Где-то до 22 октября 1914 года у них было все нормально. Все было так замечательно, необыкновенно, неописуемо... Теперь можно прочитать 1 стихотворение цикла «Подруга» снова, и все станет на свои места.

Но очнувшись от  взрыва эмоций, Марина совсем запуталась. Она не такой представляла любовь! Не такой! Где Татьяна, с ее неразделенной любовью? Они обе любят. И протест против общества какой-то несерьезный получился... (Обратная сторона любви Татьяны Лариной — любовь Анны Карениной). Все приняли этот роман с Соней почти как должное. Даже муж, даже родственники, только изредка косо поглядывали... И это все?.. Но кто ей что мог сказать? Да и кого бы она послушалась. Она же — КТО! И если она сама себе это разрешила, то тут уже никто ей не указ. Тем более в то время, когда вокруг сплошь и рядом... особенно в кругах творческой элиты...

Да, испугалась Марина. Испугалась такой лавины чувств и эмоций и неопределенности, невозможности выбора. Просто появился страх... И Марина, возможно, вспомнила о дочери, о «любимом» муже... Страшно, ведь очень страшно, когда не знаешь, что тебе несет следующий шаг — как по канату над пропастью в полной темноте... Полная неизвестность и неопределенность, когда после очередного шага ты можешь упасть в пропасть, натолкнуться лбом на стену или... или там начнется обычная ровная-ровная дорога и зажжется свет. Так что, страх не за будущее — нет, за настоящее испугалась Марина.

С другой стороны — то же самое, те же страхи... Я не уверен, что такой сильной любовь у Сони была раньше (возможно, подобное чувство или даже сильнее было у нее потом — с Веденеевой — очень похоже по стихам). Но тогда, в первый раз. Такая новизна даже для Сони... Комплексы, они так быстро не преодолеваются, то есть преодолеваются, но не сразу, надо было столько раз ошибиться, чтобы потом выйти на нужную дорогу. Как мне кажется, Соня решила дать все возможное своей любимой, а та приняла... Все приняла, как ни странно... И что делать дальше? Неизвестно. Дорогу, предназначенную двоим, трудно идти одной.

И в сердцах Соня сказала какую-то глупость, что вот она — Марина, получив все, — уйдет...

Дальше — глобальный скандал, истерика... Марина убегает... Как она думает, навсегда. В четвертом стихотворении цикла «Подруга» написано, что они поругались. Соня сказала, что сейчас Марина уйдет в ночь к мужу, дочке, семье, а потом, и вообще, пройдет мимо... Для Марины это было как ковш холодной воды на голову на морозе. Это была жестокая правда. Марина взорвалась и умчалась, хлопнув дверью. Умчалась навсегда, чтобы никогда не возвращаться в этот дом, и обходить ее, Соню, десятой дорогой...

Наступило утро 23 октября. Марина осмысливала, что произошло вчера? Что это было вообще? «Была ль любовь?» (2П) Вся лишняя энергия, связанная с разрывом, да и с предыдущими перенасыщенными днями выплеснулась в гениальное стихотворение: «Под лаской плюшевого пледа». Марина в замешательстве. Она не понимает что произошло. Это все — «для чего не знаю слова» — закончилось. Это не укладывалось в ее понятие любви. Такой любви она еще не знала, она даже намечтать себе такую не могла. Как намечтать вкус экзотического плода о котором знаешь только его название, и то на неизвестном языке? Поэтому она и восклицает: «Что же это было?» Она перемучивается снова, все передумывает вновь... И не может понять, правильно ли она поступила, победила ли она? Ведь она не может быть побежденной... Не может... Но «чего так хочется и жаль?» Хочется ли? Да. Но если этим она станет побежденной? Этого нельзя допустить ни в коем случае. И спросить не у кого. У Сони нельзя. А сибирский кот все равно не скажет... Все приходится решить самой. И она решает забыть, раз все так закончилось... Закончилось...

Но снова в третьем стихотворении все мысли там, в тех днях: «Какое то большое чувство Сегодня таяло в душе». Но искусство забвения усвоено. Стоя у окна и барабаня по нему пальцами, Марина уже не жалеет себя, она просто констатирует факты:

И несмотря на то, что Марина одна, ей приходят новые мысли, что ни она, ни Соня душой не лучше и не хуже, чем первый встречный, чем Вселенная (в виде перламутровых луж с расплескавшимся в них небосводом), и ей даже не жалко нищую певицу... Странно, раньше всегда было жалко... Это, наверное от того, что она правильно решила: расстаться... и забыть. Значит, 25 октября 1914 года Марина твердо решает: этот вид любви испытан. Хорошего понемножку. Слишком все неразборчиво, нелинейно, не «так ясно, просто и грубо-грубо!» (СС 6/1 47), запредельно. Повторить еще раз такое, опасно. Но она 22-го прошла мимо. И теперь уже точно — навсегда.

На следующий день, как бы подводя итог всей своей встрече с Соней, она пишет стих-прощание, в котором пытается оправдать перед собой свой же поступок... Получилось ли? Скорее нет. Но ей та-а-ак хотелось...

А в это время на другом конце Москвы мучается Соня. И проблемы почти те же, и жизни их до того похожи...

Но как, тоскуя, не спросить хоть раз:

И где она ошиблась, возможна ли эта любовь на краю бездны? Может, она не ту нашла, но почему тогда так болит душа? Зачем она так сказала? И почему Марина убежала и не приходит? Столько почему? «Сердце это не твое ли?» (Газелы, СП 288) — все, все хотела отдать ей, подарить... Она отказалась? Она ушла к нелюбимому, но который ее любит, поэтому все и прощает... Да и как ее можно не простить? Она же такая!!!

Проходит день, другой, третий... Сплошное одиночество, ожидание чего-то. Узнав от кого-то, что Соня поругалась с Мариной, пришла та, бывшая, — Раечка (Ираида Альбрехт). «Надо будет ей все сегодня рассказать... Я больше не хочу с ней встречаться. Я больше не смогу с ней быть...» — думала Соня. Но вместо того, чтобы сразу все сказать, она решила ей на прощание сначала устроить праздник, а скорее всего, Раечка и заставила его устроить... Но, оказывается, их видела Марина...

Многие исследователи утверждают, что Соня была не только роковой женщиной, но и Дон-Жуаном в юбке, ссылаясь на 5-е, 13-е, 14-е стихотворения цикла «Подруга» М. Цветаевой. Но сохранившиеся сведения о Соне приходят в противоречие с этим. Сколько женщин было у Сони за 32 года, начиная с 16-летнего возраста? По пальцам пересчитать можно: Полякова, Альбрехт, Цветаева, Эрарская, Цубербиллер, Веденеева... И все? С каждой долгий роман, если не годы, то десятилетия. Постоянство — основная черта Софии Парнок в отношениях со своими подругами. А у Марины за любой год, начиная с 1916-го, несоизмеримо больше, правда, это касалось мужчин, женщин было гораздо меньше.

Настроение сейчас - ))))

 

Значит, первая встреча описана не в 1-ом стихотворении цикла, а в 9 и 10-м. Которые датированы январем 1915-го: 9-ое - 14-м, 10-ое - 28-м. Почему они были написаны именно тогда, и что происходило в это время? Вернемся к этому вопросу ниже. А при воссоздании картины их любви будем иметь в виду, что уже не меньше трех месяцев прошло после их встречи, и на первые впечатления уже наложен не только опыт этих трех месяцев, с расставаниями и новыми встречами, но и смена иллюзий, причем с обеих сторон. Поэтому сначала выберем то, что в действительности относится к этой встрече:

Все остальные детали первой встречи можно прочитать в 9-м и 10-м стихотворении, только учитывая, что отношения уже скорректированы достаточным опытом... Таким громадным, что его обеим хватило на всю оставшуюся жизнь. Почитайте стихи одной и другой. Так явно слышится перекличка... И это все было заложено именно тогда, когда они долгие часы беседовали между поцелуями...

Но если посмотреть на ту же встречу (или следующую, когда Марина оказалась в доме Сони) другими глазами — глазами самой Сони, то... Что же мы видим? «Девочкой маленькой ты мне предстала неловкою» — это стихотворение написано почти в то же время — февраль 1915, а может, и раньше — в январе. Здесь главная мысль:

Именно таким ребенком, вошла в жизнь Сони Марина. Таким, как представляет его сама Марина, в письме к Максу Волошину 27 декабря 1910 г..

Что же произошло на самом деле? Встретились двое: и каждая, увидев, сказала себе в душе своей: «ОНА!» И только потом каждая стала придумывать, переводить в слова свои ощущения. Они были равны. Они видели в другой именно то, что каждой в тот миг не хватало... Они это заметили, поняли, договорились...

Вот и вся первая встреча.

А после знакомства? Конечно же, первая встреча, первая ночь (или вечер) наедине. Все начиналось с разговоров, у обеих надрыв, несовместимость с миром, у каждой «излом дороги». Как они похожи, как похожи их судьбы, их страдания, чаяния, мечты и даже неудачи. Обе несчастны. Марина пишет в 1 стихотворении из цикла «Подруга»: «Вы счастливы? — Не скажете! Едва ли! И лучше — пусть!» Конечно жестоко, но именно этим они и схожи. Соня в стихотворении «Снова на профиль гляжу я твой крутолобый» пишет «мы двойника друг в друге нашли» (СП 281).

Но кроме этих разговоров, кроме молчаливого выяснения, кто кого совратил: суть вопроса могут разъяснить две последних строфы 10 стихотворения цикла «Подруга»:

Похоже, что сначала Марина предложила активную (ведущую) роль Соне. Причем не как женщина женщине, а как мальчик мальчику!!! Но Соня в свою очередь предложила ведущую роль Марине, так как самой Соне эта роль была не свойственна, по крайней мере до этой встречи. Но кто теперь должен сделать следующий шаг? Марина «поцелуй отстранила уловкою» (СП 289) и стала ждать действий подруги. Она была маленькой и капризной, играла роль неопытной, и это ей удавалось, особенно в первые дни. Сама Марина не решилась вынести на суд читателей свои ощущения и переживания в этот период, но вот как писала об этом Соня:

Здесь предвкушение, трепет, само приближение к близости... Слова? Словами не выскажешь, а если выскажешь, то как бледно это прозвучит... Порой молчание говорит гораздо больше чем все известные про любовь слова, тем более, их так мало, и так сложно ими передать, что творится с тобой...

Но, Рубикон перейден, Марина уже не может отказываться или попросту увиливать... Она сама уже этого нестерпимо хочет, но не менее этого и боится... Кровь стынет в жилах. Марина вся в напряжении. Но под ласковыми жаркими устами и руками Сони тает лед, в котором давным-давно замерзло сердечко маленького Кая:

Усилия Сони не прошли даром: неведомые, неизвестные ощущения захватывают Марину, отчего она еще больше теряется и пугается. Греховность и преступность, страсть и порок, страх и желание... сколько всего намешано. Вот он накал страстей, вот оно чувство, неиспытанное доселе!

Какой человек вам больше импонирует: тот, кто на вопрос о погоде ответит «идет дождь», или тот, который заявит, что «характер наблюдаемых погодных явлений напоминает жидкость в водопроводе»? С одной стороны, с первым общаться значительно проще, кроме того, от него можно получить больше информации в единицу времени. Зато как приятно почувствовать себя умником, разгадав, что имеет в виду второй! Да и метафоры у него оригинальные.

«Лысая певица» – это великолепная абсурдистская пьеса, посвященная человеческому общению и в частности языку. Читать ее одновременно смешно и грустно. Писатель виртуозно обращается с текстом – поэтому отдельное спасибо хочется сказать переводчику, который смог не испортить игру слов и звуков.

Театр абсурда нравится не всем. Но для его любителей Эжен Ионеско – фигура наипервейшая. Один из основателей этого жанра, Ионеско знает, о чем пишет, как это выразить словами, и как оно будет выглядеть на сцене. При всем при этом он оставляет простор для действий актеров и режиссера – возможно, именно поэтому найти удачную постановку его пьес у нас довольно трудно. Жаль, конечно, но тем интереснее их читать.

Что такое желание? Что такое добропорядочость и целомудрие? Стоит ли оно того? Сад трактует это по-своему:

"-Ты безнадежно глупа, - ... , если конкретному счастью, которое тебя ждет, предпочитаешь надуманные идеалы, которые питает твоя фантазия. Как пришло в твою головку, которая казалась мне всегда светлой, что эта столь восхваляемая чистота нравов может быть хоть для чего-то пригодной? Неужели ты полагаешь, что окружающие будут долго взирать на твою чистоту благосклонным взглядом? Твоя гордыня в первое время может удивить, затем ранить самолюбие людей и, наконец, обернется для тебя их презрением, и ты минуешь возраст, когда девушка нравится, не воспользовавшись драгоценными дарами природы, кроме того, ты оскорбляешь ее, пренебрегая ими. Кстати, какое зло ты усматриваешь в том, чтобы предложить свое тело тому, кто его возжелал?..."

Да, окружающие их люди никогда и не верили в эту любовь. Так Е.О. Кириенко-Волошина еще 15.10.1911 г., когда Марина еще очень сильно была увлечена Сережей, писала сыну: «Мне очень жаль Сережу: выбился он из колеи, гимназию бросил, ничем не занимается; Марине, думаю, он скоро прискучит, бросит она игру с ним в любовь». Но Елену Оттобальдовну все-таки уговорили быть посаженной матерью на венчании 27 января 1912 г.

Если посмотреть с точки зрения астрологии, то этот брак изначально был обречен на неудачу. Стоящие рядом два солнца (они родились с разницей в три дня: Марина 26 сентября 1892, Сергей — 29 сентября 1893), а между ними Сатурн Сергея, превращали их семейную жизнь в тюрьму, в клетку... Из которой можно было только убежать, хоть на край света, хоть на фронт, хоть в другой роман, с другими людьми... Что и происходило не только с Мариной, но и Сергеем. Оба влюблялись, оба пытались соблюсти рамки брака, как это было возможно при таких условиях. О большинстве увлечений жены Сергей знал. И Марина знала, когда у мужа заводился роман... Но, самое главное, «жертвуя собой» ради семьи и мужа, Марина больше измывалась над ними, чем любила...

К середине 1914 года она была уже сыта материнской, жертвенной любовью до такой степени, что даже пушкинская Татьяна не помогала. (Сережа, он — «слюня и макарона», (СС 6/2, 346) уже надоел, Марина уже не хотела заниматься и дочерью, заставляя ее с детства быть взрослой, да и похоже, она ею почти и не занималась в те годы).

Материнская любовь в качестве Любви — не прошла. Это оказалось совсем не то...

Мужчины!? С мужчинами дела всегда обстояли сложно. Нужна влюбленность, такая, как у Татьяны: в недоступного, неприступного, чтобы сердце замирало, чтобы присесть на скамейку было кощунственно, его ожидаючи, чтобы заранее чувствовалось, что не получится... «Самое ценное в жизни, и в стихах — то, что сорвалось», — напишет она позже. Пусть лучше не состоится. Сорвется, но не состоится, и сорвется по ее глубинному внутреннему желанию. А желание это — мучиться, терзаться, ломаться... К сожалению, мучителя рядом не было, и приходилось всегда самой себя терзать и ломать.

Возможно, именно по этой причине она отказала человеку, казалось, любимому, сделавшему ей предложение еще в 1909 году (Владимир Оттонович Нилендер). «Любовь — костер, в который бросают сокровища, так сказал мне первый человек, которого я любила почти детской любовью, человек высокой жизни, поздний эллин»,— напишет об этом она позже, в 1923 г. . Поэтому — отказ. Все слишком просто и ясно. А где же страдания, жертвы, щемление сердце, вздохи и слезы? Да, еще... Мир воображаемый для Марины был также важен и реален, как и окружающая действительность. Как она пишет 18 апреля 1911 г. про книги: «Каждая книга — кража у собственной жизни. Чем больше читаешь, тем меньше умеешь и хочешь жить сам. <...> Я мысленно все пережила, все взяла. <...> Тело другого человека — стена, она мешает видеть его душу. О, к<а>к я ненавижу эту стену!»

Тем более, Марина была рождена под знаком Весов, которым присуща такая специфическая черта: они всегда правы. «По этому вопросу существует несколько мнений: одно мое, остальные — неправильные»,— сказал кто-то и, скорее всего, он был рожден под знаком Весов. Эта черта четко выражена и самой Цветаевой: «Я знаю правду — все прежние правды прочь...» (так начинается стихотворение, написанное 6.10.1915 г.) В жизни это выражалось примерно так: если сегодня она была в чем-то убеждена, все то, что она говорила вчера по этому поводу уже не имело никакого смысла. Но даже, если она городила чушь, все остальные должны были хотя бы кивать головами. Иначе они превращались во врагов... Навечно. То есть, до тех пор, пока они снова не понадобятся. Эта черта мешала ей жить всю жизнь. Также, как и ее понимание любви, сделавшее ее несчастной.

Кто были кумиры Марины в детстве и юности? Наполеон I на Св. Елене, Гете в Веймаре и... черти. «...они никогда другими не будут и быть не могут. (Шепотом: потому что Бог их проклял!) Любовь к проклятому». (СС 5/1 79) Вот это, всеми проклятое, и искала она. Искала всегда и везде...

И вот на ее горизонте появляется Соня:

Многие исследователи считают, что Марина поддалась Соне, ее знакам внимания и ее предложению. Но так ли это?

Опять вернемся к эссе 1937 года «Мой Пушкин»: «Да, да, девушки, признавайтесь — первые, и потом слушайте отповеди, и потом выходите замуж за почетных раненых, и потом слушайте признания и не снисходите до них — и вы будете в тысячу раз счастливее нашей другой героини, той, у которой от исполнения всех желаний ничего другого не осталось, как лечь на рельсы». (СС 5/1 72) После этих слов я не знаю, из чьих уст слетело предложение: «О будьте моим Орестом!» (10П) Вполне возможно, для придуманной Мариной роли Татьяны, оно вполне подходило.

И кроме того, девушки всегда привлекали Марину, с детства: прочтите ее стихи из раннего: «Rouge et Bleue», «Марилэ», «Детский юг», «В зеркале книги М.Д.В.» и много-много других, где девочки любимые... Если у Аси друг, то у Марины всегда — подруга. Или та повесть о подруге Вале Генерозовой, написанная в четвертом классе гимназии... (АС 10) А влюбленности через всю жизнь — Мария Башкирцева, Беттина фон Арним, Сара Бернар, Соня... А если вам доводилось видеть фотографию 1913 года Майи Кювилье с М. Цветаевой в Коктебеле... Их влюбленные взгляды... И предложение Марины в письме к Майе из Ялты от 14 сентября 1913 г., звучащее даже недвусмысленно: «Майя, у меня план: когда уедет Лиля, приезжайте ко мне недели на две, или на месяц, — на сколько времени Вас отпустит мама. Мы будем жить в одной комнате. Вам нужны только деньги на билеты и на еду, квартира у меня уже есть». (СС 6/1 118) Или еще из одного письма Марины Максу Волошину 7 октября 1921 г.: «С Майей вижусь редко, ... Меня почему-то боится. А я вся так в С<ереже>, что духу нет подымать отношения. Все, что не необходимо, — лишнее. Так я к вещам и к людям». (СС 6/1 66). Похоже намечалось у них что-то, но сначала мама Майю не пустила, потом Майя сама испугалась, будучи наслышанной о подвигах старшей подруги.

Так что, кто первый предложил? Я не знаю.

Но строчки из первого стихотворения цикла «Подруга» полны трепетного счастья на грани страха:

Исходя из них я допускаю, что подобных отношений у Марины не было, хотя ей очень хотелось, но как и с кем начать? Как предложить?.. Но в мечтах... А мечты так мало отличаются от реальности, особенно у Марины. А слово «неужели» может относиться и к встрече с девушкой, но и не исключено, что так Марина пишет, о том, что она встретила такую любовь, о которой даже намечтать не могла... Которая не вписывалась в рамки...

Предлагаю вашему вниманию работы калининградского художника Игоря Лысенко-Преображенского. Яркие, динамичные, невероятно живые, на мой взгляд, эти работы заслуживают самого пристального внимания.

Марина и Соня. Марина Цветаева и София Парнок. Одна поэтесса (поэтом она тогда еще не была, поэтом она сделалась потом, после Сони и с ее помощью), другая литературный критик и тоже поэтесса. Значит, обе странницы, обе беспутные, т. е. идущие своими путями, по выражению самой Марины. Одной только-только исполнилось 22, второй — уже 29. Кто еще не пережил этот возраст: 29 с половиной — тому трудно это понять. Это именно тот возраст, когда вдруг, неожиданно, у человека заканчивается детство, и он, став в один миг взрослым, получает или по шапке, или, в редких случаях, награду. Это Проверка, подведение итогов, вступление в новый этап. Так что, для Сони это была поистине роковая встреча.

С этой точки зрения я и попытаюсь объяснить это явление. Надеюсь, уже никто уже не сомневается, что это было явление, оставившее глобальный след не только в душах двух неординарных женщин, но и в душах всех тех, у кого хотя бы однажды защемило сердце при звуках: "Под лаской плюшевого пледа вчерашний вызываю сон, что это было? Чья победа? Кто побежден?"

И это явление называется Любовь. Такая Любовь, которая еще не была описана в литературе. По крайней мере, я не знаю, чтобы было написано даже нечто подобное... Если взять цикл Цветаевой «Подруга», другие ее стихи, написанные в это время, «Письмо к Амазонке» и первый сборник стихотворений Софии Парнок, то вырисовывается такая! картина... Мы можем увидеть и оценить только самую верхушку этой глыбы (ой, как не хочется называть ее айсбергом — слишком уж горяча), а что было спрятано, утаено, потеряно в череде дней смутного времени: война, революция, советская власть — не дано уже постичь и восстановить никому. Это и накал «треклятых страстей», и высшее единение, и «горечь разлуки», и ...

Начнем с самого начала.

Об их первой встрече спорят многие исследователи и биографы М. Цветаевой. Но если дата неизвестна... Если даже место не определено... Некоторые (Диана Бургин), считают, что это произошло в доме Герцык-Жуковских другие (Елена Лебедева) — у А.Н. Толстого, третьи — у Волошиных, а Анна Саакянц и Семен Карлинский вообще умалчивают об этом. По-моему, это совершенно неважно где. Где-то... Кто-то, возможно, прав. Но не в этом суть. Насколько я понимаю, подобные литературные вечера проходили в то время в Москве чуть ли не каждый день. Тем более, началась осень, все возвратились на зимовку. Ходили друг к другу в гости...

И первое стихотворение цикла «Подруга». Можно ли, только познакомившись, в первый же день написать такое? Все стихотворение — гимн любви, ведь почти каждая фраза заканчивается восклицательным знаком. Да, Марина нашла то, о чем мечтала. Именно такую, абсолютно невозможную любовь она и искала всю жизнь. И нашла.

Они многое прошли до этого 16 октября. Марина уже слышала, как Соня устало повторяла «любовный речитатив». Они уже о стольком переговорили, что по внешнему виду такого и не определишь: она едва ли счастлива, «язвительна и жгуча и лучше всех», «наши жизни разны» и все героини шекспировских трагедий слились в одну... Да мало ли? Что значит хотя бы одна фраза: «За Ваши вдохновенные соблазны И темный рок...»! Похоже, Марина уже знает эти «соблазны» (1П)  (На цитируемые стихотворения М.Цветаевой из цикла «Подруга» нет сносок на источник (все есть в СС 1/1 216-228), а стихотворения помечены так: номер стихотворения и прописная П, например 10П — 10-е стихотворение из цикла «Подруга» Цикл "Подруга" № 1)
Итак, известно только, что где-то до середины октября 1914 года, может, чуть раньше — точную дату даже наши героини так и не вспомнили... они встретились. Но не позже 16-го числа, то есть, 29 октября по новому русскому календарю. 16-го уже была Любовь... Не просто Любовь, а ЛЮБОВЬ...

Но сначала небольшое отступление, так сказать экскурс в историю.

Что же искала Марина? Какую любовь? Заглянем в эссе 1937 года «Мой Пушкин» — там много написано о том, какую любовь выбрала для себя Марина. Во-первых, не такую как у всех. «Эта первая моя любовная сцена предопределила все мои последующие, всю страсть во мне несчастной, невзаимной, невозможной любви. <...> У людей с этим роковым даром несчастной — единоличной — всей на себя взятой — любви — прямо гений на неподходящие предметы.» В этом же эссе мы видим, как ей досталось мало материнской любви — не дополучила она ее в детстве. Обделенная любовью девочка сама попыталась проявить себя матерью в отношениях с Сережей Эфроном, таким же, как и она, обделенным и потерявшим мать при трагических обстоятельствах. Сначала получалось, потом надоело... Потом появилась дочь — Аля. И новая возможность проявить себя, проявить матерью. Тоже не смогла: «Больше матери быть, — Мариной!» (Цикл «Марина», №1 «Быть голубкой его орлиной!..»Мать, все-таки — роль второго плана, мать такого-то или такой-то. А она всегда должна была быть первой, и одна, потому что только одинокий — велик, только одинокий есть КТО. Только одиночка может дорасти до Памятник-Пушкина.

А во втором стихотворении Але, написанном через два дня после этого: 5 июня 1914 г., звучит совсем другое настроение:

Так кому же вызов? Перед кем она пытается показать свое счастье, смертельно сжимая виски? В том же письме она пишет, что Максу Волошину не понравились эти стихи, особенно про Сережу.  (Продолжение следует)

Начался 1914 год, Сергей сдает экзамены, Марина потерялась. 14 февраля она пишет в стихотворении «Над Феодосией угас...»:

А когда Сергей приезжает в июне в Коктебель, он чувствует себя там не в своей тарелке, его уже раздражает, что там живут слишком «сыто» и «смеются животом». (АС 62)⁵. И Марина вся соткана из противоречий. Очень показательно в этом плане ее письмо Вере Эфрон от 6 июня 1914 года. В нем два стихотворения: первое — один из вариантов «Я с вызовом ношу его кольцо...» (СС 1/1, 202), написанного 3 июня 1914 г. Приведу три опущенные впоследствии строфы:

А во втором стихотворении Але, написанном через два дня после этого: 5 июня 1914 г., звучит совсем другое настроение:

Так кому же вызов? Перед кем она пытается показать свое счастье, смертельно сжимая виски? В том же письме она пишет, что Максу Волошину не понравились эти стихи, особенно про Сережу. (Продолжение следует)

Как же неприятно болеть! Особенно - когда на улице май и праздники, а ты лежишь дома, тебе жарко от непроходящей температуры-дуры, которая никак не поймет, что пора бы уже снизиться с отметки 39 и... до более нормальной. Горло раздирает и тебе хочется кричать на всех и вся, но ты можешь только хрипеть как алкоголик, которого лишили последней радости - чакушки перед грозным и неминуемым приходом родимой белки...

А еще... Тебе грустно и одиноко, потому что не хватает ЕЕ.  - любви и нежности, сочувствия и родного запаха, который ты чуешь даже со сверхзаложенным носом, потому что он внутри, в мозгу, пригрелся в подкорке и радует тебя ежесекундно. Но мне не хватает ТЕБЯ, и я не могу позвать тебя и прижаться, потому что ты только выкорабкалась из той же заразы, а я мучилась от бессилия, не зная как снять с тебя этот проклятый жар.

Нет, болеть отвратительно. ЕДИНОГЛАСНО подтверждаем.

III. Половая связь — лишь как конечное завершение глубокой всесторонней симпатии и привязанности к объ­екту половой любви.

Чисто физическое половое влечение недопустимо с революционно-пролетарской точки зрения. Человек тем и отличается от прочих животных, что все его физиологические функции пронизаны психическим, то есть со­циальным, содержанием. Половое влечение к классово враждебному, морально противному, бесчестному объекту является таким же извращением, как и половое влечение человека к крокодилу, к орангутангу. Поло­вое влечение правильно развивающегося культурного человека впитывает в себя массу ценных элементов из окружающей жизни и становится от них неотрывным. Если тянет к половой связи, это должно значить, что объект полового тяготения привлекает и другими сто­ронами своего существа, а не только шириною своих плеч или бедер.

На  самом  деле,   что   произошло  бы,  если  бы   половым партнером оказался классово-идейно глубоко чуж­дый человек? Во-первых, это, конечно, была бы неорга­низованная, внебрачная связь, обусловленная поверхностным чувственно-половым возбуждением (в брак вступают лишь люди, ориентирующиеся на долгую совместную  жизнь,  т.  е.  люди, считающие себя соответствую­щими друг другу во всех отношениях);  во-вторых,  это было бы половое влечение в наиболее грубой его форме умеряемое чувством симпатии, нежности, ничем социальным не регулируемое: такое влечение всколых­нуло бы самые  низменные стороны  человеческой   психики, дало бы им полный простор;  в-третьих, ребенок, который   мог  бы   все   же   появиться,   несмотря   на   все предупредительные   меры,   имел   бы   глубоко   чуждых друг другу родителей и сам оказался бы разделенным, расколотым   душевно   с   ранних   лет;   в-четвертых,   эта связь отвлекла бы  от творческой  работы,  так  как,   по строенная на чисто чувственном вожделении, она зави­села бы от случайных причин, от мелких колебаний  настроениях партнеров, и, удовлетворяя без всяких твор­ческих усилий, она в значительной степени обесценива­ла бы и самое значение творческого усилия — она отняла бы у творчества один из крупных его возбудителей не говоря уже о том, что большая частота половых ак тов в такой связи, не умеряемой моральными мотивами, в крупной степени истощила бы и ту мозговую энергию, которая должна бы идти на общественно научное и прочее творчество.

Подобному   половому   поведению,    конечно,   не по пути с революционной целесообразностью.

IV. Половой акт должен быть лишь конечным звеном в цепи глубоких и сложных переживаний, связывающих в данный момент любящих.

К половому акту должно «не просто тянуть»:  преддверием   к   нему  должно  быть  обострившееся  чувство всесторонней   близости,   глубокой   идейной,   моральной спайки,   сложного   глубокого   взаимного   пропитывания физиологическим завершением которого лишь и может явиться  половой   акт.   Социальное,   классовое  впереди животного, а не наоборот.

Наличность  этой  социальной,   моральной,   пси ческой  предпосылки  полового  акта повлечет  к  ценнейшим  результатам:   во-первых,  половой  акт сделался бы значительно более  редким,  что, с одной  стороны возвысило  бы   его   содержательность,   радостное   насыщение,   им   даваемое,   с   другой   стороны,   оказалось бы крупной экономией в общем химизме, оставив на долю

творчества значительную часть неизрасходованной энергии;  во-вторых,  подобные половые акты не разъединяли бы, как это обычно бывает при частом чувственном сближении,  вплоть  до  отвращения  друг  к  другу (блестящую,   вполне  реалистически   правильную иллюстрацию дает этому Толстой в своей «Крейцеровой сонате"), сближали   бы   еще   глубже,   еще   крепче;   в-третьих, подобный   половой   акт   не   противопоставлял   бы   себя творческому процессу, а вполне гармонически уживал­ся бы рядом с ним, питаясь им и его же питая добавоч­ной радостью (между тем как голо чувственный поло­вой акт обворовывает и самое творческое настроение, изымая из субъективного фонда творчества почти  весь эмоциональный его материал, почти всю его «страсть», на довольно долгий срок опустошая, обесплодив, «твор ческую    фантазию»;    это    относится,    как    видим,    уже не  только   к   химизму   творчества,   но   и   к   его   меха-нике).

V.  Половой акт не  должен часто  повторяться. Это уже достаточно явствует из вышестоящих пунк-тов. Однако последними мотивы пятой  «заповеди»  все же  не исчерпываются.

Имеются все научные основания утверждать, что дейвительно глубокая любовь характеризуется нечастыми

половыми актами (хотя нечастые половые акты сами по себе далеко не всегда говорят о глубокой любви:  под ними может скрываться и половое равнодушие). При глубокой  настоящей   любви   оформленное   половое   влечение вызревает  ведь  как  конечный  этап  целой  серии ему предшествовавших богатых, сложных переживаний взаимной   близости,   а   подобные   процессы   протекают, конечно,  длительно,   требуя  для  себя   большего   количества питающего материала.

VI   Не надо часто менять половой объект. Поменьше полового разнообразия.

При   выполнении   указанных  выше   пунктов   эта   «заповедь" не  понадобится,   но  обосновать  ее следует особо.

а) Поиски нового полового, любовного партнера являются очень  сложной   заботой,  отрывающей  от  твор- ческих стремлений   большую   часть   их   эмоциональной силы; б)  даже   при   отыскании   этого   нового   партнера необходима целая серия переживаний, усилий, новых навыков для всестороннего к нему приспособления, что точно так же является грабежом прочих творчески» классовых сил; в) при завоевании нового любовного объекта требуется подчас напряженнейшая борьба не только с ним, но и с другим «завоевателем» — борьба, носящая вполне выраженный половой характер и окра­шивающая в специфические тона полового интереса! все взаимоотношения между этими людьми, больно уда­ряющая по хребту их внутриклассовой спаянности, по общей идеологической их стойкости (сколько знаем мы глубоких ссор между кровно-идеологически близкими людьми на почве полового соревнования).

Настроение сейчас - задорное

 

Ø  Восстав из пепла, феникс предпочитает забыть своё прошлое.
Ø  Есть ли в грамматике какое-нибудь неопределённое время между прошлым и будущим, в котором можно укрыться от настоящего?
Ø  Это пустой человек, набитый до предела эрудицией.
Ø  С каждым последним криком литературной моды я невольно жду её последнего вздоха.
Ø  Дьявол не спит. С кем попало.
Ø  Инстинкт самосохранения может довести до самоубийства.
Ø  Литературу часто обвиняют в том, что он помогает узникам действительности совершить побег.
Ø  Мне кажется иногда, что существование – коллективная галлюцинация человечества.
Ø  Мы выпотрошили из земли все богатства, взамен нашпиговав её покойниками.
Ø  От меня сбежала мысль. Погнавшись за ней, я заметил, что бегу не один. Пришлось поднажать, чтоб догнать её раньше цензора.
Ø  Человек вышел из себя, ждём, когда вернётся.
Ø  Вши разносят тиф, не болея им. Они напоминают многих духовных посредников.
Ø  Не ставь будильник на последний час.
Ø  Не встречай людей с распростёртыми объятиями, так им будет легче распять вас.
Ø  Жизнь – вредная штука, от неё умирают.
Ø  Человек есть единое целое, если только ближние не решат иначе.  

Основные характеристики гламурного кисо

• Завышенные жизненные потребности при абстрактной их реализации.
• Эстетически-экзальтированное отношение к еде, сну, сексу и одежде.
• Стремление к принижению окружающих в случае наличия у них в кармане меньшей денежной массы.
• Стремление к принижению себе подобных за счет посылания на ..
• Завышенный пафос и ЧСВ (ЧСВ — Чувство Собственной Важности (реже — Высокомерия, Величия). Болезнь, выражающаяся в убежденности, что все унылое быдло хотя сам индивид, употребляющий это слово, как правило, ни разу не отличается разумностью, прогрессивностью, антиллехтом и др. факторами, отличающими небыдло от быдла.). Испытывает огромную эйфорию при самонахваливании, например: «Сегодня Ты Прекрасней Всех, Не позволяй другим усомниться в этом»; не может прожить без гипертрофированного самолюбования.
• Стремление дорого и безвкусно одеваться, напяливая на себя как можно больше брендовых шмоток.
• Постоянные походы в дорогие элитные рестораны и говноклубы, с последующим описанием ужасного сервиса этих заведений.
• Умение нажираться «в дрова» несмотря на всю гламурность.
• Наличие денежных средств на эти походы в любых количествах.
• Любовь к гламурным журнальчикам, которые они готовы перелистывать постоянно. Среди них «Космополитан», «Гламур», «Вог», «Эль», «Бьюти» и многие другие. Позже кисо обсуждает последние статьи с другими кисами.
•  Пристрастие к курению. Сигареты они курят, разумеется, не простые, а гламурные, которые носят такое же название, как и гламурные журналы (не запоминать же эти названия по отдельности!). Сигареты эти имеют тонкую и вытянутую в длину форму. Частое курение, кроме показателя гламурности, является также хорошей репитицией новых методик отсоса, почерпнутых перед этим из гламурных журналов.
• Нездоровая любовь к розовому цвету. Белье, маечки, кофточки, очки, туфельки, сумочка, браслетики и прочие чулки они признают гламурными, только если сии атрибуты окрашены в розовый цвет. Высшим пилотажем считается наличие розовой машинки.
• Нездоровая любовь к бульдожьим очкам, которые издалека легко перепутать с маской аквалангиста. Естественно, самые гламурные  солнцезащитные очки — розовые.
• Наличие гигантских размеров сумочки, доверху набитой всякой херней. Сумочку кисо обязательно таскает на вытянутой вперед левой руке, которая при этом должна быть немного согнутой. Цвет сумочки обязательно должен совпадать с цветом туфель или болотных сапог. Проходя мимо простых смертных, гламурное кисо обязательно смотрят на них с презрениям делая максимально набыченное лицо, точно такое же, как у моделей по телефизору и в гламурных журналах. Вынуждены идти таким образом по улице, в тех случаях, когда их никто не подвозит на тачке.
•  Низкий уровень эрудиции, активный нейтралитет по отношению ко всему неизвестному.
• Вопиющая неграмотность.
• Основной ответ на просьбу охарактеризовать себя — «Я такая разная!!!».
• Банальное неумение общаться и вести себя на людях, прикрываемое «сложностью».
• Безумная страсть ПЕЧАТАТЬ ЗАГЛАВНЫМИ БУКВАМИ, ЧеРеДоВаТь ПрОПиСнЫе И сТрОчНыЕ БуКвЫ и расставлять неограниченное количество восклицательных знаков в конце каждого предложения (как вариант стиля письма — розовыми буковками малого шрифта, тем самым лишний раз подтверждая свою исключительность среди моря других аккаунтов, например, в ЖЖ).
• Страсть к обмену симпафками, а также стремление к примитивному, показательному самовыражению, как то: комментарии вида «лови плюсик! чмафф!» и т.п.
• Особая страсть к рисункам из символов, которые они копипастят из интернета и вставляют на своих страницах и страницах подруг Вконтакте и других ресурсах.
• Использование на аватарах ангелов, какбе намекая нам, что они милые ангелы.
• Чрезмерное использование смайликов, в последнее время, участилось появление сочетания символов <3, которое, по словам кис, символизирует сердце. Но, мы-то с вами знаем, что это на самом деле.
• Некоторые кисы любят характеризовать себя, как "стерва" (как правило, с оттенком гордости). Но Капитан Очевидность снова приходит на помощь, срывая покровы и показывая, что же на самом деле означает это слово - банальное "падаль".

Особо продвинутые кисы, изучив учебник английского языка за 5 класс, активно показывают свою осведомлённость в нём (активно используя слово glam) обожают писать по-английски, показывая при этом свои псевдознания.

Типичная анкета Гламурного Кисо Вконтакте и на прочих сайтах

• В "интересах" указано все то, что и составляет смысл жизни Кисо - шмотки, косметика, мода, шоппинг, дискотеки, глянцевые журналы.

• Любимые книги - Робски и ей подобные, есть даже серия специальная "Выбор Космо". (Хотя зачастую кисы не читают книг совсем, предпочитая обожаемые гламурные журналы). Музыка - попса наша и зарубежная, иногда - АрЭнБи. Фильмы - глупейшие романтические мелодрамы и комедии.

• В разделе "места" обязательно укажет самые дорогие и пафосные клубы города, даже если только проходила мимо них. Самые модные (по ее почерпнутому из зомбоящика мнению) бутики и салоны красоты.
• В фотоальбомах - куча однотипнейших фоток в вычурных "модельных" и "сексуальных" позах, неумело скопированных из обожаемых журналов.

• Всегда вступает в группы типа "Самые Красивые девушки их обожатели", "Я - Богиня", "Самые гламурные", куда с удовольствием заливает свои фотки и балдеет когда их похвалят.

• Обожает все романтичное, сопливо-сентиментальное. Картинки с котятами, сердечками, ангелочками, цветочками, примитивнейшие стишки. Эти стишки очень часто бывают в разделе "любимые цитаты" и "о себе".

Вот образцы Кисо-Гламурного фольклора. Подобное найдете в 98.7678% анкетах Кис, они любовно копипиздят их друг у друга или из описания своих любимых сообществ Контакта.

Такое очень часто пишут в разделе О Себе:
«Я бываю такая разная,
то капризная, то прекрасная,
То страшилище опупенное,
то красавица - мисс вселенная,
То покладиста, то с характером,
то молчу, то ругаюся матерно,
То в горящие избы на лошади,
то отчаянно требую помощи,
Дверью хлопну - расставлю все точки,
то ласкаюсь пушистым комочком,
То люблю и тотчас ненавижу,
то боюсь высоты, то на крышу
Выхожу погулять темной ночкой,
то жена, то примерная дочка,
То смеюсь, то рыдаю белугой,
то мирюсь, то ругаюсь с подругой.
Не больна я, не в психике трещина -
просто Я -стопроцентная ЖЕНЩИНА.. .»

Еще пару ярких примеров самохарактеристики:

«Я такая Лапочка! Я такая Цаца! На меня, Красавицу Не налюбоваться! Я такая Умница! Я такая Краля! Вы такой Красавицы Сроду не видали! Я себя, любимую Холю и лелею! Ах, какие плечики! Ах, какая шея! Талия осиная, Бархатная кожа - С каждым днем красивее, С каждым днем моложе! Зубки, как жемчужинки - С каждым днем прочнее! Ножки - загляденье - С каждым днем стройнее! Волосы шикарные - Вам и не мечталось! На троих готовили - Мне одной досталось! Никого не слушаю, Коль стыдят и хают! ПОЧЕМУ Я ЛУЧШАЯ?!! ПОТОМУ ЧТО ЗНАЮ!!!!!!!!»

Я стерва? Не скрываю!
Эгоистка? Это знаю!
Я сучка? Ну, скорей всего!
Я чертик в юбке - самое оно!

Горячо любимая кисами цитатка^]:

Богинями мы были и остались,
Сводя с ума безумством наших тел..
Пусть облизнулся те, кому мы не достались
И сдохнут те, кто нас не захотел!

Вот еще безумно обожаемая кисами цитата:
Твой друг назвал меня принцессой, а ты сказал скрывая страх - "Таких принцесс в старинных пьесах, в конце сжигали на кострах"

Анкеты гламурных кисо чуть менее чем во всех случаях весьма доставляют

Некоторые сравнивают себя с яблоками, висящими на верхушке дерева) Им наверное невдомек, что висят недозревшие, зеленые фрукты (и потому - невкусные и не сочные), стоит им созреть, они, недолго думая, падают)))

Ну ладно, вторая группа более реалистична. Они нам какбе говорят - я лед и пламя, альфа и омега, красавица и чудовище (это разделение внешнего и внутреннего мира? :)). Быть или не быть, купаться или не купаться? Во мне борятся две стихии (как еще воздух с землей не приплели?), но я не больная и не шизанутая. НЕ В ПСИХИКЕ ТРЕЩИНА!!! Это ж надо такое придумать! У придумавшего этот эпос явно очень тренированное воображение если он/а/о смог/ла/ло представить ТРЕЩИНУ в абстрактном понятии. Возможно для этого потребовалось первоначальное расширение сознания? Кто знает? Концовочка эпоса - просто я - 100%-ная женщина. Хотелось бы, очень хотелось бы) На 90%-ю (с членом) я не согласен)

Третьи - это гламурные кисо, королевы астрала, мегазвезды, парящие над грешной землей. Да как я, быдло смертное, посмел дышать одним воздухом с богиней и даже, упаси Господь, смотреть на нее? ВСЕ ВОН Из Интернета! Притихли... не дышите... ладно смотреть можно иначе кто же будет завидовать? Смотрите!!! Завидуйте!!! Это Богиня! (ее не смущает что на сайте еще по крайней мере тысяч пять таких же богинь наберется)))  шлите подарки и коды пополнения (это ритуальное жертвоприношение). Любое ваше любовное письмо или просто обращение игнорится по умолчанию. Как говорится, не по тебе цветочек растет) Если богиня в хорошем настрое она, может и потроллить... тексты не привожу, банально и долго писать.

Настроение сейчас - чудесно-рабочее

 

Культовый японский режиссер Такеши Китано снял фильм, завершающий трилогию о несостоятельности творческой личности и самокопании. Все три картины отчасти автобиографичны и затрагивают его творческую разноплановость: актерство («Такешиз»), режиссерство («Банзай, режиссер!») и занятие живописью («Ахиллес и черепаха»).

Мальчик Матису – сын богатого человека, владельца фабрики по изготовлению шелковых тканей. Матису не любит учиться, но любит рисовать. Его отец кое-что понимает в живописи и коллекционирует картины, но увлечение ребенка не принимает всерьез. Один известный художник, посмотрев нарисованных птиц и рыб Матису, дал ему несколько советов и подарил берет, с которым он не расстанется до старости.

Отец разоряется и с горя вешается, мать вскоре тоже покончит жизнь самоубийством. Мальчик отправляют жить к злому дяде, который не разрешает рисовать и заставляет постоянно работать, а потом и вовсе отправляет в приют. Но Матису п родолжает рисовать кур, червей и автобусы. Повзрослев, он приносит свои картины галеристу, который говорит, что его работы посредственны и не представляют интереса на арт-рынке, и что надо бы поучиться в художественной школе. Никто не понимает Матису, кроме одной девушки, которая стала его женой, а впоследствии и соучастницей всех его безумий, совершаемых в поисках творческого вдохновения.

К галерист у художник будет ходить до старости, принося все новые и новые картины, которые методично отвергаются. Но Матису не сдается и ищет новые пути вдохновения: рисует подсолнух в горящем сарае, просит жену утопить его в ванной, по ночам разрисовывает городские стены. Но в его творчестве нет индивидуальности, а есть только подражание признанным художникам и современным течениям. И ни одна его картина так и не найдет покупателя.

Главный смысл фильма – в его странном наз вании. Вы спросите: при чем здесь Ахиллес и черепаха? Нужно вспомнить апорию древнегреческого философа Зенона о том, что если черепаха начала путь первой, то Ахиллесу ее никак не догнать, как бы быстро он не бежал. Также и в фильме: Матису не может угнаться за новыми течениями в искусстве и всегда остается на задних ролях.

Почему же Китано после «Кукол» и «Фейерверка» вдруг снял такие неоднозначные фильмы? Конечно, каждая творческая личность сомневается в своих способностях, но это и есть движение вперед, иначе не будет создаваться ничего нового. Но ведь искушенный зритель понимает, что Китано не бездарь, и нет у него никакого творческого кризиса. Это он так играет со зрителем и дает темы для размышлений. Очень любопытно, что же он при думает в следующий раз.

Итак, изучаем дальше главные заповеди пролетариата:

 Организованный, активный и материалистически-созна­тельный коллективизм является нравственным оселком, на котором можно безошибочно испытывать революци­онную остроту, классовую правильность того или иного нашего поступка. Вся наша жизнь, весь наш быт должны строиться именно на этих принципах.

...Всякая область пролетарского классового поведения должна опираться при проработке норм ее на прин­цип революционной целесообразности. Так как пролета­риат и экономически примыкающие к нему трудовые массы составляют подавляющую часть человечества, революционная целесообразность тем самым является и наилучшей биологической целесообразностью, нам большим биологическим благом (как мы в этом ниже и убедимся).

Следовательно, пролетариат имеет все основания для того, чтобы вмешаться в хаотическое развертывание половой жизни современного человека. Находясь сей­час в стадии первоначального социалистического накоп­ления, в периоде предсоциалистической, переходной, героической нищеты, рабочий класс должен быть чрезвычайно расчетлив в использовании своей энергии, дол­жен быть бережлив, даже скуп, если дело касается сбережения сил во имя увеличения боевого фонда. По­этому он не будет разрешать себе ту безудержную утечку энергетического богатства, которая характеризу­ет половую жизнь современного буржуазного обще­ства, с его ранней возбужденностью и разнузданно­стью половых проявлений, с его раздроблением, распы­лением полового чувства, с его ненасытной раздра­жительностью и возбужденной слабостью, с его бешеным метанием между эротикой и чувственностью, с его грубым   вмешательством   половых   отношений   в   интимные внутриклассовые связи. Пролетариат заменяет хаос организацией в области экономики, элементы планомер­ной  целесообразной организации внесет он  и в современный половой хаос.

Половая жизнь для создания здорового революционно-классового потомства, для правильного, боевого использования всего энергетического богатства челове­ка, для революционно-целесообразной организации его радостей, для боевого формирования внутриклассовых отношений — вот подход пролетариата к половому во­просу.

Половая жизнь как неотъемлемая часть прочего боевого арсенала пролетариата — вот единственно возможная сейчас точка зрения рабочего класса на половой вопрос: все социальное и биологическое имущество  революционного пролетариата является сейчас его боевым арсеналом.

Отсюда: все те элементы половой жизни, которые родят созданию здоровой революционной смены, которые грабят классовую энергетику, гноят классовые радости, портят внутриклассовые отношения, должны быть беспощадно отметены из классового обихода, отменены   с  тем  большей  неумолимостью,  что  половое валяется   привычным,   утонченным   дипломатом,   хитро пролезающим в мельчайшие щели — попущения, слабости, близорукости.

Не должно быть слишком раннего развития поло­вой жизни в среде пролетариата — первая половая заповедь революционного рабочего класса. Коммунистическое детское  движение,  захватывая  с детских лет в свое русло все детские  интересы, созданы наилучшие условия для развития детской самостоя­тельности,   для   физического   детского   самооздоровления, для  яркого  расцвета любознательных,  обществен­ных,    приключенческо-героических    устремлений,    принимает к себе все детское  внимание и  не дает  возможности   появиться   паразитирующему   пауку   раннего полового  возбуждения.   Тут   и   физиологическая  трени­ровка,  и боевая закалка,  и яркая классовая идеология, и раннее равное товарищеское общение разных полов — преждевременному половому развитию вырасти при та­ких условиях не на чем. Поэтому первая задача пролетариата— не  давать   ходу  ранней  детской   сексуальности,   а   для   этого   необходимо:   указать   родителям   и школе на необходимость правильного подхода к социальным и биологическим интересам ребенка, всемерно содействовать такому  подходу  и употребить  всю  классовую энергию  на наилучшую  организацию  массового коммунистического  детского  движения,   на   внедрение этого движения во все закоулки детского,  школьного и    семейного    бытия.    Оздоровление    половой    жизни детства  сделает   в   дальнейшем   ненужной   столь   трудную сейчас  борьбу  с  половой   путаницей  зрелого  возраста.

Когда-то давно я купила себе двухтомник "ФИЛОСОФИЯ ЛЮБВИ". Это сборник статей и афоризмов на извечнуб тему. Сам сборник очень хорош, но есть там такая статья, что я всю ночь смеялась как сумасшедшая, читая эту главу. Она довольно объемистая, поэтому публиковать буду по частям. Советую читать все, поскульку там сплошные "перлы". Печатается с издания 1924 года, журнал "Революция и молодежь".

ДВЕНАДЦАТЬ ПОЛОВЫХ ЗАПОВЕДЕЙ РЕВОЛЮЦИОННОГО ПРОЛЕТАРИАТА

...Коллективизм, организация, активизм, диалектиче­ский материализм — вот четыре основных мощных стол­ба, подпирающие собою строящееся сейчас здание про­летарской этики,— вот четыре критерия, руководясь ко­торыми всегда можно уяснить, целесообразен ли с точ­ки зрения интересов революционного пролетариата тот или иной поступок. Все, что способствует развитию ре­волюционных, коллективистских чувств и действий тру­дящихся, все, что наилучшим образом способствует планомерной организации пролетарского хозяйства и планомерной организации дисциплины внутри пролета­риата, все, что увеличивает революционную боеспо­собность пролетариата, его гибкость, его умение бороть­ся и воевать, все, что снимает мистическую, религиоз­ную пленку с глаз и мозга трудящихся, что увеличивает их научное знание, материалистическую остроту анализе  жизни,— все  это   нравственно,   этично  с  точки   зрения интересов развивающейся пролетарской революции, все  это   надо   приветствовать,   культивировать   всеми    способами

Наоборот, все, что способствует индивидуалистиче­скому обособлению трудящихся, все, что вносит беспо­рядок в хозяйственную организацию пролетариата, все, что развивает классовую трусость, растерянность, ту­пость, все, что плодит у трудящихся суеверие и неве­жество,— все это безнравственно, преступно, такое поведение должно беспощадно пролетариатом преследо­ваться. .Отсюда нам становится сейчас доступной  и критика отдельных правил буржуазной этики. Мы можем любое правило поведения эксплуататорской этики заменить вполне конкретным, практическим соображением, направленным на защиту классовых интересов пролетариата.

...«Не прелюбы сотвори» — этой заповеди часть нашей молодежи пыталась противопоставить другую формулу — «половая жизнь — частное дело каждого», «любовь свободна»,— но и эта формула неправильна. Ханжеские запреты на половую жизнь, неискренне налагае­мые буржуазией, конечно, нелепы, так как они пред­полагали в половой жизни какое-то греховное начало. Наша же точка зрения  может быть лишь революционно-классовой, строго деловой. Если то или иное половое проявление содействует обособлению человека от класса, уменьшает остроту его научной (т. е. материалистической) пытливости, лишает его части производственно-творческой работоспособности, необходимой классу, понижает его боевые качества, долой его. Допустима новая половая жизнь лишь в том ее содержании, которое способствует росту коллективистических чувств, классовой организованности,   производственно-творческой,  боевой АКТИВНОСТИ,    остроте    познания    (на    этих    принципах    и  построены   половые   нормы,   данные   автором   в   статье ниже).

Из неизвестных поэтов 12 века.