Является ли грехом невенчаный брак и как быть, если один супруг хочет венчаться, а другой не хочет? Надо ли его уговаривать? Вообще такие вопросы нужно решать до вступления в брак.

Ответ мы находим в Священном Писании. Если два человека сочетались браком, а потом один из них уверовал, он не должен оставлять второго супруга и обязан с ним жить., если тот согласен. Это правило установил апостол Павел. Как можно принуждать к венчанию человека, который не верует, не чувствует в этом потребности? Невенчаный брак - тоже брак.

Можно массу примеров привести. Моисей и Сепфора не венчались, потому что тогда Церкви не было. Адам и Ева тоже - их Бог соединил.

Для людей же церковных венчание совершенно необходимо. Если два человека веруют во Христа, являются членами Церкви,то, разумеется они должны венчаться, и прежде венчания это вообще не считается браком, потому что брак должен быть засвидетельствован не только перед внешним миром, но и перед Церковью. брак сам уподобляется малой Церкви; малая же Церковь должна получить благословение от Церкви большой. А если один из двоих еще пока не воцерковлен, торопить события никоим образом не надо. Прот. Димитрий Смирнов.

Как обновить Adobe Flash Player

Для просмотра используйте прокрутку справа.

Духовная польза чтения Псалтири

Тренинг III Урок 2

Как очень просто сделать ссылку кликабельной

Ссылку можно сделать кликабельной так:
1.Скопировали нужную вам ссылку
2.Открыли редактор записей
3.Нажали на шар (земной)

4.Открылось окно - вставили ссылку



5.Жмём ОК
6.Пишем название ссылки

И ссылка кликабельная готова!

Почему дети, когда вырастают, уходят из храма

Волхвы пришли к яслям не с пустыми руками, а принесли Младенцу дары. Готовясь к Рождеству Христову, мы должны по-новому осмыслить свою жизнь, делать добро ближним, и с этими дарами подойти к Рождеству Христову. Каждый год в России – это год милости Божией.

Рождество – это праздник мира, и в этот праздник наши соотечественники посещали больницы, тюрьмы, старались помогать другим. Мы жили мирно и с мусульманами, и с буддистами, они радовались тому, что есть такой замечательный праздник, хорошие традиции, связанные с ним.

Во время Рождественского поста нужно больше внимания уделять главному – взаимоотношениям с Богом. Во время поста мы жертвуем очень немногим, но, даже отказываясь от малого, мы учимся преодолевать себя, учимся любви, потому что Бог есть Любовь и Он действует через Жертву.

Конечно, надо понимать, что дело не в отказе от скоромной пищи, а в том, чтобы сделать то, что мы в обычные дни не делаем, например то, что откладываем на потом. Пост – благоприятное время для внутреннего делания, но оно должно сопровождаться и внешними делами, делами любви и милосердия. Каждый новый пост – это возможность измениться сейчас, а не потом или в старости Пост – это средство, помогающее очиститься от страстей и стать ближе к Богу. Тогда и сам праздник Рождества переживается иначе.

Если во время поста нет возможности прийти в храм, мы должны просить у Бога прощение. Тем, кто редко причащается, нужно обязательно причаститься в Рождественский пост. Конечно, в затвор тоже не надо уходить, нужно уделять внимание родственникам, можно немного посидеть с ними в новогоднюю ночь, но, тем не менее, нужно гореть перед Богом, поскольку у каждого есть огонек. Часто у верующих пост становится автоматическим: просто меняется рацион питания, кто-то отказывается от просмотра телевидения – но живой веры нет.

У нас не хватает ревности, а ее Господь может дать за стремление к Нему. Нам нужно просить, чтобы Господь даровал крепкую веру, нужно понуждать себя к молитве, а не к вычитке. Нужно понуждать себя к делам веры, постараться жить по духу, а не по букве, потому что Дух животворит. И нам важно быть христианами везде – начиная с кухонь, заканчивая храмами.

Сразу это не получится, грехов много, мы немощные, но если будем с Божией помощью меняться, то Господь дарует, как многим святым, исцеление греховной проказы души. У каждого – свое поле борьбы: у кого-то обострена зависть, у кого-то плотские страсти, у кого-то иные. Надо читать святых отцов, понимать, как они побеждали страсти, – мы не первые, кто с этим сталкивается.

Например, если человека мучает зависть, нужно съездить в больницу, посмотреть, сколько есть несчастных людей, посочувствовать им и помочь – и через милосердие побороть страсть зависти. А во-вторых, пересилить себя и говорить: «Прости, Господи, помоги мне преодолеть эту зависть», – и помолиться за людей, в чем-то нас превосходящих. Это будет по-христиански.

Это уже начало духовного роста. Пост – это время, когда мы должны понять, для чего живем, какие у нас страсти и как с ними бороться. Это и есть задача и цель поста. Рождественский пост – это подготовка к Рождеству Христову, когда в мир пришел Спаситель Иисус Христос, поэтому мы должны бороться с греховными наклонностями в течение всего поста.

Во время поста нам особенно видны наши недостатки, например страсть осуждения, гнева, зависти, гордости. Надо бороться с этими страстями, молиться, исповедаться и причащаться. Чем ближе мы подходим к Богу, тем больше искушений, тем сильнее на нас нападает враг, диавол.

Это видно, и с этим надо бороться. Сейчас в мире очень много зла, нужно побороться хотя бы с ненавистью и гневом. Гнев – это разрушение, это конец. Чем больше зла, тем быстрее приближение Второго пришествия, мир не сможет долго существовать во зле, он погибнет. Еще хочется сказать по поводу встречи Нового года. Мои родители так встречали Новый год: они слушали речь Левитана, гимн Советского Союза, выключали радио и ложились спать – никакого веселья не было. По поводу чего веселье?! Что прошел год? Что стали ближе к смерти?! Мои родители всегда говорили, что нужно в Новый год вспомнить, что произошло в прошлый год, поблагодарить Бога за то, что еще один год жизни даровал, и попросить с молитвой благословление на следующий год.

Также я не знаю, что такое «старый Новый год». «Старый Новый год» 14 января, а это Обрезание Господне. Какое веселье?! Очень важно, чтобы люди в это время чувствовали свою семью, своих детей, чтобы это время проводили не в монастырях, а в своей семье, чтобы наставляли своих детей.

Самая существенная особенность Рождественского поста – что он Рождественский. Что он ведет нас к событию, смысл которого ускользает от неверующих и требует изрядного усилия, даже подвига сердца и рассудка, от верующих: Бог стал Человеком. Вот содействию этому подвигу и служит пост. А с противоположной стороны – тоже немалые усилия: пошлятина под видом культуры, идиотизм под видом рекламы, коммерческая лихорадка, алчность и обжорство – все что угодно, только бы скрыть от человека факт Воплощения Бога.

И к нашему стыду, сорокадневные усилия православных людей по отбору и приобретению «постных» тортов, пирожных, бисквитов, конфет, шоколада, майонезов, маргаринов и т.п., становятся в тот же ряд. Рождественский пост, как и любой другой, может стать для нас периодом воздержания в том числе и от излишней информации, которой буквально перегружены наши современники.

Сейчас люди, особенно живущие в городах (а таких, судя по всему, большинство), буквально опутаны по рукам и ногам разными информационными сетями, связями, контактами, лишающими человека мира, в первую очередь, душевного. Ключевую роль в этом играют социальные сети, мобильные устройства и классические СМИ, извергающие на нас постоянные потоки пустой информации, не несущей никакой реальной пользы для нашего ума и души.

Это пожирает наше время и силы, которые Господь даровал нам для того, чтобы мы шли по пути спасения. Людей охватила какая-то безумная суета. Все это выхолащивает, иссушает душу, расслабляет дух и ничего больше. Часто мы сами предаемся этой суете под благовидным предлогом, оправдываем это некой необходимостью, работой, дружбой или «делами». Наступающий Рождественский пост является прекрасным временем для того, чтобы устраниться по мере сил от суеты мира и задуматься о главном деле нашей жизни – деле спасения и соединения с Богом.

* * *

Люди, считающие, что они не нуждаются в церковной жизни, потому что уверены, что Бог у них «в душе», по всей видимости, считают себя высоконравственными, не имеющими необходимости ни в Покаянии, ни в соизмерении своих поступков с объективными нравственными критериями. Часто приходится сталкиваться с расхожим мнением, что для спасения достаточно быть хорошим, порядочным человеком, при этом жить церковной жизнью совершенно необязательно.

Православный христианин никак не может согласиться с этим утверждением в первую очередь потому, что понятия «порядочность» является понятием светской этики, а следовательно, секулярной. Это понятие не определено в себе, никто не может с точностью раскрыть его значение, так как светская этика не имеет никаких критериев нравственности, кроме оставшихся, весьма размытых представлений о том, что есть добро и что есть зло, позаимствованных ею опять же из христианства. То, что считает для себя порядочным один человек, другой, возможно, оценит как недолжный, нечестный поступок.

Нравственность нецерковных людей a priori может быть лишь относительной, так как их представления о добропорядочности субъективны, ведь объективно оценивать свои (или чужие) поступки можно только по отношению к каким-то объективно действующим критериям. Этические представления невоцерковленных людей, к сожалению, весьма бессистемны, неполны и неглубоки, не осмыслены и не имеют под собою никакого основания, кроме личных предпочтений, расхожих стереотипов и сложившихся, в силу влияния социальной среды, полученного воспитания и образования, мнений.

Господь в Своем Откровении, Хранительницей которого является Церковь, дает нам заповеди (Исх.20:2-17; Мф.5,6,7), главнейшая из которых – «возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душею твоею, всем разумением твоим» (Мф.22:37; Втор.6:5). Нет более высоких нравственных принципов, чем те, к которым призывает Церковь. Но и их достижение не самоцель, та великая цель, которую ставит перед человеком Бог – это обожение, стяжание благодати Святого Духа, святость: «будьте совершенны, как совершен Отец ваш небесный» (Мф. 5:48), «дабы вы соделались причастниками Божеского естества» (2Пет. 1:4), «…я снова в муках рождения, доколе не изобразится в вас Христос!» (Гал. 4:19), «в вас должны быть те же чувствования, какие и во Христе Иисусе» (Флп. 2:5).

Но восхождение к святости невозможно без ошибок и падений, поэтому каждый христианин нуждается в церковном таинстве Покаяния. Сама постановка рассматриваемого нами вопроса обнаруживает плохое понимание природы Церкви теми людьми, для которых этот вопрос существует в той форме, как он выражен в заголовке данной главы.

Сторонники пантеистической концепции мироустройства, в основном, представляют себе Церковь таким образом: Бог есть все, значит, Бог есть и во мне; кроме моего невежества, никто и ничто меня от Бога не отделяет, постигая самого себя, я постигаю Бога. «Христос» – это понятие, характеризующее наивысший уровень раскрытия в себе сознания. Иисус Христос – это праведник по имени Иисус, который своими усилиями достиг реализации в себе Христа. Человек духовно развивается от одного достижения к другому, любое падение относительно, грех, в христианском его понимании, отсутствует.

Церковь же – это страдающая архаизмом формальная организация, которая утверждает, что может помочь в поиске Бога, но Ее служители больше думают о земных благах, чем о небесных и т.п. Церковь, по их мнению, представляет собой организацию людей, «слепо» верующих в определенные религиозные доктрины и признающие авторитет церковной иерархии. Естественно, что исходя из подобных установок, постановка вопроса – зачем ходить в храмы, если Бог у меня в душе – выглядит вполне закономерно.


Проблема только в том, что подобное понимание Церкви ничего общего не имеет с реальностью. Многие воспринимают Церковь как «духовный супермаркет: миряне – покупатели, духовенство – «продавцы», если мне нравится «товар» и обслуживание, буду в него ходить, не нравится – уйду искать другой. Для других людей Церковь – это место, где можно достичь душевного комфорта, обезопасить себя от серьезных жизненных трудностей, совершив некие «магические» действа.

Для определенной части населения Церковь – просто форма «клубного» общения. Как легко заметить, в обществе бытует немало неверных представлений о Церкви. Но что же такое Церковь? Начнем с того, что не существует исчерпывающего и полностью удовлетворительного определения Церкви. В переводе с греческого слово ecclesia означает общественное, или «народное собрание», происходит оно от глагола ekkaleo – «призывать» .

Церковь – это сообщество призванных Христом и живущих Им. Церковь – это не формальное сообщество верующих в некие религиозные доктрины людей, это «тело Христово» (1Кор. 12:27), «Церковь есть образ Пресвятой Троицы». Для осмысления христианской церковной жизни нам необходимо вспомнить первосвященническую молитву Спасителя: «Я уже не в мире, но они в мире, а Я к Тебе иду. Отче Святый! соблюди их во имя Твое, [тех], которых Ты Мне дал, чтобы они были едино, как и Мы… Не о них же только молю, но и о верующих в Меня по слову их, да будут все едино, как Ты, Отче, во Мне, и Я в Тебе, [так] и они да будут в Нас едино» (Ин.17:11,20-21).

В Церкви есть общая жизнь, в которой отдельные личности настолько объединяются между собой, что их единение можно уподобить единству Лиц Пресвятой Троицы. «Люди, вступившие в Церковь и возлюбившие друг друга, подобны трем Лицам Пресвятой Троицы, которых их любовь соединяет во единое Существо» Единство людей в Церкви возможно лишь во Христе, в единении с Ним. Как же оно достигается?

«Я хлеб живый, сшедший с небес; ядущий хлеб сей будет жить вовек; хлеб же, который Я дам, есть Плоть Моя, которую Я отдам за жизнь мира… Иисус же сказал им: истинно, истинно говорю вам: если не будете есть Плоти Сына Человеческого и пить Крови Его, то не будете иметь в себе жизни. Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь имеет жизнь вечную, и Я воскрешу его в последний день… Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь пребывает во Мне, и Я в нем. (Ин.6:51,53-54,56). Именно «Таинство Причащения соединяет людей с Богом и тем самым объединяет и друг с другом. Вот почему причащение есть источник именно церковной жизни по преимуществу».

Как Единый Бог при единстве сущности Троичен в Лицах, так и христианин, в таинстве Евхаристии соединяясь со Христом, не перестает быть личностью, но приобщается к жизни Бога, обоживается: обожение есть «реальное, существенное приобщение к Богу всего человеческого естества. Это… причастие всей психофизической природы человека Божеству, ее просветление, прославление, преображение» Церковь существует в мире, но Она не от мира сего. «Они не от мира, как и Я не от мира» (Ин. 17:16). Церковь – это не столько организация, сколько, прежде всего, бытие христиан в Боге. Церковь – это жизнь со Христом и во Христе, движимая Святым Духом , что позволяет апостолу Павлу сказать: «уже не я живу, но живет во мне Христос» (Гал. 2:20).

Итак, почему же необходимо жить церковной жизнью и в том случае, если человек уверен, что Бог у него в сердце? Потому, что сердце человеческое переменчиво, и доверять его голосу нельзя: «Мы отнюдь не должны веровать своему сердцу; ибо кривое правило и прямое кривит». Потому, что так заповедал Иисус Христос: «…ты – Петр, и на сем камне Я создам Церковь Мою, и врата ада не одолеют ее» (Мф. 16:18); «У множества же уверовавших было одно сердце и одна душа (Деян. 4:32). Потому, что Иисус Христос там, где Его Церковь: «Я с вами во все дни до скончания века» (Мф. 28:20).

Потому, что Господь заботится о Своей Церкви: «Ибо никто никогда не имел ненависти к своей плоти, но питает и греет ее, как и Господь Церковь, потому что мы члены тела Его, от плоти Его и от костей Его» (Еф. 5:29-30) . В целом, к Церкви не могут относиться, в первую очередь, все те, кто не разделяет Никео-Константинопольский Символ Веры.

Что же Священное Писание говорит нам о тех сообществах и верованиях, которые нельзя считать церковными? Рассмотрим указанные Библией признаки нецерковных сообществ. Христианская Церковь возникла в день Пятидесятницы и непрерывно существует доныне, поэтому все организации, возникшие позже, никакого отношения к Христовой Церкви не имеют. «Разве разделился Христос?» (1Кор. 1:13); «Иисус Христос вчера и сегодня и во веки Тот же» (Евр. 13:8); «Я создам Церковь Мою, и врата ада не одолеют ее» (Мф. 16:18), «Возлюбленные! имея все усердие писать вам об общем спасении, я почел за нужное написать вам увещание – подвизаться за веру, однажды преданную святым» (Иуд. 1:3).

Не имеют отношения к Церкви все те, кто искажает Божественное Откровение, выраженное в Священном Предании Церкви: «Итак, братия, стойте и держите предания, которым вы научены или словом или посланием нашим». (2Фес. 2:15); «Хвалю вас, братия, что вы все мое помните и держите предания так, как я передал вам». (1Кор. 11:2). А также Откровение, выраженное в Священном Писании Церкви: «Удивляюсь, что вы от призвавшего вас благодатью Христовою так скоро переходите к иному благовествованию, которое [впрочем] не иное, а только есть люди, смущающие вас и желающие превратить благовествование Христово». (Гал. 1:6-7); «Но если бы даже мы или Ангел с неба стал благовествовать вам не то, что мы благовествовали вам, да будет анафема. Как прежде мы сказали, [так] и теперь еще говорю: кто благовествует вам не то, что вы приняли, да будет анафема». (Гал. 1:8-9) .

Не имеют никакого отношения к Церкви лжепророки: «Если пророк скажет именем Господа, но слово то не сбудется и не исполнится, то не Господь говорил сие слово, но говорил сие пророк по дерзости своей, – не бойся его». (Втор.18.22); «Берегитесь лжепророков, которые приходят к вам в овечьей одежде, а внутри суть волки хищные. По плодам их узнаете их. Собирают ли с терновника виноград, или с репейника смоквы?» (Мф. 7:15-16). Все те, кто утверждает, что Иисус был человеком и стал Христом позже Своего Воплощения, также не имеют отношения к Церкви: «Духа Божия (и духа заблуждения) узнавайте так: всякий дух, который исповедует Иисуса Христа, пришедшего во плоти, есть от Бога; а всякий дух, который не исповедует Иисуса Христа, пришедшего во плоти, не есть от Бога, но это дух антихриста, о котором вы слышали, что он придет и теперь есть уже в мире» (1Ин. 4:2-3).

Все, кто отвергает Воскресение Христово, находятся вне Церкви: «…а если Христос не воскрес, то и проповедь наша тщетна, тщетна и вера ваша» (1Кор. 15:14). Все, кто объявляют, что второе пришествие Иисуса Христа уже состоялось, находятся вне Церкви: «Тогда, если кто скажет вам: вот, здесь Христос, или там, – не верьте. Ибо восстанут лжехристы и лжепророки, и дадут великие знамения и чудеса, чтобы прельстить, если возможно, и избранных. Вот, Я наперед сказал вам. Итак, если скажут вам: «вот, [Он] в пустыне», – не выходите; «вот, [Он] в потаенных комнатах», – не верьте; ибо, как молния исходит от востока и видна бывает даже до запада, так будет пришествие Сына Человеческого» (Мф. 24:23-27). К Церкви никакого отношения не имеют те, кто не любит Иисуса Христа: «Кто не любит Господа Иисуса Христа, анафема…» (1Кор. 16:22).

Господь «хочет, чтобы все люди спаслись и достигли познания истины» (1Тим. 2:4). Для тех, кто сознательно отвергает слова Священного Писания, спасение невозможно: «Отвергающий Меня и не принимающий слов Моих имеет судью себе: слово, которое Я говорил, оно будет судить его в последний день» (Ин. 12:48). О язычниках и не имеющих возвещенного закона Божиего Священное Писание нам говорит: «Те, которые, не [имея] закона, согрешили, вне закона и погибнут; а те, которые под законом согрешили, по закону осудятся (потому что не слушатели закона праведны пред Богом, но исполнители закона оправданы будут, ибо когда язычники, не имеющие закона, по природе законное делают, то, не имея закона, они сами себе закон: они показывают, что дело закона у них написано в сердцах, о чем свидетельствует совесть их и мысли их, то обвиняющие, то оправдывающие одна другую) в день, когда, по благовествованию моему, Бог будет судить тайные [дела] человеков через Иисуса Христа» (Рим. 2:12-16).

Таким образом, вопрос о церковной жизни и посещении храма отпадает сам собой, если хотя бы кратко познакомится с соответствующими темами православной экклезиологии. Питанов В.Ю.

***

На первый взгляд кажется, что проблема предрассудков и суеверий решается до банальности просто: скажем, как обычно: “Плохо это, братья и сестры!” – и все… Но говорятся эти слова на Руси со времен равноапостольного князя Владимира. Пишутся книги. Но, увы, не все имеют привычку читать подобную литературу или вообще читать, доверяя более “устным” источникам информации. Живучесть этих самых предрассудков и суеверий нельзя объяснить только одной безграмотностью людей, здесь все гораздо сложнее. В истории человечества можно наметить два вектора существования религии — истинную религию, которую Сам Бог создает для спасения человека и общения с ним; и ложную религию, которую создает сам человек в отрыве от Бога.

Стремление к богообщению есть необходимая составляющая человеческого духа. Если это стремление исполняется в Богооткровенной религии — человек достигает спасения. До пришествия в мир Христа Спасителя такой Богооткровенной религией было ветхозаветное иудейство. Из Св. Писания мы знаем, что суеверия и предрассудки временами встречались и там: это и частые отпадения в идолопоклонство, и, в более поздний период, осуждаемые Христом предания старцев . Оторванная от Бога религиетворческая функция, что называется, “работает в автономном режиме”, эта функция, выражаясь языком психологов, является архетипом религиозных представлений .

Действует эта функция иногда массово, иногда индивидуально, продолжительно или кратковременно. Как объяснить многовековое существование таких старших по возрасту, чем христианство, религий, как индуизм, буддизм, даосизм, конфуцианство? Эти религии есть порождение исключительно человеческого духа, но никак не Божественного откровения, а Бог не утесняет свободу человека. Слово “язычество” происходит от слова “язык” — “народ, племя”. Феномен язычества ( народничества ) должен осознаваться не только как отдельно взятый культ и набор сопутствующих ему теоретических представлений, которые можно заменить христианским культом и богословием и на этом поставить точку.

Язычество пронизывает собою все сферы жизни и деятельности человека, его мировоззрение и тайные закоулки души. Даже лишенное религиозных составляющих, язычество выживает, трансформируясь в идеологические и социальные формы. Особенно живуче язычество на уровне быта и семейных отношений. Язычество очень психологично в том смысле, что оно есть состояние души без Бога. И вот именно про это бытовое, психологическое язычество, приживающееся даже в “церковной ограде”, мы и собираемся поговорить в этой статье. Вместе с язычеством рука об руку шагает магия .

Магия есть стремление человека подчинить себе существующий в мире порядок, заставить служить своим интересам всю совокупность видимых и невидимых существ. Вот что пишет об этом о. Александр Мень: “Для мага радости мистического богообщения — пустой звук. Он ищет только достижения могущества в повседневной жизни — на охоте, в земледелии, в борьбе с врагами. Этот антагонизм оставался даже тогда, когда магия стала переплетаться с религией. Магизм ждет от Неба только даров, Природу (включая незримые силы) он хочет поработить, в человеческом обществе он воцаряет насилие.

Племя и власть становятся над духом. Человек сливается с родом, подпадая под гипноз коллективных представлений”. Таким образом, в то время как Богооткровенная религия строится на основе любви, магизм строится на отношениях “ты — мне, я — тебе”. Подобные магические отношения складываются и у многих наших современников. Не будь этого — не появились бы пословицы: “гром не грянет — мужик не перекрестится” или “как тревога — так до Бога”.

Люди, у которых ни Бог, ни Церковь не занимают в жизни важного места, в случае неприятностей бегут в храм, там ставят самые толстые свечи (как будто Богу — чем толще свеча — тем угоднее!) и пытаются убедить священника в том, что их семейные неурядицы и беды спровоцированы дюжиной местных колдуний. Но это вовсе не значит, что Православие для них есть нечто вроде последней инстанции — с тем же успехом они обратятся к отечественной “бабке” или к экзотическому африканскому шаману. Не лучшим образом ситуация складывается и в среде мирян, более или менее стабильно посещающих богослужения.

Для многих из них ритуал является понятием не религиозным, но психологическим. В психологии ритуал есть зачастую непроизвольное действие, обеспечивающее стимуляцию жизненных отношений индивида, например, в одном храме под Киевом некоторые местные прихожанки считают, что в церковный двор можно заходить только через центральные ворота, и ни в коем случае не через заднюю калитку с другой стороны храма. Никаких объяснений подобным действиям они не дают.

Психологи данный обычай объяснили бы как ритуал, обеспечивающий его участникам магический престиж , а религиеведы добавили бы к этому, что здесь имеет место табу . Трудно не согласиться с этим. Выше мы упоминали о так называемом свечном благочестии . Для многих людей элементарнейший акт возжигания свечей в храме является чуть ли не самым основным в их “христианской” жизни. (Это все равно как если бы человек, намеревающийся купить ювелирное изделие, ограничился бы только тем, что выкрутил в ювелирном магазине дверную ручку и, всемерно довольный и даже не заходя в магазин, отправился бы домой, гордясь приобретением.)

Боже упаси кого-нибудь постороннего дотронуться или переставить поставленные ими свечи!!! Это вызовет моментально бурю гнева и возмущения, посягнувший будет обличен в колдовстве и даже может схлопотать по рукам! Не лучше обстоят дела и со святой водой. Многие далеки от веры, что “капля освящает море” и поэтому настойчиво требуют от священника в дни, когда в храмах служатся молебны с водосвятием, чтобы он “хорошенько побрызгал” и принесенную ими воду, и их самих. Вере в невидимое освящение души благодатью Св. Духа через Таинства Церкви эти псевдоправославные люди предпочитают чисто психологическое самоуспокаивание — дескать, меня водою облили — теперь и здоровье будет, и грехи простятся.

Не свободны, к сожалению, от суеверий и предрассудков и многие представители духовенства. Так, известно, что в некоторых селах существует следующий обычай: когда наступает время какой-нибудь односельчанке рожать ребенка — священник спешит в храм “отверзать Царские врата”, чтобы тем самым обеспечить потенциальной роженице благополучные роды. Здесь налицо элемент так называемой гомеопатической магии (подражательной) — Царские врата кощунственно ассоциируются с женским лоном. Известен случай, когда некий священник запретил своим прихожанам причащаться (!) на праздник Преображения Господня, мотивируя запрет тем, что, дескать, “сегодня мы все причащаемся яблоками (?!)”.

Некоторые священники вообще запрещают причащаться в двунадесятые и великие праздники без особой на то мотивации — все вы, мол, недостойны сегодня. Забывают только они об ответственности, которую несут перед Богом за свою паству, ведь смысл и центр православной общины — это Евхаристия, а не различные обрядовые мелочи. Тут впору вспомнить слова, обращенные к каждому поставляемому иерею при вручении Св. Агнца: “Приими Залог сей, о Нем же истязан будеши…”. Перечислим еще некоторые суеверия и предрассудки, которые встречаются в современной церковной жизни.

Геронтомания — поиск “старцев”.
Напрасно многие современные “старцеискатели” полагают, что ими руководят примеры великого старчества из истории христианства, отнюдь. Стремление многих православных к духовному рабству и зависимости от воли сомнительных “старцев” напоминает времена, когда после принятия Русью христианства по ее просторам ходили разные вещуны и волхвы, пугая нетвердых еще в вере людей гневом богов: неурожаями и болезнями.

Или петровские и послепетровские времена, когда старообрядческие посланцы призывали всех бежать в скиты “от антихриста”. Таким образом, алармизм и эсхатологический психоз постоянно наблюдались в истории в различных вариациях и провоцировались “старцами”. “Старец” — это архетип многих народов, олицетворение мудрости, тайных знаний: друид, шаман, тибетский лама и т. п. Именно этот архетип заставляет людей искать “духовного сверхчеловека”, противопоставляющего себя и свою доктрину Церкви и Ее учению.

Технофобия — боязнь продуктов технического прогресса. Носителями этого вида фобии чаще всего выступают старые больные одинокие люди. Они считают, что компьютеры, банкоматы, аудио-видеотехника и т. д. суть “бесовщина”. Такие люди активно способствуют распространению всяких слухов о близком конце света. Технофобия и геронтомания тесно связаны между собой. “Старец”, боязнь техники и отождествление ИНН с “печатью антихриста” шествуют обычно вместе.

Ксенофобия — боязнь мнимо чужого и нового. Этот вид суеверия охватывает как мирян, так и духовенство. Ксенофобия, как правило, сочетается с разновидностью национализма — церковным национализмом, а также с невежеством. Вот примеры: некоторые священники и монахи запрещают читать книги известных православных богословов только под тем предлогом, что у этих богословов нерусские фамилии (Керн, Мейендорф, Шмеман, Блюм). Незнание истории Церкви и полноты христианской традиции в соединении с этнофилетизмом заставляют подверженных ксенофобии мирян и духовенство во всем неизвестном и непонятном им видеть происки “врагов Православия” или нечто совершенно чужеродное по отношению к Церкви, Которую они понимают крайне узко — в пределах лишь одной поместной Церкви, а иногда и монастыря, и даже прихода.

Огромное недоумение у ксенофобов вызывает факт почитания Православной Церковью в лике святых некоторых римских пап. Некоторые священники даже стараются заменять слово “папа” словами “патриарх” или “епископ”, как будто слово “папа” — ругательство, а “патриарх” и “епископ” — эвфемизмы. Таким образом, “психология мелкого лавочника” заменила у ксенофобов соборное (кафолическое) сознание. Но ксенофобы не знают не только историю древней Церкви, но и особенности духовных традиций других современных Поместных Церквей, которые имеют право отличаться от русской или украинской традиций.

Уверен, что в традициях и укладе жизни других Поместных Церквей нашлось бы много такого, что пришлось бы не по нраву нашим ксенофобам и было бы расценено последними как ересь и беззаконие.

Некрофобия — боязнь покойников и того, что с ними связано. Множество суеверий и предрассудков связано с похоронами. Этот первобытный магический страх не имеет ничего общего с христианским отношением к смерти. Люди, занимающиеся колдовством, стараются заполучить воду, которой обмывали покойника, или тряпки, которыми связывали покойному руки и ноги, в тщетной надежде, что эти предметы им помогут в их богопротивных занятиях. Не отстают от колдунов и родственники, и друзья покойника. После поднятия гроба они переворачивают табуретки, на которых гроб стоял, сидениями вниз, чтобы никто из живых не сел на них: вероятно, они считают, что эти табуретки способны нанести вред живым по принципу контагиозной (заразительной) магии.

Зеркала и другие отражающие поверхности в квартире завешивают материей, но не для того, чтобы в день траура не прихорашиваться, а чтобы не увидеть в зеркале душу покойного. Наверное, по этой же причине оставляют возле портрета покойного и рюмку с куском хлеба. Таким образом, потустороннее бытие человеческой души видится некрофобам в узко-спиритуалистическом аспекте.

Соседи покойного часто боятся нести венки, а принесшие землю в храм для “заочного” отпевания боятся потом эту землю заносить домой. Зато никто не боится превращать поминальный обед в языческую тризну — с песнями и обильными возлияниями алкоголя. Уверен, что суеверий и предрассудков существует намного больше, чем описано в данной статье. Впрочем, и этого достаточно, чтобы сделать неутешительный, но правдивый вывод — нам всем (священникам, православным педагогам, катехизаторам, воцерковленным мирянам) нужно помнить, что мы, православные, должны жить и действовать как миссионеры в языческой стране.

священник Дионисий Дунаев, кандидат богословия

Александр Невский: только факты

Другие тесты и гадания от Шувани

получите ваш подарок

http://funny-santa.ru/22642

«Величаем Тя, Пресвятая Дево…»

Тайна русского слова. Хочешь погубить народ, истреби его язык.

Святитель Филарет Московский. Защитник веры и единства Отечества

Лучше бы не трогать

Протоиерей Андрей Ткачев

Радонеж

Грузия к санкциям против России не присоединилась. Мудро. В противном случае басня о слоне и Моське будет настырно приходить ко всякому на память. Оно надо умным людям? Украина же к санкциям присоединилась… Помолчим, вздохнем и продолжим. Дела с санкциями не ограничиваются экономикой. Звучат также угрозы распространить запреты и ограничения на деятельность общественных и религиозных организаций. Понятно, что Русская Православная Церковь опять оказывается в зоне риска.



Со сцены Майдана уже не раз звучали крики «любвеобильных» пастырей о лишении храмов УПЦ МП регистрации. В прямом эфире разных телеканалов гости студий и ведущие позволяют себе не редко самые дикие высказывания в адрес Украинской Православной Церкви. Так называемая «гидность» победивших революционеров вполне уживается с враньем, хамством и сознательным разжиганием межконфессиональной вражды. Те, кто декларирует сильную любовь к Украине, видимо, решились совсем ее доконать, распространяя внутренний украинский пожар еще и на религиозную область.

В лучшие времена политики соглашаются не трогать Церковь, оставляя ее жить по внутренним законам, не противоречащим нормам общежития. В худшие времена политики либо занимаются удушением Церкви в объятиях и попытками превратить ее в домашнюю прислугу для государственных интересов. Либо открытым гонением на Церковь по причинам несогласия с ее видением мира или упорным нежеланием превращаться в выше упомянутую прислугу. Москва здесь вторична, как фактор нелюбви. В 17-м веке, к примеру, в Речи Посполитой поляки не стеснялись называть православных христиан агентами Турецкого султана (!). Это потому, что Юго-Западный край церковно подчинялся Патриарху Константинопольскому, а сам Константинополь был под властью турок. При изменившейся политической конъюнктуре православных, глазом не моргнув, объявят агентами любой державы и любой спецслужбы, даже самой фантастической, зане все это лишь поверхностные поводы, а причина в другом. Причина в сатанической ненависти к Православию по существу. И это не столько дело сознания, сколько подсознания и безбожных интуиций.

И все-таки не надо трогать Церковь. Ради сохранения на карте мира той самой Украины, которую якобы так любят националисты, Церковь трогать не надо. Ведь совсем все прахом пойдет, если оставшееся Святое начать лапать своими не совсем чистыми верхними конечностями. Про Советскую власть нередко говорят: «Не трогала бы Церковь, до сих пор бы достояла». Или еще говорят: «Все было хорошо (заводы работали, жилье строилось, дети бесплатно в спортивные секции ходили и т.д.). Одно плохо – с верой воевали». Про Украину же можно сказать так: «Все плохо (список на сорока листах прилагается). Одно только хорошо – веру не трогают». И вот это единственное «хорошо» может растаять, как первый снег.

Если сравнить народную жизнь со зданием, то небрежное, тем более – преступное отношение к религиозным основам, равносильно разрушению фундамента. Не устоять такому дому. Быть ему по необходимости грудой кирпича, и хорошо бы жителям успеть на улицу повыскакивать. Все мало-мальски думающие люди понимают, что любой мир хрупок и требует, чтобы его берегли. Понимают так же люди, что ломать легче, чем строить, при том, что далеко не все поломанное можно потом восстановить. Неужели находящиеся при власти люди этого не понимают? Понимают. Они не глупее нас. Только они не свободны. Я не про Америку намеки забрасываю. Что до Америки, то это очевидно и в намеках не нуждается. Я вот о чем.

Однажды крепко согрешив, человек рискует попасть в такую измененную реальность, в такое зазеркалье, что уже станет делать вовсе не то, что хочет. У дьявольских анти-систем есть своя внутренняя дьявольская логика. Заставит сатана человека сказать «а», значит, заставит потом сказать и «б», и «в», и все прочее по списку. А человек глупый думает: «Скажу «а», а «б» говорить не стану». Станешь, милый, все станешь говорить, что прикажут. И не сомневайся, раз уже влип. Вот это и произошло.

Думали «Выйдем на площадь, а там и победим». Нет. Следующий шаг: «Малой кровью обойдемся – и наша взяла». Опять нет. «Больше крови и тогда уж – победа». Снова нет. «Война! Война все спишет! А если победим, то победителей не судят». И тут нет. И вот где-то посреди этих не прекращающихся безумств вытягивается новый фант. «Что делать этому фанту?», - робким голосом, уже ничему не радующиеся, спрашивают мнимые хозяева положения. Рогатый хозяин отвечает: «Церковь гнать. Крови было много. За кровь спасибо. Уважили. Теперь – Церковь гнать». «Какую?», - спрашивают первые лица. «Настоящую гоните. Она одна и есть. Остальные меня не интересуют».

Меру беззаконий злодеям нужно дополнить. Хрестоматийный злодей всегда должен начать с мелочей, а потом замахнуться на святое и с шумом погибнуть. Пока святое не трогает, вроде еще живет. И логика самоубийства влечет его порвать именно оставшуюся пуповину. Поэтому стоит еще и еще раз сказать: «Не надо. Не троньте Церковь. Ради той страны, о которой вы кричите, что любите ее «понад усэ». Ради своих бессмертных душ. Ради того, чтобы не повторять историю Амана. У евреев спросите (слухи ходят, что националисты в Украине как-то дивно с евреями передружились), они вам расскажут, если конечно они настоящие евреи. Расскажут, как величался один нехороший человек, как он грозился и придумывал казни. А потом как он повис на виселице, приготовленной им же, но для других.

Бог вступается за обидимых и бессильных. Бог мстит за их обиды сильным и гордым. Как хранил Он Израиль в древние времена от врагов многочисленных и высокомерных, так умеет Он постоять и за Новый Израиль, за Церковь Христову, которую кто только не гнал, однако она жива, а враги ее стали пищей червя неусыпающего. В общем, спросите про Амана у евреев, и не надо трогать Церковь.

Протоиерей Андрей Ткачев

Радонеж

16 августа 2014 г.

Рождественский пост: дорога к радости

получите ваш подарок

Апостол Филипп