Все проходит
Виртуальный выпуск. Выпуск 13. Декабрь. 2011 |
Виртуальный Вестник
Для начала хотелось бы познакомить авторов и читателей с возможностью публикации своих работ на электронных носителях:
Вариант 1. - заказываете программу с вашим текстом, а потом размножаете ее в нужном Вам количестве между своими друзьями и знакомыми на любых носителях. Требования к программе смотрите на сайте.
Вариант 2. - можно обратиться в электронное издательство, которое создаст для вас защищенный CD-диск и позаботится о его распространении через сеть интернет-магазинов.
Все так привыкли мыслить!.. - неглубоко. )
И ужас в том, что это - по нутру!
Я тут рассказ услышала от Дока,
Торча на днях ) - в "Ответах" на mail.ru.
- - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - -
Метро. Вагон. Блондиночка влетает -
В глазищах явно чувственность видна!
Так, плейер! - ловит кайф - и вынимает
Книжонку - иероглифов полна!
Японский что ли? - надо же - ЧИТАЕТ!
Фига себе! - блондиночка... "даёт"!
Звонит мобила. Пять секунд внимает
И говорит: - Трындец! ты - идиот?!
КУДА ты блок питанья присобачил?!
На заднюю! и к мамке - шлейф! к харду!
И к дисководу!.. только ещё начал?
Ну, подожди тогда! - сейчас приду!..
Да мне начхать, что ты там не прибрался! )
Ой, не гони! ) и успокойся, Лёш! )
Кой хрен ты собирать системник взялся,
Когда совсем - прости! - не волочёшь?!..
И тут! - и тут она мой взгляд поймала!
Я столь был ошарашенным, видать,
Что усмехнувшись мне она сказала:
- СПОКУХА! да я - КРАШЕНАЯ, - дядь!.. )
- - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - -
Есть в Жизни интересные картинки! )
Какие всё же УМНИЦЫ - блондинки! )
Ведь красятся, чтоб выглядеть... СКРОМНЕЙ.
Э! мужики! СПОКУХА! вы ж - умней?!.. )))
==================================
- приношу свои искренние извинения -
как филолог! ) - всем ревнителям чистоты
русского языка за откровенно умышленное
и преднамеренное использование сленга. )
Кто-то таинственный и всемогущий, разложил только ему ведомый пасьянс. Великий, чудной и архи сложный пасьянс жизни на картах судеб. Мешая карты, с улыбкой, предвкушая события, кого-то лаская и балуя, напрочь отвергнув остальных, не нужных и никчемных. Иногда, все же шутки ради меняя их местами. И вот, пока одни с наслаждением вдыхают встречный, бодрящий, морской ветер с борта собственной яхты, кутя и «просаживая» огромные состояния в казино, купаясь в роскоши, обласканные правителями и женщинами, другим суждено гнить в болотах трущоб, «съедать» подобных себе заживо и проклиная эту жизнь, этот чудовищный мир, такой страшный для одних и великолепный, блестящий и щедрый для других. Каждому уготовано свое! О каждом, там, свыше, уже подумали. Кто-то будет завоевывать миры, а чей-то удел быть холопом, угождать и прислуживать. Такова жизнь, так устроен мир. И всегда так было и так будет.
КАК ПРЕДИСЛОВИЕ
Я гнал свою машину все дальше и дальше, прочь от дома, от работы, от друзей, от опостылевшего быта. Прочь! Устал. Почти три года труда, тяжелого труда, переживаний, сбывшихся и не сбывшихся надежд. В ночь! На юг! К солнцу, теплу, морю и женщинам. И хотелось думать только о приятном. Огромный диск Луны, да нет, не диск, а впервые я увидел планету как планету. Остановился, вышел из машины и замер. Привычная Луна, всегда видимая как некий диск, впервые предстала передо мной как планета, объемно смотрясь на ночном небе, завораживающе.
В голову лезли всякие мысли…, о работе, о семье, о будущем. Туманном и не понятном. Попытался отвлечься, выкинуть из головы всякую чушь. Скоро это пройдет. Надо немного подождать. Курить бросил… . А так порой хочется затянуться. 47 лет! Уже 47 лет! Всего 47 лет! А столько всего было! Столько впечатлений, столько увидено и пережито! А сколько осталось? Столько всего еще хочется. Жизнь улыбнулась, в какой-то момент, а может она всегда улыбалась, а я не замечал этого. Просто она ждала, чтобы дать мне шанс. Чтобы дозрел. Шанс для свершений, шанс для поступков. Ждала, пока я повзрослею. Наберусь опыта и мудрости. Боже мой! Сколько всего было… Хорошего и не очень. Счастливая жизнь, обычного человека. Моя жизнь, похожая и не похожая на множество, миллионы других. Когда я стал взрослым и вполне состоявшимся, часть меня, осталась где-то там, в прошлом, и постоянно напоминает о себе. Если бы я был индейцем, меня назвали бы Смотрящий Назад. Перелистывая страницы памяти, я вспоминаю те события, которые произошли со мной на протяжении жизни. И скоро эта книга станет похожа на те, мои детские книги, зачитанные до дыр, залитые какао и запятнанные каплями варенья. Прошлое неотступно следует за мной, постоянно напоминая о себе, вызывая ассоциации, заставляя замереть и вспомнить – порыв ветра, шум, похожий на шум волн, блики солнечного света, низкие тяжелые облака и проблеск лучика солнца и прочие, прочие моменты жизни. А так хочется вдохнуть полной грудью запах тундровых трав, колышущихся, будто трясясь от страха, на ветру. Подставить ветру, морскому северному ветру - лицо, услышать «шипение» гальки под сапогами на берегу залива, крик сумасшедших чаек, вытащить сеть с уловом, выпить с мужиками, «сто пудовыми» мужиками, занюхать рукавом и заесть краюхой черного хлеба, затем затянуться «БЕЛОМОРОМ» чтобы пробрало и потрепаться. Это счастье! И вспоминая все это, так хочется жить, пройти еще раз жизненный путь, избегая ошибок, еще раз влюбиться! Опять влюбиться, без ума, как в первый раз.
В своих воспоминаниях я хотел описать ощущения, которые подарила мне жизнь. Мгновения, которые, казалось бы, не стоили внимания. Но они дороги. И может быть, Вы, прочтя, вспомните и узнаете себя, кого-то из знакомых. Память о прошлом должна жить в людях, потому что это и есть судьба!
Помнить, чтобы жить.
Полностью чтитайте на сервере
В Гонконге нам дали номер в самой глубине гостиницы. Для того, чтобы добраться до выхода из неё, можно было воспользоваться лифтом и пройти центральным холлом. Так мы и делали до тех пор, пока лифт не был занят. А однажды не стали его дожидаться и пошли короткой дорогой через конференц зал. Он был пуст, но в нём чувствовалось ожидание. Какая-то организация арендовала обширное помещение для проведения научной конференции. На стенах висели плакаты на нескольких языках, на столиках лежали салфетки, было убрано и празднично украшено. Место оратора, оборудованное микрофонной стойкой, усилителем и колонками по бокам, белело большим экраном наподобие школьной доски. На специальной полочке, приделанной к экрану, лежал маркер. Вероятно, он был приготовлен для начертания различных диаграмм, обожаемых учёным людом.
Мой взгляд, прикованный к белому пластиковому полотну, скользнул по пишущему инструменту. Неведомая, непреодолимая сила повлекла меня, и я — человек по жизни интеллигентный, ругающийся матом лишь в экстренных случаях, вывел крупными буквами по всей поверхности популярное в нашей стране слово «ХУЙ». А для большей убедительности (иностранцы всё ж таки) подрисовал сбоку лучшее из запомнившихся мне изображений данного предмета на гаражах и заборах Родины. Пусть знают, что и наши учёные не обошли стороной проблемы, обсуждаемые на симпозиуме, и наверняка зримо или незримо присутствуют в зале...
А Светка потом на пляже призналась мне, что и её первой мыслью при виде экрана и маркера..... Мы ж патриоты таки, хотя и не согласны со многими аспектами из жизни нашей страны.
1
Демонстрация силы - самый лучший способ ее использования.
2
Че Гевара как и Бен Ладен был , в сущности , бесом хаоса.
Его душила астма , а ему казалось, что его "душит империализм".
Революционность и агрессивность -от неосознанных внутренних проблем.
3
Юпитеру просто не хватило массы , чтобы стать звездой." Планета - неудачник".
4
"Случай и Удача - на все!...
Случай и удача - от Бога. Но еще нужны собственные усилия и компетенции.
5
Смысл жизни в том, чтобы награждения брать и весело пожить...
Молчалин
Полностью чтитайте на сервере
Гроб хрустальный в мавзолее
Ленин там лежит не тлея.
Скоро час его пробьёт
И звезда над ним взойдёт!
Он воскреснет, воссияя
Коммунизм, распространяя.
Олигархам всем назло
Он создаст политбюро!
И возглавит наш ЦеКа,
Речь, сказав с броневика.
Он войдёт в партийный храм,
Изгоняя лишних там!
И счастливые народы
Выйдут в поле хороводом,
Гимн партийный вознося
Партбилетами тряся.
Чтобы жить нам ещё пуще,
Станет Ленин - вездесущим!
Коммунизм сольётся с Раем
Маркс и Энгельс там витают.
Троцкий, Каменев, Зиновьев,
Сталин, Мао, Ким Ир Сен!
Серп и молот с неба светит
Вездесущий нас заметит!
Мы ему обет давали,
Мы его в гробу видали!
На слова рассыпались образы.
На буквы распались мысли.
Не слыхать интуиции голоса.
Свежих чувств больше нет – прокисли.
Рифмы лишь на бумагу валятся.
Бесконечная фраз очередь.
На них совесть критично пялится.
Трое суток не спать может ведь.
А душа на страницу просится.
Ей себя проявить не терпится.
Развернуться поярче хочется.
Но в стихах даже смысл не светится.
Бесполезны язык и поэзия
В выражении чистой истины.
Нет душевного равновесия.
Дикий хаос мысленно-письменный.
Времена изменились, а призраки все еще ходят по миру... только уже другие...
Призрак ходит по Европе — Призрак дефолта Греции.
Призрак ходит по Америке — Призрак рецессии глобальной.
Призрак ходит по России — нет, не ходит... бухой валяется (Призрак раздолбайства).
Призрак ходит по Китаю — Призрак сс...комуниздил что-то, его теперь, наверное, расстреляют (грустный смайлик).
Призрак ходит по Свободной Кубе — Призрак капитализма.
Призрак ходит по Японии — в автономном режиме ходит, он хозяина потерял.
Призрак ходит по Египту — Призрак ЦРУ.
Призрак ходит по Саудовской Аравии — из Египта пришел.
Призрак ходит по Ирану — хитрый такой, с прищуром. Не доверяй этому Призраку.
Полностью читайте на сайте.
|
Метки: литература лирика поэзия проза юмор сатира |
Виртуальный выпуск |
 17.02.2009Виртуальный вестник. Выпуск 4. Сентябрь, 2011
Виртуальный вестник Читать дальше
|
|
|
Метки: литература проза стихи |
Виртуальный выпуск. Выпуск 6. Октябрь. 2011 |
Уважаемые подписчики, предлагаю Вашему вниманию очередной 6-й выпуск обзора новинок "Виртуально Я".
Предыдущая неделя была неделей читателей, поэтому выпуск задержался.
- «А ну-ка, подсудимый, всю правду говорите,
Как всё происходило, суду вы опишите!»
- «Да, что уж тут рассказывать? Вернулся я домой
С работы очень поздно, со смены трудовой.
Жена лежит в постели и смотрит на окно,
Окно открыто настежь (но жарко всё ровно)
А за окном мужчина в одних трусах бежит.
Обычно я спокойный, но тут как динамит,
От ревности взбесился и тумбочку схватил
И с двадцати двух метров ей в гада засадил».
- «Скажите потерпевший, как всё происходило,
Прошу вас расскажите всю правду, как всё было»
- «Послушайте, присяжные, послушайте, судья!
Вот спортом занимаюсь, короче, бегом я.
Бежал себе спокойно не трогал никого
И никому плохого не делал ничего.
( Вы знаете, бег лечит артрит, радикулит.)
И тут в меня из здания вдруг тумбочка летит»
- «А, вы скажите, женщина, как всё происходило!»
- «Вы знаете, не знаю, в тот вечер жарко было
И спать легла я, приоткрыв окно,
К тому моменту я спала давно».
- «Прошу свидетель нам всё рассказать,
Как всё происходило описать».
- «Я ничего увидеть не успел,
Поймите же, я в тумбочке сидел!»
1.
Из точных карт и крепких уз
Получим дедушкин -…
2.
Прибавим к каше слово «мир»,
И ткань получим -…
3.
Иногда на кол я дую –
Так я что-нибудь…
Так я просто…
Вариант3:
Так я всё…
4.
Снежный ком и горы Анды –
Это точные…
5.
Снежный ком и площадь ар
Есть не муха, а…
Мы возвращались с посевной, пробыв в механизаторах побольше месяца. Уже в райцентре ждём поезда, слоняемся с Володей по при-вокзальной площади. Немного одичали мы в донских просторах и даже здесь, в посёлке городского типа, нам кажется излишне много-людно, как будто бы в Москве. Вдруг неожиданно – знакомое лицо – наш банщик из деревни Карабут, где мы механизаторствовали. Зна-комого в чужих местах приятно встретить, а этого – особенно. Ведь банщик в деревушке – не просто служащий – он центр общения, как, скажем, продавец в сельмаге, но покруче – центр душевного обще-ния. Про каждого всё знает и с каждым может побеседовать толково. Толково помолчит, участливо поддакнет, не перебьёт. Но деревен-ский люд всегда в делах и в бане не торчит подолгу, а нам, команди-рованным на посевную, куда спешить: нам банька – праздник. Всласть паримся, болтаем с банщиком про местные дела и мировые; и он, похоже, рад поговорить со свежими людьми, нас не торопит ни-когда, ждёт сколько надо. Мы тоже ждём потом, пока запрёт он баню по всем правилам, и вместе с удовольствием бредём уж совершенны-ми друзьями сквозь деревенскую, весеннюю, густую ночь.
И вот, уж с Карабутом распрощавшись, уже почти домой вер-нувшись, вдруг снова видим своего приятеля. Но банщик наш неве-сел – был в милицейском райотделе. Угнали у него любимый мото-цикл, а мы-то, задушевные друзья, не знали даже, что у него вообще был мотоцикл. В глухой деревне техника – вещь очень нужная и мы сочувствуем, конечно. Известно, говорит, кто утащил, – тракторист из соседнего Белогорья. Он пахал неподалёку и люди видели, как за-ходил он днём в деревню, присматривался всё, а ночью и случилась кража. Некому больше, но не докажешь и мотоцикл не найден.
Плоть в Плоть вонзает Плоть,
От Плоти же пьянея!.. -
Так сотворил Господь!
- - - - - - - - - - - - - - - - -
Вот вам и ...СТИХИНЕЯ!
Пришла жена уставшая с работы,
Где инструктаж прослушала на днях:
С электрикой работать надо в ботах,
А схватится когда кто беззаботно
За голый провод - это западня.
К нему не подходить и не пытаться
Его ни отолкнуть, ни отодрать
От провода, самой чтоб не попасться
И от него уже не оторваться,
Рукой коснувшись торса иль бедра.
...
Водянистое небо и солнце-магнит.
С каждой ночью бесптичнее и холодней…
Слава Богу, что Он оборвать не спешит
Золотую цепочку непрожитых дней.
Много звеньев еще – все, что ты не успел,
Все, о чем ты мечтал, чем еще ты живой.
Вереница теней – бывших слов, бывших дел –
По равнинам осенним бредет за тобой.
Отгоревших настурций увядший закат,
Кверху дном у воды – лодки, давшие течь…
Слава Богу, что Он не устал тасовать
Наших жизней колоду с возможностью встреч.
Вот последние листья к ногам упадут –
И к плечу беззаветно прижмусь головой…
Наших душ где-то в теле тревожный приют:
Слава Богу, что мы можем верить в Него
Журавль на крыше -
Это хорошо!..
Но надо выше,
Выше, выше, выше –
В безбрежье неба,
Где живёт Всевышний,
Где правда жизни полногрудо дышит,
И где журавль пристанище нашёл.
Журавль на небе –
Это хорошо!..
...
Ты вот не задумываешься над ценами на нефть, но когда придет Пипец Пушистый и Brent упадет до 20 долларов за баррель – подумай! Что тебя ожидает?...
Так как уровень благосостояния населения резко снизится и “чисто конкретным пацанам” некого станет отжимать, то следовательно и “Уличные Крас…совки” в жиганских кафешках заказывать станет некому. Озадаченные недополучением прибыли хозяева кафешек перестанут платить за крышевание местным ментам, в результате чего, останутся совершенно беззащитными перед владельцами узбекских закусочных, которые уже давно хотели заменить раздражающий всех, орущий на улицу, шансон на еще более раздражающее всех, орущее на улицу, караоке. Но, к сожалению, а может и к счастью, владельцам узбекских закусочных не удастся воплотить свои тайные сексуальные фантазии в жизнь, потому что их быстренько утрамбуют оставшиеся без дела военнослужащие, уволенные государством за обоснованием экономической нерентабельности.
Лезут в злачную Европу
Тараканом сквозь полы
И Варшавские холопы
И примкнувшие Хохлы.
Там культура, сервис, тряпки,
Хлеб вкуснее калача.
Там такие платят бабки,
Что не снились москвичам!
...
- Я звезда. Так, по крайней мере, говорят окружающие. Так им хотелось, чтобы мы в этом хоть не отличались от Америки. И ты знаешь про мою звезду на мостовой Москвы. И есть у меня контракты и есть тот, кто меня мучает, как он говорит, «ради меня самой». Это Вадим. Он для меня все, потому что «раскрутил» меня до звездного сияния. Ведь я была невзрачной девчонкой из Иваново. Затем я чуть было не стала женщиной Бати, это Антон Проколов. Да, это известная сволочь, и через него не одна девчонка проходит тот горький путь к славе или бесконечному бесславию. Он потребовал запеть в самой немыслимой позе. И я запела… Но после звезданула Бате по морде и ушла. Я думала, навсегда из этой недосягаемой жизни. Я ушла в небольшой ресторан, где и нашел меня Вадим. Он откуда-то узнал про пощечину Бате, и оказалось, это многого стоит. Впрочем, чего это я рассказываю тебе, ты же видел фильм обо мне…
- Татьяна Георгиевна, я смотрел этот фильм, он мне понравился, но это опять же легенда. – Я отложил ручку. Но диктофон не стал выключать.
Передо мной сидела сама Ольшанская. Она согласилась дать интервью нашему журналу и приехала минут десять назад на такси. Я встретил ее у подъезда и наш охранник не узнал ее.
Нам кажется, что о воде мы знаем все, даже то, что она – оксид водорода. Даже двоечник в школе назовет химическую формулу воды и знает стихотворение, в котором дырявые башмаки пропускают «аш два о». И многие люди и сейчас считают, что нечего мудрить, забивать мозги всякой чепухой, так как молекула воды имеет очень простую формулу, состоящую из кислорода и водорода. Вот в молекулу спирта входит еще углерод и здесь тайны намного больше. Но моя статья о воде и время для спирта пока не пришло. Я не буду повторять то, что пишут о ней в учебнике химии или создают в Интернете. Итак:
В настоящее время известно, что молекулы воды сцепляются в особы супермолекулы, а те в особые сложные структуры, в которых не менее 912 простых молекул воды. Возникает сложная кристаллическая структура. И в настоящее время учеными открыто, даже не верится, 135 разновидностей воды и 200 разновидностей льда.
И одним из главных качеств воды – это ее память. Если в химически чистую воду попадут молекулы чужеродного вещества, то молекулы воды объединяются определенным образом и ориентируют вокруг себя ближайшие информячейки, состоящие, как мы понимаем, из молекул воды. Вода, таким образом, отражает портрет растворенного вещества, записывает информацию о нем и очень долго сохраняет его в своей памяти. Даже если свести концентрацию раствора почти на нет, то вода все равно запомнит, что именно в ней было растворено.
(имеются весьма откровенно написанные сцены лесбийского секса, хотя кому как :) )
Кто мы? Дети… Наверное, даже тридцатилетних, сорокалетних дяденек и тетенек можно смело назвать детьми. Детьми, которые обожают играть во взрослые игры.
Нам не тридцать и не сорок, но наши игры от этого не чище и не наивнее. Всё откровенно, порою очень цинично. Ему 27, его зовут Максим; мне 25, я представлюсь как Кристина, мы с ним семейная пара. Вот уже два года.
Я успешна: красива, получаю достаточно. Он же – богат. Всё досталось от отца. Отец – яростный гомофоб.
Потому Максим и женился на мне. Очень уж ему хотелось наследства своего папаши. Ну и отсутствия внимания со стороны общественности, потому как скандальная слава гея-художника его не прельщала.
1.
Жизнь Януса и Гоши текла неторопливо, без всяких интересных событий.
Янус воспитывал детей, снова ходил петь в хор. И там был даже иногда солистом. Но чего-то не хватало, как-то было скучновато и пусто. А душа требовала приключений! Его томило однообразие событий. Вернее, событий никаких просто не было. А без них жизнь не была полной! А энергия била через край, требуя её реализации.
И вот, однажды, когда был солнечный ясный день, когда вся природа радовалась жизни, когда пели громкоголосые птички, когда везде можно было видеть вновь рожденных зайчишек, а мамы гуляли с малышами, Янус прочитал в одном из русскоязычных журналов статью. Она называлась: «Эротическое похудание»!
Янус открыл этот журнал просто так, даже читать не хотелось, такая была у него хандра. Он не видел больше в жизни даже проблесков для поднятия настроения.
|
Метки: лирика литература проза поэзия |
Виртуальный выпуск. Выпуск 4. 2011 |
Уважаемые подписчики, предлагаю Вашему вниманию очередной 4-й выпуск обзора новинок "Виртуально Я".
Уже почти не радостно, не больно:
Душевный крах.
Великий Ктулху может спать спокойно
В глубинах Рлайх.
По-настоящему дает успокоенье
Не штиль, а шторм -
Но в сонно шелестящей вялой пене
...
Все было недавно - все было давно…
Я вас целовал в ваши нежные губы,
В бокалах искрилось сухое вино,
А где-то резвились меж флейтами трубы!
От этих прелюдий в глазах был восторг,
Слова не нужны, когда всё уже ясно…
А где-то резвился из скрипочек «хор»…
И мы целовались безмолвно и страстно!
Мерцал огонек от горящей свечи,
Вы мне поддавались - я чувствовал это,
Душа ликовала, купаясь в ночи,
А с ней, обнаженная Муза поэта!
Какие сюрпризы не выкинет жизнь!
Грустно думал: «Песня спета…».
Пил с собой кубинский ром.
Пристрастился к интернету
И набрёл на Хохмодром.
Я везучий, скажем прямо,
Без подсказок и подков,
К восемнадцати брал даму
И натягивал очко.
Не в пролёте, слава Богу!
По асфальту и в грязи,
Там, где чёрт сломает ногу,
Как на роликах скользил.
...
- Олежка! Здравствуй, сынок, - тетя Валя, хозяйка квартиры, у которой я жил в студенчестве, схватила меня за руку.
Она стояла в стороне от киоска, возле выхода к туннелям на дальние платформы, держа в руках охапку местных газет. Торговала. Я взял у нее что-то, но поговорить времени не было, да и мешать бизнесу не следовало. Как раз отправлялись местные электрички и спешащие пассажиры рвали газеты буквально из рук. Я сказал, что посижу пока на свежем воздухе.
Площадь у вокзала окружали с трех сторон жилые дома унылой и строгой сталинской постройки. Тридцать лет назад, мне помнится, они казались более внушительными. Шпиль вокзал, построенного немецкими пленными после войны, выглядел пережившим свою эпоху динозавром. Столько лет прошло!
...
Для чего у кисы хвост?! )
Да-а! Ответ не так-то прост! )
На бегу чтобы рулить,
По бокам себя лупить! -
Если вдруг случится
Кисе рассердиться! )
Для того, чтоб с ним играть!
Для того, чтоб... задирать! ) -
Вверх и очень гордо,
Выступая твёрдо! )
А ещё!.. чтоб в руку взять! )
Но не сжать, а... направлять! -
КАК РУЛЁМ! ) - мурмушку,
Кису-озорнушку! )
Я кисульскую люблю! )
Я мурмульскою... РУЛЮ! )))
В Россию можно верить беззаветно,
А можно и не верить, просто ждать,
Когда число родителей бездетных
И дураков при власти несусветных
Совсем отучит нацию рожать.
И если нам статистика не врёт,
То это всё вот-вот произойдёт.
Россия лихо вниз летит с откоса,
Но выживет она и пусть с лица
Чуть пожелтеет, скулами роскоса,
Но сквозняками дух великороссов
Не выветрить с просторов до конца.
И сколько спирт в огонь ни подливай,
Спалится дом, останется сарай.
...
Отверженный фигляр, сидит совсем один.
Чего он ждал, глупец, не будет никогда
Надежной связи между разными мирами.
Всегда грустит Пьеро и весел Арлекин,
Их дружба – мишура, не радость, не вражда,
Комедия, что сыграна подобно драме.
И все же Арлекин тоскует без Пьеро,
Смешную пьесу сочиняет он для друга,
Там грусть мгновенно превращается в зеро,
А дни, как пони в шапито бегут по кругу.
Там нет забот и нет предательства в любви,
Там куклы-коломбины лишь от смеха плачут,
Там счастье – вот оно, ты только позови,
Жаль, что в реальной жизни все совсем иначе.
...
Терять любимых - жизни эпизод.
И даже кем-то будучи потерян
Способен человек мечтать и верить,
Что потерявший вновь его найдёт,
Вернёт, ни в чём не станет обвинять.
И прозвучит, как голос на вокзале:
Внимание, кого вдруг потеряли,
Вас ждёт любовь у стойки номер пять.
Терять друзей - увы, не эпизод.
За солнцем вслед проследовав на запад,
В своей закономерности внезапно
Любой из нас уйдёт за горизонт.
Терять себя - срывать зло, как парик...
За горизонтом друг, обид всех выше,
И лишь живёт надежда, что услышит
И скажет: Брось, проехали, старик.
...
Коль жить поэзия не помогает —
Ей грош цена.
Осенняя листва
Горит, переливается, играет,
Янтарным светом сдобрена Москва.
Поэзия, живущая в окрестном
Пространстве, сколь построит диалог
С обилием стихов, в которых безднам
Серьёзным уделён лишь уголок?
Поэзия — коль жить не помогает:
Игра. Дорога к смерти наша жизнь.
А смерть ни с кем, ты знаешь, не играет,
Не признаёт уловок, масок, лжи.
Нет, Чайковского придется отставить. Лучше - Томмазо Альбинони. Грустная и удивительно элегическая музыка. Невозможно её слушать с холодным сердцем. У меня очень редко бывающее грустное настроение. Давно не было такого. Мой друг Томмазо Альбинони поможет мне. Или клавесин средних веков Франции. Есть такая польская исполнительница клавесинных сонат. Лучшая в мире. Когда-то я записал её исполнение с радио 'Орфей'. Магнитная лента устаревает, качество ухудшается. Время....Надо подумать о времени и вечности.
Музыка уносит нас в эстетически далёкое и прекрасномудрое измерение. Это искусство. Следы искусства во всем феноменальном вечно возвращают меня к тоске по общению с Высшим Началом, с Творцом всего прекрасного, к ПервоХудожнику - так вид прекрасных руин уносит в те времена, когда создавались эти творения. Стихия искусства рассеяна по всему земному шару, во времени этот прозрачный поток бьет ключом из могил тысячелетий. Как материя из всеобщности своего бытия переходит из плотской любви в подобие любящих, так любовь, пролитая в музыкальных произведениях духа, рождает бесконечное в индивидуальном. Эта абстрактная ноуменальная материя духа - музыка- она, как и математика не поддается одебелению, превращению в вещество, оно возносит наш Дух к Творцу, мы падаем ниц - так это прекрасно. Это новое измерение, это Теофания, пронизавшая Лучами Божества, омывает нашу душу, и нам хорошо, даже тогда, когда вокруг всё плохо
...
Если бы Жванецкий захотел об этом поговорить, он наверное сказал бы… Ну, что ж, пора поговорить. Пора поговорить о старости. Потому что уже о геморрое, радикулите, гипертонии, инфаркте не говоря уже о более деликатных проблемах можно судить не по прочитанному, а по прочувствованному.
Старость особая пора жизни, когда на многое смотришь по-другому. Многое из того, что пугало и теперь не радует, но вблизи вызывает чувство близости переходящее в интим. Вместе со старостью приходит понимание того, что возможно постичь лишь эмпирическим путем. Не все сразу, но зато окончательно и бесповоротно. И хотя сознание утратило ясность, душа размах, тело бодрость, а все вместе перспективу, отчетливо понимаешь, что все что есть не съесть, не сносить, не стоптать и т.д. и тем более не заныкать на потом.
...
Никто, абсолютно никто не знал, почему это случилось, толи все это случилось завтрашние утро после праздника, толи климат влиял, толи телевизеншики что-то перепутали, толи еще от чего, никто не знал, но все таки случилось. Случилось-то вот, что; градоначальник взял да бубнил, что будем бороться с коррупцией. И все чиновники ошалело глядели друг на друга, мол, с чего это, он что, сума своротил, что ли, где это у нас коррупция? Может его обидели, не оценили, как следует?.. А может и болеет? Да может. Ведь он прошлый год, бедняжка целый месяц оставался в холодной чужбине в Куржавели, там и наверно, прихватил заразу, бедняга. Надо спасать мера. Надо. И начали спасть: вели к терапевту, потом к хирургу, потом к лору, потом другим докторам, и психиатру. Анализы показали, что мэр это живая витрина всех болезнь вместо взятых, что добровольно-принудительная лечения пойдет ему только на благо, пусть что срок лечение чуть больше, чем все оставшийся жизни градоначальника, ну и пусть, самая главная это здоровье.
...
|
Метки: литература проза стихи |
Виртуальный выпуск. Выпуск 12. Ноябрь. 2011 |
Виртуальный Вестник
Бабушка моя, Акулина Ивановна, обязательно накрывала празд-ничный стол в День Победы 9Мая с одним и тем же комментарием: "Я самая счастливая мать на свете! Все мои сыновья ушли на фронт, и все вернулись живыми и невредимыми. Это ли не Чудо Божие!.. Сла-ва Богу за всё!"
Вернулись-то они вернулись, но и война отмерила им на четве-рых все по полной, говоря современным сленгом, программе.
На старшего пришла похоронка в первые же месяцы, но не пове-рила она ей, а только еще усерднее стала молиться Богу, памятуя, что материнская молитва может творить и невозможное.
Закончилась война, прошел еще год, и вот, однажды, подошел к ее дому попрошайка, - седой длиннобородый старец, - постучал клюкой в калитку. Она вышла навстречу с четвертушкой хлеба в ру-ках, замечая странное поведение дворового пса. Обыкновенно злю-щий, на сей раз тот радостно скулил, вилял хвостом, и все лас-тился, ластился к ногам нищего. Вдобавок старец схватил ее за руку: "Мама, я сын твой, Иван!.."
Были - ранение, плен, концентрационный лагерь, изнурительная работа на хозяев в Норвегии.
Пас Иван свиней. Его не кормили совсем, питался с подопечны-ми из одного корыта. Так и говорил: "Рожками, вместе со свинья-ми…", - чуть ли не прямыми строчками из Евангелия от Луки: … и пошел, пристал к одному из жителей страны той, а тот послал его на поля свои пасти свиней; и он рад был наполнить чрево свое рожками, которые ели свиньи, но никто не давал ему.
Но – нет, не были сыновья, в отличие от матери, глубоко ве-рующими людьми. Не воздали должного благодарения за чудесное свое спасение, может быть, еще и поэтому – ох!- как трудно сло-жились их послевоенные судьбы.
Как-то я спросил отца: "Как же так, мать такая верующая, а ты, крещеный сын, так ни разу и не побывал в церкви?" "Тогда не принято было…", - сухо уклонился он от разговора. Коммунистом — был.
Произведение очень большое - читайте на сайте (к сожалению, возможности рассылки не позволяют напечать полностью )
Кого теперь ты любишь,
когда все понимаешь
Кого теперь ты губишь,
когда ты не играешь...
"Агата Кристи"
I
Солнце садилось за горизонт, на небе не было ни облачка, и это был живой мир, которому больше ничего не грозило. Засуха прошлых лет не оставила заметных следов ни на поверхности земли, ни в душах людей. Мир постепенно приходил в себя, и его обитатели, сами того не осознавая, перестали бояться неизвестной опасности, а просто жили, надеясь на лучшее.
Я сидела на крыше пятиэтажной хрущевки и внимательно следила за окнами четвертого этажа дома напротив. Каждый вечер, на протяжении трех дней, я приходила на это место и наблюдала за тем, как мама снова и снова накрывает стол на четверых, и каждый вечер мне стоило огромных усилий, чтобы не броситься к родному дому, не позвонить в дверь и не обнять их всех, крепко-крепко. Но всякий раз понимала, что это уже не возможно. Той дочери, которую они знали, любили и ждали вот уже три года, больше не было. Была Дух огня, Древняя, но не человек, уже не человек, К тому же, я чувствовала смутную угрозу, как будто, стоит мне появиться на пороге моего дома, и меня тут же схватят. Кто именно? Даже и не знаю, Владыки, Майрос, всегда будет кто-то, от кого мне придется скрываться всю мою жизнь, по-моему, довольно долгую.
Покинув крышу, я пошла, бродить по ночному городу. За время, проведенное в Лэнге, все здесь казалось чужим и незнакомым, как будто это уже не мой мир, и судьба опять закинула меня куда-то на чужбину. И только ночью, под покровом темноты, при свете луны, смотря на ночное небо, ко мне возвращались ощущения, что я снова дома, и очень скоро все встанет на свои места, как будто ничего страшного в моей жизни не происходило. Мир не погибал, я не сжигала людей заживо, и сейчас за мной не охотятся неизвестно кто с неизвестно какой целью. Хотя, могу предположить...
Три года прошедшие здесь, период в Лэнге, мире Древних, по ту сторону от всего, что было мне дорого и знакомо, и одна осознанная мысль: скорей бы все забыть, и жить НОРМАЛЬНОЙ ЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ ЖИЗНЬЮ.
Лэнг
- Я знал, что найду тебя здесь, сестра, - тихий невыразительный голос прервал мои рассеянные мысли ни о чем. Отложив очередной Аль-тьер-тон и потянувшись в неудобном кресле, я, наконец, обратила внимание на стоящего передо мною Ньярлатхота. Признаюсь, со временем его обращение ко мне перестало меня бесить, и сейчас вызывало лишь глухое раздражение. Я вообще, в последнее время едва сдерживала себя, чтобы не кидаться на окружающих, а, учитывая то, что в каждом из них я видела врага, то странно, что до сих пор обошлось без кровопролития. Возможно это объяснялось постоянным чувством боли, которая не оставляла меня ни на миг, с тех пор, как я пришла в себя. Восстановление проходило медленно и тяжело. Лишь забота Древнего, встреченного мною еще в Квазаре и не перестающего меня удивлять по сей день, позволила мне встать на ноги. Вот уже несколько дней я практически безвылазно просидела в "библиотеке" Ониксового замка, никого не видя и ни с кем не общаясь. Только Ньярлатхот изредка нарушал мое уединение, убеждая меня покинуть эту мрачную комнату хотя бы на время. По странному стечению обстоятельств, этот Древний был похож на того противника, с кем бился Кайл в Темном мире. Высокий, светловолосый, под плащом угадывались очертания сложенных крыльев. Видя его, я каждый раз удивлялась про себя: как же эти острые крылья не рвут в клочья его плащ? Но спрашивать почему-то не решалась.
- Зачем искать то, что не было потеряно? - прошептала я, и, повернувшись к нему, заметила, - я же сказала, что никого не хочу видеть.
- Этих - придется. Род Нами, поддерживающий Азазота. Они требуют показать им Ниссу дайль Тьерра.
- Кого? - безразлично уточнила я.
- Темную звезду, снова лишившую их мира. Тебя.
- Они называют меня именем звезды, уничтожившим их мир? - не сдержала я удивления.
- Наш мир, - поправил Древний.
- Ваш мир, - настояла я, и, приподнявшись с кресла, - зачем я им понадобилась?
- Видимо, хотят убедиться, что с тобой проще дружить, чем воевать.
- А они знают, что я сейчас не в том состоянии, чтобы воевать?
- Нет.
- Это хорошо, будет легче. И быстрее, - добавила я уже про себя.
Когда-нибудь это должно было случиться, да и от покоя я стала уже уставать. Восстановление почти завершилось, и о пережитом напоминали лишь ночные кошмары, болезненные ощущения да лысая голова, только начавшая обрастать волосами, но это я считала мелочами, к которым легко привыкнуть.
Произведение очень большое - читайте на сайте (к сожалению, возможности рассылки не позволяют напечать полностью )
девушка: ...останемся друзьями...
парень:
Ушла моя любовь
И я без чувств остался.
Что ж творишь, девица?!
Как я буду ночью спать
И в снах тебя не видеть,
И наяву не целовать?
Я погибну! Стой!
девушка: ты чё влюбился что ли?
парень:
Моя любовь пришла нежданно
Я прям не ожидал.
И вот виденье предо мною -
Невинное дитя..
Я ослеплён...
девушка: (девушка молчит)
парень:
ну вот и тишина...
Что с тобою,детка?
Ты поражена?
девушка: ты сам что ли эти стихи пишешь?
парень:
Не я поэт,
Но мысли схожи!
Я с этим автором
Согласен от и до!
Поверь стихи рождаются внезапно,
Но автора назвать я не могу...
девушка: красиво, мне очень приятно и я польщена! Прошу на бис
парень:
Ты польщена, а я смущён!
На бис? Ну вот, пожалуста, вам мисс,
Ещё одно творенье
Не мудренно, но всё же.
девушка: (девушка пишет стих в ответ со славами благодарности)
парень:
О, спасибо, мисс!
Теперь и я польщён!
За доблесть смелую свою
Я был вознаграждён!
(юношские стихи, только-только всё у них начинается))) )
Мы сидим у реки,
Кислород утонул в водороде.
Я касаюсь руки,
И мурашки забегали вроде.
Пробежали толпой,
На твои перепрыгнули плечи
Ты мне шепчешь: «Родной,
Ах, какой удивительный вечер»
Небо тихо ютится
В переливах вечернего солнца.
Тёплый воздух струится,
Серый окунь резвится на донце.
Мы сидим у реки,
Безразмерным нам кажется время.
Я касаюсь руки,
Словно в землю врезается семя.
Нам с тобой хорошо,
Половинкам единого счастья.
Летний дождик пошёл,
Окропил нас божественной властью.
Они полетели в космос и встретили там самих себя.
Недалеко от моего дома открылось «интернет-кафе». В этом заведении можно было не только побродить по «всемирной паутине», но и поиграть в компьютерные игры. Там толпилось всегда много молодежи. Я зашел туда однажды ближе к вечеру, чтобы народу немного рассосалось, и можно было спокойно поиграть, отдохнуть, уйдя на время в другую реальность. На этот раз так получилось, что нас, «юзеров» было только двое: я и седой пожилой мужчина в тертом джинсовом костюме с пронзительным взглядом карих глаз, который, похоже, что-то искал в интернете, пристально вглядываясь в экран своего компьютера. Я его почему-то сразу идентифицировал как «незнакомец ». Незнакомец меня радостно поприветствовал и, как бы невзначай спросил, чем я собираюсь заняться. Я сказал, что не прочь отвлечься какой-нибудь интеллектуальной игрушкой из области виртуальной реальности, а именно: заняться освоением виртуальных территорий, их заселением, развитием, и так далее.
«Интересно»,- сказал незнакомец лукаво: «До чего дошло, - сама виртуальная реальность создает еще более виртуальную как проекцию нашего иллюзорного мира на плоский экран компьютера!»
Я изумился и спросил: «Вы хотите сказать, что наш мир, в котором мы имеем удовольствие проживать, тоже виртуален?»
«Да, наш мир виртуален или иллюзорен (что одно и тоже) »,- ответил он: «Если ты, конечно, не идентифицируешь себя только с собственным телом. Ведь твое тело – это и есть тот виртуальный инструмент, в которое ты (твое истинное «Я») воплощен, чтобы осваивать виртуальные пространства нашего иллюзорного мира, развиваясь и совершенствуясь при этом сам, что является главной целью твоего воплощения».
Как-то интуитивно мне пришло на ум, что, действительно, не могу же я себя считать только телом. Несомненно, я что-то значительно большее, чем просто плотное тело, которое дано мне в ощущениях, и я спросил: «А почему же виртуальны наши тела и мир, в котором мы проживаем?»
«А потому, что наш мир - мир форм и Земля, которая ему принадлежит и созданы Богом как школа для обучения и становления своих сотворцов – представителей божественной иерархии», - ответил незнакомец, улыбаясь: «Иллюзорность мира форм подтверждается еще и тем, что он очень изменчив».
«В чем же проявляется его изменчивость?», - с нескрываемым интересом спросил я.
Незнакомец немного задумался и сказал: «Ты еще молодой, а мне, достаточно пожившему и много повидавшему, приходилось видеть, как где-то были какие-то улицы и дома, в них жили люди, а теперь нет ни людей, ни домов, а порой и улиц. Но эти люди не умерли (смерти вообще нет, это очередная иллюзия нашего мира форм), а просто временно вышли из воплощения, оставив свои изношенные тела-формы, чтобы затем воплотиться в другие. Все изменяется, формы то возникают, наполняясь духовным содержанием, то разрушаются, исчерпав себя. Так происходит великолепный божественный танец Господа Шивы (святого духа) ».
«Да, действительно, наш мир – это сплошные метаморфозы», - подумал я и был приятно удивлен новым открытием.
Незнакомец еще раз улыбнулся. От него не ускользнуло мое замешательство, и он сказал: «Как ты в своей компьютерной игре связан программой с маленькой фигуркой, спроектированной на плоский экран компьютера, точно также твое истинное «Я» , которое вмещает всю Вселенную, вечно расширяющуюся и которое принадлежит миру Огненному (Божественному), находящемуся вне времени и пространства, воплощено в наш мир форм на Земле в одну из форм (частью которой является твое плотное тело) и также имеет ограничения, как и ты (по аналогии) в своей плоской компьютерной игре ограничен ее условиями и определенным количеством жизней».
Я наконец понял, что наш плотный мир форм и Земля, которая принадлежит ему со всеми нашими телами и условиями их существования, является как бы огромной обучающей Божественной программой, а точнее огромным тренажером для обучения и становления помощников Божьих, Его сотворцов для дальнейшего развития нашей сферы бытия и превращения ее в Царство Божье, одной из Сфер мира Огненного (Божественного), Его еще одной прекрасной обители.
Как говорил Иисус: «У моего Отца много обителей ».
Вот так в разговорах и прошел этот вечер. Я так и не поиграл на компьютере, но все равно был очень доволен, так как познал очень важное. В дальнейшем своего собеседника я больше и не встречал. А был ли он?…
Как люди создали себе богов? А вот так: жили себе меж людей Герои (ну и Антигерои, естественно, ибо это – суть две стороны одного и того же). Жили они, значит, совершали свои Поступки, а потом умирали (чаще – от ран, реже – от старости, но тогда это были уже не совсем герои и Путь у них был короче, хотя жизнь длиннее). И когда Герои уходили, люди писали Песни, в которых рассказывали не только то, что Герои сделали, но и то, что могли бы сделать, если бы …. И эти Песни становились фольклором, и к ним приписывали всё, что смогли присочинить, уже следующие и следующие поколения. А через много поколений те Герои, которым «биографы» приписали самые невероятные поступки, перешли в разряд Богов, а оставшиеся стали Богатырями. Это очень долгий процесс. Но он продолжается и продолжается, потому что у каждого поколения появляются свои Герои. Есть они и у нас. Только Песен сейчас люди не пишут. Какие уж тут Песни в такой-то спешке? Так, коротенькие рассказы про отдельные Подвиги. Анекдоты. Но приписывают Героям и сейчас предостаточно. Смеются над ними, говорите? Да не совсем так: любят их. А смеются не над Героями, а над штампами, нет-нет, да и появляющимися в Официальных Песнях, которыми кто-то пытается «регулировать процесс».
Но это, так сказать, присказка. Сказка вся впереди….
-Черный ворон, что ты кружишь… - выводил задумчивый баритон.
- Ой, да над мое-ею голово-ой? – присоединялся фальцетик.
В полутёмной горнице, освещаемой двумя свечечками, за большим деревенским столом с расстеленной на нём политической картой мира, сидели двое: высокий худощавый усатый военный в портупее, при нагане и сабле (явно командир), и веснушчатый паренёк в сбитой на затылок кубанке. Примерно в районе центральной Африки стоял перевёрнутый чугунок, а Австралия была погребена под кучкой отваренной картошки «в мундирах» (по-солдатски). Командир время от времени брал картофелины из кучки и перекладывал на какой-нибудь материк стараясь поместить их точно в границах разноцветных государств. Самая большая картофелина лежала на чугунке. Второй, который попроще, внимательно наблюдал и подпевал, но при этом всё время старался встрять с вопросами, глупыми и не очень.
- Василь Ваныч, а Василь Ваныч, а вот буржуев разобьём, ты что в первый день коммунизма делать будешь?
- Я Пётр, точно тебе этого сказать …ну никак не могу, потому что … - рука его протянулась к кучке и новая картофелина легла на Апеннины - … потому что … - картофелина переместилась в Бельгию - … потому что этого тебе никто не скажет. Вот соберусь я сегодня, к примеру, к товарищу Фурманову в гости сходить, а он возьми, да и приди ко мне, будь он неладен! И сорвалось моё гостевание! Форс-мажор называется.
Словно в ответ на эти слова в сенях затопотали сапоги, загрохотало пустое ведро и раздался забористый мат. Потом по двери в поисках ручки заскреблась ладонь и, наконец, в горенку шагнул мордатый человек в полушубке.
- Чтоб тебя…! – пробурчал человек – понаставили тут вёдер! Привет, Чапай! Привет, Петька!
Командир, не выходя из задумчивости, ответил:
- И Вам, товарищ Фурманов! И Вам привет! Хоть и виделись уже сегодня. И не один раз. Не один… раз!
И ещё одна картофелина отправилась из Австралии в Европу.
- Ты, Чапай, книжечку, которую я тебе давеча давал, не изучил ещё? Во-от! Классиков марксизма-ленинизма у тебя времени нет почитать, а с картошкой баловаться – время нашёл! Дай-ка, попр обую?
И товарищ Фурманов взял в руки самую большую картофелину, с чугунка.
Петька сделал большие глаза и, отобрав у товарища Фурманова картофелину, сказал осуждающе:
- Товарищ Фурманов, ты, ядрёна вошь, зачем диспозицию ломаешь? Ты, ядрёна вошь, не просто атаку срываешь, ты войска командира лишаешь! Тебя марксизм что, этому учил, ядрёна вошь?
Фурманов хотел ответить тёмному несознательному элементу, но в это время в сенях опять загрохотало, и в горницу ввалилась кряжистая девица в красной косынке. За собой она катила станковый пулемёт. Девица резко распахнула створку оконца, взгромоздила «Максим» стволом на подоконник и закричала в сумерки:
-Тра-та-та-та-та!
Затем, ни слова не говоря, лихая пулемётчица утащила своё оружие на улицу, прогрохотав по сенцам, задевая стены и пиная сбитое товарищем Фурмановым ведро.
Фурманов изумлённо спросил:
-Чего это она?
- Учения, – коротко ответил Чапай, - но патронов у нас только на пару очередей!
- В бог-га душу мать! – только и смог сказать товарищ Фурманов.
Потом сидели, ели австралийскую картошку (Европу по молчаливому уговору не трогали) и пели уже на три голоса. Товарищ Фурманов пел громко, но сильно фальшиво. Выходило настолько противно, что в курятнике переполошился старый петух, не вовремя просипел зарю, и по всему селу завыли собаки.
Первым из троицы не выдержал Петька:
- Товарищ Фурманов, прекрати ты, Христа ради! Накликаешь беды!
- Петька, ты элемент первобытной буржуазной эпохи, - отозвался товарищ Фурманов. – Суеверный ты, просто сил никаких нет! И с религиозностью своей ты у меня прекращай! В светлом будущем нет места мракобесию и народному опиуму. Ты, как Чапайский ординарец, должен идейный пример бойцам несть, а не «христоскать» по всяким поводам. Ты же - боец красной армии. Так лучше выматерись, а не причитай, как баба неразумная!
- Да Василь Ваныч, чего он привязался-то? Алементами пугает, понимаешь! Товарищ Фурманов, ты ж сам, как баба неразумная, про алименты-то говоришь! Или у тебя «интересы» какие немужицкие появились? Василь Ваныч, объясни ты ему про богов! У нас ещё по чекушке осталось за печкой.
Самогон был настолько крепок, что у славной троицы полыхнула в глазах заря всеобщей победы. Василий Иванович подкрутил кончики усов.
- Как люди создали себе богов? А вот так: жили себе меж людей Герои (ну и Антигерои, естественно, ибо это – суть две стороны одного и того же). Жили они, значит, совершали свои Поступки, а потом умирали (чаще – от ран, реже – от старости, но тогда это были уже не совсем герои и Путь у них был короче, хотя жизнь длиннее). И когда Герои уходили, люди писали Песни, в которых рассказывали не только то, что Герои сделали, но и то, что могли бы сделать, если бы …. И эти Песни становились фольклором, и к ним приписывали всё, что смогли присочинить, уже следующие и следующие поколения. А через много поколений те Герои, которым «биографы» приписали самые невероятные поступки, перешли в разряд Богов, а оставшиеся стали Богатырями.
- В бог-га душу мать! –выдохнул товарищ Фурманов, беря очередную картофелину.
- Василь Ваныч, а вот мы кем будем, как ты думаешь?
- Тут, Пётр, у кого как сложится. Один может и до верха дойти, а другой – только песенником останется!
Где-то за огородами плескал волной Урал. И до утра оставалось совсем немного.
Об исторических судьбах России написано немало, но по-прежнему эта тема остается актуальной. Многих россиян беспокоит проблема низкого жизненного уровня, но наряду с этим, все больше наших соотечественников высказывают тревогу по поводу общего падения уровня культуры и нравственности в стране, деградации отдельных слоев населения, распространения криминальной культуры и моральной распущенности.
Я не принадлежу к представителям духовенства, не являюсь религиозным проповедником, но тем не менее убеждена, что такая ситуация в первую очередь обусловлена утратой религиозных традиций и распространением атеизма. Подобные явления имеют место как в России, так и в Западных странах, но в силу того, что довелось пережить нашей стране в ХХ столетии, у нас они пустили наиболее глубокие корни.
Цивилизации, которые забывают о Боге, о том, что необходимо жить по его заповедям, обречены на гибель и исчезновение (вспомним Древний Рим, Содом и Гоморру). Когда в стране не оказывается святых, которые могут спасти народ, цивилизация обречена и гибнет в результате природного катаклизма или военного нашествия.
В современной России мы наблюдаем одновременно процессы развития и деградации . Несмотря на рост экономических показателей, нельзя, однако, утверждать, что на государственном, социальном и культурном уровнях идет процесс развития. Достаточно взглянуть на людей, их поведение, отношение друг к другу, послушать их речь, чтобы понять, что же происходит на самом деле. Средства массовой информации, несмотря на высокий уровень технической оснащенность, поражают примитивным содержанием своих материалов. Главные темы публикаций - секс и криминальные новости. Молодое поколение, воспитанное на подобных х идеях, оказывается дезориентированным, Среди многих слоев молодежи, особенно сельской, налицо нравственная деградация. Секс, деньги и насилие становятся для них главными ценностями. Будучи преподавателем высших учебных заведений на протяжении многих лет, могу утверждать, что к сожалению, студенты последних лет далеко уступает и по качеству своих знаний, и по своему интеллекту, и по нравственному уровню тем молодым людям, которые приходили учиться 15, 10, и даже 5 лет назад.
В то же время в России есть отдельные люди, а также группы, которые развиваются, устремлены к свету, ведут духовные поиски. Они обеспокоены сложившейся ситуацией, растущей жестокостью, развращением молодежи, ростом преступности, распространением криминальной культуры. Отдельные выдающиеся личности, возможно, избраны свыше, чтобы спасти страну. Они понимают, что главная беда России – это не бедность, а духовное вырождение, корни которого лежат в утере связи с божественным. Возможно, они являются теми самыми святыми, которые призваны спасти страну от нравственного вырождения и гибели.
Некоторые из них, несомненно, являются личностями мирового масштаба. Нередко они начинают свою деятельность как целители, а потом поднимаются до высоких уровней понимания и философского обобщения.
Произведение очень большое - читайте на сайте (к сожалению, возможности рассылки не позволяют напечать полностью )
|
Метки: лирика литература проза поэзия повесть история философия |
Виртуальный выпуск. Выпуск 6. Октябрь. 2011 |
Уважаемые подписчики, предлагаю Вашему вниманию очередной 6-й выпуск обзора новинок "Виртуально Я".
Предыдущая неделя была неделей читателей, поэтому выпуск задержался.
- «А ну-ка, подсудимый, всю правду говорите,
Как всё происходило, суду вы опишите!»
- «Да, что уж тут рассказывать? Вернулся я домой
С работы очень поздно, со смены трудовой.
Жена лежит в постели и смотрит на окно,
Окно открыто настежь (но жарко всё ровно)
А за окном мужчина в одних трусах бежит.
Обычно я спокойный, но тут как динамит,
От ревности взбесился и тумбочку схватил
И с двадцати двух метров ей в гада засадил».
- «Скажите потерпевший, как всё происходило,
Прошу вас расскажите всю правду, как всё было»
- «Послушайте, присяжные, послушайте, судья!
Вот спортом занимаюсь, короче, бегом я.
Бежал себе спокойно не трогал никого
И никому плохого не делал ничего.
( Вы знаете, бег лечит артрит, радикулит.)
И тут в меня из здания вдруг тумбочка летит»
- «А, вы скажите, женщина, как всё происходило!»
- «Вы знаете, не знаю, в тот вечер жарко было
И спать легла я, приоткрыв окно,
К тому моменту я спала давно».
- «Прошу свидетель нам всё рассказать,
Как всё происходило описать».
- «Я ничего увидеть не успел,
Поймите же, я в тумбочке сидел!»
1.
Из точных карт и крепких уз
Получим дедушкин -…
2.
Прибавим к каше слово «мир»,
И ткань получим -…
3.
Иногда на кол я дую –
Так я что-нибудь…
Так я просто…
Вариант3:
Так я всё…
4.
Снежный ком и горы Анды –
Это точные…
5.
Снежный ком и площадь ар
Есть не муха, а…
Мы возвращались с посевной, пробыв в механизаторах побольше месяца. Уже в райцентре ждём поезда, слоняемся с Володей по при-вокзальной площади. Немного одичали мы в донских просторах и даже здесь, в посёлке городского типа, нам кажется излишне много-людно, как будто бы в Москве. Вдруг неожиданно – знакомое лицо – наш банщик из деревни Карабут, где мы механизаторствовали. Зна-комого в чужих местах приятно встретить, а этого – особенно. Ведь банщик в деревушке – не просто служащий – он центр общения, как, скажем, продавец в сельмаге, но покруче – центр душевного обще-ния. Про каждого всё знает и с каждым может побеседовать толково. Толково помолчит, участливо поддакнет, не перебьёт. Но деревен-ский люд всегда в делах и в бане не торчит подолгу, а нам, команди-рованным на посевную, куда спешить: нам банька – праздник. Всласть паримся, болтаем с банщиком про местные дела и мировые; и он, похоже, рад поговорить со свежими людьми, нас не торопит ни-когда, ждёт сколько надо. Мы тоже ждём потом, пока запрёт он баню по всем правилам, и вместе с удовольствием бредём уж совершенны-ми друзьями сквозь деревенскую, весеннюю, густую ночь.
И вот, уж с Карабутом распрощавшись, уже почти домой вер-нувшись, вдруг снова видим своего приятеля. Но банщик наш неве-сел – был в милицейском райотделе. Угнали у него любимый мото-цикл, а мы-то, задушевные друзья, не знали даже, что у него вообще был мотоцикл. В глухой деревне техника – вещь очень нужная и мы сочувствуем, конечно. Известно, говорит, кто утащил, – тракторист из соседнего Белогорья. Он пахал неподалёку и люди видели, как за-ходил он днём в деревню, присматривался всё, а ночью и случилась кража. Некому больше, но не докажешь и мотоцикл не найден.
Плоть в Плоть вонзает Плоть,
От Плоти же пьянея!.. -
Так сотворил Господь!
- - - - - - - - - - - - - - - - -
Вот вам и ...СТИХИНЕЯ!
Пришла жена уставшая с работы,
Где инструктаж прослушала на днях:
С электрикой работать надо в ботах,
А схватится когда кто беззаботно
За голый провод - это западня.
К нему не подходить и не пытаться
Его ни отолкнуть, ни отодрать
От провода, самой чтоб не попасться
И от него уже не оторваться,
Рукой коснувшись торса иль бедра.
...
Водянистое небо и солнце-магнит.
С каждой ночью бесптичнее и холодней…
Слава Богу, что Он оборвать не спешит
Золотую цепочку непрожитых дней.
Много звеньев еще – все, что ты не успел,
Все, о чем ты мечтал, чем еще ты живой.
Вереница теней – бывших слов, бывших дел –
По равнинам осенним бредет за тобой.
Отгоревших настурций увядший закат,
Кверху дном у воды – лодки, давшие течь…
Слава Богу, что Он не устал тасовать
Наших жизней колоду с возможностью встреч.
Вот последние листья к ногам упадут –
И к плечу беззаветно прижмусь головой…
Наших душ где-то в теле тревожный приют:
Слава Богу, что мы можем верить в Него
Журавль на крыше -
Это хорошо!..
Но надо выше,
Выше, выше, выше –
В безбрежье неба,
Где живёт Всевышний,
Где правда жизни полногрудо дышит,
И где журавль пристанище нашёл.
Журавль на небе –
Это хорошо!..
...
Ты вот не задумываешься над ценами на нефть, но когда придет Пипец Пушистый и Brent упадет до 20 долларов за баррель – подумай! Что тебя ожидает?...
Так как уровень благосостояния населения резко снизится и “чисто конкретным пацанам” некого станет отжимать, то следовательно и “Уличные Крас…совки” в жиганских кафешках заказывать станет некому. Озадаченные недополучением прибыли хозяева кафешек перестанут платить за крышевание местным ментам, в результате чего, останутся совершенно беззащитными перед владельцами узбекских закусочных, которые уже давно хотели заменить раздражающий всех, орущий на улицу, шансон на еще более раздражающее всех, орущее на улицу, караоке. Но, к сожалению, а может и к счастью, владельцам узбекских закусочных не удастся воплотить свои тайные сексуальные фантазии в жизнь, потому что их быстренько утрамбуют оставшиеся без дела военнослужащие, уволенные государством за обоснованием экономической нерентабельности.
Лезут в злачную Европу
Тараканом сквозь полы
И Варшавские холопы
И примкнувшие Хохлы.
Там культура, сервис, тряпки,
Хлеб вкуснее калача.
Там такие платят бабки,
Что не снились москвичам!
...
- Я звезда. Так, по крайней мере, говорят окружающие. Так им хотелось, чтобы мы в этом хоть не отличались от Америки. И ты знаешь про мою звезду на мостовой Москвы. И есть у меня контракты и есть тот, кто меня мучает, как он говорит, «ради меня самой». Это Вадим. Он для меня все, потому что «раскрутил» меня до звездного сияния. Ведь я была невзрачной девчонкой из Иваново. Затем я чуть было не стала женщиной Бати, это Антон Проколов. Да, это известная сволочь, и через него не одна девчонка проходит тот горький путь к славе или бесконечному бесславию. Он потребовал запеть в самой немыслимой позе. И я запела… Но после звезданула Бате по морде и ушла. Я думала, навсегда из этой недосягаемой жизни. Я ушла в небольшой ресторан, где и нашел меня Вадим. Он откуда-то узнал про пощечину Бате, и оказалось, это многого стоит. Впрочем, чего это я рассказываю тебе, ты же видел фильм обо мне…
- Татьяна Георгиевна, я смотрел этот фильм, он мне понравился, но это опять же легенда. – Я отложил ручку. Но диктофон не стал выключать.
Передо мной сидела сама Ольшанская. Она согласилась дать интервью нашему журналу и приехала минут десять назад на такси. Я встретил ее у подъезда и наш охранник не узнал ее.
Нам кажется, что о воде мы знаем все, даже то, что она – оксид водорода. Даже двоечник в школе назовет химическую формулу воды и знает стихотворение, в котором дырявые башмаки пропускают «аш два о». И многие люди и сейчас считают, что нечего мудрить, забивать мозги всякой чепухой, так как молекула воды имеет очень простую формулу, состоящую из кислорода и водорода. Вот в молекулу спирта входит еще углерод и здесь тайны намного больше. Но моя статья о воде и время для спирта пока не пришло. Я не буду повторять то, что пишут о ней в учебнике химии или создают в Интернете. Итак:
В настоящее время известно, что молекулы воды сцепляются в особы супермолекулы, а те в особые сложные структуры, в которых не менее 912 простых молекул воды. Возникает сложная кристаллическая структура. И в настоящее время учеными открыто, даже не верится, 135 разновидностей воды и 200 разновидностей льда.
И одним из главных качеств воды – это ее память. Если в химически чистую воду попадут молекулы чужеродного вещества, то молекулы воды объединяются определенным образом и ориентируют вокруг себя ближайшие информячейки, состоящие, как мы понимаем, из молекул воды. Вода, таким образом, отражает портрет растворенного вещества, записывает информацию о нем и очень долго сохраняет его в своей памяти. Даже если свести концентрацию раствора почти на нет, то вода все равно запомнит, что именно в ней было растворено.
(имеются весьма откровенно написанные сцены лесбийского секса, хотя кому как :) )
Кто мы? Дети… Наверное, даже тридцатилетних, сорокалетних дяденек и тетенек можно смело назвать детьми. Детьми, которые обожают играть во взрослые игры.
Нам не тридцать и не сорок, но наши игры от этого не чище и не наивнее. Всё откровенно, порою очень цинично. Ему 27, его зовут Максим; мне 25, я представлюсь как Кристина, мы с ним семейная пара. Вот уже два года.
Я успешна: красива, получаю достаточно. Он же – богат. Всё досталось от отца. Отец – яростный гомофоб.
Потому Максим и женился на мне. Очень уж ему хотелось наследства своего папаши. Ну и отсутствия внимания со стороны общественности, потому как скандальная слава гея-художника его не прельщала.
1.
Жизнь Януса и Гоши текла неторопливо, без всяких интересных событий.
Янус воспитывал детей, снова ходил петь в хор. И там был даже иногда солистом. Но чего-то не хватало, как-то было скучновато и пусто. А душа требовала приключений! Его томило однообразие событий. Вернее, событий никаких просто не было. А без них жизнь не была полной! А энергия била через край, требуя её реализации.
И вот, однажды, когда был солнечный ясный день, когда вся природа радовалась жизни, когда пели громкоголосые птички, когда везде можно было видеть вновь рожденных зайчишек, а мамы гуляли с малышами, Янус прочитал в одном из русскоязычных журналов статью. Она называлась: «Эротическое похудание»!
Янус открыл этот журнал просто так, даже читать не хотелось, такая была у него хандра. Он не видел больше в жизни даже проблесков для поднятия настроения.
|
|
Виртуальный выпуск. Выпуск 11. Ноябрь. 2011 |
Уважаемые подписчики, предлагаю Вашему вниманию очередной 11-й выпуск виртуального вестника.
На прошедшей неделе публикаций было мало. Активность авторов резко упала, возможно сказались наступающие холода, от которых мы уже отвыкли.
Как обычно большие работы будут публиковаться отрывком, который Вам даст возможность познакомиться с работой, а читать или нет - решайте сами.
1.
Всем известно, дядя Шурин
Васе Петечкину...
2.
Одноклассник мой, Роман
Прочитал большой...
3.
Надел на нос Егор очки
И подсчитал свои...
4.
Есть команды "стой" и "стоп",
А у Димы пара...
5.
Ходил по свету Марко Поло,
Но не играл в игру он...
6.
Есть мужской и женский пол,
А в квартире ровный...
7.
Всё заплатим мы по таксе
И добавим корма...
8.
Стас наврал, подсунул липу,
Он сажал не дуб, а...
9.
Мы положим сена в ясли
И отправим Таню в...
10.
Видел я вчера у папки
Три зелёненькие...
15.01.10
Стонет нагруженный грузом ишак! -
Каждый даётся с трудом ему шаг!
Может, и меньше б его утруждали,
Если б родился верблюдом, бедняк! )
Я стригусь у одного мастера, у спокойной пожилой женщины с добрым лицом, и всегда выходит с ней какой-то разговор, обычно, правда, ни о чём конкретном. Беседа в зале ведётся постоянно, то притихая чуть, то оживляясь, но сохраняют общую канву лишь парикмахерши. Они общаются между собой неспешно и ухитряются ещё одновременно болтать с клиентами о чём-то о другом совсем. Такая получается гипербеседа.
На этот раз, когда уже пошла работа над моей причёской, одна незанятая делом молодая парикмахерша хвалиться стала кофтой из сэконд-хэнда. Остальные мастера, не особо от дел отрываясь, бросали на яркую покупку короткие взгляды, разнообразные вопросы задавали и одобряли в целом. Только моя помалкивала всё, сосредоточась очень на височках. Когда затихло постепенно обсужденье, и кофту унесли, она, ко мне пониже наклонившись, вполголоса, но очень возбуждённо объявляет:
– Ни за что такие шмотки не возьму! И раньше я в комиссионках не покупала ничего. Даже заходить в них не хочу!
– Почему же вы так? – просто из вежливости поинтересовался я, немного удивлённый неожиданной вспышкой эмоций.
– Не могу! Только представлю...
И она, пощелкивая ножницами, жужжа машинкой надо мной, коллегам успевая что-то отвечать, поведала:
Я тогда только начала работать. В нашей маленькой парикмахерской на окраине посетители все постоянные были. Самый первый клиент мой запомнился. Пожилой, подтянутый мужчина, одетый со вкусом во всё дорогое. Молчаливый, серьёзный, как дипломат какой. И стал он постоянно стричься только у меня, хотя все мастера поопытнее были, мне не чета, девчонке. Даже загордилась поначалу, но стала замечать, что это неспроста – остальные свободные парикмахерши, как только он появлялся, или выходили куда-то, или отворачивались просто, избегали его. Спросила их, в чём дело.
– А ты не знаешь, кто это?
– Нет, конечно.
– Это – бывший директор кладбища.
– Так что, ему не стричься что ли?
– Он ещё в тюрьме отсидел...
Они рассказали, что он и до тюрьмы здесь стригся, его все уважали. Но вот у одной из мастеров умирает муж. Похоронила она, поплакала, весь коллектив на поминках был. А вскоре вдова вспоминает, что их сберкнижка на предъявителя лежала в кармане парадного костюма мужа, в который его и одели. Она в ужасе, но делать нечего – пошла на кладбище, просить, чтобы могилу раскопали. Этот самый директор, хоть и был их клиентом, говорит, что никак не возможно. Она умоляла, плакала, но он не разрешил. Всё-таки через знакомых в исполкоме она добилась. Кладбищенские копачи, а среди них и сын директора, наотрез отказались могилу трогать – боятся, дескать. А ведь она хороший магарыч им посулила! Наняла сама мужиков. Вот лопаты уже застучали по крышке гроба. Вот вытянули кое-как, поставили на мягкий свежий холмик, от глины отряхнули. Вдова почти без чувств, за соседнюю оградку держится, уж валерьянка не берёт её. Крышку приподняли и – отпрянули: в гробу на животе лежал полуголый мертвец. Вдова закричала страшно, мужики чуть не разбежались. Кто-то милицию вызвал. А что милиция, даже писать не стали ничего – может, вы его и хоронили в таком виде.
Бедная женщина не помнила, как добралась домой. На следующий день лишь стала что-то понимать и сразу же отправилась по всем комиссионным магазинам. И в самом центральном из них висит себе целёхонький костюмчик мужа. Проверила – сберкнижка на месте! Опять милиция – и уже ясно совершенно всё: сдавала невестка директора кладбища. Тут его и забрали. Вместе с сыном. Они во время похорон внимательно смотрели и в первую же ночь из свеженьких могил всё забирали, что приглянулось. Директор отсидел не очень, правда, много, сын получил условно, невестка вовсе отвертелась.
– Ну, вот и всё! Мы в эти магазины больше ни ногой, вот молодёжь... Освежить вас? – закончила рассказ парикмахерша, снимая с меня накидку. – Приходите ещё!
И пока я рассчитывался, она уже активно включилась в общую бесконечную беседу в зале.
Мы не схалтурили,
Сердца что кремнии -
От диктатурии
Пришли к тандемии.
Ненасытен дух Познанья,
Изворотлив, как змея,
Делит вечность мирозданья
На мгновенья бытия.
Из мгновений силы мысли
Тянут нас к вершинам истин,
То загадкой, то кнутом.
Пару раз ступил на грабли
И потек в песок по капле
До смиренья под крестом.
Боевые сердцем верят.
Смерть за веру - не потеря.
В схватке чести не марай
И с Голгофы прямо в рай.
А вокруг ориентиры.
Выбрал нужный. В добрый путь!
Увлекаясь, не забудь:
Суета - вся мудрость мира,
Все посылки визави,
Без познания любви!
Я немею от соседства.
Говори же, говори!
Забери меня из детства.
Полюби и забери!
Ты со мной, а я не верю.
Обезличен и потерян,
Сник, надежду теребя.
Как сказать тебе, не знаю:
"Все цветы и солнце мая
В мире только для тебя!"
Наважденье с новой силой.
Говорят, всё это было.
Ты не прав, мой друг-чудак.
Может, было, но не так!
Понял я: любовь - не ноша.
Это сказка под луной!
Это крылья за спиной!
Ты сказала, я хороший.
Самый лучший! Повтори!
Говори же, говори!
(продолжение на сайте)
***
Виноградной лозою засохшей утомленно приникну к земле,
Снегом первым слегка запорошен, принимаю покорно свой плен.
Мой садовник такой неумелый, но хочу лишь ему одному
Принести виноград летом спелый, лишь его я в мечтах обниму,
Для него пышно гроздья развешу, для него тень раскину в жару,
Лишь ему самых ярких и свежих виноградин своих отберу.
***
Мне снова снились розы и твои глаза,
И вновь тебе письмо я ночью написал,
Но не отправил, слишком адресат жесток –
Свой адрес для меня закрыл он на замок…
И почтальонов тех на этом свете нет,
Которые помочь с письмом способны мне.
Мне снова снился спелый желтый виноград,
И сок его струился, словно водопад…
Я был лозою, зиму перенес с трудом,
Но счастлив, что листвой обнять могу твой дом…
Хотя, забыл… меня ж разумно подсекли,
Чтоб не ветвился я весной, дитя земли…
Меня настигла и ужалила оса,
Чтоб неповадно было больше мне писать
Стишата глупые про слёзы при луне,
И чтобы неповадно было думать мне
О розах, винограде и о городах,
Которым не сойтись на карте никогда…
***
Винограда ягоды раздавлены в мезгу, и таинственный процесс брожения запущен.
Облетают солнечно-шафрановые кущи.
Дым синеющий плывет над садом – листья жгут.
Пальцы тонкие закоченели на ветру, зябко поднимаю воротник, сутулю плечи…
Сказочная будет ночь, и точно будут свечи, и любовное похмелье будет поутру,
только не со мной…
Мне не испить того вина, предназначены не для меня его запасы, знаю…
но, настой желания, ты так опасен, хоть бы раз тобою утолиться допьяна.
« Каждому здравомыслящему человеку ясно, что прогресс, вроде бы, есть. Ведь, подумать только, если в средние века для среднестатистического челнока доставка в родные палестины баула треников с лейблом made in China было подвигом всей жизни, то сейчас его потомок в n-ном колене с лёгкостью необыкновенной в течение одного месяца может завалить этим экзотическим товаром рынок целой страны.
Если раньше война была, скажем так, поприщем отдельных героев, и чтобы добыть к свадьбе пару-другую скальпов и, наконец, поясть на опочив суженую, соискатель вынужден был не только лично присутствовать на поле боя, но и, невзирая на трудозатраты, и даже (страшно подумать) на самою технику безопасности, в полной мере раскрыть свои физические и духовные качества, то теперь какой-нибудь очкастый дистрофик, сидя под кондиционером за тысячи километров от театра военных действий лёгким движением ноги может отправить к праотцам сотни, тысячи и миллионы. И ни одна шлюха ему за это не даст.
Если раньше руки всех членов племени были заняты выкапыванием питательных кореньев, а рот – выбиранием блох на мошонке, то теперь противу «выкапывающих коренья» развелось несметно ораторов и руководителей (от развести руками, мол, не понимаю, почему так вышло). И последние, вопреки всем ожиданиям, отнюдь не поддерживают своё существование изнурительными поисками лакомых кусочков на помойке, а, напротив, страдая лёгкой формой ожирения, предаются ничем не ограниченному досугу. А досужее сознание в отсутствие действительно стоящих и новых "смыслов", чтобы оправдать своё бесплодие и никчемность, вынуждено выискивать и подводить философскую базу под такое дерьмо, найденное на вышеупомянутой помойке, что порой диву даёшься. Особенно это интересно наблюдать по телевидению, когда какой-нибудь "мудак обыкновенный" (перев. с лат.), разродившись пространной тирадой о "ценностях, сущностях и тенденциях" отваливается на спинку стула с довольным видом: мол, эка я загнул. А по его мутным бельмам видно, что он и сам не понял, о чём и зачем он вякнул. И только печальная необходимость иметь в штате прогрессивного мыслителя для предъявления его ещё более прогрессивной мировой общественности удерживает от совета ему использовать рот по первоначальному, более подходящему для товарища, назначению.
Если раньше князья да бояре и их челядь, держа смердов в чёрном теле, куралесили напропалую, не зная узды даже для самых извращённых своих фантазий, и некому было строго спросить: «Ты пошто Редедю зарезал?!»,- то насколько умильно и благостно выглядят нынешние времена.
И по всему выходит, что прогресс вроде бы есть.
Но с другой стороны, раньше рыскали по Руси орды печенегов, грабя, убивая, насилуя, уводя в полон. Дани им, ненасытным, было мало. А что изменилось теперь? А оно нам нужно? И без них не оскудела ещё Земля Русская своими дебилами и отморозками. Но так ведь от родного человечка не токмо разорение, но и самою смертушку лютую сладко принять.
И выходит, что прогресса вроде бы и нет.
И можно ли назвать качественным прогрессом то, что приводит лишь к количественным результатам. И приводит ли количественное приращение к переходу в новое качество, или только к тому, что мы по-новой вляпаемся в старое дерьмо? В какой мере хождение по кругу является продвижением вперёд? И не является ли с этой точки зрения прогрессом также и движение назад? Является ли «прогресс» понятием из области идеального, или же это понятие из области материального? И, если идеальное в нём находится в органической взаимосвязи с материальным, то почему составные части единого целого разделяются и расходятся? И если они расходятся, чтобы переплестись в новой конфигурации, то где находится предполагаемая точка схождения и хватит ли мне получки, чтобы дождаться этого момента?»-
- Вот такие невесёлые мысли хмурым осенним утром лезли в голову Демьяна. Он проснулся за полчаса до звонка будильника, придушил его и вот теперь, уставясь в потолок, пытался отогнать не ко времени нахлынувшие думы.
Боже, как неохота вставать! Так бы и зарылся с головой в одеяло, да поглубже, до самой магмы, чтобы никто и ничто не могло помешать ему качаться в теплых струях земли. Зря они вчера набрались с Данилой-мастером. Да тут ещё Левша с пивом припёрся. И давай подначивать, мол, слабо тебе с левой руки кружку разом замахнуть. До чего же теперь тошно. Но делать нечего. Сам помирай, а рожь сей.
Демьян оделся, натянул лапт …тьфу ты, господи…сапоги. В сенях из бочки с квасом степенно выкушал ковшик ядрёного. Вышел на крыльцо. Природа радостно и мокро встретила его, переливаясь всеми оттенками серого. Так сразу и не угадаешь, будет ли сегодня солнце. На ещё вчера девственно чистой стене сарая за ночь появилась выведенная нетвёрдой детской рукой надпись: «А может, для психического здоровья нации хорошая война предпочтительнее худого мира».
«Эх, пострелята…»,- промолвил Демьян с укоризной и побрёл запрягать железного коня в рядовую сеялку.
|
Метки: литература проза поэзия стихи рассказ |
Виртуальный выпуск. Выпуск 10. Ноябрь. 2011 |
1. С.И.Гунько. Два дня в апреле
3. О.Абайкина. Сборник многоточие
6. Tranen Der Existenzlosigkeit. Сборник стихов - 24 декабря
7 В.В.Яшков. Человек, это звучит гордо?
9. В.В.Щабельник. Осколки мира
Вся неделя прошла спокойно. Муж приходил трезвый, ужинал, смотрел телевизор, рано ложился спать. Разговоры с водились к тому, что опять много расходов и надо бы взять ссуду и хорошо бы помочь маме прочистить колодец и сделать антену. И еще убрать на балконе. Одни и те же темы и, скорее всего это был мой монолог,словно молитву я твердила невыполненные дела, надеясь быть услышанной.Банальная сказка про белого бычка. Но что-то изменить я уже была не в силах и поэтому нашла выход - стала все делать сама.В пятницу Борис пришел, как мне показалось, в хорошем настроении.
«Борщ будешь?»- с порога спросила я, помятуя о любимой фразе мужа: «А ты мужа накормила?»
«Нет позже»- несколько раздраженно ответил он и, не раздеваясь, сел на диван смотреть сериал. Лицо его было сосредоточено, словно он жить без этого сериала он не мог. Меня всегда удивляла в Борисе эта отрешенность. После ссор, я ухожу в другую комнату, лежу долго на диване, прокручиваю, как в кино ссору, вспоминаю обидные слова, плачу, жалею себя, маму, сына. Пью чай с медом. Потом меня знобит, я укутываюсь в пуховый платок, сижу, уставившись в стену. Иногда мне кажется, что все происходит не со мной, просто смотрю кино про бедную Лизу. Загляну в комнату, где лежит на диване муж, а он с беззаботным видом, с открытым ртом смотри телевизор.
«Мусор надо вынести»- подожди, не отрываясь от экрана, выдохнул Борис.
«Боря, прошу тебя, вынеси еще коробки и всякий хлам с балкона»- я умоляюще посмотрела на него. К моему удивлению муж послушно пошел на балкон и стал складывать, запаковывать в пакеты. перевязывать, скопившийся за зиму хлам.Через некоторое время послышался мат, я решила молчать.
«Только бы вытерпеть, не заводиться»- внушала я себе. Когда весь мусор был упакован в огромные связки и пакеты, Борис стал вытаскивать все эти узлы через комнату, не переставая ругаться
« И откуда у нас коробки? У тебя земли полно на балконе, все от твоих цветов возмущался он.
«А палки твои уже 5 лет стоят и раковина старая»- не выдержала я.
«Палки мне нужны, а раковина хорошая,не дырявая»
«Но она уже 8 лет стоит.!»Чувствуя бесконечность беседы, я по-деловому сказала:
«Машина уже приехала, давай тебе помогу»
Сам справлюсь,- сказал он чертыхаясь-дверь закрой!
Он ушел, и я облегченно вздохнула. Прошло пол часа, час, Борис не возвращался. Сердце мое заныло.Неужели, неужели опять напьется. Через два часа ключ медленно повернулся в замке. На пороге стоял он, в распахнутой новой куртке и с пакетом в руках.
« Ну, выпил, что с того?», вызывающе сказал Борис.
Лицо его было красным, глаза мутные и злые.Дальше все пошло по накатанному сценарию, лишь с тем отклонением, что я старалась не отвечать на его гадости и больше молчать.Погружаясь в эту мутную воду оскорблений, я мечтала выплыть и выжить и еще, как ни странно не морщится, а то возле глаз столько морщинок от слез. Если раньше обида захлестывала меня, и я пыталась что-то доказывать, уверять, плакать, то постепенно поняла, как глупо я себя веду.Мы были в разных состояниях, и никакие аргументы не в силах были повлиять на его опьяненный мозг Он начинал с излюбленного: « А ты мужа накормила? Где деньги, я тебе все приношу.Дура!»- это были самые ласковые выражения, которые я постоянно слышала от пьяного мужа. А уж «посыланий» туда и сюда, не перечесть.В этот вечер все было как всегда. Хлопанье застекленной двери, бросание вилок на кухне, грохот падающего стула.Потом он угомонился, постелил себе постель, выключил свет и заснул.В этот вечер я так и не посмотрела концерт Аллы Пугачевой. Я сидела в комнате сына тупо смотрела на стеллаж с книгами, на любовно расставленные на полочках фотографии, игрушки, сделанные своими руками , картины и думала, что, наверное, смогла бы бросить все эти любимые и дорогие сердцу вещи, и уехать, если бы не сын и мама. Сын еще на 4 курсе, а маме исполнилось 80 лет, и она живет одна в деревне.Силы и настроения у меня не было, но завтра нужно передать сыну материал для диссертации его преподавателя, скачать с Интернета. В среду у сына день рождение, хотелось бы придумать какое-нибудь необычное поздравление. Я взяла детский альбом сына, сканировала его самые любимые фотографии, написала шутливое стихотворение. Потом занялась Интернетом. Часы в комнате, где спал муж, пробили два раза. В глазах появился «песок», голова болела. Когда я разложила на полу все бумаги и стала упаковывать листы, дискету и конверт с деньгами, на пороге неожиданно появился Он. Оценивающим взглядом он долго смотрел на меня, я сделала вид, что не замечаю его.
« Ну и что ты тут делаешь?» - криво улыбаясь, спросил Он.
Я ничего не ответила. Постояв еще минут пять, он ушел с грохотом закрыв дверь. Ложась в постель, я настроилась встать в 7 часов, будильник я не завожу, мой организм меня подводил очень редко.Как настрою себя, так и встаю.
Продолжение читайте на сайте ...
Я опять путешествовал. В привычной компании. Один, закутавшись в синий полинялый плащ, осматривал окрестности, выискивая воинов, которые подошли бы для Вальхаллы. А дальше и делов то. Поссорить этого славного воина с кем-то менее славным. И этому менее славному отдать победу в бою. Ну а победителя к себе, в Вальхаллу. Уже и так не пройти от этих героев. Орут на своих вечных битвах да пирах так - весь Асгард сотрясается. Вот кого мне действительно жалко(кроме себя, конечно), так это бедную свинку нашу. Это которую каждый день убивают. А она каждое утро всё воскресает и воскресает. Ужас. Я бы уже с ума сошёл.
Хёнир(третьим с нами как всегда привязался) просто смотрел и слушал, не вмешиваясь. Оно и понятно. С его то скоростью мыслеобразования. Зато никогда не устаёт. Недаром его «проворным Асом» люди величают. Да и костёр может развести хоть в сухую погоду, хоть под дождём. Ума не приложу, как это у него получается. Я иногда давал советы. Весьма полезные. К тому же развлекал Всеотца историями по вечерам у костра. Хёнир никогда ничего не рассказывал. Он вообще мало говорит.
Шли мы всё больше на север. Вот уже совсем близко к Йотунхейму.
Запряжённая Арваком и Альсвинном колесница солнца направилась к горизонту, да и Ясная грива притомился уже. Скоро выедет на небо ночь.
Мы остановились у ручья. Вода была свежая и чистая, но припасы подошли к концу. Хёнир, не долго думая, встал и пошёл искать ужин, предварительно разведя костёр.
Скоро он вернулся с быком на плече. Рассказал, что на нашу удачу здесь невдалеке паслось стадо.
Освежевав быка, мы стали его поджаривать. Прошло достаточно много времени, а мясо и не думало жариться. Ничуточки. Тут явно была какая-то магия. Даже тугодумный Хёнир это понял.
-Кто ты? И зачем ты мешаешь нам? – спросил Один, встав.
Сверху раздался смешок. Потом внезапно поднялся ветер и также внезапно стих спустя несколько секунд. Перед нами возник огромный орёл. Но, взглянув в глаза птицы, можно было понять, что перед нами не простой орёл. Можно сменить свой облик, но не взгляд. Он всё равно скажет, что ты не тот, за кого выдаёшь себя.
-Я знаю тебя, - сказал Один.
Так так так. А почему я не знаю?
-Ты Тьяцци. Один из самых могучих турсов. Управляешь холодными северными ветрами.
-Да, - ответил орёл, – и я не давал быку поджариться, остужая его своим дыханием.
-Мы не враги тебе, - сказал Один, - Почему ты мешаешь нам?
-Я дам мясу приготовиться, и вы сможете поесть. Только пообещайте мне часть. Я могу добыть себе сколько угодно сырой пищи, но не дружу с огнём, не умею разжигать его. И соскучился по жареному мясу.
-Ты сможешь взять столько, сколько захочешь. Любые куски.
Орёл кивнул и уселся на сломанное дерево невдалеке. Я недовольно поморщился. Сейчас он, конечно же, украдёт у нас самое лучшее. Или вообще всё. А я кости глодать не могу. Мне нужно хорошее питание. Одину хорошо, он вообще может не есть. Даже на пирах в Асгарде только мёд пьёт, а мясо бросает Гери и Фреки.
Но обещание было уже дано. На этот раз мясо быстро поджарилось.
Один оглянулся и предложил орлу взять свою долю. Тот слетел с дерева. Ну, так я и думал! Тьяцци начал жадно хватать самые вкусные кусочки. И глотать быстро. Ещё немного и ужина не будет. Ловить другого быка ночью Хёнир не пойдёт, как ни упрашивай. А орёл не останавливался. Кто он такой, наконец? И почему Один молчит? Что стоит слово, данное презренному турсу? Он же не клялся!
Вне себя от злости (и от голода), я схватил палку, валявшуюся рядом и, замахнувшись на великана, ударил. Реакция была неадекватная. Странная реакция. Палки так себя не ведут. Не приклеиваются к орлам. И к рукам. Орёл взметнулся вверх, прежде чем кто-либо из асов успел среагировать.
Сначала орёл нёс меня по небу, высоко над землёй. Потом опустился совсем низко и потащил по острым камням. Это было неприятно.
Я пытался колдовать. Но с занятными руками это практически невозможно. Ситуация была очень плохой. А орёл всё тащил меня по камням. Я уже был весь в крови. Последним усилием воли(в самом деле последним), я закричал:
-Отпусти меня. Что тебе нужно? Извинений? Я принесу их.
-Я отпущу тебя, когда ты поклянешься, что выполнишь любое моё желание.
Какое ещё желание? Что может он попросить?. Разве что унизить посильнее. Ладно. Живым останусь – это главное. А потом. Ну, это будет потом.
-Хорошо, - и я поклялся. Клятвой, которую нарушить не смог бы никогда.
Руки сразу же отлипли и я кубарем полетел на траву. Орёл сел рядышком и терпеливо подождал, пока я встану на ноги и немного поворожу над своими ранами. Что весьма правильно. Ведь ещё немного и я бы, наверное, умер.
-Теперь, - сказал Тьяцци, когда моё состояние улучшилось настолько, что угрозы смерти больше не было, - я скажу, что хочу от тебя. Ты должен привести мне Идунн вместе с её молодильными яблоками. Приведи её на то место, где вы меня встретили. Через семь дней. Дальше не твоя забота.
Я вытаращился на него.
-Многие великаны пытались идти против вас войной. Я же поступлю умнее. Я отниму у вас источник вашей молодости.
Орёл засмеялся и взмыл вверх. А я поплёлся в Асгард. Благо, было уже близко. Даже о том, что мои спутники могут меня искать, забыл. А добравшись домой, лёг спать. Просто сил ни на что больше не осталось.
Меня действительно искали. Один специально вернулся в Асгард, чтобы сесть на своё трон1.
Я наплёл, что орёл унёс меня далеко в горы, а потом удалось с помощью магии избавиться от него. Кажется, поверили. И оставили в покое.
Я же отправился к Идунн. Браги не было дома – путешествовал где-то в Митгарде. Ну и хорошо.
Богиня юности вышла ко мне как всегда с улыбкой на лице. Она всем улыбается. И всегда. Лично я этого не понимаю.
-Ты пришёл за яблоками, Локи? Вот, возьми.
-Нет Идунн, - сказал я, с трудом выговаривая слова. Мне было ужасно трудно. Впервые в жизни. Но я не мог нарушить клятву, – в Митгарде я видел необычную яблоню. Её плоды такие же, как и на твоей. Показалось мне, что должны знать об этом боги. Ведь если среди яблок Митгарда появятся плоды юности и жизни, то люди могут стать бессмертны. Представляешь, что будет, если они возомнят себя равными богам?
-Этого никак нельзя допустить, - сказала Идунн. – но почему ты не рассказал об этом Одину?
-Я не до конца уверен. А если ошибаюсь? Тогда все начнут смеяться . Поэтому хочу , чтобы ты пошла со мной и взяла корзину яблок со своей яблони. Ведь только ты сможешь сравнить плоды. А тогда, если я прав, то всё расскажем богам и Одину в первую очередь.
В глубине души я всё же надеялся, что она не поверит мне. Позовёт других богов. Но Идунн поверила. Никогда она никому зла не делала. И от других не ждала. Вмиг собралась, захватила корзину с яблоками и, никем не замеченные, мы вышли из Асгарда.
Я отвел Идунн на поляну, стараясь не говорить с ней и не смотреть на богиню.
-Ну и где же яблоня? – спросила Идунн, когда мы дошли.
Ответить я не успел. Огромный орёл, упавший с неба, схватил асинью и унёс ввысь.
Когда я вернулся, в Асгарде был очередной пир. И мне пришлось присутствовать на нём. Боги немного удивились, что Идунн нет. Ведь она никуда не собиралась. Впрочем, мало ли, какие дела могут быть у другого. Все асы часто путешествуют.
А я думал, как мне выручить Идунн. После пира, я посоветовался с сыновьями и потом направился к Фригг. Слышал, что есть у неё соколиное оперение. Его-то мне сейчас и надо было. Надев пёрышки, полетел в Йотунхейм. Если у меня ничего не получиться, Нарви расскажет богам, что случилось. И тогда сюда придёт Тор. Ведь без Идунн, все боги умрут от старости, как люди.
Было достаточно трудно отыскать жилище Тьяцци. Но с помощью где магии, где советам моих знакомых турсов2, я нашёл неприветливый замок на склоне горы ещё более неприветливой. Вокруг замка бушевал холодный ветер и я долго не мог добраться до окна.
Идунн же нашёл быстро. Заплаканная, она сидела в роскошной комнате. Похоже, Тьяцци сделал всё, чтобы пленница ни в чём не нуждалась.
-Где Тьяцци? - первым делом спросил я, сбросив оперение, чтобы Идунн меня узнала.
-Он говорил своей дочери, что собирается на рыбалку. Я случайно услышала.
Так тут ещё и дочь есть. Это усложняет дело.
-А его дочь?
-Она почти не бывает дома. Всё больше носиться на лыжах по лесам.
Прямо как наш Хёнир. Может, их потом познакомить? Чем ни пара?
-Хорошо, я унесу тебя отсюда. Где корзина с яблоками?
Идунн взяла корзину в руки.
-Нет, не так, - я покачал головой. –Такой вес я в обличье сокола не потяну.. Нужно превратить тебя во что-то другое.
-Конечно, Локи! Я так обязана тебе! Ведь ты не виноват, что появился Тьяцци, но всё равно пришёл спасать меня!
Так она ничего не поняла. Интересно, что Идунн скажет мне, когда узнает правду?
Уже через минуту я летел к Асгарду, неся в когтях корзину с несколькими яблоками и одним орехом.
Очень скоро понял, что меня заметили. Сзади раздавался шелест огромных крыльев. И звук этот приближался.
Я нёсся так быстро, как мог. Но Тьяцци всё равно нагонял меня. Вот вдали показался Асгард.
Я поднапрягся. Уже стали видны стоящие на одной из крыш асы. Асы? Верно. Видно, Нарви не выдержал и всё рассказал. Вот-вот и я в Асгарде. Ага, прямо там меня и схватят. Тьяцци разорвёт меня прежде, чем боги успеют что-то сделать.
Я совсем смирился со смертью, как вдруг обратил внимание на то, что асы разжигают костёр. Понял! У меня есть шанс. Собрав последние силы, я пролетел над разгоравшимся костром. Тьяции полетел прямо следом за мной. Но ему не повезло. Перья очень легко воспламеняются. Огромный орёл упал на мостовую Асгарда. Теперь он весь был объят пламенем. И уже даже тот, кто хотел бы ему помочь, не смог бы. А никто и не хотел.
Странно, но на этот раз никто не стал меня отчитывать. Видимо, Один решил, что своё и так я уже получил.
А Идунн, даже когда узнала правду, не сердилась. «Ведь всё-таки ты пришёл меня спасать, Локи» - говорила она.
И даже слова Браги о том, что явился я не из-за неё, а из-за молодильных яблок, Идунн не убедили.
Так что вроде все, кроме Браги остались довольны.
Всеобщее довольство продолжалось до следующего утра, когда в ворота Асгарда постучали.
Такого раньше не было. И все боги решили посмотреть, что случилось. За воротами стоял воин. В кольчуге и шлеме, в руках – копьё. Им он, собственно, и стучался. Вызывая на бой. Только кого? Имя он не называл. Поэтому мы могли выставить любого. Всё бы хорошо, но это был не воин. Воительница.
Не раз мы сражались с воительницами великанов. И такой силой обладали те, что даже Тор не считал позором для себя выйти на поединок с некоторыми из жён турсов. Но сейчас перед воротами Асгарда стояла хоть и жительница Йотунхейма (это я определил безошибочно), но не уродливая великанша, а прекрасная девушка.
-Скажи нам, дева, кто ты и чего хочешь? – спросил Один
-Меня зовут Скади. Я дочь Турса Тьяцци, и пришла я отомстить за отца.
-Право мести священно, - сказал Один, - но так же священно и право предложить виру за убийство. И я, как верховный Бог и повелитель богов и людей предлагаю виру тебе за смерть твоего отца.
-Что ты можешь предложить мне?
-По нашей вине погиб твой отец. Но может, если ты найдёшь в Асгаре себе мужа, который будет твоей защитой и опорой... Поверь, мы сожалеем о гибели твоего отца, но другого выбора не было. Я могу рассказать тебе, как он погиб и тогда ты решишь сама, принимать ли тебе виру.
-Хорошо, - сказала Скади, повернув копьё наконечником вниз и привязав его ремешком.
Что ж, драться она пока не будет. Что к лучшему. Главное, чтобы, узнав всё, она не потребовало в качестве дополнения к предложенной вире мою голову. Голова мне ещё нужна. Вообще, крайне полезная штука. И красивая - особенно спереди.
На следующий день, обдумав рассказ Одина (Всеотец сам вышел из Асгарда, чтобы поговорить с воительницей), Скади ответила, что согласна на виру. Но и тут Всеотец схитрил(как неожиданно и удивительно). Заметив ещё вчера, как смотрела Скади на Бальдра, уговорил дочь Тьяцци довериться судьбе в своём выборе. Ведь Бальдр как раз собирался жениться на асинье, любимой им, с которой пришлось бы расстаться, выбери великанша его.
Все неженатые асы закутались в куски ткани, оставив обнажёнными только ноги. По ним Скади и выбирала. Хорошо что я уже не холост. Только Дочь Тьяцци в жёны мне и не хватало!
Скади выбирала долго. Искала Бальдра, я полагаю. Но, в конце концов, ошиблась. Выбрала Нъёрда. Впрочем, не было заметно, что она разочарована. Не разглядела она нашего богача раньше, что ли?
Скади легко вписалась в компанию асов. Да и с мужем у них полное взаимопонимание. Чтобы не расставаться они даже решили жить поочередно то на севере, в замке Тьяцци (поскольку Скади сложно жить в тёплом Асгарде), то во дворце Нъёрда (поскольку Нъёрд, как оказалось, плохо переносит холод и завывание северного ветра).
А вот благодарности от Скади за такого хорошего мужа я не дождался. Мало того, она меня ненавидит. С её детьми – Фрейей и Фрейем у меня нормальные отношения. Небось, понимают они, что если бы не я, то отцом их был бы какой-нибудь турс. И не в светлом Асгарде жить им среди богов, а в мрачном Йотунхейме. Дружба с Фрейей для меня весьма удобна, потому что именно она хозяйка соколиного оперенья Фригг теперь. Получила его в подарок. Сама пользуется и мне иногда поигратся даёт.
Продолжение читайте на сайте ...
***
Распластано, как вошь на парусине,
Душа, прижатой к ногтю суеты,
С сомненьем ждёт, что всё бесследно сгинет,
Прославив точку зренья пустоты.
Священный дух об стену глухо бьётся,
Строптиво прорываясь на алтарь,
Там, где тоскою затмевает солнце
Надежды тусклой царственный фонарь.
Трясётся самоходно на дрезине
Мысль, как на стыке, вздрогнув на стишке;
Сознанье, поддавая пару сини,
Кривляется, как вошь на гребешке.
***
© Copyright: Бредущая По Граблям, 2008
Свидетельство о публикации №1810290080
***
Мою печаль, донская степь,
Прими, как мать, в свои огни,
Чтоб не кричать могла, а петь,
Господь, спаси и сохрани.
Мои слова прими, Москва,
Как боль и кровь гранитных плит
Вбирает павшая листва;
Господь, коль спас, уже хранит.
Но как река ни велика,
А родником жива одним,
Прими поклон издалека;
Кто спасся сам, тот Им храним.
Душа моя, прими меня:
Иной не будет нам брони;
Средь полымя хуля-браня,
Прости, спаси и сохрани.
10.11.2008 г.
***
«Икона Божией Матери, именуемая «Утоли моя печали» была принесена в Москву казаками в 1640 году и помещена в храме Святителя Николая на Пупышах в Замоскворечье.»
***
«Одно время, вероятно, вследствие пожара и неоднократных перестроек храма об иконе забыли, она была заброшена и находилась на колокольне в великом небрежении.»
***
«В церкви Николая Чудотворца хранились письменные свидетельства о чудотворениях иконы, но после чумы в 1771 году все были истреблены огнем.»
***
«Левую руку Богоматерь приложила к Своей голове, несколько склоненной набок, будто она прислушивается к молитвам всех обращающихся к Ней в печалех и скорбях.»
***
«Ныне чудотворная икона «Утоли моя печали» находится в московском храме во имя святителя Николая, что в Кузнецах.»
***
© Copyright: Бредущая По Граблям, 2008
Свидетельство о публикации №1811110484
***
Макушки древ едва лишь обагрило,
Затеплилось, что всё пойдёт на лад;
Сукровицей небес седой Ярило
Разбавил неминуемый закат.
Скатился томно по ладошкам веток
В подвал небес, забыв, что он богат,
Как медный грош в лузгу пивных креветок
Из верхо-княжей роскоши палат.
Позолоти, что было, есть, что будет,
Нашепчет на краплёный листопад
Цыганка-осень и внушит, что любит,
Тот, кто был холост, если не женат.
А я поверю, просто ей поверю,
Как верила безумие назад
Во все, судьбой распахнутые, двери
И в каждый вожделенно-мутный взгляд.
Всё сбудется. А как тому не сбыться,
Чему свидетель – судия Пилат:
Розово-перстно смазали копытца
Слащавой пеной петли звёздных врат.
***
«Этот ярко-розовый закат в Минске нам прислал Михаил Гольдберг»
***
© Copyright: Бредущая По Граблям, 2008
Свидетельство о публикации №1810311111
Продолжение читайте на сайте ...
И вновь впечатываюсь в лист.
В затылок солнце светит.
И попадаю в чью-то жизнь.
Зачем? Кто мне ответит?
Ладонями обняв лицо,
Я вслушиваюсь в радость
Других, возможно, подлецов,
Лишь ощутив усталость.
Я доверяю суть друзьям,
До ужаса спокойным,
И, по наклонностям скользя,
Хотелось стать достойным.
Я вновь впечатываюсь в лист
На радость проходящим.
И попадаю в чью-то жизнь
Пером своим щадящим.
Мальчиком, бегущим резво,
Жизнь проходит – подожди.
Есть последняя надежда,
Ты её мне не сожги.
Девочкой, носящей косу,
Жизнь плетёт нам день за днём
Постоянные угрозы,
Мы немного подождём.
Мальчик с девочкой играет,
В душах всё оборвалось, –
Это, видно, ветер мая
Сытость праздную унёс.
Задавай свои вопросы,
Отвечаю – не спеши.
Словно летние покосы,
Плавно строчки уложи.
Прилетают птицы с юга,
Обязательно – опять.
А пока метёт нам вьюга
И мешает вместе спать.
Я хотел увидеть счастье,
Ветер в этом мне помог.
Всё принёс – пургу, ненастье,
Уничтожил всё, что смог.
Я хотел увидеть нежность,
Ель мне в этом помогла,
И иголки – не подснежник.
Вот такие, брат, дела.
Я хотел увидеть прошлость,
В памяти нашел следы.
Как седой старик с погоста,
Принесла мне правду ты.
Я хотел увидеть вечность.
Разобраться как-то смог,
Почему мою беспечность
Выставляют за порог?
Я хотел увидеть счастье.
Я хотел увидеть рай.
И весна – смешной букашкой
Мне сказала: «Это – май!»
Это май, слезой объятый.
Это май – в глазах тоска.
Это май тридцать девятый
Смотрит молча свысока.
И какая-то вдруг сила,
Стиснув зубы, помогла.
Среднеточечным курсивом
Жизнь моя сквозь Вас прошла!
Стать галочкой в тетради Вашей не хочу!
Поверьте, мне совсем не свойственно двоиться.
И дружеских ладошек по плечу
Моя судьба отчаянно боится.
И извинение, – оно, конечно, слышится.
И в тоне есть оттенок неподдельности.
Но для души, отчаянной, увидеться –
Приходит час, и есть ещё мгновение.
И снова через выкрик неизбежности,
Судьба вдруг перестанет быть зловредною.
И я в какой-то внутренней чрезмерности
Вдруг оглянусь, но чтобы стать полезною.
Какую-то весеннюю занеженность,
Разлучит май тюльпановою свежестью.
И в лето нас, и в зимнюю заснеженность
Перенесёт судьба с наклоном нежности!
Я тебе нашепчу о ласковом солнце.
Я тебе нашепчу о царевне в оконце
Я тебе нашепчу, как дождик стучит о донце
перевёрнутого во дворе ведра.
Я тебе нашепчу, как шелестит трава
ласкаемая ветерком.
Я тебе нашепчу, как горят дрова
и пахнет дымком.
Я тебе нашепчу, как растут цветы.
Я тебе нашепчу, о чём плачут отцы.
Я тебе нашепчу, что такое мечты,
утраченные навсегда…
Это ты…
Напившись с брусникою чая,
С зимою обнявшись, простилась.
Тихонько на ухо шептала
И в нашу сторонку косилась.
Потом закружилась листвою,
Поёжилась в холоде зала.
– Друзья, вы, побудьте с зимою,
Она одинока, – сказала.
Нам осень сказала, – поверьте!
У женщин бывают напасти.
Таких очень много на свете.
Надменность – вуаль, и несчастье.
Кто холоду дарит улыбки?
Слезинки и те замерзают.
С ней лишь хороводят снежинки.
Влюблённые – сразу бросают.
И только вдруг первый подснежник
Протянет ей нежно ладони,
Заплачет капелью безбрежной,
И снова, в проклятье, мчат кони.
Уносят её в безмятежность –
Туда, где мороз воеводит.
И в сердце одна безнадежность,
А годы метелью проходят.
Пустынной улочкой бреду,
Почти забыв слова,
К тебе я больше не приду,
Ани оhэв отха*.
И стайка рыжих воробьёв,
Слетев на провода,
Щебечет в память о тебе.
Ани оhэв отха.
Ещё не разогнал с утра
Нам ветер облака,
А солнца луч дрожит у ног.
Ани оhэв отха.
И я опять перед тобой,
Стою, закрыв глаза.
И сердце вдруг напомнит мне,
Ани роце отха.*
_______________________________________
* Ани оhэв отха.(иврит) – я тебя люблю.
Ани роце отха.(иврит) – я тебя хочу.
Продолжение читайте на сайте ...
Она была не красива, но зла. По крайней мере, ей нравилось о себе так думать. Ее машина ехала не спеша, по серпантину. Казалось, вполне романтично путешествовать в такой старой машине (она думала про кино, но с таким носом, конечно, сниматься нельзя). Обгоняющие автомобили не разделяли ее настроения. Задумав купить машину, она решила, что купит непременно старую, какую-нибудь гламурную развалюху и, конечно же, с самого начала она была готова к резким высказываниям в свою сторону по поводу скорости. С раннего детства ее удивляло то, что люди вроде бы спешат жить. Все время куда-то опаздывая, они бегут или мчаться. Вот если бы они могли увидеть во всех красках свою собственную кончину, стали бы они спешить? Чем быстрее ты бежишь, тем меньше живешь, казалось ей. Конечно, только если не бежишь просто так, потому что захотелось побегать, вот тогда скорость действительно имеет значение.
Она всегда и всему придавала особый смысл, не считаясь с чужой точкой зрения, и зачастую даже не зная чужого мнения. Естественно, с раннего детства ее обучали манерам и правилам поведения в обществе и, в результате, выросла достаточно воспитанная девочка, по крайней мере, она на прямую не грубила старшим (значит даже в ссоре не переходила с ними «на ты») и не клеила жвачки под сиденье. Но никто и никогда не мог навязать ей своего мнения. В школе, например, она несколько лет не могла понять, как можно цифру умножить на букву и какой в этом может быть смысл. Конечно, многие принимали это за глупость, но ее больше занимали картинки, которые выдумывала она сама. Было бы здорово, думала она, если бы город вертелся вокруг своей оси. Если бы улицы и деревья перемещались с места на место, тогда пришлось бы каждый день искать свой собственный дом. Когда взрослые принимались доказывать ей практичность некоторых вещей или поступков, она не слушала, вот почему она совершенно не знала, о чем думают другие. Впрочем, иногда ей все же приходилось удивляться собственной несообразительности. Однажды она спросила свою знакомую, почему вместо лестниц не делают горки, и была шокирована ответом.
- Как же тогда подниматься? – сказала знакомая.
- Никогда бы не подумала, - ответила она.
Машина остановилась. Красивый пейзаж: море, горы и леса. Чудо природы. Бывают места, собравшие в себе всю красоту планеты, бывают такие и люди, но она не похожа на них. Ей стало грустно. Некоторое время назад она практически восхищалась собой, но сегодня вдруг понимает, что умеет разве только сочинять. Выдумывать себя и других. Однажды у нее был друг, (только однажды) он совсем не умел говорить, высказывать мысли, казалась, его мозг работает только на одну извилину (так о нем говорили), но он прекрасно все делал, за что ни возьмется. Люди не любили его, потому что завидовали его умению творить. Ведь практически каждый из нас много говорит, но совершенно ничего не делает.
Сегодня она казалась себе только частью толпы. Или сейчас ей просто так мерещилось, потому что настроение у нее менялось постоянно, казалось даже, что ничего совсем не зависит от ее настроения и настроение тоже ни от чего не зависит.
Поразительно, с какой точностью она выбрала место для отдыха. От сюда не видно и не слышно проезжающих автомобилей. Осталось только вспомнить собственное имя, иначе в гостинице может случиться не приятный инцидент, все станут думать о ней плохо, если она задумается, прежде чем представиться.
- Эльза,- представилась она, так и не вспомнив, как зовут ее на самом деле. Служащий отеля неестественно улыбнулся.
- Вы хотите с видом на море, или горы?
Интересно, что они больше ценят в долларах, подумала она.
- Море, пожалуйста.
- Это дороже.
- Я так и думала.
Служащий с плохой наследственностью (так плохо он был сложен) то и дело выжимал из своего рта улыбку, это страшно раздражало Эльзу, «скоро польются соки»- думала она, ей хотелось дать ему туфлей по сутулой костлявой спине. Он непременно завизжал бы как свинья, его зеленовато-желтая кожа, наконец, порозовела бы.
Иногда Эльзе встречались люди, которых она ненавидела в первого взгляда еще сильнее тех, кто причинял ей боль, гораздо сильнее. Как правило, это были не плохие люди. Эльза понимала это, но ничего не могла поделать со своей злостью.
В номере, пока не стемнело, она кратко записала события нескольких дней.
« Я сбежала. Улетела (уползла) в прекрасные места. Сомневаюсь, что бы меня стали искать в этом месте. Очень скоро здесь будет людно, летом на курортах всегда так. В конце концов, они ничего не знают про деньги. Я смогу остаться здесь до конца сезона, а потом отправлюсь в какую-нибудь деревню, где они, конечно, меня уже искали, и более не станут. Они и не подумают, что я отправлюсь в самое людное место в стране. В скором времени я намеренна задуматься о своем будущем».
Эльза внимательно осмотрела номер, что бы не было пыли и чего-нибудь лишнего, она терпеть этого не могла. Лишней оказалась только стеклянная емкость с красной водой, видимо кто-то из предыдущих постояльцев писал здесь акварелью. Эльза не стала выливать воду, она поставила емкость на подоконник, которая прекрасно вписывалась в интерьер, подходила к мебели из красного дерева, светлым стенам и шторам. В саду на заднем дворе Эльза нашла белые тюльпаны, которые поставила в алую воду. К утру они, конечно, порозовели, и Эльза их выкинула. Всю ночь она не спала. В ванной комнате оказалось маленькое окошко, выходящее на горы. Ночью Эльзе захотелось глядеть именно на них, поэтому ночь на пролет она сидела на бачке унитаза и курила, глядя на горы и звезды. Мир показался ей огромным, совершенно не таким, как дома. Как можно было прожить целых двадцать лет в таком тесном пространстве, когда не так далеко ворота в тысячи других пространств, где все не так однообразно потому, что ты в них гость. Конечно, двадцать лет это совсем немного. Если подумать о том, как быстро пролетел прошлый год, можно предположить, что двадцать таких отрезков времени это пустяк. Сто лет – этого, пожалуй, достаточно, но никак не меньше, для одной жизни. Должно быть, человек ничтожен, иначе ему отвели бы значительно больше времени на посещение земли. Однажды у Эльзы был друг (только однажды), он очень любил выдумывать, совсем как Эльза. Он рассказывал ей о том, что он инопланетянин с такой-то планеты, рассказывал об образе жизни на его планете и о том, что живут они тысячи лет. Полет на землю для них всего лишь недельный отпуск. Удивительно, но это так похоже на правду. Как мало может человек за одну жизнь и как много некоторые успевают за отведенное им время. Приходят на землю и все вдруг меняют. Другие люди – только поток жизни, который кому-то или чему-то необходим. Эльза тоже поток, она никогда ничего не изменит, ей даже трудно сохранить то, что хотят разрушить другие.
С рассветом Эльза отправилась на прогулку. У подножья гор, в лесу, она нашла небольшое холодное озеро, с прозрачной, сияющей, как только что вымытое зеркало, водой. Ничего не стоило прилечь рядом с ним и глядеть на мир задам наперед. Все в этом мире было с точностью до наоборот, кроме нее. Разглядев, как следует деревья, небо и себя, Эльзу огорчило такое пристальное внимание к собственной персоне. Глупо так много думать о себе, когда столько мыслей еще не посещало голову. Прекрасное утро в лесу не избавило Эльзу от огромной тревоги и тоски. «Как жаль, что мир так славно раскрывает предо мной себя в такой не подходящий момент, когда я разбита и внимательна только к себе»- думала она. В конце концов, Эльза еще больше огорчилась и тут же отправилась в номер спать.
На самом деле у Эльзы никогда не было друга. Настоящего друга из плоти и крови не было никогда. С раннего детства Эльза, не имеющая ни одного теплого сердца по близости, была под впечатлением образа Кая из небезызвестной сказки, он и стал ее первым другом. Добрый, милый, сказочный мальчик с блестящими черными волосами и огромными радостными глазами (таким он ей представлялся). С процессом взросления одинокой, но очень впечатлительной Эльзы, менялся и взрослел ее выдуманный друг (Питер Пен особенно заставил себя любить, навсегда, она до сих пор иногда по ночам ждет его), обретая качества тех, кто впечатлял Эльзу в дальнейшем. Ее герои никогда не случались рядом с ней, не делили ни времени с ней, ни пространства. Возможно, с Эльзой их объединяли лишь некоторые прочитанные (или скорее непрочитанные) книги, просмотренные (скорее не просмотренные) фильмы и картины. Конечно, герои существовали на самом деле – это были артисты. Иногда Эльза была под впечатлением книжных героев. Впрочем, она никогда не могла назвать себя чьей либо поклонницей, потому что ее друг обладал качествами многих героев, начиная с Кая и заканчивая бог знает кем (возможно, даже самим Богом). Рука об руку шла она со своим Героем по жизни. Окружающие люди только разочаровывали Эльзу.
Эльза выросла в небогатой семье, где из поколения в поколение рождались неудачники. Фантазии их хватало лишь на то, что бы желать зависти таких же неудачливых соседей. Смысл жизни Эльзиных родителей заключался в том, что бы не разочаровать жителей их небольшого города. На самом деле, всем горожанам было плевать друг на друга, но каждый в отдельности старался превзойти в чем-то соседа. Все в городе были одинаковы, но случалось, что некоторое дети своих серых родителей рождались рыжими или полосатыми, как котята, не разделяя образ жизни взрослых. От чрезмерного гнета общества, а такой ребенок уличался в бесстыдстве почти что сразу после рождения, эти дети вырастали негативно настроенными к жизни как к таковой и ко всему, что с ней связанно. Эльза была среди этих несчастных детей. Но в этой компании не было принято дружить. Детей объединяли только общие дела. Например, покрасить ночью соседский фасад ярко-розовый краской, или подсыпать парикмахерше вместо русой краски для волос, зеленую краску для парика. Дело зависело от того, чей родитель «провинился» и непосредственно от его рода деятельности. Мать Эльзы работала в банке. Так что шестилетние дети, ночью (на кануне утром, мать Эльзы утопила котят) очень тихо ограбили банк. Потому что Эльза всегда находила то, что искала (ключи). Дети знали, что даже их не приятная репутация не заставит взрослых так плохо думать о своих отпрысках, но тратить деньги совершенно точно, было нельзя. Поэтому дети закопали деньги. Положили в большой железный ящик и закопали его на кладбище, замаскировав под заброшенную могилу (это были талантливые дети, из которых выросли хорошие военные, художники, писатели и даже одна балерина). Родительская тирания сделала детей жестокими и черствыми. Они договорились, что ровно через четырнадцать лет (среди них был и будущий математик, лауреат какой-то премии) встретятся на этом месте и раскопают ящик, заберут каждый свою долю. А если кто-нибудь из них заберет все, или часть денег раньше, они его убьют (сказал будущий политик). Конечно, каждый из них думал, что лучше было бы забрать все деньги себе. Поначалу, каждый боялся, что его застанут, подумают, что это он украл деньги, никто бы не поверил, что были соучастники. Позже, каждый из компании стал настолько успешным и заметным в обществе, что найти и убить каждого из них не составляло никакого труда.
В ограблении банка обвинили мать Эльзы. Удивительно, что посадили ее в тюрьму ровно на четырнадцать лет.
За неделю и два часа до освобождения матери Эльза стояла перед старым красивым зеркалом, в черном плаще. Ее пугало только то, что никто не вспомнит про деньги (на самом деле в сундуке были не деньги, а драгоценные камни), ведь все кроме нее уже уехали из города и стали популярными в стране, кто в чем. Только ей по-настоящему нужны средства, для того, что бы уехать из города и исчезнуть, словно умереть. Умирать ей, конечно, не хотелось, не смотря на почти полное отчаянье, голова ее была полна мечтами и некоторыми надеждами на свет. Хотелось умереть для города, для людей.
На кладбище оказалось темно. Могилы не светились фосфором, а мертвецы не прогуливались, не хохотали, как представляла себе Эльза. Она пришла немного раньше и, убедившись, что еще никого нет, решила подождать у входа, вдруг, кто-нибудь из трупов все-таки намерен сегодня погулять. Первым пришел молодой человек, которого она не узнала даже тогда, когда он посветил фонариком себе в лицо. В темноте, слыша его голос, она что-то чувствовала, что-то родом из детства, но все равно не узнавала его, тем более при свете фонаря.
- Ну что,- заговорил он,- стоили те котята свободы твоей матери?
- Какие котята?- спросила Эльза.
- Те самые.
- Мы сделали это из-за котят?
- Да, твоя мать их утопила.
- Не знаю. Но мать точно не стоила котят, это совершенно точно.
Что-то было в его голосе теплое, но Эльза не могла вспомнить, что теплого было в ее детстве.
- Ты по-прежнему живешь тут? Почему?
- У меня нет талантов, как у всех вас.
- Вспомнила меня?
- Нет.
- Не мучайся, уверен, меня никто не вспомнит.
- Почему?
- Я был очень тихим.
- Ты станешь убивать, если кто-то забрал камни?
- Может быть, если это вернет мне камни.
- Ты такой жадный?
- Нет. Это я так сказал. А ты?
- Нет, матери достаточно. Но это убьет меня.
- Понимаю. Хочешь уехать?
- Да.
- Так вот, что я тебе скажу, камней там было немного.
- Было?
- Да, я забрал их пять лет назад, продал и открыл на эти деньги сеть ресторанов. Сегодня я миллионер, приехал для того, что бы вернуть долги. Деньгами. Думаю, тебе полагается больше, чем другим, ты заработала карму похуже остальных. Вот твои деньги. Камней было на миллион, поделить на пятерых - получается двести тысяч, я даю тебе триста.
- Все так просто? Или это не настоящие деньги?
- Все просто.
- Я поверю.
Эльза взяла деньги и ушла. К полудню она дошла до ближайшего города, выспалась в гостинице, купила машину раритет и уехала на курорт.
Продолжение читайте на сайте ...
И набран код,
Семь нежных цифр,
Под тенью звёзд,
Набрал я их.
Играл орган,
Звонок красив,
И я всё ждал,
О всём забыв.
Играл, играл,
И я всё жду,
На сердце план,
Что я скажу.
А на столе твоей квартиры,
Играл мелодию забытый,
Забытый в жизни телефон,
Играл, играл, всю ночь здесь он.
Так пусто было здесь и странно,
А утром нежным и туманным,
Он перестал играть тебе,
Не знал, что нет тебя уже....
Тебя всё "трубка" вызывала,
Но ты уже не отвечала,
И где-то там, где нет меня,
Играла музыка дождя
Удар, ещё удар...Живой,
Лежу в больнице я с душой,
И сердце бьётся еле-еле,
Пока ему не надоело.
*Меня предал весь белый свет,
Предала мать и мой отец*
Удар, ещё удар....и боль,
Как трудно жить с такой душой,
Не будет биться сердце скоро,
В груди ненужный мне осколок.
*Я видел как друга друга били,
Вы звери в клетке, вас пустили*
Удар, ещё удар....и страх,
Познать последний сердцу крах,
И я назло себе дышу,
Но стало тихо, тихо жду.
*Бежали вы на свет прекрасный,
Как бабочки летят напрасно*
Удар, ещё удар...и свет,
Последний нежный лунный свет,
О, где же ты, моя луна?
Зачем ты скрылась от меня?
Спасти могла лишь ты меня
*Клялись быть вместе навсегда,
Давно забыта клятва та*
Удар...последний был удар,
Я не кричал в последний раз,
В последний раз больничный свет,
И сердце прекратило бег
У грязного окна в грязном подъезде,
Стоял белый-белый ангел.
Он смотрел на дверь твоей квартиры,
И беззвучно плакал.
Он стоял с большим букетом роз,
Он их оставил прямо на пороге,
Может, когда-то, ты их найдёшь,
И они подарят тебе снова жизнь.
Ты его не видишь,
Ты идёшь, проходишь мимо него,
Ты другая, но он тебя видет прежней,
И подъезд в его глазах чист, как слеза.
Может будучи в нереальности,
Ты вдруг почувствуешь его присутствие,
Услышишь запах нежных роз,
И снова улыбнёшься.
Пока же ты возвращаешься,
Возвращаешься одна,
И ненавидишь этот подъезд,
Эту квартиру.
А он плачет в лунном опустошённом свете,
Ведь он видит мир по другому,
И он знает, что здесь сказки быть не может,
Что нет вдохновенья в опустошении.
Он закуривает сигарету - в первый раз,
И запах дыма долетает до тебя,
Ты выходишь на порог, смотришь в сторону грязного окна.
И в запахе дыма неожиданно чувствуешь запах цветов.
Он сбрасывает свои крылья, свои белые крылья,
Открывает окно и смотрит вниз,
Становится на карниз и улетает,
Вниз...
И в тот момент ты видишь эти цветы,
Прекрасные розы прямо под дверью,
Ты бросаешься к окну,
В пепельнице тлеет сигарета.
А внизу...на сырой продрогшей земле,
Видная чья-та упавшая фигура
- Не стОит.
- Что не стОит?
- Не нужно.
- Что не нужно?
Всего лишь мчится поезд,
А мне остаться нужно.
- Забудь меня.
- Конечно.
- Прощай навек,
- Прощаю
Лил дождь, казалось, вечно,
- Добра тебе желаю.
За нами на перроне,
Стоял наш ангел белый,
А люди всё бежали,
Он выглядел нелепо.
Дождливо было очень,
И поезд отправлялся,
И ангел на перроне,
Нам мило улыбался.
- Ошибка.
- Всё ошибка.
- Забыть.
- Забыть быстрее.
И ангела улыбка,
Ставала всё грустнее.
- Прощай.
- Тебе того же,
Ушла...
Уехал поезд
И плакал ангел вольный,
С дождём осенним божьим.
Чуть дальше на перроне,
Души две повстречались,
Их свёл навеки поезд,
Их ангелы смеялись.
Бежали мимо люди,
Не видя тех, кто счастлив,
Они же были вместе,
Закончив век свой странствий.
- Люблю тебя.
- Я тоже.
- Идём домой
- Идём же.
Уехал вдаль тот поезд,
Дорога бесконечна
Продолжение читайте на сайте ...
Наш век для КОСМОСА мгновенье!
Предвосхищен наш жалкий вид.
Чело и век самодовольно
С гордыней в голосе звучит.
Но где то в ВЫСШИХ ИЗМЕРЕНЬЯХ
Отображает звук один.
Короткий, четкий, объективный
По смыслу смерд, а может свин.
Умер художник. При жизни слыл он человеком недоверчивым и замкнутым, был известен неширокому кругу профессионалов и знатоков изобразительного искусства. Прославился, главным образом, своей оригинальной техникой рисунка.
Как и положено, на сорок дней поминали усопшего. Поминки проводились в скромной двухкомнатной квартире, где проживал безвременно ушедший художник со своей матерью, в прошлом, красивой женщиной, сейчас – с сеткой мелких приятных морщин, не портивших ее лица. Стол установили посредине большой комнаты, напоминавшей больше склад, чем жилое помещение. По углам комнаты выстроились рамы, свернутые в трубочку ватманы с набросками и эскизами. Отовсюду выглядывали натюрморты дорогих вин и апельсиновой кожуры, пейзажи средней полосы России. Везде – краски, какие-то холсты. В нескольких шагах от окна на трехногом штативе стояла прикрытая тканью, новая неоконченная работа художника, тут же, палитра красок, разведенная для этой картины. Все это перенесли из малой комнаты, где раньше была мастерская художника. Теперь там – спальня его матери. Хозяйка последнее время блажила. Почтить память умершего пришли человек двенадцать – тринадцать, одни мужчины без женщин. Собрались поздним вечером и провели так всю ночь. Среди собравшихся был знаменитый продюсер-шоумен с эстрадным певцом, маститый художник со своим другом, молодым художником, несколько бородатых писателей-почвенников. Остальные - поклонники и любители, люди, близкие к искусству, которые обычно любят крутиться в богемной среде.
Пришедшие хорошо знали хозяйку дома. Они помнили вкусные обеды, устраиваемые ею для нищей творческой братии. Эта женщина при небольшом достатке, умудрялась покупать экзотические дорогие продукты и готовить изысканные блюда. За столом завязывались нужные знакомства. Через них мать художника пыталась решить проблемы своего сына: устроить выставку, выгодно продать картину. В то время она была остроумной и веселой, за ней ухаживали мужчины. Сейчас – разбитая горем, мучилась сердцем и сидела за богатым столом неестественно чуждо, и ей не было никакого дела до собравшихся, до самой себя. Лицо женщины было темно от какой-то страшной тяжелой думы, не покидавшей ее со дня смерти сына. И над столом повисла напряженность, будто под куполом цирка чересчур туго натянули канат. Он скоро лопнет и захлестнет канатоходца. Мать сидела угрюмо, уронив голову на руки. Вскоре, сославшись на нездоровье, удалилась к себе в комнату, предоставив гостям право самим распоряжаться за столом.
- Подайте мне грибочков, пожалуйста, - попросил продюсер. – Рыжиков. Ага, спасибо! Люблю, знаете, как они похрустывают.
Продюсер выглядел человеком здоровым, упитанным с девичьим румянцем
на щечках.
- Я уважаю больше грузинскую кухню, - снова заговорил
шоумен.
- Значит, огурцы под водку не для вас? – с легкой иронией в голосе спросил писатель- почвенник.
- Отчего же, могу и водку.
- А мне китайская кухня больше по душе, - произнес один из любителей. – Там привычное мясо приобретает необычный вкус.
- Хитрецы, эти азиаты! – подал голос другой писатель. – Далеко шагнули. Но они недооценили роль России в общемировом политическом процессе.
Застолье постепенно разгоралось и из тихого поминального события превратилось в шумный пир.
- Азия, Азия! – пропел красивым баритоном эстрадный певец.
Продюсер улыбнулся, ослабил ремень на брюках, расстегнул пуговицу на пиджаке и вальяжно развалился на стуле.
- А мне, господа, интересно: куда пропали пейзажи Азии нашего покойного Виктора Андреевича? – спросил продюсер. – Я ведь одно время намеривался их купить.
- Отчего же не купили? – спросил молодой художник.
Внешностью он обладал самой обыкновенной, если бы не большие и печальные с серой поволокой глаза, которые, казалось, различали самую сущность вещей.
- Виктор отказал мне.
- Почему?
- Не знаю. Он только сказал мне, что я вам ничего не продам. Я был в недоумении. Я ему тогда здорово помог. Галина Федоровна знает, может подтвердить.
- Виктор всегда отличался экспрессивностью! – восторженно
сказал один из поклонников.
- Если мне здесь никто не может
сказать, куда подевались картины или скрывает что, то я все равно
узнаю, а человеку, который скрыл правду не поздоровится. Я нащупаю
болевые точки… с моими связями… - с плохо скрываемым
раздражением проговорил шоумен.
Он уже довольно выпил водки и чувствовал себя здесь очень уверенно из-за больших денег и положения. Наступила неловкая тишина.
- Пейзажи Азии, - подал голос маститый художник, - были проданы одному западному коллекционеру. И голос его при всеобщем молчании и трепете прозвучал, как смертный приговор самому себе. Маститый художник был человеком тщедушным, побитым жизнью и вид имел самый унылый.
- Признался, - удовлетворенно сказал продюсер. – Как же так, Сергеич?
- Извините меня, Абрам Васильевич, но Виктор Андреевич просил меня не говорить вам.
- Ясно! Творческая солидарность. Означает ли это, что покойный был тебе больше друг, чем я?
- Судари, милые мои! Хватит скандалить! – воскликнул бородатый славянофил. – Не забывайтесь! Лучше давайте припомним Виктора, ну, как его, Андреевича, в общем.
- Погоди, ты! И так уже пьян! А меня только что предали, никто и не заметил! – взвился Абрам Васильевич.
- Ты с ним имеешь дела, Александр? – тихо спросил молодой художник маститого. – Зачем?
|
Метки: лирика литература проза рассказ стихи философия история повесть |
Виртуальный выпуск. Выпуск 9. Октябрь. 2011 |
-1-
Те дни помнятся мне как затянувшееся межсезонье, промежуточный этап, бесконечный тоннель подземного перехода. Каждый из них давался с трудом, а все вместе сливались в однообразную и унылую череду будней, состоящую из перепадов света и тьмы, поиска заработка и борьбы с собственной памятью. Я чувствовал, как все чаще меня сносит в невесомость – не космическую, возвышенную плавность, а обыденную, земную, пьяную неуправляемость, при которой теряется контроль над ощущениями, сбиваются все ритмы и шкалы идентификаций, и адекватные реакции становятся невозможными. Я не копался в себе раскаленными щипцами психоанализа, не перебирал внутренности на предмет их дальнейшей пригодности, не просеивал мысли на решете здравого смысла, а просто сказал себе, что нет ни одной причины для паники, нет и никогда не было. Я сказал это веско и почти убедил самого себя.
Дни неслись хаотичной круговертью – без признаков спиральной осмысленности, без каких-либо намеков на логику развития событий. Я жил безо всякого сценария, на изломе, в темном тоннеле перехода и никуда не переходил. Без меня отправлялись в нужном направлении комфортные поезда и таяли в небе белые лайнеры, а я просто жил.
Помню, как в один из дней ехал за город и занял очередь на маршрутный автобус. Подбежал к хвосту очереди и спросил что-то обычное вроде: «За кем на…?» и добавил зареальный номер машрутки.
Меня это всегда интересовало: на самом ли деле в городе циркулирует девятьсот сорок пять маршруток, и на самом ли деле в здании более восьмисот офисов, если последний – восемьсот двадцатый на восьмом этаже.
На меня покосился какой-то сухощавый мен и кивнул знаково. Я не почувствовал тогда ни малейшего сейсмического толчка, качнувшего меня к его спине. В то время я не почувствовал бы и землетрясения. Просто он сразу оказался очень близко.
Оговорюсь в скобочках. Вообще-то такого не бывает. Вероятность того, что два индивидуума нетрадиционной сексуальной ориентации могут встретиться в очереди на пригородный автобус, практически ничтожна. Даже если они решат отправиться за город в одном направлении, у одного из них обязательно окажется автомобиль. Если они вместе составят некую последовательную цепь, то вряд ли будут ее соседними звеньями. И даже если они друг за другом займут какую-то несуразную очередь, то вряд ли опознают друг друга по особым приметам. Оговорюсь снова: лично я не ношу ни фиолетовых пиджаков, ни блестящих побрякушек, и лицевые мышцы у меня расслаблены. Не сомневаюсь, что этот новомодный стереотип вам известен.
Я не обратил на него внимания. Наверное, он был выше, шире в плечах и старше. Только когда мен повернулся в профиль, я заметил, что он копается в своем телефоне с каким-то детским недоумением.
– У тебя не самсунг? – спросил, не глядя на меня.
– Нокия.
– И у меня была нокия, пока сестра не постирала ее вместе с брюками. Иногда приезжает ко мне наводить порядок. В результате – у меня самсунг, и я не знаю даже, как записать номер.
– У меня нокия, – сказал я.
Он продолжал возиться с телефоном. Подошел автобус. Сидячих мест нам не хватило, стоячих тоже. Мы с трудом втиснулись на площадку перед дверью. Я попытался отодвинуться от его тела, но отодвигаться было некуда. Из-за тесноты и он вынужден был прервать изучение новейших сенсорных технологий и спрятать мобилу в карман.
– А старый я сдал в ремонт, – сказал мне. – Может, и починят.
– За час тут сдохнуть можно.
– Я к матери.
– Душно, как летом.
Так мы немного поговорили, и он стал смотреть на меня очень пристально.
Вообще я избегаю этого. Я тот человек, который здоровается с десяти метров, а говорит с трех – иначе дискомфортно, давит чужая аура, задевает чужая корона, путается под ногами чужая мантия. Я одинаково избегаю приближения к мужчинам и женщинам, к старикам и детям. Но в общественном транспорте этот принцип автоматически переходит в разряд невыполнимых, безапелляционно поруганный народным афоризмом «если тебе воняет наш трамвай, ездяй, блядь, на такси».
Разумеется, когда я упомянул о близости его тела, вовсе не имел в виду возбуждение. Возбудиться в такой ситуации было бы для меня так же противоестественно, как на кладбище, целуя в лоб безвременно усопшего.
На остановке водитель, вывернув мне локтевую кость, с трудом открыл дверь. Сзади пристроилась тетка с выпуклой сумкой, врезающейся мне точно под колено. Незнакомец взял меня за плечи и притянул к себе.
– Ты же на женщину падаешь…
– Да-да, у меня тут сумочка, – откликнулось кенгуру.
Он не убирал рук. Потом вдруг провел ладонью по моей щеке. Показалось, что все взглянули заинтересованно. Наверно, я машинально дернул головой.
– Ты же опять на нее упадешь, – предупредил он, глядя мне в глаза.
– Это вряд ли.
– Вообще на женщин не падаешь?
– Вообще.
Он успокоенно кивнул и убрал руки с моих плеч. Но навязчивая, жадная, засасывающая близость не исчезла. Как только я попробовал отодвинуться, почувствовал его еще сильнее – почувствовал все его нетерпеливое нутро, жаром плавящееся внизу.
– Встречаешься с кем-то? – спросил он.
Я молчал.
– Меня Андрей зовут.
– Денис.
Повторюсь, это было необычно – сначала. Но по мере удаления от города пассажиры стали рассасываться, мы сели, обменялись телефонами, он рассказал, что заболела его мать, которая уже два года живет одна после смерти отца. Сестра с семьей – в другом городе, и сидеть у постели больной матери, наверное, придется ему одному. Работал он инженером в конструкторском бюро на машиностроительном заводе и побаивался, что отпуск в начале зимы ему не дадут, потому что свои положенные двадцать четыре дня он уже отгулял в сентябре.
Рассказывая все это, он держал меня за руку. Я сначала подергал кисть, а потом забил на его вкрадчивые повадки. Добавлю, что мен был достаточно красив, если вы цените красоту инженеров в ее обычном, классическом, советском понимании. У него было немного вытянутое лицо с четкими линиями скул, большие карие глаза, ровный нос, заметные, резкие морщинки в углах рта и забеленные сединой виски. На вид ему было не больше сорока, хотя я понял, что больше. И еще понял, что вообще-то такого не бывает, что случай знакомства в общественном транспорте для меня исключительный, но приятным мне от это исключение уже не казалось.
– А еще я стихи пишу, – продолжал он бомбить меня информацией. – Для души, не для публики.
– Выкладываешь где-то?
– Нет, нет. Просто для себя пишу.
Автобус прибыл на конечную, мы вышли. Поэт перехватил меня под локоть.
– Ты к кому сюда? К родственникам?
– К родственникам.
– Дальним?
– Дальним.
Он сжал еще сильнее.
– Ну, иди, мать тебя ждет, – напомнил я.
– Да-да. Я позвоню.
– Позвони.
Мы насилу распрощались.
Я пошел пешком по не очень знакомой дороге, потом оглянулся, но не увидел вдали его фигуры. Темнело быстро, мороз царапал пальцы под короткими перчатками. Деревья по обеим сторонам улицы стояли черные, обледеневшие, с шапками омелы, которые я – как городской житель – раньше принимал за птичьи гнезда и радовался.
Приблизившись к крайнему дому, я увидел серебристую бэху и тлеющий мангал во дворе. Пацаны встретили меня бодрыми криками:
– Не жрем, тебя ждем, а ты, твою мать, где-то фестивалишь!
-1-
Сидя в своем рабочем кабинете и составляя список корреспондентских заданий на ближайшие дни, я думаю о том, был ли счастлив в последнее время, а точнее о том, чувствовал ли свое счастье. Эти мысли путают список заданий и вместо него составляют совершенно другой – список мелочей, деталей и подробностей нашей связи, которых я не замечал раньше. Мой лоб покрывается испариной. Был ли? Чувствовал ли?
– Включить кондиционер? Или выключить? – допытывается редактор Марина, с которой я делю кабинет.
Невольно Марина наталкивает на постороннюю мысль: в каком же состоянии находится кондиционер сейчас, если его можно и включить, и выключить? Что же с ним такое происходит? Или он завис вместе с моим компьютером и моим мозгом? Или замер на паузе?
Она снова спрашивает о чем-то, эти досадные вопросы отвлекают от мыслей о счастье, и я смотрю на Марину зависшим взглядом.
– Змей Мариныч, – говорю вдруг, и она выскакивает из кабинета.
И я вспоминаю! Вспоминаю, как впервые почувствовал себя счастливым с тобой – воспоминание обжигает и возвращает к жизни.
----------
Не секрет – красавицы
Всем мужчинам нравятся.
Клюнула Евгения
На три предложения:
Первый в списке слесарь Толик,
Что ни шаг, то новый грех.
Страстный бабник, алкоголик,
Но на внешность – лучше всех!
А второй поэт известный,
Сочинил в стихах роман.
Жить с таким – не жизнь, а песня!
Жаль, завзятый наркоман.
Третий поп – детина тучный.
Не развратник, не вандал,
Состоятельный, но скучный…
- Вы кому б сказали: «Да!»
Странный ребус получился.
В думах мечется она…
До рассвета ей приснился
Вездесущий Сатана:
«Есть банальный выход к счастью.
Дай им год, всего один:
Кто дотянет без пристрастья,
За того и выходи».
Не мудрили претенденты:
«За такую красоту
Год им кажется моментом!
Миг – и выполнил мечту».
Не спеша прошло полгода.
«Толик! Ты ли? Вот те на!..»
Дегустатор винзавода.
Кто устроил? Сатана!
А поэт? Поэт похуже…
Укололся: «Свет! – во мгле».
Хорошо живёт, не тужит
Третий месяц на игле.
Всех измазал чёрной кистью
Ненасытный крокодил!
И попа бы смял Нечистый,
Да Всевышний запретил.
Поп не дал, как эти, маху.
Верил: «Сбудется мечта!»
Продал библию монаху
И засел за «Капитал».
Битву выиграл расстрига.
Сатана в грехах востёр!
Двум другим досталась фига.
Уговор есть уговор!
Как положено, женился.
Бог изменника простил.
Вскоре мальчик народился –
Чистый Ангел во плоти!
Лично я не видел крошку,
Но по знающей молве,
Восхитительные рожки
У него на голове.
Торгует чувством тот, что перед светом
Всю душу выставляет напоказ.
В.Шекспир
Сонет 102 в пер. С.Я.Маршака
Точнее, не ЗАЧЕМ, а ПОЧЕМУ. ) -
Конечно же, в угоду... эгоизму! ) -
Шучу! - на самом деле - ПОТОМУ,
Что я... чужда ЭКСГИБИЦИОНИЗМУ. )
Я вовсе не желала б оскорбить
Тех самых с лишним двадцать миллионов,
Кому - ПУСТЯК - себя другим явить
Хоть голым! ) хоть под кайфом!.. ) - Закидонов
У всех своих хватает! ) - да начхать! )
МНЕ ЛИЧНО это вовсе... не мешает. )
Но уж позвольте МНЕ САМОЙ решать,
Как поступать. - Меня НЕ забавляет
Ни чья-то силиконовая грудь, )
Тату на члене! ) ротик приоткрытый!
В глазищах наркотическая муть!
Ни чей-то зад - до синевы побритый! )
Мне дело есть до СОБСТВЕННОЙ семьи.
Забота... - она требует накала! )
Такие же, как я, Друзья мои, -
А НАСТОЯЩИХ - их всегда так мало!
Но всё же мне присущ и... АЛЬТРУИЗМ. ) -
Чтоб ВСЕМ нашлась Вторая Половина! -
Тогда и ни к чему вуаеризм! )
Надеюсь, объяснила?! )
Ваша Инна.
P.S.
Так вот, Шекспир! - ГИГАНТ среди поэтов! -
Его перевела бы так сейчас:
СОБОЙ ТОРГУЕТ тот, кто перед светом
Себя - ВСЕМ выставляет НАПОКАЗ.
Подлинник статьи под рубрикой «Интересные люди нашего города»
находится в газете "Наша Кфар-Саба" N 247, октябрь 2011.
Автор - МАРИНА ГРОДЕНСКИ
.
«Кто я?». Этот вопрос, обращенный человеком к самому себе, является ключом к духовному развитию личности. Такой вопрос, рано или поздно задают себе многие люди. Для евреев эта тема становится особенно актуальной в период осенних праздников, особенно в Йом Кипур (Судный день), когда даже светские евреи задумываются о своих деяниях.
Многие из нас, выросшие в Советском Союзе, практически были оторваны от своих истоков, единицы знали и соблюдали еврейские традиции. Приехав в Израиль и столкнувшись с ортодоксальным иудаизмом, многие из нас – напрочь отмежевались от религии своих предков. Но все-таки стоит задуматься, ведь мудрость Торы и ее заповеди легли в основу других монотеистических религий, это ведь не просто так. Народная мудрость гласит: «Кто не помнит прошлого, у того нет будущего». Так может все-таки стоит прикоснуться и попытаться понять, что до нас хотели донести через многие века наши предки? Для этого вовсе не обязательно сидеть над специальными книгами, ломать себя, меняя привычный образ жизни. Есть люди, готовые ввести нас в мир Торы ровно настолько, насколько мы этого пожелаем. Именно о таком человеке я и хочу рассказать, его зовут – Григорий Котляр, он является раввином реформистского направления в Иудаизме.
Родился Григорий в Донецке в семье инженера-строителя и медсестры. Он рос в семье, где бабушка и дедушка общались между собой на идиш и, по мере возможностей, соблюдали еврейские традиции. Дедушка ходил молиться к кому-то домой, так как, единственная в городе синагога была закрыта в 1937-ом году, в Йом Кипур дедушка с бабушкой постились. Григорий, конечно же, все это видел, но особого значения не предавал, он был обычным советским ребенком. Со 2-го класса он стал совмещать школьные занятия с учебой в музыкальной школе по классу кларнета. Окончив 8 классов с отличием, Григорий, по настоянию мамы, поступил в индустриальный техникум, и, окончив и его с отличием, стал специалистом по техобслуживанию и ремонту автомобилей. Выбор на данный техникум и факультет пал по одной простой причине, все остальные техникумы города были связаны с шахтерскими специальностями, а перспектива работать под землей Григория совсем не прельщала.
Затем наступил черед службы в армии, Григорий попал в авиационное подразделение, которое располагалось в Крыму. Подразделение было небольшое, но многонациональное, и, глядя, как другие солдаты с гордостью говорят, что они армяне, русские, татары, Григорий стал задумываться, почему он не может так же громогласно заявить, что он еврей. Все мы помним, как евреи, проживавшие в бывшем Советском Союзе, старались не афишировать свою национальность просто из чувства самосохранения, ведь никогда невозможно было предугадать реакцию окружающих, иногда, вроде бы даже интеллигентные люди, узнав твою национальность, резко меняли свое отношение. На первый план выходили не твои личностные качества, а клеймо «еврей», такова была реальность, и с ней приходилось считаться.
Специфика службы Григория была такова, что у него было много свободного времени для размышлений. Вместе с ним служил парень, который очень интересовался религией, правда, христианством, но, тем не менее, Григорий сошелся с ним именно на почве основ религии. Он стал тоже размышлять в этом направлении, и эта тема его очень увлекла.
Демобилизовавшись, Григорий вернулся в родной город, поступил в Донецкий Госуниверситет на заочное отделение филологического факультета. За время его службы, в городе произошли изменения – появились первые официальные еврейские организации, в том числе культурный центр «Алеф». Однажды придя туда, Григорий услышал пламенную обличительную речь парня, сильно пострадавшего в армии за свою национальную принадлежность. Эта речь Григория впечатлила, и он познакомился с оратором, которого звали Игорь. В этом же центре Григорий и Игорь сошлись с еще одним парнем и девушкой, все вместе они решили организовать еврейский молодежный клуб. Сначала они планировали заниматься просветительской деятельностью, которая вскоре сошла на нет, вместо этого - клуб стал местом сбора еврейской молодежи, многие познакомившись там, затем поженились. Так что свою лепту в жизнь еврейской общины Донецка Григорий внес.
В 1989-ом году открылась группа по изучению иврита, Григорий стал посещать занятия, вскоре он понял, что ему действительно интересно постигать язык предков. Отучившись 3 месяца, Григорий продолжил заниматься самостоятельно по самоучителю и аудикассетам. Так получилось, что через некоторое время Григорий сам стал преподавать иврит, в процессе подготовки к урокам, он стал изучать историю, культуру, пытаясь проникнуть глубоко в суть. В итоге, Григорий выпустил 5-ть групп.
Летом Григорий работал в оркестре на открытой танцплощадке, осенью – устроился на почту почтальоном, затем стал сотрудником фирмы по преподаванию иностранных языков, ведь студент-заочник должен работать. Проучившись полтора года в Университете, Григорий бросил занятия, так как собрался репатриироваться в Израиль.
В мае 1991-го года репатриант-одиночка Григорий Котляр приземлился в аэропорту Бен-Гурион, было ему в ту пору 22 года. Родственников у него здесь не было, но в Иерусалиме жила супружеская пара, которая изучала иврит в группе, в которой преподавал Григорий. Он позвонил им, и они пригласили его к себе. Так он оказался в трехкомнатной квартире, в которой проживала молодая семья с ребенком, родители мужа и бабушка. Разумеется, что место для Григория нашлось только в салоне в проходе, так он прожил три месяца.
В Иерусалимский Университет Григорий поступил с 1-й попытки, до начала занятий было полгода, поэтому узнав, что в ешиву Алон-Швут набирают русскоговорящую группу, он записался туда. Это ортодоксальная ешива, там изучают Галаху (совокупность законов и установлений иудаизма, регламентирующих религиозную, семейную и общественную жизнь верующих евреев). То есть там учили бытовой стороне иудаизма, а Григория интересовало, что за этим стоит, на чем все это базируется.
Начались занятия в Университете, на кафедре языков учились только местные девушки, Григорий и еще один русскоговорящий парень. Теперь местом жительства Григория стало студенческое общежитие, но чтобы было на что жить, надо было подрабатывать. Просматривая объявления, Григорий увидел, что в матнас требуется преподаватель иврита для людей пожилого возраста, его приняли, а по вечерам, в том же матнасе он помогал школьникам готовить уроки. Рядом с матнасом была школа, в которой в середине года одна из учительниц ушла в декретный отпуск, это была неполная ставка, но Григория устраивало и это, к тому времени он был в стране всего лишь полтора года. Там он проработал 4 года.
В рамках изучения языка в Университете, студенты читали много древних текстов, но их интересовал не смысл, а языковые формы, а Григория увлекало само содержание. Он стал искать место, где бы была возможность изучать Тору в комплексе, чтобы был подход и духовный, и академический. И такое место нашлось «Хибру Юнион колледж» (Объединенный еврейский колледж), это учебное заведение было создано в 1875-ом году в Америке, филиал в Израиле существует с 60-х годов 20-го века, здесь готовят реформистских раввинов. Учиться в колледже Григорий начал в 1996-ом году, параллельно делая вторую степень в Университете. Его настолько увлек процесс познания иудаизма, что только на третьем курсе колледжа он осознал, что в итоге станет раввином. Он даже стал задумываться, а стоит ли продолжать учебу, но все-таки тяга к знаниям победила.
В 1995-ом году Григорий поехал в Донецк, чтобы навестить родителей. Буквально на 2-й день он встретил подругу юности, которая пригласила его в гости, оказалось, что кроме него была приглашена еще одна девушка, так он познакомился со своей будущей женой. Они встречались три недели, а затем Григорий вернулся в Израиль. Через несколько месяцев его новая знакомая – Марина тоже репатриировалась, и через год они поженились. В 1997-ом году родилась дочь Талия, которая учится в школе «Шарет», затем родился сын Рани, который ходит в детский сад. Марина работает программистом.
В Иерусалиме семья жила до 2001-го года, в этом году Григорий закончил обучение в колледже. Почти сразу же он получил предложение возглавить Московскую общину прогрессивного иудаизма. Вообще-то Григорий планировал жить в Израиле, но раввин ему сказал, езжай на 10-ть дней, посмотри, а потом уже принимай решение. Приехав в Москву и пообщавшись с людьми, Григорий понял, что община нуждается в таком человеке, как он, осознание этого и склонило чашу весов в сторону принятия данного предложения. Здесь было где развернуться организаторским способностям Григория, кроме проведения праздничных ритуалов и шабатных молитв, стала функционировать группа подготовки к гиюру, открылся клуб еврейского кино, клуб для людей старшего возраста, женский клуб, кружок еврейской кухни. Григорий возглавил Институт подготовки общинных работников, где обучались представители России, Украины и Белоруссии. Набирали 20-30-летних парней и девушек, которые год изучали иврит, историю, Танах. После окончания курса они могли организовывать жизнь еврейской общины на местах. Была очень интересная работа, жизнь била ключом, но наступил такой момент, когда надо было принимать принципиальное решение, где строить дальнейшую жизнь - в Москве или Израиле. И на семейном совете было принято решение – вернуться в Израиль. Тогда встал вопрос, где именно они будут жить, по нескольким личным причинам (здесь живут родственники жены Григория и она устроилась в нашем городе на работу) выбор пал на Кфар-Сабу. А еще их привлекло то, что Кфар-Саба является чистым, спокойным городом с высоким уровнем образования.
Сейчас Григорий является раввином Израильского реформистского движения, он отвечает за курсы гиюра, работает с русскоязычным населением страны, и в последнее время, руководит небольшой русскоязычной общиной в Хайфе, которая возникла полтора года назад. Кроме этого, Григорий занимается лекторской работой, ведет целый ряд курсов и семинаров, например, по истории языка иврит. Также Григорий принимал участие в переводе на русский язык части текста современных комментариев к Торе, изданных Всемирным союзом прогрессивного иудаизма.
Встает вопрос, почему Григорий избрал именно этот путь, ответ лежит в жизненном опыте. Пройдя курс обучения в ортодоксальной ешиве, он понял, догмы – это не для него. Он хочет искать ответы на вопросы сам, а прогрессивный иудаизм, как раз и предоставляет человеку такую возможность. Он выступает против любого принудительного соблюдения религиозных заповедей. Личность имеет право, даже обязана, сама формировать свою духовную жизнь. Точно такое же отношение к кашруту – можно соблюдать его полностью, или частично, можно соблюдать святость субботы в соответствии с Галахой, а можно так, как считает нужным сам человек. То есть человек может быть верующим, не меняя свой привычный образ жизни, и, на мой взгляд, это является самым важным. Ведь чем становишься старше, тем больше понимаешь, что ты являешься частичкой целого, называемого народом. И так хочется постичь его мудрость, накопленную веками, возникает ощущение, что смысл жизни где-то рядом, стоит сделать еще один шаг, но не все так просто… Прогрессивный иудаизм не дает готовые ответы на вопросы, он заставляет человека самого искать пути решения, и следовательно оставаться самим собой, брать ответственность за свои поступки на себя. Именно в этом, по моему мнению, и состоит мудрость единения религии и личности. Но это чисто философский вопрос, на который у каждого свой ответ.
Кстати, во время нашей беседы, мой взгляд случайно упал на книгу, лежащую на столе, и я с удивлением прочитала имя автора – Спиноза (философ рационалист, натуралист, один из главных представителей философии Нового времени, живший в 17-ом веке) и, прочитав немой вопрос в моих глазах, Григорий ответил, что он пытается постичь суть вещей, понять где пролегает граница между - добром и злом. Я даже затрудняюсь точно определить, кем является Григорий, наверное, он раввин с глубоким философским уклоном, потому что по своей сути, он очень далек от внешней стороны традиционного иудаизма. Встретив его на улице, человеку даже в голову не придет, что перед ним раввин. Обычный мужчина интеллигентного вида, с очень демократичной манерой общения без всяких цитат и ссылок на Тору, он не подавляет человека своей эрудицией, а дает ему возможность высказать свое мнение. Именно сочетание всех этих качеств и привлекает к нему людей. Ища подходящую для статьи фотографию, я увидела в альбоме много снимков свадеб, бар/бат мицв, которые проводил Григорий, и это тоже является частью его работы.
Я хочу пожелать этому необычному человеку кроме традиционных здоровья и счастья, больших успехов в поиске смысла жизни.
Дерзай, Григорий, твой труд важен и нужен людям!
В издательстве «Алгоритм» в 2011 году вышла моя новая книга «ЦЕЛЬ НОМЕР ОДИН. План оккупации России». Такое название дали ей в издательстве, чтобы её охотнее покупали. Моё авторское название было: «Россия в XXI веке. Путь к мировому лидерству».
По условиям договора с издательством я не имею права помещать полный текст книги в Интернете. Но две главы её я поместил в своём журнале «За нашу Советскую Родину!», а ныне предлагаю читателям оглавление книги, по которому можно составить представление об её содержании.
Те, кто заинтересовался книгой, могут познакомиться с содержанием и найти ссылку, чтобы заказать книгу.
Более десяти лет прошло с тех пор, когда впервые на Мировом экономическом форуме в Давосе был задан этот вопрос, а интрига сохраняется и по сей день. Конечно, для российских либералов ответ на этот вопрос давно ясен: «порождение кровавой гэбни – и ничего более». Ясен он и для тех блогеров, которым вообще всегда всё ясно и которые принципиально не ждут ничего хорошего от российской власти. Миллионы россиян, как и других обитателей нашей планеты, этот вопрос не волнует, они заняты выживанием. Но мир политиков, политологов, специалистов по международным отношениям всё ещё остаётся в недоумении: «что же это за деятель, чего он добивается для себя и для своей страны?»
Но, думается, конец этой полосы неопределённости близок. 7 октября премьер-министр России Владимир Путин провёл совещание по вопросам оборонно-промышленного комплекса. В связи с чрезвычайной важностью темы приведу сообщение агентства ИТАР-ТАСС почти целиком, позволив себе лишь выделить основные мысли премьера (хотя тут, по-моему, важна каждая строка):
«По мнению главы правительства… «нам предстоит провести коренную модернизацию большинства предприятий и холдингов страны… В общей сложности речь идёт о модернизации 1700 предприятий. Это огромный фронт работ, просто колоссальный». «Другими словами, необходимо подготовить промышленность к массовому серийному выпуску перспективной техники и образцов вооружения, боевые характеристики которых полностью отвечают требованию Вооружённых сил и по качеству и, немаловажно, по цене», — подчеркнул Путин, пояснив, что стоит «большая, масштабная задача: практически полностью перевооружить нашу армию и флот в ближайшие 10 лет».
«Совершенно очевидно, что при перевооружении армии и флота упор будет делаться, конечно, прежде всего, на свою собственную „оборонку“… Но чтобы мы имели такую возможность, нужно, повторяю ещё раз, уделить ей самое должное внимание. За десятилетие мы должны будем вложить в оборонный комплекс около 3 триллионов рублей. Колоссальные деньги».
Путин подчеркнул, что «инвестиции таких значительных ресурсов в оборонную промышленность будут способствовать модернизации всей российской экономики».
«Создание прочного научно-технического задела для разработки инновационных технологий в „оборонке“ является для нас одним из ключевых приоритетов, — сообщил Путин. — Именно поэтому около 20 процентов общего объема финансирования предусмотрено на проведение НИОКРов».
Среди других важнейших направлений работы премьер-министр назвал модернизацию ракетно-космической, авиационной, судостроительной промышленности, производства систем связи и управления, а также — создание электронной компонентной базы».
Примечательно, что за два следующих выходных дня я просмотрел на ТВ восемь аналитических передач, и об изложенной выше новости сообщили лишь в одной из них. Остальные, видимо, сочли, что это обычная декларация властей о намерениях, каких было и будет ещё много. Куда интереснее рассказать, например, очередную страшилку о предстоящем нашествии инопланетян.
Меня же эта новость чрезвычайно обрадовала, ибо она означает, что взят реальный курс на реиндустриализацию России. Ну, а проще всего его можно проводить в жизнь именно через модернизацию оборонной промышленности. И всё же не могу не привести первый комментарий, появившийся в Интернете сразу же после опубликования выступления премьера, потому что, признаюсь, он совпадал с моей мгновенной реакцией:
«Вспоминается Советский Союз и наш авиационный завод, где я трудился инженером в цеху. Главное тогда было разработать конструкцию изделия, затем написать технологию, затем внедрить всё это в производство. При этом сконструировать массу оснастки и специальных мерительных приспособлений. Заказать специальный режущий инструмент. А наши вожди думают, что стоит только подписать какую-нибудь бумажку и выделить деньги - и по щучьему велению всё само собой появится. Развалить вы всё развалили, так теперь попробуйте заново запустить производство».
Есть ли у общественности основания сомневаться в том, что курс на реиндустриализацию страны взят «всерьёз и надолго»? Да, есть. Ведь это не первое заявление Путина о необходимости реконструкции сотен оборонных предприятий. Но, кажется, за прошедшее время в ОПК практически ничего не изменилось. Почему?
Конечно, в первую очередь на то есть объективные причины, в особенности нехватка средств, усугубившаяся во время кризиса. Да и общество явно не готово затягивать пояса (по мнению многих не слишком богатых граждан, и без того затянутые до последней дырочки), вновь вспоминать некогда популярный кое-где лозунг «Пушки вместо масла». Но есть и причины субъективного характера. В частности, создаётся впечатление, что и в руководстве Администрации президента, и в правительстве нет людей, которые знали бы реальное производство, там преобладают юристы и экономисты. И, видимо, они считают: если какая-то отрасль народного хозяйства отстаёт, надо принять постановление «Об очередных мерах по дальнейшему развитию» этой отрасли и выделить деньги, и задача будет решена. А в жизни всё обстоит несколько иначе.
Я не утверждаю, что высшие руководители государства для того, чтобы ставить серьёзные задачи по развитию экономики, должны быть непременно инженерами или технологами с приличным стажем практической работы по этой специальности. Принять политическое решение может и гуманитарий (Сталин, поставивший задачу индустриализации СССР, не был инженером, а Орджоникидзе, назначенный наркомом тяжёлой промышленности, был фельдшером и о технике понятия не имел, ему пришлось учиться новому делу с азов). Но важно, чтобы у них были опытные кадры исполнителей-специалистов, а мы видим и среди помощников первых лиц, и среди ответственных за ОПК не профессионалов, а либо болтунов, либо непрофессионалов, у которых ракеты не желают взлетать, а то и взрываются на старте.
Вспомним, как разваливали наш ОПК, когда-то мощнейший в мире. Олигарх приватизировал авиационный завод, пришёл знакомиться с руководством предприятия и узнаёт: предполагается создание нового самолёта, проект будет готов через два года. Потом предстоит создание опытного образца, проведение лётных испытаний, далее заказ нового оборудования, разработка оснастки… Словом, если сегодня вложить деньги, то затраты окупятся лет через десять (если вообще окупятся). Но частник ведь покупал завод не для того, чтобы преодолевать отставание отечественного авиапрома, а чтобы получать прибыль, и притом в кратчайший срок. Потому он отказывается от проекта нового самолёта, а вместо этого продаёт под застройку половину дорогой заводской земли, что десятикратно окупает его расходы на покупку предприятия (доставшегося ему за копейки). Ну, а уникальные станки (на авиазаводах они часто были действительно редчайшие) – в металлолом (это тоже быстрая выручка), цеха - в аренду деревообрабатывающему заводу и другим нуждающимся в них фирмам. Ну, а на те цеха, что оказались невостребованными, можно было не обращать внимания. Пусть у них проваливались крыши, растаскивались на кирпичи стены. Ну, а работников на улицу. Вот и решение проблемы частником.
Сколько было случаев, когда частник закрывал производство какой-нибудь углеродной нити, без которой выпуск многих видов оборонной продукции невозможен. И его можно понять. Заказы на этот вид продукции по объёму крошечные, по времени нерегулярные, а для того, чтобы быть готовым к их выполнению, надо держать круглый год целый цех. Добавлю, что большинство крупных российских промышленных предприятий находится в иностранной юрисдикции, а порой и прямо принадлежат компаниям Запада. Можно ли рассчитывать на то, что они с охотой возьмутся за выполнение заказов нашей оборонки?
Хорошо, мы модернизируем оборонные заводы. Но ведь в производстве самолёта или танка, военного корабля участвуют сотни предприятий по всей стране. Оборонные заводы должны получать сталь, другие металлы особых марок (жаропрочные и пр.), композитные материалы, которых наша промышленность пока не производит. Самолётам танкам, военным кораблям нужны новые моторы, которых тоже пока нет. Значит, новые требования будут предъявлены и к заводам-поставщикам всего этого добра, а они – в частных руках. Захотят ли частники производить то, что нужно оборонным заводам, или же они сочтут это для себя нерентабельным?
Не готова к осуществлению курса на реиндустриализацию и наша строительная отрасль, также представленная в основном частниками. Она использует низкокачественный цемент и другие материалы, потому что производит товар, то есть, скажем, жильё, на продажу. Лишь только дом сдан в эксплуатацию (чаще всего с множеством недоделок), компания умывает руки. А многие дефекты сданного жилья становятся видны не сразу, и среди них бывают и такие, что квартиры оказываются не пригодными для проживания. Сейчас это явление массовое, потому что в рыночной экономике, особенно при диком рынке, господствующем у нас, ничего прочного, капитального построить невозможно. И складывается парадоксальная ситуация, чем больше жилья мы строим, тем большая его доля оказывается подлежащей в скором времени сносу. А если надо – строительная компания быстренько обанкротится, - и с неё вообще взятки гладки.
Но и в самом ОПК сложилась чрезвычайно тревожная ситуация с кадрами всех уровней. Рабочих высокой квалификации осталось очень мало, и они преимущественно пенсионного возраста. Новые кадры много лет никто не готовил. Среди руководителей .преобладают «эффективные менеджеры», ничего не понимающие в производстве и интересующиеся лишь финансовыми потоками. (Для сравнения читатель может посмотреть в Интернете биографию любого крупного руководителя советской промышленности, хотя бы Юрия Маслюкова, о котором будет кое-что сказано дальше.)
А всё должно быть совсем иначе. Металл и цемент оборонка должна получать высочайшего качества, а её рабочие должны быть цветом кадров трудящихся.
Ни в коем случае не хочу подвергнуть сомнению осуществимость программы реиндустриализации. Хочу лишь отметить чрезвычайную сложность её выполнения.
Программа правительства осуществима, если это станет всенародной задачей, и решать её будет государство, а не тот дикий частник, который ныне господствует в России.
Не мне, конечно, давать советы и разбирать детали этой программы, которые в большинстве своём секретны. Но на то, чтобы указать на некоторые неочевидные её аспекты я, полагаю, имею право.
Восстановление полного суверенитета России
Власть не раз подчёркивала, что нынешняя Россия – великое суверенное современное государство. Однако в действительности суверенитет нашей страны ограничен во многих отношениях. Мы пока – в основном сырьевая держава, в технологическом отношении, при наличии у нас ряда современных производств, в целом остаёмся отсталой страной, причём это отставание с годами не уменьшалось, а увеличивалось. Большинство наших предприятий, которые ещё остались в строю после разгула героев приватизации в 90-е годы, устарели, станочный парк на них почти не обновлялся с советских времен, а ведь и тогда многие из них по мировым меркам не шли в авангарде научно-технического прогресса. Трудно предположить, что наши Вооружённые силы при таком состоянии промышленности оснащены самым современным оружием. Наш авиапром разрушен, так же как и судостроение и многие другие отрасли оборонки. Если энтузиасты из оборонных КБ и создают иногда что-либо заслуживающее внимания, то у страны едва хватает сил на то, чтобы построить опытный образец новинки, а запустить её в серию нет возможности. Современное вооружение поступает в войска редко и в недостаточном количестве, что признают и высшие руководители страны, и генералы, отвечающие за боеспособность Вооружённых сил. Только наличие у нас остатков ядерного оружия остаётся гарантией того, что страна не подвергнется агрессии. Но, во-первых, применение ядерного оружия не всегда возможно или целесообразно, во-вторых, наш ракетно-ядерный щит достался нам от советских времён и порядком поизносился, причём наиболее грозные его составляющие во времена оны мы согласились сами уничтожить, а в-третьих, с завершением создания американской системы ПРО его эффективность будет сведена почти к нулю.
Не обеспечена и продовольственная независимость страны, но о других ограничениях нашего суверенитета я здесь говорить не буду, чтобы не отклоняться от темы. Хотя в целом это означает, что наша страна далеко не избавилась от положения криптоколонии Запада.
И вот Путин ставит задачу масштабного перевооружения наших армии и флота на основе модернизации всей промышленной базы России. Вот его первый шаг ещё в преддверии вступления на пост президента в третий раз. Здесь и один аспект ответа на сакраментальный вопрос о том, что же такой этот мистер. Путин - восстановитель полного суверенитета России. А также деятель, который демонстрирует Западу, что судьбы России будет решать сама Россия, её народ.
(Лагерная песня)
Я еду, брат, в столыпинском вагоне,
Передо мной, как срок, – мои года.
Я видел мать седую на перроне:
Прощай, Ростов, я уезжаю навсегда.
По жизни был всегда я человеком,
И воровать не брошу никогда.
Среди бродяг, налётчиков и зеков
Я жил – и уезжаю навсегда.
Мои друзья – отпетые бандиты.
Ты жди меня – года и срок пройдут.
С хозяином страны мы будем квиты,
И на расстрел меня не поведут.
Побудка в шесть.
Балдоха показалась…
И вот он город зеков – Воркута.
С холодных губ моих тогда сорвалось:
– Прощай, Ростов!
Быть может, навсегда!
7 мая 1974 г. – 12 октября 2011 г.
Звёздам я стихи свои читаю.
Они слушают внимательно меня.
Не зевают, не перебивают.
В высь слова мои уносятся звеня.
Звёзды смотрят на меня с надеждой,
Но вот нечего им нового сказать.
Ощущаю я себя невеждой.
Продолжаю небу глупости болтать.
Звёзды ожидают терпеливо,
Что талант мой хрупкий в небо прорастет,
Запоёт душа моя красиво.
Я надеюсь, всё же, звёздам повезёт.
Тротуары – эти серые реки асфальта, отражают в дождь бесстрастно и молчаливо идущих мимо людей и меня среди них. В толпе хочу затеряться, забыть о фальши, но речи вокруг, словно бульварное чтиво, а я так жажду умных, честных, искренних книг.
Потоки водные с неба грустно струятся, но не смоют они лжи осеннюю слякоть, а, значит, брести мне безнадежно и дальше.
Долгие дни безвременья длятся и длятся, дождь со мною один будет горестно плакать о том, что я вновь доверился лжи и фальши.
Но существуют еще прекрасные книги, я читал их и, надеюсь, многое понял, кое-чему научился, себя осознал, потому убегаю в ночь цвета индиго, где в густой синеве все печали утонут, так же, как и я до сих пор во лжи утопал.
24.10.2010
Вечерний разговор
Убегают вдаль от меня огоньки габаритов
Твоего, похожего на серое утро, авто
По дороге осенней грусти, дождями залитой,–
Разговора это нашего непростого итог.
Две мигающие красные точки едва видны
Среди вереницы таких же мелькающих точек,
Две последних капли нашей друг перед другом вины
После долгих раздумий и самых разных отсрочек.
Вечер стынет, и мой дом открывает окна-глаза,
Чтобы следить за тротуарами, сквером, проездом.
Ты вернешься, знаю, потому что не все я сказал,
Но скажу, и с тобой снова будем вместе, как прежде.
13.11.2010
***
Тонки и непрочны скорлупки покоя и мира,
Их не уберег, самому себе враг из врагов,
Нарушив высокую стройную звучность клавира,
Собрать не могу я по нотам себя самого.
Болезненно остро надежда в душе разрасталась
И вдруг завершилась мучительным сном, немотой.
Так счастья мечталось глотнуть мне хоть самую малость,
Но к счастью дорога бывает всегда непростой.
Это случилось в ВУЗе. Собственно, ничего особенного не произошло, а просто закрыли один туалет на ремонт. Остальные нормально работали, студенты и преподаватели никаких неудобств не испытывали. Большинство и не заметило такого факта, потому что комната эта и так всегда была заперта, это был особый туалет – ректорский.
Да, ВУЗ старинный, ещё с царских времён, аж с девятнадцатого века работал, и был в нём специальный ректорский туалет. Теперь трудно сказать, в какие исторические эпохи это началось. Вряд ли во времена царизма, скорее, когда уже появились закрытые распределители для особо передовых личностей – логично ведь: дефицитные продукты должны совершать свой полный кругооборот в подходящих элитарных условиях. Сделали бы вход в это заведение прямо из ректората, посторонние бы вообще ни о чём таком не догадывались, но из неких эстетических ли, гигиенических ли, а может, из простейших технических соображений дверь в него вела из общего коридора. Самые важные люди института – ректор и его секретарша – имели ключи и по мере необходимости пользовались, ну, уборщица ещё, наверно, могла проникать. Потом кое-кто из проректоров. Потом уважаемые профессора. Нет, не все, разумеется, а очень заслуженные – в этом старинном ВУЗе и в советские времена профессоров было много, что им в очередь что ли выстраиваться.
Интересно, конечно, представить, как проходила процедура вручения ключика. Сам ли ректор это делал после какого-нибудь важного совещания – а вас я попрошу остаться, – или секретарша, пикантно улыбаясь, протягивала в приёмной этот ключевой символ признания. И кто заказывал изготовление? Комендант здания или сам проректор по хозяйственным вопросом? Утечка информации, конечно, исключалась. Мучился, наверно, этот уполномоченный – сколько заказать? Мало закажешь – попадёшь в немилость, когда ректор попросит ещё экземплярчик, много сделаешь – девальвация ценности получится.
Впрочем, очереди у этой, никак не обозначенной, но важной, двери никогда не возникало. Ведь заведений этого профиля в институте вполне хватало, и состояние их было вполне приличным, был даже и некоторый академический блеск в неизбежных настенных надписях в кабинках, например: «Пока я здесь сидел и ***л, я взял вот этот интеграл...». Так что не было особого смысла, когда приспичит, специально тащиться в ректорский отсек. Ректор и секретарша – те действительно пользовались. Остальные же из круга посвящённых – редко, в основном ограничивались приятным сознаванием высокой принадлежности к Великому Ордену Почётного Заведения. Не смейтесь, пожалуйста, – мне это всё рассказывал один очень серьёзный профессор данного серьёзного ВУЗа.
Так вот, закрылся этот VIP-туалет на ремонт. Нет, не очень он обветшал, а просто у ВУЗа за счёт платного обучения, наконец, появилось достаточно денег, всё стали улучшать, отделывать, и вскоре дошла очередь, объект серьёзный. Никого это никак не задело, ну, кроме самого ректора и секретарши, естественно. Объект отшлифовали быстро и достойно. Заменили и дверь на самую современную. Пришлось, конечно, и замочек сменить... Здесь и началась драма.
Поначалу элита толком и не знала, что объект уже сдан, и спокойно переживала этот переходный период. Но не утаишь такой секрет вечно, секретарше стали делать шутливые намёки. Пришлось заказать первую партию секретных VIP-ключей. Вот тут даже сам ректор искренне удивился тому, как широк круг заинтересованных лиц. Оно и не мудрено – ведь и его предшественники вовсю практиковали эту меру морального поощрения. И хотя многие заслуженные кавалеры этого интересного Ордена уж в бозе почили, действующих членов явно оказалось слишком чересчур. Не передавали же ветераны свои ключики по наследству, хотя считанные единицы вполне могли, они же знали мудрость – чем раньше встаёт солнце, тем выше оно поднимается в зените. И глава ВУЗа был просто вынужден провести нечто вроде переаттестации, вернее сказать – чистку рядов.
Бог знает, как это делалось, но новые ключики у некоторых стали появляться и снова согревать их элитные души. Обойдённые испытывали дискомфорт и терпеливо надеялись. Неопределённость становилась воистину мучительной.
Особенно сильно страдал один гордый седовласый ветеран-профессор. На свою беду он сумел прознать, что заветные ключи уже находятся в обращении – не зря же он был учёным. Стал специально наведываться в ректорат по всяким пустякам – секретарша вежливо улыбалась, но ничего не протягивала. Старался и с ректором заговорить при встрече – тот, вроде, не понимал его светлой надежды. Один раз он даже попробовал старый ключ применить: вдруг подойдёт? Это было невыносимо для гордого ветерана.
И преисполненный сознанием своей объективной значительности, он твёрдо решил действовать прямо и официально. Решил написать ректору заявление. Это будет документ, на который главе ВУЗа придётся реагировать. И отказать такому заслуженному человеку он, конечно, не решится. Так что, ход беспроигрышный.
Профессор взял лист отличной бумаги и привычно начертал шапку документа. В голове стучала суровая фраза: «Прошу прекратить травлю!», но немного помедлив, он вывел: «Прошу разрешить мне доступ в...». Здесь произошла большая остановка, ведь нельзя же написать «в Ваш туалет», нельзя написать и «в ректорский туалет» – получалась какая-то ерунда, и учёный это тонко чувствовал. Тут в его домашний кабинет заглянула супруга, и ему вдруг сделалось неудобно почему-то, и огорчать жену такой крупной неприятностью на работе, конечно, не стоило. Даже на мгновение захотел порвать листок, но, вспомнив всю глубину обиды, сосредоточился на своём решительном послании. И отточенная эрудиция не подвела, он лихо закончил главное предложение: «... в специальную туалетную комнату»! Вот так! Дальше уже проще – надо обосновать просьбу, а это означает перечислить свои заслуги, которые седовласый профессор знал назубок.
И он перечислил все высокие должности, которые когда-либо занимал. И все учёные и почётные звания. Здесь даже пришлось новый лист начать. Упомянул орден, полученный за освоение целины, в скобках указал номер. Приложить список научных трудов не решился, только число работ указал и цифрой, и прописью. Эх, хорошо бы здесь прозвучало про участие в ВОВ и про членство в Академии наук, но чего не было – того не было...
Опытный ветеран понимал, что перечень необходимо завершить чем-то социально значимым, он колебался, думал и вывел: «Член Партии с такого-то года».
Расписался, сколол листы скрепкой и, аккуратно вложив этот солидный документ в старомодный кожаный портфель, отправился уже нетвёрдой, но гордой ветеранской походкой смело бороться за свои поруганные права.
|
Метки: литература лирика проза поэзия |
Афоризмы от Меламеда |
Уважаемые подписчики, предлагаю Вашему вниманию очередной и очень короткий 8-й выпуск виртуального вестника, посвященный афоризмам одного автора - Марка Моисеевича Меламеда.
Для начала хотелось бы пригласить Вас обсудить условия и темы, проводимых конкурсов.
Желающих обсудить конкурс обращаю внимание на P.S. - пришлите логин и Вы будете авторизованы на форуме.
|
Метки: афоризмы юмор сатира проза |
Виртуальный выпуск. Выпуск 6. Октябрь. 2011 |
- «А ну-ка, подсудимый, всю правду говорите,
Как всё происходило, суду вы опишите!»
- «Да, что уж тут рассказывать? Вернулся я домой
С работы очень поздно, со смены трудовой.
Жена лежит в постели и смотрит на окно,
Окно открыто настежь (но жарко всё ровно)
А за окном мужчина в одних трусах бежит.
Обычно я спокойный, но тут как динамит,
От ревности взбесился и тумбочку схватил
И с двадцати двух метров ей в гада засадил».
- «Скажите потерпевший, как всё происходило,
Прошу вас расскажите всю правду, как всё было»
- «Послушайте, присяжные, послушайте, судья!
Вот спортом занимаюсь, короче, бегом я.
Бежал себе спокойно не трогал никого
И никому плохого не делал ничего.
( Вы знаете, бег лечит артрит, радикулит.)
И тут в меня из здания вдруг тумбочка летит»
- «А, вы скажите, женщина, как всё происходило!»
- «Вы знаете, не знаю, в тот вечер жарко было
И спать легла я, приоткрыв окно,
К тому моменту я спала давно».
- «Прошу свидетель нам всё рассказать,
Как всё происходило описать».
- «Я ничего увидеть не успел,
Поймите же, я в тумбочке сидел!»
1.
Из точных карт и крепких уз
Получим дедушкин -…
2.
Прибавим к каше слово «мир»,
И ткань получим -…
3.
Иногда на кол я дую –
Так я что-нибудь…
Так я просто…
Вариант3:
Так я всё…
4.
Снежный ком и горы Анды –
Это точные…
5.
Снежный ком и площадь ар
Есть не муха, а…
Мы возвращались с посевной, пробыв в механизаторах побольше месяца. Уже в райцентре ждём поезда, слоняемся с Володей по при-вокзальной площади. Немного одичали мы в донских просторах и даже здесь, в посёлке городского типа, нам кажется излишне много-людно, как будто бы в Москве. Вдруг неожиданно – знакомое лицо – наш банщик из деревни Карабут, где мы механизаторствовали. Зна-комого в чужих местах приятно встретить, а этого – особенно. Ведь банщик в деревушке – не просто служащий – он центр общения, как, скажем, продавец в сельмаге, но покруче – центр душевного обще-ния. Про каждого всё знает и с каждым может побеседовать толково. Толково помолчит, участливо поддакнет, не перебьёт. Но деревен-ский люд всегда в делах и в бане не торчит подолгу, а нам, команди-рованным на посевную, куда спешить: нам банька – праздник. Всласть паримся, болтаем с банщиком про местные дела и мировые; и он, похоже, рад поговорить со свежими людьми, нас не торопит ни-когда, ждёт сколько надо. Мы тоже ждём потом, пока запрёт он баню по всем правилам, и вместе с удовольствием бредём уж совершенны-ми друзьями сквозь деревенскую, весеннюю, густую ночь.
И вот, уж с Карабутом распрощавшись, уже почти домой вер-нувшись, вдруг снова видим своего приятеля. Но банщик наш неве-сел – был в милицейском райотделе. Угнали у него любимый мото-цикл, а мы-то, задушевные друзья, не знали даже, что у него вообще был мотоцикл. В глухой деревне техника – вещь очень нужная и мы сочувствуем, конечно. Известно, говорит, кто утащил, – тракторист из соседнего Белогорья. Он пахал неподалёку и люди видели, как за-ходил он днём в деревню, присматривался всё, а ночью и случилась кража. Некому больше, но не докажешь и мотоцикл не найден.
Плоть в Плоть вонзает Плоть,
От Плоти же пьянея!.. -
Так сотворил Господь!
- - - - - - - - - - - - - - - - -
Вот вам и ...СТИХИНЕЯ!
Пришла жена уставшая с работы,
Где инструктаж прослушала на днях:
С электрикой работать надо в ботах,
А схватится когда кто беззаботно
За голый провод - это западня.
К нему не подходить и не пытаться
Его ни отолкнуть, ни отодрать
От провода, самой чтоб не попасться
И от него уже не оторваться,
Рукой коснувшись торса иль бедра.
...
Водянистое небо и солнце-магнит.
С каждой ночью бесптичнее и холодней…
Слава Богу, что Он оборвать не спешит
Золотую цепочку непрожитых дней.
Много звеньев еще – все, что ты не успел,
Все, о чем ты мечтал, чем еще ты живой.
Вереница теней – бывших слов, бывших дел –
По равнинам осенним бредет за тобой.
Отгоревших настурций увядший закат,
Кверху дном у воды – лодки, давшие течь…
Слава Богу, что Он не устал тасовать
Наших жизней колоду с возможностью встреч.
Вот последние листья к ногам упадут –
И к плечу беззаветно прижмусь головой…
Наших душ где-то в теле тревожный приют:
Слава Богу, что мы можем верить в Него
Журавль на крыше -
Это хорошо!..
Но надо выше,
Выше, выше, выше –
В безбрежье неба,
Где живёт Всевышний,
Где правда жизни полногрудо дышит,
И где журавль пристанище нашёл.
Журавль на небе –
Это хорошо!..
...
Ты вот не задумываешься над ценами на нефть, но когда придет Пипец Пушистый и Brent упадет до 20 долларов за баррель – подумай! Что тебя ожидает?...
Так как уровень благосостояния населения резко снизится и “чисто конкретным пацанам” некого станет отжимать, то следовательно и “Уличные Крас…совки” в жиганских кафешках заказывать станет некому. Озадаченные недополучением прибыли хозяева кафешек перестанут платить за крышевание местным ментам, в результате чего, останутся совершенно беззащитными перед владельцами узбекских закусочных, которые уже давно хотели заменить раздражающий всех, орущий на улицу, шансон на еще более раздражающее всех, орущее на улицу, караоке. Но, к сожалению, а может и к счастью, владельцам узбекских закусочных не удастся воплотить свои тайные сексуальные фантазии в жизнь, потому что их быстренько утрамбуют оставшиеся без дела военнослужащие, уволенные государством за обоснованием экономической нерентабельности.
Лезут в злачную Европу
Тараканом сквозь полы
И Варшавские холопы
И примкнувшие Хохлы.
Там культура, сервис, тряпки,
Хлеб вкуснее калача.
Там такие платят бабки,
Что не снились москвичам!
...
- Я звезда. Так, по крайней мере, говорят окружающие. Так им хотелось, чтобы мы в этом хоть не отличались от Америки. И ты знаешь про мою звезду на мостовой Москвы. И есть у меня контракты и есть тот, кто меня мучает, как он говорит, «ради меня самой». Это Вадим. Он для меня все, потому что «раскрутил» меня до звездного сияния. Ведь я была невзрачной девчонкой из Иваново. Затем я чуть было не стала женщиной Бати, это Антон Проколов. Да, это известная сволочь, и через него не одна девчонка проходит тот горький путь к славе или бесконечному бесславию. Он потребовал запеть в самой немыслимой позе. И я запела… Но после звезданула Бате по морде и ушла. Я думала, навсегда из этой недосягаемой жизни. Я ушла в небольшой ресторан, где и нашел меня Вадим. Он откуда-то узнал про пощечину Бате, и оказалось, это многого стоит. Впрочем, чего это я рассказываю тебе, ты же видел фильм обо мне…
- Татьяна Георгиевна, я смотрел этот фильм, он мне понравился, но это опять же легенда. – Я отложил ручку. Но диктофон не стал выключать.
Передо мной сидела сама Ольшанская. Она согласилась дать интервью нашему журналу и приехала минут десять назад на такси. Я встретил ее у подъезда и наш охранник не узнал ее.
Нам кажется, что о воде мы знаем все, даже то, что она – оксид водорода. Даже двоечник в школе назовет химическую формулу воды и знает стихотворение, в котором дырявые башмаки пропускают «аш два о». И многие люди и сейчас считают, что нечего мудрить, забивать мозги всякой чепухой, так как молекула воды имеет очень простую формулу, состоящую из кислорода и водорода. Вот в молекулу спирта входит еще углерод и здесь тайны намного больше. Но моя статья о воде и время для спирта пока не пришло. Я не буду повторять то, что пишут о ней в учебнике химии или создают в Интернете. Итак:
В настоящее время известно, что молекулы воды сцепляются в особы супермолекулы, а те в особые сложные структуры, в которых не менее 912 простых молекул воды. Возникает сложная кристаллическая структура. И в настоящее время учеными открыто, даже не верится, 135 разновидностей воды и 200 разновидностей льда.
И одним из главных качеств воды – это ее память. Если в химически чистую воду попадут молекулы чужеродного вещества, то молекулы воды объединяются определенным образом и ориентируют вокруг себя ближайшие информячейки, состоящие, как мы понимаем, из молекул воды. Вода, таким образом, отражает портрет растворенного вещества, записывает информацию о нем и очень долго сохраняет его в своей памяти. Даже если свести концентрацию раствора почти на нет, то вода все равно запомнит, что именно в ней было растворено.
(имеются весьма откровенно написанные сцены лесбийского секса, хотя кому как :) )
Кто мы? Дети… Наверное, даже тридцатилетних, сорокалетних дяденек и тетенек можно смело назвать детьми. Детьми, которые обожают играть во взрослые игры.
Нам не тридцать и не сорок, но наши игры от этого не чище и не наивнее. Всё откровенно, порою очень цинично. Ему 27, его зовут Максим; мне 25, я представлюсь как Кристина, мы с ним семейная пара. Вот уже два года.
Я успешна: красива, получаю достаточно. Он же – богат. Всё досталось от отца. Отец – яростный гомофоб.
Потому Максим и женился на мне. Очень уж ему хотелось наследства своего папаши. Ну и отсутствия внимания со стороны общественности, потому как скандальная слава гея-художника его не прельщала.
1.
Жизнь Януса и Гоши текла неторопливо, без всяких интересных событий.
Янус воспитывал детей, снова ходил петь в хор. И там был даже иногда солистом. Но чего-то не хватало, как-то было скучновато и пусто. А душа требовала приключений! Его томило однообразие событий. Вернее, событий никаких просто не было. А без них жизнь не была полной! А энергия била через край, требуя её реализации.
И вот, однажды, когда был солнечный ясный день, когда вся природа радовалась жизни, когда пели громкоголосые птички, когда везде можно было видеть вновь рожденных зайчишек, а мамы гуляли с малышами, Янус прочитал в одном из русскоязычных журналов статью. Она называлась: «Эротическое похудание»!
Янус открыл этот журнал просто так, даже читать не хотелось, такая была у него хандра. Он не видел больше в жизни даже проблесков для поднятия настроения.
|
Метки: литература проза стихи лирика |
Виртуальный выпуск. Выпуск 5. Сентябрь. 2011 |
17.02.2009Виртуальный вестник. Выпуск 5. Сентябрь, 2011Виртуальный вестник Читать дальше | |
|
Метки: литература проза стихи поэзия лирика философия история |
Виртуальный выпуск. Выпуск 5. Сентябрь. 2011 |
Каблуки глухо цокали по асфальту, распугивая сгустившуюся к ночи тьму. Женщина с ребенком – мальчиком лет пяти, то исчезая, то появляясь в свете фонарей, следовали по улице в направлении дома.
Рядом с подъездом было необыкновенно, просто сказочно тихо. Свет исходил только из окон дома. Темнота особенно сконцентрировалась возле кустов, зажалась между ними словно в спасительные тиски, лишенная оконного света. И в этой темноте что-то неожиданно зашевелилось, зашуршало.
- Кто здесь? – встрепенулась женщина, крепче сжимая руку своего малыша.
Из темноты послышалось журчание: что-то потекло.
Темнота не отвечала, продолжая журчать, и женщина начала заводиться.
- Это что такое?! – повысила она тон, но предусмотрительно попятилась назад на лестницу, поближе к двери подъезда. – Что такое, я вас спрашиваю?! Как вам не стыдно?! Ссать в кустах! Вы подумайте, какое безобразие!
Журчание прекратилось, и из темноты стала доноситься легкая возня.
- Вас таких, - зашипела женщина. – Да вас просто сажать надо. Сроки давать, пока вас культуре не обучат. Туалетов мало? Дома своего нет? Где воспитание? Где культура?
Возня в кустах закончилась, и зашевелились сами кусты. Женщина быстро набрала код домофона и открыла дверь. Из кустов вывалился молодой немного нетрезвый человек.
- Простите, простите меня, ради бога, - начал он и сделал нечеткий шаг в сторону женщины. – Далеко до дома, а мы тут с пацанами…
- Урод! – угрожающе взвизгнула женщина и, дернув за собой ребенка, скрылась за дверью.
Спасительный подъездный свет озарил интеллигентного вида женщину лет сорока пяти.
- Куда родители таких вот смотрят? – с укоризной вздохнула она. – Бабушка, - позвал ребенок. – Я писать хочу.
Женщина перевела дух и направилась к почтовым ящикам.
- Бабушка! Хочу писать, - канючил ребенок. – Писать хочу!
Женщина перебирала в руках пришедшие письма, рассматривая написанные на них адреса, откладывала в сторону рекламные проспекты, бесплатные газеты. Все это время мальчишка дергал ее за руку и просился в туалет.
- Сейчас, сейчас, - в конце концов, немного раздраженно отреагировала женщина, запихивая письма в сумку.
- Писать хочу, - тяжело, не по-детски вздохнул мальчик.
Женщина отвела ребенка под лестницу, что вела на верхние этажи, и стала расстегивать на нем комбинезон.
- Давай вон туда, - подтолкнула она малыша в темноту.
Мальчик отвернулся в угол. Послышалось журчание.
Через какое-то время ребенок появился из-под лестницы, неловко, но деловито подтягивая лямки комбинезона, которые тут же стала застегивать бабушка.
- Ну, теперь домой, - сказала женщина, подходя к лифту и нажимая на кнопку вызова.
-1-
– Так я и вышла замуж за кутаного…
– За кого?
Почему-то меня неприятно кольнуло, что она замужем, но так, как будто я взглянул на наше знакомство не своими глазами, а глазами мужа, например, моего отца или деда. Оксана была моложе меня, и я никак не мог представить ее женой, тем более женой, уже уставшей от брака и готовой к измене.
– Ну, вот знаешь, есть такие мальчики… Их в детстве бабушки сильно кутают – заматывают в шарфы, в платки, еще и воротники поднимают. И носы у них врастают в губы, а подбородки в шеи. А шеи тонкие-тонкие. И у нас во дворе был такой мальчик – Котик. Бабушка водила его за руку в музыкальную школу – в шарфе, в шапке, со скрипочкой. Пилил там наверху все время. Соседи убить его хотели, но что с него возьмешь – кутаный, тщедушный, как котенок. Вырос – стал за мной волочиться, сопел в шарф, как все девственники. Я школу закончила, а он на втором курсе уже учился, в медицинском. Играть я ему сразу запретила. Не вышло из него скрипача, зато вышел хороший окулист, и мой муж. И двое детей.
Ефим Рябинкин смотрел по телевизору жаркий футбольный матч. Команды шли к финальному свистку с одинаковым счетом. Казалось, грохнись за окном метеорит - сыщик даже не подумает оторваться хоть на минуту от экрана и посмотреть, что там произошло. Он все надеялся: его фавориты возьмут верх, забив решающий гол.
В прихожей раздался робкий звонок, а может быть, он был сначала всполошливым и долгим, но потерял всякую надежду привлечь внимание. Кратковременное затишье на экране помогло хозяину расслышать знакомую мелодию. Кому он мог в столь поздний час понадобиться? Ефим открыл дверь – перед ним стояла небрежно одетая женщина, Волосы растрепаны так, будто в них только что проснулся ветер. Ситцевое платьице имело в талии узорчатый пояс, в спешке завязанный двумя узлами. Эти узлы походили на выпяченный пуп, смотреть на них было неприятно.
Я просыпаюсь от крика, и всерьез верю, что нахожусь в Аду. Кожа горит нещадным огнем, и воздух такой горячий, что кажется, кислород отсутствует в его составе. Кости ломит невыносимо и воздух липкой лентой входит в легкие. Мой голос не может произнести ни слова.
Я открываю глаза и понимаю, что половина тела лежит на солнце и поэтому мне так горячо. Половина лица получит ожог, если останусь лежать так на кровати. Я откинулся на подушку в тень.
Голос кричит еще с минуту, и замолкает. Через некоторое время приходит осознание, что крик не мой. Кричали на улице.
Стоял день, вернее его окончание. На горизонте обозначилась золотистая полоска. Значит сейчас около шести вечера. Я развернулся и посмотрел на часы - почти семь вечера. Что ж, ошибся на час. Горячий ветер вытянул занавески на улицу, и те развивались в горячем воздухе.
Под стеклом у шефа лежит список всех сотрудников нашего сектора, отпечатанный на машинке. Против каждой фамилии - год, месяц и число рождения. Было такое указание сверху, кажется, от директора. И у всех руководителей отделов, секторов, лабораторий и групп появились микробиографические списочки. Стол нашего шефа стоит в общей комнате, поэтому каждый может беспрепятственно изучать календарные данные своих коллег. В институте девятьсот двадцать сотрудников, следовательно, получается 2,52 дня рождения в день. В этом рядовом потоке некруглых и незнаменательных дат случаются круглые и знаменательные: проводы на пенсию …летия трудовой и научной деятельности. Тогда, в зависимости от значимости сотрудника, бывают пригласительные, подарки, памятные адреса и товарищеские ужины. Во всех других случаях всякие банкеты, «пятимнутки» и «девишники» запрещены категорически. И это совершенно правильно. Легко представить, во что превратится научное учреждение, если ежедневно отмечать 2,52 дня рождения. А вот элементарно поздравить человека, сказать ему несколько добрых слов и пожеланий – пожалуйста. Сколько угодно! Для этого и завели списочки. Забота о сотруднике. Чуткость. Внимание. Кажется мелочь, но приятно.
В середине списка – моя фамилия. Костров. Зовут Виктор. По батюшке – Иванович. Родился – в одна тысяча девятьсот… Короче говоря, в октябре мне стукнуло 25. Первой меня поздравила Галя Бубнова – техник конструктор. Единственная женщина и единственный техник в нашей курящей компании. Все остальные имеют «верхнее» образование и называются горными инженерами.
|
Метки: литература проза стихи поэзия лирика философия история |
Виртуальный вестник. Выпуск 4. Сентябрь 2011 |
Она стояла в стороне от киоска, возле выхода к туннелям на дальние платформы, держа в руках охапку местных газет. Торговала. Я взял у нее что-то, но поговорить времени не было, да и мешать бизнесу не следовало. Как раз отправлялись местные электрички и спешащие пассажиры рвали газеты буквально из рук. Я сказал, что посижу пока на свежем воздухе.
Площадь у вокзала окружали с трех сторон жилые дома унылой и строгой сталинской постройки. Тридцать лет назад, мне помнится, они казались более внушительными. Шпиль вокзал, построенного немецкими пленными после войны, выглядел пережившим свою эпоху динозавром. Столько лет прошло!
Нет, Чайковского придется отставить. Лучше - Томмазо Альбинони. Грустная и удивительно элегическая музыка. Невозможно её слушать с холодным сердцем. У меня очень редко бывающее грустное настроение. Давно не было такого. Мой друг Томмазо Альбинони поможет мне. Или клавесин средних веков Франции. Есть такая польская исполнительница клавесинных сонат. Лучшая в мире. Когда-то я записал её исполнение с радио 'Орфей'. Магнитная лента устаревает, качество ухудшается. Время....Надо подумать о времени и вечности.
Музыка уносит нас в эстетически далёкое и прекрасномудрое измерение. Это искусство. Следы искусства во всем феноменальном вечно возвращают меня к тоске по общению с Высшим Началом, с Творцом всего прекрасного, к ПервоХудожнику - так вид прекрасных руин уносит в те времена, когда создавались эти творения. Стихия искусства рассеяна по всему земному шару, во времени этот прозрачный поток бьет ключом из могил тысячелетий. Как материя из всеобщности своего бытия переходит из плотской любви в подобие любящих, так любовь, пролитая в музыкальных произведениях духа, рождает бесконечное в индивидуальном. Эта абстрактная ноуменальная материя духа - музыка- она, как и математика не поддается одебелению, превращению в вещество, оно возносит наш Дух к Творцу, мы падаем ниц - так это прекрасно. Это новое измерение, это Теофания, пронизавшая Лучами Божества, омывает нашу душу, и нам хорошо, даже тогда, когда вокруг всё плохо
Если бы Жванецкий захотел об этом поговорить, он наверное сказал бы… Ну, что ж, пора поговорить. Пора поговорить о старости. Потому что уже о геморрое, радикулите, гипертонии, инфаркте не говоря уже о более деликатных проблемах можно судить не по прочитанному, а по прочувствованному.
Старость особая пора жизни, когда на многое смотришь по-другому. Многое из того, что пугало и теперь не радует, но вблизи вызывает чувство близости переходящее в интим. Вместе со старостью приходит понимание того, что возможно постичь лишь эмпирическим путем. Не все сразу, но зато окончательно и бесповоротно. И хотя сознание утратило ясность, душа размах, тело бодрость, а все вместе перспективу, отчетливо понимаешь, что все что есть не съесть, не сносить, не стоптать и т.д. и тем более не заныкать на потом.
Никто, абсолютно никто не знал, почему это случилось, толи все это случилось завтрашние утро после праздника, толи климат влиял, толи телевизеншики что-то перепутали, толи еще от чего, никто не знал, но все таки случилось. Случилось-то вот, что; градоначальник взял да бубнил, что будем бороться с коррупцией. И все чиновники ошалело глядели друг на друга, мол, с чего это, он что, сума своротил, что ли, где это у нас коррупция? Может его обидели, не оценили, как следует?.. А может и болеет? Да может. Ведь он прошлый год, бедняжка целый месяц оставался в холодной чужбине в Куржавели, там и наверно, прихватил заразу, бедняга. Надо спасать мера. Надо. И начали спасть: вели к терапевту, потом к хирургу, потом к лору, потом другим докторам, и психиатру. Анализы показали, что мэр это живая витрина всех болезнь вместо взятых, что добровольно-принудительная лечения пойдет ему только на благо, пусть что срок лечение чуть больше, чем все оставшийся жизни градоначальника, ну и пусть, самая главная это здоровье.
...|
|
Виртуальный вестник |
17.02.2009Виртуальный выпуск. Выпуск 3. Сентябрь, 2011Виртуальный вестник Читать дальше | |
|
|
Философия на Виртуально Я. Краткий обзор. |
17.02.2009Философия на Виртуально Я. Краткий обзор.Виртуальный вестник Читать дальше | |
|
Блоги веб 3.0 на Имхонет - "МОСКВА" |
|
|
Блоги веб 3.0 на Имхонет - "Анекдот Орфоюридический" |
|
|
Блоги веб 3.0 на Имхонет - "Валентин ГРИНЕР. ОЗАРЁННЫЕ ЛЮБОВЬЮ" |
ЗАРЕ И ХОРУ ТУРЕЦКОГО
«Шаганэ ты моя, Шаганэ…»
С. Есенин
Забросайте цветами
осиную талию эту,
о бессмертном поющую
шёпотом и фальцетом,
с французским прононсом
и нижегородским акцентом -
Шаганэ,
наречённую
русским скандальным поэтом.
Я тебя нареку-
Заранэ!-
Это тоже персидское имя.
Если нет его в святцах,
то вписано будет отныне.
Озарённое имя богини,
живущей во мне, –
Заранэ ты моя,
Заранэ!
Не по-детски ты смотришься,
девочка.
Нет, не по-детски-
на картине элитной десятки
еврейско-Турецкой,
сравнимой
с апостольским светом,
пришедшим из вне,
Заранэ ты моя,
Заранэ!
* * *
Эмме
Я болен любовью.
Жестокая это болезнь -
с припадками нежности,
гнева, душевной проказы.
Я болен любовью,
как всеми недугами сразу,
какие на свете
когда-нибудь были и есть.
Я болен любовью.
Сурова её благодать,
смертельно разящая
бренное тело и душу.
Я болен любовью,
но счастья любви не порушу
и буду страдать,
и от горькой любви – умирать.
Прости меня, небо,
за светлую жалобу эту.
Любовь – это лето,
морозом рождённое где-то,
как вспышка кометы,
как пламя горящей строки,
заброшенной в сердце поэта
с любимой руки…
* * *
Могли бы мы с тобой не встретиться,
как пароходы разойтись:
ты поднималась вверх по лестнице,
а я по ней спускался вниз.
Была ты тихой и доверчивой,
была ты лёгкою, как дым…
Спасибо голубому вечеру –
меня он сделал молодым.
Он обманул тебя, пожалуй, что
не в главном правиле игры.
Ты на него теперь пожалуйся,
но лучше поблагодари.
Но лучше вскинь ладони к месяцу,
лови в них светлые лучи,
благословляй крутую лестницу
и зачарованно молчи…
* * *
http://stories.pageforyou.ru/story.php?id=7813&id_auth=433
|
|
Блоги веб 3.0 на Имхонет - "АНКЕТА среднестатистического россиянина" |
|
|
