся дым фимиама с молитвами святых от руки Ангела пред Бога.
5 И взял Ангел кадильницу, и наполнил ее огнем с жертвенника, и поверг на землю: и произошли голоса и громы, и молнии и землетрясение.
6 И семь Ангелов, имеющие семь труб, приготовились трубить.
7 Первый Ангел вострубил, и сделались град и огонь, смешанные с кровью, и пали на землю; и третья часть дерев сгорела, и вся трава зеленая сгорела.
8 Второй Ангел вострубил, и как бы большая гора, пылающая огнем, низверглась в море; и третья часть моря сделалась кровью,
9 и умерла третья часть одушевленных тварей, живущих в море, и третья часть судов погибла.
10 Третий ангел вострубил, и упала с неба большая звезда, горящая подобно светильнику, и пала на третью часть рек и на источники вод.
11 Имя сей звезде «полынь»; и третья часть вод сделалась полынью, и многие из людей умерли от вод, потому что они стали горьки.
12 Четвертый Ангел вострубил, и поражена была третья часть солнца и третья часть луны и третья часть звезд, так что затмилась третья часть их, и третья часть дня не светла была — так, как и ночи.
13 И видел я и слышал одного Ангела, летящего посреди неба и говорящего громким голосом: горе, горе, горе живущим на земле от остальных трубных голосов трех Ангелов, которые будут трубить!
Именно в эпоху Дюрера и появился в Германии первый представитель рода Круппов. Его звали Арндт и про его предков не было известно ровно ничего. Многие биографы пытались вывести саму фамилию Круппов от некого датчанина Кроппен, или Кроп, который жил в низовьях Рейна. Первые упоминания этого имени относятся к 1485, 1522 и 1566 годам. Но эти связи весьма сомнительны, и мы не можем с уверенностью сказать, что некий датчанин Кроппен, или Кроп и является истинным отцом Арндта, патриарха династии.
Предание утверждает, что первый из Круппов в один прекрасный день вышел из леса где-то в окрестностях города Эссена как раз в тот момент, когда повсюду властвовала Чума, или Черная Смерть, от которой никому не было спасения. Эссен в ту эпоху был типичным средневековым городом, в котором ценился даже самый маленький клочок земли. Жизнь протекала в основном на центральной площади, где до сих пор можно видеть здание старой ратуши и готического собора, построенного ещё в XII веке. В эпоху, когда здесь впервые появился Арнд Крупп, все выглядело иначе. Дома, словно пьяные, облокачивались друг на друга, а пространство немощеной площади занимали торговые ряды. Несмотря на высокие стены, по городу ночами разгуливали голодные волки, которые частенько захаживали сюда из соседнего леса. Ночь, вообще, считалась в ту эпоху временем царства всесильного страха. Городской герольд перед закатом солнца обязательно возвещал о наступившем комендантском часе, и с этой поры лишь отчаянный человек или самоубийца отваживался оставить свой теплый домашний очаг и выйти на улицу. Ни один горожанин ни за что бы на свете не осмелился бы открыть ставни или, чего доброго, дверь даже если с улицы доносился душераздирающий вопль. Добропорядочные бюргеры предпочитали сидеть у очага, с облегчением вздыхая каждый раз, когда доносился с улицы звук колотушки сторожа и его протяжное: "Молись за усопших!"
Но воры и волки были ещё не самым страшным злом средневекового Эссена. Город можно было смело сравнить с огромной свалкой. Жители и представить себе не могли, что нечистоты нельзя выплескивать прямо из окон на головы прохожих, а в Страстную Пятницу добропорядочные бюргеры частенько устраивали погромы, и тело какого-нибудь еврейского менялы ещё долго могло гнить в углу городской стены, пока его не съедали волки. Ужасный, удушливый запах распространялся повсюду, и лишь очень богатые семьи пытались бороться с этими зловониями с помощью разбросанных по дому лепестков роз и лаванды.
Чума много раз посещала Эссен за всю историю существования этого города, и у горожан выработались определенные привычки и правила поведения. Если больной обнаруживался в одном из домов, то это жилище наглухо заколачивали, представляя его обитателям право гнить заживо. Некоторые, обнаружив признаки бубонной чумы у себя подмышками, начинали в отчаянии вести себя как настоящие маргиналы, насилуя женщин и совершая бессмысленные убийства. А по ночам лишь скрипели телеги, груженные трупами, да пьяные добровольцы сваливали в одну кучу обнаженные тела покойников.
Но в тот злополучный год смерть разыгралась не на шутку и косила уже всех без разбору. Началось повальное бегство жителей из города. Никто уже не надеялся отсидеться за дверями своих богатых жилищ. Как утверждают хроники, "улицы напоминали кладбища, на которых тела забыли предать земле и не с кого уже было спросить за эту оплошность". Казалось, что конец света должен был наступить с минуты на минуту. День за днем по улицам Эссена брели в никуда толпы оцепеневших от страха людей. Горожане покидали свои дома, закрывали лавки и уходили в поля, монастыри - молиться о спасении души. Но и монастырские стены не могли укрыть от всесильной чумы. Хроники утверждают, что в одном из монастырей, расположенных по соседству с Эссеном, монаху пришлось за короткий срок придать земле настоятеля и всю братию, причем были дни, когда могилу приходилось рыть сразу троим. Наконец монах остался совсем один. Его сопровождал лишь верный пес, с которым несчастный и покинул опустевшую обитель, рассчитывая, что конец света настигнет его прямо на дороге. Заранее рыть для себя могилу он не захотел. Так они и бродили, собака и человек, неприкаянные и ненужные ни миру живых, ни миру мертвых. Из "бродячих" был и "патриарх" рода Круппов таинственный Арндт. Он вышел из леса и появился у врат зачумленного города как раз в тот момент, когда во Франкфурте-на - Майне вышли из печати первые народные сказания о знаменитом докторе Фаусте, продавшем свою душу дьяволу. В этом сказании говорится, что Фауст был крестьянский сын, очень способный, попавший в дом состоятельного родственника, а затем посланный в университет. Получив степень магистра, он оказался в дурном обществе, увлекся магией и, наконец, вызвал дьявола, с которым заключил договор; дьявол обязался служить молодому человеку 24 года.
Как бы там ни было, а первый из рода Круппов словно не боялся смерти, словно был заговорен от нее, словно имел очень влиятельного покровителя. Когда все в страхе бежали из города, лишь Арндт Крупп бродил по улицам степенно и неторопливо скупал за бесценок дома, амбары и утварь: кому нужна была эта рухлядь, если скоро весь мир должен был кануть в небытие. Арндт словно знал, что делает, казалось карман пришельца прожигал странный договор, гарантировавший ему как минимум ещё 24 года жизни, даже несмотря на конец света.
Но вот минул канун нового века, а конец света так и не наступил. Потихоньку жители стали возвращаться в город. Они шли к Арндту, чтобы выкупить свои родовые гнезда. Ожидаемый конец света поднял цену ровно в три раза. Сделка со смертью принесла Арндту столько денег, что их хватило ещё пяти поколениям семейства Круппов.
Арнд Крупп умер в 1624 году, когда ужас тридцатилетней войны только начинался. До этого он успел похоронить своего сына Георга. И тогда Круппы, чтобы выжить, начали торговать смертью.В живых оставались ещё один сын Антон и дочери Катарина и Маргарита. Известно, что Катарина вышла замуж за Александра Хайсена, который в дальнейшем также стал промышленным бароном Германии, и прожила 88 лет. Антон Крупп отличался буйным нравом, поколачивал своих сограждан прямо на улице и явно не укладывался в рамки привычных представлений о добропорядочном бюргере. Он-то и начнет первый во всей истории рода торговать оружием.
В 1612 Антон женился на Гертруде Кройзен. Отец невесты был известным оружейником. Хроники утверждают, что Антон Крупп унаследовал дело своего тестя и во время Тридцатилетней войны продавал по нескольку тысяч стволов в год воюющим сторонам, иногда снабжая своими мушкетами прямых врагов.
В 1641 году в городских архивах Эссена появляется запись, где об Антоне Круппе сказано как о высокопочитаемом и уважаемом гражданине. Судя по всему, продажа оружия оказалась прибыльным делом, и род смог выжить даже в эпоху апокалипсиса.
Но вот наступил долгожданный мир, и Круппы вновь превратились в обычных мирных торговцев, каковыми они и оставались в течение последующих 200 лет. Оружие ещё раз станет их семейным бизнесом, когда начнутся наполеоновские войны. Создается впечатление, будто Круппы словно сами осознавали свое истинное призвание и когда история требовало этого, они отвечали на её вызов, воплощая в своей деятельности добровольную "волю к смерти" древних германцев.
Потомки вложили деньги в маленькую фабрику скобяных изделий, прикупили земель, пару угольных шахт и жили вполне безбедно - до тех пор пока на свет не появился Фридрих Крупп, отец Короля пушек.
Фридрих Крупп (1787-1826), основатель семейного сталелитейного производства, родился 17 июля 1787 в Эссене. В 1811 построил в Эссене сталелитейный завод для поддержки наполеоновской континентальной блокады Великобритании. После преждевременной смерти Фридриха 8 октября 1826 во главе предприятия оказались его вдова Тереза и 14-летний сын Альфред.
Первый и последний авантюрист в семье, Фридрих полагался на удачу и верил в судьбу. Он истратил кучу денег на поиски кладов и не терял надежды стать самым богатым человеком в Германии. Вскоре он понял как - требовалось всего лишь наладить выпуск закаленной стали. В то время секретом производства владела только Англия и хранила его так же, как китайцы - секрет изготовления фарфора. Наполеон обещал любому, кто натянет нос ненавистным англичанам, круглую сумму золотом и свое вечное покровительство. Фридрих нанял роту секретных агентов, однако они не добыли ничего, кроме сплетен. Но вот удача ему улыбнулась - два беглых британских офицера появились в офисе Круппа и заявили, что готовы продать секрет. На следующий же день Фридрих объявил, что открывает первый завод по производству легированной стали. В пригороде Эссена закипела работа, размах поражал воображение. В новое дело Фридрих вложил почти все, что имел, и залез в огромные долги - он не сомневался в успехе. Но радость длилась недолго: Крупп был дилетантом, а офицеры - профессиональными мошенниками. Формула, за которую им заплатили солидную сумму, оказалась списанной из школьного учебника химии.
Удар был сильным: ведь он доверял этим "уважаемым" людям и даже попросил их стать крестными отцами своего первенца! Фридрих впал в тяжелую депрессию: он запретил домашним говорить слово "сталь" и коротал время в местных тавернах. Чтобы расплатиться с долгами, неудавшийся стальной магнат продал все, вплоть до семейного особняка, и вскоре умер от разрыва сердца. Вдове и ее сыну Альфреду достались куча кредиторов да маленькая фабрика по производству стали (обычной, конечно). Они переселились в деревянный сарайчик рядом с фабрикой, питались овощами со своего огородика и еле-еле наскребали денег на жалованье семи рабочим. Никто больше не верил в Круппов - никто, кроме самого Альфреда.
Альфреду Круппу было только 14 лет, когда умер его отец. Наследство было сомнительным. Мастерская, в которой работали 7 рабочих, гордо именовалась "завод". Долги были большие - 10 000 таллеров. Юный владелец начал изучать фамильное ремесло - секрет изготовление стальных... напильников. Учили Альфи рабочие "завода"... Теплые чувства к своим учителям, да и ко всем своим рабочим Крупп сохранит до конца своей жизни... Первый успех пришел к Круппу через четыре года. 18-летний предприниматель заключает договор на поставку стальных вальцов. (Германия остро нуждалась в железных дорогах, рельсах, колесах и т. д.) Это был успех! еще через 6 лет у Альфи в мастерских работало уже 60 человек! Слово "завод" уже не воспринималось так комично...
Изготовление оружия было хобби Альфреда Круппа... Упорно экспериментируя, молодой человек самостоятельно в 1843 году отлил первый стальной ствол для винтовки... Лиха беда начало! в 1847 году Крупп представляет правительству первую стальную пушку... Правительство посмотрело... Хмыкнуло... Пушку забрало... и все... Неудачи закаляют! В 1852 году Крупп изобрел бесшовное колесо. Железнодорожный бум продолжался. На протяжении десятилетий завод Альфреда выпускает исключительно колеса (его заказчиками становятся железные дороги США). На известной эмблеме корпорации изображены не дула пушек, как думают многие, а три колеса, лежащих друг на друге...
Альфред Крупп (1812-1887), превративший небольшое сталелитейное производство в крупную фирму, родился 26 апреля 1812 в Эссене. После смерти отца он активно занялся семейным бизнесом и в 1848 стал единоличным директором фирмы, которая по его инициативе вскоре вышла на рынки Южной Германии. В 1847 на одном из ее заводов было отлито из стали первое артиллерийское орудие Круппов - небольшое, с трехфунтовыми ("1,36 кг) снарядами. Однако основным родом деятельности фирмы оставался выпуск высококачественной стали, пригодной для изготовления штампов, винторезных головок, режущего инструмента и станков. На Лондонской выставке 1851 в качестве рекламы и продукции был представлен самый большой по тому времени стальной слиток весом 2 т. В 1850-х годах фирма начала промышленное производство тигельной стали. Альфред разработал технологию производства цельнолитого стального железнодорожного колеса, которое нашло широкое применение; изображение трех таких колес, наложенных друг на друга, стало товарным знаком фирмы.
Для повышения качества стали Альфред перешел на ее выплавку в бессемеровском конвертере и мартеновской печи. Крупносерийное производство оружия фирма начала в 1858, после получения заказа от прусского правительства. Крупповские артиллерийские орудия с характерным горизонтальным затвором помогли Пруссии победить Австрию (1866) и Францию (1871). Император Вильгельм I назвал Альфреда Круппа "пушечным королем". К 1871 в цехах Круппа работало 16 000 человек. На заводе действовала специально разработанная комплексная программа социальной помощи работникам. Им предоставлялось дешевое жилье, медицинское обслуживание, выплачивались пенсии, были организованы потребительские кооперативы. Приобретя в 1860-х годах угольные шахты и железные рудники, Альфред создал первую в Германии комплексную промышленную империю. Она пережила кризис 1874 и избежала участи большинства промышленных предприятий Германии - перехода под контроль банковского капитала.
Вернувшись с похорон отца, будущий Король пушек засел за его рабочий стол и написал всем бывшим партнерам письма одного и того же содержания: "Неудачи остались в прошлом, мать продолжит семейный бизнес - с моей помощью. Надеюсь, вас заинтересует сталь, которую мы предлагаем, - она самого высокого качества. У фирмы сейчас столько заказов, что мы не успеваем их выполнять". Последнее являлось чистейшим вымыслом, но упрекнуть четырнадцатилетнего парня за невинный обман было некому. Альфред забросил школу и целыми днями пропадал на фабрике, помогая рабочим. Игры, книги - его не волновало ничего, кроме заказов. Отец был мечтательным простаком, он любил при случае пустить сентиментальную слезу и писал дурные стихи в подражание Байрону, а Альфред в первые же дни отправил Байрона на растопку: он не любил стихов и ненавидел романтиков. А чуть повзрослев, самостоятельно разъезжал по Германии, Австрии и Пруссии, настойчиво добиваясь заказов.
В 1860 году на заводе у Альфреда Круппа работает уже тысяча человек. В 1862 году предпринимателю исполняется 50 лет... Последние два года самые важные для династии. В это время правительство вспомнило о пушке Альфреда. Заказ - 312 пушек! Засуетились правительства других стран. Крупп начинает торговать пушками со всей Европой. Новоприобретенные технологии, самые передовые, позволяют сократить процесс изготовления стали с 24 часов до 20 минут! Дальше-больше. Благодаря крупповским пушкам Пруссия выигрывает войну с Данией. Крупп - герой! Война с Францией выиграна благодаря стальным пушкам Круппа. Дальнобойность французких (бронзовых) - в два раза меньше... Альфи теперь богач!
Каждая новая война приносила Дому гигантские прибыли, а Крупп становился все мрачнее и раздражительнее: давала о себе знать накопившаяся за много лет усталость. Бисмарк порекомендовал ему собственного врача: Альфред страдал бессонницей, нервными расстройствами, несварением желудка и временами впадал в затяжные депрессии - боязнь смерти (ему было уже шестьдесят) отравляла существование. Медик отправил Круппа на курорт. Из поездки Альфред вернулся со сногсшибательным известием: он женится!
Берта Эйшхофф, дочь влиятельного налогового инспектора, была вдвое моложе, из всех добродетелей предпочитала аккуратность и два раза в год ездила в Карлсбад пить воды. В окружении праздных бездельников Крупп чувствовал себя совершенно потерянным, и когда на одном из вечеров он увидел Берту, то искренне обрадовался: когда-то их представляли друг другу на званом обеде в честь победы прусского оружия, и девушка произвела на него хорошее впечатление. Теперь Берта благосклонно внимала его рассказам о призах, которые пушки Круппа получили недавно на ежегодной выставке в Берлине, и отмечала про себя: "Обходителен, красив, богат". А та беспомощность, с которой влиятельный магнат иногда озирался вокруг, пробудила в ней совсем уж материнские чувства - и дело было сделано.
"Оказывается, у меня есть сердце, - писал Альфред одному из немногочисленных друзей после женитьбы. - Я-то думал, там всего лишь кусок железа". Знакомые были ошарашены переменой, произошедшей с Круппом: последние тридцать лет он не интересовался ничем, кроме оружия, называл карнавалы, книги и политику скучнейшими вещами на свете, а тут вдруг стал появляться на балах под ручку с очаровательной супругой. Но семейное счастье длилось недолго: Берта возненавидела Эссен, и неудивительно - постоянные дожди, грохот самого большого парового молота в мире, дым и копоть от несметного количества сталелитейных фабрик могли испортить характер кому угодно. Она жаловалась на головные боли и вскоре принялась кочевать с курорта на курорт, пробуя то лечебные грязи Локарно, то целебный воздух Ниццы. Через два года после женитьбы у Альфреда случился нервный срыв - он ни с того ни с сего устроил скандал на совете директоров, чего с ним никогда не происходило, поклялся всех уволить и исчез. После долгих поисков верные слуги нашли своего господина в дешевой таверне: надев платье садовника, он пил горькую, уставившись невидящим взором в стакан.
Альфред боялся появляться дома: неприятности шли нескончаемой чередой. Недавно у четы родился первенец, и Альфред был вне себя от счастья - наследник! Но у мальчика обнаружились врожденный ревматизм и астма (дурной климат Эссена дал о себе знать), и Крупп проклял все на свете.
Он задумал построить замок, достойный богатейшего человека Европы, но судьба, казалось, всерьез решила этому помешать. Сперва почти готовое строение снес мощный ураган, равного которому старожилы не помнили, затем случилось наводнение, первое за семьдесят лет. В день торжественного открытия на фасаде появились глубокие трещины, и всю центральную часть замка пришлось отстраивать по новой.
И все же замок был построен - гигантское мрачное здание из стали и камня. В нем было двести комнат, зал для приемов и оранжерея, но не нашлось места для библиотеки. На стенах не висело ни одной картины, а окна не открывались даже в самую жару: Крупп опасался сквозняков. Берта не прожила здесь и недели: она окрестила новое жилище холодной гробницей, вредной для нее и сына. Альфред выслушивал ее истерики с ледяным спокойствием, и однажды Берта, в сердцах обозвав мужа бесчувственным болваном, покинула дом. Крупп бросил ей вслед только одну фразу: "У тебя есть два дня, чтобы опомниться", а по истечении этого срока спокойно приказал прислуге отослать фрау Крупп все ее вещи. Больше они никогда не виделись.
Круппы упорно держались за свою частную собственность. Их особняк "Вилла Хюгель", дворец в псевдоклассическом стиле, построенный целиком из камня и стали, символизировал власть и богатство семейства. Здесь Альфред принимал особ королевских кровей; здесь же он и скончался 14 июля 1887.
С возрастом Альфред стал маниакально подозрителен, ему казалось, что все вокруг хотят его обокрасть, и каждый день посылал своим управляющим вороха противоречивых приказов и инструкций. К счастью, реагировать на причуды вздорного старика не было особой необходимости: на своих фабриках он не появлялся, а телефон к тому времени еще не изобрели. Мучаясь бессонницей, он ночи напролет бродил по пустым комнатам замка, а затем, потушив свет, садился за очередные инструкции - из экономии он приучился писать в темноте, хотя мог бы скупить все свечные заводы Европы. После смерти в его кабинете нашли тридцать тысяч таких инструкций, в том числе "Генеральные предписания" - своеобразную конституцию Дома Круппов, в которой Альфред скрупулезно расписал для будущих наследников правила управления империей. Там было регламентировано все, вплоть до цвета униформы рабочих.
Чтобы развлечься, старик иногда устраивал приемы (непременно вывесив в комнатах расписание на день и правила поведения в доме), но с легкостью забывал о приглашенных, и гости пользовались крупповским гостеприимством, так и не повидавшись с хозяином. Впрочем, в случае невыполнения правил (не шуметь после десяти вечера, скажем) Альфред немедленно направлял письменную жалобу проштрафившемуся гостю. Его раздражало все, даже черные чулки горничных - он приказал им надевать только белые. Его несносный характер мог выносить только Фриц, единственный сын и наследник.
Умер Альфред Крупп в 1887 году от инфаркта... На его заводах работало более 20 000 человек, а его могилу украшает надпись - A.KRUPP. И все...
Фридрих Альфред Крупп (1854-1902), старший сын Альфреда, занимавшийся, помимо семейного бизнеса, зоологией, родился 17 февраля 1854 в Эссене. Он приумножил владения семейства Круппов, приобретя верфи в Киле и завод листовой стали в Магдебурге. В 1897 фирма построила в Райнхаузене предприятие по выплавке чугуна и стали (металлургический завод "Фридрих-Альфред-Хютте"), долго остававшееся крупнейшим в Западной Европе.
Поскольку Фридрих Альфред был старшим сыном, он унаследовал руководство фирмой и в 1887 году занял директорское кресло. Он женился на Маргарите Крупп, урожденной Фрейн фон Энде (Margarethe Krupp, born Freiin von Ende). У Фридриха Альфреда и Маргариты не было сыновей, но родились две дочери, Берта, в замужестве Крупп фон Болен-унд-Хальбах (Bertha Krupp von Bohlen und Halbach) и Барбара (Barbara), вышедшая замуж за Тило Фрейера фон Вильмовски (Tilo Freiherr von Wilmowsky).
15 ноября 1902 года социал-демократический журнал 'Vorwärts' напечатал статью, в которой утверждал, что Фридрих Альфред Крупп – гомосексуалист, и что у него были связи с местными юношами и мужчинами. В качестве главного любовного интереса журнал называл Адольфо Шиано (Adolfo Schiano), 18-летнего парикмахера и музыканта-любителя. Неделей позже, 22 ноября 1902 года Крупп совершил самоубийство. На его похоронах присутствовал император Вильгельм II (Emperor Wilhelm II), обвинивший в своей речи социал-демократов в клевете о сексуальной ориентации Круппа.
Спустя год после смерти Фридриха Альфреда, наступившей 22 ноября 1902, фирма превратилась в корпорацию.
Именно при Фридрихе вилла Хюгель облагородилась интерьерами, обогатилась отличной коллекцией живописи и гобеленов.
|
Метки: Villa Hügel Вилла Хюгель Вилла Круппа Эссен Звонов Династия Круппов |
Вильгельм Телль. Россини |
Вильгельм Телль – честь и слава швейцарской нации, альпийский горец, превыше всего ценивший свободу, ради которой готов был рискнуть жизнью собственного сына.
Невелик кантон Ури в швейцарских Альпах – но именно здесь, на берегах Фирвальдштетского озера (нем.: Vierwaldstдttersee, озеро четырёх лесных кантонов, франц.: Lac des quatre cantons, озеро четырех кантонов) зародилась идея швейцарской независимости. Само название кантона происходит от кельтского слова «ure», что означает «бык», либо от старонемецкого слова «aurochs». В гербе кантона до сих пор изображена могучая бычья голова. Да и обитатели кантона поддерживали на протяжении веков правду о своем легендарном «прародителе»: урийцы славились своим неукротимым, свободолюбивым нравом. Император Восточно-Франкского королевства Людовик II Немецкий даровал в 853 году земли кантона цюрихскому монастырю Фраумюнстер, основанному королем по просьбе его дочери Хильдегарды. Недолго альпийские горцы терпели над собой власть немецких принцев: в 1291 году была подписана федеративная хартия, первоначальный документ, оформивший военный союз трех кантонов – Ури, Швица и Унтервальдена, и заложивший, таким образом, основы Швейцарской Конфедерации. Заключение военного пакта оборонительного характера еще не означало формальную независимость швейцарцев, которые все еще продолжали оставаться под гнетом Священной римской империи. Де-факто гельветы получили свободу в 1499 году после заключения Базельского договора, а де-юре – только в 1648 году - при подписании Вестфальского мира.
Но в конце XIII века никто еще не помышлял о полноценной свободе на альпийских просторах. Тогда, на заре швейцарской демократии, гельветы лишь подумывали, как бы объединиться для защиты своих общинных вольностей. В те времена и прославилась в Швейцарии целая плеяда борцов за независимость. И самым знаменитым стал без сомнения уроженец города Бюрглена в кантоне Ури Вильгельм Телль. Акт о рождении Телля не сохранился. Официальные архивы кантона Ури сгорели при опустошительном пожаре в городе Альтдорф в 1440. Телль женился на дочери Вальтера Фюрста, того самого швейцарца, который в ноябре 1307 года поклялся вместе с Арнольдом Мельхталем и Вернером де Стауффахером освободить свою родину от австрийского засилья. Как видим, родственники Телля были весьма патриотически настроены.
Здесь умолкает история и начинается легенда. Расскажем о подвигах Вильгельма Телля так, как рассказывали о них поколения швейцарцев при свете очага в уединенных шале. В те далекие времена (конец XIII века), три швейцарских территории, расположенные в центре Гельвеции – Ури, Швиц и Унтервальден, прозванные по-немецки «Waldstätten», то есть «лесные кантоны» - пользовались определенной независимостью. Их жители получили значительные привилегии в награду за мужество, проявленное на службе в армии короля Германии Рудольфа I Габсбургского (1218-1273). Своим указом император даровал им право на самоуправление и избрание своего правителя, Landamman, который подчинялся напрямую имперским властям. То были благословенные времена мирного существования славных гельветов в границах Германской империи.
Но с приходом к власти в 1291 году сына императора Рудольфа Альбрехта, прозванного Черным герцогом, все предыдущие мирные договоренности преданы забвению. Амбициозный, жестокий правитель, он считал, что народ понимает лишь язык кнута, а потому все слезливые вольности покойного монарха следует вычеркнуть навсегда из памяти альпийских горцев. С этой целью он решил заменить председателей швейцарских самоуправлений австрийскими чиновниками - бальи. Королевские наместники быстро утратили всякий стыд и совесть и своими бесчинствами заслужили недобрую славу в альпийском краю. Один из них, по имени Гесслер, проявлял особо изощренную жестокость. Из своей крепости в городе Альтдорфе он посылал своих приспешников, наводивших ужас на местный люд.
- Я сниму стружку с этих пастухов, они подчинятся моей плетке, если не захотят внять голосу разума, - пообещал он Черному герцогу.
А в народе и в самом деле зрел бунт. Жители кантонов Ури, Швица и Унтервальдена не смирились с нарушением своих договоров с королем Рудольфом и надеялись вновь обрести вожделенную свободу.
решил прощупать настроения жителей, проверить, кто открыто заявит о своей неприязни к австрийской власти.
- Завтра рыночный день, - обратился он к своим людям. – Поставьте на площади высокий столб, а на его вершине установите герцогскую шляпу, как символ нашей власти. И объявите, что каждый прохожий обязан поклониться столбу в знак покорности. Посмотрим, кто посмеет воспротивиться моему приказу.
Рынок Альтдорфа славился по всей округе. Сюда свозили крестьяне на продажу лучшие сыры, мешки с зерном, капусту, корзины красных яблок, румяные лепешки, птицу, молочных поросят, копченую форель... Но в тот день притихли продавцы и посетители рынка. Все с недоумением уставились на черную шляпу с золотыми галунами и павлиньими перьями, повешенную на вершине высокого столба. И время от времени глашатай возвещал, что не подчинившийся приказу герцогского наместника будет предан смерти.
Устрашаемые лучниками, швейцарцы, стиснув зубы, вынуждены были склониться перед столбом. Но в полдень к Гесслеру примчался начальник лучников и выпалил:
- Монсеньор! Один человек не захотел выполнить ваш приказ. Его сопровождал маленький мальчик, его сын. Дерзкий швейцарец заявил, что он свободный человек и ничем не обязан герцогу Австрийскому. Я его, конечно же, арестовал.
- Как его зовут?
- Вильгельм Телль.
- Опять он! Ну что ж, воздадим ему по заслугам!
На рыночной площади Гесслер тотчас же заприметил здоровенного молодчика, арестованного его гвардейцами. А вокруг уже теснилась разгоряченная толпа. Хорошо же, что бальи привел с собой охрану…
- А вот и бунтовщик! Почему ты отказываешься поклониться шляпе своего повелителя? Ты разве не считаешь его своим законным властелином?
- Мы свободные люди, и страна наша свободная. Мы заслужили эту свободу, дарованную императором Рудольфом!
- Император умер! Ты должен признать власть герцога Австрийского.
- Но наши договоры живы! Кто их сегодня признает?
- Замолчи! Ты заслужил смерть!
- Я знаю, что вы щедры на смертные приговоры... Я не боюсь смерти.
Напряжение достигло своего апогея. В народе послышался возмущенный шепот. Гесслер понял, что действовать следовало осторожно.
- Ты дерзок, но смел. Мне понравилось твое мужество, а еще я наслышан о твоем мастерстве лучника. Было бы обидно лишить страну такого стрелка. Мы сохраним тебе жизнь…
В толпе раздались крики радости. Но Гесслер продолжил с коварной улыбкой:
- … если ты сумеешь попасть в яблоко со ста шагов.
- Я уже попадал в цель с такой дистанции, - признался Телль. - И не прочь вновь попробовать.
- А чтобы было еще интереснее, мы поставим яблоко на голову твоему сыну!
- Монсеньор! – взмолился Телль, оборотившись к Гесслеру. – Вы сказали, что я заслужил смерть – так убейте же меня, но не заставляйте рисковать жизнью родного сына. Выстрелить со ста шагов в яблоко на голове у своего ребенка - не под силу ни одному отцу. Моя рука дрогнет, взгляд помутится, и я стану убийцей сына. Подумайте о моем горе, о горе его матери. У вас ведь тоже была мать, Монсеньор… Помилосердствуйте в воспоминание о ней!
- Ты сделаешь так, как я велел! Иначе я велю одному из своих лучников выстрелить вместо тебя. Хочешь? Довольно сетовать. Выбирай!
В это мгновение маленький Вальтер бросился в объятия отца:
- Делай, что он тебе говорит. Я не боюсь! Я знаю, что ты всегда попадаешь в цель.
Вильгельм Телль гордо выпрямился:
- Верните мне мой арбалет. Я сам выберу стрелу: от ее качества зависит точность выстрела. Ваши лучники знают не хуже меня: если арбалетная стрела плохо оперена, она отклонится от цели. А если железное острие чересчур тяжело, стрела ударит слишком низко и пронзит лоб моему сыну.
Все стихло на площади Альтдорфа. Гробовое молчание воцарилось среди народа, даже спутники Гесслера замерли в ожидании жуткой развязки. Ребенку завязали глаза, поставили его перед злополучным столбом, на котором красовалась герцогская шляпа. На голову Вальтеру положили красное яблоко, выбранное на прилавке местного торговца. Затем лучник бальи отсчитал сто шагов.
Вскинув на плечо арбалет, Вильгельм Телль долго прицеливался. В воздухе со свистом пронеслась стрела… и пронзила красное яблочко в самую серединку, пригвоздив его к ненавистному столбу. Вильгельм Телль победил! Плевок в лицо презренному оккупанту! Гесслер побелел от бешенства:
- Поздравляю. Но когда ты только что выбирал стрелу из колчана, я заметил, что вторую ты спрятал в складках камзола. С какой целью?
- Если бы я попал в голову своему сыну, то вторая уж точно угодила бы в вашу! – гордо ответил Телль.
Это безумно-дерзкое признание привело Гесслера в звериную ярость:
- Я помиловал тебя ввиду сегодняшнего преступления. Но твои мятежные настроения заслуживают примерного наказания. Ты помог скрыться убийце моего гвардейца и его жене...
- Конрад, - прошептал Вильгельм Телль.
- … в ожидании моего решения ты будешь находиться в заключении в тюрьме замка Альтдорф.
Этот памятник поставили более 100 лет назад в Альтдорфе
А в народе мятеж все назревал. Вильгельму Теллю удалось бежать от жестокого бальи. За его голову была назначена цена: тот, кто выдаст беглеца, получит пятьдесят золотых марок и пожизненное освобождение от уплаты налогов. С таким же успехом Гесслер мог бы предложить швейцарцам все сокровища Австрии: предатели среди них не водятся.
Вынашивая планы мести, Гесслер отправился верхом в сопровождении своей гвардии в замок Кюсснахт. Их путь вдоль берега Фирвальдштетского озера проходил через овраг, здесь дорога сужалась, и двигаться приходилось гуськом. Тут Гесслера осенила дьявольски изощренная мысль, он поделился ею со своим щитоносцем Никлаусом:
- Мы посадим в тюрьму жену беглеца и его четырех детей. Каждую неделю будем казнить одного из них. Начнем с маленького Вальтера, а закончим супругой… Но я уверен, что гораздо раньше к нам заявится сам Телль освобождать свою возлюбленную семью. Вот и попался смельчак!
И Гесслер разразился гомерическим хохотом, который гулким эхом отразился на склонах мшистых скал, что нависали над озером. Смеркалось. Вечернюю тишину пронзил свист арбалетной стрелы, которая угодила Гесслеру прямо между глаз. Вильгельм Телль, горделиво потряс арбалетом из своей засады в овраге: швейцарцы умеют сражаться за свою свободу.
История – или народная молва, как вам будет угодно, - доносит до нас весьма скупые сведения о жизни Телля после свершения героических подвигов во славу отчизны. Он сражался под родными знаменами в битве при Моргартене в 1315 году. В преклонном возрасте, когда он не мог уже ни скот выпасать, ни воевать, стал казначеем в церкви в Бингене. Его жизнь оборвалась в 1354 году (свидетельство о смерти также не сохранилось до наших дней). Как жил, так и умер – героем. Спасал ребенка, упавшего в ледяной поток, да и сам утонул. Через несколько месяцев после его смерти Народное собрание Ури приняло решение ежегодно отмечать память Вильгельма Телля в его доме на берегу Фирвальдштетского озера. А в 1582 году на этом месте выстроили часовню – чтобы в церковных молитвах помянуть славного гражданина, «основоположника швейцарской свободы».
Эта легенда воодушевила великого Дж.Россини написать одну из лучших опер, которую он так и назвал "Вильгельм Тель".
Опера в четырех действиях. (Первоначально написанная в пяти действиях, опера впоследствии была сокращена автором до трех посредством изъятия всего третьего и сжатия двух последних действий. В настоящее время опера дается с восстановленным третьим действием, но с сохранением купюры четвертого и пятого, превращаясь, таким образом, в четырехактное представление.) Джоаккино Россини на либретто (по-французски) Виктора Жозефа Этьена де Жуй и Ипполита Луиса Флорена Би (со значительным участием композитора, а также Армана Марраса), основанное на одноименной драме Фридриха Шиллера.
Действующие лица:
ВИЛЬГЕЛЬМ ТЕЛЛЬ, швейцарский патриот (баритон)
ГЕДВИГА, его жена (сопрано)
ДЖЕММИ, их сын (сопрано)
ГЕССЛЕР, наместник кайзера в Швейцарии и Ури (бас)
МАТИЛЬДА, его дочь (сопрано)
АРНОЛЬД, швейцарский патриот (тенор)
МЕЛЬХТАЛЬ, его отец (бас)
ВАЛЬТЕР ФЮРСТ, другой швейцарский патриот (6ас)
РУДОЛЬФ, офицер гвардии Гесслера (тенор)
ЛЕЙТХОЛЬД, пастух (бас)
Время действия: XIV век.
Место действия: Швейцария.
Первое исполнение: Париж, 3 августа 1829 года.
«Вильгельм Телль» — самая длинная опера Россини. Это его последнее оперное творение. Быть может, именно написание такого длинного произведения (первое исполнение оперы длилось шесть часов) послужило причиной его охлаждения к сочинительству. Как бы то ни было, при том, что «Вильгельм Телль» имел огромный успех у критики, Россини не писал больше опер, хотя прожил еще почти сорок лет. Россини собственноручно сократил оперу и создал авторизованную версию из трех, вместо пяти, действий. А в Париже одно время существовала даже традиция давать из оперы одно только второе действие, соединяя его с какой-нибудь другой оперой, чтобы заполнить театральную программу. Известна история, как однажды директор парижской Гранд-опера сказал композитору, что вечером в программе объявлено второе действие «Вильгельма Телля». «Что? — воскликнул рассерженный Россини. — Все второе действие?»
Долгие годы считалось, что имя композитора сохранилось в репертуаре крупнейших оперных театров лишь благодаря «Севильскому цирюльнику» и «Вильгельму Теллю». Что касается последней, то либо из-за ее продолжительности, либо из-за невероятных требований, предъявляемых исполнителю теноровой партии Арнольда, она больше не может причисляться к традиционному, если не сказать стандартному, набору опер, идущих в оперных театрах. Постановки других россиниевских опер, таких, как «Золушка» и «Итальянка в Алжире», возобновляются гораздо чаще. Что касается либретто, то оно, безусловно, лучше у «Севильского цирюльника». Сюжет «Вильгельма Телля» сколочен достаточно прочно, но, конечно, он не столь хорош.
В период политических волнений 1830-х годов эта опера в некоторых странах считалась опасной ввиду своего революционного духа. Соответственно, при ее постановках тогда в либретто вносились изменения. Это касалось, в частности, ее названия. Так, в Милане опера называлась «Гульельмо Валлаце» (то есть шотландец Уильям Воллэйс), в Риме — «Родольфо ди Стерлинга», в Лондоне и Берлине — «Андреас Хофер», а в Петербурге — «Карл Смелый». Кажется странным, что цензоры были более обеспокоены именем почти совершенно мифического революционера, нежели именами, которые были реальными прототипами других персонажей оперы. Но многое, что делают цензоры, кажется странным.
УВЕРТЮРА
Увертюра к «Вильгельму Теллю» — наиболее известная оркестровая музыка из всей, что включается в программы симфонических концертов, когда хотят исполнить симфонические отрывки из опер; конкурировать с ней может разве что интермеццо из «Сельской чести» Масканьи. Она сохранилась в чувствах публики, а быть может, даже и выросла из этих чувств, что подтверждается ее использованием в одном из мультфильмов Диснея. Она очень смело начинается — с соло виолончелей; тремоло литавр рисует одну из россиниевских картин бури, здесь композитор очень натурально, используя характерный тембр флейты-пикколо, изображает капли дождя; затем следует пасторальный раздел, основанный на швейцарской мелодии альпийского горна, исполняемой на французском рожке; и наконец, после блестящей фанфары, исполняемой трубами, звучит знаменитый галоп, который при хорошем исполнении контролирует свой стремительный бег, несмотря на многие юмористические ассоциации — приличные и неприличные, которые теперь с ним связаны.
ДЕЙСТВИЕ I
Сюжет этой оперы связан с именем легендарного швейцарского патриота XIV века. Страна находится под игом австрийского наместника Гесслера, который ведет себя как тиран. Высоко в Альпах, в родной деревне Телля швейцарцы празднуют свой национальный праздник. Старый пастух Мельхталь (он старейшина, глава одного из кантонов) благословляет три пары, которые собираются пожениться. Два серьезных голоса звучат несколько не в тон общему веселью. Один из них — голос Телля, который сокрушается о судьбе своей страны; другой — Арнольда, сына Мельхталя, он страдает от безнадежной, запретной любви к принцессе Матильде, дочери заклятого врага Швейцарии (из-за этой любви он даже стал солдатом войска австрийских захватчиков).
Звучит длинный дуэт («Ou va-tu? Quel transport t`agite» - «Что с тобой? Куда бежишь в смятеньи?»), в котором Телль убеждает Арнольда бороться за свободу своей страны, но Арнольд поначалу колеблется из-за любви к Матильде. Издалека доносятся звуки охотничьих рогов — это охотятся люди Гесслера, наместника австрийского императора, они уже недалеко.
Праздник продолжается («Hymenee, ta journee» — «Брак священный»). Сначала все танцуют, затем в начавшихся играх юный сын Телля, Джемми, демонстрирует, что он такой же хороший стрелок, как и его отец. Все его славят («Honneur au fils de Tell» — «Слава сыну Телля»). Празднество прерывается появлением пастуха Лейтхольда, швейцарца, сбежавшего от отряда Гесслера; он убил одного из гесслеровских солдат, пытавшегося похитить его дочь, и теперь те его преследуют. Телль спасает его, переправив в своей лодке на другой берег озера, несмотря на сильные волны.
Когда появляется отряд Гесслера под командованием Рудольфа, никто из местных жителей не выдает Телля, и тогда в отместку Рудольф арестовывает старика Мельхталя, а всю деревню поджигает.
ДЕЙСТВИЕ II
Второе действие начинается с речитатива и блестящей колоратурной арии «Sombre foret, desert, triste» («Темного леса таинственный кров»), которую поет Матильда, дочь австрийского тирана Гесслера, в которой она признается в любви к Арнольду. Он встречает ее на альпийском лугу среди лесов, где она его ждет, и они поют чудесный любовный дуэт. Заслышав приближающихся Вильгельма Телля и Вальтера Вюрста, Матильда стремительно убегает. Эти люди пришли, чтобы убедить Арнольда присоединиться к ним в их восстании против Гесслера, но они обеспокоены тем, что застали его с Матильдой. Они сообщают ему трагические новости: Гесслер казнил его отца, старого пастуха Мельхталя. Арнольд потрясен. Никаким сомнениям больше нет места: он будет мстить (терцет «Quand l`Helvetie est un camp de supplice» — «В тяжкой борьбе край родной погибает»). Завершается этот великолепный терцет клятвой трех этих швейцарцев освободить свою страну.
Одна за другой прибывают группы людей из швейцарских кантонов — Унтервальд, Швиц и Ури. Телль обращается к ним с патетической речью, и действие завершается торжественной патриотической клятвой, которую дают все присутствующие («Des profondeurs du bois immense» — «Слышишь? Из темной чащи бора»).
ДЕЙСТВИЕ III
На рыночной площади в Альтдорфе перед резиденцией Гесслера идет празднование столетия власти австрийцев. Тиран Гесслер выставляет герб Австрии и свой собственный шлем, чтобы каждый швейцарец, проходя, кланялся им. Вильгельм Телль отказывается это сделать, и тут же гвардейцы Гесслера арестовывают его и его сына. Гесслер заявляет, что Телль должен продемонстрировать свое искусство стрельбы из лука попаданием в яблоко, положенное на голову его сына. Телль отказывается это делать, и тогда Гесслер приказывает казнить мальчика. Теперь у Телля нет выбора. Мальчик Джемми выражает бесстрашную уверенность в искусстве Телля. И Телль выстрелом разбивает яблоко пополам.
Но из колчана Телля выпадает вторая стрела. И когда Гесслер требует ответа, для чего она предназначена, патриот отвечает, что, если бы мальчик погиб, эта вторая стрела была бы пущена в его, Гесслера, сердце. Взбешенный Гесслер приказывает арестовать Телля. Телль, прежде чем его уводят, успевает передать с сыном наказ жене. «Передай Гедвиге, — говорит Вильгельм, — что зажжение огней в горах будет сигналом для восстания кантонов». Дочь Гесслера, Матильда, убегает вместе с маленьким Джемми, чтобы передать это послание.
ДЕЙСТВИЕ IV
Сцена 1 представлена главным образом арией, которую поет Арнольд («Asile hereditaire» — «Приют мирный родимый»). Он вернулся домой, и мысль о смерти его отца в плену у Гесслера продолжает угнетать его. Группа швейцарских патриотов сообщает ему об аресте Вильгельма Телля, и, побуждаемый к действию, он в конце концов отправляется во главе отряда швейцарцев, чтобы освободить своего предводителя (кабалетта с хором «Amis, amis, secondez ma vengeance»; «Друзья, друзья, за отца отомстим»).
Сцена 2 происходит в скалистой местности у Фирвальдшетского озера (озера Четырех Кантонов), неподалеку от родного дома Телля. Джемми в сопровождении Матильды вбегает к своей матери Гедвиге (их терцет: «Je rends a votre amour un fils» — «Вот сын вам возвращен»). Маленький мальчик полон надежды, что Телль спасется в лодке, несмотря на шторм, который разразился на озере. Он вдруг вспоминает о послании своего отца. Он поджигает отцовский дом, что служит сигналом для кантонов к восстанию. Пока шторм бушует, они все молятся о спасении Телля. Неожиданно герой сам появляется из лодки. За ним гонятся его преследователи, в том числе Гесслер. Но Телль берет свой лук и стрелы у Джемми, который успел вынести их из горящего дома. Телль точно попадает в цель — Гесслер замертво падает в озеро. В этот момент входит та часть швейцарских патриотов, которой руководит молодой Арнольд, они объявляют, что укрепленные замки австрийцев взяты повстанцами. Опера завершается весельем всех тех, кто теперь на стороне швейцарцев. Матильда покинула стан врагов и согласилась стать женой Арнольда.
Можете посмотреть фильм-оперу из театра Ла Скала.
Дирижер Р.Мути. Главную партию поет великолепный баритон Джорджо Дзанканаро
Смотрите спектакль из миланской Ла Скалы. Фильм длится почти 4 часа. Но музыка волшебная! Не пожалеете.
http://classic-online.ru/ru/listen/2545 А можно послушать оперу в фоновом режиме.
Послушайте эту величайшую оперу!
Эта опера была последней. Нет, маэстро еще напишет, но уже не так как раньше. Композитор сдает. Россини чувствует что все- «финал!»» Он перестает смеяться. Россини думает о серьезной драме. Он разжирел. Обрюзг. Голова совершенно облысела. Где ты тот юный Россини, вскруживший «голову» всей Италии своим юмором, смехом и не подряжаемой громоподобной музыкой!? Россини не смеется..! О чем он думает?. Наверное о «финале». Слава его меркнет. «Хватит смеяться. Пора написать что-то серьезное. Нет, не «Моисея»!». Еще выше! Его внутренняя природа видимо чувствовала надвигающийся конец; уход с музыкального олимпа был делом времени, поэтому собрав все силы «он», и направил всю энергию на создание оперы под названием «Вильгельм Телль», которая навсегда обессмертит имя Россини, и станет лебединой песней в творчестве «Принца оперы». После «Телля» уже такого не будет никогда. И это была не легкая задача. Так как уже была создан (в 1828году) «Вильгельм Телль» Пиксерекуром. А так же комическая опера «Вильгельм Телль» подготовленная Гретри, на стихи Седена.
Ничего удивительного тут и не было. Обостренный интерес к швейцарскому герою был велик, так как двадцатилетие наполеоновской диктатуры переполнили чашу терпения народных масс.
Все хотели свобод. В 1821 году в Италии волнения. В Польше жуткие беспорядки. В Германии бьют витрины и громят магазины, восстание в Пьемонте, заговоры тайных обществ в Венеции, и Ломбардии, . Романтизм со своими нравами и представлениями ввалился в эпоху музыки, и не только в нее. Романтизм вошел даже в политику, в одежду, в философию. Классицизм умирал. А железный дядька к «романтизм» стучал в ворота своим изящным мощным кулаком в каждую душу способную воспринимать жизнь, способную мыслить, творить!. Все хотели свобод и его нес романтизм. Ну а пока, романтизм что-то там нес, Россини преспокойно закончил свой шедевр.
Они пришли вместе: «Вильгельм Телль» и Романтизм.
Да! Это было время профессионалов. И свое право на «лучшего» надо было доказать «шедевром»- не меньше! Россини во Франции находился в среде, где уже был поставлен спектакль Эрнани Гюго; на спектакле присутствовал молодой Теофиль Готье. Гюго так же ставит «Венецианского мавра». Шедевр за шедевром. Для уставшего Россини задача не легкая. Слишком много сил отдано. Слишком много пережито. Молодые наступают на пятки. Да Россини не смеется. Он пишет своего «Телля»!. Пожалуй это был единственный раз в жизни Россини, когда за пять месяцев каторжной работы, маэстро не улыбнулся. «Вильгельм Телль»-это не привычный Россини. Это драматичный, динамичный Россини!
Порою в опере есть такие места…буквально опережающие свое время, как минимум лет на пятьдесят. В опере столько потрясающей музыки! Столько силы и фактурной мощи. Так гениально и глубоко вылеплены дуэты, терцеты, мощные сценические ситуации, профессиональна инструментовка и так далее… ,что все, кто знал Россини в этот период творчества, постоянно то и дело обнимали его Россини так и говорил: : «У меня от постоянных объятий плечи болят! Ну.. может хватит!?»
Уже увертюра отдельное самостоятельное произведение, которое цепляет, затягивает не отпускает. Очень лиричная разнообразная.
В первом акте после «шедевральной» увертюры сразу же идет «quell jour serein le ciel presaje!» Маэстро с первых минут очаровывает. Первый акт важен. Так как по нему будут судить всю оперу. Поэтому вкладывается во всю. Много новой музыки! Как не узнаваем Россини! Ни одно повтора. Все новое.
В середине первого акта звучит потрясающая танцевальная, как я ее называю еще одна «увертюра»- «Pas de six» без слов… связывающая весь первый акт; расставляющая акценты и в тоже врем подготавливающая мощь хорового исполнения выраженного с такой силой и чувством ,что не будь «Pas de six» вряд ли бы можно было добиться более сильного впечатления на слушателя в «Gloire, Honneur»…. Маэстро шедеврит. Пишет легко, играя, забавляясь формой.
Он серьезен, толст, лыс, безобразен, и не склонен играть в игры. Он пишет свой последний шедевр! Знал ли он сам об этом. Наверное да! Внутренний Россини готовится уйти. А внешний продолжает жить. Но уже не будет того Россини. «Вильгельм Телль» разломил судьбу маэстро на до «Телля» и после «Телля». Это был уже другой человек. А уходить надо красиво. Он это понимал. «Телль» пишется на французском.
Начинается второй акт и здесь, когда доходишь до терцета «Ses jour qu ils onto se proscrire?»… Потрясающий,, красивый! Это все! Что сказать.? Можно слушать только «Ses jour» и уже насытится. Думаю что и сам Пуччини позавидовал бы такому размаху. Нет, ничего подобного я не услышу ни у кого. Ни в каких операх. Такое рождается только однажды. И Создал это Россини! Опера идет почти четыре час, и не удивительно. Академик Де Жуи и начинающий поэт Иполит Бис создали либретто на шесть тысяч стихов. Пришлось прибегать к помощи «хирурга». Сокращать, убирать.
Когда все улеглось друг банкир Агуадо предложил маэстро писать оперу в его загородном доме в в Пти-Буре. Там вся работа и создана. Маэстро не мог сочинят в одиночестве и поэтому по пятницам Агуадо запускал в дом кучу друзей и поклонниц. И вот однажды, когда Россини занимался инструментовкой к нему пришли Бас Левассер и тенор Нурри, которым предстояло исполнить партии Вальтера, и Арнольда. Он попросил их спеть этот знаменитый терцет. После исполнения у всех стояли слезы на глазах, все поздравляли маэстро. Левассер предложил еще раз исполнить терцет. Но Нури не смог.
И Вот 3 августа, 1829 года состоялась премьера Вильгельма Телля.
Успеха не было. Россини не выходит на поклоны. Его настойчиво требуют на выход. Но он не умолим. Вежливые аплодисменты его не устраивают. Опера не понята. Слишком сильна мощь, слишком непривычен Россини. От него такого никто не ожидал. Россини ли это! Джоаккино так и не вышел. Сказав: «А ладно! Не поняли французы, ну и хрен с ними. Поймут потом. А я пожалуй поеду в Италию. Домой, домой на родину. Устал!».
Россини выходит из ложи. Рядом идет знаменитая Изабелла Кольбран- его жена. Обладавшая редкостным голосам, диапазон которого охватывал почти три октавы( от соль малой октавы, до ми третей). Голос отличался ровностью силой и красотой. Чего не скажешь про ее характер. Она спускала деньги в рулетку и карты быстрее, чем Россини их успевал зарабатывать. Он покидает театр. Он спокоен. Он знает, что создал шедевр. А публика!? Так она всегда отставала. Наступит время и история расставит все на места. А теперь Россини уезжает. Да! Возможности гения нельзя измерить, Россини разный, Непредсказуемый. Кто ж ожидал такое!
Пожалуй самый знаменитый «поп- композитор» своего времени уходил в «Вильгельме Телле». Удивительная харизма. Смех, обаяние, все это было таким сильным, щедрым, лилось из души Россини на всех. Каждый мог искупаться в лучах его улыбки. Но теперь Россини показал, что его улыбка была выстрадана в серьезном отношении к искусству и самоотреченой работе. И это было не принято французами. Россини уходит. Его грузное тело так изменилось. Хорошо, что хоть парик скрывает его лысину. Остались только глаза, в которых еще видна жизнь. Его ждут друзья. Его обнимают. Чествуют! Но Россини грустен…
Россини приезжает в Италию и попадает прямо на оперу «Пират» поставленную молодым композитором Винченцо Беллини. Маэстро сидит в ложе. Не показывается.
-А знаете почему маэстро не показывается!? Потому что у него вот такой вот живот, мешки под глазами и он совсем лысый!.
Заслуга Россини была в том что он упразднил в опере-серия речитативы и открыл путь для мелодичных напевных, патетических речитативов., оперяющихся на оркестровую партию. Благодаря этому нововведению стал доступны условия для целостного и сквозного музыкального произведения. Еще было новшеством то что все вокальные партии были выписаны с такой тщательность о всеми виртуозными пассажами и украшениями, что это позволило требовать от певцов строго отношения к нотам. Ни какой импровизации.
|
Метки: Россини Вильгельм Тель Музыка Поговорим о музыке Звонов |
У Пушкина закончился срок годности. Александр Невзоров |
Мы слышим плач толстых министров, черносотенцев и филологических дам — они очень сожалеют, что дети не читают.
Никто не задался вопросом: а что, собственно говоря, этим детям читать? Классику? А почему ее надо читать? Почему надо употреблять продукт, у которого явно закончился срок годности? Почему до сих пор никто не хочет называть вещи своими именами?
Богоискательская истерика Достоевского имеет к сегодняшнему дню такое же отношение, как шумерские глиняные таблички. Пафосное, мучительное, многословное фэнтези Толстого о войне 1812 тоже свое отжило. В этом жанре появились образцы и поинтереснее. Тема многолетних предсовокупительных терзаний самок в кринолинах тоже сегодня особого интереса не представляет.
Конечно, существуют какие-то максимально влиятельные образцы культуры. В трилогии Толкиена современная литература сварилась, как в котле. Но Толкиен не сильно пропагандируется, потому что все боятся простой и очевидной аналогии с Мордором.
Как сказал классик, духовность — это газ, который выделяют попы из разных бородатых отверстий. И это очень точно сказано, особенно сегодня. Вообще, что такое сегодня духовность? Духовность — это не знание астрономии и астрофизики, это полное невежество в вопросах молекулярной биологии, физиологии, структурной геологии. Следующий этап культа духовности — аттракционы типа наполнения бассейнов гноем Иова Многострадального и коллективных заплывов в нем. Тоже очень духовненько.
Нет, наверно, в мире литературы, столь же агрессивной и дидактичной, как русская. Когда-то она была очень актуальной, отчего сегодня особенно бессмысленна, потому что языковая и мировоззренческая картина мира сменилась полностью. Вся русская литература имеет отчетливый, навязчивый, великодержавный подтекст с культом солдафонов. Есть ли в этом хотя бы воспитательный эффект? Он нулевой. Сегодня это особенно хорошо заметно.
Вскормленные романтизмом усатые мальчики в Славянске некрасиво прячутся в библиотеках, прачечных и за всяких торговцев крыжовником. Вместо того, чтобы выйти в чисто поле и принять там бой с украинской армией, не подвергая риску мирное, офигевшее население. Они же прячутся в жилых кварталах, как какие-нибудь сирийцы, которые никогда не читали Бердяева или Хомякова. Выглядит это все предельно паскудно. Можно подумать, что на юго-востоке Украины мало больших свекольных или картофельных полей должной гектарности, где можно было бы разгромить украинскую армию. В такой ситуации, конечно, можно погибнуть. Но если эти имперские мальчики являются теми, за кого себя выдают, то такой пустяк их смущать не должен. Там, кстати говоря, все эти колорадские аксессуары смотрелись бы лучше, чем в подворотнях.
Конечно, у русской литературы до сих пор есть фанаты. Достоевский из могилы весьма успешно дергает за ниточки даже самого Милонова, не говоря уже о его мелких подражателях типа Проханова, Дугина, Холмогорова и других черносотенцев. Эти персонажи, конечно, симпатичны, но они на вряд ли обеспечат русской литературе вторую жизнь.
Все наши архаисты переходят на административный крик, и всю эту милую макулатуру XIX века окончательно хоронят, потому что они превращают Пушкиных, Толстых и Достоевских в личного врага каждого школьника.
Вообще, эта имперская идеология тащит на себе безумный культ старья и нелепых, корявых, антисанитарных артефактов. Считается, чем больше будет Россия похожа на лавку старьевщика, тем она будет величественнее и страшнее. А того, кто пытается произвести уборку, выкинуть всякое гнилье, затхлости и заплесневелости, почему-то называют русофобом. Хотя самые страшные враги России — это черносотенцы.
И еще одна важная заметочка по поводу чтения, касающаяся скорее современной литературы.
Мы видим, как ломанулись писатели в православие. Очень трудно найти столь же благочестивую публику, как писатели. Они воодушевились продажами милого, но блеклого пропагандистского чтива Тихона Шевкунова, и поняли: совершенно не важно, какая книжка, а важно, через сколько торговых точек она распространяется. Если получить вожделенный гриф патриархии, то книжку можно продавать через десятки тысяч свечных лавок при каждой церкви.
С другой стороны, есть всякие Задорновы, которые всерьез говорят о том, какие американцы тупые. Задорнов хороший сатирик, и если он хотел рассмешить, то у него получилось. Давайте сравним количество нобелевских лауреатов. В России — 23 лауреата, а в тупой Америке — 356.
Дети отказываются читать, и они в этом совершенно правы, и надо им в этом помогать. Устами младенца глаголет истина. Не надо заставлять детей читать. Надо признаться, что читать им в общем нечего.
Александр Невзоров, режиссер, репортер, журналист
Вот такую заметку я прочитал, которую приписывают Невзорову.
Почему ИНтернет взорвался только сегодня? Он и год назад в МК позволял говорить о конце русской литературы и русской культуры, где он позволил себе хулить Достоевского, приводя строки из письма биографа Достоевского Страхова Л.Толстому. Это письмо было напечатано в 1883 году, когда Страхова не было вживых. Письмо это вызвало скандал, а вдова Анна Григорьевна вынуждена была давать опровержения.Но об этом Невзоров не пишет Это не укладывается в его концепцию разрушителя.
А кто такой Невзоров? Александр Глебович Невзоров родился 3 августа 1958 года в городе Ленинград. Его дед по материнской линии, Георгий Владимирович Невзоров, служил в Министерстве госбезопасности, он возглавлял отдел НКВД, занимавшийся на территории Литовской ССР борьбой с бандитизмом в 1946-1955 годах. Его мать, Галина Георгиевна, была журналисткой. Отца Александр не знал. Александр окончил среднюю школу, углубленно изучая французский язык. Затем поступил на филологический факультет Ленинградского госуниверситета, однако не окончил обучение. В 1976 он уклонялся от призыва на службу в Советской Армии, успешно симулируя психическое расстройство. Одно время Невзоров был певчим в одном из церковных хоров и даже хотел стать священником. Начал проходить обучение в Московской духовной семинарии, но был, однако, отчислен за вольнодумство с четвёртого курса и впоследствии стал проповедовать научный атеизм, записывая свои выступления и выкладывая их в Интернет. Александр Невзоров, наконец-то определившись с профессией, начал работать с 1985 года на Ленинградском телевидении репортером и автором сценариев документальных фильмов, а в декабре 1987 года на Ленинградском ТВ вышел в эфир 1-ый выпуск его знаменитой программы «600 секунд», автором и ведущим которой он стал, заняв вполне определённую политическую позицию. 12-го декабря 1993 года Невзоров стал депутатом Госдумы РФ. Был трижды женат.
Да, а судьи кто?...
Невзоров судит Россию. Во истину QUO VADIS, RASSIA? Нет ответа.
Господин Невзоров, а вы-то читали Пушкина?
И как вы можете говорить о его несовременности?
Возьмите хотя бы вот это стихотворение.
А. С. Пушкин, «Обращение к Конгрессу США»:
О чем шумите вы, народные витии?
Зачем анафемой грозите вы России?
Что возмутило вас? волнения Литвы?
Оставьте: это спор славян между собою,
Домашний, старый спор, уж взвешенный судьбою,
Вопрос, которого не разрешите вы.
Уже давно между собою
Враждуют эти племена;
Не раз клонилась под грозою
То их, то наша сторона.
Кто устоит в неравном споре:
Кичливый лях, иль верный росс?
Славянские ль ручьи сольются в русском море?
Оно ль иссякнет? вот вопрос.
Оставьте нас: вы не читали
Сии кровавые скрижали;
Вам непонятна, вам чужда
Сия семейная вражда;
Для вас безмолвны Кремль и Прага;
Бессмысленно прельщает вас
Борьбы отчаянной отвага -
И ненавидите вы нас…
За что ж? ответствуйте: за то ли,
Что на развалинах пылающей Москвы
Мы не признали наглой воли
Того, под кем дрожали вы?
За то ль, что в бездну повалили
Мы тяготеющий над царствами кумир
И нашей кровью искупили
Европы вольность, честь и мир?..
Вы грозны на словах - попробуйте на деле!
Иль старый богатырь, покойный на постеле,
Не в силах завинтить свой измаильский штык?
Иль русского царя уже бессильно слово?
Иль нам с Европой спорить ново?
Иль русский от побед отвык?
Иль мало нас? Или от Перми до Тавриды,
От финских хладных скал до пламенной Колхиды,
От потрясенного Кремля
До стен недвижного Китая,
Стальной щетиною сверкая,
Не встанет русская земля?..
Так высылайте ж к нам, витии,
Своих озлобленных сынов:
Есть место им в полях России,
Среди нечуждых им гробов.
Ах Невзоров, Невзоров! Слишком вы зазвездились и не любите Россию.
|
|
Умберто Эко: 14 признаков фашизма |
Культ традиции, неприятие модерна, несогласие – это предательство, пацифизм – это братание с врагом, новояз, «суждение народа в телевизоре», презрение к интеллектуалам: итальянский писатель Умеберто Эко ещё в 1995 году составил 14 признаков фашизма. Каждый может прогнать свою страну через этот список, чтобы понять, погрузились ли мы в «тёмное время».
Сегодня понятие «фашизма» девальвировано, превратившись как в государственной пропаганде, так и ни низовом, «народном» уровне в штамп, маркирующий неугодного. Особенно отчётливо это видно в ситуации нынешнего кризиса на Украине. Обе конфликтующие стороны – русские и украинцы – жонглируют этим словом, пытаясь с его помощью оправдать свои действия и нанести удар противнику.
Между тем, если абстрагироваться от пропагандистских штампов и просто заглянуть в историю, можно относительно легко увидеть основные признаки настоящего фашизма. В 1995 году это попытался сделать великий итальянский писатель Умберто Эко.
Источник: ttolk.ru
|
Метки: Экко Умберто Экко Звонов Фашизм признаки фашизма |
Душистый цветок тайны или извращение образа Рахманинова |
Только что посмотрел фильм Павла Лунгина "Ветка сирени". Трудно сказать, что «восхищает» в этой картине больше - пошлейший сюжет или убожество исполнения. Впрочем, посмотрите, а потом поговорим.
По легенде, после каждого своего концерта Рахманинов получал от незнакомки ветку белой сирени. Так продолжалось до самой его эмиграции в Америку. А через некоторое время и в Штатах опять возникла сирень...
Об этой истории снял фильм Павел Лунгин, режиссер, чьи фильмы Остров, Царь я смотрел с удовольствием. Но вот появился странный фильм, который очень удивил меня. Фильм, по словам одного журналиста с телевидения, напоминает наскоро сляпанную программу, в которой актеры с отклеивающимися в кадре усами изображают исторических персонажей, а сюжетные дыры залепляют кинохроникой.
Режиссёр родился 12.7.1949. В 1971 он окончил отделение математической и прикладной лингвистики МГУ, в 1980 ВСК (мастерская М. Львовского). Автор сценариев более десяти художественных фильмов, выпущенных различными студиями СССР Фильмография (режиссер): Царь (2009) Художественный фильм Ветка сирени (2007) Остров (2006) Художественный фильм Бедные родственники (2005) Художественный фильм Дело о Мертвых душах (2004) Телевизионный фильм Московская высотка (2003) Телевизионный фильм Олигарх (2002) Художественный фильм Свадьба (La Noce) (2000) Художественный фильм Владимир Маяковский (1998) Документальный фильм Ботинок (1997) Художественный фильм Линия жизни (1996) Художественный фильм Эскимосы. Ненужный народ. (1994) Документальный фильм Ницца: маленькая Россия (1993) Документальный фильм Восточный роман (1992) Художественный фильм Луна-парк (1992) Документальный фильм ГУЛАГ: секрет счастья (1991) Документальный фильм Такси-блюз (1990).
Выпадает из этого списка фильм "Ветка сирени" Павля Лунгина
По словам Лунгина, это не картина в жанре "жизнь замечательных людей". Фильм не про Сергея Васильевича Рахманинова.Он был на много добрее, порядошней, честнее, сильнее и жену свою любил от первого до последнего дня, чем тот человек, которого показал Лунгин. В фильме фальшивым выглядит все, и игра актера, и сам фильм. Лунгин называет этот фильм, правда, "продюсерским проектом", но что бы это значило?
Разобраться в этом нам поможет статья Екатерины Барабаш "Эпитафия Рахманинову" в "Независимой газете" от 25.06.2007 года о фильме: « Ветка сирени » Павла Лунгина на Московском кинофестивале. Зрители Московского кинофестиваля увидели новый фильм Павла Лунгина « Ветка сирени ». Картина была показана в разделе «Гала-премьеры». Что делают люди, когда у них появляются деньги? Наверное, смотря какие люди и смотря какие деньги. Михаил Дунаев, например, решил снимать кино по собственному сценарию. Кто-то нашептал ему, что он знает, как это делать. (Только не спрашивайте, кто такой Дунаев. Просто это человек, у которого есть деньги.) Выступив автором сценария и продюсером, на роль режиссера пригласили Павла Лунгина . Роль у Лунгина , похоже, оказалась не главной. Впрочем, за Лунгина обидно меньше, чем за действительно главного героя картины « Ветка сирени » – Сергея Рахманинова. Рассказ о жизни композитора и пианиста предъявил нашему взору унылого, не очень умного фигляра, в котором от Рахманинова только внушительный нос и звучащая музыка. Евгений Цыганов, на котором остановил свой поздний мучительный выбор режиссер, – определенно душка. Он обаятелен и сексапилен, даже, наверное, не в меру. Однако мучения великого композитора, источенного творческим бесплодием, для молодого актера – непосильная ноша. Он сразу становится похож на мальчика из самодеятельного спектакля, поставленного восьмым «Б» под руководством школьного учителя пения. Хмурит брови, дергает ртом, суетится и под бдительным оком постановщика совершает нелепые поступки. Жена у него, правда, ангел (Виктория Толстоганова), о чем свидетельствуют ее все время распахнутые глаза, полузастывшая улыбка и тоненький голосок. Даже прекрасные актеры – Лия Ахеджакова, Алексей Петренко – играют здесь словно эпитафии самим себе. Таких Петренко и Ахеждакову мы видели тысячи раз, и собственные шаржи уместны больше на каком-нибудь капустнике, нежели в серьезной работе серьезного вроде бы режиссера. Первую треть фильма проводишь в недоумении – а что, это и правда готовый фильм, не сырой материал, не рекламная нарезка? Правда-правда, фильм. С катастрофически нелепым монтажом, не поддающимся логике, с беспомощными персонажами, актерами, словно умышленно саботирующими. Вот скажет потом кто-нибудь: «Ну что ж ты, братец…», а он в ответ: «Да ты посмотри, я ж понарошку, разве я мог всерьез в этом играть?» И то верно. Всерьез играть то, что вышло из-под пера начинающего сценариста, нельзя даже при большом желании. Наштампованные персонажи ходят по экрану, как зомби, заученно бубня диалоги, словно вышедшие из какого-то специального драматургического инкубатора, где выращиваются фразы, которыми люди в жизни никогда не говорят. Как хороша и проста была бы наша жизнь, если бы всегда честного и доброго человека можно было распознать по придурковатой нежной улыбке, талантливого – по характерному дерганью ртом и хмуренью глазами, сребролюбца – по идеально белозубой улыбке, призывам завоевать весь мир и неожиданному простецкому хохотку.
Еще краше была бы наша жизнь, если бы каждый занимался своим делом, а режиссеры снимали бы только то, что им самим нравится.
Вот это продюскр Михаил Дунаев. Он же сценарист этого фильма. Перед тем, как звняться кинематографом, Михаил Дунаев был генеральным директором ОАО "Система Масс Медиа", которое подмяло под себя все кабельные сети РоссииЮ а потом и Цифровое телевидение России. Это самоуверенный менеджер от кино, который поставил перед собой задачу - Интегрировать российское кино в западный мир. Решать эту задачу он предлагает за счет режиссерских имен мирового уровня. На сей раз выбор его пал на Павла Лунгина. Когда Михаила Дунаева спросили, а что, с его точки зрения, мешает нашему кино нормально развиваться? то он ответил:
"90-е годы развратили русский бизнес - он стал относиться к деньгам как к чему-то само собой разумеющемуся. Но многие уже начинают понимать, что деньги должны доставаться трудно и это важный процесс. Продюсер несет огромную ответственность не только перед творцом, но и перед инвесторами.
Поэтому обычные для российского режиссера доводы - я сегодня не готов, я не в том состоянии - в коммерческом кинопроизводстве не проходят. И если съемка назначена на девять утра, она не должна начинаться в два часа дня, как это сплошь да рядом бывает. Кино должно сочетать творчество с индустриальными методами, иначе оно просто не выживет."
В 2003 году Михаил Дунаев основал в Люксембурге ЗАО «Тема Продакшн». Более одной трети съемочных групп «Темы Продакшн» будут составлять приглашенные европейские актеры, режиссеры, сценаристы и операторы.
«Кино будет сниматься и на русском, и на английском языках, — заявляет Михаил Дунаев. — Мы собираемся продавать фильмы западным прокатчикам и нравиться международному зрителю». Пока российские киностудии ищут инвестиции, АФК “Система” решила, что куда выгоднее финансировать производство фильмов за рубежом. Корпорация вложила 10 млн евро в картины с голливудскими звездами, а в следующем году готова потратить вдвое больше. Впрочем, в будущем “Система” собирается организовать в России производство фильмов для зарубежного проката. По словам управляющего директора Thema Production, компания зарегистрирована в Люксембурге, поскольку законодательство европейских стран освобождает от налога на прибыль средства, инвестированные в кинопроизводство в пределах 20% от бюджета фильма. Thema финансирует фильмы с бюджетом до 12 млн евро, вкладывая 30-40% из средств “Системы”. Столько же вносят инвесторы из Люксембурга и Великобритании, заинтересованные в налоговых льготах, остальное берут на себя копродюсеры, говорит Дунаев. Главное в продюсерском фильме - извлечение максимальной прибыли. Искусство уходит на второй план. И для продюсеров нет ничего святого. Можно активно торговать Родиной, что успешно делают
Продюсерский фильм «Ветка сирени», на мой взгляд, оказалась большой неудачей Павла Лунгина, получившего хороший бюджет и плохой сценарий, от которого было невозможно отказаться, поскольку написал его продюсер фильма Михаил Дунаев. Особенно не украшает картину исполняющий главную роль Сергея Рахманинова артист Евгений Цыганов, в течение 30 экранных лет пребывающий в одном возрасте.
Более подробно о моем любимом Рахманинове можете почитать здесь. Два года назад я написал этот пост, А в заключение покажу Вам памятник С.В.Рахманинову, который был создан на народные деньги в 2009 году скульптором А.И Рукавишниковым. Открывала его правнучка С.В.Рахманинова Натали Ванамейкер-Хавьер, вместе с мужем Джеффри и сыном Сергеем живет в Коста Рики.
|
Метки: Звонов Рахманинов Ветка сирени Лунгин |
Ф.М. Достоевский о судьбах мира. |
Поразительное сходство с сегодняшней политической обстановкой.
"Не будет у России, и никогда еще не было, таких ненавистников, завистников, клеветников и даже явных врагов, как все эти славянские племена, чуть только их Россия освободит, а Европа согласится признать их освобожденными! Начнут же они, по освобождении, свою новую жизнь именно с того, что выпросят у Европы, у Англии и Германии, например, ручательство и покровительство их свободе, и хоть в концерте европейских держав будет и Россия, но они именно в защиту от России это и сделают.
Начнут они непременно с того, что внутри себя, если не прямо вслух, объявят себе и убедят себя в том, что России они не обязаны ни малейшею благодарностью, напротив, что от властолюбия России они едва спаслись при заключении мира вмешательством европейского концерта, а не вмешайся Европа, так Россия проглотила бы их тотчас же, "имея в виду расширение границ и основание великой Всеславянской империи на порабощении славян жадному, хитрому и варварскому великорусскому племени".
Может, целое столетие, или еще более, они будут беспрерывно трепетать за свою свободу и бояться властолюбия России; они будут заискивать перед европейскими государствами, будут клеветать на Россию, сплетничать на нее и интриговать против нее.
О, я не говорю про отдельные лица: будут такие, которые поймут, что значила, значит и будет значить Россия для них всегда. Но люди эти, особенно вначале, явятся в таком жалком меньшинстве, что будут подвергаться насмешкам, ненависти и даже политическому гонению.
Особенно приятно будет для освобожденных славян высказывать и трубить на весь свет, что они племена образованные, способные к самой высшей европейской культуре, тогда как Россия - страна варварская, мрачный северный колосс, даже не чистой славянской крови, гонитель и ненавистник европейской цивилизации.
У них, конечно, явятся, с самого начала, конституционное управление, парламенты, ответственные министры, ораторы, речи. Их будет это чрезвычайно утешать и восхищать. Они будут в упоении, читая о себе в парижских и в лондонских газетах телеграммы, извещающие весь мир, что после долгой парламентской бури пало наконец министерство в (...страну по вкусу...) и составилось новое из либерального большинства и что какой-нибудь ихний (...фамилию по вкусу...) согласился наконец принять портфель президента совета министров.
России надо серьезно приготовиться к тому, что все эти освобожденные славяне с упоением ринутся в Европу, до потери личности своей заразятся европейскими формами, политическими и социальными, и таким образом должны будут пережить целый и длинный период европеизма прежде, чем постигнуть хоть что-нибудь в своем славянском значении и в своем особом славянском призвании в среде человечества...
Разумеется, в минуту какой-нибудь серьезной беды они все непременно обратятся к России за помощью. Как ни будут они ненавистничать, сплетничать и клеветать на нас Европе, заигрывая с нею и уверяя ее в любви, но чувствовать-то они всегда будут инстинктивно (конечно, в минуту беды, а не раньше), что Европа естественный враг их единству, была им и всегда останется, а что если они существуют на свете, то, конечно, потому, что стоит огромный магнит - Россия, которая, неодолимо притягивая их всех к себе, тем сдерживает их целость и единство".
Ф. М. Достоевский. Дневник писателя, сентябрь-декабрь 1877 г.
|
Метки: Достоевский о судьбах мира Звонов Достоевский славяне Россия |
День Победы - грустный праздник. |
Этот великий праздник стал поводом для политического пиара. Для меня это самый светлый и самый грустный праздник со слезами на глазах. 1 января 1945 года в Литве погиб мой отец, а я родился через 105 дней и всегда я завидовал тем, у кого был отец. Мама моя, Звонова Лидия Васильевна, всю блокаду провела в Кронштадте, работала в школе, и я помню ее рассказы о тех трудных годах войны. Мой хороший друг, профессор, поэт, интересный человек, Лев Капитонович Горшков написал очень сильные стихи, которые полностью выражают мои чувства об этом празднике.
У обелиска - ветеран
Лохматит ветер
Гладь седин ...
Подмел блокадный ураган -
Была семья,
Теперь - один.
Пришлось врага
С земли стереть,
Чтобы, домой придя,
Узнать -
В бою нетрудно умирать!..
Трудней -
Без хлеба умирать!..
Их много здесь,
Локтем к локтю,
Ушедших тихо,
Следом вслед.
На камне - хлеб,
Ломтем к ломтю,
Ржаной.
Восьмидесятых лет.
Лев Горшков (1987)
И вспоминаются мне другие его стихи про Саласпилс.
О ВЕЧНОМ
О Вечном,
Вроде б,
Не кричат...
Зачем салюты, речи, стоны,
Зачем же сыплются патроны
И метрономы гулкие -
Стучат?
О Вечном спрашивай людей -
Не экскурсантов, не судей,
А тех,
Молчащих и беззлобных,
Немногочисленных и скорбных,
Прошедших ад и рай людей.
О Вечном
Ты спроси себя.
К душе однажды прикоснись,
Не отшатнись,
Не отвернись -
И, может быть, скорбя, любя,
Поймешь,
Зачем дается Жизнь!..
К душе однажды -
Прикоснись...
Лев Горшков (1986)
В Латвии к 60-й годовщине Великой Победы над фашизмом, назвав в книге «История Латвии. ХХ век» всемирно известный концлагерь Салапилс был назван «воспитательно-трудовым лагерем», Тогда эта книга вышла под патронажем президента Вайры Вике-Фрейберги, и многие подумали, что случилось «просто» недоразумение. Ведь в этом лагере у детей выкачивали кровь, они умирали – как его можно назвать «воспитательно-трудовым»? Однако похоже, никакого недоразумения нет. В 2012 году Министерство иностранных дел Латвии выступило с резким осуждением открывшейся в Москве выставки «Угнанное детство: судьбы детей, угнанных на территорию Латвии, 1943 – 1944 годах», действующей в московском Государственном центральном музее современной истории России, как будто не было Саласпилса и тысяч маленьких, но реальных трагедий.
Вот такая была опубликована
С первых дней немецко-фашистской оккупации Риги здесь арестовывались женщины вместе с детьми и помещались в срочной и Рижской центральной тюрьмах. Откуда часть ей истреблялась, а часть направлялась в Рижский детский дом грудного ребенка, Майорский детский дом, в детдома Риги – на ул.Капселю, ул.Юмарас, в Игате, Балдоне рижского уезда, Либава и др.
В эти детдома поступали дети из гестапо и префектуры Риги, а позже, в 42/43 гг., из Саласпилсского концлагеря.
Установлено, что в Рижской центральной тюрьме постоянно содержалось не менее 2 000 детей в 1941-43 гг., часть из которых вместе со взрослыми вывозилась на расстрелы в Бикерниеки. Только по 21/07/1943 г. было расстреляно из рижских тюрем более 2 000 детей, в том числе из Рижской срочной тюрьмы только в начале 1942 года было вывезено сразу на расстрел 150 детей.
С осени 1942 года в Саласпилсский концлагерь насильно пригонялись массы женщин, стариков, детей из оккупированных областей СССР: Ленинградской, Калининской, Витебской, Латгалии. Дети от грудного возраста и до 12 лет отбирались насильно от матерей и содержались в 9 бараках из них так называемых больничных 3, для детей калек – 2 и 4 барака для здоровых детей.
Постоянный контингент детей в Саласпилсе был в течение 1943 и по 1944 год более 1 000 человек. Там шло систематическое их истребление путем:
Смертность среди детей от вышеуказанных причин в среднем составляла 300-400 человек в месяц в течение 1943/44 гг. по июнь месяц.
По предварительным данным в Саласпилсском концлагере было истреблено детей в 1942 году свыше 500, в 1943/44 гг. более 6 000 человек.
В течение 1943/44 гг. было вывезено из концлагеря выживших и вынесших пытки более 3 000 человек. Для этой цели в Риге на ул.Гертрудес 5 организовали рынок детей, где их продавали в рабство по 45 марок за летний период.
Я был в конце 70-х в Саласпилсе и поклонился памяти замученных жертв.
Здесь вы найдете прекрасный отчет о путешествии в Саласпилс.
На одном из камней монумента написано:
"Здесь людей казнили за то, что они были невиновны. Здесь людей казнили за то, что каждый из них был человеком и любил родину"
Официальная латвийская история также не признает в истории концлагеря массовых убийств детей. Она отрицает и то, что в лагере было множество детей.
В память о погибших в 1967 году на территории лагеря был создан мемориальный комплекс. Под траурными плитами собрана земля из 23 подобных лагерей действовавших на территории Латвии в годы оккупации. А теперь сюда пришло Безразличие.
Автор уникального мемориала жертвам Саласпилсского лагеря смерти 90-летний Олег Скарайнис заслужил от государства пенсию в 150 латов. Это раз в 15 меньше зарплат чиновников, доконавших экономику Латвии.
Судьба Олега Скарайниса — еще тот роман, не слабее «Долгой дороги в дюнах». Живая иллюстрация к многострадальной латвийской истории.
Он сказал: " Шестьдесят девятый раз празднуют украинцы освобождение Украины и Европы от коричневой чумы. И в первый раз за 69 лет это происходит в условиях войны, – горько посетовал премьер, и, наверное, оглянулся по сторонам, ища сочувствие и поддержки в столь горьком катаклизме, внезапно накрывшем Украину...Во время антитеррористической операции, которая проходит в Донецкой области, наши воины демонстрируют такую же доблесть, которую демонстрировали их деды и прадеды в Красной Армии и УПА".
Подавляющее б
ольшинство украинцев в Великую Отечественную воевали за свою советскую Украину. Немцев иногда встречали цветами. Но мало кто плакал, когда они уходили, оставив после себя Бабий Яр. Теперь говорят, что там расстреливали только евреев. Но статистика свидетельствует: больше всего в том яру лежит украинцев и русских. Это не еврейская, а общечеловеческая трагедия. Просто мы, славяне, плохое, увы, быстро забываем. Как и хорошее, впрочем. В результате Великой Отечественной земли нынешней Украины впервые собрались в одно целое со времен Древней Руси. Лучший ас — украинец Иван Кожедуб. Лучший танковый генерал — украинец маршал Рыбалко. Лучший партизан — украинец Ковпак. Каждый четвертый солдат победоносной Красной Армии — украинец. Это наша победа. Наверное, самая великая из украинских побед. У Победы может быть привкус скорби из-за осознания ее цены. Но днем скорби Победа не бывает. Ибо тогда наши предки победили Сатану, перед которым рабски легла вся Европа.
Парад победы 1945 года, снятый на цветную кинопленку.Фильм был снят на трофейную немецкую цветную киноплёнку «Agfa». Монтаж и озвучание производилось в Берлине, так как у нас в старне в это время еще не было оборудования и специалистов для работы с цветом. После того, как фильм был проявлен, выяснилось, что большая часть материала имеет брак по цвету. По этой причине было решено сделать два фильма: короткий, цветной, из того материала который подходил по качеству, и длинный, черно-белый, из материала, который имел брак и был переведен на черно-белую пленку.
Леонид Антонов on 9 Май 2013 г.
|
Метки: война День Победы Звонов Саласпилс Горшков |
Проект «Ukraine» |
Завистливый негодяй, причиняя зло и горе всем,
кому может, пытается так уравнять себя
с более работящими и удачливыми людьми.
И. Ефремов "Лезвие бритвы"
В связи с событиями в Украине мне вспомнился роман И.Ефремова "Лезвие бритвы". «Лезвие бритвы» — роман о духовном могуществе человека, о торжестве разума, о поисках красоты, любви и справедливости. В названии произведения заключена суть ефремовской философии: все великое и прекрасное в мире существует между двумя крайностями — на лезвии бритвы. В интервью, данном до выхода романа, Ефремов говорил:
Сама температура человеческого тела — 37° — всего в пяти шагах (градусах) от смерти — температуры 42°, когда наступает свёртывание белков. В то же время температура 37° самая выгодная для активной жизнедеятельности. Вот что такое «лезвие бритвы»."
Все быстрее нарастает познание в современном мире. Обрисовывается точнейшая взаимосвязь, обусловленность кажущихся различными явлений мира и жизни. Всеобщее переплетение отдаленных случайностей, вырастающее в необходимость, то есть в законы природы, пожалуй, самое важное прозрение современного человека.
То, что происходит в Украине никак нельзя назвать разумным. Бандерлоги из Киева, управляемые из Вашингтона, никак не могут уразуметь, что НЕТ и не было никогда ГОСУДАРСТВА "Украина". Мы поговорим об этом, основываясь на книгах украинского политолога Юрия Романенко (Андрей Важдра - его псевдоним). Очень интересная личность. Еще 7 ноября 2012 года он говорил о перспективах "оранжевой революции". Но его мысли почему-то не тиражируют наши СМИ. Это молодой политик, умеющий стратегически мыслить. Еще два года назад он говорил об Украине на краю. Не пожалейте времени и послушайте его, а потом поговорим.
Эта книга о Западе, но не о том, который привыкли видеть миллионы людей «цивилизационной периферии» на красочных и обворожительных рекламных проспектах. Эта книга о Западе, который находится за плотной завесой тотальной пропаганды — по ту сторону иллюзий.
Данное исследование представляет собой системный анализ западной цивилизации, интегрирующий в единое целое социаль но-политические, духовно-психологические, культурные и геопо литические аспекты ее существования в контексте исторического развития. В работе детально прослеживается исторический процесс формирования западной многоуровневой системы тотального кон троля от эпохи колониальных империй до современного этапа гло бализации, а также дается обоснованный прогноз того, чем завер шится последняя фаза многовековой экспансии Запада.
...необходимо иметь смелость
видеть вещи такими, какие они есть.
О. Шпенглер
Наверное, самым удивительным достижением наших западофилов является их непоколебимая убежденность в том, что Украина представляет собой подлинно европейское государство, а украинцы — истинных европейцев. Благодаря этому эпохальному открытию конца XX века, на свет появилась в тяжелых муках творчества идея «европейского выбора», реализация которой, по глубокому убеждению наиболее прогрессивных украинских интеллектуалов, позволит вернуть Украину в лоно Европы, откуда она была безжалостно вырвана русским царизмом и советским тоталитаризмом.
Мысль о том, что Украина является составной частью западной цивилизации, настолько глубоко впечатлила нашу политическую элиту, что она фактически в полном составе (за редким исключением) восприняла ее почти с религиозным трепетом, устроив настоящие соревнования в плане того, кто является наиболее подлинным и последовательным сторонником «продвижения Украины в Европу». Вот уже более десяти лет с высоких трибун раздаются пламенные заверения в том, что Украина достигнет «великой цели» — станет членом Европейского союза и Североатлантического альянса. И их можно сравнить лишь с теми пламенными клятвами верности «делу коммунизма», которому советские трудящиеся были преданы до 1991 года. Здесь тот же стиль, даже та же логическая структура лозунгов и официальных речей, приспособленных к новым условиям.
Все это можно понять. Любой народ должен иметь Великую Цель (Идею), ради которой он живет. Во времена Российской империи, в соответствии с идеологическим каноном, ее православные народы были носителями истинной веры, представляя собой единый народ–богоносец, который через осуществление своего исторического пути, через некий коллективный духовный акт, самопожертвование должен был указать человечеству единственно верную дорогу к спасению. Как писал Федор Михайлович Достоевский: «Вера в то, что хочешь и можешь сказать последнее слово миру, что обновишь наконец его избытком живой силы своей, вера в святость своих идеалов, вера в силу своей любви и жажды служения человечеству, — нет, такая вера есть залог самой высшей жизни нации…»
Во времена Советского Союза Великой Целью стала не менее мессианская задача — построение коммунизма, справедливого общества, в котором человек сможет подняться на принципиально новый уровень развития и, реализовав себя, обрести свою действительную человеческую природу. Эта Идея несла в себе такую духовную мощь, что стала реальной альтернативой господствующим на Западе ценностям, наполнив смыслом души миллионов людей, строивших и защищавших свой Новый Мир.
Когда Украина обрела независимость, ее элита также сформулировала Великую Цель для своего народа — вступление в ЕС (где, как ему пояснили, «очень высокий уровень жизни»). Надо признать, что звучит она примерно так же, как призыв к походу в соседний гастроном за водкой и колбасой. Безусловно, такой масштаб мысли и духа не может ни поражать.
«Ни одного величественного момента, ничего воодушевляющего; ни одного крупного человека, ни одного исторически значительного слова, ни одного дерзновенного преступления. Все запечатлено здесь лишь отвратительным ничтожеством и нищетой духа»[2], — с горечью писал Освальд Шпенглер о людях, направлявших судьбу немецкого народа после ноябрьской революции 1918 года. Украина 2005 года — это, конечно, не веймарская Германия, но ее духовные, интеллектуальные и политические «вожди» явно из той же «породы», что и германские 20–х годов прошлого века.
Итак, если верить отдельным представителям нашей интеллигенции, искренне убежденным в своем европейском происхождении, Украина должна во что бы то ни стало «продвинуться» в Европу. Однако европейцев, особенно последнее время, начинает беспокоить эта наша неуёмная страсть к перемещению. Если раньше в Европе лишь растерянно улыбались, услышав в очередной раз о том, что «Украина — европейская держава», то теперь настойчивым представителям «родни» с востока корректно дают понять, что Европейский союз намерен обойтись без Украины. Но и это не умеряет пыл украинских делегаций, которые на проявления подобного непонимания шумно обижаются, неустанно повторяя о своем «европейском выборе». Судя по последним высказываниям высокопоставленных особ ЕС, их терпение на пределе, в связи с чем возникает впечатление, что скоро, забыв о своей европейской воспитанности, они начнут использовать ненормативную лексику, для того чтобы четко указать, в каком направлении необходимо «продвигаться» Украине. Однако не все видят очевидное. Когда «помаранчова революцiя» объявила о свержении «антинародного режима», а ее вожди вполне серьезно заявили отом, что вопрос вступления Украины в ЕС будет решен чуть ли не в ближайшие месяцы, стало совершенно ясно, что «цирк уехал, а клоуны остались».
В чем же причина такого откровенного негостеприимства? Ответ очевиден — наша страна никогда не была частью Европы, а мы, украинцы, никогда не входили в сообщество европейских народов. Чтобы оспорить это, апологеты «европейского выбора» развернут географические карты, дабы доказать обратное, но дело как раз в том, что «Европа» не является географическим понятием.
Еше Н.Данилевский в позапрошлом веке с удивлением вопрошал: «…может ли быть признано за Европой значение части света — даже в смысле искусственного деления, основанного единственно на расчленении моря и суши, — на взаимно ограничивающих друг друга очертаниях жидкого и твердого? Америка есть остров; Австралия — остров; Африка — почти остров; Азия вместе с Европой также будет почти островом. С какой же стати это цельное тело, этот огромный кусок суши, как и все прочие куски, окруженные со всех или почти со всех сторон водой, разделять на две части на основании совершенно иного принципа?»
Почитайте Эту книгу, поразмышляйте, и многое станет ясным для вас.
|
Метки: Украина Юрий Романенко Андрей Ваджра Звонов Украина на краю |
О времена, о нравы! «O tempora, o mores!» |
Молю я вас, о времена, о нравы!
Верните людям веру, правду, честь!
Великий Цицерон в одной из своих речей по поводу близорукости сенаторов, знавших о заговоре Катилины по захвату власти, и не пытающихся этому противостоять, воскликнул: «O tempora, o mores!». С того времени эта фраза означает высшую степень негодования и осуждения общественного порядка.
Во все времена подрастающее поколение давало старшим повод для недовольства. Но это на значит, что каждое новое поколение хуже предыдущего. Будь это так, человечество давно бы выродилось. А оно, напротив, стремится ввысь. И каждое новое поколение вносит свой вклад в обогащение мировой науки и культуры. Правда, не переводятся и жалкие людишки, которые во все времена вырастали из юных оболтусов. Никчемные юнцы были и во времена Сократа, и во времена Ларошфуко. Есть они и сейчас. Но не ими измеряется достоинство поколения.
В юности, когда ты бодр и преисполнен энтузиазма, мир кажется восхитительным и прекрасным, полным блестящих возможностей и ярких впечатлений. Вот только сварливые взрослые постоянно докучают своими нравоучениями и запретами. Вокруг растущего человека они соорудили целый частокол из предрассудков, сквозь который так и хочется вырваться на волю. Лишь с годами человек осознает: прежде чем ломать забор, стоит поразмыслить – зачем его поставили. Ибо то, что поначалу кажется преградой, на самом деле является опорой. Повзрослевший человек на свой лад начинает укреплять частокол вокруг идущей ему на смену молодой поросли. И так – из века в век.
Наш мир достиг критической стадии. Дети больше не слушаются своих родителей. Видимо, конец мира уже не очень далек.
((Древнеегипетский папирус. 2 тысячи лет до нашей эры))
Эта молодежь растленна до глубины души. Молодые люди злокозненны и нерадивы. Никогда они не будут походить на молодежь былых времен. Младое поколение сегодняшнего дня не сумеет сохранить нашу культуру.
((Ассирийская клинопись. Х век до нашей эры))
Я утратил всякие надежды относительно будущего нашей страны, если сегодняшняя молодежь завтра возьмет в свои руки бразды правления, ибо эта молодежь невыносима, невыдержанна, просто ужасна.
((Гесиод, древнегреческий поэт. Конец VIII века до нашей эры))
Наша молодежь любит роскошь, она дурно воспитана, она насмехается над начальством и нисколько не уважает стариков. Наши нынешние дети стали тиранами, они не встают, когда в комнату входит пожилой человек, перечат своим родителям. Попросту говоря, они очень плохие.
((Сократ, древнегреческий философ. V век до нашей эры))
Молодые люди полагают, что они естественны, тогда как на самом деле они просто дурно воспитаны и грубы.
((Франсуа де Ларошфуко, французский мыслитель. ХVII век))
Алена Лушникова написала вот такие стихи:
«Ах, времена…Ах, эти нравы!
Младым нужны одни забавы!»
Ворчали дамы с веерами…
Век девятнадцатый настал.
«Манерность нынче в моде…боже!
Вот в НАШЕ время было строже!
Куда же катится Россея?
Какой конфуз, какой скандал!»
«Ах, времена…Ах, эти нравы!
Сленг молодых хуже отравы!»
Судачат тётки в модных джинсах…
Двадцатый век уж правит бал.
Теченья модные в расцвете –
«Хипуют» и «панкуют» дети…
А пирсинги, а ирокезы?!...
Какой бардак, какой развал!
Ах, времена…Ах, эти нравы!
Всемирной паутине, «браво»!
Все поголовно в интернете…
Век двадцать первый. Жизнь онлайн.
Инфо в ютубе, в скайпе встречи,
На сайт летят по клаве речи -
«Души прекрасные порывы»…
Какой респект!.. Ад или рай?!
------------------------------
Ах, времена!...Ах, эти нравы!
За ними не угнаться, право!..Но идею написать этот пост мне подарила Маруся Светлова (это ее псевдоним), психолог по образованию (МГУ и Российско-Американский институт психотерапии).Все бы ничего, но говоря молодым о нашем поколении, она внедряет в их сознание вредные мысли."Поколения наших родителей, наших дедушек и бабушек выросли в стране, в которой всегда был нужен маленький, исполнительный человек, послушный, «как все». Никто не ставил задачи формирования яркой, сильной личности, отстаивающей свои взгляды и убеждения Такой — какими нужно быть сейчас, в настоящее время.
Поколения людей в нашей стране воспитывали послушных, удобных детей. Сама страна формировала послушных удобных людей, исполнителей, «винтиков», послушно поднимающих руки на голосовании и соглашающихся с политикой партии и правительства На это работала целая система воспитания, начиная от детских и молодежных организаций, заканчивая семьей.
Наши дедушки и бабушки, наши папы и мамы не знали, что мы, их дети и внуки, будем жить в другом строе, где нельзя быть маленьким и послушным, где нужно быть уверенным, сильным, активным, где нужно уметь стоять за себя, отстаивать свои позиции, достигать свои цели. Наши родители выполняли, хоть и неосознанно, социальный заказ социума, страны, в которой они жили. И мы. современные родители, до сих пор «заражены» этой целью, хотя не осознавали ее.
Кроме того, поколения наших родителей и бабушек выросли во времена трудностей, лишений, ограничений, когда нужно было просто выживать, прокармливать семью и детей. Даже рамки жизни на одну зарплату с невозможностью дополнительного заработка — уже ужесточали их жизнь и ожесточали сердца
Наши родители, жившие в ситуации недостаточности, материальных ограничений, вынужденные, как говорится, в поте лица добывать хлеб свой — не успевали, не имели сил и возможностей заниматься нами, выражать нам любовь и поддержку в той степени, в которой мы нуждались в них."Это немного контрастирует с известным высказыванием моего знакомого Андрея Фурсенко, который жил в то время, и стал даже Министром образования,
«Недостатком советской системы образования была попытка формирования Человека-творца, а сейчас наша задача заключается в том, что вырастить квалифицированного потребителя».
( Источник: передача № 244 от 10.09.2011 академика В. П. Филимонова, 29:21, okofinista.ru/audio_1.html)
Читайте Марусю Светлову , как воспитывать детей по-новому.
|
Метки: о воспитании о времена о нравы Звонов |
ПОГОВОРИМ О МУЗЫКЕ. Фортепьянные концерты Бетховена. |
Музыка - откровение более высокое, чем философия.
Музыка должна высекать огонь из души человеческой.
Музыка - народная потребность.
Людвиг ван Бетховен
Сегодня, 20 апреля 2014, года в Концертном зале Мариинского театра мы узнали новое имя пианиста Алексея ВОЛОДИНА. Он исполнял 1, 2, 3, 4 и 5 концерты Л.В.Бетховена для фортепьяно с оркестром. Оркестром Мариинского театра дирижировал Даниил Райскин.
Алексей Володин родился в 1977 году в Ленинграде, когда по всему Советскому Союзу еще звучали Чайковский и Прокофьев в исполнении Святослава Рихтера. Но в 1987 году переехал в Москву, там и закончил Московскую консерваторию.Говоря об игре, о манере исполнения, свойственной Алексею Володину, критики и знатоки музыки его сравнивают с Рихтером, Рахманиновым. Манера исполнения Алексея совершенно не похожа ни на ту виртуозную бурю эмоций, которую могут дарить миру другие современные российские мастера (Мацуев, Коробейников).
«Алексей Володин — один из самых ярких пианистов молодого поколения. Неограниченные виртуозные возможности, музыкальность, увлеченность, целеустремленность — вот основные качества, которые уже сегодня делают выступления А. Володина заметным как для любителей музыки, так и для профессионалов»,
– достаточно точно подмечает профессор Элисо Вирсаладзе таланты своего ученика.
"Несмотря на молодость, у него хватает смелости игнорировать исполнительские шаблоны и штампы — и предъявлять собственную интерпретацию,"- пишут о нем СМИ.
Его исполнение переносит зрителя в эпоху старины. Возможно, именно благодаря своему интеллектуальному подходу мыслителя и философа, Володин ухитряется играть музыку именно так, как она звучала в эпоху торжественной готики и циничного нигилизма, позволяя слушателю вновь ощутить себя в атмосфере блеска и величия настоящей классики. Володин обладает сверхъестественным даром - очаровывать даже не музыкой, а уже самим ЗВУЧАНИЕМ рояля. У Володина помимо его уникального звука есть многое чего такого, чем не всякий пианист-виртуоз может похвастаться: и отточенная техника во всей пестроте её приёмов - от едва слышных касаний клавиш в легко шелестящих гаммках до мощных октав, пробивающих любой оркестр, - и разнообразие туше, и всё более устойчивое и крепнущее с годами ощущение формы исполняемого произведения.
Чтобы ближе познакомиться с Алексеем Володиным, послушайте интервью с ним. Очень интересные мысли он высказывает. Он себя ощущает гражданином мира. Удивительный человек!
Я с трудом представляю, что такое "новаторство в пианизме". На этой дороге музыканта подстерегает опасность распространённой сегодня псевдооригинальности. Какой-нибудь исполнитель говорит себе: сыграю-ка я эту фразу в 3 раза медленнее - или в 3 раза быстрее, потому что играть её в традиционном темпе слишком "обыкновенно". Если там, где написано piano, пианист играет forte, - это новаторство или нечестность? Наверное, нечестность.
Слушатели вместо рассуждений о музыке, о "прекрасной сонате Шопена" будут говорить о "сонате Шопена в интерпретации Володина". Очень простой, примитивный и неправильный путь саморекламы, на котором и не нужно большого мастерства - для меня довольно противен и непривлекателен.
Послушайте, как здорово он играет Первый концерт П.И.Чайковского
В 2002 году А.Володина "честное" жюри не пропустило на 3 тур!!! Конкурс Чайковского (как и любой другой, впрочем) в очередной раз подтвердил свою нелюбовь к ярким личностям. Прошли Домбровский с Набиулиным - скучные и серые, но, видимо, устраивающие жюри по всем параметрам. Кто знает сегодня Домбровского и Набиулина? А Алексея Володина сегодня знает весь мир!
Концерт, который мы услышали сегодня проходил в рамках Международного фестиваля "Лики современного пианизма". Открывал фестиваль Денис Мацуев, А Алексей Володин выступил на закрытии фестиваля.Алексей Володин об этом музыкальном марафоне рассказал так:
Мы с удовольствием прослушали все пять концертов Бетховена! Для меня открылось новое имя великого исполнителя. АЛЕКСЕЙ ВОЛОДИН
А теперь поговорим о Бетховене и его фортепьянных концертах.
Конце́рт (нем. Konzert от итал. concerto — гармония, согласие и от лат. concertare — состязаться) — музыкальное произведение, чаще всего для одного или нескольких солирующих инструментов с оркестром. Фактически же концерт сложился в I половине XVIII века в творчестве Арканджело Корелли и особенно Антонио Вивальди — как трёхчастная композиция с двумя крайними частями в быстром движении и медленной средней частью.
Когда двадцатидвухлетний Бетховен в 1792 году отправился в Вену, он никак не предполагал, что в этом музыкальном центре тогдашней Европы слава к нему придет прежде всего как к концертирующему виртуозу.
Он ехал туда совершенствоваться в теории композиции, думал также заняться игрой на скрипке, чему немного обучался в детстве. Правда, еще с двенадцатилетнего
возраста в родном городе Бонне ему приходилось слышать похвалы своему пианистическому дарованию. Однако вопреки горячему желанию отца — вундеркиндом он не был, искусством игры на фортепиано мало интересовался, а профессиональных пианистов недолюбливал. (эта неприязнь у Бетховена сохранилась до конца его дней). Тем не менее добросовестный педагог и отличный музыкант Христиан Готлоб Нефе сумел пробудить его пианистический гений. Уже в 1791 году Бетховен поражал слушателей импровизацией, обладая, как отмечали его современники, «почти неистощимым богатством идей, своеобразной манерой исполнения, совершенством выражения». Еще в 1796 году — иа заре своей виртуозной карьеры в Вене — Бетховен писал фортепианному мастеру И. Л. Штрейхеру: «...С точки зрения исполнительского искусства фортепиано остается пока наименее культивированным из всех музыкальных инструментов». Бетховен утверждал: «Фортепиано может и петь, если играющий способен чувствовать».
Бетховен написал всего 6 концертов для фортепьяно с оркестром.
У Рихарда Вагнера есть рассказ-воспоминание «Паломничество к Бетховену». И действительно, для некоторых людей приобщение к музыке, а потому и к личности Бетховена сродни священнодействию. Между тем, сам молодой Бетховен точно также, на уровне священнодействия, относился к Моцарту и Гайдну. Именно к ним он поехал в Вену в 1792 году. Однако ни с тем, ни с другим общаться в плане музыки и образования, да и просто по-человечески, ему было не суждено: Моцарта вскоре не стало, а с Гайдном отношения не сложились. Тонко чувствующий прославленный композитор сразу понял, что научить Бетховена он ничему не сможет, потому как они расходятся в главном - в предназначении музыки. Да это и понятно: Гайдн, всю жизнь писал, угождая прихотям своих господ, которые заказывали веселую, легкую, развлекательную музыку, Бетховен же видел в музыке возможность "высекать огонь из мужественных сердец", формируя героя-борца, и это уже проявлялось в его ранних сочинениях.
Гайдн писал Бетховену, уезжая из Вены:
"Ваши вещи прекрасные, это даже чудесные вещи, но то тут, то там в них встречается нечто странное, мрачное, так как Вы сами немного угрюмы и странны; а стиль музыканта — это всегда он сам"
Первое исполнение концерта №2 состоялось 29 марта 1795 года в Вене на пасхальном концерте. Солистом был сам Бетховен. И это было первое выступление Бетховена перед публикой (до этого он выступал лишь в частных салонах). Успех превзошел ожидания. О Бетховене заговорили. Послушайте этот концерт, правда не в исполнении А.Володина, (часть 1, часть 2, часть 3).
Первый фортепианный концерт Бетховена также насыщен духом Моцарта и Гайдна. В нем младая кровь играет и слышится приближение нового века Точная дата возникновения замысла этого сочинения неизвестна, предположительно, 1793 год, известно только, что наброски композитор делал в течение довольно длительного периода.
Посвящено: княгиня Anna Luisa Barbara Odescalchi, geb. Grдfin von Keglevics
I. Allegro con brio
II. Largo
III. Rondo. Allegro scherzando
Первый концерт в исполнении Л.Бернстайна
Сочинение концерта приходится на 1795—1796 годы, хотя окончательная его версия относится к 1798 году. Концерт, вероятно, готовился к гастролям в Праге, где, как полагают, и был впервые показан. Спустя два года, 2 апреля 1800 года, Бетховен его исполнил в Вене на своей академии. Пресса благосклонно отнеслась к новому сочинению, отметив «много красот, особенно в первых двух частях».
При этом надо учесть, что первый концерт - если иметь в виду порядковый номер - он уже давно писал, но работа по тем или иным причинам не шла, и концерт оставался в набросках, в набросках был и обнаружен исследователями творчества композитора: к сожалению, у Бетховена не было рядом своего Зюсмайера, который дописал бы и восстановил для мира раннее сочинение гения. Судьба первого концерта сложилась более удачно: его первое исполнение, скорее всего, состоялось в Праге в 1798 году - концерт играл сам композитор - и имело шумный успех.
К этому времени Бетховен давно уже завоевал прочную славу непревзойденного пианиста. Его необычная игра поражала, восхищала, возбуждая яркие эмоции.Бетховен смело противопоставлял крайние регистры - а в то время, надо заметить - играли в основном в среднем, - широко использовал педаль - к ней тогда тоже обращались редко, - употреблял массивные аккордовые созвучия. По сути, именно он создал новый для века фортепианный стиль, далёкий от изысканно-кружевной манеры клавесинистов. Все перечисленные свойства мы слышим в первом концерте: тематическая красота мелодий и гармоний, разнообразие технических приемов делают эту музыку завораживающе-прекрасной, одухотворенной молодостью гения. Слушая концерт, поражаешься, как вдохновенна и прекрасна была душа Бетховена, светлая, чувствительная, тяготеющая к ярким краскам и романтике.
Интересно, что уже с первого концерта, слышится Бетховен: это и размах регистров, и контраст и сила динамики,и маршевость тем, и четкость ритма, и - главное - брызжущее жизнелюбие, молодость, радость - настоящий звуковой фейерверк. Да и употребляемые тональности чего значат: основная - До мажор, потом - тональность У1 низкой - Ля бемоль мажор, снова До мажор - сам свет, текучесть водной глади и красота окружающего мира. Заметим, что в его третьем концерте - уже До минор, и такие же сосредоточенно-углубленные модуляции: в то время он уже чувствовал приближение глухоты, не понимая однако, насколько больно и страшно ударит его судьба. А во времена первого фортепианного концерта гром уже гремел, но отдаленно, глухо, и молния еще не сверкала...
Третий фортепьянный концерт Бетховена
Третий концерт сочинен в 1800 году (эскизы относятся к 1797 г.). 15 декабря того же года в письме к издателю Бетховен критически отозвался об ор. 15 и 19, добавив: «...Лучшие концерты придерживаю для себя», — иначе говоря, для своей будущей академии. К апрелю 1802 года, по словам Бетховена, ор. 37 уже был готов, но композитор просил издателя повременить с публикацией до академии, которая состоялась 5 апреля 1803 года (см. с. 12). Ф. Рис утверждает, что к этому времени фортепианная партия еще не была окончательно зафиксирована. В ноябре 1804 года концерт вышел из печати (в 1834 г. — партитура). Сохранилась каденция к первой части, которую Бетховен записал в 1809 году.
Концерт имел успех, снискал популярность. Так, в известном Музыкальном словаре Гербера, изданном в 1812 году, сказано: «...Это, быть может, высшее творение среди тех, что были созданы всеми мастерами в данном жанре». Третий концерт вслед за Бетховеном исполнил 19 июля 1804 года Фердинанд Рис и в конце 1808 года Фридрих Штейн. Рис подробно рассказывает о своем дебюте:
«Для первого моего публичного выступления Бетховен дал рукопись своего концерта. Он дирижировал и переворачивал мне ноты. Я просил его написать каденцию, но он отказался и заставил меня самого писать ее. Бетховен остался доволен моей композицией и мало что переменил в ней. Все же надо было переделать один блестящий, но очень трудный пассаж, который казался ему слишком смелым. Однако другой пассаж не удовлетворил меня. Я не мог заставить себя сыграть в публичном концерте облегченную редакцию. И вот Бетховен спокойно садится рядом со мной. Но, когда я дерзко начал трудный пассаж, он, возмущенный, резко отодвинул свой стул. Каденция все же удалась, и Бетховен был так обрадован, что громко закричал «браво». Его возглас одушевил публику, и положение среди артистов мне было обеспечено. После концерта Бетховен сказал мне: «Вы своевольны и знайте, если й пассаж был смазан, я с вами перестал бы заниматься».
Дебют двадцатилетнего виртуоза прошел успешно. «Всеобщая музыкальная газета» писала: «Без сомнения, этот концерт принадлежит к числу лучших произведений Бетховена. Он был мастерски сыгран г. Рисом, пока что единственным учеником Бетховена и страстным почитателем его творчества» 1. Отмечалось также, что исполнение было «очень связным и выразительным». Популярность концерта не ослабевала в последующие годы; он принадлежал к числу немногих творений Бетховена, приобретших еще при жизни автора широкую известность.
По сравнению с предшествующими двумя произведениями ор. 15 и 19 в этом концерте осуществлен значительный шаг вперед не только в утверждении новой фортепианной техники., но и в ином осмыслении ее — в создании новой концепцииконцертной музыки. Бетховен, если воспользоваться его собственными словами, привнес в нее «поэтическую идею», что обусловило еще большую слитность партий фортепиано и оркестра, тогда как противопоставления tutti и solo оказались переосмысленными благодаря новой, драматической трактовке диалогического принципа: он служит ныне выражению конфликтного содержания. Борьба страстей и покой созерцания, патетика и лиризм — эти полярные состояния были объединены методом симфонического развития.
Четвертый фортепьянный концерт Бетховена
Концерт №4 иногда называют «жаворонковым» из-за первой части: впервые в истории музыки фортепианный концерт начинает солист, к которому сразу же подключается оркестр, пробуждаемый, рассеивающий тьму своим светом, озаряя путь. Первое публичное исполнение состоялось в Вене 22 декабря 1808 года в Театре ан дер Вин. Солистом того концерта был сам Бетховен[1]. Это было последнее выступление Бетховена в качестве пианиста. Считается, что драматическую вторую часть концерта Andante con moto Бетховен написал под впечатлением от некой картины, на которой изображён Орфей, просящий о снисхождении к Эвридике у подземных владык.
Пятый фортепьянный концерт Бетховена
Концерт №5 Бетховена исполняет Николай Луганский с оркестром Михаила Плетнева.
Пятый фортепианный концерт ми-бемоль мажор, самый монументальный и известный как «Император», был назван при издании «Большим концертом» и посвящён покровителю и ученику композитора эрцгерцогу Рудольфу Австрийскому. Первое исполнение состоялось 28 ноября в 1811 году в Лейпциге. В 1812 году концерт был исполнен и в Вене учеником Бетховена Карлом Черни. Созданная в годы наполеоновских войн, музыка концерта отразила героико-патриотическую направленность бетховенского искусства центрального десятилетия творчества. Об этом говорит героический облик I части - чеканность и энергия ее маршевых ритмов, призывных интонаций. Эпическая широта драматургии концерта, характерные бетховенские контрасты - мощь и нежность, сила и покой - позволяют сравнить его с Третьей симфонией. В отличие от симфонии в концерте акцентировано не драматически-конфликтное, а триумфальное начало, дух радостной действенности: это не сама битва, а победный её результат.
И в конце моего повествования я предлагаю Вам посетить вместе со мной ВЕЛИКОЛЕПНУЮ ВЕНУ и места, связанные с Бетховеным.
|
Метки: Бетховен Концерт фортепьяно Алексей Володин Мариинский театр Звонов Володин концерты Бетховена поговорим о музыке |
Почему на Западе так не любят Россию? |
Вера в то, что бессмертие народа в какой-то мере гарантировано,— наивная иллюзия. История — это арена, полная жестокостей, и многие расы как независимые целостности сошли с нее. Для истории жить не значит позволять себе жить как вздумается, жить — значит очень серьезно, осознанно заниматься жизнью, как если бы это было твоей профессией. Поэтому необходимо, чтобы нашепоколение с полным сознанием, согласованно озаботилось бы будущим нации.
Хосе Ортега-и-Гассет
(по мотивам лекций С.Г.Кара-Мурзы)
Что такое русофобия? Этим словом обозначают широкий спектр отрицательных чувств и установок по отношению к русским – от страха до ненависти. Наиболее важной для нас является в данный момент русофобия Запада.
Она присутствует как важный элемент в основных идеологических течениях Запада и непосредственно оказывает большое влияние на отношение к России и русским и в массовом сознании, и в установках элиты и правящей верхушки. Поскольку Запад является в то же время «значимым иным» в формировании национального сознания русских, игнорировать этот фактор нельзя, он является важным качеством той «окружающей среды», в которой существуют Россия и русские.
Люди осознают себя как народ только в сравнении себя с другими народами («иными»). Прежде всего с теми народами, которые оказывают наибольшее влияние на их судьбу. Начиная с XVI в. главными иными для русских стали народы Запада, в целом — Западная цивилизация. С Запада приходили теперь захватчики, представлявшие главные угрозы для существования России. К Западу же русские относились с напряженным вниманием, перенимая у них многие идеи, технологии и общественные институты. По поводу отношения к Западу в среде самих русских шел непрерывный диалог и возникали длительные конфликты, так что даже появились два философских течения — западники и славянофилы.
Самосознание русских никогда не включало ненависть к Западу в качестве своего стержня. От такого комплекса русских уберегла история — во всех больших войнах с Западом русские отстояли свою независимость, а в двух Отечественных войнах одержали великие победы. Это укрепило и русское ядро, и ту полиэтническую нацию, которая складывалась вокруг этого ядра в XIX и XX вв.
За исключением части интеллигенции, в сознании русских не было комплекса неполноценности по сравнению с Западом. Да, многое есть у Запада, чем можно восхищаться, но есть и духовная пропасть, возникшая с отходом его от православного представления о человеке. Русские философы даже видели в этом трагедию Европы. Русский националист К.Н. Леонтьев, скорее западник, чем славянофил, высказал глубокую мысль: «И как мне хочется… воскликнуть не от лица всей России, но гораздо скромнее, прямо от моего лица и от лица немногих мне сочувствующих: «О, как мы ненавидим тебя, современная Европа, за то, что ты погубила у себя самой все великое, изящное и святое и уничтожаешь и у нас, несчастных, столько драгоценного твоим заразительным дыханием!»
Россия у Запада с ХVI века (с Ливонской войны) – как кость в горле. Уже тогда на Западе было сказано, в качестве непререкаемой догмы: «Русские хуже турок». Русофобия – старая, укорененная часть западной культуры, надо смотреть на эту реальность, не впадая в истерику от того, чего нельзя изменить.
Образ русских (вообще россиян) и России рисовался в Европе всегда, за исключением коротких исторических периодов, черными красками. Так возникла русофобия Запада — широкий спектр отрицательных чувств и установок по отношению к русским, от страха до ненависти. Она присутствует как важный элемент в основных идеологических течениях Запада и непосредственно оказывает большое влияние на отношение к России и русским и в массовом сознании, и в установках элиты, и правящей верхушки. Поскольку Запад является в то же время «значимым иным» в формировании национального сознания русских, игнорировать этот фактор нельзя, он является важным качеством той «окружающей среды», в которой существуют Россия и русские.
Этот фактор надо изучать, следить за его динамикой, стараться на него воздействовать соответственно нашим национальным интересам, но при этом относиться к нему рационально, как и к другим факторам окружающей среды. Нельзя давать волю эмоциям и тем более исходить из эмоций при выработке своих установок и конкретных решений. Обижаться на русофобию, испытывать неприязнь к ее носителям, тем более отворачиваться от их «культурных продуктов» — глупо.
Западная русофобия имеет примерно тысячелетнюю историю и глубокие корни. Это большая и сложная идеологическая концепция, составная часть евроцентризма – лежащей в основе западного мировоззрения доктрины, согласно которой в мире имеется одна цивилизация. Это Запад (не в географическом, а в культурном смысле). Он берет свое начало от Древней Греции и Рима (античности) и прошел в своем историческом развитии единственно правильный путь («столбовую дорогу цивилизации»). Остальные народы («варвары») отстали или уклонились с этого пути.
Всякого рода фобии — страхи и ненависть к иным — стали с раннего Средневековья важным средством в формировании самосознания народов Запада. Это были, прежде всего, фобии к тем, от кого исходил вызов («варвары на пороге»), и к тем, кого Запад подавлял и угнетал — и потому ожидал угрозы, которая до поры до времени таится под маской покорности.
Почему «Россия как зеркало» так возмущала Запад?
Культура России корнями уходит в Православие. Ранним основанием русофобии и стала ненависть к Восточному христианству (Православию), от которого с VII в. стала отходить Западная (католическая) церковь. В 1054 г. римский папа Лев IX и константинопольский патриарх Кируларий предали друг друга анафеме — произошел формальный раскол (схизма). Анафема — это не размолвка двух королей. В Средние века она проводила духовную границу.
Но расхождение двух больших цивилизаций началось раньше — разделением в IV в. на Западную и Восточную Римские империи. Наследницей Восточной, Византийской, империи и считала себя Россия (в духовно-религиозном смысле Москва в момент становления Московского государства была даже названа «Третьим Римом»).
Еще в XVIII в. все восточноевропейские народы обозначались понятием «скифы», пока историк Гердер не позаимствовал у варваров древности имя «славяне». Славяне долго еще были для западных европейцев скифами, варварами, Востоком.
Систематическая очистка Запада от славян продолжалась четыре века — с кровавых походов короля франков Карла Великого (VIII в.). В хрониках, которые писали сопровождавшие его аббаты, славяне назывались не иначе как жабами и червями. Главы западных учебников всемирной истории о том, как Альберт Медведь и Генрих Лев очищали от славян центр Европы, читать страшно. Хотя моравы, венды и сербы уже были крещены, их уничтожали в качестве язычников. Остановили этот напор Александр Невский на севере и монголы в Венгрии в XIII в.
Православие было объявлено языческой ересью, и норманны опустошали побережья Византии и Балкан, следуя указаниям св. Августина: поступать с язычниками так же, как евреи с египтянами, — обирать их. В XII в. начались Крестовые походы против славян, и дело поставили на широкую ногу. Важнейшим для русской истории стал IV Крестовый поход в 1204 г. — против Византии, христианского государства.
Таким образом, одним из первых истоков русофобии западных европейцев было представление о славянах Руси как религиозных отступниках. Из факта принятия христианства на Руси от Византии выводилось и мнение об «азиатскости» и даже язычестве восточных славян.
В среде просвещенных западников в самой России духовная связь Руси с Византией считалась причиной «умственной незрелости» русских.
Концепция истории какборьбы народов детально изложена Энгельсом в трактовке революционных событий 1848 г. в Австро-Венгрии. Во вводной части Энгельс дает исторический очерк становления Австрии. Он подчеркивает, что это был процесс захвата славянских земель и угнетения славян. Вот главные для нас положения этого очерка: “Габсбурги получили те южногерманские земли, которые находились в непосредственной борьбе с разрозненными славянскими племенами или в которых немецкое феодальное дворянство и немецкое бюргерство совместно господствовали над угнетенными славянскими племенами…
Расположенная к югу от Судетских и Карпатских гор, Австрия в эпоху раннего средневековья была страной, населенной исключительно славянами… В эту компактную славянскую массу вклинились с запада немцы, а с востока - мадьяры...
Так возникла немецкая Австрия… Немцы, которые вклинились между славянскими варварами в эрцгерцогстве Австрии и Штирии, соединились с мадьярами, которые таким же образом вклинились между славянскими варварами на Лейте. Подобно тому, как на юге и на севере… немецкое дворянство господствовало над славянскими племенами, германизировало их и таким образом втягивало их в европейское движение, - так и мадьярское дворянство господствовало над славянскими племенами на юге и на севере…”. Как видим, Энгельс совершенно ясно описал характер национальных отношений немцев и венгров со славянами как угнетение и эксплуатацию, хотя и назвал захват славянских земель и “этническую чистку” этих земель уклончивым словом “вклинились”. Определенно выражена и разница этнических статусов. Немцы – европейцы, народ, имеющий развитые государственность и социальную структуру (Габсбурги, дворянство), славяне – племена, которые подвергаются германизации (“немцы вклинились между славянскими варварами”).
Программа выработки интеллектуальных и художественных оснований русофобии началась на Западе, когда Россия возродилась после татарского ига в виде Московского царства. Так европейцы защищали свою идентичность, боялись не только силы русских, но и духовных воздействий, соблазна русскости. Однако русофобия возникла и развивалась на более раннем основании – на ненависти к Восточному христианству (Православию), от которого с 7 века стала отходить Западная (католическая) церковь. В 1054 г. римский папа Лев IХ и константинопольский патриарх Кируларий предали друг друга анафеме – произошел формальный раскол (схизма). Эта анафема была «предана забвению» только в 1965 г. – папой и константинопольским патриархом.
Под этим расколом лежала и более широкая причина – разделение в 4 веке на Западную и Восточную Римские империи означало расхождение двух больших цивилизаций. Наследницей Восточной, Византийской империи и считала себя Россия (в духовно-религиозном смысле Москва была названа «Третьим Римом»).
Ненависть раннего Запада распространилась на славян – большое число племен и народов, обитавших на Балканах, по Дунаю и к востоку от Лабы (Эльбы). Они тяготели к Восточному христианству, что давало идеологическое обоснование ненависти (а значит, и завоеванию). Еще в ХVIII веке все восточноевропейские народы обозначались понятием «скифы», пока историк Гердер не позаимствовал у варваров древности имя «славяне», благодаря чему Восточная Европа обрела образ славянского края. Славяне долго еще были для западных европейцев скифами, варварами, Востоком. Отправляясь из Вены в Прагу, Моцарт считал, что едет на Восток, к славянам (хотя Прага находится западнее Вены).
Систематическая очистка земель от славян пpодолжалась четыpе века - с кpовавых походов короля франков Каpла Великого (8 век). В хpониках, котоpые писали сопpовождавшие его аббаты, славяне назывались не иначе как жабами и чеpвями. Остановили этот напоp Александp Невский на севеpе и монголы в Венгpии в 13 веке. Главы западных учебников всемирной истории о том, как Альбеpт Медведь и Генpих Лев очищали от славян центp Евpопы, читать стpашно. Хотя моpавы, венды и сеpбы уже были кpещены, их уничтожали в качестве язычников.
Пpавославие было объявлено языческой еpесью, и ноpманны опустошали побеpежья Византии и Балкан, следуя указаниям св. Августина: поступать с язычниками так же, как евpеи с египтянами - обиpать их. В XII веке начались кpестовые походы пpотив славян, и дело поставили на шиpокую ногу. Важнейшим для русской истории стал IV Кpестовый поход в 1204 г. - пpотив Византии, хpистианского госудаpства.
Одним из первых истоков русофобии западных европейцев было представление о русских как религиозных отступниках. Из факта принятия христианства на Руси от Византии выводилось и мнение об их «азиатскости» и даже язычестве.
В среде просвещенных западников в самой России духовная связь Руси с Византией считалась причиной «умственной незрелости» русских. Чаадаев, который считается первым русским философом, писал: «Повинуясь нашей злой судьбе, мы обратились к жалкой, глубоко презираемой этими [западными] народами Византии за тем нравственным уставом, который должен был лечь в основу нашего воспитания». Эта мысль свербит у наших западников и сегодня. Новодвоpская оплакивает Россию: «Нас похоpонила Византия, и геополитика нас отпела».
Историк Н.И. Ульянов пишет в эмиграции: «С давних пор отшлифовался взгляд на сомнительность русского христианства, на варварство и богопротивность его обрядов, на отступничество русских, подлость их натуры, их раболепие и деспотизм, татарщину, азиатчину, и на последнее место, которое занимает в человеческом роде презренный народ московитов».
Так вспомним судьбу самой Византии. Чем была вызвана ненависть к ней Запада, сейчас понять тpудно. В XI томе «Всемиpной истоpии», по которой сегодня учатся на Западе, дается такое объяснение: «Пpи виде богатства гpеков латинский миp испытывает восхищение, зависть, подавленность и ненависть. Комплекс неполноценности, котоpый будет удовлетвоpен в 1204 г., питает его агpессивность по отношению к Византии».
Давайте пpочтем в XIII томе «Всемиpной истоpии», чем кончился в 1204 г. IV Кpестовый поход пpотив Византии. Описан он с множеством оправданий оголодавших pыцаpей, но от документов самих аббатов не уйдешь. Вот что было после того, как штуpмом был взят и сожжен Цаpьгpад: «Наконец pыцаpи и солдаты дали выход тpадиционной ненависти латинского миpа к гpекам. Гpабежи, убийства и изнасилования охватили гоpод. Невозвpатны были утpаты сокpовищ искусства, накопленных в стенах Византии за ее почти тысячелетнюю истоpию. Целиком сжигались библиотеки, из цеpковных пpедметов были выломаны дpагоценные камни, пеpеплавлено в слитки золото и сеpебpо и pазбит мpамоp.
Воины, начавшие свой поход как кpестоносцы, не уважили pелигию: монахини были изнасилованы в монастыpях; в собоpе Святой Софии пьяные солдаты pазбили молотками и топоpами алтаpь и сеpебpяный иконостас; пpоститутка уселась на тpон патpиаpха и pаспевала фpанцузские песни, вино пили из священных сосудов».
В отдельной хpонике описано, как аббат Маpтин из Эльзаса, угpожая настоятелю цеpкви Пантокpатоpа смеpтью, заставил его откpыть тайник с pеликвиями и «набил каpманы своей сутаны» сокpовищами. Он вывез 52 бесценные pеликвии, список котоpых пpилагается. Венецианцы увезли бpонзовую квадpигу, котоpую импеpатоp Константин установил в своей новой столице. Сегодня она укpашает вход в собоp Св. Маpка в Венеции. Хpоники отмечают, что когда в 1187 г. саpацины захватили Иеpусалим, они не тpонули хpистианских хpамов и pазpешили хpистианам выйти из гоpода со всем их имуществом.
Все это пpекpасно знал Александp Невский (многие православные монахи, свидетели дел кpестоносцев, ушли в Россию). А наши демокpаты его поносят за то, что он не сдал Русь тевтонам. С чем же шли на Русь тевтоны? В булле от 24 ноября 1232 г. папа Григорий Х призвал ливонских рыцарей-меченосцев идти в Финляндию «защитить насаждение христианской веры против неверных русских». В булле от 9 декабря 1237 г., после объединения Ордена меченосцев с Тевтонским орденом, этот же папа призывает организовать «крестовый поход». В походе должны были участвовать датские крестоносцы в Эстонии, тевтонцы и шведские рыцари. В этой кампании и произошла битва со шведами 1240 г. на Неве, за которую Александр получил свой титул. Он опередил немцев, которые шли на соединение со шведами. В булле от 6 июля 1241 г. Григорий IXпросит и норвежского короля присоединиться к «крестовому походу против язычников».
Это отношение к Православию и православным славянам в принципе не изменилось в Новое время, да и до сих пор - оно просто ушло в подсознание. Разве Ватикан извинился за крестовый поход против христианской Византии в 1204 г., подобно тому как извинился перед Галилеем или перед евреями за изгнание их из Испании в 1492 г.? В XIX веке Карла Великого, «очистившего» Центральную Европу от славян, назвали главной фигурой истории Запада — выше Цезаря и Александра Македонского. Когда Наполеон пошел на Россию, его назвали «воскресшим Карлом». В 1942 г. фашисты пышно праздновали 1200 лет со дня рождения «Карла-европейца», а в ФРГ кардинал из Кёльна назвал холодную войну «реализацией идеаловКарла Великого».
Враждебное отношение к православию и представление об «азиатскости» русских на Западе усилились после монгольского нашествия на Русь. Русских представляли «варварами на пороге», жителями восточной и мифологической непонятной страны. Все непонятное внушает страх и неприязнь. Казавшееся европейцам таинственным освобождение от монгольского ига и быстрое укрепление Руси лишь усилили русофобию – на Востоке вдруг неожиданно возникло огромное государство.
Тогда в Европе стало складываться ощущение восточной границы Запада, за которой находится таинственный чужой. Русофобия стала формироваться как большой идеологический миф. В первой половине шестнадцатого века писатель возрождения Рабле ставил в один ряд «московитов, индейцев, персов и троглодитов». Большие культурные силы для идейного и художественного оформления русофобии были собраны с началом первой войны России и Европы, получившей название Ливонской войны (1558-1583). Считается, что эта война окончательно обозначила для западного человека восточные пределы Европы. Европа кончалась за рекой Нарвой и Псковским озером.
Автор первого на Руси трактата «Политика» хорват Ю. Крижанич (он ввел в оборот слово чужебесие) писал о разработке основ русофобии: «Когда пишут что-либо о русском народе, пишут, как видим, не историю, а язвительную и шутейную песнь. Наши пороки, несовершенства и природные недостатки преувеличивают и говорят в десять раз больше, чем есть на самом деле, а где и нет греха, там его придумывают и лгут».
Ливония была объявлена «восточным бастионом» цивилизации, в союзе с Ливонским орденом выступили Литва, Польша, Дания и Швеция, много наемников из всей Европы. Русские были представлены дьявольскими силами, наползающими с Востока. Можно сказать, что на этом этапе идеологи русофобии уже отдавали себе отчет в евразийской характере возникающей Российской империи. Во время Ливонской войны татарская конница составляла существенную часть русского войска, а одно время касимовский хан чингизид Шах-Али (Шигалей) даже командовал всей русской армией.
На Западе было объявлено, что цель России в Ливонской войне- «окончательное разрушение и опустошение всего христианского мира». Был выдвинут лозунг «Священной войны» Европы против России. Тогда была создана первая развитая технология психологической войны. Было широко использовано книгопечатание и изобретен жанр «летучих листков» (листовок). Это короткие иллюстрированные тексты для массового читателя. Они были дешевы, написаны простым образным языком и охватили значительную часть населения. Для создания в листках черного образа русских были применены все художественные средства описания зла, найденные Возрождением. Главные из них такие.
Прямо или косвенно русских представляли через образы Ветхого Завета. Спасение Ливонии сравнивалось с избавлением Израиля от фараона, а Ивана Грозного сравнивали с фараоном, Навуходоносором и Иродом. Его однозначно и устойчиво определяли как тирана. Это делалось с такой частотой, что слово «тиран» стало нарицательным для определения всех правителей России в принципе. Утверждалось, что русские – это и есть легендарный библейский народ Мосох, с нашествием которого связывались предсказания о Конце Света. Говорилось, что московиты есть искаженное слово мосох: «Потому что Мосох или москвитянин означает, не больше ни меньше, как человек, который ведет страшную жизнь, напрягает, протягивает свой лук и хочет стрелять; то же делают и москвитяне». Или, у другого автора: «Нечему удивляться, так как сам народ дик. Ведь моски названы от Месха, что означает: люди, натягивающие луки»[1]. Популярным был сюжет и картинка: опричники забавляются тем, что стреляют из луков в бегающих по полю нагих девушек (да к тому же заставляют их нагибаться и ловить кур).
Вторая тема – «азиатская» природа русских. Иван Грозный изображался одетым в платье турецкого султана. Писали о его гареме из 50 жен, причем надоевших он убивал самыми изощренными способами. При изображении зверств московитов использовались те же эпитеты и метафоры, как и при описании турок, их и рисовали одинаково.
После Ливонской войны русофобия полтора века питалась наработанными штампами и мифами. Самое популярное на Западе описание России в 17 веке было сделано Олеарием, который путешествовал в поисках торгового пути в Персию. Его отчет был издан по-немецки в 1647 г. и затем непрестанно переиздавался почти на всех западных языках. Олеарий писал: «Наблюдая дух, нравы и образ жизни русских, вы непременно причислите их к варварам». Затем он по шаблону осуждал русских за недостаток «хороших манер» - за то, что «эти люди громко рыгают и пускают ветры», за «плотскую похоть и прелюбодеяния», а также за «отвратительную развращенность, которую мы именуем содомией», совершаемую даже с лошадьми. Он также предупреждал будущих инвесторов, что русские «годятся только для рабства» и их надо «гнать на работу плетьми и дубинами». Наши демократы-реформаторы в своей фантазии недалеко ушли от Олеария.
Вольтер, проявлявший с 1745 г. большой интерес к Петру Великому и желавший написать историю его царствования, получил этот заказ от Елизаветы. Работа началась в 1757 г., из России Вольтеру доставлялись исторические материалы. Ломоносов писал критические замечания на текст Вольтера и готовил часть материалов, посылавшихся Вольтеру. Исправления, касающиеся фактической стороны дела, Вольтер принимал, но Ломоносов жаловался на общую тенденциозность. В смягченной форме Вольтер следовал той установке, которую выразил раньше в своей «Истории Карла XII, короля Швеции».
Там он писал: «Московия, или Россия, занимает собою север Азии и Европы и, начиная от границ Китая, протянулась на полторы тысячи лье вплоть до пределов Польши и Швеции. Однако огромная сия страна оставалась почти неизвестной в Европе, пока на ее престоле не оказался царь Петр. Московиты были менее цивилизованы, чем обитатели Мексики при открытии ее Кортесом. Прирожденные рабы таких же варварских как и сами они властителей, влачились они в невежестве, не ведая ни искусств, ни ремесел и не разумея пользы оных. Древний священный закон воспрещал им под страхом смерти покидать свою страну без дозволения патриарха, чтобы не было у них возможности восчувствовать угнетавшее их иго. Закон сей вполне соответствовал духу этой нации, которая во глубине своего невежества и прозябания пренебрегала всяческими сношениями с иностранными державами».
Дипломаты, именитые путешественники и писатели сообщали о России самые нелепые сведения. В “Записках о России” (1754), хранящихся в архиве французского МИДа, дипломат говорит о русских: “Поскольку они по натуре своей воры и убийцы, то не колеблясь совершают одно или другое из этих преступлений, если случай представится, и это в ту пору, когда они постятся и даже водки себя лишают. Именно в это время напускной набожности особенно опасно находиться на улице в двух городах, в Москве и Санкт-Петербурге; большой риск, что ограбят и даже убьют. В обычае русских убивать тех, кого грабят; в объяснение они говорят, что мертвые не болтают”.
Авантюрист Казанова в своих мемуарах описывает фантастическое зрелище: в праздник Богоявления на льду Невы перед Зимним дворцом строят Иордань, где пьяный поп крестит детей, окуная их в прорубь. Уронив случайно младенца в воду, он говорит родителям: “Другого!”
Даже достоинства русских объяснялись их предосудительными отличиями от цивилизованного западного человека. Д. Дидро написал для большой книги аббата Рейналя “История двух Индий” (1780) раздел о России. Он таким образом объясняет, почему русский солдат столь отважен: “Рабство, внушившее ему презрение к жизни, соединено с суеверием, внушившим ему презрение к смерти”. Поразительно, но эта формула ХVIII века почти без вариаций действовала двести лет.
В январе 1942 г. после беседы с генералом СС Йозефом Дитрихом Геббельс сделал такую запись: «От подробностей, которые Зепп Дитрих рассказывает мне о русском народе в оккупированных областях, прямо-таки волосы встают дыбом. Величайшей опасностью, которая угрожает нам на востоке, является тупое упорство этой массы. Оно наблюдается как у гражданского населения, так и у солдат. Попав в окружение, солдаты не сдаются, как это модно делать в Западной Европе, а сражаются, пока их не убьют. Большевизм только еще усилил эту расовую предрасположенность русского народа. Стало быть, мы здесь имеем дело с противником, с которым надо держать ухо остро. Что сталось бы, если бы этот противник наводнил Западную Европу, - этого человеческий мозг вообще не в состоянии представить».
А в апреле 1942 г. Геббельс писал: «Если бы в восточном походе мы имели дело с цивилизованным народом, он бы уже давно потерпел крах. Но русские в этом и других отношениях совершенно не поддаются расчету. Они показывают такую способность переносить страдания, какая у других народов была бы совершенно невозможной».
Принципиально русофобия обновилась после Отечественной войны 1812 г. Казалось бы, русская армия освободила завоеванную и униженную Наполеоном Европу. Более того, русская армия сразу же покинула оккупированную Францию и освобожденные земли Германии, что было необычно. Но тут же в столицах стали шептать, что Россия планирует создать всемирную монархию и что царь опаснее Наполеона. Стали поминать, что Наполеон перед походом в Россию сказал, что после него «Европа станет или республиканской, или казацкой».
После 1815 г. русофобия стала раскручиваться и революционными силами Европы, и реакционерами. Против России – союз хоть с дьяволом. Революционеры проклинали Россию за то, что она мало помогает монархам, которых они сами пытались свергать. Монархи – за то, что не торопится помочь им подавить революцию. В 1849 г. царь по настойчивым просьбам Австрии послал, согласно договору, войска на подавление революции в Венгрии. Эта акция ничего уже не решала, но вой поднялся всеобщий.
Справа пугал реакционный философ Доносо Кортес: «Если в Европе нет больше любви к родине, так как социалистическая революция истребила ее, значит, пробил час России. Тогда русский может спокойно разгуливать по нашей земле с винтовкой под мышкой». Слева пугал Энгельс: «Хотите ли вы быть свободными или хотите быть под пятой России?» На попытки русских демократов воззвать к здравому смыслу неслись ругань и угрозы. Дело было не в идеологии – одинаково ненавистны были и русские монархисты, и русские демократы, а позже русские большевики.
В октябре 1942 г., когда немцы, завязнув в России, перестали быть угрозой для Англии, Черчилль написал буквально то же самое, что за сто лет до этого писал Энгельс: «Все мои помыслы обращены прежде всего к Европе как прародительнице современных наций и цивилизации. Произошла бы страшная катастрофа, если бы русское варварство уничтожило культуру и независимость древних европейских государств. Хотя и трудно говорить об этом сейчас, я верю, что европейская семья наций сможет действовать единым фронтом, как единое целое под руководством европейского совета».
Русофобия как этническая неприязнь к русским проявляется даже в работах К.Маркса и Ф.Энгельса В работе Ф.Энгельса «Армии Европы», в главе «Русская армия» (1855) приводится вот такая характеристика русских солдат: «Унтер-офицеры в большинстве своем рекрутируются из солдатских сыновей, воспитанных в казенных заведениях… Это круг людей, играющих подчиненную роль, хитрых, ограниченных и эгоистичных, поверхностная образованность которых делает их еще более отвратительными; тщеславные и жадные до наживы, продавшиеся душой и телом государству, они сами в то же время ежедневно и ежечасно пытаются продать его по мелочам, если это может дать им какую-либо выгоду. С офицерами дело обстоит, пожалуй, еще хуже… В армию попадает большое число молодых людей в чине прапорщика или поручика, все образование которых в лучшем случае состоит в том, чтобы сравнительно легко разговаривать по-французски на самые обычные темы и немного разбираться в элементарной математике, географии и истории – все это вдалбливается им просто для видимости… Вплоть до настоящего времени русские, к какому бы классу они ни принадлежали, еще слишком варвары, чтобы находить удовольствие в научных занятиях или в умственной работе (исключая интриг), поэтому почти все выдающиеся люди, служащие в русской армии, - иностранцы. Таким образом, среди офицеров русской армии есть очень хорошие и очень плохие, но первые из них составляют бесконечно малую величину по сравнению с последними».
Характеристика солдат завершается общим выводом о русских в целом: «Основной недостаток русских солдат состоит в том, что они – самые неповоротливые в мире. Они не годятся для службы ни в легкой пехоте, ни в легкой кавалерии…
Русские, будучи подражателями во всем, выполнят все, что им прикажут, или все, что их заставят сделать, но они не сделают ничего, если им придется действовать на свою ответственность. И действительно, этого трудно ожидать от тех, кто никогда не знал, что такое ответственность, и кто с такой же покорностью пойдет на смерть, как если бы ему было приказано качать воду или сечь своего товарища».
В начале ХХ века русофобия распространилась в интеллектуальной элите России – влиятельной части гуманитарной и творческой интеллигенции. В то время марксизм овладел практически всем общественным сознанием русского образованного слоя. Это была первая мировоззренческая система, в которой на современном уровне ставились основные проблемы бытия, свободы и необходимости. Даже тягу к религиозной философии в России начала века пробудил именно марксизм. Всвоевремя марксистами были не только религиозные искатели, но даже и такие правые лидеры кадетов, как П. Струве и А. Изгоев.
Ключевой идеей русофобии этого периода становится концепция, согласно которой Россия стремится покорить Европу и увековечить свое «монгольское господство над современным обществом». В развитие этой концепции существенный вклад внес Маркс. Свою неоконченную работу «Разоблачения дипломатической истории XVIII века» (она написана в 1856-1857 гг.) он завершает так: «Московия была воспитана и выросла в ужасной и гнусной школе монгольского рабства. Она усилилась только благодаря тому, что стала virtuoso в искусстве рабства. Даже после своего освобождения Московия продолжала играть свою традиционную роль раба, ставшего господином. Впоследствии Петр Великий сочетал политическое искусство монгольского раба с гордыми стремлениями монгольского властелина, которому Чингисхан завещал осуществить свой план завоевания мира… Так же как она поступила с Золотой Ордой, Россия теперь ведет дело с Западом. Чтобы стать господином над монголами, Московия должна была татаризоваться. Чтобы стать господином над Западом, она должна цивилизоваться… оставаясь Рабом, т. е., придав русским тот внешний налет цивилизации, который подготовил бы их к восприятию техники западных народов, не заражая их идеями последних».
Прошло десять лет, но этот антироссийский штамп применяется Марксом без изменения. На митинге в Лондоне он произнес патетическую речь: «Я спрашиваю вас, что же изменилось? Уменьшилась ли опасность со стороны России? Нет. Только умственное ослепление господствующих классов Европы дошло до предела… Путеводная звезда этой политики — мировое господство, остается неизменным. Только изворотливое правительство, господствующее над массами варваров, может в настоящее время замышлять подобные планы… Итак, для Европы существует только одна альтернатива: либо возглавляемое московитами азиатское варварство обрушится, как лавина, на ее голову, либо она должна восстановить Польшу, оградив себя таким образом от Азии двадцатью миллионами героев».
Представление России как азиатской империи, стремящейся покорить Европу, — примитивный исторический миф, сложенный в рамках идеологии евроцентризма в XVIII в.
О. Шпенглер так говорил о Западе и России: «Здесь есть различие не двух народов, но двух миров. Русские вообще не представляют собой народа, как немецкий или английский. В них заложены возможности многих народов будущего, как в германцах времен Каролингов. Русский дух знаменует собой обещание грядущей культуры, между тем как вечерние тени на Западе становятся все длиннее и длиннее. Разницу между русским и западным духом необходимо подчеркивать самым решительным образом. Как бы глубоко ни было душевное и, следовательно, религиозное, политическое и хозяйственное противоречие между англичанами, немцами, американцами и французами, но перед русским началом они немедленно смыкаются в один замкнутый мир. Нас обманывает впечатление от некоторых, принявших западную окраску, жителей русских городов. Настоящий русский нам внутренне столь же чужд, как римлянин эпохи царей и китаец времен задолго до Конфуция, если бы они внезапно поВВВВВявились среди нас. Он сам это всегда сознавал, проводя разграничительную черту между «матушкой Россией» и «Европой».
Для нас русская душа - за грязью, музыкой, водкой, смирением и своеобразной грустью - остается чем-то непостижимым... Тем не менее некоторым, быть может, доступно едва выразимое словами впечатление об этой душе. Оно, по крайней мере, не заставляет сомневаться в той неизмеримой пропасти, которая лежит между нами и ими».
Очень многих европейцев эти различия тянули к России с симпатией, но многих – с неприязнью и страхом. Периодически равновесие нарушалось вспышками острой вражды, лавинообразным нарастанием антироссийских установок – вплоть до идеи новых Крестовых походов.
Уже незадолго перед войной (в 1938 г.) немецкий историк Вальтер Шубарт в книге “Европа и душа Востока” пишет: “Самым судьбоносным результатом войны 1914 года является не поражение Германии, не распад габсбургской монархии, не рост колониального могущества Англии и Франции, а зарождение большевизма, с которым борьба между Азией и Европой вступает в новую фазу... Причем вопрос ставится не в форме: Третий Рейх или Третий Интернационал и не фашизм или большевизм? Дело идет о мировом историческом столкновении между континентом Европы и континентом России…
Сегодня Европа чувствует себя под серьезной угрозой русского большевизма… Большевистскими властителями тоже руководит настроение противоположения Западу. То, что случилось в 1917 году, отнюдь не создало настроений, враждебных Европе, оно их только вскрыло и усилило” [21].
Размышляя о той необычно интенсивной ненависти к большевикам и к Сталину, которая обнаружилась за последние 20 лет и на Западе, и у наших отечественных западников, приходишь к выводу, что причины ее – не в социальной программе большевиков и даже не в репрессиях, которые сильно ударили по космополитическому крылу элиты. Причина в том, что после ликвидации Российской империи и прихода к власти либеральных западников Россия, казалось, была готова к необратимому расчленению и «перевариванию» кусков Западом. Сорвалось, проиграли Гражданскую войну. Надеялись на Троцкого и оппозицию в ВКП(б). Опять сорвалось – грубыми методами их задавили на полвека. Толкнули на восток Гитлера – опять неудача. Большевики сумели мобилизовать и организовать силы России так, что она буквально выскользнула из уже намыленной петли. Поэтому не могут оставить покоиться Сталина и большевиков в истории, а будут свергать и мазать этот памятник день за днем, чтобы он не стал для русских символом и уроком.
С середины ХIХ века все направления антироссийской темы, которые разрабатывали Маркс и Энгельс, были актуальны для идеологического воздействия и на западное общество, и на российскую элиту, и на советскую интеллигенцию. Первым направление было представление России как «азиатской» сила, угрожающей Европе. В отношении русских образ «варвара на пороге» использовался постоянно в течение пяти веков.
Европейцев сплачивали мифом, будто им приходилось издавна жить бок о бок с варваром непредсказуемым, ход мыслей которого недоступен для логического анализа. В предисловии к книге Л. Вульфа «Изобретая Восточную Европу» А. Нойман пишет о том, как менялась эта трактовка России в разные исторические периоды: «Неопределенным был ее христианский статус в XVI и XVII веках, неопределенной была ее способность усвоить то, чему она научилась у Европы, в XVIII веке, неопределенными были ее военные намерения в XIX и военно-политические в XX веке, теперь неопределенным снова выглядит ее потенциал как ученика - всюду эта неизменная неопределенность» [63].
Маркс сформулировал на этот счет целую концепцию. Уверенность в том, что Россия стремится покорить Европу и увековечить свое «монгольское господство над современным обществом», присутствует в рассуждениях основоположников марксизма очень устойчиво. Для объяснения цивилизационных установок России как хищной деспотической силы Маркс создал целую культурологическую доктрину, крайне экстравагантную для мыслителя, который постоянно подчеркивал научный характер своего учения.
Свою неоконченную работу «Разоблачения дипломатической истории XVIII века» (написана в 1856-1857 гг.) Маркс завершает так: «Московия была воспитана и выросла в ужасной и гнусной школе монгольского рабства. Она усилилась только благодаря тому, что стала virtuoso в искусстве рабства. Даже после своего освобождения Московия продолжала играть свою традиционную роль раба, ставшего господином. Впоследствии Петр Великий сочетал политическое искусство монгольского раба с гордыми стремлениями монгольского властелина, которому Чингисхан завещал осуществить свой план завоевания мира… Так же как она поступила с Золотой Ордой, Россия теперь ведет дело с Западом. Чтобы стать господином над монголами, Московия должна была татаризоваться. Чтобы стать господином над Западом, она должна цивилизоваться... оставаясь Рабом, то есть придав русским тот внешний налет цивилизации, который подготовил бы их к восприятию техники западных народов, не заражая их идеями последних».
Представление России как азиатской империи, стремящейся покорить Европу, — примитивный исторический миф, сложенный в рамках идеологии евроцентризма в 18 в.
Удивительно, что он был оживлен в конце XIX в. практически без изменений. Руссо писал в работе «Об общественном договоре»: «Русские никогда не будут народом истинно цивилизованным… Русская империя захочет покорить Европу и будет покорена сама. Татары, ее подданные или соседи станут и ее и нашими господами».
Этот миф был очень устойчив. Так, еще при подготовке войны наполеоновской Франции с Россией появилась фальшивка под названием «Завещание Петра Великого». Говорилось, что якобы французский дипломат Д'Эон добыл эти материалы в русских архивах в 1756 г. (изучение этого текста историками показало, что он сфабрикован). Для нас интересен смысл «завещания», в котором излагаются, в частности, такие «планы и рекомендации»: «Ничем не пренебрегать, чтобы придать русскому народу европейские формы жизни и обычаи, и с этой целью приглашать из Европы различных людей, особенно ученых, или ради их выгод, или из человеколюбивых принципов философии… Втайне приготовить все средства для нанесения сильного удара, действовать обдуманно, предусмотрительно и быстро, чтобы не дать Европе времени придти в себя… Среди всеобщего ожесточения… послать по Рейну и морям «несметные азиатские орды». Корабли внезапно появятся для высадки этих кочевых, свирепых и жадных до добычи народов… одну часть жителей они истребят, другую уведут в неволю для заселения сибирских пустынь и отнимут у остальных всякую возможность свержения ига».
В образе России как «варвара на пороге» снова усилился мотив представления русских как азиатского народа. Это сближало образ России с образом другого «варвара на пороге» — Османской империи. Некоторые авторы утверждали, что для Европы «русские хуже турок». У Маркса эта мысль приобрела концептуальную четкость, по его выражению, «Турция была плотиной Австрии против России и ее славянской свиты».
На основании всего этого будет разумным принять, что в течение многих веков в правящей элите Запада складывалось и совершенствовалось устойчивое представление о России как об иной, чуждой и таящей угрозы цивилизации. Никаких признаков того, что это представление было подвергнуто пересмотру, не наблюдается.
Признанный в США идеолог войны цивилизаций Хантингтон писал, что после окончания холодной войны вопрос о восточной границе Европы оказался открытым. «О ком следует думать как о европейцах, а значит как о потенциальных членах ЕС и НАТО?» — вот, по мнению Хантингтона, смысл этого вопроса. Отвечая на него, Хантингтон проводит «культурную границу Европы, которая в Европе после холодной войны является также политической и экономической границей Европы и Запада», по линии, «веками отделявшей западнохристианские народы от мусульман и православных».
Россия и Запад: Парадигмы цивилизаций 2011 год.
С.Г.Кара-Мурза
Есть два качества в русской культуре, которые нам Запад не может простить, и в нынешнем своём состоянии никогда нам не простит. Это качества, нашедшие яркое выражение во времена Советского Союза, ставшие особенно заметной чертой не только русской, но и вообще советской культуры, так как проявлялись не только во внутренней, но и во внешней политике.
Первое качество, обязательное в нашей русской культуре: вступаться за немощных, за обиженных, за «нищих духом». Оно выражалось в том, что часто в ущерб себе Советский Союз заступался за все страны третьего мира, отстаивал их право на эквивалентный обмен перед Западом, участвовал во всех национально-освободительных войнах на стороне всё тех же слабых. В этом выражалось тотальное стремление русского, советского человека, советского общества к Справедливости, к справедливости везде и во всём.
Долг отстаивания права слабого, «нищего духом» перед сильными – настоятельное требование нашей культуры. В этом корень «злокачественной иррациональности» всех русских как его понимает Запад. Они не могут нам это качество простить, так как с ним они от нас имели и имеют кучу хлопот и очень серьёзных неприятностей.
Ведь, как думает любой западник? Побеждён, значит презренен. Побеждённого надо ошкурить и это «естественное право победителя», право ограбить и даже убить побеждённого. Заступиться за слабого – верх глупости. Дикость! Ведь, заступающийся за слабого, выступает против победителя, против сильнейшего! А это значит, он обрекает себя как минимум, на крупные неприятности без малейшего шанса на материальную компенсацию от защищаемого, и как максимум, на роль нового побеждённого.
Для западника эти соображения – само собой разумеющиеся, ибо они «мыслят рационально» и поступают «по трезвому разумению», то есть по расчёту. Победив кого-то, Запад в полном соответствии с этим «трезвым расчётом» уверен, что в грабеже побеждённого ему никто не помешает. Он уже числит всю чужую собственность, собственность побеждённого народа как свою «священную частную собственность». Ведь Запад всегда был в мире сильнейшим. А теперь представьте себе их изумление, когда они «на ровном месте» получают крутые неприятности, когда за слабых и немощных заступаются! Причём, заступаются часто, не имея ни на первый, ни на второй, ни на какой вообще взгляд серьёзного шанса на победу. Заступаются… и побеждают! Русские!
Второе качество – это наше чисто русское понимание Свободы, причём не только собственное понимание Свободы, но и то , что непосредственно из этого понимания следует.
Русское понимание свободы в немалой степени завязано на понятие индивидуализма. Уже здесь очень серьёзное различие в понимании Свободы межу русскими и западниками.
Русский индивидуализм – это состояние личности наедине с Богом (с высшей ценностной системой), западное понимание индивидуализма – состояние личности наедине с потребительской вещью, ценимой превыше всех общественных связей.
Отсюда и русская свобода – это не свобода тела, а, прежде всего, свобода духа, свобода ставить мировые проблемы и их решать. По мнению очень многих, эта самая свобода, которую попытались ограничить идеологические догматики от КПСС, сыграла одну из главных ролей в крушении её идеологии и, как следствие, СССР.
Эта свобода была сформирована русской литературой, и с тех пор, как она сформировалась в особую духовную систему, уполномочивает русского человека постоянно обсуждать, активно вмешиваться во все мировые вопросы.
То есть, по факту, мы заявили изначально и на весь мир, что рабами не являемся, и сделать нас рабами попросту невозможно. Невозможно, так как рабство предполагает, прежде всего, несвободу духа, которая и ведёт к несвободе «тела». Любая попытка поработить такого свободного духом приведёт, рано или поздно, к весьма печальным последствиям для рабовладельца, что и бывало всегда со всеми желающими нас поработить.
Так как данные культурные черты – защита слабого и духовная свобода – являются одними из глубинных черт русского народа, сам русский народ становится, поэтому, кровным, органическим врагом всей Западной, паразитической цивилизации.
Запад прекрасно знает, что русские ни при каких обстоятельствах не откажутся от этих своих «иррациональных» черт. Тысячелетия военных столкновений с Россией его непрестанно, раз за разом в этом убеждали. Запад не хотел в это верить, и до сих пор верит с трудом (несмотря на свой неоднократно разбитый лоб…), маскируя это своё неверие понятием «иррациональности русских». Знает, но не верит. Знает, что несмотря на чёрную неблагодарность некоторых спасённых народов, продиктованную низменными соображениями сиюминутной выгоды, русские не откажутся от своей «иррациональности».
Эта «иррациональность» делает русских непобедимыми в принципе, так как ставит их в моральном измерении, в глазах всего остального мира, выше любого шкурного западника, впрочем, не только чисто в моральном, но и в религиозном.
Эта «иррациональность» является слишком уж уважаемым качеством среди представителей непротестантских великих религиозных учений. А это значит, что в любой момент русские, наша родная Святая Русь, могут стать объединителем всех «слабых» в борьбе против произвола «сильных».
В ЭТОЙ ситуации Западу уж точно ничего не светит. Запад это прекрасно осознаёт и очень боится. Так что его ненависть в этом есть ещё и ненависть страха, страха любого негодяя перед морально чистым, страха возмездия за злодеяния.
|
Метки: русофобия Росиия и Европа цивилизация Звонов |