Летом 1949 года иркутский геолог Вадим Колпаков шел по горной тайге на севере Иркутской области. То, что он внезапно увидел, поразило его воображение. «Это был возвышающийся над склоном выпуклый правильный усеченный конус с горизонтальным верхним срезом, — писал Колпаков. — Поверхность верхнего среза образована гребнемЙ кольцевого вала, внутри которого располагается воронкообразное углубление с куполообразной центральной горкой внутри, высота которой равна высоте вала».

Первооткрыватель оценил размеры объекта: «Конус расположен на склоне, и поэтому относительная высота его над поверхностью земли различна. С верхней стороны высота конуса около 10-15 м, а с нижней — 70-80 м. Средний диаметр конуса 130-150 м. Глубина внутреннего кольцевого рва около 8-10 м». Удивительно, но уникальное, не имеющее себе равных в мире природное образование, названное Патомским кратером — по имени реки, в бассейне которой оно находится, — за полвека после своего открытия всерьез не исследовалось.

Дорогие Друзья!

Предлагаю вашему вниманию удивительные уроки рисования!

Если вы вообще не держали в руках кисть, то по её урокам  легко за очень короткое время у вас получаться очень интересные работы!

 Это, своего рода, раскрытие ваших талантов а ещё... арт-терапия!

Творческих успехов!

Ваша Golyb-ka

Серия сообщений "Художественная школа":
Часть 1 - Удивительные розы. Акварель. Автор: Barbara Fox
Часть 2 - Книга "Как писать масляными красками"
...
Часть 16 - Словарь любителя живописи. Очень полезная информация.
Часть 17 - Орнаменты и Узоры. Библиотека Сообщества "Decor Rospis"
Часть 18 - Рисование для начинающих... рисуем с Наташей Йорк

Белая гниль представляет опасность для различных растений во время вегетации ив хранилищах. Огурцы этой болезнью обычно поражаются в теплицах. Белая гниль может развиваться на всех частях растения — корнях, стеблях, черешках, листьях и плодах. При поражении наземных органов ткани становятся мягкими, слегка ослизняются, покрываются плотной белой грибницей, в которой впоследствии образуются черные склероции. Растения увядают, листья теряют тургор, засыхают. Инфекция сохраняется из года в год в почве.

Возбудитель белой гнили передается по воздуху, а также переносится механически (с рук и инструментов). Заражение происходит почти всегда через ранки.

Первые признаки болезни обычно появляются при резком понижении температуры воздуха до 12 —15 °С и высокой его относительной влажности (90—95%). Загущенность посадок огурца, слабая вентиляция теплиц способствуют развитию болезни.

 запомните:

Российский авианесущий крейсер "Адмирал Кузнецов",

Вопрос этот "старый как мир" если сказать образно. Споры о нем то разгораются вновь, то затихают. Вот сейчас дрова в огонь этого спора подкинула такая новость:

Новый главнокомандующий Военно-морским флотом РФ вице-адмирал Виктор Чирков на днях заявил, что Россия планирует создать новый отряд авианосцев.Ранее министр обороны РФ Анатолий Сердюков в конце прошлого года впервые огласил информацию о строительстве нового авианесущего крейсера. По его словам, Объединенная судостроительная корпорация предложит первоначальный план по строительству авианосца нового типа до конца 2012 года. Россия в феврале этого года уже раскрыла конкретный план по созданию авианосца нового типа: до 2014 года будет разработан технический проект нового военного корабля, а сам авианосец будет построен до 2020 года. Бывший главнокомандующий ВМФ России Владимир Высоцкий отметил, что новый корабль не будет авианосцем в классическом смысле этого слова, он будет на шаг впереди.

На фоне продолжающегося международного финансового кризиса и усиливающихся беспорядков в Западной Азии и Северной Африке, НАТО во главе с США, пренебрегая нормами международного права, все больше склоняется к применению военной силы, стратегическое пространство России находится под давлением, это в свою очередь заставило РФ осознать, что для гарантии государственной безопасности, зашиты национальных интересов необходимо укреплять строительство вооруженных сил страны. Для осуществления задач по защите морских прав и интересов, ВМФ РФ сталкивается с огромным реальным давлением, это также является важной причиной приложения Россией усилий для строительства нового авианосца.

"Хибины" против "Иджис" или что на самом деле произошло в Чёрном море?
 

 На днях (официальные сообщения поступили 14-го, но некоторые источники называют 12-е) российский фронтовой бомбардировщик СУ-24 несколько раз облетел зашёдший в Чёрное море (для устрашения России) американский эсминец "Дональд Кук". После этого американский эсминец устрашился и убрался в один из румынских портов, по слухам 27 моряков писались с него на берег, а руководство Пентагона разразилось истерической тирадой на тему безответсвенности и не профессиональности российского руководства и недопустимости деморализовывать американскую армию.

СУ-24 собственной персоной. Из Википедии

Странно это как-то... С одной стороны - устаревший самолёт (впервые поднялся в воздух в лохматом 70-м, их сейчас вообще массово снимают с вооружения), без каких либо следов вооружения на борту. С другой - суперсовременный боевой корабль, основное назначение которого - противовоздушная оборона морских соединений. Вроде бы для них всё это должно стать не более чем небольшой тренировкой в условиях отдалённо приближенных к боевым, эдакое бесплатное развлечение на фоне серых армейских будней. А вместо этого - корабль поспешно укрылся в порту и с него началось повальное бегство экипажа.

Прям чудеса какие-то... И вот в Сети появилась чрезвычайно интересная версия произошедшего. Читайте, а я, как обычно, позволю себе некоторое количество собственного ЗЫ.

Английский живописец James Sant (1820-1916)

Глава IV

Учились мы в институте охотно и, главное дело, совершенно свободно. Я не была в младших классах, потому не знаю, как там было дело поставлено, но, начиная с четвертого класса, т. е. с переходом нашим в старший возраст, нас никто не принуждал учить уроки. Наши классные дамы были сами так хорошо образованы, что, конечно, каждая из них могла свободно репетировать нас, но это, к счастью для нас, не было принято в мое время, и мы занимались в большинстве случаев самостоятельно. Помогали они нам только в языках, и то, если была в этом необходимость. Учебников у нас почти никаких не было. Каждый учитель большей частью вел свой класс по своим запискам. И мы переписывали каждый заданный нам урок для себя сами в свои тетради, или составляя прямо записки со слов учителя, или имея уже ранее составленные записки. Даже наш учитель математики Буссе приносил с собой особые листочки с задачами и теоремами, и мы переписывали их каждая для себя отдельно. Классная дама сидела обыкновенно за особым столиком с работой или книгой в руках и наблюдала за нами, никогда не вмешиваясь в наши занятия. Были воспитанницы, которые более любили учить свои уроки в одиночку и тихо про себя, а были и такие, которые учились вдвоем или по нескольку вместе, находя такой способ учебы для них легче. В свободное от занятий время мы могли заниматься чем нам было угодно. Учителя наши были, конечно, все первоклассные, преподавали нам интересно и умело. Развлечений, не считая приемных часов, мы не имели никаких, заниматься нам никто не мешал, и мы учились и развивались совершенно свободно и своеобразно.

За последнее время мне много приходилось читать о педагогах, и всюду проводилась та мысль, что в гимназиях учителя и ученики относятся друг к другу как враги. Мысль эта утверждалась так категорически и статьи повторялись с такой настойчивостью, что я невольно проверила свои воспоминания.

Александра Степановна Ешевская была в числе девушек сорок четвертого выпуска Смольного. К сожалению, о ее судьбе после окончания Института известно немного. Удалось лишь выяснить, что с середины 90-х гг. до 1900 г. Ешевская работала фельдшерицей в ординаторском отделении Екатерининской больницы при Московском университете. Тем больший интерес вызывают ее “Воспоминания о Смольном”, которые не только знакомят нас с жизнью воспитанниц Смольного института, но и дают представление об авторе — живой, любознательной, доброй и непосредственной девушке.

Рукопись Ешевской, входящая (без даты написания) в состав архива ее отца — известного историка С. В. Ешевского (ОПИ ГИМ. Ф. 312. Ед. хр. 13), публикуется в современной орфографии с сохранением языковых и стилистических особенностей оригинала. На первой странице на полях имеется помета: Хамовники, Теплый переулок, дом Свешниковой. Александра Степановна Ешевская, кв. 17.

АЛЕКСАНДРА СТЕПАНОВНА ЕШЕВСКАЯ.
ВОСПОМИНАНИЯ О СМОЛЬНОМ.

1871—1876 гг.

Источник feb-web.ru/feb/rosarc/rab/rab-352-.htm

Глава I

Я воспитывалась в Смольном институте, на Николаевской половине, в Невском отделении. В институте я пробыла почти пять лет, от первых чисел августа 1871 года по 30 мая 1876 года. Вот об этом-то пятилетнем моем пребывании в Смольном я и хочу поговорить.

Отец мой, Степан Васильевич Ешевский¹, профессор-историк императорского Московского университета, умер молодым, оставив после себя жену и пятерых детей один одного меньше. Я не была дочерью военного и поступить в Смольный не имела никакого права, но по особой просьбе, поданной матерью на высочайшее имя, была принята в Смольный институт милостью императора Александра II воспитанницей его имени.

Ехала в Смольный охотно. Одно только обстоятельство меня сильно огорчало. Любимая моя сестра Оля, с которой я никогда не разлучалась в жизни, не была принята вместе со мной, вакансий не было, а поступила только на следующий год. Главная мысль моя была о том, хорошая или дурная будет у меня начальница. Мысль о дурной, злой начальнице страшила меня, и я старалась узнать о ней возможно больше, но чем больше я о ней расспрашивала, тем страшней она казалась в моем воображении.

“Начальница такого института, как Смольный, должна быть непременно важная аристократка, — говорила мне бабушка моя Ольга Андреевна Вагнер², — знакомая лично царской фамилии и имеющая большие связи при дворе”. “Начальница твоя будет очень строгая, — говорила мне серьезно любившая очень меня моя старушка, няня Наталья, — но ты молись Богу и Он тебя не оставит. Помнишь, начальницу в Астрахани*, она тебя любила и ничего дурного тебе от нее не было. Будь как можно тише и слушайся классных дам. С девочками дружись осторожно. Выбери себе подружку по душе и полюби ее, тебе и не будет так скучно. А на будущий год и Оля с тобой поедет. К нам почаще пиши”.

Так утешала меня няня. “Ты не очень бойся, — накануне отъезда, ложась вечером спать, шепнула мне Оля, — может быть, она добрая и тебя полюбит. Я буду о тебе думать каждый день, а ты мне опиши свою жизнь в институте и своих подруг. Может быть, тебе так весело будет, что ты об нас и скучать не будешь. Только вот няни с тобой не будет”, — грустно прибавила Оля.

Много еще разных советов и уговоров пришлось мне выслушать от всех домашних и знакомых, и все это вылилось в одну форму, и личность начальницы приобрела в моих глазах особый интерес и значение.

Наконец, мы в первых числах августа выехали из Москвы. Железная дорога меня не поразила, так как я не один раз уже бывала в Троицкой Лавре и ездила в Астрахань, следовательно, видела и вокзалы, и вагоны, и всю суету и сутолоку, неизбежную при отходе каждого поезда. Зато по приезде в Петербург прежде всего меня поразил Невский проспект и Казанский собор. Нева после Волги на меня уже большого впечатления не произвела. Остановились мы с матерью у Бестужевых. За К. Н. Бестужевым-Рюминым³ была замужем родная сестра моего отца, Елизавета Васильевна Ешевская. Бестужевы жили тогда в доме Алонкиной на Васильевском острове. Дядя и тетка приняли меня очень ласково. Детей своих у них не было, и тетя Лиза охотно приняла на себя все заботы обо мне после отъезда моей матери в Москву. Мне у них очень понравилось, их совершенно простая обстановка и большой стол, заваленный книгами с прекрасными картинками. Позднее я, бывая у них на праздниках Рождества и Пасхи, от дяди Кости узнала, что это были за книжки с такими чудными картинками.