БАЛЬМОНТ: "Серебряные россыпи"...Сонет №1

Впервые серьёзно обратил я на буколистические мотивы в поэзии мага любви после его посвящения Бунину, открывшему для меня поэзию "серебряных", после чего я с Бальмонтом "пропал для Бунина и других моих кумиров того времени на целых два года. Но читал тогда его бессистемно и мимо таких шедевров как "Золотой обруч" пролетел на восторженной волне открытий, почти не остановившись. И лишь вернувшись в творчестве "серебряных" к уникальным сонетам "серебряных" и знаменитого письма Батюшковы здесь, я неконец опомнился. Да что же это я?! Ладно Брюсов, признавая гениальность Бальмонта и помогая ему в сложнейшем издательском деле, но одновременно завидуя так чисто, как могут только гении, огорчённо писал в 1910-м году, что Бальмонт исписался и в 1920 году "не заметил" этого вот шедевра, вторили Брюсову Цветая и ни к селу, ни в Красную армию, напиливший на себя тогу академика Мандельштам. Но я-то, я!!!... Зато каковой была эта новая встреча, которую я прятал от вас более 2-х лет. И дотягивая до арийскокого 15-лети летия мальчиков, только после которого нормальный мужик может уйти по своим делам, опекая мальчиков духовно, что я и сделал отправившись на Нижегородчину и найдя там пушкинскую Русь...и снова Бальмонта. Больше мы с ним в буколистической теме и поэме осени, не уступающей на мой взгляд Болдинской осени Пушкина, не расставались, а побывав в Болдино перед второй смертью (я даже об этом притчу написал), я всерьёз занялся венком "Золотой обруч", где осень, природа и лебединая песня ведавшего свою судьбу мага слились в потрясающем гимне. О вселенском арийском размахе задумки говорит уже посвящение.

И, восставши, Заратустра
Услыхал, что гром уходит,
Увидал на небе синем
Семицветную дугу, -
Увидал под склоном горным
Нивы, пастбища и дом свой,
Услыхал в древесной чаще
Звонкий голос соловья.

Вникайте в мудрость величайшего из арийских пророков Заратустры, пока я бережно выношу первый венок на ваше обозрение. Он мне очень дорог, этот феерический запев!

Красивы блески царственного злата,
Добытого в горах и руслах рек.
В нем силу солнца понял человек,
В нем страсть, любовь, и бой, и гуд набата.

Чтоб клад достать, утроба тьмы разъята,
Оплот гранита жаждущий рассек.
Подземный Вий, из-под тяжелых век,
Признал и в краткодневном смелом - брата.

Не говори о золоте слегка.
Колдуют долго солнечные чары
По руслам рек и там, где срывны яры.

Власть перстня обручального крепка.
Всесильны желто-алые пожары.
Изыскан огнь осеннего листка.

Константин БАЛЬМОНТ

Как тут не впомнить арийское отношение к золоту-Солнцу, о которых писал я тут слегка, да вы, помнится достали меня и пришлось немножко подраскрыть тайны, ведущие избранных (и только их!) к арийским солнечным технологиям. Знал о них, безусловно, после посещения Гипербореи и Бальмонт: вчитайтесь в иные смыслы меж его восторженных строк. А я эту тему не оставлю, довольно и того, что к Вию явился за золотом для ариев сам Велес.