Давид Сарнов, Альберт Эйнштейн и другие во время запуска

беспроводной станции РКА в Брунсвике (штат Нью-Джерси).

Фото: Wikipedia 

 

Давид Сарнов: человек, принявший радиотелеграмму о крушении лайнера "Титаник", организатор регулярного телевещания в США и отец "Голоса Америки", способствовавшего крушению "империи зла"

 

Семен КИПЕРМАН, Хайфа

 

 

29 июля 2013 в Москве около телевизионного комплекса Останкино был открыт памятник Владимиру Зворыкину.

— Очень жаль, что заслуженно чествуя гениального Зворыкина, организаторы этого события забыли или не захотели вспоминать другого "российского" гения — Давида Сарнова, — отметил американский физик Марк Зальцберг. — Без Сарнова не было бы Зворыкина, создателя телевидения.

Совковое мышление помешало выступавшим чиновникам российского телевидения сказать правду: своим рождением телевидение обязано двум выходцам из России — ученому Владимиру Зворыкину и предпринимателю Давиду Сарнову. Антисемитские ростки "империи зла" все еще ощущаются в стране, ставшей правопреемницей СССР…

* * *

Какова же действительная роль этого человека, стоявшего у истоков американского радио и телевидения, который стал легендой еще при жизни?

Родился Давид Сарнов в 1891 году в Узлянах Минской губернии в еврейской семье Абрама и Лии Сарновых. Жили тяжело. Отец, опасаясь погромов, решил увезти семью в Америку, для чего скопил за четыре года 144 доллара, как раз стоимость четырех мест самого дешевого класса на океанском пароходе. Перед отъездом Давид с семьей на минском вокзале оказались свидетелями расправы погромщиков над небольшой группой евреев — доведенных до отчаяния женщин с детьми, вышедших на улицу с протестом. Эта картина осталась перед глазами Давида на всю жизнь.

Здоровье отца пошатнулось, и Дэвид (теперь его имя звучало так), стал основным добытчиком. Вставая в 4 утра, он разносил утренний выпуск газеты "Morning journal" и бежал в школу.

Неординарное упорство в достижении цели проявилось в нем в трудные годы юношества.

В 1906 году окончил школу и стал посыльным на телеграфе. Быстро освоил азбуку Морзе и нашел себе в Нью-Йорке работу радиооператора, продолжив самостоятельно изучать телеграфное дело. 15-летнего юношу взял на работу оператором Гульельмо Маркони, получивший Нобелевскую премию по физике в 1909 г. Он уделял внимание любознательному юноше-иммигранту, помогая ему изучать теорию электромагнитных волн.

Чтобы учиться на вечернем отделении электротехнического факультета института, Дэвид устроился на дневные радиодежурства крупнейшего магазина богача Уонамейкера, который решил оборудовать на крыше универмага станцию постоянной связи со своим отделением в Филадельфии.

Здесь в 1912 году наступил звездный час Дэвида Сарнова. 14 апреля, как обычно прослушивая эфир, Дэвид услышал слабый сигнал: корабль "Титаник" столкнулся с айсбергом и стремительно тонет.

Следующие трое суток Дэвид не снимал наушников, записывая имена переживших трагедию и передавая их прессе. Толпы репортеров, родственников и друзей пассажиров "Титаника" осаждали универмаг. Полиция с трудом сдерживала их. Из Белого дома последовало распоряжение президента У.Тафта, чтобы все остальные радиостанции прекратили работу, не создавая помех одинокой вахте оператора Сарнова. Портреты молодого Дэвида Сарнова обошли первые полосы всех газет мира. Вскоре он был назначен на должность заместителя главного менеджера по новой технике в компании Маркони. Но это был еще только радиотелеграф, способный передавать сообщения с помощью азбуки Морзе.

После этой трагедии отношение к радио резко изменилось. Конгресс США принял закон, обязывающий все суда, на которых более 50 пассажиров, иметь радиоаппаратуру.

Началось бурное развитие радиопромышленности, вся история которой связана с именем Дэвида Сарнова.

Биограф Дэвида Сарнова Юджин Лайонс написал об этом событии так:

"Мальчик из глухой русской деревни встретился со своим близнецом — электроном. И они пройдут не до конца по жизни, но останутся навеки в истории и Америки, и радиоэлектроники".

* * *

В 1915 году Д. Сарнов опубликовал статью, в которой выдвинул идею создания музыкального радиовещания:

"У меня в голове план развития, который приведет радио в каждый дом как пианино или фонограф. Музыку следует принести в дом без проводов. Приемник, радио-музыкальный ящик с несколькими длинами волн, которые могут переключаться простым нажатием одной кнопки".

Впоследствии этот ящик назвали радиолой.

Дэвид Сарнов, будучи во главе Радиокорпорации Америки (РКА), познакомил миллионы американцев с лучшими оперными певцами, величайшими музыкантами, исполнителями классической и джазовой музыки, Артуро Тосканини и другими всемирно известными дирижерами. Любой американский школьник скажет, что "создатель радио и телевидения" гениально предвосхитил будущее.

Переоценить военное значение передатчиков тоже было невозможно, поэтому в начале Первой мировой войны правительство приняло решение о конфискации приемников и установлении контроля над ними.

Оборудование заводов Маркони нашло военное применение не только на океанских судах, но и в зарождающейся авиации. Душой всех переговоров между промышленниками, правительством и военными был новый коммерческий директор — дипломатичный и настойчивый, остро мыслящий и находчивый Дэвид Сарнов.

В 1921 году совет директоров компании утвердил Сарнова главным управляющим. Одновременно 30-летний Сарнов стал советником президента. На этой должности он оставался до глубокой старости, так как и последующие 9 президентов нуждались в его советах.

Дэвид, как и его жена, состоял попечителем многих благотворительных фондов и способствовал созданию в стране более 520 радиостанций с музыкальными передачами.

Он чувствовал себя одинаково свободно с президентами (Рузвельтом, Трумэном, Эйзенхауэром и Никсоном) и артистами, учеными и инженерами, музыкантами и политиками. Его друзьями были Эйнштейн и Тосканини.

Его имя до сих пор широко известно и почитаемо на Западе. О нем написано множество статей и книг, о его заслугах свидетельствует длинный перечень почетных званий и государственных наград.

* * *

Главная идея, за которую Сарнов боролся начиная с двадцатых годов, было создание телевидения. В меморандуме совету директоров РКА в 1923 году он писал:

"Я верю, что телевидение — техническое название передачи изображений, такое, как радио для передачи звука — придет в ближайшее время".

Авторы публикаций о ТВ единодушны в оценке того, что возникновению радио и телевидения мы обязаны не только изобретателям радио и телевизионной аппаратуры, но и организаторским способностям и энергии Давида Сарнова.

"Я нашел в Сарнове, — писал Зворыкин в своей автобиографии, — еще одного романтика телевидения, ясно видящего, как оно может быть использовано, когда это станет технически возможным. Сарнов видел телевидение как логическое продолжение радиовещания, которое само по себе уже было коммерчески успешным."

Интервью с Сарновым стало отправной точкой в развитии телевидения. Лаборатория получила дополнительную помощь и исследования стали продвигаться быстрее (см. "Новый журнал", 2009, № 255). Здесь следует отметить, что при всей талантливости и изобретательности Зворыкину не сразу удалось получить поддержку в своих начинаниях.

В своей книге он пишет, что в 1929 году ему было разрешено сделать доклад, описывающий его ранние разработки по телевидению, в Институте радиоинженерии в Буффало в компании Вестингхаус. Выступление произвело большое впечатление. В ходе дискуссии было задано много провокационных вопросов, на которые у него не было ответа, поскольку он мог описать только раннюю стадию работы. Во время обсуждения он делал пометки, по поводу которых кто-то затем написал, что его следует держать на дистанции. И Зворыкину посоветовали заняться чем-то более полезным и перспективным. Вскоре все работы по проблемам коммуникации были переведены из Вестингхауса Дженерал Электрик в Радиокорпорацию Америки (РКА).

Сам Зворыкин утверждал, что любой конструктивной идее, если она хочет стать чем-то большим, чем просто идея, нужен человек. Но не с ружьем, а с деньгами! Это было, по признанию Зворыкина, везение.

Деловая хватка, обширные связи на американском рынке радиоэлектронной продукции, большие финансовые возможности нового президента крупнейшей радиокомпании США (РКА) Дэвида Сарнова обеспечили любимому детищу Зворыкина — телевидению, как черному, так и цветному, продвижение к производственному и коммерческому успеху.

В 1929 году Сарнов пригласил Зворыкина в РКА и предоставил коллеге полную свободу разрабатывания деталей проекта.

"Что потребуется, чтобы превратить вашу разработку в средство телевизионного вещания для массовой аудитории?", — спросил Сарнов при первой встрече со Зворыкиным.

"Сто тысяч долларов и два года работы", — ответил изобретатель.

Зворыкин получил от Сарнова лучшую лабораторию в мире, финансовую помощь и промышленное оборудование производства компании РКА. Даже во время Великой депрессии он всячески финансировал и опекал проект Владимира Зворыкина.

Через 25 лет Сарнов вспоминал, что хотя он тогда не представлял всего, о чем так уверенно говорил молодой изобретатель, но Зворыкин ему понравился.

На доработку зворыкинского проекта ушло 10 миллионов долларов, прежде чем система заработала, и еще 40 миллионов долларов, прежде чем она стала приносить доход.

Благодаря этому сотрудничеству РКА и Зворыкин стали признанными "родителями" электронного телевидения во всем мире, несмотря на то, что аналогичные разработки велись и в США, и в других странах.

Первая экспериментальная телестанция была создана Сарновым в 1928 году. А уже в 1936 году состоялась первая прямая телетрансляция с олимпийских игр в Берлине.

В тридцатые годы руководимая Сарновым РКА финансирует работы по созданию цветного телевидения. Регулярное телевизионное вещание в США началось в 1939 году с показа церемонии открытия нью-йоркской Всемирной выставки. В этот день было показано выступление Д. Сарнова о перспективах телевидения, а Франклин Рузвельт стал первым президентом США, выступившим по телевидению.

Как и в создании радиовещания, Сарнов сыграл в телевидении решающую роль. Изобретатель Ли Де Форест посвятил ему свою новую книгу "Телевидение — сегодня и завтра":

"Моему доброму другу Дэвиду Сарнову, без прозорливости, финансовой смелости, борьбы и настойчивости которого телевидение до сих пор было бы модной мечтой".

* * *

Будучи стопроцентным американцем, Сарнов никогда не скрывал своего еврейства, даже если иногда это мешало его карьере. В компанию Маркони, например, он пришел после того, как со скандалом уволился из Commercial Cable Company — его босс отказался предоставить ему отпуск на Рош а-Шана. При этом пятая графа не помешала Дэвиду Сарнову стать консультантом президента Рузвельта по средствам связи.

В 1941 году он получил звание бригадного генерала войск связи, и с тех пор его стали звать "генерал Сарнов".

Во время Второй мировой войны Сарнов руководил радиовещанием всей страны, включая передачи на оккупированные немцами и японцами страны.

В марте 1944 г. Сарнов обеспечивал войсковую и трансатлантическую связь Белого дома с кабинетами глав союзников. И когда 6 июня наступил день высадки войск в Нормандии, участок Сарнова действовал безукоризненно, вызвав восхищение командования.

А дальше был Париж, где буквально в считанные дни он помог восстановлению Национального радио Франции.

Сразу после войны в Америке начинается настоящий бум коммерческого телевидения. В 1948 году в США было уже 750 тысяч телевизоров и 127 телестудий. Затем бум охватывает весь мир.

До этого в 1943 году Сарнов обосновал необходимость создания радиостанции "Голос Америки": ведение широкомасштабной борьбы против тоталитарных идеологий. Этот "Голос" воплощал собой право всех жителей планеты на правдивую информацию и должен был быть слышен повсюду за железным занавесом.

Следует признать немалую роль вещания "Голоса" в крушении тоталитарной советской системы.

* * *

В 50-е годы Сарнов перешел на должность главы наблюдательного совета РКА, в центре его внимания находились теперь вопросы развития телевидения. К 1954 году 90% территории США уже были охвачены телевещанием.

В те же годы Сарнов активно участвовал в разработке космической связи и компьютеризации США. Международный институт инженеров-электриков учредил премию его имени за достижения в области электроники (1959 г.).

Он был избран президентом влиятельного Экономического клуба Нью-Йорка. Его выступление в 1969 году перед Ассоциацией американских банков было посвящено грядущим изменениям под влиянием всеобщей компьютеризации.

В 1954 году, провожая Зворыкина на пенсию, Дэвид Сарнов назвал его "великим мечтателем телевидения". Зворыкин спустя несколько лет в своих воспоминаниях с большим уважением и теплотой сам назовет Сарнова "еще более великим мечтателем телевидения".

Так была оценена подлинная роль каждого из них в развитии телевидения.

Союз Зворыкина и РКА, крупнейшей в то время медиакорпорации в мире, под руководством Дэвида Сарнова сыграл важную роль в развитии телевидения во всем мире.

* * *

На склоне лет Сарнов написал ряд провидческих футуристических статей не только политического, но и технологического характера. Особенно широкий резонанс вызвала его "Программа политического наступления против коммунизма" (1955), которая удостоилась специальной статьи в "Правде". Сарнов был назван "поджигателем войны".

А на обеде у бывшего посла США в СССР А. Гарримана Сарнов привел в ярость "либерала" Н. Хрущева призывом открыть информационное пространство России:

"Мы же не препятствуем России вести радиовещание здесь. Почему советское правительство не даст своему народу такую же свободу?"

Это было время пребывания Хрущева в США (когда он стучал ботинком по трибуне ООН).

Даже вернувшись в СССР, Хрущев долго не мог успокоиться, ему все мерещилась свободно гуляющая по советской территории "вражеская пропаганда". Идеям Сарнова об едином информационном пространстве СССР противопоставил так называемые глушилки по всей стране.

Ряд его статей на политические темы вызывал ярость руководства КПСС, как и его борьба за свободное информационное пространство.

Еще в 60-е годы он открыто утверждал, что средства коммуникации приведут к краху все виды тоталитаризма и, прежде всего, советского режима. Может быть поэтому его имя предано забвению в России?!

Пионер американского коммерческого радио и телевидения Дэвид Сарнов дожил до появления видиозаписи, которая наряду с записью звука привела к новому виду радиовещания и телевидения — асинхрононного, вместо прежнего — синхронного, позволявшего вести только передачи в "прямом" эфире. Появилась возможность редактирования будущих радио- и телепередач.

В 1960 году Сарнов занял пост председателя и директора Эн-Би-Си (Национальной радиовещательной корпорации). Тогда же он был избран членом Национального института социальных наук Британского королевского общества и почётным доктором Колумбийского и Нью-Йоркского университетов; удостоен американского ордена Доблестного легиона (1944), медали "За заслуги", командора ордена Почетного легиона.

В последние годы жизни его больше привлекали самые новые направления научного мышления. Например, он посвятил много энергии новым разделам науки о компьютерах, находил все новые области их применения. Ощущение триединства общества, технологии и среды обитания всегда было сильной стороной его личности.

В 1970 году Дэвид Сарнов ушел на пенсию. Преемником отца стал старший из трех его сыновей Роберт Сарнов.

Вплоть до своей смерти Сарнов работал на переднем фронте телерадиокоммуникаций: участвовал в разработке космического, кабельного и усовершенствованного цветного телевидения.

Дэвид Сарнов ушел из жизни 12 декабря 1971 года. На траурной церемонии в синагоге "Еmanuel" нью-йоркский губернатор Нельсон Рокфеллер сказал:

— Его гений состоял в том, что, глядя на те же явления, что и другие, он видел больше остальных.

Мавзолей Дэвида Сарнова на кладбище Кенсико.

Фото: Wikipedia / Captain-tucker 

источник