«Шаланды, полные кефали…» — известная советская песня, ставшая визитной карточкой Одессы.

Песня была написана композитором Никитой Богословским на слова Владимира Агатова для кинофильма Леонида Лукова «Два бойца» (1943), где её исполнил Марк Бернес, игравший бойца-одессита Аркадия Дзюбина. Интересно, что Дзюбин — настоящая фамилия известного уроженца Одессы, поэта Эдуарда Багрицкого.     

Авторы музыки и текста к Одессе никакого отношения не имеют. Петербуржцу Богословскому и киевлянину Агатову поставили задачу написать так, чтоб была одесская. Но, в 1943 году не принято было говорить — нет. Пришлось им прослушать неимоверное количество песен в самодеятельном исполнении, чтобы проникнуться духом города и впитать в себя музыкальные традиции. Надо отдать им должное — у них это получилось. Южный колорит песни совершенно уникально воплощен людьми, не имевшими никакого отношения к морю, югу и рыбацкой доле.

Рассказывает композитор Никита Богословский:

«Я, петербуржец по рождению, никаких этих одесских песен не слышал. В помощь мне дали объявление в газете, что всех лиц, которые знают одесские песни, просят в такой-то день явиться на студию. И собралась гигантская толпа патриотов своего города, причем, совершенно разнообразных, начиная от седобородых, солидных профессоров и кончая такими подозрительными личностями, что я никак не мог понять, почему они до сих пор не в тюрьме. И все наперебой стали петь свои любимые мелодии. Я слушал, ухватывая типичные интонации, а затем использовал их – в синтезе, как особый характер, – для новой, совершенно оригинальной песни».

А что Агатов?

Сведений о его жизни исключительно мало. Владимир Гариевич Агатов (1901-1966) – поэт-песенник, драматург. Его настоящее имя — Вэлвл Исидорович Гуревич. Поэт родился в Киеве, в еврейской семье. В молодости работал журналистом-фельетонистом. К началу Великой Отечественный войны Агатов уже сложился как драматург, некоторые его песни также пользовались успехом. В 1942 г. он приехал в Ташкент навестить эвакуированную семью, однако прямо на перроне его перехватил режиссер Л.Луков, приятель поэта, и повез Агатова в студию записи.

В первоначальном варианте сценария фильма песен не было вовсе. Но потом режиссёр Л.Луков попросил Н.Богословского написать песню для сцены в землянке — так появилась в картине «Тёмная ночь», блестяще исполненная Марком Бернесом. Но так получилось, что Леонид Утёсов, получив от Никиты Богословского ноты, спел «Темную ночь» ещё до выхода на экраны «Двух бойцов» и даже успел записать пластинку. Таким образом, для зрителей был утрачен сам момент внезапности.

После этого режиссер решил, что Аркадий Дзюбин должен спеть ещё одну песню, совершенно контрастную, чтобы как-то дополнительно охарактеризовать главного героя – одессита Дзюбина, и дал композитору и поэту задание написать её «в стиле весёлых одесских уличных песен». Уровень того нового, что предстояло написать, должен был быть никак не ниже «Темной ночи». С этой задачей Агатов и Богословский справились гениально.

Не надо забывать, что «Шаланды» появились в военное время, когда было совсем не до старомодной галантности и участия в выяснении отношений какого-то Кости с какой-то Соней на фоне одесского образа жизни. Однако в песне, думаю, авторами был заложен определенный подтекст – вера в то, что война закончится, а все «мирное», определяющее смысл жизни, вернется. Вернется непременно!

Что же должно было двигать автором «Шаланд», когда буквально «за один присест», отрешившись от военных тревог, он, киевлянин, окунулся в незнакомый достаточно противоречивый одесский мир – мир с кефалью, биндюжниками, рыбачкой Соней, моряком Костей, портовыми грузчиками, Французским бульваром и Фонтаном?..

В результате получилась хорошо сколоченная «штучная» вещь, образная и органичная, имеющая право на самостоятельную жизнь.

«Ошибся» Агатов в «Шаландах» только в одном-двух моментах – наш Фонтан мог покрыться не черемухой, а скорее всего акацией. И одессит Костя скорее всего курил не «Казбек», а все-таки наше «Сальве». Но это всё одесские мелочи…

Марк Бернес, тоже не одессит, спел песню, и она вошла в вечность. Конечно, рожденный в Нежине Марик Нейман (настоящее имя Бернеса) не мог знать, что в Одессе не говорят: ОдЭсса, ПеЭрЭсыпь. А говорят: ОдЕсса, ПЕрЕсыпь. Правда, в поздних записях, особенно — 1963-го и 1967-го годов, Бернес поет уже так, как традиционно принято.

В песне — много слов и выражений, указывающих на её якобы «одесское» происхождение, хотя ясно, что это — не более чем стилизация.

Герой песни, Костя, — скорее всего, не рыбак, а поставщик рыбы. Он заказывал рыбу, которую доставляли к берегу на шаландах, а дальше к покупателям и на рынки рыбу поставляли «биндюжники». В середине ХIХ — начале ХХ веков профессия биндюжника была весьма распространённой в южных портовых городах и в Одессе — особенно. Как правило (и это подчёркивают многие справочники) биндюжниками там работали евреи.

В портовом городе биндюжники имели большой вес тоже — и в прямом, и в переносном смысле, и если они уважали Костю — значит, было за что. Кстати, хотя Костя, скорее всего, был поставщиком рыбы, то есть снабженцем, продавцом, а рыбачка Соня находилась на более низкой ступени социальной лестницы.

Но авторы песни своим любовно-свадебным сюжетом подчеркнули демократизм тогдашних отношений между влюблёнными друг в друга молодыми людьми и тем, кого Костя пригласил на свою свадьбу…

После выхода фильма на экран песня приобрела огромную популярность. При этом официально она не рекомендовалась для исполнения и не публиковалась как идеологически невыдержанная и чуть ли не блатная.

Песня «Шаланды, полные кефали…» произвела настоящий фурор в советском обществе. Это стилизация под одесскую уличную песню, по сути дела стилизация под песню блатную. И впервые советский положительный герой запел с экрана блатную песню, и он не осуждался при этом.

Мы знаем, как искореняли беспризорщину, как боролись с блатной романтикой на экране и в жизни, а здесь герой берет гитару, спокойно поет ту песню, которую пела улица. Это был шок, это был демократический язык улицы, который стал нормальным языком экрана, это была самая настоящая революция. Бернес, спев песню «Шаланды полные кефали…», достиг такого успеха, которого не знал ни один, пожалуй, советский эстрадный певец до этого момента. Это был звездный час актера, и это был триумф не сценический, а это был триумф в сердцах людей.

По сути дела, то, что делает Бернес на экране — это было предвосхищение тех самых форм, которых еще не знали советские зрители. Такие же простые, доверительные, интимные песни пел на эстраде Ив Монтан позже, пел в период «оттепели» Булат Окуджава, но Бернес это сделал раньше и в годы войны, намного опередив поэтику своего времени. Кого играл Марк Бернес? Борис Андреев играл пролетария, а Марк Бернес, несмотря на то, что он пел уличную блатную балладу, он был, как ни странно, интеллигент, ибо, баллада, которую он поет «Шаланды полные кефали» — это интеллигентская стилизация фольклора. Человек с тонким лицом, глубоко чувствующий, артистично поет уличную песню на вечеринке у девушки Таси. Грандиозный момент, где впервые был показан воюющий интеллигент.

Фильм навсегда стал визитной карточкой Марка Бернеса, получившего за исполнение роли Дзюбина от правительства — орден Красной Звезды, а от одесситов — звание «Почетный житель города Одессы».

Вот что рассказывает о своих впечатлениях от песни Роман Карцев:

«Я думаю, что эта песня — визитная карточка Одессы. Но, во-первых, было очень много рыбы в Одессе после войны. Я помню, еще ребенком в Одессе, как хозяйка и мама моя волокли камбалу по земле, потому что поднять ее было невозможно, они держали ее за жабры, а хвост волочился по земле — такие огромные камбалы были. Была потрясающая скумбрия в Одессе, бычки — огромное количество рыбы. Потом все это постепенно исчезало, исчезало, исчезало, и когда пелась эта песня «Шаланды полные кефали», то все вспоминали эту кефаль и не могли вспомнить как она выглядит. Все было: свадьбы в Одессе гуляли во дворах по 100 по 300 человек, гуляли неделю, наверное. Это все описано в песне точно абсолютно».

Песня настолько популярна, что ее пели множество исполнителей.

Муслим Магомаев:

Леонид Агутин:

Лариса Долина:

Лариса Голубкина и Александр Ширвиндт:

Песня совершенно удивительная — сколько лет прошло, а ее помнят, любят и поют. Вот, например, флешмоб в рыбных рядах Привоза (2014):

Герои песни давно стали частью фольклора, их скульптурные образы украшают Одессу.

Так, 1 апреля 2002 года в Одессе в Саду скульптур Литературного музея (ул. Ланжероновская, 2) была открыта скульптурная композиция «Шаланды, полные кефали…» (скульптор Т. Судьина), изображающая героев песни из кинофильма «Два бойца» — рыбачку Соню и Костю-моряка.

4 декабря 2007 года в крытом павильоне Нового Привоза был открыт фонтан «Рыбачка Соня и Костя-моряк»: