Ярким образцом русского импрессионизма можно считать незаконченную работу Игоря Эммануиловича Грабаря (1871-1960) «Под березами». У художника огромное количество произведений, посвященных берёзе, написанных в разное время года и в разные периоды его творчества. «Что может быть прекраснее березы? Фантастическое, сверхъестественное дерево, дерево-сказка», – писал мастер.

Данный этюд – один из первых. Полотно было создано в Дугино, имении Николая Мещерина. Художник вспоминал: «В Дугине перед домом стояла славная березовая рощица, в конце которой – на выходе в поле – был так называемый «кружок»: группа в несколько особенно живописных берёз, красиво изогнутых и ритмично расположенных. На кружке стояла скамья, на которой вечно сидели, любуясь открывающимся отсюда видом на необъятное пространство…».
На скамье среди белоствольных красавиц мастер запечатлел юных племянниц своего друга и их гувернантку. К сожалению, затяжные дожди помешали художнику закончить картину, и фигуры девушек так и остались едва намеченными, почти растворяющимися в воздухе. Но именно эта незаконченность дарит этюду невероятную жизненную силу. Белые стволы берез мерцают сквозь листву, а фигуры героинь сливаются с пейзажем, подчиняясь общему ритму природы. Художник отказывается от четких контуров в пользу вибрации цвета, создавая ощущение легкой дымки и свежего ветра. Вот та мимолетная красота, которую невозможно удержать, можно лишь запечатлеть в ее ускользающем состоянии.

Берёза встречается по всему Северному полушарию, но именно в России она стала национальным символом. На протяжении всей истории эта белая красавица становилась частью русской культуры – появлялась в песнях, в стихах и прозе, изображалась на полотнах художников.

Изящество берёзовых рощ настолько притягательно, что едва ли найдётся пейзажист, у которого не было бы хотя бы одной картины на этот сюжет. Поэтому картин с изображением нашего национального символа оказалось так много, что сегодняшнюю свою подборку я решила ограничить только теми произведениями, в названии которых встречается упоминание берёзы. И только теми, что были созданы до Октябрьской революции 1917 года. Но всё равно, друзья, приготовьтесь – картин будет много, стихов – чуть меньше, но тоже достаточно. Ведь «тема берёзы» неисчерпаема.

Особенную силу этот образ приобретал вдали от родины. Александр Сергеевич Пушкин (1799-1837) в письме Антону Дельвигу рассказывал о своих впечатлениях от путешествия по Крыму: «Мы переехали горы, и первый предмет, поразивший меня, была берёза, северная берёза! Сердце моё сжалось: я начал уж тосковать о милом полудне, хотя всё ещё находился в Тавриде, всё ещё видел и тополи, и виноградные лозы…»

Даже на юге именно берёза вызывала такое сильное чувство – тоску по дому.

И начну я свой рассказ о берёзах в искусстве с картины Алексея Кондратьевича Саврасова (1830-1897), немного нарушая хронологию. Но дело в том, что именно Алексей Саврасов является родоначальником лирического пейзажа в русской живописи, и это его картина «Грачи прилетели» придала берёзам особую, проникновенную поэтичность, сделав образ этих деревьев в пейзаже таким родным для каждого русского человека. Но поскольку в названии той работы 1871 года нет упоминания берёзы, обратимся к произведению, созданному художником в более поздний период.
В графической работе «Ранняя весна. Берёзы у реки» мастер использует кремовую бумагу, сочетая соус, растушёвку и карандаш, чтобы передать самую хрупкую и нежную пору года. Его берёзы стоят в ещё не до конца ушедшем зимнем сне, но в их стволах уже читается напряжённое ожидание тепла.

Алексей Саврасов. Ранняя весна. Берёзы у реки. 1893. Бумага кремовая, кисть, растушка, соус, графитный карандаш, черный карандаш. 20 х 34. Государственная Третьяковская галерея

Деревянное зодчество нашей страны просто ошеломляет. Осталось может и не много, но и то, что осталось приводит в восторг.

Купец второй гильдии, Леонтий Желябо, сделал своей дочери Варваре поистине роскошный свадебный подарок — дом с жар-птицами.Усадьба Желябо — один из центральных символов города Томска.

В 1896 году главный архитектор Петр Федоровский разрешил строительство тогда отставному фельдфебелю Леонтию Желябо. А позже сам спроектировал и построил усадьбу: сначала дом для купца, потом дом для аренды. Завершающим элементом усадьбы в 1903 году стал резной флигель.Улица красноармейская (в прошлом Солдатская) богата шедеврами деревянного зодчества. Из-за того, что центральные улицы отводились под каменные здания, дома из дерева разрешалось строить на тихих, отдаленных улицах.

Флигель расположен во дворе основного дома. Простую форму здания (квадрат) дополняют эркеры с двух сторон. Дом восхищает сдержанностью контура и богатством резного декора. По сложности резьбы, по оригинальности оформления он по праву достоин отдельного внимания — такого интересного орнамента в Томске вы больше не найдёте. Тут нет стандартных узоров: смелая фантазия заказчика выпустила на лаконичный фасад причудливых жар-птиц. Купец старался для любимой дочери. Традиционные русские формы сплетаются в одно целое с роскошью барокко, уравновешивая друг друга.После революции сказочный флигель оставался живым. В 70-х годах прошлого столетия усадьбе присвоили статус памятника архитектуры федерального значения. Только не все чудо-птицы остались украшать фасад здания.