Пасха – древнейший и самый главный христианский праздник, Воскресение Христово. Пасхальные традиции и кулинария всегда были тесно связаны. Изначально Пасхой называли жертвенного ягнёнка, которого запекали целиком и ели с пресным хлебом и горькими травами…

В апреле в издательстве «Эксмо» выходит книга «Жили-были, ели-пили: семейные истории» известной фотохудожницы Екатерины Рождественской, дочери известного поэта-шестидесятника Роберта Рождественского, а также главного редактора журнала «7 Дней».

Повествование построено так, что у читателя складывается ощущение, что он сидит за семейным столом Екатерины и слушаете ее рассказ: здесь есть и истории семьи Рождественских, и меню дней рождений, и бабушкины рецепты, и детские воспоминания, и родительские письма, путешествия и происшествия и, конечно, знамениты гости. Гурченко, Магомаев, Кобзон, Плятт, Евтушенко, Высоцкий — кто только не перебывал за этим столом! И никто не уходил голодным.

Предлагаем вам прочитать одну из глав, которая посвящена воспоминаниям об известном актере и поэте Владимире Высоцком. 

Высоцкий

Один год на Балтике мне запомнился встречей с Высоцким, он приезжал на все лето с Мариной Влади, когда Митта снимал фильм «Про то, как Петр арапа женил». Съемки проходили в Юрмале, и все актеры жили в гостинице «Юрмала».

Владимир ВысоцкийФото: ИТАР-ТАСС

Марину мы знали еще до Высоцкого. Самый близкий наш друг, архитектор Владимир Резвин, с которым родители познакомились еще в самой ранней молодости, приютил однажды папу с гостями на празднование его тридцатилетия, чтобы к нам домой как обычно не набежало много ненужного разношерстного богемного народа. Жил с женой Наташей в маленькой двухкомнатной квартирке на Патриках на самом первом этаже с зарешеченными окнами почти вровень с землей. Время было тогда , в конце 60х, хипповое, нравы свободные, а великим сегодня, а тогда совершенно простым труженикам пера и сцены было где-то чуть за тридцать. Вася Аксенов, известный в ту пору уже литератор и бывший врач, пришел на день рождения с красавицей-француженкой. Вернее, русской француженкой, Мариной Влади.