Великолепная сапфировая тиара с мотивами дубовых листьев, принадлежавшая принцессе Маргарете Турн унд Таксис из Регенсбурга. Ее создание датируется 1932 годом. Тиара-бандо выполнена в виде ветви со стилизованными дубовыми листьями, словно произрастающими один из другого.

В центре каждого листа красуется пленительный синий сапфир в форме кабошона, а контуры листвы подчеркнуты сверкающими бриллиантами розовой огранки

Брошь. Фаберже.

Благодаря рельефной основе свет по-особенному преломлялся в слоях эмали, создавая эффект мерцания и объёма. Именно так рождалась та самая «внутренняя подсветка», которая делает изделия Фаберже такими живыми.

Млечный путь. Озеро Хавеа, Новая Зеландия.

Фото: Andrew Imhoff.

В дикой природе высший морской хищник никогда не станет добровольно помогать другому виду, если только между ними не заключён негласный договор. Почти 90 лет в водах залива Туфолд у городка Эден длилось уникальное сотрудничество. Стая диких косаток целенаправленно загоняла гигантских усатых китов прямо к гарпунёрам, получая взамен строго оговорённую долю.

Начало союзу положили в 1840-е годы аборигены юин, передавшие опыт китобою Александру Дэвидсону. Главным наводчиком стал вожак стаи по кличке Старина Том. Стоило в залив зайти киту, как 8-тонный Том мчался к устью реки к фактории. Он подплывал вплотную к деревянному причалу и с силой колотил хвостом по воде, поднимая стену пены. Этот мощный гидроудар будил посёлок среди ночи вернее любого колокола.

Читать далее

Высокочастотный сонар летучей мыши-рыболова превращает малейшую водную рябь в точную охотничью мишень

В полночь мотор нашей плоскодонки заглох посреди чёрной глади протоки. Вокруг стояла глухая тропическая духота, пахло прелой листвой и сырым речным илом. Я включил ультразвуковой гетеродинный детектор и направил узкий луч прожектора вдоль тёмной кромки воды.

Наушники детектора затрещали серией сухих пулемётных щелчков. Прямо над водным зеркалом на высоте 10 сантиметров пронеслась крупная тень с метровым размахом узких крыльев. Это была большая зайцегубая летучая мышь-рыболов, вышедшая на ночную охоту.

Глаза зверька в чернильной темноте практически бесполезны. Главным охотничьим инструментом служит специализированный эхолокационный аппарат с рабочей частотой 55 килогерц. Зверёк посылает в пространство до 200 ультразвуковых импульсов в секунду через приоткрытую пасть с характерными складчатыми губами.

Плотная толща воды служит для ультразвука глухим зеркалом, отбрасывая акустический луч обратно в атмосферу. Зато любая выпуклость на поверхности создаёт отчётливое акустическое эхо.

Когда мелкая тетра или харацинка всплывает к поверхности и шевелит спинным плавником, на воде возникает едва заметная рябь высотой всего в полмиллиметра. Сонар мыши мгновенно улавливает искажение отражённого эхо-сигнала. Мозг хищника за доли миллисекунды рассчитывает точные координаты цели и скорость её движения.

В момент атаки зверёк переходит на так называемый терминальный зуммер, учащая посылки сигналов. Охотник выбрасывает вперёд мощные задние лапы с удлинёнными пальцами и сплюснутыми с боков серповидными когтями. Лапы погружаются в воду на 2 сантиметра, работая как тралящие крючья.

Когти вспарывают водную гладь и на лету подцепляют скользкую рыбу. Зверёк мгновенно подтягивает трепыхающуюся добычу к пасти и перехватывает её острыми клыками. Весь захват от обнаружения ряби до подъёма рыбы в воздух длится четверть секунды.

Коллега-хироптеролог на корме показал мне свежую осциллограмму на экране портативного сонографа. График частотной модуляции чётко