В Музее Эрец-Исраэль в Тель-Авиве открылись три небольшие выставки – оригинальные, познавательные и разнообразные. И все – интересные.

«По следам цабра».

Фотографии Одеда Балилти

Кактусы сабра (цабр) – опунция – давным-давно стал мифом, легендой, символом, десертом, поводом для карикатур и эссе и излюбленным объектом художников и фотографов. Цабр глубоко пустил корни в израильскую почву, став символом возрожденной страны и нового государства, чему не мешает тот факт, что из мексиканской опунции делают текилу, что в Европу цабр попал только в 15-м веке, а в Эрец-Исраэль и того позже, и использовали его для того, чтобы колючей живой изгородью отмечать земельные наделы в арабских деревнях, а «еврейскими» растениями в Эрец-Исраэль считались чертополох и колючки. Но мифологема угнездилась в нашем сознании еще прочнее, чем колючки в ладонях у тех, кто срывает сладкие плоды без рукавиц.

А ботаника, смешавшись с историей и политикой, стала благодатной почвой для творческих проектов художников и фотографов, тем более, что даже вырванный из контекста и из земли, сам кактус остается колючим, необычным и живописным предметом перед камерой даже в студии.  

Известнейший израильский фотограф, репортер и журналист Одед Балилти (http://www.odedbalilty.com/), лауреат Пулитцеровской премии 2007 года, считает, что его выставка в Музее Эрец-Исраэль «По следам цабра» - это проект его самого и кактуса вместе, и еще неизвестно кто кем руководил и кто верховодил в этом фото-диалоге. «Цабр похож на людей, - пишет Одед Балилти. - Издалека все выглядят одинаковыми фигурами, а при приближении каждый оказывается иным, особенным, со своим характером. Цабр – очень «политическое» растение, интересный партнер для переговоров – тихий, печальный, поднимающий множество проблем и вопросов одним своим видом, колючками и мясистыми листьями, плодами и незабываемым силуэтом как в природной естественной среде, так и в общественном культурном дискурсе».

Одед Балилти через эту серию снимков портретов цабров – студийных и ландшафтных - искал и нашел свои корни и привязанности в Израиле после того, как много лет работал за границей и в Израиле с зарубежными фотоагенствами. Вернуться домой, перескочив через колючую изгородь чащи сочных суккулентов с налитыми плодами и острыми шипами – вполне символично, также как и символичен сам цабр, история которого в израильском искусстве универсальна и явно еще не закончена.

Напомню, что Пулитцеровскую премию Одед Балилти, сотрудничавший с агентством «Associated Press» получил за сделанную в поселении Амона около Рамаллы фотографию 16-летней Инет Нили, в одиночку противостоявшей военной полиции, защищая свое право жить на своей земле. Одед Балилти родился в 1979 году в Иерусалиме, основы фотожурналистики освоил в армейском издании «ха-Махане. После демобилизации он начал сотрудничать с агентством ZOOM 77 и с «Едиот Ахронот». Одед Балилти снимал интифаду, выборы на Украине в 2004-м году, сделал серию к 20-летию аварии на Чернобыльской АЭС. Он снимал процесс размежевания, был одним из 12 фотографов, отобранных для участия в престижном мастер-классе World Press Photo в Амстердаме. Помимо Пулитцеровской премии 2007 года, он удостоен наград World Press Photo, Pictures of the Year International, Atlanta Photojournalism и Headliner Awards. Он также сделал широко известную серию фотографий жизни ультра-ортодоксальной общины и цикл фотопортретов ветеранов Второй мировой войны, служивших в Советской армии и репатриировавшихся в Израиль.

«Алленби и Муграби: бывали времена в кино. Киноплакаты 1931-1959 г.г.»

Какие фильмы были популярны у тель-авивцев 90 лет назад? Какие ленты «крутили» в тогдашних кинотеатрах? Каково было ходить в кино, не зная какой фильм привезли и с кем встретишься на площади? Еще одна новая выставка в Музее «Эрец-Исраэль» – «Бывали времена в кино», экспозиция которой посвящена графике киноплакатов и истории двух старейших кинотеатров, открывшихся в Тель-Авиве в 1920-е и 30-е годы. Кинотеатр «Муграби» был построен по проекту архитектора Йоси Бейлина в 1930-м году зажиточным торговцем тканями Яковом Муграби, приехавшим в Эрец-Исраэль из Дамаска.

По легенде в Тель-Авиве Муграби столкнулся с рабочими, не уходившими на обед – у них не было денег на еду потому что они откладывали заработок для того, чтобы вечером сходит в «Оперу Голинкина» - первую оперу в Эрец-Исраэль.

По просьбе первого мэра Тель-Авива Меира Дизенгофа, Муграби, решивший что будущее - за развлечениями, взялся за строительство нового оперного театра в Тель-Авиве на площади «2 ноября» («Кикар бет бе-новембер»): на первом этаже располагался концертный зал, а на втором под сдвигающейся крышей – кинозал под открытым небом, чрезвычайно популярный в летнюю жару. Напротив был еще один кинотеатр – «Мигдалор». В закрытом зале «Муграби» выступали первые театральные труппы тех времен: «Матэтэ», «Оэль», театр сатиры «Кумкум», «ЛиЛаЛо», «Габима» и «Камери». В 1970-е годы «Муграби» стал только в кинотеатром (нижний зал назвали «Студио»), в 1986-м в нем случился пожар, а в 1989-м здание было полностью разрушено.

Планы восстановить хотя бы фасад здания остались планами и на этом месте сегодня расположена одна из самых уродливых городских автостоянок. Кстати, по слухам первоначально Яков Муграби собирался строить не кинотеатр, и даже не оперный зал, а дом для своей семьи с торговыми помещениями на первом этаже. А в результате вместо оперы, о которой мечтал Дизенгоф, получился кинотеатр – но так уж вышло в те времена. В 1935-м году Муграби все-таки вернулся к текстилю, а управление кинотеатром передал Иерухаму Вардимону. Кинотеатр «Муграби» много десятилетий был центром культурной жизни – и благодаря кино, и благодаря окрестным кафе и благодаря Руди Вассенштейн, чье знаменитое фотоателье располагалось здесь же.

Второй кинотеатр - «Алленби» - был спланирован журналистом и архитектором Шломо Гепштейном, приехавшим из Одессы в 1920-е годы. С 1935 года в здании, построенном в конце 1920-х годов в стиле арт-деко, а позже – в 1934-м перестроенном, действовал кинотеатр, ставший еще одним центром притяжения для тель-авивской публики. В те годы Алленби была главной торговой и развлекательной улицей, но в 1980-е годы кинотеатры переехали в новые торговые центры, а в здании, о котором идет речь, открылся ночной клуб «Алленби, 58», также уже давно закрытый. Само же здание стиля баухаз стоит пустым и обветшалым. Поначалу этот кинотеатр назывался "Римон", а в «Алленби» его переименовали в 1938 году. У кинотеатра также была раздвижная крыша – гордость владельцев и отрада для зрителей летом.

Последним владельцем «Алленби» и «Муграби» был Иерухам Вардимон, чей сын Раудор сохранил уникальные снимки 200 афиш обоих кинотеатров, сделанные фотографом Эфраим Эрде. Большая часть плакатов были сделаны художником Шмуэлем Ашкенази и тремя его помощниками, один из которых - 92-летний Авраам Орен - дал большое интервью к открытию выставки.
Посетители выставки смогут окунуться в мир 1920-х 30-х годов - мир кино и плакатной графики. Эта выставка - дань памяти, позволяющая представить на мгновение себя на ступеньках кинотеатров под старыми плакатами с изображениями звезд прошлых лет.
«Алленби и Муграби: бывали времена в кино. Киноплакаты 1931-1959 г.г.»
Куратор выставки – Гай Раз.
 

«Медали времен Первой мировой войны»
 

Выставка «Медали времен Первой мировой войны» приурочена к столетию с начала Первой мировой войны. Выставка для нумизматов и любителей истории – новая попытка рассказать о прошедшем столетии, но в необычном ключе – передать события через медали и медальоны, чеканившиеся в Европе век назад. В музее представлена коллекция, собранная немецким меценатом Морисом Франкхёйзом (1894-1969), включающая уникальную подборку шедевров медального искусства, отчеканенных по заказу правительств воюющих стран.

Эти медали, ценимые и как художественные шедевры, и как исторические приметы времени, были предназначены для усиления пропаганды каждой из стран, но вне зависимости от «страны исхода» - места чеканки – отображали те общие страдания, которые принесла с собой война. Большая часть экспозиции выставки «Медали времен Первой мировой войны» – это медали, изготовленные из железа, так как бронза использовалась только для военных нужд.

Медали, разработанные лучшими художниками, работавшими в Европе во время Первой мировой войны. Традиция памятных медалей - очень давняя, особенно популярная во времена Ренессанса. Стиль этих пропагандистских медалей – экспрессионистский и в чем-то апокалиптический.

Морис (Мауриц) Франкхёйз (Frankenhuis) – человек драматической судьбы. После Первой мировой войны он продал часть своей коллекции Британскому музею в Лондоне. В начале Второй мировой войны он предложил отдать музею всю коллекцию в обмен на предоставление его семье политического убежища в Великобритании.

Куратор Британского музея сэр Франсис Хилл пытался помочь Морису Франкхёйзу, но власти отклонили его просьбу, и Франкхёйз был отправлен с семьей в концлагерь. Ему удалось выжить, после войны он оказался в США, где продолжил благотворительную деятельность и где боролся за увековечение Катастрофы. Музей Эрец-Исраэль представляет на выставке именно ту часть коллекции, которая не была передана Британскому музею и была передана им в дар музею Эрец-Исраэль в 1961 году.

Выставка продлится до конца декабря 2015 года. Куратор – Цецилия Меир.

Дополнительная информация на сайте: www.eretzmuseum.org.il

Часы работы Музея «Эрец-Исраэль»: воскресенье, понедельник, вторник, среда - с 10.00 до 16.00; четверг - с 10.00 до 20.00; пятница – с 10.00 до 14.00, суббота – с 10-00 до 16-00.

Телефон для справок - 03-6415244.
Вход детям до 18 лет – бесплатный. Дети до 13 лет – в сопровождении взрослых. Для жителей Тель-Авива – скидка.
 

Адрес музея: Тель-Авив, Рамат-Авив, ул. Хаим Леванон, 2.

Маша Хинич.

Все фотографии предоставлены пресс-службой Музея «Эрец-Исраэль».  

http://all-israel.livejournal.com/659065.html#comments