Духовное толкование Корана. 1 часть I главы "Источники философского мышления в исламе" (из книги Анри Корбена "История исламской философии"

Перевод с французского Александра Кузнецова

На Западе весьма распространено утверждение о том, что в Коране нет ничего ни мистического, ни философского, и что философы и мистики ничем ему не обязаны. Вопрос, однако, заключается не в том, что люди Запада находят или не находят в Коране, а в том, что в нем нашли мусульмане.

Исламская философия представляет собой прежде всего творение мыслителей, принадлежащих к религиозной общности, характеризующейся кораническим выражением Ахль аль-Китаб : люди, наследующие священную Книгу, т.е. люди, религия которых основана на книге, "ниспосланной с Неба", Книге, открытой пророком и преподанной через этого пророка. Определение "люди Книги" является общим для евреев, христиан и мусульман (зороастрийцы благодаря Авесте также заслуживают этой привилегии; тем, кого называют "Сабеи Харрана"1 повезло меньше).

Общей для всех этих религий является проблема, заданная объединяющим их религиозным феноменом: феноменом священной Книги, регулирующей жизнь в этом мире и ведущей за его пределы. Первой и последней задачей является понимание подлинного смысла этой Книги. Однако модус такого понимания обусловлен модусом бытия того, кто понимает; соответственно внутреннее состояние верующего обусловлено его способом понимания. Данная ситуация является ситуацией герменевтической, т.е. ситуацией, в которой верующий, открывший подлинный смысл, одновременно начинает подлинную жизнь. Эта подлинность смысла, совпадающая с подлинностью бытия, реальность смысла и подлинность реальности воплощаются в одном из ключевых терминов исламской философии: слове хакикат.

Термин хакикат несет помимо других функций значение подлинного смысла божественных Откровений, т.е. смысла, являющегося сущностным и духовным. Исходя из этого, можно сказать, что феномен "Священной Книги" заключает в себе собственную антропологию, исходит из духовно детерминированной культуры и одновременно стимулирует и ориентирует эту культуру к определенному типу философии. Есть нечто общее в проблемах поиска подлинного смысла в Христианстве и в Исламе, в герменевтике Библии и герменевтике Корана. Но есть также и глубокие различия. Сходства и различия будут рассмотрены в рамках этой книги.

Указание на духовный смысл как на цель подразумевает, что есть смысл, не являющийся духовным, а между ними двумя расположена градация множества смыслов. Все зависит от исходного акта сознания, проецирующего перспективу понимания с законами, ей присущими. Этот акт, посредством которого сознанию открывается герменевтическая перспектива, открывает также мир, который сознанию нужно организовать и иерархизировать. С этой точки зрения феномен священной Книги породил в Исламе и Христианстве перекликающиеся структуры; в конечном счете, в той мере, в которой отличаются друг от друга подходы к подлинному смыслу, отличаются также ситуации и трудности, возникающие в обеих религиях.

Первое, что нужно здесь отметить - отсутствие в Исламе феномена Церкви. Не существует в Исламе и сообщества клерикалов, "отмеченных благодатью", в нем нет догматического Священного Предания, авторитета первосвященника (Понтифика или Патриарха), ни Синода или конклава, защищающего догмы. Со II века, после подавления движения монтанистов догматическое учение Церкви вытеснило как пророческую инспирацию, так и свободу духовной герменевтики. С другой стороны взлет и расцвет христианского сознания шли параллельно с пробуждением и ростом сознания исторического. Христианское мышление центрировано первым годом христианской эры: божественное Воплощение отметило приход Бога в историческое время. Последствием этого является повышенное внимание религиозного сознания христиан к историческому смыслу, идентифицированному с буквальным и подлинным смыслом Писания.

Здесь конечно необходимо упомянуть знаменитую теорию четырех смыслов, к которой относятся согласно классической формуле: littera (sensus historicus) gesta docet; quid credas, allegoria; moralis, quid agas; quid speras, anagogia.2

Между тем сегодня требуется большая смелость, чтобы лишить силы археологические и исторические открытия во имя духовной интерпретации. Проблема, затронутая здесь, требует комплексного подхода. Встает вопрос: в какой мере Церковь в своих официальных формах может солидаризироваться с господством буквального и исторического подхода? Солидарность с подобным господством ведет к смешению символа и аллегории. Аллегория безобидна; духовный смысл может быть революционным. Есть ли в рамках Церкви сообщества, продолжающие духовную герменевтику и обновляющие ее горизонты? Есть нечто общее в том, как толкуют Книгу Бытия, Исход или Апокалипсис Беме и Сведенборг, и в том толковании Корана, которое присуще шиитам, исмаилитам и двенадцатиричникам, или суфийским теософам школы Ибн Араби. Это общее заключается в перспективе множества планов бытия, множества миров, каждый из которых является символом других.

Религиозное сознание в Исламе центрировано не фактом истории, но фактом метаистории (под этим подразумевается не пост-историческое, но сверх-историческое). Это факт примордиальный, предшествующий нашей эмпирической истории, это божественный вопрос, адресованный человеческим душам, предсуществующим земному миру: "Разве не Господь Ваш Я?" (Коран, 7.171). Радостное согласие, выраженное в ответе на этот вопрос, знаменует собой заключение вечного пакта верности, а призывать людей к верности этому пакту время от времени должны пророки; их периодическое появление формирует "пророческий цикл". Провозглашаемое пророками находит свое выражение в Писании позитивных религий: в божественном Законе, шариате. Встает вопрос: остается ли в вероучении еще что-нибудь помимо этого буквального смысла? И каким образом можно понять подлинный смысл, хакикат?

Знаменитый философ Насир-и Хосров (XI в.), один из великих деятелей иранского исмаилизма, писал по этому поводу: "Позитивная религия (шариат) - это экзотерический аспект Идеи (хакикат), а Идея - это эзотерический аспект позитивной религии... Позитивная религия - это символ (митхаль); Идея - это символизируемое (мамтхуль). Экзотерика - это постоянная пульсация, осуществляющаяся в мировых циклах и периодах; эзотерика - это божественная Энергия, не подчиненная становлению".

Хакикат не может определяться догмами Предания. Но он требует Проводников, Инициаторов, которые ему следуют. Цикл пророчества закрыт; пророков больше не будет. Каким образом религиозная история человечества продолжается после "Печати пророков"? Этот вопрос и ответ на него составляют религиозный феномен шиитского Ислама, в котором профетология дополнена имамологией. Вот почему мы настаиваем на "пророческой философии" шиизма. Она содержит в себе полярность шариата и хакиката; ее миссия заключается в сохранении и спасении духовного смысла божественных Откровений, т.е. тайного, эзотерического смысла. От этого зависит существование духовного Ислама. Иначе произойдет погружение Ислама в процесс, который уже пережило Христианство: процесс вырождения богословских систем в социальные и политические идеологии, вырождения богословского мессианизма в мессианизм социальный.
 

К сожалению, европейские исследования Ислама грешат именно таким подходом. Не проводился глубокий анализ философских работ. Практически полностью исследователи пренебрегали шиитским фактором, в то время как многие постулаты исламской философии и смысл суфизма не могут быть рассмотрены вне зависимости от смысла шиизма. К примеру, исмаилитский шиизм, своего рода исламский Гнозис, со своими обширными темами и разработанной лексикой, уже существовал до рождения философа Авиценны и предопределил работы последнего.

Философское мышление в Исламе не сталкивалось с проблемами т.н. "исторического сознания", но основывалось на двойном движении: исхождении от Начала (мабда`) и возвращении к Началу (ма`ад) в вертикальном измерении. Формы мыслятся здесь, скорее, в пространстве, чем во времени. Наши мыслители видят мир не в "эволюции" на горизонтальной плоскости, но в восхождении, прошлое находится не позади нас, но "под нашими ногами". На эту ось нанизаны смыслы божественных Откровений, соответствующие духовным иерархиям, уровням вселенной, открывающимся с порога метаистории. Такое мышление разворачивается, не считаясь с запретами догматического Предания. На этом пути оно может столкнуться лишь с шариатом, в том случае, если им отрицается хакикат. Такое отрицание часто было характерно для буквалистов и докторов исламского права.

Однако не философы открыли эту драматическую страницу. Эта драма началась на следующий день после смерти Пророка. Все учение, преподанное шиитскими Имамами, дошло до нас в виде обширного корпуса, позволяющего нам проследить, почему в XVI в. в сефевидском3 Иране этой философии суждено было пережить великолепный ренессанс.

На протяжении веков идеи, направляющие шиитскую профетологию не прерывались в своем развитии. Вот темы, вытекающие из нее: утверждение идентичности Ангела Знания (Акль фааль, активный Интеллект) и Ангела Откровения (Рух аль-Кудс, Святой Дух, Ангел Гавриил); тема пророческого знания в гносеологии Фараби и Авиценны; идея о мудрости греческих Мудрецов, происходящей из "Ниши светочей пророчества"; идея о существовании хикмат илахийа, теософии, не являющейся ни философией, ни теологией в обыденном смысле. Именно отделение теологии от философии, восходящее на Западе к латинской схоластике, является первым симптомом "метафизического обмирщения", приведшего к отделению веры от знания и в пределе к идее "двойственной истины", проповеданной если не Аверроэсом, то его последователями-аверроистами; однако этот аверроизм справедливо отделял себя от пророческой философии Ислама. Западной наукой он долгое время рассматривался в качестве последнего слова исламской философии, в то время как он был всего лишь тупиком, эпизодом, игнорировавшимся мыслителями восточного Ислама.

Ограничимся несколькими текстами, содержащими учение шиитских имамов, которые позволят нам понять взаимопроникновение коранической герменевтики и философского размышления. Например, утверждением 6-го Имама Джафара Садыка (ум. 148/765г.): "Божья Книга подразумевает четыре толкования: существует буквальный смысл (ишарат); есть аллюзивное значение (ибарат); существуют тайные смыслы, относящиеся к миру сверхчувственного (латаиф); имеются высокие духовные доктрины (хакаик). Буквальный смысл предназначен для всей общины правоверных (авамм). Аллюзивное значение касается элиты (хавасс). Тайные смыслы доступны Друзьям Бога (Авлийа). Высокие духовные доктрины могут быть познаны лишь пророками (анбийа, мн.ч. от наби)". Или согласно другому объяснению: буквальный смысл постигается прослушиванием; аллюзия - духовным пониманием; тайные смыслы - благочестивым созерцанием; высокие доктрины ведут к интегральной реализации Ислама.

Эти постулаты перекликаются со словами 1-го Имама Али ибн Аби Талиба (ум. 660 г.): "Не существует ни одного стиха в Коране, который не имел бы 4-х смыслов: экзотерического (захир), эзотерического (батин), предельного (хадд), относящегося к божественному замыслу (моттала). Экзотерический - для пересказа; эзотерический - для внутреннего понимания; предельный объявляет о дозволенном и недозволенном; божественный замысел - это то, что Аллах предполагает реализовать в человеке посредством каждого стиха".

Эти четыре смысла равны по количеству упомянутым выше католическим. Однако они несут в себе другую нагрузку: смысловое различие является производным от человеческой духовной иерархии, уровни которой обусловлены внутренними способностями. Имам Джафар намекает также на 7 модальностей "нисхождения" (раскрытия) Корана, затем определяет 9 возможных способов чтения и понимания коранических текстов. Этот эзотеризм ни в коем случае не является позднейшим измышлением, поскольку он был присущ уже учению первых Имамов.

В согласии с 1-м Имамом один из наиболее знаменитых сподвижников Пророка Абдулла ибн Аббас воскликнул однажды посреди огромного количества людей, собравшихся на горе Арафат (в 12 милях от Мекки), намекая на аят Корана 65.12 (относящийся к творению Семи Небес и Семи Земель): "О, люди, если бы я дал Вам тот комментарий этого аята, который услышал от Пророка, Вы бы забросали меня камнями!" Этот пример хорошо характеризует отношение буквалистского и законнического Ислама к Исламу эзотерическому. Он облегчит понимание шиитской профетологии, приведенной ниже.

К самому Пророку восходит хадис, ставший кредо всех эзотериков: "У Корана есть внешнее проявление и скрытая глубина, экзотерический и эзотерический смыслы; эзотерический смысл, в свою очередь, таит в себе еще один эзотерический смысл (эта глубина в глубине, подобная картине небесных Сфер, каждая из которых содержит другую); и так далее - 7 эзотерических смыслов". Этот хадис является фундаментом как шиизма, так и суфизма. Та`лим, инициатическая функция, которой наделен Имам, не может быть отождествлена с церковным авторитетом в Христианстве. Имам, "Божий человек", является посвященным; та`лим принадлежит к сфере хакаик (мн.ч. от хакикат), т.е. эзотерики (батин). Наконец, это функция 12-го Имама (Махди, скрытого Имама, ожидаемого Имама), который в конце нашего Эона полностью раскроет эзотерический смысл всех божественных Откровений.

Эзотерическая идея, составляющая суть шиизма, плодотворно развивалась и за пределами собственно шиитской среды, среди суфиев-мистиков и среди философов. Мистическое погружение достигалось неоднократным произношением коранического текста в надежде найти его подлинный смысл. Однако это не было чисто суфийским новшеством. Можно привести пример Имама Джафара, ученики которого каждый день в тишине медитировали над канонической молитвой (салат). "Я не прекращаю повторять этот стих до тех пор, пока я слышу Ангела, произносящего его Пророку".

Здесь нужно отметить, что наиболее древний духовный комментарий к Корану составлен на основе учения шиитских Имамов их учениками. Эти труды были затем собраны суфиями. Тексты 1-го и 6-го Имамов заняли достойное место в предисловии к мистическому комментарию Рузбехана Бакли из Шираза (ум. 1209 г.), собравшего помимо результатов личного мистического опыта свидетельства своих предшественников (Джунейда, Сулами и т.д.) В XII в. Рашид ад-дин Майбуди составил монументальный комментарий на персидском языке, состоящий из тафсира и та`виля. Вместе с комментарием (Та`вилят), составленным представителем школы Ибн Араби Абдураззаком Кашани они составляют 3 наиболее знаменитых комментариев ирфани (мистико-гностическое объяснение Корана).

Хадису о "семи эзотерических смыслах" посвящен анонимный опус (датирован 1331 г.), показывающий, что семь смыслов соответствуют степеням, на которые разделяются взыскующие Духа, а каждому из этих уровней соответствует свой модус бытия и свое внутреннее состояние. Эта функция семи смыслов соответствует семи духовным степеням, которым посвятил свой комментарий Семнани (ум. 1336 г.).

Скажем больше. Не комментируя Коран полностью, многочисленные философы и мистики размышляли над хакикатом отдельных сур и стихов (аят о Свете, аят о Троне). Все это вместе составляет значительный корпус литературы. Еще Авиценна написал Тафсир к многим стихам. Приведем, например, начало его комментария к предпоследней, 113 суре Корана: "Я прибегаю к Господу рассвета" (113.1). Т.е.: к тому, кто осветил мрак небытия светом бытия, к примордиальному Принципу, к самодостаточному Бытию. И этот рассвет, вытекающий из его абсолютного блага, является первым намерением, присущим ему. Первая из сущностей, исходящих из него, (первый Интеллект) является его первым исхождением (эманацией). Зло не существует нигде кроме как в тьме, сокрытой от светового излияния Первой Сущности, т.е. в замутненности, характерной для субъекта, произошедшего из его сущности". Эти строки показывают, как и почему духовное толкование Корана заняло свое место среди источников философского мышления в Исламе.

Данная работа не позволяет процитировать здесь другие подобные примеры (анализ философских и мистических Тафсиров остается задачей для будущих исследователей). В монументальной работе Муллы Садра из Шираза (ум. 1640 г.) фигурирует шиитский Тафсир нескольких сур Корана, занимающий целых 700 страниц. Его современник Сейид Ахмад Алави составил философский Тафсир на персидском языке. Абу`ль Хасан Амили Исфахани (ум. 1726 г.) составил сборник тавилей (Мират аль-Анвар, Зеркало светочей), настоящие пролегомены ко всей шиитской герменевтике Корана. Шайхитской школе принадлежит большое количество комментариев ирфани к отдельным сурам и стихам. Нужно упомянуть и большой комментарий, составленный в наши дни в Иране шейхом Мухаммедом Хуссейном Табатабаи.

В начале XIX в. другой шиитский теософ Джафар Кашфи поставил своей задачей духовную герменевтику. Этот автор объясняет, что герменевтика подразделяется на три степени: тафсир, тавиль и тафхим. Тафсир в строгом смысле этого слова является буквальным толкованием; он составляет основу канонических исламских наук. Тавиль (этимологически означает "приводить" вещь к своей причине, своему архетипу, асль) является осью духовной направленности и божественного вдохновения. Наконец, тафхим(буквально "заставляющий понять", высшая герменевтика) - это наука, основой для которой является акт Понимания Богом и инспирация (ильхам), для которой Бог является одновременно субъектом, объектом и целью, или источником, органом и сущностью. В связи с этим он подразделяет философские школы согласно степеням понимания. Тафсир, исходя из понимания хакиката, соотносится со школой перипатетиков. Тавиль соответствует философии стоиков (хикмат аль-Равак), т.к. эта наука открывает Завесу, вуаль (хиджаб, равак, Стоя; остается проследить идею влияния стоической философии на философскую мысль в Исламе). Тафхим или трансцендентная герменевтика - это восточная мудрость (хикмат аль-Ишрак), которую разрабатывали Сухраварди и Мулла Садра.

Уже анонимный опус, процитированный нами выше, позволяет проникнуть в суть такой герменевтики, правила которой были сформулированы шиитскими Имамами. Толкование Корана задается вопросами: о чем говорит этот текст на определенном языке и в определенное время, какую вечную истину он открывает? И как разворачивается процесс этого Откровения?

Эти вопросы, поставленные теософом-мистиком, можно лучше понять в контексте той смуты, в которую ввергла мусульманское общество в IX в. школа мутазилитов. Основным вопросом для этой школы был: "Сотворен Коран или несотворен?" Согласно богословам-мутазилитам Коран сотворен. В 833 г. халиф Мамун принял эту доктрину и развязал жестокие преследования против ее противников-ортодоксов, продолжавшиеся 15 лет. Однако затем халиф Мутаваккиль принял ортодоксальную точку зрения и стал преследовать уже мутазилитов. Для философа-мистика сама постановка подобного вопроса представляется неправильной. Обе альтернативы - сотворенный или несотворенный - не замечают, что разворачиваются в разных состояниях реальности, не противоречащих друг другу. Все ведь зависит от способности постичь истинное соотношение между Словом Божьим и словом человеческим. К сожалению, ни официальные власти, занимавшие в конфликте то одну, то другую сторону, ни богословы-диалектики, вовлеченные в спор, не располагали философской подготовкой, достаточной для того, чтобы разрешить эту проблему. Все усилия великого богослова Абу'ль Хасана аль-Ашари были направлены на обращение к вере, "отвергающей вопрос как".

Западному философу или критику гораздо удобнее иметь дело с теологами Калама, чем с философами ирфани, не умещающимися в обычные рамки. Западный философ убеждает мусульманского мыслителя отказаться от духовной герменевтики в пользу исторической критики, пересадить его на чуждую ему почву, навязать ему точку зрения, исходящую из чуждых ему предпосылок современной западной философии. Западник, к примеру, стремится понять Пророка, исходя из его окружения, образования, способностей. Теософ-мусульманин же задается другим вопросом: как истина может быть исторической, и каким образом история является истиной?

Главная забота философа-ирфани - соотнести гносеологию с профетологией, чтобы трансформировать божественное Слово в человеческое высказывание. Герменевтик ирфани старается понять пророков, особенно Пророка Ислама, размышляя над модальностями связи пророка не со своим временем, но с вечным Источником, из которого исходит послание, Откровение, воплощающееся в тексте. Дилемме, которой одержим историцизм, философ ирфани противопоставляет утверждение о том, что вечная сущность Корана, его хакикат - это божественное Слово или Логос (Калам аль-Хакк), неотделимый от божественной Сущности и пребывающий вместе с ней в вечности без начала и конца.

Несомненно, что в данном случае мы имеем дело с событиями, совершающимися в вечности. Но для чего тогда упоминаются конкретные события? Не абсурдным ли представляется говорить о словах или поступках Авраама или Моисея еще до того как Авраам или Моисей были приведены к земному существованию? Об этом пишет Семнани, настаивая (здесь он основывается на аяте Корана 41.53) на техническом различии между заман афаки, количественным временем объективного мира, гомогенным и протекающим во внешней истории, и заман анфоси, качественным внутренним временем души. Прежде и после в двух этих временах имеют разное значение. Существуют совершенно реальные события, не имевшие места в эмпирической истории. Сейид Ахмад Алави также замечает, столкнувшись с этой проблемой, что при восприятии вечных структур последовательность форм уступает их одновременности. Время становится пространством. Эти мыслители предпочитают рассматривать формы в пространстве, нежели во времени.

Все предыдущие размышления призваны показать способ Понимания, постулируемый толкованием духовного смысла, обозначенный термином тавиль. Шииты и особенно исмаилиты изначально должны были быть особенно искушенными в науке тавиль. Чем более для нас явственно, что тавиль несвойственен нашему обыденному мышлению, тем более он заслуживает нашего внимания. В мире, свойственном ему, он не несет в себе ничего искусственного.

Слово тавиль составляет вместе со словом танзиль пару контрастных, но взаимодополняющих терминов. Собственно танзиль обозначает позитивную религию, писание, продиктованное Пророку Ангелом. Оно спускает Откровение из высшего мира. Тавиль наоборот означает возврат, возвращение к истоку, возвращение к истинному и изначальному смыслу писания. "Это значит возвратить вещь к своему истоку. Тот, кто практикует тавиль, возвращает возвещенное из его внешнего проявления (экзотерики, захир) к своему смыслу, хакикат" (Калам-э Пир). Тавиль - это внутреннее духовное толкование, толкование символическое, эзотерическое. Толкование подразумевает ведущего (толковника, Имама для шиитов), под процессом толкования подразумевается исход (ср. с исходом из Египта), исход из метафоры и из поклонения букве, исход из ссылки, с Запада экзотерического проявления на Восток тайной и изначальной идеи.

Для исмаилитского гнозиса исполнение тавиля неотделимо от нового духовного рождения (виладат руханийа). Толкование текстов (экзегесис - древнегреч.) неотделимо от экзегесиса души. В практике оно воплощается как наука Весов (мизан). С этой точки зрения алхимический метод Джабира ибн Хайана является всего лишь частным случаем применения тавиля: скрыть явное, проявить потаенное. Другие пары терминов также формируют лексику исламской философии. Маджаз - это фигура речи, метафора, в то время как хакикат - это истина, реальность. Буква сама по себе является метафорой Идеи. Захир - это экзотерическое, проявленное, буквальная явленность, Закон, вещественный текст Корана. Батин - это тайное, эзотерическое. Текст Насира-и Хосрова, приведенный выше, постулирует эту полярность.

Короче говоря, во всех трех парах терминов - шариат и хакикат, захир и батин, танзиль и тавиль, речь идет об отношении символа к символизируемому. Это строгое соответствие должно уберечь нас от смешивания символа и аллегории. Аллегория - это более или менее искусственное соотнесение частных вещей с абстракциями, доступное и другими способами. Символ - это единственно возможное отображение символизируемого. Он никогда не может быть дешифрован один раз и навсегда для всех. Символическое восприятие оперирует с трансмутацией непосредственных (чувственных, буквенных) данных; оно делает их прозрачными, транспарентными. Если при транспаренции, переносе произошла ошибка, невозможным становится переход с одного плана на другой. Соответственно, без множественности состояний бытия, составляющих восходящую перспективу, символическое толкование теряет смысл, оборачивается функциональной и смысловой ошибкой. Такое толкование предполагает теософию миров, каждый из которых символизирует другой: миры духовные и сверхчувственные, макрокосм или Homo Maximus (Инсан Кабир) и микрокосм. Подобная философия "символических форм" получила замечательное развитие не только в теософии исмаилитов, но и в трудах Муллы Садра и его школы.

К этому необходимо добавить, что способ мышления, предполагаемый тавилем, соответствует общему типу философии и духовной культуры. Тавиль приводит к жизни образное сознание, которое было описано уже философами Ишракийун, а Мулла Садра придал ему главенствующую функцию и поэтическую ценность. Это справедливо не только для Корана, но и для Библии: для некоторых читателей, размышляющих над их текстами, эти Книги содержат не только явный смысл. Это не искусственная мыслительная конструкция, но факт инициатической апперцепции, несводимой к одному значению, как несводим к ней какой-либо цвет или звук. На этом факте основана значительная часть персидской литературы, ее эпоса и лирической поэзии. Данный процесс начался с символических рассказов Сухраварди, пример которому подал Авиценна. "Жасмин Верных любви" Рузбехана из Шираза с начала до конца свидетельствует о восприятии пророческого смысла красоты творений, с помощью фундаментального и продолжающегося тавиля чувственных форм. Тот, кто понял Рузбехана, не удивится тому, что большое количество иранских читателей придает мистический смысл стихотворениям своего великого соотечественника Хафиза Ширази.

Эти короткие замечания позволяют понять, почему Коран способствовал философским размышлениям в мусульманской среде. Аяты Корана повлияли на философскую культуру Ислама потому, что гносеология здесь вытекает из профетологии и потому, что "метафизическое обмирщение", восходящее на Западе к латинской схоластике, здесь не имело места.

Итак, если "пророческое" качество данной философии вытекает из этого источника, то его структура унаследована из предыдущего философского наследия, получившего новую жизнь и оригинальное развитие благодаря многочисленным поколениям переводчиков.

Примечания:

В конце июня 1959 года в Москве состоялось беспрецедентное событие — показы парижского Дома Christian Dior. Репортаж о событии, которое еще в советскую эпоху превратило имя Christian Dior в синоним роскоши, шика и всей французской модной индустрии в целом.




«Дом мод Кристиана Диора будет демонстрировать коллекцию летних моделей
в спортивном клубе «Крылья Советов». Конечно, женщинами овладело желание попасть
в это святилище соблазнов».

Феноменология Иуды

Когда о Сатане говорится,что благодатью распятия над ним была одержана победа,уже не следует поносить побеждённого из поколения в поколение,со дня на день хулить Его. Ежели грех Адамов был искуплён мученичеством на кресте, падшая природа человека коренным образом преобразилась и облеклась в свет божий подвижничеством Христа,тогда у Адамовых колен должно изыматься дарёное от древа познания. Поскольку этого не свершилось,богослову долженствует прояснять,как возможно после распятия облечение в свет божий той способности к познанию,коя посредством искушения была дарена Адамовым коленам от Денницы. То,что в Адаме укоренилось и проявилось как демоническое,мерзостное для Творца, за что соблазнённый первочеловек был проклят и отринут на все времена,должно деифицироваться. Это означает,что преображённый плод от древа познания сынам Адама должен преподноситься из десницы самого Бога.

Безгрешной жизнью и восшествием на крест Исуса с Адама было снято проклятие,тем не менее отцы церкви,созерцая мерзости смертных,толкуют это указывая на изначальную падшесть и греховность Адама .Отсюда выходит,что даже своим мученичеством на кресте Исус не смог вырвать в Адаме тот изначальный корень, кой был преподношен от древнего Змия отцу рода человеческого, как познавательная способность. В богословской экзегетике ответа на это нигде нет.

Христос как совмещающий в Себе две природы - божью и человеческую,пришёл человеком среди людей. Он ступал по земле как смертный,дышал,лицо у Него покрывалось потом и пылью, у Него волосы,борода и ногти росли. Он сидел посреди своих учеников за трапезой и обламывал хлеб. Каким образом вошёл Бог в смертном, что Он полностью очеловечился? Если Бог полностью обосновался в человеке,тогда мы должны ведать от богословов,как получил вочеловечившийся Бог от человека дарёное Адаму от древа познания способность к постижению. Вкушение плода Адаму вменилось в великий грех. В это же время обретшее разумение была единственной способностью,посредством которой Адам начинал постигать землю. По священным книгам это было проникновением сатанинского вовнутрь Адама,за что он был во веки веков проклят. Как Бог, вочеловечиваясь, овладел этой способностью? Ведь невозможно,чтобы Бог полностью обосновываясь в человеке,отмежёвывался от этого проклятого дара смертного.За этим следует,что Бог ,вочеловечиваясь,причастился к тому,что Он когда-то так яростно проклял.Бог, вошедши в смертном,овладел тем отринутым разумением,которое было преподнесено первочеловеку от Сатана путём совращения. Можем ли мы выразить словом то,как овладел Богочеловек сатанинским даром человека? Каким образом сошёлся с божественной природой то, что было проклято и отлучено от Бога на веки вечные самым Богом? Исус об этом нигде не говорит. Из учеников никто не вопрошает Учителя об этом.Даже сам Иуда, являвшийся в Евангелии от Иуды выдающимся учеником,ни слова не спрашивает об этом у Учителя.

Бог,явившийся в образе человека,вещающий и рассуждающий о мире, совершает это Самым Собой? Или Он высказывается о мире с помощью того разумения человека,за что всякие колена Адамовы от века веков стали богопротивными? Каким образом и когда преображает Исус в Себе Самом дарёное человеку от древнего Змия способность к постижению?

Такое великое раздумие следует за этим библейским мифом,кой сообщает нам скорбную весть о первородном грехе.После распятия,когда все крещёные и оглашенные рассуждают и постигают,это та же самая способность познания, преподнесённая Адаму от Сатана, или уже что-то совсем другое? Если и то и другое совмещаются в человеке,тогда как этот последний должен облечь это во внятные понятия ? В писаниях богословов ответа на это не найдём.

Каков ноогенез(развитие мышления) после Христа и в человеке что осталось от дарёного Сатаном разумения после распятия Христа? Если этот дар в человеке преобразился мученичеством Спасителя,тогда отчего внутренне не ощущаем, отчего не чуем сердцем и не можем вникнуть и растолковать себе это?Если этот окаянный дар не преобразился и остаётся тем же,как мы,стоящие во Христе, замечаем и разумеем эту несхожесть? Кто тот,кой в себе самом воистину прочувствовал грех Адама? Кто тот,кой в себе самом после крещения прочувствовал избавление от первородного греха? Я,один из потомков Адама,ставящий эти вопросы и высказывающийся таким образом,совершаю это посредством проклятого Адамова разумения или я совершаю это посредством преображённого Христова разумения? Если в писаниях отцы церкви часто говорят о своём скорбном и жгучем чувстве первородного греха,о смятенности души,отчего никто из этих отцов не написал ни слова о том, как они испытывают ,что дарёное от древнего Змия разумение очистилось и облеклось во свет божий после распятия? Как отцы могут бесконечно виниться за тот грех,кой был искуплён по их же неотступному утверждению? Иль это превратилось в обязательную,выхолощенную теологему,в замысловатый богословский стандарт для укрепления видимости кротости и совестливости?

Бог,войдя во плоть человека,долго жил мирской жизнью.Ради искупления греха Адама Он страдал на кресте и спас род людской от безысходной участи, принёс в страждущий мир радость и утешение, тем не менее Он не смог избавить нас,ищущих познания,от сумрачных дум.Он только приумножил и сделал обременительнее наши раздумия. Ежели Он изъял от нас разумение вкусившего плод Адама, как греховное,проклятое и противное Богу,что Он преподнёс нам взамен,чтобы избавить нас от столь многих мучающих и пронзающих нас вопросов?
 

О,внемлющие мне,собрались вы вокруг меня и безмолствуя стремитесь постичь сказанное мной слово. Это слово искоренило из вас злопыхательство и невежественные порывы.Теперь я скажу о том,как Денница вошёл в человека и какое раздумие породило вхождение Сатана в смертного.Присущий Евангелию дуализм и непрестанное проклинание древнего Змия только растравливает рану, порождённую этим раздумием, а не залечивает её.

В иудейских писаниях,а именно в книгах царей и пророков настигшее сынов Яакова несчастие и разруха толкуется и понимается как кара Господа Саваофа. Изгнание израелитов пророки приписывают Богу, а не Сатану.Это расплата за грехи и мщение исходящее от Елогима Саваофа.Пророки и раввины не обвиняют Сатана в разрушении Иерусалима и в осквернении его святилища.В этом проявляется карающая десница Бога, а не Сатана.Если бы летописи иудейских царей составляли христиане,мы бы узрели безудержное охаивание Сатана,как это свойственно церковным книгам.

Ежели ассирийцы,аммонитияне,филистимляне поклонялись Ваалу,Дагону и прочим богам,в иудейских текстах не говорится об этих народах и их богах,что они идут в ученики к Сатану и все их боги являются сатанинскими. Об израильских царях поклоняющихся Ваалу,не говорится,что они поклонялись Сатану.В книгах говорится о «чужих богах».Небог(ло ели) не означает Сатана.

Христиане же называют всех нехристиан последователями Сатана.Для христиан все боги кроме Распятого являются Сатаном. Все еретики-христиане воспламеняются от Сатана.Все христианские течения друг для друга являются сатанинскими.(Вся история христианства это хроника взаимных проклятий,отлучений,беспрерывной вражды и долгих подозрений.) Неужели фарисеи и саддукеи когда-нибудь говорили друг о друге,что их идеи являются сатанинскими? Неужели люди Закона Моисея говорили о вероотступниках,крещёных израильтянах,что их ввёл в искушение не кто иной, а Сатан? Христиане же об израильтянах,оставшихся последователями Торы,говорят жуть сколько лихого.Многими отцами церкви говорится,что их заставил упрямствовать Совратитель и они не послушались Христа. До нынешнего дня это так и остаётся.

В христианском богословии произошла большая тривиализация Сатана. Невежа человек и в этом обвиняется Искуситель.Покровом бесправия и насилия облекает себя ближний и за это мирские и церковные люди обличают опять-таки Сатана. Если совершается ложь,предательство,разврат,всякое лихое дело,испокон веков,от мала до велика,всеми во всём обвиняется Сатан. Богословы не выясняют чем отличается зло возбуждённое от низости человека от того зла,что возбуждается от Сатана. Ежели богословы скажут,что всякое зло возбуждается от Сатана,это означает,что шехина Сатана присутствует по лицу земли в избытке и в живительной силе своей.И если это так,отчего человек не продвинется и не обретёт постижение от Того,кто дал вкусить Адаму плод познания? Грешничает человек весьма и совершает не счесть лихого,однако он остаётся таким же глупцом и невеждой.Грехами и скверной наполнится человек и всё-таки ничего не спросит о познании. Когда кающийся грешник искренне уверяет причт,что его совращал Лукавый,отчего мы все с лёгкостью верим кающемуся,пишем о нём книги,лишь бы создавалась видимость победы добра и возможность обличения Сатана?

Иуда,мать коего была Лея,и его полубратья продали своего младшего брата Иосифа за двадцать серебренников.Иосиф затем скажет,что это было от Бога (Бытие,45:5). Если это было от Бога,как Он будет взыскивать с Иуды и его братьев за продажу Иосифа? Если бы братья не продали Иосифа, что сказал бы Бог о пошедших против Его воли? Если бы вельможа Иосиф отомстил братьям находящимся в Египте,что сказал бы Бог? Господь осуществляет свой замысел грехопадением старших братьев Иосифа,но абы они воспротивились этому замыслу божиему, указывая на заветы веры,как бы с ними поступил Бог? Бог, а не Сатан наущает братьев на содеяние греховного по отношению к Иосифу.

Иуда Сикариот(Искариот-ложное имя)предал Исуса за тридцать серебренников и согласно Евангелию он это содеял наущением Сатана.До этого в Писании сказано,что ещё не пробил час и гонители Исуса не могли схватить Его. Не споспешествовал Денница гонителям Исуса,дабы они Его схватили.Пробил час и Иуда помог гонителям узнать и схватить Учителя.Сатан вошёл в Иуду. Если это так, тогда как должно быть взыскано с Иуды за предательство Учителя? Иуда воплотил в жизнь замысел Бога.Не свершилось бы искупление греха Адамова восшествием на крест,если бы не предательство Иуды. Это забывают и на Иуду воздвигают хулу столь исступлённо,будто сами были там учениками Равви из Галилей. Если бы Иуда не предал Учителя,как сложилась бы судьба учения Христова? Было ли возможно, чтобы Иуда своей человеческой природой восстал против искушения предать Учителя? Если он мог это совершить,тогда мы должны заключить,что Иуда выступил бы против воли Бога. И если он не смог удержаться от искушения и предал Учителя,этим отменяется всякое суждение о свободе человеческого деяния.

Неужели Сатан не видел,что после распятия врата Его обители будут повержены и Он будет одолён Исусом? Князь мира сего,Денница не допустил бы этого. Сатан должен был стремиться к тому,чтобы Исус оставался неприкосновенным.Если распятие было неминуемой участью Исуса,на что Учитель неоднократно указывает в своей проповеди,тогда Деннице не следовало так упорствовать в умертвлении Равви из Галилей.

Если Он, как человек и как Бог отказался бы от распятия,просто увильнул бы от предопределённого ему мученичества,кем бы Он стал,оставаясь жить на земле плотником? Абы Иуда наотрез отказался предать Учителя,мог ли Исус заклясть и заставить Иуду предать Его,дабы свершилось предначертанное свыше?Распятие было предопределением Христа,но было ли предопределено то,что именно Иуда предаст Учителя? Если это было предопределено,то тогда все изобличения Иуды и проклятия бессмысленны. В христианских книгах невозможно,чтобы Дьявол и Бог сговорились и воздвигли заговор против человека,как об этом повествует книга Иова.

Иосиф пришёл навестить братьев,находящихся на пастьбе.Они замышляют убить его.Рувим же сказал,что не убьём его.Иосифа бросают в безводный ров. Замысел Бога начинается с того,когда братья стали завидовать Иосифу за то,что отец сшил отроку красивую одежду? Или этот замысел начинается с того,когда Иуда и другие братья Иосифа продали его измаильтянам, как раба. Где здесь завершается человеческое деяние братьев Иосифа и с какого поступка начинается деяние Бога? Талмуд и Галаха являются регламентацией предписаний и ритуалов.О таких вопросах в них ничего не говорится.

Если апостол Иуда, после того, как от него отошёл Сатан,раскаялся за предательство Учителя,он раскаялся самостийно или Бог внушил ему каяться? Если Тьмяной вошёл в Иуду с тем умыслом,чтобы свершилась цель Исуса,тогда здесь что-то не укладывается.По-простецки,незатейливо и злорадно сочинённая весть об Иуде стала источником нравственных и обличительных суждений в течение многих веков. Когда мы говорим, что здесь что-то не укладывается,подразумеваем корреляцию между добром и злом а также учение о свободном выборе человека.

Колоссальное раздумье,только прояснившееся,смутит и повергнёт в трепет небеса.Поглядим, какое море простецких, бесхитростных суждений и этических потуг образовалось вокруг него.Когда Сатан вошёл в Иуду,колебался ли этот навеки окаянный апостол в деле предательства Исуса? Евангелие не даёт слово Иуде.Он изначально выведен законченным предателем,пропащим учеником.

Человек решившийся на предательство,делает это от того,что в него входит Искуситель? Неужели у Сатана нет иного ристалища,чтобы Он в каждом человеке становился свидетелем его низости и мерзости? Если всякий смертный имеет столь высокий человеческий статус,что каждая его кривда происходит по наущению Искусителя,тогда человек должен выразить и благодарность и печаль. Благодарность за то,что в мире Майи,в призрачности всего сущего зло до такой степени печётся о человеке и оно проявляет себя в таком яром и наглядном виде. А печаль человек должен выразить за то,что он всё-таки не в силах постигать зло и остаётся несведущим в этом.

Невозможно,чтобы зло проявилось в яром виде в призрачности вещественного мира.Если бы это было не так,тогда проблема смысла не стояла бы перед познающим настолько остро.Вопрос о смысле предельно заострён у Екклесиаста.Вопрос смысла не что иное,как вопрос познания покрывала Майи. Царствование Майи тотально и абсолютно,однако что тотально и абсолютно,как оно может быть лишённым смысла? Властвование Майи мы не постигли должным образом. Махамайя всеобъемлюща на веки вечные.Она имеет двойственную сущность.Она и асура(демон) и деви(богиня). В призрачности мира Майи было ль подлинным вхождение Сатана в Иуду и его предательство? Как мы можем убедиться, что во всеохватной призрачности и тщете случаются истинно божественные проявления? Как мы можем убедиться,что в суетности и бренности сего мира явление Бога тоже не суета и тщета? Как из бренья рождается мысль о самой бренности? В непреходящести призрачности сего мира как мы можем подступиться к вопросу о смысле вещей?

Во всём мире нигде не найти такое огромное количество писаний,созданное для изничтожения и охаивания одного человека –апостола Иуды.Среди апостолов Иуда был первым.Он пользовался огромным доверием Учителя и был человеком многопостигающим.Если именно в него вошёл Сатан,выходит,что из апостолов только Иуда постигал слово, изречённое Учителем.Если бы Сатан не вошёл в него,как поступил бы он,чтобы свершилось распятие и искупление? После этого предательства,ставшего притчей во языцех,отчего Искуситель не заступился за Иуду? Дьявол,войдя в Иуду,наделил его той мудростью,чем Дух божий предумышленно обделил остальных апостолов? Здесь также вырисовывается отвергнутый в христианском богословии вопрос о судьбе человека.Если Искуситель вошёл в Иуду,выходит,что он опередил Дух божий. Иначе Дух божий дал войти Лукавому в Иуду.Если Сатан норовит погубить Исуса предательством Иуды,выходит, что Он не ведает о замысле Спасителя и Его Отца.Если Денница ведает об этом и тем не менее подготавливает предательство Иуды,тогда Денница пребывает в сговоре с Богом,как мы это узнали из книги Иова.По Писанию, благодатью распятия Сатан был повержен,однако невозможно,чтобы Лукавый споспешествовал своему поражению.

После искушения князем мира сего Иуды, оный апостол преобразовался в человека Лукавого.Иуда является единственным человеком,кто воспринял и прочувствовал внутри себя шехину Искусителя. Лукавый,вошедши в человека, не мудрствуя лукаво выходит из него и не оставляет никакого отпечатка в нём? Евангелие пытается уничижить и смешать с пылью ту великую демонофанию,сия свершилась внутри Иуды.Или сочинитель этой вести не ведал с чем он стал тягаться и не думал о том,какие вопросы следуют за вестью об Иуде. Великий замысел вселенской новой веры без участия зла не мог претворится в жизнь.А то, что сие зло навеки проклинается с амвонов всех церквей мира,уже имеет ничтожное значение.Зло положило свою непредотвратимую долю в величественном шествии Исусовой проповеди по всему миру.

О,Иуда,ты тот,кто не выдал великое потаённое.Никто не попытался тебе самому дать возможность высказаться.Только лишь хула и проклятия слышны,когда люди начинают судить о тебе. Из-за тебя последователи Христа с размахом стали поносить иудеев и придерживающихся Торы навеки обвинили в убийстве Искупителя.Если мы будем следовать этому духу поношения иудаистов,возникает такой вопрос: апостол Иуда предательством Учителя довершил дело защитников Моисеева закона и он содействовал иудеям,чтобы они оставались последователями Торы.Первосвященник Каиафа и его община поискали ли прах Иуды и захоронили его после того,как предатель, снискавший славу навеки окаянного,согласно Писанию,повесился? Иуда, содеяв предательство, помог делу Моисеевой веры и осуществил цель фарисеев,когда те тщились схватить и казнить Христа.Из обстоятельства поношения людей Торы христианами только так может быть,что иудаисты должны воздать почесть апостолу Иуде. Был ли Иуда соумышленником фарисеев?

Внемли Яаков и ответь мне.Так ли захирела и запустела вера Моисеева,так ли иссякла сила духа Ильи,Елисея,Исаий,Иеремий,Иезекииля,что иудеям в деле защиты Торы содействует сам князь мира сего,обуяв Собой Иуду? Это поклёп на Тору и книги пророков,когда говорится,что Сатан вошёл вовнутрь Иуды. Дьявол ли защитил таковым злохитрием иудеев от проповеди Равви из Назарета? Стала ли нуждаться Тора в попечительстве Лукавого? Ни у одного раввина,ни у одного толкователя веры об этом не сказано ни слова. У наставников Талмуда всего только и говорится,что Исус Назаретянин мучается в луже кала за раскол веры.

По писанию,Иуда после того,как он предал Исуса,обратно предлагал фарисеям серебренники и они отказались взять эти деньги(Матф.27:4). Это тоже моралистический изворот.Если они отвергают предавшего Христа Иуду,тогда выходит,что фарисеи втайне соглашаются с Равви из Назарета,страшатся его угроз и порицают Иуду за предательство.Кто из фарисеев когда и каким образом распознал,что Иуда предал Учителя тогда,когда Дьявол вошёл в него и он проникся духом Лукавого? Сам Иуда как прочувствовал,что Он самый,Сатан вошёл в него? Обитатели низших миров водятся страсть сколько.Так и низших миров полно.Иуда как постиг,что именно великий владыка всех низших миров,а не какой-либо демон вошёл в него?

Вхождение Дьявола в человека величайшее диво,тем не менее познающий должен спросить:является ли подобный инзорцис необходимым условием того,что человек исполнится чёрной благодатью и он как бусину,бросит себе на ладонь всё Творение.После подобной сатанофании и Пятидесятницы не нужно,чтобы человек исполнился величественным духом зла.Что осталось в сердце Иуды,когда Сатан вышёл из него? Если в Иудином сердце ничего не осталось,это является поражением и побеждённостью Сатана,человека и Творения. Судя по библейской вести об Иуде,в призрачном мире Майи даже Денница не может оставить отпечаток после того,как он входит во плоть и кровь человека,а затем отходит от него.

Сам Иуда не мог предать Учителя,если бы Сатан не вошёл в него? Евангелисты,люто враждующие с верой Моисеевой опять-таки приволокли за рога князя сего мира.Если Сатан вошёл в Иуду,кто узнал об этом,раз так было написано? Кому мог поведать Иуда ,что его внутренность пронизана Сатаном? В экзегетических книгах говорится и то,что Иуда по своей воле выбрал преисподнюю.Если Иуда выбрал по своей воле,тогда как и зачем вошёл в него Сатан? Неужели так пребывает человек в бренном мире,что по своей воле выбирает лукавство и Лукавый устремится,чтоб войти в него? Так ли измельчали у князя сего мира дела,что лишь бы кто-то замыслил лукавство и Ему не терпится войти в человека и обуять грешника духом зла? Скажем, человек перестал замышлять зло. Лукавый его покинет и тотчас же Бог войдёт в него?

И во зле заброшен и покинут смертный.Не сможет сказать великий грешник,что он когда-то испытывал внутри себя пришествие Лукавого.Это только лишь ради красного словца сказано,что за душу человека Бог и Дьявол между собой борются во все времена. Если рассудим жизнь человека по этому красному словцу,тогда в сочинениях великих естествоведов проявляется дьявольское или божеское?

И если Лукавый вошёл в Иуду,Бог так легко дал князью мира сего совершить умерщвление своего Сына? Кто-нибудь попытался обозреть вхождение Сатана в Иуду, как судьбу? Как должен человек замышлять то злое,которое совершается в отрыве от Сатана? Есть ли то доброе,которое отделено от Бога?

Как мог Господь уповать на благодарность потомков Адама за то,что Он пожертвовал жизнью единородного Сына,чтобы люди имели дотоле неизвестную им возможность спасения душ,когда Адонай,ярый Бог,Бог воитель Пятикнижия Моисеева (в хвалебной песни Моисея говорится: "Господь муж брани,Иегова имя Ему»(Исход,15:3)), буквально причитает в проповедях пророков за неблагодарность и низость израильтян? Отцовское благодеяние было осквернено,осмеяно и забыто человеком из дома Яакова даже после многих грозных предостережений от Елогима Саваофа,даже после того,как Он многократно жестоко взыскал с израильтян больше за неблагодарность,чем за отступничество и стал лютым врагом дому Яакова.На что уповал Бог воитель после стольких неблагодарностей со стороны жестоко Им караемого,упорствующего в кривде непослушного израильского племени? Священная летопись Израиля есть не что иное,как непреходящая распря между Господом и стойким во грехе людским родом.Это тяжба отмеченная тысячами убиенными Богом евреями и мерзостью запустения.

Кто вдумчиво читает книги пророков,он будет поражён тем,что Бог воин,Господь Саваоф до чрезвычайности сокрушается о падшести избранного Им племени. Бог сквернословит ужасно и покрывает матом сынов Израилевых. Это тоже является свидетельством истинности иудейской веры , уникальной и высочайшей совестливости духовных предводителей и соферимов(составителей священных книг). Не за религиозные изобличения,не за поклонение Ваалам, за волхвование и ворожбу умерщвляли или гнали взашей пророков соплеменники, а за то, что их проповедь была полна площадной бранью и люди божии, пророчествуя, ругали матом поголовно всех. Арийские боги в огромной толще индуистских писаний так не изобличают упрямствующих во грехе и нарушающих Дхарму индусов. В индуизме просто нет такого ярого духа обличительства. Это свойственно только лишь авраамитским религиям. Авраамов, Яааковов и Иовов Бог,Бог християн,Мухаммадов Бог дословно сыплют проклятиями и угрозами,без устали понукают паству.Здесь человек у Бога постоянно находится под подозрением.Нет нигде в мире таких писаний,где Бог или блаженный сонм богов столь остро переживали падение своего избранника.

Если пожертвование единородного Сына Отцом ради спасения навеки окаянных душ трактуется отцами церкви как проявление безграничной милости и неописуемого великодушия Бога,то отчего мы не знаем из летописи такого человека божиего,из уст коего Отец грозно глаголет и скорбит о неблагодарности крещёной паствы? Отчего нигде не глаголет Отец Сына-Искупителя у апостолов и позднее у отцов церкви и современных именитых проповедников,что Я дал вам Сына,которого вы были недостойны, что именем Сына Моего церкви ваши сделались обиталищем то ль швали в рясах, то ль лживо кающегося за атеистическое прошлое краснобайствующего либерального шантрапы и академического отребья?К чему столь огромное множество умствующих исусиков?

Разве мало зла в мире,чтобы Отец заговорил? Это ли возрождённое после сатанинского большевистского атеизма христианство? Разве поношение атеизма и предательский роспуск советской империи свидетельствуют о победе над Сатаном?Все эти религиозные проповеди и изобличение Лукавого с конца прошлого столетия оказались всуе.Не хлебами небесными,а земными спасся человек.Только хлебами!Только копейкой!Кесарь взял и кесарево и Богово.Как поражающе изолгался ныне человек,чтобы укрепить видимость вольности либеральной.Изолганный христианствующий либерал в недалёком будущем изолжётся ещё более именем прав человека и Бога.Отчего зло величественно царствует везде? Отчего голос ярого Бога , слышимый у древних пророков превратился в богословскую метафору и в увёртку ,дабы сокрыть немощь духа? Отчего совсем перевелись люди божии? Где та благодать, о коей столь много возвещают? Где животворящая вера возвещённая со всех трибун? К чему такое множество строящихся церквей? Как мы нынче, исходя из собственных раздумий, можем осмыслить сказанные Ницше слова: «Бог умер»? Как мы,люди начала третьего тысячелетия после Христа, можем облечь в слова потаённую скорбь о потере Бога? Как можно удостовериться, что в нынешнем мире есть хоть дуновение Духа божиего?

Отчего Адонай,великий и ревнивый Бог Торы безмолствует у христиан? Что это такое,если не утвержднние законченности,отмена и убиение Отца ради вящей славы Сына? Если Сын величественно восседает одесную Отца,отчего Отец ни разу не глаголет через уста своих крещёных избранников? Отец безмолствует,когда распятый Сын скорбно обращается к Нему: «Боже мой,Боже мой! Для чего ты меня оставил?» (Марк.15:34). Христос часто отсылает слушателей к Своему безымянному Отцу, но отчего Он не называет Отца по имени-Адонай или Елогим Саваоф? Отчего Отец ни разу не называется евангелистами или апостолами Его великим именем? Отчего Исус так упорно не желает назвать своего Отца тем именем, коим Он был известен среди израильтян? Выходит,что Исус Христос что-то не договаривает. Он принципиально избегает назвать именем Отца. У святых отцов церкви нигде прямо не говорится, что именно Елогим Саваоф,владыка именем Адонай родил грешному миру Сына-агнца на заклание.

Весть об Иуде потому и является поражением Сатана,человека и Творения,что Иуда убивает себя как обыкновенный преступник.Выходит,что Бог и Сатан использовали Иуду как воплощённое орудие.Если согласимся с этим рассуждением, что же тогда остаётся от свободной воли и свободного выбора человека?

Иуда после этого предательства должен был изречь слово, которое повергло бы в трепет небеса и геенну. Иуду заставили умолкнуть и его прокляли на веки вечные.Этим как-то увернулись и избавились от необходимости думания о сущности зла. В отличие от царя Эдипа и короля Лира апостол Иуда молчаливый трагический герой той святой мрачной вести о предательстве Искупителя,коя служила к вящей убедительности новой религии новых людей-еврейских отступников.

После Соломона воцарился Иеровоам.Он сотворил двух золотых тельцов и призвал верноподданных поклоняться этим литым изваяниям.Царь Ахав был кривее Иеровоама. Богу Ваалу воскуряли и кадили Ахав,Ахаз сын Иоафамов и прочие цари.Чужим богам поклонялся Иудейский царь Амация.Царь Манассия сын Езекиев ворожил и чародействовал.Все они делали неугодное в очах Господних. Не входил Сатан ни в Иеровоама,ни в Амацию,ни в Манассию. Не говорят этого летописи. Не искушал их Сатан,чтобы они поклонялись Ваалам и тельцам.Цари сами,по своей воле зачинали и воздвигали священные изваяния Ваала и золотые тельцы. *Во второй книге летописи царей сказано,что царь Манассия поставил жертвенники Ваалам и ... поклонился всему воинству небесному и служил ему(2кн.Пар.33:3).Он соорудил жертвенники всему воинству небесному на обоих дворах дома Господня(там же,33:5).Как это может быть, что поклонение богопротивным истуканам означает поклонение всему воинству небесному? Имя «Елогим Саваоф» обозначает Предводитель небесного воинства.Имя «Саваоф» обозначает воинство и все звёзды.Имя «Денница» означает и звезду и Сатана во многих письменных языках. В Евангелии эпитетом «князь мира сего» наделяется и Искуситель и Искупитель.* Ни о царе Соломоне не говорится,что Сатан искусил его,когда царь совершал воскурения чужим богам.Соломон самостийно стал клониться к богам своих жён.

А новозаветные книги непрестанно проклинают и изобличают Сатана.Исус назвал апостола Петра Сатаном.Устами Петра искушал Исуса Тьмяной и Пётр ничего не ведал об этом.Если устами Петра заговорил сам князь мира сего,отчего он не сказал больше того,что было сказано Им устами Петра? То,что Пётр сказал Учителю,было сказано по глупости его,а не наущением Сатана.

Когда Каин убил Авеля, не было сказано,что Сатан вошёл в него и возбудил на братоубийство.Господь говорит с Каином и Каин хамит перед Ним.Каин просит Бога,чтобы Он уменьшил проклятие.Бог так и делает.С Иудой после его предательства Господь не поговорил.Каким грехом должен грешить человек,как он должен пасть,чтобы заставить Бога обратить взоры на него и изречь слово проклятия?

Из апостолов,из смертных Иуда удостоился чего-то великого.Иуда пережил оставленность от Сатана и от Бога так,как никто другой это не переживал в истории человека. Если Бог безгранично милостив, тогда он должен был остановить надевавшую на голову петлю руку Иуды. Весть об Иуде является худым осмыслением вопроса о зле и причащения ко злу человека.Сочинители Евангелия были неискушёнными людьми и не так уж много понимали.

Сонм отцов церкви утверждает,что Иуда на веки вечные брошен в геенну. Предположим,что Иуда с 33-го года первого века до нынешнего дня пребывает в самом пекле геенны.Какую память,какое разумение хранит в себе Иуда? К чему стремится его мысль и что для него является милостью?

Именно Иуда должен был взвалить на себя непреходящее проклятие,чтобы учение Исуса Христа победило не только в споре с последователями Моисеевой веры,но и в споре с язычниками.Иуда меченосец является соумышленником Исуса. Невозможно,чтобы он за тридцать серебренников предал громадное зачинание своего Учителя. Иуда должен был стать вечным символом низости.Предательство Иуды является ширмой,в чём нуждалась весьма конспиративная,эзотерическая община,вещающая именем дома Давидова.Мировому триумфу распятого Иуда сослужил как радетель. Христова интерпретация Моисеевой веры распространилась по Римской империи. Сколько иудеев и идолопоклонников стали последователями Христа только потому,что они слышали о предательстве Иуды. Присущий Евангелию дуализм весьма способствовал распространению христианства. Здесь Дьявол приобрёл космический масштаб. В это же время Дьявол стал банальнейшей теологемой, с помощью которой в течение многих веков штопали потрёпанные и запятнанные знамёна христианства. В Римской империи проповедники Христа распространили панику о злоумышлениях и нескончаемых кознях Дьявола. Одновременно с пылом утверждалось, что он был побеждён жертвенностью Спасителя.* К сегодняшнему дню эта паника оживляет думы и рассуждения причта и паствы о пришествии Антихриста. В свет выходит тьма-тьмущая книг об этом.

На веру Моисееву возвели такой навет и теперь иудаистов изобличают в подготовке пришествия Антихриста. Апокалиптические писатели хотят сказать,что иудаизм вера сатанинская. Отчего немотствует Елогим Саваоф? Отчего Он не воспламенит пророков? Если Он от того и немотствует, что припасает ответное слово к сумрачному грядущему,тогда горе христианам.

Когда Исус воскрес и стал посреди сонма апостолов, отчего никто не спросил Его об участи Иуды? То дерево, на котором повесился Иуда и та верёвка, из которой он связал петлю, следовало сохранить. Рядом с Христовым деревом для пыток и с гвоздями следовало положить часть от того Иудина дерева и обрывок той верёвки. Вот это и является истинной христианской памятливостью. Не кому-либо иному,а апостолам долженствовало собрать и захоронить бренные останки Иуды и на его могиле воздвигнуть глыбу. Это напоминало бы всякому человеку, что именно таким великим предательством,а не каким-либо иным путём стало возможным распространение новой веры.

О, труженики,умейте вместиь в себе поставленные мной вопросы.Перестаньте пребывать в лености,которой вы заразились от ближних, как от проказы.Отойдите от тех,которые обессиливают вас своей скаредностью и трусостью.Ристалище духа никогда не может быть безопасным. Оно только опасно и ужасно.

Феноменологию зла, истинную сатанологию следует создать не минуя вышеизложенные размышления.Они послужат введением в феноменологию зла. Можно ли сегодня создать такие книги о споре человека и Бога,которых хватит хотя бы на одно столетие? Кто-нибудь из христианских подвижников,достигших райского блаженства может донести до смертных слово о том,избавляет ли блаженного пребывание в садах божих от бремени мышления, от необходимости постижения добра и зла?

Тысячелетия протекли в истории христианства и ещё не создано богословие о шуйце Бога. Столь много сказано о Его карающей деснице,однако у Него есть и вторая десница.Кто восседает ошуюю Бога?

Если кровавую историю христианских стран последних двух столетий беспристрастно рассмотрим, опираясь на Писание, мы удостоверимся, что в ней проявляется ныне безмолствующий Отец, Бог брани и отмщения, а не Сын,Бог любви, смирения и сострадания.

А того,кто учит нас, что свет это от Бога, а тьма от Тьмяного, отошлём к словам человека божиего, пророка Амоса: «Разве день Господень не мрак,а свет? он-тьма и нет в нём сияния»(Амос.5:20).

сохранён авторский стиль

http://www.arcto.ru/modules.php?name=News&file=article&sid=1583