Wild_Cat обратиться по имени
невеселое подбитие итогов Суббота, 15 Мая 2004 г. 20:38 (ссылка)
Наверное, нет ничего более трагического для незаурядного человека, чем жить около великого человека и, тем самым, весь свой жизненный путь находиться в тени, отбрасываемой его гением. ... Не учитывая этих принципов, Наполеон совершил достаточно несправедливостей в отношении своих маршалов. ... Руководимые гением Наполеона, эти маршалы достигли вершин полководческой славы, но зачастую так бывало, что оказавшись в одиночестве, они терпели неудачи. И в этом есть простая правда: эти талантливейшие люди были созданы для воплощения планов, рождающихся в мозгу их гениального владыки. Что же касается незаурядного человека, живущего в тени великого, то в этом положении его слабость проявляется еще больше. Отблески гениальности попадают на него, но он так и продолжает сиять тусклым отраженным светом. В этом, пожалуй, и состоит тайна и личная трагедия маршала Berthier.
Louis Alexander Berthier, самый пожилой из активных маршалов Наполеона, бессменный начальник главного штаба Grand Army в период с 1796 по 1814 гг., единственный из высокопоставленных военных, который всегда был в состоянии разобрать ухудшающийся со временем почерк императора. Невысокий, коренастый, прекрасный наездник, человек, обладающий феноменальной памятью и потрясающей работоспособностью - вот далеко не полный портрет Berthier. В истории был зафиксирован почти невероятный случай, когда он оставался без сна целых восемь дней. Изо все сил пытаясь компенсировать свои физические недостатки (астеническое телосложение и маленькая голова, увенчанной копной жестких, как проволка, волос), Berthier шил себе великолепные, впечатляющие мундиры и поэтому был признан самым элегантным офицером армии и законодателем военной моды. Во время ночной атаки Louis Alexander бывал безупречно одет, свежевыбрит и при необходимости всегда готов диктовать приказы по 12 часов без перерыва. Его память на подробности была феноменальной. В любой момент он мог назвать численность и указать дислокацию любого армейского подразделения.
Безусловно, для воплощения любого великолепного замысла в практический план кампании необходимо много штабной работы высочайшего класса. Louis Alexander был настоящей тенью Наполеона, наиболее обязательным из высших офицеров и генералов, одновременно наиболее жалуемый и наказуемый из военных, приближенных к особе императора. Berthier обладал уникальной способностью перевести мысли своего властелина в четкие и сухие строчки приказа. И нет ничего удивительного в том, что такой мощный ум, как Наполеона, нуждался в таком слабом в волевом отношении приложении как Berthier; император заслужил право на сочувствие, опору, расслабленность или иную демонстрацию человеческих слабостей.
Как оказалось, обладая математически точным складом ума, Louis Alexander всегда благоговел перед результатами мыслительной деятельности Наполеона, а смесь страха и почтения избавляли императора не только от необходимости обосновывать свои решения, но и от простого человеческого одиночества в минуты напряженной работы. Очень скоро в качестве наиболее подходящего канала передачи армейских приказов и распоряжений Berthier стал для Наполеона более необходимым, нежели иной любой офицер или генерал Grand Army. Louis Alexander был допущен близко к особе императора; иногда во время очередной кампании Наполеон в течение многих часов прохаживался, заложив руки за спину, вокруг большого костра в своей импровизированной полевой ставке, не желая ни с кем общаться или принимать пищу. Исключение делалось лишь для верного Berthier. Маршал мог часами безмолвно наблюдать за погруженным в глубокие размышления властелином, пока, наконец, не слышался его негромкий приказ: «Лошадь мне!».
В отношении своих подчиненных маршал никогда не отличался любезностью и изысканными манерами, иногда переводя глупости офицеров в шутку, а иногда, - крайневыходя из себя и прямо-таки извергая поток ругательств и оскорблений. Тем не менее, он всегда был готов к выполнению своих непосредственных служебных обязанностей, был точен (даже придирчив) в мелочах, и вел жизнь тихого индивидуалиста. Личная храбрость Berthier никогда не вызвала у Наполеона сомнений, будь то атака на мост Lodi в Итальянскую кампанию 1796 г. или катастрофическое отступление из России осенью 1812 г. Однако, устранив себя от критики других маршалов, Louis Alexander постоянно подвергался нападкам со стороны самого Наполеона и часто попадал «под горячую руку».
Если маршал Berthier, и в истории, и среди военных классиков, сохранил высокую репутацию, то лишь благодаря необычайно внимательному и упорному размышлению и широкому научному подходу ко всем выпадавшим на него задачам. Однако он становился нерешительным в тех случаях, когда оказывался предоставленным самому себе, и бывал вынужден выискивать в своем окружении кого-то другого, более решительного, кому он мог бы доверять и от кого мог бы получать указания при необходимости принятия решений. Проявляемая Berthier мелочная ловкость и его преувеличенная придворная гибкость не позволяли ему властно повелевать людьми и обстоятельствами, а так как он не мог повелевать, то и не смог с успехом командовать армией. «Я бы не доверил ему командовать и батальоном», - однажды заявил о своем маршале сам Наполеон.
Wild_Cat обратиться по имени
"жена" Пятница, 14 Мая 2004 г. 12:02 (ссылка)