Оригинальный текст и его перевод
As an imperfect actor on the stage,
Who with his fear is put besides his part,
Or some fierce thing replete with too much rage,
Whose strength's abundance weakens his own heart;
So I, for fear of trust, forget to say
The perfect ceremony of love's rite,
And in mine own love's strength seem to decay,
O'ercharged with burden of mine own love's might:
О let my books be then the eloquence
And dumb presagers of my speaking breast,
Who plead for love, and look for recompense,
More than that tongue that more hath more expressed.
О learn to read what silent love hath writ:
To hear with eyes belongs to love's fine wit.
Как плохой актер на сцене,
от страха выбивающийся из роли,
или некое свирепое существо, переполненное яростью,
у которого от избытка мощи слабеет собственное сердце;
так я, робеющий от ответственности, забываю произнести
совершенные формулы любовного ритуала,
и кажется, что любовь во мне ослабевает,
подавленная бременем собственной мощи.
О пусть мои книги {*} заменят мне красноречие
и станут немыми предвестниками моего говорящего сердца
[груди],
молящими о любви и взыскующими награды
более, чем язык, который больше высказал {**}.
О, научись читать то, что написала молчаливая любовь:
умение слышать глазами - часть тонкого ума любви.
{* Некоторые исследователи считают, что "books" (книги) в строке 9 -
это опечатка и следует читать "looks" (взгляды, выражение лица).
** Возможно, здесь содержится намек на другого поэта, посвящавшего
стихи тому же адресату. Тема такого "поэта-соперника" неоднократно
появляется в более поздних сонетах к Другу.}
Перевод Игоря Фрадкина
Как жалкий лицедей, забывший роль,
От беспредельной робости дрожащий,
Как в ярости себя вогнавший в боль
Безумец, ослепленный и пропащий, -
Так я робею, путая слова,
Беспомощный в любовном ритуале,
Под бременем страстей держусь едва
И на устах - ни гнева, ни печали.
Пусть взоры говорят, молчат уста,
И сердце бьется с каждым мигом чаще -
Красноречивей эта немота
И громогласнее, чем рот кричащий!
Любви способность высшая дана -
Читать горящих взоров письмена.
Перевод Владимира Микушевича
Как плохонький актеришка порой
Способен роль от страха забывать,
Как в ярости безудержной герой
От боли в сердце может изнывать,
Так правды я в отчаянье страшусь
И, нарушая строгий ритуал,
Тебе в любви признаться не решусь,
Каких бы слов красивых ни искал.
Надеюсь, ты моих читатель книг,
Где каждая тобой живет строка,
Чтоб, с книгой грудь мою открыв, ты вник
В то, что слететь не может с языка.
Учись читать в молчании мой дух.
Пойми: любовь глазам дарует слух.
Перевод М. Чайковского
Как на подмостках юный лицедей
Внезапным страхом выбитый из роли, -
Иль как не в меру пылкий нрав людей
В избытке мощи непокорен воле, -
Так в миг признанья забываю я
Все правила любовного искусства,
Подавленный, теряю все слова
Под бременем восторженного чувства.
Прими ж мои творенья как немого
Предстателя клокочущей груди,
Который молит, ждет наград без слова
И глубже уст умеет потрясти.
Любви безмолвной речь учись читать,
Умей, глазами слыша, - понимать.
Перевод Н. В. Гербеля
Как молодой актер - не редко что бывает -
Затверженную роль от страха забывает,
Иль пылкий человек, игралище страстей,
От силы чувств своих становится слабей:
Так точно и со мной! Излить речей любовных
Не смею я пред ней, не веруя в себя,-
И, страстно всей душой прекрасную любя,
Слабею и клонюсь в страданьях безусловных.
Так пусть стихи мои, как смелый проводник,
Предшествуют в пути словам моим безгласно
И молят о любви успешней, чем язык
Мой умолял тебя так часто и напрасно.
О, научись читать, что в сердце пишет страсть!
Глазами слышать лишь любви дано во власть.
Перевод Веры Якушкиной
Как лицедей неопытный на сцене,
Что роль свою от ужаса забыл,
Или души неистовой движенье,
Чьим гневом сердце хрупкое разбил;
Так я из страха забываю говорить,
Обряд любовный точно соблюдая,
И силы чувства начинают гнить,
Под бременем любви изнемогая:
Так пусть же будет взгляд красноречив,
Глаза, мои безмолвные пророки,
Награды ждущие, от чувства осушив
Язык, и он молчит, узрев чужие строки.
Читать учитесь, если вдруг любовь нема:
Глазами слышать - свойство тонкого ума.
Перевод С.И. Турухтанова
Как дебютант смущенный на премьере
Не в силах перед залом вспомнить роль,
Как в ярости стенающему зверю
На время память отшибает боль,
Так я, любовник робкий, позабыл,
Как важен куртуазный ритуал.
Исполнен чувств, почти лишившись сил,
Я все слова позорно растерял.
О, взгляд мой, будь же громче и богаче
Всех слов, что в сердце удалось сберечь;
Ищи любви и требуй вмиг отдачи
Настойчивей, чем может чья-то речь.
Учись читать немые письмена:
Глазами слышит лишь любовь одна.
Перевод Р. Бадыгова
Как незадачливый актер на сцене,
От страха растерявший все слова,
Или какой-нибудь безумный гений,
В бреду собой владеющий едва,
Так я, себе не веря, забываю
Все, что при встрече высказать желал,
Подавленный любовью, замолкаю,
Как будто пыл свой страстный растерял.
Так пусть мои стихи красноречиво
Пророками немыми предстают
И лучше, чем соперник мой болтливый,
Любовь к тебе беззвучно воспоют.
Тебе же пусть поможет ясный взор
Перевод Андрея Кузнецова
Как молодой актер, что, оробев,
Боится позабыть на сцене роль,
Как сумасшедший, что впадая в гнев,
Не чувствует усталость или боль,
Так я боюсь, что не смогу сказать
То, что таят во мне уста мои,
И буду силы разума терять
Под тяжким гнетом сил моей любви.
Пусть эта книга говорит с тобой -
Немой посланник от души моей,
Придет к тебе с любовью и мольбой
И скажет все и лучше, и точней...
Читай слова моей любви немой,
Глазами слушай страстный голос мой.
Перевод С. Степанов
Как неумелый молодой актер,
Что оробев, не может вспомнить роли,
Как в ярости избыточной бретер,
Теряющий задор и силу воли,
Так я, забыв любовный ритуал,
Сказать в смущеньи не могу ни слова.
Я - словно переполненный фиал,
И раздавить любовь меня готова.
Пусть книги отправляются к тебе -
Они, хоть говорить не в состояньи,
Речистей будут и в моей мольбе,
И в просьбе о достойном воздаяньи.
Учись читать любви безмолвной строки -
Для слуха ока надобны уроки.
Перевод А.М. Финкеля
Как на подмостках жалкий лицедей
Внезапно роль забудет от смущенья,
Как жалкий трус, что в ярости своей
Сам обессилит сердце в исступленье,
Так от смущенья забываю я
Любовный ритуал, для сердца милый,
И замолкает вдруг любовь моя,
Своею же подавленная силой.
Так пусть же книги тут заговорят
Глашатаем немым души кричащей,
Что молит о любви и ждет наград, -
Хотя язык твердил об этом чаще.
Любви безмолвной речи улови:
Глазами слышать - высший ум любви.
Перевод Самуила Яковлевича Маршака
Как тот актер, который, оробев,
Теряет нить давно знакомой роли,
Как тот безумец, что, впадая в гнев,
В избытке сил теряет силу воли, -
Так я молчу, не зная, что сказать,
Не оттого, что сердце охладело.
Нет, на мои уста кладет печать
Моя любовь, которой нет предела.
Так пусть же книга говорит с тобой.
Пускай она, безмолвный мой ходатай,
Идет к тебе с признаньем и мольбой
И справедливой требует расплаты.
Прочтешь ли ты слова любви немой?
Услышишь ли глазами голос мой?
