Арнольд Лаховский — ученик Ильи Репина, друг художников Исаака Бродского и Константина Горбатова, автор иллюстраций к детским книжкам Корнея Чуковского. Один из самых интересных художников своего времени, странствующий эмигрант, получивший признание во Франции — на родине импрессионизма. 
Своей первой временной экспозицией Музей русского импрессионизма открывает широкой публике мастера, до сих пор стоявшего в тени своих знаменитых современников. Впервые в Москве будет представлена столь полная ретроспектива Арнольда Лаховского, показывающая все периоды творчества художника: более полусотни работ из 11 музеев и нескольких частных собраний. Рядом с известными картинами из Государственного Русского музея, Российской академии художеств, Еврейского музея и центра толерантности представлены работы Лаховского из музеев Перми, Череповца, Ростова на Дону, Калуги, Астрахани, Иванова и Козьмодемьянска. Масштаб экспозиции придают практически нигде не выставлявшиеся ранее работы художника из частных собраний.
В разное время Арнольд Лаховский (1880—1937) жил и работал в России, Палестине, Норвегии, Италии, Бельгии, Франции и Соединенных Штатах. Жизненный и творческий путь живописца на заре XX столетия был насыщенным, плодотворным и богатым на события. Трагические потрясения уравновешивались счастливыми обстоятельствами, это было плавное и неспешное странствие художника-пилигрима. 
Мальчик из небольшого украинского городка Чернобыля постигал основы живописи в Одесской рисовальной школе у Кириака Костанди и Геннадия Ладыженского, где учились Исаак Бродский и Давид Бурлюк. «Способность не только работать с натуры, но и всюду и всегда смотреть, запоминать формы, отношения цветов и затем воспроизводить их по памяти» привили Арнольду Лаховскому именно в Одесской школе. Юношеское эмоциональное и бескомпромиссное отношение к живописи он пронес через всю жизнь. После короткого обучения в Мюнхене Лаховский переехал в Петербург, где поступил в училище при Императорской Академии художеств.
С 1925 года по приглашению Люксембургского музея он жил и писал в Париже. Уже состоявшийся мастер, Арнольд Лаховский жадно впитывал в себя традиции французской школы, но сумел сохранить свой почерк и индивидуальность. Почти сразу пришло признание. Лаховский выставлялся в Брюсселе, Копенгагене, Берлине, Белграде, Лионе. Его персональные выставки в 1927–1930 годах с успехом проходили в парижской галерее Шарпантье. 
Новый творческий виток ждал художника и в Америке, куда он переехал по приглашению в 1933 году. Лаховский писал заказные портреты, жил в Нью-Йорке и Бостоне, преподавал в художественной школе при Музее изящных искусств. Но в полной мере раскрыться за океаном ему помешала серьезная болезнь.
Арнольд Лаховский никогда не ограничивал себя рамками одного жанра или направления. Он искал, экспериментировал. С одинаковым упоением писал зимние русские пейзажи и пуританскую серую Голландию, раскаленную палестинскую пустыню и серебристый, «вибрирующий» Париж, теплые, уютные европейские улочки, каналы Венеции и залитые солнцем псковские луга.

«Мне нравится получать восторженные письма от обычных людей. Но, конечно же, я бы хотел, чтобы критики тоже меня заметили»  Норман Роквелл

Для картины «Арт-критик» (1955) Норману Роквеллу позировал его сын Джарвис, также художник, а для портрета «под Рубенса» — жена Мэри.

Интересна  история возникновения этой работы. Вместо того чтобы написать сперва фигуру знатока, а затем абстрактное изображение вокруг, Роквелл отдельно создал полотно в стиле Джексона Поллока. Информацию о его творческом процессе он почерпнул из журналов. После этого художник поместил перед картиной вырезанный силуэт человека, чтобы посмотреть на конечный эффект, и лишь потом объединил два образа.

В 1961 году мастерская Роквелла на время превратилась в студию абстрактного экспрессиониста: он писал «Знатока» — картину о взаимосвязи традиционного и современного искусства. Художник всегда восхищался абстракционизмом и работал над обложкой журнала, в которой мог бы выразить свою признательность этому жанру. Ценитель стоит спиной к нам, потому о его реакции остаётся только догадываться. Можно лишь предположить, что если это — сам Роквелл, то он одобрительно улыбается.

12 июня,  Концертный зал Мариинского театра

ИСПОЛНИТЕЛИ:
Леонидас Кавакос (cкрипка) 
Федерико Колли (фортепиано)

Симфонический оркестр Мариинского театра 
Дирижер – Валерий Гергиев

В ПРОГРАММЕ:
Сергей Прокофьев
Фрагменты музыки балета «Золушка»

Сергей Рахманинов
Концерт для фортепиано с оркестром № 3 ре минор, соч. 30

Иоганнес Брамс
Концерт для скрипки с оркестром ре мажор, соч. 77

5 июня, Петербург.

Фото из Интернета

4 июня, Финляндия, Коувола.

Дендропарк Арборетум Мустила – крупнейший лесной парк в Скандинавии и отличное место, чтобы провести выходной день. Основанный в 1902 году, долгое время он был доступен лишь профессиональному кругу людей. Сегодня Дендрарий открыт для посещения всех желающих.

Райский сад в Арборетум Мустила

Самое лучшее время для поездки в Арборетум Мустила – июнь, когда цветут азалии и рододендроны (еще их называют альпийскими розами), и сентябрь-октябрь, когда в парке можно увидеть золотую осень во всей ее красе. Прогулки по парку доставят удовольствие всем ценителям цветов и редких растений и просто любителям природы: пройдитесь по Склону азалий, сделайте остановку в Долине альпийских роз, спуститесь по Ореховому склону, поднимитесь на Лисью гору – у вас в запасе появятся новые яркие фото и столь же красочные воспоминания.

Площадь лесопарка – 120 гектаров. Здесь растет больше 100 хвойных и около 200 лиственных пород деревьев, а также сотни кустарников, многолетних и травянистых растений. Здесь выращивают и редкие для Финляндии растения, многие из которых благополучно приживаются.

В парке – необыкновенный целебный воздух, ведь здесь растут самые разные виды хвойных деревьев: пихты, сосны, ели, тисы, туи, тсуги, можжевельники, а еще – экзотическая Метасеквойя древнейшая и многие другие. Прогуливаясь по парку, вы увидите гортензии и магнолии по соседству с родными березами и рябинами.

«Арборетум Мустила» знаменит сотнями видов рододендронов и азалий, цветущих в июне. Всего существует около тысячи видов рододендронов, примерно 900 из них живут в Китае и Гималаях, но в Финляндии приживаются только те виды, которые произошли из родственных Финляндии районов по климату. Как бы то ни было, их цветение станет причиной поездки в дендропарк для любителя прекрасного.

Из Интернета.

Фотографии свои.

1. Душистый желтый лилейник.


2. Каприфоль. 


3. Народное название "Малиноклён". 


4. Белый шиповник.


5. Дубовая роща. Пока что ниже забора.

"Алиса в Зазеркалье"

45 лет  после выпуска.

Новая Голландия - декорации нашей юности.

Мойка, 108 - забыть невозможно.

А за окном тот старый сад.

Москва

Музей русского импрессионизма

Это так долго я живу! Мне кажется, что помню вот такие зеленые будочки на Неве...

Васильевский остров. Май.

Цветочки...

...и ягодки.

..

Толстянка, крассула, денежное дерево или нет? Зацвело в первый раз.

Концертный зал Мариинского театра

Die Schöpfung

Состав исполнителей: Архангелы: Рафаил (бас), Уриил (тенор), Гавриил (сопрано); Адам (бас), Ева (сопрано), хор, оркестр.

История создания

Вернувшись на родину после второй триумфальной поездки в Англию, 65-летний Гайдн зимой 1797 года поселился в собственном доме среди садов тихого предместья Вены. Творческий итог двукратного пребывания в Лондоне был поразителен не только по числу написанного. Казалось, композитор достиг вершины, создав 12 последних симфоний, которые подвели итог развития классического симфонизма XVIII века. Но это не стало концом творческого пути Гайдна: на новую вершину он поднялся в течение последующих 3 лет, и этой вершиной явились грандиозные оратории «Сотворение мира» и «Времена года».

К жанру оратории композитор обратился не впервые. В 1775 году он написал библейскую ораторию на итальянском языке «Возвращение Товия», а десятилетие спустя — «Семь слов Спасителя на кресте», которые позже были переделаны в ораторию. Замысел «Сотворения мира» возник еще в Лондоне: пригласивший Гайдна в Англию скрипач и руководитель оркестра Джон Петер Саломон предложил ему написать ораторию на английский текст по образцу генделевских, которые поразили Гайдна своей монументальностью, когда он услышал их в Англии. Именно от Саломона композитор получил текст никому неизвестного английского поэта Лидли, в основу которого положена поэма «Потерянный рай» (1677) Джона Мильтона (1608—1674). Истовый пуританин, идеолог и непосредственный участник Английской революции, с наступлением Реставрации (1660) потерявший все, разоренный, подвергшийся аресту и оставленный торжествующими врагами в живых из милости, Мильтон в эти годы полного одиночества создал две поэмы «Потерянный рай» и «Возвращенный рай», ставшие вершиной национальной эпической поэзии второй половины XVII века.

В либретто оратории Гайдна использована лишь одна, 7-я глава поэмы Мильтона, включающая текст Библии (Бытие I и II) почти без изменений: по просьбе Адама архангел Рафаил повествует о сотворении мира в 6 дней по низвержении Сатаны. Добавлены также мотивы псалмов №19 и 145. Автор этого немецкого либретто — барон Готфрид ван Свитен (1733—1803), которому Гайдн передал для перевода и переработки привезенный из Англии текст Лидли. Отдав годы молодости дипломатической службе, ван Свитен последнюю четверть века, до самой смерти, занимал пост смотрителя императорской придворной библиотеки. В разных странах, где ван Свитен побывал в качестве дипломата, он стремился удовлетворить свою страсть к музыке, встречался с композиторами, сам написал несколько маленьких французских опер и симфоний (3 были опубликованы под именем Гайдна). Особая любовь ван Свитена — Бах и Гендель, для пропаганды ораториального творчества которых он сделал больше всех других меценатов. Во второй половине 1780-х годов он перевел на немецкий язык английские оратории Генделя и организовал общество «Ассоциированных» из 12 богатых венских аристократов, предоставивших средства для исполнения в частных концертах ораториальных произведений. Именно эти 12 знатных особ, в их числе князь Эстергази, семье которого Гайдн служил несколько десятилетий, граф Гаррах, в родовом имении которого композитор родился, и сам ван Свитен, собрали 500 дукатов, чтобы Гайдн мог спокойно работать над ораторией.

Сочинение началось в конце 1796 года. Как сообщал один из современников в письме от 15 декабря, Гайдн «носится с идеей большой оратории, которую хочет назвать «Сотворение мира», и надеется скоро справиться с этим. Он импровизировал мне кое-что оттуда...» А сам композитор признавался, что «никогда не был так благочестив, как во время работы над «Сотворением мира»; ежедневно падал на колени и просил Бога, чтобы Он дал мне силы для счастливого выполнения этого труда». Вскоре после завершения, 30 апреля 1798 года, состоялось первое исполнение «Сотворения мира» во дворце венского мецената князя Йозефа Шварценберга, одного из тех, что вложили средства для гайдновского гонорара. Дворец был расположен на площади мучного рынка, и, чтобы обеспечить удобный подъезд к нему для множества гостей, торговцы мукой и бобами вынуждены были убрать свои лотки, за что князь выплатил им 10 гульденов 50 крейцеров компенсации. А для регулирования движения перед началом концерта на площадь были направлены 24 полицейских, конных и пеших. Первое публичное исполнение «Сотворения мира» состоялось год спустя, в день именин Гайдна, 19 марта 1799 года, в венском «императорском и королевском придворном театре, что рядом с дворцом». Желающих послушать ораторию оказалось столько, что перед входом возникла давка, в которой едва не погиб ребенок, и многим порвали одежду. «Сотворение мира» было воспринято как первая светская оратория на немецком языке. Это оказалось настолько непривычным для венцев, что сразу же был сделан итальянский перевод — как более отвечающий духу места и времени. Любопытно, что именно «Сотворением мира» 24 марта 1802 года, в канун Благовещения, в Петербурге открылось Филармоническое общество.

Музыка

«Сотворение мира», по выражению венского исследователя творчества Гайдна Леопольда Новака, «живописная книга в картинках для взрослых и детей». 34 номера разделены на 3 части, где воплощен не сверхъестественный и таинственный акт творения, а изумление перед величием и многообразием мироздания, благодарность Творцу и радостное прославление жизни — солнца и вод, птиц и зверей, первой человеческой семьи, живущей в мире и любви. На смену эпическому размаху ораторий Генделя пришли красочные картины природы и сердечные лирические излияния, хотя Гайдн не отказался и от крупных полифонических хоров. В оратории использован достаточно большой для того времени оркестр с тремя флейтами, контрафаготом и тремя тромбонами.

Вступление «Понятие хаоса» (№1) — медленно развертывающийся оркестровый эпизод с блуждающими томительными хроматическими гармониями, диссонансами, сопоставлениями форте и пиано — без перерыва переходит в речитатив Рафаила и краткий хор, завершающийся словами «Да будет свет». Поразительный по яркости эффект достигается самыми простыми средствами — внезапным аккордом tutti в до мажоре. В арии Уриила с хором «Перед святым лучом истаивает тьма» (№2) противопоставлены две контрастные картины — свет и порядок первого дня творения и смятение адских духов, с проклятиями низвергающихся в вечную ночь. Виртуозность отличает арию Гавриила «Вот свежесть зелени пленяет» (№8) — лирическую, с плавным покачивающимся ритмом. Завершающий 1-ю часть ликующий хор с солистами «О Господа славе вещают небеса» (№13) написан с генделевской мощью и размахом, с многообразным использованием полифонии. Большая виртуозная ария Гавриила «На мощных крыльях гордый летит орел» (№15) украшена звукоизобра-зительными эффектами: пассажи кларнета передают веселую песню жаворонка, параллельное движение скрипок и фаготов в необычно высоком регистре — любовное воркование голубков, фиоритуры флейты — прельстительные трели соловья. Изобразительность свойственна также оркестровому сопровождению речитатива Рафаила (№21), где повествуется о радостно рыкающем льве, гибком тигре, быстром олене, благородном коне, стадах волов и овец, о насекомых и пресмыкающихся. Воспевающая человека ария Уриила «Достоинством, величием» (№24) основана на простой мелодии, тождественной народной песне из Бургенланда, одной из областей Австрии. В самой короткой 3-й части царят ничем не омрачаемые свет и радость. Два дуэта Адама и Евы (№30 и 32) — широко развернутые, с напевными мелодиями, виртуозными пассажами и совместным пением — рисуют полное единение супругов, их безмятежное счастье на этой прекрасной земле.

http://www.belcanto.ru

С праздником!