У Гоши случился день рождения. Утром, обнаружив на кровати подарки, сын спросил:
- Откуда в тебе столько доброты, мама?
А потом, хлопнув глазами:
- Ой, это ж день рождения!
Когда он был маленьким (годика 2-3), то играл на полу коробками от тортов. Перебирал и бурчал:
- Это от тортиков (пауза, включается мыслительный процесс). Тортик – это праздник. (пауза). У Гоши нет праздников!
Ну а на детском празднике в свое девятилетие все было как всегда:
- Мама, у нас кончился сок!
- Тетя, Полина описалась!
- Бабушка, Макс поскользнулся на арбузе и упал.
Обычно мы, взрослые, контролируем только первые 10 минут, когда важна пожарная безопасность: именинник задувает свечи на торте. И первые три тоста, чтобы чокаясь по-взрослому, не разбили бокалы…
- «За честь и доблесть!»- пожелал племянник Максим имениннику, процитировав любимую компьютерную стрелялку.
Выдув три литра сока, дети убежали рубиться в комп, строить Зиккурат, где постоянно «не хватает древесины» и «нужны деньги». Вот под эти фразы мы, вымотанные взрослые, наконец, сели за стол поесть…
Одна моя подруга тоже любит геморрой под названием «детский день рождения», когда праздник делается именно для детей. Последний раз, на пятилетие красавицы Лады, она устроила чадам конкурс: срезаем ножницами с закрытыми глазами висящие сувенирчики. И что вы думаете?
Когда одна гостья отрезала помаду «Маленькая Фея» с блестками, а другая - фирмы «Детский мир», стало мокро от слез…Повеселились называется…
Короче, надо завязывать с этим делом. Закончилось все традиционно: именинник провожает гостей в носках до лифта. Машет с балкона, орет: Пока, чувак!», гости распугивают прохожих в ночи.
Кстати, одна наша знакомая девочка начала читать. Мама на детском дне рождения поделилась успехами:
- При- шел И- ан к ца-рю, ЧЛЕ-НОМ (челом) б-ьет. ВЫ-СА-САЛ (выслушал) Ивана царь.
Дети – это наши антидепрессанты, ей богу.

Челябинские мамашки забирают из ателье школьную форму:
- Мы 5 см. прибавили в длину, ведь мерки майские, - швеи заворачивают в хрустящий пакет штанишки и жилетку. – Вон ваш как за лето вымахал!
Макс, мой племянник, еще год назад пухлый пупс-купидон, а сейчас глист, незаметный за шваброй, 1 сентября идет в школу. Сестра – в панике.
- Готовься, дорогая, к худшему, - учу сестру я, мать третьеклассника. - Ручек надо купить штук сто.
Дети, особенно первоклассники, ими питаются. Они их теряют, подворовывают друг у друга. Мой – грызет, разбирает на запчасти. Я себя успокаиваю: растет исследователем, ищет причину, почему пишет, да как работает.
- Я буду реветь, как корова, на 1 сентября, - говорит сестра.
- Ну ты ж не в армию его провожаешь… – подбадриваю я.
Хотя сама тоже реву белугой: и когда голубей в небо пускают, и когда шары летят. И когда песенку школьную включают «Когда уйдем со школьного двора….»
Когда моего мальчика-с-пальчика взяли за руки десятиклассники, и увели в школу, я даже платок носовой достала. Потому что мой Гоша заоглядывался так нервно: «Мамку потерял…» Куда повели? И что там будут делать?
Все мамки плачут. Бабушки – те даже платки выжимают!
- Стоят, гладиолусы держат, - вспоминает моя мама. - А цветы выше их ростом. Тяжелые. Вот они их опускают мордой вниз, асфальт метут. Или, когда надо хлопать, толкают между ног, чтобы руки освободить…
- Андрюхе сразу накажи: заточка карандашей – его обязанность, - даю методические рекомендации сестре. – Потому что сама заколебешься. Я как-то поточила три стакана, у меня мозоли вздулись. Пусть Макс возьмет в школу любимую машинку – ему будет не так страшно. И пусть не рисует в учебниках, как мой.
В конце прошлого года сын сдавал учебники в библиотеку. Им в этот день ничего не задали, только одна запись была в дневнике: «Подготовить учебники к сдаче. С помарками не приму!». На вытравливание тайных записей на полях, уничтожение рожек и усов у портретов у сына ушли три ластика, он стер их в ноль:
- Ма, я так устал! – были последние слова, которые я услышала от него по телефону. Приехала, он спит. На полу – труха от ластиков. На два учебника сил не хватило. Пришлось маме помогать…

Как-то черным-пречерным днем, когда мама на работе, а восьмилетний Гоша дома один, в дверь настойчиво позвонили. В сыне боролись хороший мальчик и мачо.
- Это электрики, надо снять показания счетчика, - ответила добрая тетя, услышав под дверью детское дыхание.
- Мама не разрешает открывать, - сказал проинструктированный хороший мальчик.
- Так ты не открывай, - согласилась хитрая тетя. – Ты встань на табуреточку, дотянись до электросчетчика и глянь цифирки.
Мачо Джордж сделал все, как велела тетя-лиса. А через три дня в почтовом ящике лежал счет на 2 тысячи рублей от Энергосбыта с требованием в трехдневный срок погасить задолженность, иначе отрежем. Сейчас, видя у порога табуретку, я тухло спрашиваю: «Опять электрики были?». И думаю, что хорошо было бы научить сына врать. Иначе разоримся.