Друг мой Серёжа не так давно женился. А его дедушка Юра тоже - только уже в третий раз. Жена Серёжи Оксана делится впечатлениями:
- Молодой жене шестьдесят, но это очень бойкая дама. Даст жару любой тридцатилетней. Целыми днями тусит, а вечером возвращается к мужу и первым делом: Юра, пой!
- А Юра?
- Ты знаешь, поёт. И неплохо. Он в свои 95 лет три раза в неделю берёт уроки вокала.

Я очень не хотел идти на лекцию Андрея Борисовича. Не потому, что он манерный, а в мужчине это мерзко. Не потому, что он ненавидит и презирает русский ХХ век и отрицает всё, что было хорошего в советском прошлом.
Мне не хотелось тратить время, но друзья уговорили: заглянем на пять минут. И я пошёл.
Лекция началась в семь (может быть, она ещё продолжается, трансляция можно увидеть в интернете). В конференц-зале "Новой газете" не протолкнуться, очень многим было любопытно увидеть живого классика и актуального диссидента.
Зубов начал рассказ об истории крепостного права в России с того, что само слово славянин - в средневековье обозначало "раб".
Я слышал и прежде такую интерпретацию. Было очевидно, что Андрей Борисович максимально нейтрален. Но в помещении вдруг стало настолько душно, что воленс-ноленс пришлось выйти на свежий воздух.
Я не против рабства - противно, когда академический гонор прикрывает идеологическую ангажированность.

Заболел знакомый священник. Сердобольные прихожане решили, надо спасать батюшку. По блату выписали ему лучших специалистов. Врачи приехали, стали знакомиться. Батя их спрашивает: как зовут вас, эскулапы?
Оказалось: Криворуков и Чёрноротова.
Больной обнял их и попрощался. Лучше, говорит, я дальше буду страдать.

Скажешь слово, а оно к тебе возвращается. Вспомнил Володю Карагода, и не сказал главного, что осталось со мной после его смерти. Он чудно пил чай. У каждого технического гения была своя кружка с многовековым слоем чайного камня. И уборщицы, как сапёры, могли ошибиться только единожды: смывая с чашки этот устрашающего вида налёт, поборница чистоты подписывала себе приговор. Один кандидат наук, взбешённый видом своей свежевымытой чашки, которую он спасал от поругания лет пять, выбросил её в окно, и расшиб лобовое стекло "Жигулей" директора института. Увы, его уволили, невзирая на уважительную причину. Так он попал в нашу редакцию информационно-развлекательных программ. Карагод не делал культа из чайного камня. У него даже не было своей чашки. Но он умел фармацевтически точно рассчитывать меру сахара. - Володя, - спрашивали коллеги, - сколько тебе ложек, две, три? - Корень из трёх. Если чашка была маленькой, ответ менялся на "корень из двух". Или ещё какую-то мудрёную логарифмическую выхухоль. Конечно, все были уверены, что это такой юмор. Но однажды, в приподнятом и особо творческом расположении духа я тоже положил в свою чашку "корень из трёх", и понял - что это настоящее золотое сечение сахарной порции. Двадцать лет прошло, чайный камень разгрызли новые толпы уборщиц, и от чашек той эпохи следа не осталось, но всякий раз, когда в гостях меня спрашивают про сахар, я отвечаю одинаково. Жаль, что не каждому расскажешь эту историю.

У выхода из метро человеческий водоворот. Грустная грузная женщина торгует книгами. На почётном месте припорошенный снегом "Неуловимый оргазм". Прохожие ускользают, бегут дальше, не подозревая о трагических гранях бытия. 

Всю жизнь мне везло. Причём особенно.
Детство вообще было каким-то оазисом: каждый день я ощущал всеобщую любовь, и если в какой-то момент она ослабевала, - оглядывался с недоумением, не случилось ли какой глобальной катастрофы. Но мир устоял, и я вместе с ним.
Сколько работ и специальностей не сменил за двадцать лет, ни разу не делал того, что не приносило бы мне радость и удовольствие. Трудно представить, но я всегда ходил на работу с большим энтузиазмом. Да и сейчас, утратив иллюзии и разочаровавшись во многих фантомах молодости, работаю в кайф.
А ещё мне повезло и продолжает везти с окружением. Друзья попадаются не только верные, но и мудрые, да ещё и интересные. И сам не обладая позитивным мышлением, я учусь у них. И понемногу расстаюсь с присущим мне фатализмом.
Сегодня самым светлым впечатлением дня стало неожиданное и очень своевременное участие Кати Катя_Дизайнер_Иванова в судьбе моего попавшего в беду товарища. Её своевременный и толковый совет помог ему избежать серьёзных, даже трагичных событий.
Повезло не только этому человеку, в первую очередь повезло мне: в который раз я убедился, что люди гораздо лучше, чем это представляется - и гораздо чаще способны на добрый поступок, чем нам это кажется.
Спасибо, Катя!

- А что ваша Оксана?
- Ой, знаешь, всю кровь из меня выпила. Такая зараза - всё берёт без спроса, и компот, и борщ. Вот мне вчера так захотелось зефира, говорю ей: "Дай мне зефиринку, одну". Так эта гадюка мне в ответ шипит: "Возьмитттеее!" Так бы и ударила её!

Мой друг, почти родственник, живая душа и луч света в царстве мрака "Мосфильма" - попал в беду. Год назад позакрывали все кинопроекты, в которых он был занят. И год семья с двумя дошколятами жила на остатки прежних гонораров. И кушала продукты, которые привозили родственники.
А недавно случилось неожиданное. Один из художественных фильмов, где Игорь был оператором-постановщиком, закрыли ещё весной, прямо в процессе производства. За несколько месяцев подготовительного процесса, пока делали пробы актёров и расписывали раскадровки, он успел три раза получить зарплату. Теперь, через год, его вызывают в суд, потому что продюсер решил вернуть все деньги назад.
Первым пострадал режиссёр фильма, которому эти добрые дяди предложили на выбор: проломить голову, забрать квартиру или выплатить миллион рублей неустойки. Дело даже не дошло до суда. Испуганный творец сразу расстался с деньгами.
Игоря раскрутить по-цыгански не удалось, психика у парня покрепче, но его обложили юридически. Самое грустное, что его коллеги, с которыми съеден не один пуд соли, отказались идти свидетелями - своя рубашка ближе к телу. Хотя понятно, что завтра такой же фортель выкинут и с ними.
Юрист гильдии кинооператоров объяснил, что шансов выкрутиться нет: при том, что есть договор, где были прописаны все нюансы, и по которому очевидна правота ответчика, это никак не повлияет на результат дела. Продюсер же врёт напропалую, но выиграет почти наверняка.
Игорь намерен сражаться до конца, сам сварганил себе ворох бумаг, подтверждающих, что он не верблюд, но всё это не потому, что он рассчитывает отстоять правду, а только для отпора наглому хаму.
Суд сегодня, в три часа дня. Если кто-то сможет помолиться, буду признателен - дело совсем скверное.

Как часто бывает: встретились с человеком лет сто назад, его может уже и нет на белом свете, ты и имя вспоминаешь с трудом, а какая-то частичка встречи засела в груди и стала частью тебя самого.
Вот был такой Володя Карагод, которого я с цепеллиновской ухмылкой называл "чёрный пёс". Конечно, там не кара- и уж совсем не -год, а очень даже наоборот, но из песни слов не выкинуть. Тем более, что он был из поколения первых советских рокеров: патлатый, носатый, небрежно пьяный и бережно заботливый ко всем встречным-поперечным.
Завидев человека, Володя - а был он компьютерным гением (в эпоху бандитских 1990-х это ох какая особенная каста) - сразу спрашивал, без всяких "здрасти":
- Ты домой?
Первый раз услышав такое, я почувствовал настоящую контекстную дезориентацию: утро, часов десять, начало рабочего дня, хмурые телевизионные технари, за окнами кого-то не то пристрелили, не то переехали, и тут такая трогательная забота... Нет, не домой, а что? Ничего. А может, всё же домой, а?
Он просто искренне желал тебе, чтобы этот рабочий день поскорее кончился, и можно было бы свалить ко всем аллахам.
При этом нашу дурную неблагодарную работу Карагод искренне любил. И зарабатывал немало. Как настоящий волшебник он мог сотворить из какого-то системного блока под названием "Пар" рекламный ролик с морфингом круче заокеанской студии "Силикон Графикс". Бандиты его считали блажным, и ни разу не трогали. Вова был очень трогателен в своей наивной масочке дурачка.
Если какой-то случайный человек интересовался: Когда, Вова, у тебя день рождения? Карагод честно отвечал: Пятого. / а через небольшую паузу продолжал/ И двадцатого. / ещё пауза, пока человек съезжает с катушек, потом финальный гвоздь в крышку дискурса / Каждого месяца.
Сейчас эту шутку вряд ли поймут. А тогда, в его устах она совсем не была шуткой.
Карагод уехал в Израиль, на ПМЖ. Его технический гений там совершенно не пригодился. Он пожил в одном кебуце, потом в другом. Цеппелин евреи не слушают, Дип Пёрплом единым долго жив не будешь. Вова заболел раком.
Он был очень позитивным человеком, и до конца, даже в чуждой ему стране, среди слишком правильных людей, оставался верен своей юродивой лёгкости.
Я не видел его по скайпу в последние дни, но очень хорошо представляю по рассказам друзей.
Атеист Карагод смешно поводит огромным носом и спрашивает одними глазами: Ну что, домой? И только тут я понял, насколько точными были эти слова.

Вечер удался!
Теперь уже не подсчитать, сколько гранатов прошло через детские руки, ноги, зубы и хвосты.

Дети покушали. Папа тоже решил отобедать. Тарелку ароматного тыквенного супа увидел сытый Вася - и суп исчез неспешно, но неуклонно.
Баранину с овощами, ароматнейшее нежнейшее блюдо отобрал Лука.
Теперь надо снова придумывать, чем наполнить зияющее брюхо.
За вчерашний вечер милые крошки сожрали два килограмма говяжьих котлет. Я конечно всё понимаю, но куда оно проваливается в этих тощих созданиях?

Маша: У него задница плохая!

Ваня: Ничего ты не понимаешь, хорошая задница. 

Вот почему скучно читать графоманов? Не потому, что они не могут не писать. Есть и настоящие авторы для которых остановка, день без строчки - как смерть. Нет, не это подымает ввысь.
Графоман подобен сизифовому камню - он неуклонно движется, не уклоняясь от выбранной однажды траектории, и это падение в никуда не имеет ни конца, ни начала.
А хорошая книжка или интересный фильм всё время сворачивают на развилках в какую-то просёлочную колею, чтобы вырулить на новый, прежде неизъезженный путь.
Голливудские рекомендации сценаристам прямо говорят про точки бифуркации сюжета. Прошло 23 минуты, будь любезен круто поменять ход событий. Осталось до конца фильма десять минут, давай переворачивай всё с ног на голову!
Это технологично, но абсолютно оправданно. Если ты зашёл в лабиринт, нельзя идти прямо, окажешься как графоман - в тупике. Надо менять направление, но быть последовательным. Вот сюжет и поворачивает к примеру, всё время направо, как Минотавр, пока не встретится с Тесеем. Или налево. Но это уже другая песня.
Если бы я был врачом, привёл бы более простой пример. Есть такой анализ мочи - по Земницкому. В течение суток человек наполняет несколько баночек. И если он ленивый, может сачкануть, и одной струёй наполнить их все. Но такого больного ждёт серьёзное разочарование: моча должна быть разной. Если организм работает нормально, диапазон будет широким, а если человек, например, умер - то диапазон значительно сузится. Так что однообразие говорит прямо - пора в стационар, или сразу в морг.
Жаль, что не все графоманы это знают.

Вечером Лука побывал в районном центре детского творчества и случайно увидел репетицию брейкданса. Бедный малыш был так потрясён, что перед уходом сказал:
- Я бы хотел тут жить!
- Упаси, Боже! - эхом отозвалась тётка-привратница.

Поистине многие люди читают только для того, чтобы иметь право не думать.

Георг Кристоф Лихтенберг.

В школе учитель сказал нам: «Кто умеет писать, пишите; кто умеет петь - пойте». Вот я и пою.

Боб Марли, июнь 1975 года

Это только кажется, что в аду скоровородки, масло шкварчит, и жар испепеляющий. Там обжигает лютый холод. Минус 451 по Фаренгейту.
А в раю тоже вряд ли сплошной климат-контроль. Там бы все чихали тогда. А рай с соплями - это уже какое-то чистилище.
Единственное, что можно сказать точно: в раю никто не заставляет смотреть фильм "Левиафан" бесплатно.

Чтобы не ложиться раньше полуночи, Лука попросил меня слепить Бэмби. Материалом они с Васей выбрали изумрудный пластилин. С моим талантом трудно было сомневаться, что выйдет что-то из рук вон хорошее, однако неожиданно получилось: Бэмби удался на славу, вылитый лягушонок. Буду звать его Маугли. 

21 января 1924 года, полночь.
Троцкий - Сталину:
Привет, хомяк! Всё жуёшь? Я слышал, наш старик совсем от рук отбился: вышел из Кремля, собирался каяться пред всем честным народом за свои художества, едва Бонч-Бруевич его у Кутафьей башни поймал. Затолкали в автосани и снова отправили в Горки. Верно, нет? И как он вообще сбежал от твоих убийц в белых халатах.
Скажешь, враки?
Смайлик!

21 января 1924 года, три часа дня.
Сталин - Троцкому:
Нэт.

21 января 1924 года, шесть часов вечера.
Троцкий - Сталину:
Слушай, жопа, зря ты не поехал со мной в Сочи, тут отличные солнечные дни. Настоящий Крым!
Кстати, мне рассказали очень смешную басню, что старикан всё-таки от тебя сбежал, и подался в Симферополь. Его там видели с братом. Дима, что ли? Мы его ещё троллили "Братом два", в память о кровавом Саньке.
Напиши хоть полслова, ужасно скучно без новостей!

21 января 1924 года, шесть часов тридцать одна минута вечера.
Сталин - Троцкому:
Нэт.

21 января 1924 года, семь часов вечера.
Троцкий - Сталину:
Коба, мне кинул смску Зиновьев, какой ужас! Поверить не могу. Неужели это правда?..
Я звоню Бухарину, он вроде сегодня в Горках, мобила не отвечает. Какие подробности?
У нас тут в Сочинском пансионате, наподалёку от моего номера, храм - битком набит красноармейцами, все подают записки об упокоении новопреставленного Владимира.
Жуть какая! И откуда они узнали?? Что будет с родиной и с нами?
И самое ужасное, мне же наверное, надо прервать отпуск и вернуться в Москву...

21 января 1924 года, девять часов вечера.
Сталин - Троцкому:
Нэт.

21 января 1924 года, полночь.
Троцкий - Сталину:
Слушай, мясник, что это вы там затеяли? Я звонил Красину, он рассказывает какие-то готические бредни про институт мозга и мумию жмурика. Зачем тебе его мумия? Ты не наигрался в зиккураты в Туруханской ссылке? Коба, поверь, мощи выглядят не так, как наш с тобой усопший друг. Скорее выйдет сделать святого из какого-нибудь Урицкого или Кирова. Они на людей больше похожи. Ну да ладно, я вижу у тебя забот полон рот, не буду отвлекать.
Скажи, ты не очень обидишься, если я ещё пару-тройку дней просижу в местной Аркадии? Уж очень тут дышится легко, не то, что в вашей мертвящей Мск. А?

21 января 1924 года, за минуту до полуночи.
Сталин - Троцкому:
Нэт.

Жила-была одна добрая девочка. Всё у неё было хорошо, и даже сверх того. Умела эта девочка открывать людям будущее.
Посмотрит на человека и раз! Иди, говорит, направо, иначе коня потеряешь. Поглядит на другого: Иди налево, жену найдёшь. И многие этим пользовались.
Однажды нелёгкая забросила эту девочку в прекрасную сказочную страну, где все ездят на белых каретах. Или почти все. И ни у кого нет жены. Понятно, что все эти люди были очень заинтересованы в своём сказочном будущем, вот и засучили педипальпами и заёрзали карапаксами от радости, когда девочка к ним добралась. Она на скорую руку разделала селёдку, раздала им и говорит: всем вам прямо! Они и поехали наперегонки. Да так шустро, что едва гонады не растеряли!
Но сказка не об этом, а о том, как пришло время девочке вернуться домой. Дело было зимой. Или в субботу. Короче, не лучшее время.
Дома-то оказалось, что все люди стали добрыми. Ещё добрее, чем были. И если раньше просто никто не говорил правду, то теперь стали делать это умышленно. То есть не делать. Я запутался. Так вот. Правды стало совсем мало. И её цена выросла настолько, что умные люди, ещё более добрые, чем просто люди, решили на этом делать деньги. А что - тоже занятие. И спрос тебе, и предложение, и прибавочная стоимость, и правде от этого только лучше.
Сперва делали так. Правдой называли всё то, что причиняет боль. Так можно было продать подороже, и правды уходило немного.
Потом вместо горькой правды в ход пошла сладкая, её делали из слабительного, чтобы не пропадал почём зря продукт. Много добрых людей стали в эти дни ещё добрее. Хотя и глазки бегали, это факт.
А когда сладенькое уже из ушей полезло, нашли самую честную правду, матку. Этой правдой объявили девочку. Типа, умеешь будущее говорить, вот и будешь рассказывать правду.
Только не удалось ни хера. Девочка тихо так отвечает: не стану. Не буду я никому ничего говорить. Ваша правда пусть у вас и остаётся, а у меня моя. Пустите, некогда мне тут с вами груши околачивать.
Добрые люди, конечно, стали её мучать. Калёным железом иголки под ногти закапывали, только она стоит на своём, убивайте, говорит, меня, добрые люди, а ни полслова правды вам не скажу.
Конечно, это была бы нечестная сказка, если бы девочка выкрутилась. Но слушай дальше.
Самый добрый из этих уродов ей говорит: а себе самой тоже правды не скажешь? И тут она прокололась: заплакала. Всё скажу, говорит, себе скажу всё. И тут же рассказала, какой урожай где будет, какие добрые люди как умрут и какой лютой смертью, почему другие добрые люди, львы, орлы и куропатки не летают как птицы, и зачем этот плач у них песней зовётся. А когда она допела свою долгую песню, оказалось, что все злые коварные добрые люди на самом деле не такие уже и добрые, они только притворялись, козлы вонючие, на самом деле, у них ничего личного не осталось, один бизнес. И бедная добрая девочка своей правдой сделала им полный гешефт.
Хорошо ещё, что из сказочной страны доехали белые кареты, а оттуда выскочили храбрые неженатые принцы. И хотя они были далеко не такие добрые, но ради такого случая один единственный раз добро проиграло. И эта сказка закончилась хорошо.
А вот если представить, что добро победило - это ж ужас какой! Хоть святых выноси.
Пусть лучше девочка будет счастлива, хотя бы и в сказке.
Да, я забыл сказать - принцы-то дальше поехали, им же надо было прямо, пока не женятся. А значит, останавливаться в этой доброй стране они не могли. Так по сей день и катаются туда-сюда, всё прямо да прямо.

Как не удивительно, но только на самом дне психологического состояния некомфорта в душе человека могут произойти чудесные перемены, которые двигают его к счастью. Но, мало осознания жопы, мало понимания куда двигаться, без позитивной активности успеха не жди...

...самое темное время перед рассветом. И только от нас самих зависит, какими мы встретим свой рассвет: или цельными личностями, или унылым говном.

Лука играет с говорящей свиньёй.

Свинья: Я хочу выйти замуж за принца!
Лука (басом) : Кто тебя туда пустит?!

Левиафан - слишком большой зверь, чтобы увидеть его целиком. С одной стороны он подобен агитпропу, измывающемуся над нашим безысходным миром. С другой - это социальная драма с элементами алкогольного трипа, с третьей - антиклерикальная филиппика, с пятой - новое отражение всех тех мыслей, которыми с нами уже делился Звягинцев. Ругать и критиковать можно сколько угодно. Хорошо, когда есть что ругать, и что критиковать.

А по мне, Звягинцев пересказал старую историю Мелвилла, только от лица Белого кита. Моби Дик доплыл до Мурманских широт и вышел на берег. И увидел притчу, давнюю как сам мир, и более древнюю, чем Книга книг. Притчу о том, что всё лучшее мы получаем даром и ничего не можем удержать: ни любовь, ни дружбу, ни семью, ни свободу, ни веру, ни саму жизнь. Как песок, как брызги прибоя, как глоток водки - всё исчезает безвозвратно. Мы не можем удержать даже мгновение - не то, чтобы ухватить ускользающее счастье. Да и было ли оно?

Левиафан - это только верхушка истории, которую Звягинцев не рассказал. Самое интересное, как в Елене, осталось за кадром. Что будет с главным героем, каким он выберется из преисподней, куда загнала его судьба, изменится ли сам, и сможет ли изменить других? Никто не предугадает этого, потому что этого не знает и сам режиссёр. Таких как Иов в истории было немало, но немногие выстояли до конца.

А Левиафан, с лёгкой руки Гоббса ассоцирующийся с государственной машиной, не меняется в лице - наблюдая за трагедией, он даже не приоткрывает веки. Потому что знает, сколько бы не прошло веков, какими бы странными путями не шли народы по лицу Земли, только боль, страдание, жертва вечны, потому что только ими меняется судьба человека.

Дети впервые в жизни смотрят диснеевскую "Русалочку". Я тоже. Ужасный мультфильм, некрасивый, глупый, пошлый. Терпим минут десять. Ситуацию спасает Ваня:

- Я только теперь понял, это у неё лифчик из раковин.
- А сначала думал что?
- Что это очки для плавания.

Радости сменяются печалями. Сегодня у детей траур: только что закончились кошачьи каникулы, Апрель покинул нас и уехал в родной дом.
За эту неделю он привык к нам, а мы привязались к нему. Ваня даже перестал загонять его на ёлку феном, как в прежние дни. И безутешно два часа рыдал скупыми мужскими слезами по первому потерянному другу, прижимая мохнатое сердце к своей безволосой груди. Увы, последнее прости они так и не успели сказать, пенаты забрали своего четвероногого красавца, и Ваня остался в одинокой постели без особой надежды на будущую встречу.
Фотографий не будет, это выше наших моральных сил.

День растаял. Снег ушёл. Летом будет хорошо.

 

Сегодня у меня одна радость: очень много хорошего. И одна боль: не вышло найти стихи Сергея Леонова. От этого придётся цитировать Аполиннера:

Хотел бы иметь я в доме моём
Жену, наделённую трезвым умом,
Кошку, что жмётся к стене осторожно,
И чтобы друзьями был полон мой дом,
Потому что жить без друзей невозможно.

Наконец-то руки дошли до нового фильма братьев Дарденнов. Называется по-дуне-смирновски безыскусно: "Два дня и одна ночь".

Сюжет смехотворный, нет там сюжета. Производственное кино. Тётку увольняют, она в истерике, пытается бороться за место, и в конце концов проигрывает это сражение. Естественный отбор её отбраковывает. И тут - в последние три минуты - оказывается, что поражение тоже может быть победой. Короче, кроме прописных истин, никакого сюжета. Но.

Но сделано на предельно честном уровне. Всё по-настоящему - люди, их эмоции, и главное - их отношения. Это кино про то, как совесть, уходя из нашего мира, забыла закрыть за собой дверь. Очень святочный фильм. Весьма рекомендую, особенно тем, кто знает, что такое отчаяние.

Для убийцы свобода - это возможность убивать.
Для насильника - насиловать.
Для вора - безнаказанно красть.
Для подлеца свобода - это простор делать гадости.
И вот теперь весь мир уверяет, что свобода для журналиста - это возможность быть хамом.

Я всё понимаю, но зачем так усложнять? Можно вынести журналистику за скобки, формула станет рафинированней: свобода - это право на хамство.

С'est tout.

Предшественником “Шарли Эбдо” был журнал “Харакири”, позиционировавший себя как “глупый и злой”. Его много раз запрещали, но он продолжал выходить вплоть до ноября 1970, когда скончался генерал Де Голь. За десять дней до этого события пожар в одной из дискотек унес жизни 146 человек. На смерть президента журнал отреагировал заголовком: “Трагический бал в Коломбе. Один умерший”. Тираж был изъят по распоряжению министра внутренних дел. Но выход был найден в смене названия журнала. Так появился “Шарли Эбдо”.

Пока наша мама готовила баранину, Ваня обсыпал кота Апреля красным перцем. Щедрый мальчик напитал длинную шерсть зверя ядерной специей так, что ни вымыть, ни стряхнуть, ни вычесать - теперь только в духовку сажать. 

Если бы у меня был китайский фонарик, я бы выпустил его сейчас в ночную высь, чтобы там, над нами загорелась ещё одна тихая тёплая точечка. Ничего, что у меня нет фонарика, я могу его нарисовать.
Если бы у меня была песня, я бы сейчас орал её во весь осипший голос, сквозь морозную темень и соседи выглядывали бы в окна, улыбались бы дураку, который так радуется Рождеству. У меня нет песни, но я могу о ней рассказать.
Если бы у меня был брат, я бы позвонил ему и сказал: Привет, родной, Христос рождается! Ничего, что у меня нет брата, я могу ему написать.

Когда царица Елена привезла мощи трёх волхвов в Кёльн, где ради них и их даров позже был выстроен величественный собор, никто и предположить не мог, что в 13 веке это место станет самым притягательным центром планеты.
Сотни тысяч ордынцев опустошили множество стран Азии, Кавказ, превратили в пепелище Древнюю Русь, стремясь добраться в Германию.
По их поверьям, три царя-волхва были татарами, и их останки надо было отобрать у неверных и по обычаям предков предать земле.
Как это похоже на современную одержимость мифическими идеями, ради которых люди устраивают вокруг себя форменный ад!

Сенека Луцилию шлёт привет!
Ты пишешь мне о новых слухах из твоей истерзанной родины. Рад, что не веришь пустым бабьим сплетням, полагаясь на ясные свидетельства очевидцев более, чем на домыслы лживой черни. Народ склонен к психической заразе, и тлит себя изнутри, выжигая остатки ума и рассудка пересудами мнимых страхов.
Ты прав, утверждая, что в наших бедах виноваты не соседи с востока, не западная лукавая распущенность, а собственная вялость души, оскудение чувства собственного достоинства, затупившегося донельзя прежде столь тонкого чувства определения добра и зла, утраты сознательного выбора первого. Друг мой, мы гибнем. И не гунны, не скифы, не новая еврейская ересь тому виной, а внутренний разлад прежде единого народа. Нация перестаёт быть страной, и перестаёт быть нацией. Желаю тебе не утратить верность самому себе и своим убеждениям, что непросто в наше смутное время, когда тысячи лживых басен вытесняют из сердца единственно верное предание наших отцов: жить по совести, и никому не желать зла. Мир соревнуется в ненависти, пьёт её как дурманящее зелье, изрыгая тут же на самых дорогих и близких людей потоки жутких миазмов, и сам тонет в своём дерьме безвозвратно. Но мы видали и худшие времена, дождёмся и лучших.
Не прав ты в том, что по словам и поступкам судишь людей, называя их лучшими или худшими. В зеве Везувия не бывает лучших. Даже самые трезвые, глотнув всеобщей истерии, теряют ровность мысли и нравственную ясность. Следи не за тем, куда клонится переменчивое общественное мнение, легко впадающее в психопатию и одержимость, а за тем, кто и как выручает выгоду от чужой беды. У демона лукавства не две руки, а три, четыре, пять - всегда найдётся ещё одна, на которую ты не смотришь.
Будь скупее в своих оценках. Не на тех кивай, кого аыставляют злодеями, такие чаще всего пешки в чужой игре, а следи за умело загребающими жар из-за угла, богатыми чужим картузом. И не верь сладким ядовитым речам про свободу и справедливость. Эти слова как дурно сваренные бобы: выходят звонко, да не всякий рад. Смотри, чтобы у тебя не было такой же репутации - человека, который сперва пучит, а потом и мучит.
Разузнал я немного о том, что ты спрашивал - сведения о звезде с Востока разнятся

 

Когда Ваня нашёл в шкафу пятилитровую канистру со спиртом и покрасил его фломастером в лазурный цвет, мы забеспокоились и перставили канистру повыше.
Когда Ваня добрался до спирта снова и стал по утрам поливать им пол в коридоре, мы не сразу догадались, откуда такой знакомый дух, сшибающий с ног за версту. А когда догадались, крышки от канистры с крашеным этиленом уже было не найти. Заткнули горлышко кое-чем и поставили канистру ещё дальше, но Ваня тоже остался цел. Сам удивился этому.
Когда сегодня наша мама решила погладить детям одежду к веселому и радостному празднику Рождества, она не сразу поняла, что что-то не так.
И только когда утюг вместо пара стал выделять пары этилена, мы догадались, что наш юный менделеев заправил его лазурным спиртом.
Очистка и промывка утюга заняли два часа. Но Рождество дарит чудеса - сыночек снова лёг с нетронутым задом.
С нетерпением ждём рассвета. Ваня поднимается раньше всех, и у нас ещё литра четыре крашеного спирта осталось.

Маша призналась, что мечтает в день рождения попасть на "Лебединое озеро".
Для семилетней нимфетки вполне простительная слабость.
Наивные родители заглянули в партер Большого и слегка осели. Один билет - сорок тысяч рублей. Поскольку первоклассницы в театры в одиночестве не ходят, это всё равно, как говорил Кэрролл, что представить грудного младенца, в одиночестве путешествующего железной дорогой, и потому билетов нужно минимум два. Итого восемьдесят тысяч.
С одной стороны это запредельная цифра, ещё недавно самым живым умом невообразимая - а теперь уже и ничего: тьфу, какая-то тысяча евро!..

Понятно, что будем искать других лебедей, но сам факт ошарашил. Сколько, извините, миллионов эти реставраторы Большого театра получают с одного представления?! В голове не укладывается. Точно, пиры Валтасара.

Когда все начинают рассказывать свой сегодняшний сон, полное ощущение, что ты как Шахрияр, попал в страну арабских сказок.

Маша заинтересовалась тем, кто поёт песню "Волшебник-недоучка". Рассказываю.

- Папа, а она Пугачёва - потому, что всех пугает?

У одного человека был кот. Долго ли, коротко ли, понёс он его кастрировать.
А поскольку человек в этом плане был неопытный, принёс он кота к раввину.
Раввин выслушал его и говорит:

- Милый друг, я мог бы просто сказать тебе "Нет!", и показать на дверь. Но это не по-людски; попробую поставить себя на твоё место и поразмыслю вслух.
Итак, ты собираешься подкорректировать созданное Богом. Может быть, ты хочешь сделать это по религиозным соображениям - например, твои убеждения не позволяют тебе находится рядом с тем, кто способен давать жизнь? Или ты тонкий гастроном, и намерен устроить изысканное блюдо? - кастрированное мясо, бесспорно, выберет любой гурман. Или ты борец за права скопцов, и намерен уравнять всех и вся в этом отношении, конечно, оперативным путём? Или ты поклонник творчества Фаринетти, и намерен принести символическую жертву итальянской опере?
Нет, ты просто губишь чужое естество в угоду своему убогому представлению об уюте. Вместо того, чтобы научить кота быть аккуратным и чистоплотным, приучить его быть котом, и самому научиться вести отношения хотя бы с четвероногой безответной тварью, искренне и бескорыстно преданной тебе, ты с изуверским прагматизмом намерен лишить животное единственного, что у него есть - возможности самовоспроизводства. И даже в задних уголках мозга не предполагаешь, что твои отношения с котом становятся чудовищной карикатурой на твой диалог с Богом. Не лишит ли и Он тебя возможности к любому из видов творчества за такое бездарное и тупое намерение, не знаю.
Знаю только то, что ты не можешь и не будешь хозяином своей жизни и судьбы, которую символически кастрировал, как и не можешь оставаться хозяином этого кота. Будь здоров! Больше мне пожелать тебе нечего.

Раввин протянул руку, и кот запрыгнул к нему на плечо.

У котика Апреля был прадедушка. Его звали Лаперузо Лютер Алдан.
Сто лет назад мы ездили с ним из Крыма в Москву на Всероссийскую выставку кошек, и Лютик стал чемпионом России. С тех пор я ни разу не участвовал в кошачьих чемпионатах.
А когда в 1998-м уехал работать в Киев, Лаперузо пошёл пешком за мною, и с тех пор его никто уже не видел. Судя по тому, как он расправлялся с дворовыми собаками, поверить в то, что по пути его кто-то обидел, не могу.
Зато вполне могу поверить в кошачью реинкарнацию - глядя спустя два десятилетия на Апреля, не могу найти не то что десять, даже восемь отличий - вылитый Лютик. И что особенно приятно, он меня тоже вспомнил!

Прогноз погоды обещает на Рождество минус тридцать один градус по Цельсию. Мы не боимся лютых холодов, зима нам не страшна, потому что с сегодняшнего дня у нас Апрель.
Кот Апрель уже успел поднять всей семье новогоднее настроение, мгновенно обжившись в нашей квартире. Нам теперь не нужно искать подснежники в заснеженном лесу, во всяком случае ближайшие десять дней, пока с нами будет самый обаятельный из Двенадцати месяцев.

Каким бы не был этот новый год, уже то приятно, что он начинается с ночи рождения Наташи Циничка!
Пусть у неё и у всех рождённых первого января весь этот год пройдёт в новогодней атмосфере радости и воодушевления!
А у нас, кто просто встречает 2015-й лист календаря, пусть умножится мудрость, широта души и ум сердца.
С праздником!

Спасибо кризису, за окном не взрывают петарды. 

Пусть в этом году всё приносит только радость!

Лука почему-то заказал деду Морозу плюшевого зайца. Раньше у него таких слабостей не отмечалось, решили провести внутреннее расследование.
Ваня выяснил, что Лука с Машей собираются готовить своим детям угощение. И им позарез нужна крольчатина.

Истину нельзя рассказать так, чтобы её поняли; надо, чтобы в неё поверили.

Хмурое утро, час пик. В метро не протолкнуться, да и жара не по-зимнему парит. Народ перепсиховал в предвкушении глобальных перемен, и хотя за ночь обмяк, обвыкся с неизбежным, по пути гложет себя изнутри. Опарыши новой жизни: цветут и пахнут.

Вдруг, в самой гуще этого опаринского бульона, - настоящая жизнь. Два круглых во всех своих измерениях полицейских, юных, как героиня Кустодиева, барахтаются в людской жиже, и по всему видно, что тянутся к выходу. И даже способны его найти. Оба как мамонтята, в меховых полушубках, затянутых ремнём до полной теплоизоляции. Розовые щёчки, как у глиняной свистульки. Ясно, что долго им в мире наживы и чистогана не протянуть.

Таганская. Из тюбика вагона выдавливается плохо переваренная масса, выносит и полицейских. Людской водоворот грозит разорвать их смутное единство, раскидать по морю человеческого хаоса. И тут... будто в мультфильме про маму, один из этих мамонтят цепляется лапкой за тёплую подмышку друга. И как сиамские близнецы, паровозиком движутся дальше.
И тут я понял, что всеобщее разобщение кончилось. Вот он, центр кристалла. Если к этим двум прибавить ещё дюжину, выйдет премилый хоровод. А там и обычные люди подтянутся. Сколько можно нам жить по-волчьи, каждый за себя?! Пора бы научиться держаться друг за дружку - чем мы хуже полицаев?

Владыка Антоний Сурожский рассказывал такую историю:

На Сергиевском подворье был когда-то, много лет тому назад, очень старый диакон. Ему было восемьдесят шесть лет. От старости он почти потерял голос, но пел на клиросе, потому что был единственным, кто мог это делать каждый день. Как-то я вместе с ним оказался на клиросе, я читал, он пел. Он читал и пел с такой искрометной быстротой, что мне не удалось уследить за ним по книге. Когда кончилась служба, я ему сказал:
- Отец Евфимий, вы сегодня украли у меня всю службу, но хуже всего то, что вы украли ее у себя. Вы не могли понимать то, что произносили.
И он заплакал и сказал мне:
- Ты меня прости, но, знаешь, я родился в страшно бедной деревне, меня родители прокормить не могли. Они пятилеткой отдали меня в монастырь, и в монастыре я прожил до революции. Я там научился читать, научился петь. Каждый день я слышал эти службы, и они стали частью моей души. И когда я вижу эти слова, мне не нужно их читать: и когда я слышу эти песнопения, мне не нужно над ними сосредоточиваться. Как только я вижу эти слова, словно Божия душа касается какой-то струны в моей душе, и вся душа, как арфа, начинает петь. И я пою так быстро, потому что это арфа поет, это душа поет. Это мне было дано слово за словом в течение всего моего детства и всей моей зрелой жизни.

Полное имя его было Цезарь Гай Аврелий Валерий Диоклетиан Август.

Но до императорского трона его звали просто Диоклом. В юности он получил предсказание, что станет императором после того, как убьет кабана, поэтому каждый раз, отправляясь на охоту, убивал кабанов. А императорская власть, как назло, минуя его, доставалась его друзьям.

Один из них, Кар, уже будучи императором, сделал Диокла начальником дворцовых войск. После смерти Кара императором стал его сын Нумериан. Впрочем, это длилось недолго: его зарезал ещё один друг Диокла, Апр. Когда солдаты узнали, что трон свободен, предложили занять его Диоклу. Но единодушия среди легионеров не было: загадочная смерть Нумериана многих приводила в смущение. Тогда Диокл поклялся, что никакого отношения к убийству императора не имеет, и в подтверждение своих слов ткнул мечом в бок Апру со словами: "Вот виновник убийства Нумериана!" Своим друзьям Диоклетиан (в тот день его имя и доросло до хрестоматийного размера) сказал: "Наконец-то я убил назначенного судьбой кабана!"

Он правил двадцать лет, а потом устал. И ушёл в отставку. Когда ему говорили: "В стране гражданская война, неужели тебя это не волнует?!" Диоклетиан спокойно отвечал: "А вы лучше приезжайте посмотреть на мои овощи". Он очень любил свой огород и сам копался в нём.

 

Умер он неожиданно. Император Константин позвал его на свадьбу, а Диоклетиан (когда понял, что отказаться не получится) принял яд.

 

 

 

 Когда Честертону было три года, он однажды наотрез отказался надевать на прогулку пальто. Семья, как это иногда бывало в Викторианскую эпоху, попалась ему интеллигентная, родители спокойно и вежливо уговаривали капризного малыша. 

Наконец, нервы будущего писателя не выдержали, терпение лопнуло, и он пустил в ход последний аргумент:

- Тогда я скажу "Не пойду гулять в ПАЛЬТЕ!"

Естественно, здравый смысл и педагогическая дальнозоркость восторжествовали. А семейная летопись пополнилась ещё одной страничкой. 

Если бы в начале 1990-х мэром Москвы был Собянин, никакого ГКЧП бы не случилось.
Танки бы сразу же эвакуировали, а затем бы ещё заставили Минобороны оплатить услуги эвакуаторов и парковку.