- Ты когда у него брал отраву крайний раз? Ау, ты меня слышишь?! – я толкнул Гешу в плечо.

- Слышу, - Геша с шумом втянул в голову слюни и на минуту вывалился из наркотического ступора, - вчера брал.

Выдав эту информацию, он опять отрешился от бренного мира. Я сплюнул с досады и переключил свое внимание на Павлика, приятеля Геши «по шприцу», который был вменяем и поглядывал на своего кореша с плохо скрываемой завистью.

- Ну и как вы закупаться собрались, ты посмотри на него – зомби натуральный!

Геша неожиданно вскинул голову и, не открывая глаз, промычал нечто нечленораздельное, что, по-видимому, должно было означать отрицание моего мнения о нем.

- Да ладно, Глеб, все нормально будет, я с ним пойду. Да и пока оформимся, он очухается. Я знаю эту отраву, она долго не держит, - успокоил меня Павлик.

- Ну, смотри. Давай оформляться.

     Геша с Павликом появились у нас предыдущей осенью. Они скромно вошли в кабинет и поинтересовались с кем можно поговорить насчет наркотиков. Иваныч заверил их, что с нами можно без опаски обсуждать данную проблему, мы всегда выслушаем и поможем разобраться в создавшейся ситуации. После чего они поведали нам следующее: на описываемый период оба находились на подписке о невыезде в связи тем, что их общая страсть к присвоению чужих сотовых телефонов не встретила понимания и одобрения среди владельцев этих самых телефонов, а это, в свою очередь, вылилось в возбуждение уголовных дел. И вот, чтобы загладить свою вину перед уголовным кодексом они решили возложить свои знания и умения на алтарь борьбы с торговлей наркотиками. Оба являлись наркоманами со стажем, что подразумевало некоторый накопленный опыт в данной сфере. Взамен они просили составить бумагу в суд, дабы судья вынес приговор помягче. Подобные бумаги в суде рассматриваются как положительно характеризующий подсудимого материал. Мы с пониманием отнеслись к проявлению их гражданской сознательности, в результате чего Павлик с Гешей, работая в дуэте, успешно определяли в тюрьму наркобарыг.

    Действительно, Геша отошел пока мы оформляли необходимые документы. К тому времени уже подъехали бойцы ОМОН. На кандидата в тюрьму был определен местный барыга Назар (действие происходило до событий, описанных в рассказе «Назар»). Рассчитываться за героин предполагалось деньгами и старым сотовым телефоном. Как заверил нас Геша, Назар торговал прямо из своей квартиры, поэтому особых трудностей не предвиделось. Но, как обычно, все пошло не по плану.

    Мы с Иванычем сидели в машине, наблюдая за входом в подъезд Назара. Дверь распахнулась и в поле зрения появился Павлик. Следом за ним шел Геша. Появление вслед за Гешей Назара было для нас полной неожиданностью. Они вытащили сигареты, поочередно прикурили от Назаровой зажигалки и целеустремленно подались кучей куда-то прочь со двора. Причем Павлик, чуть приотстав, подал нам знак, что сделка не состоялась. Мы с Иванычем переглянулись, после чего я выскочил из машины и, делая вид что я – это вовсе не я, двинулся следом за ними. Несколько минут спустя отзвонился Павлик, который рассказал, что у Назара героина нет, но он повел их к своему приятелю, у которого героин на продажу имелся, а сам Павлик звонит, отойдя, якобы, по нужде. Получив от меня «добро» на продолжение операции, Павлик успокоился, и они продолжили свое увлекательное путешествие. Впрочем, путешествие было непродолжительным. Оставив приятелей возле одного из старинных двухэтажных домов, Назар исчез в подъезде. Минут через десять он вышел. Пару минут поговорив с нашими «торпедами», Назар попрощался с ними за руку и направился в сторону своего дома. Геша с Павликом одновременно стащили шапки и стали усердно поправлять прически, что было условным сигналом о том, что сделка состоялась.

    Небрежно насвистывая какой-то незамысловатый мотивчик, Назар завернул за угол и слегка присел от неожиданности, когда столкнулся со мной нос-к-носу. Он рефлекторно рванулся в сторону, но фактор неожиданности сделал свое дело – я предвидел это движение и Назар воткнулся носом в грязную корку весенней наледи на тротуаре. Заскрипели тормоза, служебная «пятерка» остановилась рядом с нами, Назар был определен на заднее сиденье. Иваныч грозно развернулся к нему и некоторое время пристально рассматривал барыгу в упор. Тот занервничал.

- Ну что, - голос Иваныча звенел металлом, - сам сядешь, или дружка своего сдашь?

- Командир, ты чего? Я домой иду, пустой, какого дружка, ты о чем? – голос Назара звучал фальшиво и неубедительно, глаза бегали. Перед «пятеркой» остановился УАЗик, оттуда вышел старший группы ОМОНа, подошел к нам:

- А чего вы нам не маякнули, мы бы его приняли, – голос старшего звучал немного обиженно.

- Видал? – повернулся опять к Назару Иваныч, - парни жалеют, что ты не к ним в руки попал.

- Да мне и Глеба хватило, - Назар передернул плечами. Руки его были сзади скованы наручниками.

- Ну что, будет разговор?

- Командир, не понимаю, о чем ты? – Назар старательно прятал глаза.

- Не, ну как знаешь, - Иваныч тяжело вздохнул, демонстрируя очевидную глупость позиции оппонента, - только пойми, через тебя сейчас была произведена проверочная закупка. Наверняка ты пару купюр себе оставил. – Мелькнул быстрый встревоженный взгляд Назара, говорящий о том, что Иваныч попал в точку.

- Сейчас мы едем, оформляем тебя, - продолжал невозмутимо Иваныч, - потом берем твоего дружка Пашу, к которому ты сейчас бегал за героином. После этого вы едете в СИЗО группой лиц по предварительному сговору.

- Чего надо, командир? – хриплый голос Назара говорил о том, что тот сдается.

- На Пашу показания дашь?

- Дам.

- Тогда сейчас едем к нему, ты стучишься в двери, просишь, чтобы он открыл.

- А что мне будет?

- Свидетелем пойдешь.

- Согласен.

    В глазах Иваныча светилась откровенная досада. Мне тоже было не по себе. Назар уже несколько минут долбился в Пашину дверь, но в квартире была тишина. Мы с Иванычем переглянулись. За долгое время работы вместе мы уже научились понимать друг друга без слов. Я молча показал двум ОМОНовцам под дверь квартиры. Те кивнули и бесшумно заняли позицию под дверями так, что их не было видно через дверной глазок. Забрав Назара, мы ухали в РУВД документировать то, что нами было сделано. Я находился в дежурке, когда мой сотовый завибрировал. Звонили ОМОНовцы, оставленные в засаде:

- Мы внутри, подъезжайте.

Вихрем я взлетел на третий этаж:

- Иваныч, вошли!

    Через несколько минут я первый входил в нужную нам квартиру. Прихожая имела вид как Москва после нашествия Тохтамыша. Все, что можно было разбить, было разбито. На полу, среди обломков обувной тумбы валялось тело со скованными за спиной руками и, казалось, не дышащее. Пол и стены в прихожей были забрызганы кровью. Среди этого хаоса резко выделялись донельзя довольные лица ОМОНовцев.

- Он что, не дышит? Парни, вообще-то он нам говорящий нужен был, - я с удивлением рассматривал открывшуюся картину.

- Да ну, только что разговаривал, - один из бойцов слегка толкнул ногой задержанного. Тот хрюкнул и неожиданно бойко зашевелился. У меня отлегло от сердца.

- Чего это вы с ним так жестко?

- В драку кинулся, не поверил, что мы – милиция.

- Тащите его в комнату, разговаривать будем. Больше в хате никого?

- Девчонка какая-то в комнате, а так - больше никого, - бойцы подхватили под руки барыгу и потащили в комнату. Судя по блуждающей по его отрешенному лицу улыбке, тот был в наркотическом трансе.

    Я прошел в другую комнату. Там на диване, застеленном чистым бельем, закрывшись по шею одеялом, сидела молоденькая девушка лет семнадцати-восемнадцати. На мелово-бледном лице выделялись огромные глаза, в которых застыл ужас. На наркоманку она не походила.

- Ау, малыш, ты кто? – я пощелкал пальцами перед ее лицом. Глаза с трудом переместились на меня, но ни малейшей мысли не промелькнуло в ее до предела расширенных зрачках. Из горла девушки вырвался сдавленный всхлип. Она явно пребывала в глубочайшем шоке.

- Ладно, успокойся. Ничего плохого никто тебе не сделает.

Я перешел в зал. Паша был уже водружен на стул, поставленный в центре комнаты. Для приличии поломавшись, он признал вину.

- Так где героин-то, Паша?

- А вон, на подоконнике, - Паша кивнул в сторону окна.

Я отодвинул штору. Подоконник был застелен газетой, на которой кучками был разложен комковатый порошок сероватого оттенка. На глаз прикинул количество – «пятака» (пять грамм) три, не меньше, что-ж, неплохо.

- А деньги где? – я опять повернулся к Паше.

- Деньги мне Назар не давал, - Паша недоуменно уставился на меня, он мне телефон дал, я ему «половинку» (полграмма) отсыпал. Я усмехнулся: вот Назар жучара!

    За суетой обыска я несколько подзабыл о девушке в другой комнате. Вспомнил примерно через час. Она к этому времени успела уже немного успокоиться, но все равно ее сотрясала нервная дрожь.

- Ну, так как тебя зовут, красавица?

- Н-настя.

- И чего мы здесь делаем, Настя?

Из прихожей послышался шум падающего тела, Настя вскинулась, в глазах опять промелькнул страх. Я выглянул в коридор.

- Все нормально, клиент пришел за отравой, - боец сноровисто размещал на полу пришедшего не вовремя любителя кайфа. Я кивнул и вернулся к Насте:

- Не бойся, так откуда ты взялась? Я ведь вижу, что ты не наркоманка.

Из сбивчивого рассказа Насти стало известно, что она приехала в Красноярск из села для учебы на подготовительных курсах и дальнейшего поступления в ВУЗ. По объявлению в газете сняла в аренду комнату. По несчастливой случайности хозяином комнаты оказался наркоман и, по совместительству, торговец героином, Паша. О наркотиках раньше слышала только по телевизору.

- М-да, а давно комнату-то сняла?

- Се-сегодня, - Настя опять захлюпала носом.

- Ладно, успокойся, никто тебя здесь не обидит.

- Стра-а-шно.

- Теперь-то чего бояться? Нарки сейчас надолго дорогу сюда забудут.

- А мне теперь новую квартиру искать?

- Ну, я думаю, с Пашиными родственниками договоришься.

В комнату заглянул следак:

- Глеб, я закончил, ты с нами едешь, или здесь остаешься? Если с нами, то звонил Иваныч, сказал, чтобы ты в магазин не забыл заскочить, нам еще всю ночь работать.

- Поехали.

Серия сообщений ""Нетленки"))":
Часть 1 - Стирка. Бытовая зарисовка. (Попахивает шизофренией)
Часть 2 - Фадей. Записки "наркоманского" опера.
...
Часть 7 - Ксюха - Экскаватор. Записки наркоманского опера
Часть 8 - Улица Станочная. Записки "наркоманского" опера
Часть 9 - Не по плану. Записки "наркоманского" опера

- Открывайте уже! – Оксана раздраженно стукнула по металлической двери кулачком и присела от боли – вот сучки!
Заскрежетала щеколда, дверь приоткрылась.
- Ты чего воюешь? – хозяйка квартиры, Катька, подозрительно осмотрела Оксану, окинула быстрым взглядом лестничную площадку и, убедившись, что больше никого нет, пропустила гостью внутрь. Оксана прошла в большую комнату запущенной квартиры. Там царило оживление. Кроме десятка местных проституток тут же, кто где, сидели человек семь кавказцев – торговцы с рынка. Они были завсегдатаями и часто собирались здесь выпить, закусить, а заодно и воспользоваться услугами девочек, благо, что те были далеко не модельной внешности, и ценник у них был невысокий. Хозяйка квартиры – Катька, наркоманка лет двадцати пяти, также подрабатывала проституцией, а из квартиры сделала притон для употребления наркоты и для обслуживания клиентов. Точнее, притон сделался сам собой, Катьку это устраивало, так как гости делились с ней героином, а три комнаты квартиры позволяли уединяться девочкам с клиентами.
- А Парамониха где? – Оксана шарила глазами по комнате в поисках нужной ей личности.
- В комнате, с клиентом, - Катька равнодушно кивнула в сторону закрытой двери в другую комнату.
Парамониха, бабенка лет тридцати, приторговывала героином, за что имела у Катьки приют. Будучи сама наркоманкой, она также подрабатывала проституцией, так как продаваемый героин щедро вливался в собственную вену, отчего страдала прибыль.
Оксана подошла к указанной двери и прислушалась. Из комнаты доносились приглушенные голоса. Слов было не разобрать, да Оксане было и неинтересно о чем говорят Парамониха с клиентом. Она постучала в дверь. Через несколько секунд створка приоткрылась и в образовавшуюся щель высунулась растрепанная голова Парамонихи.
- Тебе чего? Не видишь, я занята.
- Мне грамм, - Оксана протянула смятые купюры.
- Щас, подожди, - Парамониха деловито кивнула, забрала деньги и скрылась в комнате, тщательно прикрыв за собой дверь. Через пару минут дверь снова приоткрылась и Оксана забрала маленький бумажный сверток. Видимо, клиент – кто-то из своих, раз барыга так спокойно при нем передает отраву. Оксане эта мысль пришла мимоходом и мгновенно испарилась, вытесненная чувством владения свертком с заветным порошком. Эх, если бы весь купленный порошок принадлежал ей! Оксана прошла на кухню, присела к обшарпанному столу, усыпанному крошками, какой-то тряпкой смахнула с одного угла мусор на пол и осторожно развернула сверток. Внутри находился белый порошок с вкраплениями крупинок кремового цвета. Порошок – наверняка сахар, а вот крупинки – в них содержится героин. Привычной рукой Оксана надергала из смеси комочки покрупнее и отложила их в сторону. Тщательно свернув бумажку с оставшимся порошком, спрятала ее в прореху подкладки сумочки. Это – ментам, которые и отправили сюда Оксану для проведения проверочной закупки. Содержания героина в порошке все равно будет достаточно для экспертизы, а подлечиться душа требует прямо сейчас. Приготовив раствор из отложенных крупинок героина, Оксана сделала укол, закурила сигарету и пошла на выход, кивнув Катьке, чтобы та закрыла за ней двери.

- Где сбыты? – стремительно влетевший в кабинет начальник розыска требовательно посмотрел на меня.
- Боря, согласно твоего недавнего требования, мы с Иванычем безвылазно находимся на своем рабочем месте, то бишь в кабинете. А теперь вопрос: как мы будем делать сбыты, если не копытим землю?
- То есть, я виноват? – Борины глаза начали наливаться кровью.
- Я этого не говорил, ты сам к такому выводу пришел, - Боря сам еще сравнительно недавно был простым опером и, будучи один на один, я мог себе позволить разговаривать с ним свободно.
- Где Иваныч?
- Дежурит, на выезде.
- То есть сегодня сбыта не будет?
- На все воля Аллаха, - я спокойно смотрел на Борю. Тот, круто развернувшись, выбежал из кабинета. Проводив его взглядом, я вернулся к прерванному занятию – приведению в порядок дел оперучета. Вечно до них руки не доходят. Вот и сейчас, стоило мне взяться за пухлые папки, раздалась трель телефона. Звонил Игорь, опер «наркоманской» линии городского управления и, по совместительству, мой друг. Переговорив с ним, я опять закинул папки в сейф, опечатал его и отправился в кабинет Бори.
- Боря, я на район, попробуем сбыт сделать.
- Так ведь ты один, как делать-то будешь? Или решил свалить, чтобы водки попить? – Боря недоверчиво уставился на меня.
- Городские помогут, а если желаешь, чтобы мы постоянно под твоим наблюдением в кабинетах сидели, тогда и сбыты от нас не требуй.
Недоверчиво хмыкнув, Боря махнул рукой, отпуская меня. Во дворе РУВД уже нетерпеливо пофыркивал выхлопом белый «Соболь» «наркоманов» горуправы.
- Здорово, братва лихая! – я запрыгнул внутрь. «Соболь» тут же рванул с места.
- Здрассти, - внутри я узрел Оксану – труженицу сексуального фронта, наркоманку, сотрудничавшую с Игорем. Сам Игорь был тут же, мы поздоровались за руку.
- Ну, рассказывай, что там у нас.
Игорь усмехнулся и кивнул в сторону Оксаны:
- Да вот, Ксюха горит желанием помочь, - Оксана равнодушно смотрела в окно, - ситуация такая: помнишь, я тебе рассказывал про притон проституток на Станочной?
- Это где тебя послали?
- Точно. Катька, кобыла, не захотела держать меня в курсе местных криминальных дел. Ну вот, я Ксюху туда подвел, она теперь там своя. Уже несколько раз кололась вместе с ними, клиентов туда водит для потрахаться.
- Молоток! А банкует там кто? Катька?
- Банкует какая-то Парамониха. Она живет у Катьки, не так давно поселилась. Едем у нее закупаться.
- Что за Парамониха? – я повернулся к Оксане, - что-то погремуха знакомая…
- А фиг ее знает, она откуда-то с Водников, вроде, не знаю точно, я ей в паспорт не заглядывала…
- Ладно, разберемся.
Чтобы не отсвечивать под адресом, встали на конечной остановке маршруток. Оксана ушла в адрес, мы прикидывали варианты задержания.
- Здорово, борцы с наркотическим зельем! – в приоткрытой двери микроавтобуса появилось веселое лицо Семеныча – пенсионера МВД, ранее также работавшего на линии наркотиков.
- Здорово, Семеныч! Ты тут какими судьбами?
- Да вот, мимо проходил. А вы что, хлопать кого-то собрались? Если что, я поучаствую? Молодость хоть вспомнить…
- Ну, поучаствуй.
Семеныч тут же забрался в машину, поздоровался со всеми за руку. На горизонте показалась Оксана. Судя по слегка заплетающейся походке, часть купленного героина она употребила.
- Вот сучка! – Игорь выматерился, - вмазалась ведь!
Оксана неловко вскарабкалась в «Соболь», плюхнулась на сиденье и, выдвинув вперед нижнюю челюсть, за которую получила кличку «Экскаватор», ушла в себя.
- Ксюха, твою мать! – Игорь рвал и метал, - ты отраву принесла?
Не открывая глаз, Оксана полезла в сумочку и вытащила оттуда бумажный сверток.
- Ладно, хоть так, - вмешался я в разговор, - народу много в адресе?
- Не, девки, штук десять и клиенты, примерно столько же, - голос Ксюхи звучал глухо и невнятно. Ответив, она опять погрузилась в свой мир.
Мы переглянулись. Десять человек клиентов, а нас всего пятеро вместе с водителем. Могут возникнуть эксцессы.
- Глеб, звони в ОМОН!
Я уже достал телефон и листал в нем список контактов.
- Алло, Саня, привет! Выручай, срочно твои бойцы нужны… Я знаю, что заранее надо… Блин, Саня, выручай, у нас сил недостаточно… Согласуем бумаги, Иваныч в РУВД, я ему сейчас позвоню, он распечатает задание, подпишет и в ГУВД отправит, Саня, срочно надо… Человек пять, можно в форме, можно в гражданке… Спасибо, Саня, ждем…
По приезду ОМОНа Игорь растолкал Ксюху:
- Хватит западать, идешь сейчас в адрес, тусанись там немного. Когда соберешься на выход, сделай отзвон, мы под двери встанем. Как дверь откроешь, мы войдем. Все поняла?
Оксана механически кивнула и походкой сомнабулы поплелась в сторону нужного адреса.

В душе я клял Оксану самым отборным матом. Прошло уже минут десять после того, как она отзвонилась, подав сигнал, что готовится выходить из квартиры. ОМОНовцы выстроились вдоль стены в подъезде так, чтобы их не было видно в глазок. Напряженные позы, руки с оружием за пазухой, готовы к входу, но… из нужной нам квартиры никто не выходил. Пауза затягивалась, и это было нехорошо. В любой момент нас мог заметить наркоман, постоянный клиент, или проститутка, идущая на притон. Отзвонятся – все, пропал фактор внезапности, улик не найдем. Хлопнула дверь квартиры сверху, послышались шаги спускающегося по лестнице человека. Невзрачный мужичок, видимо живет здесь и знает что за квартирка, дверь которой мы караулим. Окинул нас презрительным взглядом, проходит, стараясь толкнуть плечом. ОМОНовцы в гражданке, он видимо решил, что мы клиенты… Заскрежетала задвижка двери. Наконец то! Бойцы синхронно вынули оружие из-за пазухи. Дверь приоткрылась, работаем. Мужичок, увидев пистолеты, от неожиданности присел и, по глазам видно, пожалел о своем вызывающем поведении. Не до него, нам внутрь надо. Краем глаза успел заметить как мужичок на подгибающихся ногах, но с потрясающей прытью выскочил из подъезда. ОМОНовцы уже внутри, из комнат раздается грохот, визги, вопли, маты. На пороге присела на корточки Катька, закрыла голову руками, протяжно и тонко воет от страха. За шкирку и внутрь ее. Дверь на задвижку, все, лавочка закрыта. Пинком отправляю Катьку в комнату к остальным. Красота! Клиенты разложены на полу, девки в куче на диване с руками за головой. Игорь в соседней комнате. Оттуда доносится грохот и жалобный вой. Забегаю туда. М-да, похоже, бойцы ОМОН застали парочку в самом разгаре процесса. Воющему на полу мужику подобная «изюминка» явно не понравилась. На кровати голая мамзель со знакомой физиономией.
- О, кого я вижу! Парамонова Людмила, если не ошибаюсь?
Растерянный кивок в ответ и начинающаяся икота. Через несколько секунд в глазах появляются проблески мысли:
- А, это ведь вы моего мужа сажали?
- Я. Разговаривать будем?
- О чем?
- Люда, не надо строить невинные глазки. Где отрава и деньги?
- Не знаю о чем вы…
- Как знаешь. Парни, клиента в комнату к остальным. С Людой у нас отдельный разговор будет.
- Глеб, а ты ее откуда знаешь?
- Года два назад, когда работал участковым, мужа ее за квартирную кражу сажал.
- Понятно.
- Люда, это твой халат? – проверяю, чтобы в карманах ничего не завалялось и кидаю ей, - оденься.
Та торопливо запахивается в старый бесформенный халатик. Лицо напряженное, глаза сосредоточенные. Гадает что нам известно, а что нет, пытается выстроить позицию защиты. Ну-ну, гадай. А я пока опергруппу вызову.

- А что это у нее в руке? – симпатичная девушка-понятая недоуменно смотрит на руки Людмилы. Я перевожу взгляд с бланка протокола личного досмотра, который заполняет инспектор ПДН, приехавшая со следственно-оперативной группой специально для того, чтобы досмотреть Людмилу. Парамониха судорожно сжимает кулаки, в глазах досада.
- Люда, не стесняйся, выкладывай на стол, что там у тебя?
- Героин, - слова даются Людмиле с трудом, но она понимает, что проиграла и из разжавшейся руки на стол выкатывается целлофановый шарик с белым порошком.
- Таня, пиши, - я вновь поворачиваюсь к инспектору, - из кулака правой руки изъят отрезок полимерной пленки с порошкообразным веществом светлого цвета.

- Глеб, ты в курсе куда Катька направлялась, когда мы вошли?
- Нет, а что?
- В суд она шла. Здесь недавно наркоконтроль притон оформил, так вот она как притоносодержательница, сегодня должна была в суд явиться, приговор у нее сегодня, а тут мы!
- Ну что могу сказать, посодют Катьку. А нефиг наркоту разводить. Кстати, Ксюха-то где?
- Да вон она, в углу западает. Даже не соображает что все закончилось, руки до сих пор за головой держит. Видимо, дозвон сделать сил хватило, а до двери дойти – уже нет.
- Ладно, следак здесь закончил, забираем тех, кто нам нужен и едем в РУВД, там все закончим.
- А отметить?
- По дороге купим…

Серия сообщений ""Нетленки"))":
Часть 1 - Стирка. Бытовая зарисовка. (Попахивает шизофренией)
Часть 2 - Фадей. Записки "наркоманского" опера.
...
Часть 6 - Назар. Записки "наркоманского" опера.
Часть 7 - Ксюха - Экскаватор. Записки наркоманского опера
Часть 8 - Улица Станочная. Записки "наркоманского" опера
Часть 9 - Не по плану. Записки "наркоманского" опера

http://mysiberia.ru/zoo/

Серия сообщений "Моя Сибирь":

Мой сайт, рассказывающий о Сибири и о городе Красноярске.

Часть 1 - Мой сайт
Часть 2 - Песчаные скульптуры. Сайт "Моя Сибирь"
Часть 3 - http://mysiberia.ru/tatysh/
Часть 4 - Зоопарк "Роев ручей". Моя Сибирь

- Ну, чего сегодня делать будем? Точнее, кого? – вопрос Иваныч задал искусственно бодрым голосом, ни к кому конкретно не обращаясь. Собственно, выбор собеседников у него был невелик: я и Вова Балка – местный наркоман, сотрудничавший с нами. Надо сказать, что почти все наркоманы в той или иной степени сотрудничают с операми. Все наркоманы – преступники, ежедневно они совершают преступление, приобретая и, какое-то время храня при себе наркотики. Кроме того, наркотики стоят денег, а наркоманы работать не шибко любят – им некогда. Они заняты поиском вожделенной отравы. Хотя сеть мелких торговцев наркотой сильно разрослась в последние годы, за что отдельное спасибо нашему «заботливому» правительству, специфика данного бизнеса предполагает собой закрытость. Если покупатель не знаком с барыгой лично, или не имеет веских рекомендаций – даже нечего пробовать купить зелье. Попросту никто не продаст. Да и личное знакомство с рекомендациями – не гарантия, что удастся купить «тему», как ее называют наркоманы. Барыга может быть не в настроении, ему может что-то почудиться, до него могут дойти какие-то слухи, в конце концов, покупателя может попросту оговорить другой «клиент». Поэтому, день обычного наркомана проходит в неустанном поиске «темы». Работать ему некогда и деньги они добывают, как правило, кражами, мошенничеством, посредничеством в приобретении той же отравы и иными, предусмотренными уголовным кодексом действиями. В связи с этим здравомыслящие наркоманы предпочитают с операми не ссориться, а в меру сил сотрудничать с ними. Ибо, рано или поздно любого нарка прихватят и поставят пред судейским строгим оком. Вот тут-то и пригодится ему знакомство с операми. Ведь они могут написать ходатайство судье – с перечислением заслуг данного индивида в виде номеров уголовных дел, которые были раскрыты, благодаря этому потребителю заморского зелья. Подобные ходатайства могут неплохо скостить срок в суде, а если повезет, то вообще можно отделаться условным сроком. Но я отвлекся.
-Ну, так кого сажать сегодня будем? – повторил Иваныч свой вопрос. Вова, сидя на продавленном диване в углу кабинета, с преувеличенным интересом разглядывал свои грязные, видавшие виды кроссовки. Я начисто игнорировал риторические вопросы своего друга, а по совместительству старшего опера и напарника.
- Глеб, чего молчишь? – Иваныч кинул в меня колпачком от шариковой ручки.
- Да иди ты, - уныло отозвался я, - у меня траур…
- Из-за Кофтика переживаешь?
- Сволочь он! Год работы – коту под хвост… – я сплюнул от досады и закурил.
Переживать было из-за чего. Почти год я разрабатывал одного из самых известных барыг на Предмостной площади: Саша Ковтун по кличке «Кофтик». Не раз сидевший за торговлю наркотиками, Кофтик был чрезвычайно осторожен. Постоянно менял схемы продаж, напрямую у него брали героин всего три человека, одного из которых удалось, наконец, завербовать. Подобраться к логову барыги тоже было непросто. Жил он на пятом этаже, в подъезде установил видеокамеры, изображения с которых транслировались ему домой. Скрытно подобраться – нечего даже думать, поэтому вход в его квартиру в момент, когда кто-либо входит или выходит, отпадал. При открытом штурме, пока будем высаживать сейфовую дверь, он успеет избавиться от всех улик. Нами был разработан и согласован с ОМОНовскими высотниками вариант входа с крыши в окна – с двух сторон дома, чтобы не оставить ни малейшего шанса на уничтожение улик. И вот после того, как все было, что называется «на мази», Кофтик имел наглость уехать в так называемую «Аллилуйю». Так наркоманы называли религиозные коммуны, занимавшиеся их лечением и реабилитацией. Какое-то время побывавшие в «Аллилуйе» действительно не кололись, но хватало их, как правило, ненадолго. По приезду домой колка возобновлялась с новой силой. Сколько Кофтик пробудет в этой «Аллилуйе» было неизвестно, так как срок пребывания там не ограничивался.
- Да ладно, может, еще приедет, - попытался утешить меня Иваныч.
- Может-может… - я закинул пухлую папку в сейф, - ладно, подождем. Все равно он на завод работать не пойдет. Только потом все заново надо будет делать.
- Здорово, земля! – в дверях нарисовался Игорь – опер городского управления, тоже работавший по наркотикам.
- Здорово, управа. Чем обязаны?
- А чего, просто так заехать к вам нельзя?
- Нельзя. Нам какого-нибудь барыгу посадить надо, а ты нас отвлекаешь от этого богоугодного занятия.
- Ну, считайте, что вам повезло. Я как раз по этому поводу.
Игорь зашел в кабинет, следом в проеме возникла потрепанная фигура проститутки Ксюхи по кличке «Экскаватор». Столь необычную кличку Оксана получила из-за того, что после употребления героина внутривенно, она впадала в некое подобие ступора, при этом ее нижняя челюсть выезжала вперед, становясь похожей на ковш экскаватора. Обменявшись быстрыми оценивающими взглядами с Вовой, Ксюха сказала всем общее «Здрассти» и скромно примостилась на краешке дивана.
- Оксана, рассказывай, у кого ты там берешь? – мы с Иванычем заинтересованно уставились на нее. Оксана недоверчиво покосилась на Вову.
- Рассказывай, он все равно до конца закупки отсюда не уйдет, и позвонить никому не сможет. Телефон проколол.
- Да тут, на Шестьдесят Лет Октября, в самом конце. Муж с женой торгуют, сами тоже наркоманы.
Ксюха говорила торопливо, захлебываясь, будто боялась, что ей не поверят.
- Успокойся, не торопись. Где на Шестьдесят Лет? Номер дома помнишь? Квартира какая?
- Да я так помню где, я вам покажу.
Мы переглянулись. Сколько наркоманам не говори, очень редко кто удосуживается глянуть на номер дома и квартиры барыги. Обычно адрес объясняют строя загадочные конструкции из пальцев и используя натужное мычание: «Нууу… этааа… вот там…» и тому подобное. Ксюха не была исключением.
- А что в бумагах-то сейчас писать будем? Что ты знаешь, куда мы поехали?
- Да в пятиэтажке они живут, на перекрестке с Мичурина! – радостно выдохнула Ксюха, довольная, что нашла ориентир.
- Ты ничего не путаешь? Точно перекресток с Мичурина?
- Ну что я, Мичурина не знаю? Я же там недалеко работаю. – возмутилась Ксюха, - Точно, Мичурина!
- Ну, тогда у нас проблема. Улица Шестьдесят лет Октября не пересекается с улицей Мичурина. Если ты не путаешь с перекрестком, то это улица Павлова, а значит, это уже Кировский район. И, если ты помнишь, нам работать на чужой земле никто благословения не давал. Торжество бюрократического идиотизма!
- Так, короче, - Игорь, мрачно глядя на Ксюху, встал. – сейчас едем, ты покажешь пальцем где этот адрес.
- Во тупая, - Вова саркастично ухмылялся на диване, - адрес запомнить не может.
- А ты что, лучше что ли? Сам-то как адреса объясняешь…
Вова примолк, но по лицу было видно, что он остался при своем мнении.
- А если Кировская земля, что делать будете? – Вову интересовало, в первую очередь, достанутся ли ему какие-нибудь плюшки. Для этого надо, чтобы и он был задействован.
- Не переживай, будешь участвовать. Ты закупщиком пойдешь.
- Как закупщиком? А Ксюха? Да и меня барыги не знают…
- Ксюха будет посредником. Слушай меня внимательно, повторять не буду! На бумагах все будет выглядеть так: ты пришел к нам и сообщил, что девушка по имени Оксана торгует героином возле кафе «Измаил». Ты согласен произвести у нее проверочную закупку. Оформляем на тебя все бумаги, едем к кафе, ты даешь Ксюхе деньги. Она говорит: жди здесь, сейчас привезу отраву. И уезжает. Мы следим за ней и выясняем, что она, в свою очередь, приобретает наркотики еще у кого-то. То есть, является посредником, а не сбытчиком. Она привозит героин тебе, сделка заканчивается. Мы ее, якобы, задерживаем и она, в порыве раскаяния, соглашается сдать истинных барыг, после чего мы можем работать уже на чужой территории. Усек?
-Усек. А она не сядет вместе с барыгами?
- Не сядет. Во-первых, чтобы вменить ей хранение, там не хватит веса. Мы же не «пятак» будем покупать. Во-вторых, она деятельно раскаивается и своими действиями способствует изобличению истинных преступников. А значит, согласно примечанию к статье 228 УК РФ, освобождается от уголовной ответственности.
- А, понял.
Приехал Игорь с Ксюхой. Все выжидательно уставились на них:
- Ну что, какой адрес?
- Адрес еще веселей, чем думали. Все на свете умудрилась перепутать. Щорса, 4! – по взгляду Игоря было понятно, какого он мнения о Ксюхином интеллекте. Ксюха же опять примостилась на диване, целомудренно глядя в пол.
- М-дя, ну хотя бы не ошиблась, что перекресток с Мичурина. Но все равно Кировская земля.
- А что, когда к кафе поедем? – Вове уже не терпелось действовать.
- Вова, я же тебе объяснил, что так наши действия выглядят только на бумаге. На самом деле мы сейчас с Ксюхой съездим на адрес, купим там героин и приедем обратно. На тебя только оформляем деньги и, по приезду, ты выдашь нам якобы приобретенный тобой у Ксюхи наркотик.
- А, ну понял.
- Оксана, сейчас поедем, покупаешь отраву и поинтересуйся между делом, если через час – полтора еще приедешь, будет ли у них отрава.
- А чего, вы сразу не будете их задерживать?
- Нет. По бумагам ты ведь сейчас едешь с Вовиными деньгами, нужно время, чтобы ты вернулась, чтобы мы тебя задержали, оформили на тебя еще деньги, потом второй раз поедем, тогда и будем задерживать.
- Это все для бумаг нужно?
- А ты догадливая. Конечно, для бумаг. Без веской причины мы не можем работать в чужом районе.
- А почему кировчан не попросите о помощи?
- А галку-палку как делить будем? Это получится, что мы им в отчетность раскрытие тяжкого преступления подарим, а сами, вроде как, не работали.
- Дурдом какой-то.
- Это ты еще всего не знаешь. Дурдом по сравнению с милицией – санаторий!
- Ну все, хватит болтать. – Иваныч бесцеремонно прервал нашу с Ксюхой беседу. – Оксана, поехали. Глеб, ты здесь, с Вовой. Скоро приедем, если все нормально пройдет.
- Удачи.
- Да, Глеб, позвони в ОМОН, вызови их на помощь. Саня просил, чтобы их тоже задействовали в задержаниях.
- Уже звоню.
С Александром – начальником штаба ОМОН – мы познакомились, когда он приезжал в наше РУВД по каким-то своим делам. В разговоре он попросил нас почаще задействовать его бойцов при задержаниях. В ответ мы посетовали, что официально заказывать ОМОН долго и муторно. Необходимо согласование с целым рядом инстанций, а также в заявке необходимо указывать точное время и место проведения операции, что трудновыполнимо. Ведь действия наркоманов плохо прогнозируются, сделка может произойти где угодно. Чаще всего время и место сделки согласуется продавцом и покупателем в последний момент по телефону. Тогда мы с ним договорились, что можем вызывать бойцов напрямую, по телефону, а бумаги оформлять уже задним числом. Это было выгодно обеим сторонам. Мы получали силовую поддержку, ОМОН – участие в раскрытии тяжкого преступления. С тех пор у нас почти всегда на задержаниях участвовали ОМОНовцы. Барыги выходили из их рук несколько более потрепанными, но несравненно более сговорчивыми, воспринимая оперов почти как спасителей.
Группа ОМОН прибыла через несколько минут после приезда Иваныча, Игоря и Ксюхи. Чтобы не мешаться в кабинете, они ждали нас в машине.
- Им телевизор нужен. – речь Оксаны была замедлена, нижняя челюсть так и норовила выехать вперед.
- Ты чего, вмазаться там успела?
- Я чуть-чуть, для пробы, – язык Ксюхи ворочался все медленнее.
- Для выдачи что-нибудь привезла? – Игорь уже начинал злиться.
- Конечно, что я, в первый раз что ли? – слабо возмутилась Оксана и выложила на стол маленький сверток из фольги от сигаретной пачки, после чего опять ушла в себя.
Иваныч убежал из кабинета и через некоторое время приволок здоровый телевизор, украшавший кабинет начальника КМ.
- Во! Его оформим! – Иваныч довольно похлопал черный пластиковый ящик.
- Как ты его у Кузи выцыганил? – я был удивлен. Наш начальник КМ не отличался храбростью, и получить у него казенную вещь, за которую он нес ответственность было проблематично. Это же касалось и принятия решений. Должность он любил, а ответственность – нет.
- И не говори, - усмехнулся Иваныч, - сейчас уже корвалол пьет и жалеет, что мне телевизор дал. Надо побыстрее оформляться и сматываться отсюда, пока он не передумал.
Через пятнадцать минут мы уже выдвинулись в машине к месту операции. ОМОНовцы на своей машине ехали следом. Я на заднем сидении пытался довести до затуманенного героином сознания Ксюхи последние инструкции. Она, выдвинув вперед свою знаменитую челюсть, согласно мотала головой, ничего, однако не воспринимая. Ей сейчас было хорошо, а на остальное - плевать.
Добравшись до места, мы рассредоточились. Машину ОМОНа спрятали на другой стороне дома, Иваныч наблюдал из нашего автомобиля, припаркованного неподалеку. Мы с Игорем перешли через дорогу, и зашли в магазин, через стеклянную дверь которого отлично был виден двор и подъезд барыги. Отсюда мы наблюдали за Ксюхой которая, пошатываясь от героина и тяжести телевизора, плелась к нужному подъезду. Не доходя до дома, она плюхнула черную гробину с экраном на скамейку и потащила из кармана телефон. Переговорив с кем-то, она уселась рядом с телевизором, понурила голову, челюсть привычно выехала вперед и Ксюха отключилась от реальности. Коротко матюгнувшись, Игорь достал свой телефон и набрал ее номер.
- Ну чего там?.. Куда уехали?.. Когда приедут?.. Сколько ждать не сказали?.. Что?.. За отравой?.. Ладно, сиди. Только башку подыми, не западай так откровенно.
И, отключив телефон, пояснил мне:
- За отравой уехали. Сказали, сейчас подъедут.
- Да я уже понял. Жильцы бы милицию не вызвали, вон как западает – какая-нибудь бабка скандальная вызовет, чтобы ее отсюда убрать.
- Черт, легки на помине, - Игорь толкнул меня локтем в бок. По противоположной стороне двора, где в обнимку с телевизором сидела в наркотическом ступоре Ксюха, медленно двигался патрульный УАЗик. Застыв в напряжении, мы наблюдали за ним. Если Ксюху задержат, то вызволить-то мы ее вызволим, но на сегодня наша работа закончится. Ведь торгаши, во-первых, сами могут увидеть ее задержание, во-вторых, им наверняка доложат окрестные наркоманы. И если через несколько часов Ксюха опять придет к ним с этим телевизором, они просто из осторожности не продадут ей ничего, заподозрив в сговоре с милицией. Это не говоря уже о том, что мы в любом случае теряем несколько часов, а то и сутки. А задержать наркомана, находящегося в наркотическом опьянении, да еще и с телевизором, ППсники просто обязаны. Как минимум проверить телевизор на предмет кражи. УАЗик медленно катился вдоль дома, Ксюха одиноко висела на телевизоре, пуская слюни. Мы, сжимая кулаки, следили за происходящим. Патрулька, доехав до конца двора, свернула налево и, фыркнув, покатила на выезд. Мы облегченно перевели дыхание. Непонятно почему, но на явную наркоманку с телевизором внимания никто не обратил.
Через несколько минут к скамейке подошли парень с девушкой, по описанию – те, кого мы так ждали. Коротко переговорив с Ксюхой, парень кивнул, взял телевизор и пошел к подъезду. Ксюха семенила следом. Как она рассказывала, домой ее никогда не приглашали и мы ждали, что кто-то из торговцев вынесет ей на улицу героин, после чего мы их задержим. Тогда проблем с входом в квартиру у нас не будет. Но в этот раз все пошло не так как мы планировали. В подъезд они вошли все втроем. Металлическая подъездная дверь, снабженная замком, захлопнулась. Мы с Игорем переглянулись. Появилась еще одна проблема: как входить. Через короткий промежуток времени Ксюха вышла и, захлопнув подъездную дверь, поплелась к условленному месту, где должна была сесть в нашу машину. По дороге она отзвонилась Игорю и сказала, что сделка прошла успешно. После чего походкой зомби продолжила путь.
- Блин, как-то входить надо! – я лихорадочно прокручивал в уме варианты входа в квартиру барыг.
- Сейчас, что-нибудь придумаем, - судя по всему, Игорь был занят тем же. Мы перебрались на остановку рядом с домом. Действовать надо было быстро. Я уже заметил в толпе пару знакомых наркоманских рож. Они наверняка уже тоже засекли, что мы крутимся здесь. В любой момент кто-либо мог отзвониться барыгам и тогда они закроются на все засовы, а на то, чтобы ломать двери санкции у нас не было.
- Смотри! – Игорь ухватил меня за рукав. Я обернулся. Из подъезда вышла девушка. Та, которая участвовала в продаже героина. Видимо, она тоже была под кайфом. Не оглядываясь, она медленно пошла вдоль дома к дальнему его торцу. Я метнулся к ОМОНовцам:
- Парни, быстро, на том торце задерживаем мадам, - я в двух словах описал нужную нам особу, - работаем без шуму и пыли. Сразу проверьте, есть ли у нее ключи.
- Поняли! – двое канули в сгущающихся сумерках.
Через пару минут ключи уже были у меня, девочка отдыхала в машине.
- Пошли, - я открыл тяжелую металлическую дверь подъезда. На то, чтобы из связки подобрать нужный ключ к квартире у меня ушло менее минуты. Стоило приоткрыть дверь, бойцы были уже внутри. Из комнаты раздался грохот, сдавленный всхлип и маты. Я пробежал в комнату. На тумбе стоял уже подключенный к антенне наш телевизор. На экране мелькали яркие кадры какого-то развеселого шоу. Посреди комнаты носом в пол лежал барыга, еще ничего не успевший понять. Руки у него уже были скованы наручниками. У дальней стены стояла кровать, на которой сидела весьма пожилая женщина. Судя по неподвижному взгляду, она была слепая и у нее уже зрела паника. С трудом ее удалось убедить, что мы не бандиты. На кухне, куда я увел барыгу для беседы, наконец, удалось перевести дух.
- Командир, я закурю?
- Сейчас посмотрим. Тебя как зовут?
- Рома. Так я закурю?
- Подожди, успеешь. Ты ведь не дурак, понимаешь, что мы не просто так к тебе пришли?
- Да уж догадываюсь, - Рома мрачно поежился.
- Ну что, разговор у нас получится?
Рома пару минут подумал, потом обреченно мотнул головой:
- Ладно, командир, спрашивай.
- Отрава еще осталась?
- Да, на холодильнике, в двух спичечных коробках. Там же деньги.
- Вот это хороший разговор. Кури, - я вставил Роману в рот сигарету, дал прикурить.
- Алло, Иваныч! Звони Кузе, утешь его, телевизор на месте, пусть срочно группу высылает.
Рома, с сипением втягивая в себя табачный дым, обреченно смотрел в синеватые сумерки за окном.
- У кого берешь отраву?
- Две цыганки, в Черемушках живут. У них.
- Поконкретней, адрес сказать можешь?
- Нет. По телефону созваниваемся, потом встречаемся возле магазина «Кабанчик». Они сами наркоманки.
- Опиши, какие они из себя, - вмешался Игорь – спец по цыганскому населению Красноярска. В нескольких словах Роман описал цыганок.
- Знаю, - кивнул Игорь, - Розка Незлых, вторая не цыганка, русская. Похожа на цыганку просто.
- Продолжение будем делать? – поинтересовался я.
- Сегодня я у них уже брал, - откликнулся Рома, - теперь только завтра.
- Облом, значит. На подписку тебя никто не отпустит, а с арестованным тобой мы на закупку не поедем.
- А чего? Я не сбегу.
- Если адвокат просечет, что ты, будучи под арестом, осуществлял проверочную закупку – весь сбыт развалится. Мы не имеем права на такие финты.
- Жаль.
- Не то слово!
После обыска, когда уже ехали в РУВД, в машине очнулась Ксюха. Обвела еще обалделым взором окружающую действительность:
- Мы чего, еще не приехали?
- Смотря куда ты едешь.
- Ну как куда! Мы же на Чилим едем, у девок на притоне закупаться?
- Так, Оксана, с этого момента подробней, - под общий хохот Игорь взял проболтавшуюся Ксюху в оборот.
- А чего, я тебе не говорила? – ненатурально удивилась она.
- Ну, теперь, по крайней мере, знаем, где у нас следующая закупка будет.
В машине воцарилось молчание.

Серия сообщений ""Нетленки"))":
Часть 1 - Стирка. Бытовая зарисовка. (Попахивает шизофренией)
Часть 2 - Фадей. Записки "наркоманского" опера.
...
Часть 5 - Мойва. Записки "наркоманского" опера.
Часть 6 - Назар. Записки "наркоманского" опера.
Часть 7 - Ксюха - Экскаватор. Записки наркоманского опера
Часть 8 - Улица Станочная. Записки "наркоманского" опера
Часть 9 - Не по плану. Записки "наркоманского" опера

- А все-таки умный я мужик! – мысли лениво плавали в героиновых облаках сознания, были приятными и тешили самолюбие. Назар считал себя умным и ловким «правильным пацаном». Несмотря на солидный наркоманский стаж и несколько отсидок за спиной, он видел себя удачливым, что считал заслугой своего ума и хитрости. Рядом сонно трепыхнулась Аленка. Она была лет на двенадцать младше Назара, у того не было проблем с героином и Аленка была убеждена, что у них настоящая любовь. За открытым окном было раннее летнее утро, они лежали под легким одеялом на расстеленном по полу матрасе в комнате у Назаровского кента по кличке Кот. Сам Кот со своей подругой спал на диване. Комната располагалась на первом этаже серой типовой пятиэтажки, под окном росли кусты черемухи, откуда доносилась птичья перебранка. Все четверо с утра успели уколоться и жизнь казалась им прекрасной и удивительной.
- Назар! – слабый голос пробился сквозь радужный наркотический туман, - а Назар!
Назар толкнул локтем Аленку: - Не слышишь что ли? Клиент пришел. Посмотри кто там.
Аленка выползла из-под одеяла, накинула халатик и высунулась в окно. Было слышно, как она перекинулась несколькими словами с нарушителем их утреннего спокойствия, после чего она повернулась в комнату.
- Это Костыль.
- Если он пришел в долг просить, ничего не давай. Нету раздавать.
- Не, он с деньгами. Грамм просит.
- Ну, если с деньгами, то другой разговор…
Назар приоткрыл глаз, чтобы лично проконтролировать, как Аленка пересчитала полученные от Костыля купюры, спрятала их в свою сумочку и вынула из прорехи в обивке старого кресла два маленьких бумажных свертка с порошком. Будучи сам нечист на руку, он и других подозревал в стремлении обмануть и обокрасть его. Отдав покупателю героин, Аленка скинула халатик и, голая, скользнула под одеяло. Ее мягкая рука прошлась по назаровскому животу и спустилась ниже. Назар почувствовал нарастающее возбуждение. Лежащие рядом на диване Кот со своей подругой их не смущали.
- Бл@дь! – услышав шорох, донесшийся от открытого окна, Назар открыл глаза. На подоконнике материализовалась крепкая мужская фигура и тут же спрыгнула в комнату. Следом за ней в оконном проеме замаячила вторая точно такая же. Свободные комбинезоны цвета хаки, черные балаклавы, короткие автоматы в руках не оставляли сомнений: ОМОН, или, в просторечии, маски-шоу. Нос привычно уперся в пол, руки на голове. Рядом всхлипнула ничего не успевшая понять Аленка. Теперь она мучительно соображала, почему у нее перед глазами вместо милого ее сердцу Назара маячит потертый линолеум пола. Менее опытный в таких делах Кот попытался вскочить на ноги, но, получив мощного пинка, затих в углу. На диване жалобно поскуливала подруга Кота. В голове Назара вихрем пронеслось: «Костыль, сука! Не докажут. Отраву давала Аленка, деньги тоже у нее в сумке, я их даже в руки не брал. Остатки отравы в кресле, хата принадлежит Коту. Все-таки опыт не пропьешь! Я со всех сторон чист. Аленка поедет. Ну так ведь она для того и была у меня. Теперь другую искать надо…»
- Добрый день, уголовный розыск, можно не вставать, пока не в суде еще…
«Так вот чья замута!» - догадался Назар, узнав голоса Иваныча и Глеба – местных наркоманских оперов.

Вечерняя планерка закончилась и Иваныч, сославшись на неотложные семейные дела, испарился. Я отключил компьютер, плюнул в окно, почесал в затылке и, посчитав на сегодня все дела законченными, собрался уходить. В этот момент противно пропищал зуммер невзрачного черного аппарата внутренней связи. Интуиция привычно подсказала, что рабочий день закончен и брать трубку как минимум неразумно.
- Слушаю.
- Глеб, тут ППСники наркошу привезли, общаться будешь? – голос дежурного был деловит, как будто рабочий день был еще в самом разгаре.
- Серега, в кои-то веки есть шанс уйти с работы вовремя, так тебе обязательно надо все опошлить!
- Нет, если не хочешь, так я тебя и не заставляю. Только он тебя или Иваныча требует.
- Ладно, сейчас спущусь, посмотрю кто это там такой требовательный.
Комната административно задержанных встретила застарелым запахом мочи и немытых человеческих тел. За решеткой «обезьянника» я узрел знакомую физиономию.
- Костыль! Это ты меня видеть хотел?
- Глеб! А мне сказали, что вы уже ушли!
- Ну, почти не соврали. Чего хотел? Только быстро, у меня рабочий день закончился.
- Да вот привезли, говорят, что я какой-то телефон у девчонки забрал. А я ни сном, ни духом!
- А нафига ты его забрал?
- Да какой телефон! Говорю же – не я!
- Да? Ну, сейчас узнаем.
Состроив деловое выражение лица, я вышел из КАЗ. Наряд, доставивший Костыля, еще не уехал - оформляли пьяных в вытрезвитель. Старшего наряда я нашел в курилке.
- Здорово, Юра!
- Привет.
- Вы Костыля привезли?
- Ага. Что, уже рассказывает что-то?
- Да так. А чего вы его спеленали? Он про какой-то телефон говорит.
- Отрабатывали ориентировку по грабежу – у девки телефон какой-то ханурик дернул, а Костыль под руку подвернулся. Вот и загребли его для профилактики, чтобы мысли дурные ему в голову не лезли. Ну и заодно проверили насчет наркоты его. Пустой, блин!
- А что, Костыль по ориентировке подходит?
- Да не очень. Поймали уже грабителя ОВОшники, палку себе срубили.
- Понятно. Ну, удачи вам.
- Тебе тоже не кашлять…
Перед входом в КАЗ я попытался отразить на своем лице глубокую озабоченность сложившейся ситуацией. Видимо, мне это удалось, так как, увидев меня, Костыль съехал по решетке на пол.
- Да-а, наворотил ты делов…
- Да не я! Век воли не видать – не я!
- Следователю расскажешь. Ну ладно, я пошел, некогда мне тут с тобой возиться.
- Глеб! Выручи, ведь не мое это!
- Это, может, и не твое, да за тобой другие подвиги числятся.
- Какие это? – глаза Костыля забегали.
- Тебе лучше знать. Все, я пошел.
- Глеб! Вытащи!
- А чего ради я за тебя впрягаться должен? Ты мне что, брат, сват? Мой интерес какой?
- Пойдем к тебе в кабинет, не здесь же разговаривать…

- Так, говоришь, Назар у Кота обретается?
- Ага, уже второй день. Его Аленка из окна банчит, сам Назар ни к отраве, ни к деньгам не прикасается.
- А она показания против Назара даст?
- Не знаю. Вообще, она балбеска. Назар ее специально держит, чтобы в случае приемки все на нее свалить, а самому на свободе остаться.
- Все это хорошо. Но я вот не верю тебе, Костыль. Ты в прошлый раз Фадея грозился сдать, а сам пропал на месяц. Сейчас Назара обещаешь, а стоит из ворот выйти, так потом тебя с собаками искать придется.
- Так Фадея вы же посадили.
- Да, но без твоей помощи.
- Не-не-не! На этот раз как штык! В семь утра у вас буду!
- Конечно, будешь. Посидишь у нас до утра. Назар слишком интересный клиент, чтобы тебя вот так отпускать.
- Не, Глеб. Так мы не договаривались.
- Хорошо, я тебя возвращаю в клетку, пусть с тобой имущественники разбираются.
- Не, ну чего ты сразу… А где я у вас тут спать буду?
- Водку будешь?
- Вот это сервис! А вмазаться нету?
- Костыль, ты ничего не попутал?
- Да я так, только спросил…
Я достал из шкафа початую бутылку водки, которая, ввиду ее явной палености, спросом в нашем кабинете не пользовалась и пластиковый стаканчик. На закусь нашелся подсохший хлеб и банка кильки из тревожного чемодана.
- Алло, вытрезвитель! Коля, привет! Клиента примете? Только своих предупреди, чтобы без меня нагонять его не вздумали. Я утром его заберу. Все, добро! Спасибо.
- Алло, ОМОН! Саня, привет! Завтра бойцов своих сможешь нам на подмогу прислать? Человека четыре хватит. Да, как обычно, барыгу брать будем. Ага, в форме, как полагается. Заявку я в дежурку отдам, чтобы в ГУВД увезли. Спасибо, к семи утра жду.

- Ты понял меня? – Иваныч строго смотрел на Костыля.
- Да-да, - торопливо закивал Костыль, тревожно косясь на четверых ОМОНовцев, сидевших в УАЗике.
- Купил – сразу к нам в машину! – еще раз повторил Иваныч и повернулся к ОМОНовцам.
- Так, парни, теперь с вами. Окно вы уже видели, - бойцы дружно кивнули – со входом у вас проблем не будет. В хате главное – скорость. Чтобы ни одна падла даже дернуться не успела. Всех мордой в пол и не двигаться. Мы не знаем где у них отрава спрятана, поэтому во избежание всяких эксцессов наподобие смыва наркоты в унитаз - все лежат на полу и гадят в штаны от страха.
- Без проблем, - старший группы улыбнулся – вам что, надо чтобы реально обгадились? Мы можем.
- В этом никто не сомневается, - вмешался я – но давайте без фанатизма! Нам там потом еще работать, обыск делать.

- Когда всех зафиксируете, откроете нам двери. Все всё поняли? Работаем!

Костыль, сгорбившись, потрусил вдоль стены дома к окну комнаты Кота. Я наблюдал за ним из-за угла дома, Иваныч перешел через дорогу и затерялся в толпе на автобусной остановке, ОМОНовцы остались в машине. Через несколько минут Костыль вернулся.
- Ну что? Взял?
- Ага. – На грязной ладони лежало два маленьких бумажных свертка.
- Парни, работаем!
Четыре тени метнулись мимо меня к дому.
- Костыль – в машину. Носа не высовывай! Пригляди за ним, - это уже водителю.
Сам я рванул в подъезд, чтобы занять позицию возле дверей квартиры Кота. ОМОН, конечно, парни резкие, но надо учесть все случаи. Вдруг кому-то удастся выскочить из квартиры – а тут я, здрассьте…
- Ну что? – Иваныч подтянулся в подъезд следом за мной.
Из-за интересующей нас двери доносился грохот и невнятные вскрики.
- Вошли, – я тревожно прислушивался к звукам, доносившимся из квартиры, – видимо, уговаривают лечь на пол.
- Только бы не переборщили с уговорами.
Щелкнул замок входной двери. Открывший двери боец кивнул в знак того, что все в порядке.
- Добрый день, уголовный розыск, можно не вставать, пока не в суде еще…
- Значит, так! – энергия в Иваныче била ключом, - Глеб! В управление. Купленный героин на экспертизу. Следака. Сегодня Саня дежурит, требуй его. Алена! Одень что-нибудь и марш на кухню, будем разговоры разговаривать. ОМОН! Смотрите за остальными.
- Яволь, херр майор!
Когда я со следователем приехал из РУВД Алена, размазывая по щекам сопли, вовсю изобличала преступную деятельность Назара. Иваныч излучал довольство и благодушие:
- Деньги у нее в сумке, отрава в кресле. За Назара поет – заслушаешься. От нар ему теперь не отвертеться.
- То есть, вечером у нас есть повод?
- А то!

Вечером очередной тост был прерван противным зуммером аппарата внутренней связи:
- Парни, тут ППСники нарка привезли…

Серия сообщений ""Нетленки"))":
Часть 1 - Стирка. Бытовая зарисовка. (Попахивает шизофренией)
Часть 2 - Фадей. Записки "наркоманского" опера.
...
Часть 4 - Полкило героина. Записки "наркоманского" опера.
Часть 5 - Мойва. Записки "наркоманского" опера.
Часть 6 - Назар. Записки "наркоманского" опера.
Часть 7 - Ксюха - Экскаватор. Записки наркоманского опера
Часть 8 - Улица Станочная. Записки "наркоманского" опера
Часть 9 - Не по плану. Записки "наркоманского" опера

В этот день было очередное внеплановое заслушивание при начальнике РУВД. Тема интриговала новизной: «Что такое план по раскрытию и выявлению преступлений и его благотворное влияние на криминогенную обстановку в районе». Программой предусматривалось выступление начальников подразделений, а также старших на линиях и секторах. Апофеозом мероприятия намечалось сольное выступление самого начальника РУВД.
Надо заметить, что начальник нашего РУВД Клавин, по нынешним меркам, не был уникальной личностью среди руководящего состава. Он придерживался убеждения, что начальству его уровня не положено знать о работе вверенного ему управления больше, чем знает о работе милиции действующий министр. Поэтому его руководящая деятельность сводилась к воинственным пляскам перед личным составом, наложению взысканий на всех без разбора и призывам учиться работе по сериалам, транслируемым ТВ-каналами. Кроме того, он был до зубовного скрежета предсказуем. На заслушивания к нему сотрудники шли уже с объяснительными, написанными заранее. Догадаться, к чему он придерется на этот раз, не составляло труда и, независимо от результатов деятельности, намеченный на заклание сотрудник не выходил из начальственного кабинета без взыскания.
Но сегодня от заслушивания мне удалось каким-то образом увильнуть. Поэтому старший опер нашей наркоманской линии Иваныч отдувался в одиночку. Собственно говоря, наказывать нас было не за что. По статистике АППГ (аналогичный период прошлого года – основной критерий оценки деятельности милиции) мы шли впереди с приличным плюсом. Даже наши конкуренты – УВД Центрального района, с которыми у нас велось что-то вроде негласного дружеского соревнования, отставали от нас по количеству усаженных на нары барыг. Но июнь уже достиг своей середины, а «светлых» сбытов в этом месяцеу нас пока не было. По этому поводу у начальства уже зрела тихая истерика.
Шум голосов в коридоре возвестил об окончании заслушивания. Иваныч вошел в кабинет, но вместо ожесточенного отплевывания и пожеланий особого здоровья начальству, от него исходили флюиды веселья и оптимизма. Это могло означать только одно: Клавин выдал очередной перл, над которым будет покатываться весь уголовный розыск.
- Вижу, я что-то интересное пропустил, Иваныч? Не томи, рассказывай.
Иваныч не торопясь угнездился в кресле, выбрал сигарету в пачке и со вкусом закурил.
- Ё-мое, кто нами руководит! – традиционно воскликнул он и, после небольшой паузы, продолжил: - Клава меня поднял и спрашивает: «Почему сбытов нет?».
- Ну, а ты?
- А я ничего лучше не придумал, как ответить ему: «Наркотики в район не завезли».
-Прикол! И что Клава?
- Схавал. На полном серьезе спрашивает: «А когда завезут?», а я отвечаю: «Я сразу вам доложу».
- Нормальный ход! И чего дальше?
- Потом он поинтересовался где местные нарки отраву берут, так я сказал, что в других районах. Клава после этого озадачился, но сказал, что до конца месяца три сбыта мы сделать должны.
- Понятно. Только все нарки куда-то подевались, никто не торопится делать родной город чище и очереди на посадку возле нашего кабинета не наблюдается…
Мой монолог был прерван скрипом открывающейся двери.
- Можно? – в кабинет всунулся длинный худой нос.
- А, Квадрат, заходи. Ну, что скажешь нового?
В кабинет вплыла худая сутулая фигура Квадрата – местного наркомана. Он оскалил редкие коричневые зубы, что означало у него приветственную улыбку.
- Андрюха, кого сегодня сажать будем? – Иваныч вперил в Квадрата строгий начальственный взгляд.
- Н-не знаю, - Квадрат растерянно огляделся, как будто хотел обнаружить в поле зрения затаившегося барыгу, который горел желанием усесться в тюрьму.
- А чего пришел тогда?
- Я это… Мойва торговать начала. – Андрюха шмыгнул носом.
- А ты у нее берешь?
- Ну, она меня знает, может, продаст…
Закавыка «наркоманской» работы состоит в том, что наркотики кому попало не продают. Поэтому необходимо заинтересовать непосредственных потребителей зелья в том, чтобы они сдавали в руки правосудия своих барыг. Задачка еще та. Самое лучшее в этом деле – личная неприязнь. Но попадаются и такие как Квадрат – этот сажал барыг из любви к искусству. Все наркоманы в округе знали об этом, но, как ни странно, время от времени продавали ему отраву.
- Ну что, будем оформляться?
- Ага.

- Ну что, где она ходит? – Иваныч уже не скрывал своего раздражения.
Квадрат бегал к Мойве третий раз, но той не было дома. Где ее носили наркоманские черти было неизвестно, асфальт уже накалился под полуденным солнцем, хотелось холодного пива и горячих чебуреков. Вместо этого мы торчали в душной машине неподалеку от хрущевки, где жила красна девица Татьяна, более известная на районе под кличкой Мойва.
- Андрюха, давай еще разок. Если ее не будет, попробуем вечером. Инструкции помнишь? Если купил – нам дозвон и грузишь ее базаром, чтобы мы успели подтянуться.
- Да помню я, не первый раз. – Квадрат направился во дворы.
Потянулись минуты ожидания. Я отошел к углу дома, закрывавшего нас от обзора со стороны пятиэтажки, где жила Мойва. Отсюда можно было без опаски наблюдать как Квадрат пересекает двор и заходит в подъезд дома. Мысленно я прикидывал его действия: вот он подошел к двери квартиры, вот позвонил. Сколько времени требуется, чтобы ему открыли дверь? Пустят ли его в квартиру, или сделка произойдет в подъезде? Телефон в моей руке завибрировал. Беглый взгляд на экран:
- Иваныч, отзвон от Квадрата! Я пошел, ты давай за мной, не стоит одновременно во дворе отсвечивать…
С Квадратом я столкнулся на входе в подъезд. Увидев меня, он принялся гримасничать, пытаясь, не поворачивая головы показать глазами за свою спину. Зрелище довольно уморительное. Следом за ним шла худенькая девушка, которую можно было бы назвать симпатичной, если бы не тот отпечаток, который героин накладывает на свою жертву. Именно этот отпечаток помогает опытному глазу из толпы безошибочно выделить того, кто сидит на игле.
- Добрый день, уголовный розыск, цветов не надо. – Одновременно привычным движением перехватываю обе руки девушки, не давая ей выбросить из карманов содержимое. В подъезде стало темнее – Иваныч загородил проход своей «хрупкой» фигурой.
- Ну здравствуй, Татьяна – продолжаю, не давая ей прийти в себя и определить линию защиты, - слышал я, ты торговлей занялась, а ИП не зарегистрировала, нехорошо это. С собой что-нибудь запрещенное имеется? Оружие: пистолеты, пулеметы, гранатометы? Наркотики или денежные средства, нажитые путем неправедным?
- Н-нет, - испуганные глаза перебегают с моего лица на Иваныча и обратно.
- Нет, так нет. Пойдем к тебе, чего здесь стоять, соседям повод для разговоров давать…

- А как часто отраву у него берешь?
- Как понадобится, - Татьяна затянулась сигаретой, мелко подрагивающей в ее руке, - звоню, говорю: «надо пятак» (пять грамм героина), он ждет меня…
Мы сидели вдвоем с Мойвой в ее комнате. Иваныч уехал в РУВД оформлять выдачу купленного Квадратом героина и заодно поторопить с выездом следственно-оперативную группу. Татьяна, минут десять поломавшись, выдала деньги, на которые Квадрат приобрел у нее наркотик, а также указала, где хранит непроданную отраву. Теперь мы беседовали о барыге, у которого она приобретала товар мелким оптом.
- Сам он нерусский, живет на Каче. Мне продает «пятак» по трешке – три тысячи. Я сама колюсь, остальное продаю. Хватает на следующий «пятак», еще и остается немного.
- Понятно. Готова облегчить свою участь?
- Сдать его что-ли? – быстрый взгляд искоса, - а чем мне это поможет?
- Походатайствуем перед судьей, срок себе скостишь.
- А на подписку до суда?
- На сто процентов обещать не могу, но сделаю все возможное. Только с тебя слово являться по первому требованию к следаку.
- Да не вопрос.

В сумрачном сквозном коридоре древней коммуналки затхлый воздух, казалось, звенел от напряжения. Минуты тянулись как часы. Я напряженно вслушивался, пытаясь уловить хоть какие-нибудь звуки, чтобы представить себе, что происходит за обшарпанной дверью. По другую сторону дверного проема замер Игорь – опер из городского управления. «Наркоманов» горуправы мы позвали на помощь, так как вдвоем обеспечить контроль за предполагаемым местом сделки были не в состоянии. Кроме того, работать предстояло в чужом районе.
- Стоять-бояться-руки-в-гору-мордой-в-пол! – мы с Игорем ввалились в едва приоткрывшуюся дверь. Боковым зрением я заметил глаза Мойвы, ставшие размером с чайные блюдца. Да, сегодня хватила она с нами адреналина. А вот и барыга. Рука сама метнулась к худому, по пояс голому парню, пальцы сомкнулись на глотке. Главное, не дать ему шанса выскользнуть. Плохо, что из одежды на нем одни старые треники, не ухватиться толком. Подсечка, вот так, полежи на полу, ну а я сверху на тебя присяду. Что закряхтел? Тяжело? А ты думал! 120 кг, как-никак, зато полежишь спокойно. Комната сразу наполнилась народом. Опера, следователь. О, Игорь уже понятых нарыл, быстро он.
- Командыр, атпусты, дэнег дам.
- Нет, родной, в тюрьму поедешь. Отрава в доме есть?
- Нэт, мамой килянус.
- А если найдем?
- Нэ мое!
- Кто бы сомневался…

- Как вы можете охарактеризовать поведение подсудимой при ее задержании? – судья испытующе смотрела на меня сквозь очки.
Я повернул голову к металлической решетке, из-за которой напряженно ловила каждое слово Мойва.
- Ваша честь, она с самого начала пошла на контакт, добровольно выдала деньги, полученные ею от закупщика, и указала место, где хранится оставшийся героин. Также она оказывала активную помощь следствию. При содействии подсудимой изобличен ее поставщик, которого вы также можете видеть на скамье подсудимых.
- А каковы были действия подсудимого?
- С самого начала он запирался, пытался ввести в заблуждение органы предварительного следствия, всячески препятствовал установлению истины по делу. Кроме того, при задержании пытался предложить мне взятку.
- Спасибо, свидетель, вы свободны.
Мойва через решетку слабо улыбнулась. Я вышел из зала заседания. Свою часть договора с Татьяной я выполнил.

Серия сообщений ""Нетленки"))":
Часть 1 - Стирка. Бытовая зарисовка. (Попахивает шизофренией)
Часть 2 - Фадей. Записки "наркоманского" опера.
Часть 3 - Маша
Часть 4 - Полкило героина. Записки "наркоманского" опера.
Часть 5 - Мойва. Записки "наркоманского" опера.
Часть 6 - Назар. Записки "наркоманского" опера.
Часть 7 - Ксюха - Экскаватор. Записки наркоманского опера
Часть 8 - Улица Станочная. Записки "наркоманского" опера
Часть 9 - Не по плану. Записки "наркоманского" опера

- Ты где?! Хррр-фсст-пссс… мать… уыыыы-хрррст… за ногу… почему не на работе?! – голос начальника отделения пробивался сквозь треск помех в телефонной трубке и интонация его была весьма матерная. Я покосился на часы – 12 часов дня, а планерка в 8-45.
- Мы только в 6 утра закончили следственные действия, - я вклинился в паузу обличительного монолога– при обыске изъяли более полкило героина, мне что, без отдыха пахать?
- А чего ты там делал, на следственных действиях?! – начальник взъярился пуще прежнего.
- Как что, - я в недоумении даже убрал трубку от уха и посмотрел на нее, как будто хотел разглядеть в ней собеседника, - оперативное сопровождение должен кто-то обеспечивать или нет?
- Там опера с городского управления были и наш ОБНОН, что ты там делал?!
- Кроме оперов с города и меня там больше никого не было. Ну, если не считать следака и водителя…
- Да? – начальственный голос сбавил обороты, - а почему тогда Семынин кричит всем что это была разработка ОБНОН?
- Так это вы у него и спросите.
- Ладно, давай дуй в отдел, будем разбираться.

В уголовном розыске городского отдела милиции микрорайона «Пашенный» я работал сравнительно недавно. До этого я работал какое-то время в ОБНОН Центрального района Красноярска. И вот, знакомясь с землей, где мне предстояло трудиться, я разговорил одну из местных наркоманок. Среди прочего она поведала мне, что на днях барыга привезет ей героин. Про девочку эту ходили слухи, что приторговывает она наркотой, но за руку на сбыте ловлена пока не была.
- Так когда, ты говоришь, барыга приедет?
- Завтра. – Ленка простуженно хлюпнула носом – Пятак привезет.
- Он чего, сам тебе отраву возит?
- Ага, с женой со своей.
- А отрава у кого?
- Не знаю. Отдает мне всегда сам.
- Понятно. А твой интерес какой нам его сдавать?
- Надоело. Может, перекумарю. Сдам его, больше брать мне не у кого…
Конечно, я сомневаюсь, что Ленка бросит героин. Не такая это простая штука, но разубеждать ее тоже не собираюсь.
- Хорошо. Я в отдел, согласую детали. Ты дома будешь?
- А куда мне?

В отделе я пошел прямиком к начальнику розыска Шварцу. В двух словах объяснил ситуацию.
- И чего ты от меня хочешь? – Шварц с раздражением посмотрел на меня. Будучи старым розыскником, в делах наркоманских он разбирался лишь в самых общих чертах.
- Мне нужны деньги для закупки героина и люди. В одиночку сделать сбыт наркоты крайне проблематично.
- Сколько денег надо?
- Три с половиной тысячи. На пять грамм. И люди. Хотя бы человека два.
- Денег нет, людей не дам. Твоя информация, сам и реализовывай. Свяжись с начальником нашего ОБНОН Семыниным, пусть он поможет.
- Так он в случае успеха всю заслугу себе припишет. Мы без палки останемся.
- Тогда операм с городской управы позвони. Иди.

- Алло, Коля, привет! Не помешал? Есть дело, подъезжайте с Андрюхой, обсудим.

Через час мы сидели на лавочке во дворе многоэтажки. Коля с Андреем – опера ОБНОН городского управления были знакомы мне еще со времен моей работы в Центральном районе.
- А чего в кабинете не поговорить? – вопрос этот Коля задал едва вывалившись из машины.
- Ушей посторонних много. Там к дежурному оперу терпилы косяком пошли, не протолкнуться. А тебе что, здесь не разговаривается?
Коля пожал плечами давая понять, что данный вопрос для него не принципиален.
- Рассказывай. – Андрюха пошевелил усами, отчего стал похож на добродушного сома.

Время тянулось медленно. Так всегда, когда чего-то ждешь. Мы с Ленкой сидели у нее на кухне, ждали приезда барыги.
- А он на кухню не попрет? – я нарушил затянувшееся молчание.
- Нет. Чего ему здесь делать? – Ленка затянулась сигаретой и плотней запахнула олимпийку.
- Ну, мало ли…
- Первый, первый, – на столе захрипела рация, - В подъезд зашли мужик с бабой. По описанию похожи на гостей.
- Понял, - откликнулся я и посмотрел на Ленку.
- Вроде, идут. Готова?
- Угу.
В прихожей раздался звонок.
- Гости пришли – выдохнул я в рацию, после чего отключил звук. Не хватало, чтобы еще во время разговора эта шайтан-труба подала голос.
Из коридора послышались голоса. Веселый мужской голос отпускал шуточки. Явный акцент выдавал в говорившем уроженца ближнего зарубежья:
- А ты чего такая грустная, Ленок?
- Кумарю. Привез? Вот деньги.
- Ай, Ленок, хорошо с тобой дэло имэть. Держи лекарство, поправляйся.
- Рустам, у меня завтра клиент может подъехать денежный, если что, сможешь грамм 10 – 15 организовать?
- Ленок, для тэбя – нэ вопрос, хоть сто грамм. Как найти мэня – знаешь.
- Хорошо, пока.
Звук закрываемой двери. В кухню вошла Ленка, еще на ходу показывая белый полиэтиленовый шарик, перекрученный ниткой. Я кивнул, включая радиостанцию:
- Второй, гости пошли к вам, принимайте.
- А зачем ты велел мне поинтересоваться у него сможет ли он завтра мне героин найти? – Ленка, не отрываясь, смотрела на сверток с наркотиком, который она положила на стол.
- Чтобы знать, есть у него еще товар или нет. Хотя бы приблизительно. Видишь, он не просил заранее его предупреждать, а сразу сказал, что найдет. Значит, отрава где-то неподалеку у него спрятана. Хотя, не факт…
Опять захрипела рация:
- Первый, гостей приняли, все нормально, выдвигаемся в отдел.
- Принял, второй. Машину за нами отправите.
- Хорошо.

- Ну что, Рустам, я вижу, на контакт ты идти не желаешь.
- Насяльника, моя твоя не понимай…
- Да и хрен с тобой…
Я перешел в соседний кабинет, где опера ОБНОН беседовали с сожительницей Рустама, вполне себе русской молодой женщиной, выглядевшей старше своих лет.
- Ну, Света, покажешь, где муж героин прячет?
- Какой он мне муж. Так, сожитель. Надоел он мне уже со своей наркотой. Да и бьет постоянно.
- Сама-то не колешься?
- Нет.

- И что мы тут найдем? – Следователь в темноте двора только угадывался, - два часа ночи! А понятых где возьмем?
- Понятых Коля поехал искать. Если что, проституток на Бетонке дернет. Тебе ведь нет дела до их морального облика?
Да, черт побери, пока соблюли все формальности, наступила ночь. А обыск в данном случае – неотложное следственное действие. И вот теперь мы стоим посреди двора одного из домов частного сектора Красноярска, где нам необходимо отыскать наркотики.
- Света, где, ты говоришь, Рустам отраву прячет? - Я повернулся к сожительнице задержанного барыги.
- Сама не участвовала в его захоронках, а замечала, что он частенько в том углу двора роется. Видимо, там у него нычка.
Я посмотрел в ту сторону, куда показала Светлана. Ни пса не видно. Свет во дворе также отсутствует. Если сразу не найдем, придется ждать рассвета и переворачивать весь двор.
С улицы послышался шум подъехавшего автомобиля.
- Коля подъехал с понятыми, сейчас начнем.
Следак ничего не ответил.

Коля умудрился найти студенток в понятые. Это надо талант иметь, чтобы уболтать двух девчонок ехать неизвестно с кем неизвестно куда в два часа ночи. Или мозгов не иметь, чтобы согласиться ехать…

Пластиковая косметичка с увесистым полиэтиленовым свертком нашлась почти сразу. Она была прикопана в углу двора и закидана сверху обломками старой мебели.
- Полкило, не меньше, – довольный Николай взвешивал косметичку в руке, - теперь слово за экспертизой.
По домам разъехались только в шестом часу утра. И вот вам по телефону такое «Здрассьте» от начальства.

- Ты в курсе, что Шварц за твой сбыт премию получил? – Коля достал из холодильника бутылку и потянулся за стопками.
- В курсе.
- А тебе ничего не выписали?
- Коля, ты как будто первый день в уголовке! Спасибо, что выговор не дали! Наливай.

Серия сообщений ""Нетленки"))":
Часть 1 - Стирка. Бытовая зарисовка. (Попахивает шизофренией)
Часть 2 - Фадей. Записки "наркоманского" опера.
Часть 3 - Маша
Часть 4 - Полкило героина. Записки "наркоманского" опера.
Часть 5 - Мойва. Записки "наркоманского" опера.
Часть 6 - Назар. Записки "наркоманского" опера.
Часть 7 - Ксюха - Экскаватор. Записки наркоманского опера
Часть 8 - Улица Станочная. Записки "наркоманского" опера
Часть 9 - Не по плану. Записки "наркоманского" опера

В течение уже довольно длительного времени в наше сознание усиленно внедряется миф о том, что пьянство на Руси – исторически сложившаяся особенность и неотъемлемая часть русской культуры, а точнее, бескультурья. Мы привыкли к тому, что славян считают дикарями не способными ни на что, кроме пьянства и разврата. Нас учили, что до IХ века, т.е. до «призвания варягов», по бескрайним просторам Руси бегали пьяные дикари с дубинами и только после прихода дружины Рюрика начинается собственно Русская история. Через 700 лет история повторяется – погрязшая в пьянстве и дикости Московия реформируется прогрессивным царем Петром, прошедшим обучение в западных странах. Личность Петра Алексеевича и некоторые из его реформ мы рассмотрим далее, а пока остановимся на том, что листая официальную историю России, мы повсюду натыкаемся на упоминания о повальном пьянстве, из чего делается вывод, что проспиртованность русского организма – от природы. То есть пейте, ребята, водочку и не возникайте – так вам на роду написано! А между тем это далеко не так.
Начнем с того, что в письменных источниках, дошедших до нас со времен доваряжской Руси, часто упоминаются меды и вина, но нет упоминаний о пьянстве. Данные напитки употребляются исключительно для веселья и только по праздникам, либо в ознаменование каких-либо памятных событий, а также для жертв богам. Отсюда можно сделать вывод, что пьянство в современном понимании этого слова на Руси не было распространено. Собственно говоря, в письменных источниках вплоть до ХII века не встречается упоминаний о пьянстве. Как указывает известный в прошлом исследователь старины И.Г. Прыжов в своем труде «История кабаков в России в связи с историей русского народа», пьянства у наших предков не было. «Питье не было пороком, разъедающим народный организм. Оно составляло веселье, удовольствие, как это видно из слов, вложенных древнерусским грамотником в уста Владимира (князь Владимир Святой – М.Г.): “Руси есть веселие питии – не может без того бытии”. Но прошли века, - продолжает Прыжов, - и ту же поговорку ученые стали приводить в пример пьянства».
Мне могут возразить: Если пьянство не составляло потребности, то откуда в народных сказаниях и былинах фигурируют емкости громадных размеров, полные «зелена вина», которые былинные герои осушают «единым духом»? На чем основано такое поверье, будто только тот может числиться богатырем, кто способен много выпить? Весьма обстоятельно разработан этот вопрос у русского литературоведа ХIХ в. А.Н. Афанасьева. В своем исследовании автор проводит целый ряд сопоставлений и приходит к выводу, что вино и меды в сказаниях не только древних славян, но и других народов ассоциируются с животворной силой воды, дождя, росы, - оживляющей природу. При подобном освещении фактов вряд ли русские былины, обильно наделяющие своих героев вином и другими напитками, могут служить уликой народного пьянства. Напротив того, эти сказочные свидетельства удостоверяют мифическое происхождение народных героев, которые, имея божественное начало, в то же самое время находятся в тесной связи с жизнью людей и с жизнью окружающей природы. Не будем также забывать о том, что пиво, вино и меды в те времена не имели ничего общего с современным алкоголем. Это были весьма слабоалкогольные напитки, полученные путем кратковременного брожения.
Кроме сказаний имеются также записи летописей, юридические документы. На основании всего этого материала И.Г. Прыжов приходит к выводу, что нигде в Древней Руси не сохраняется указаний на «пьянство» в том смысле, как оно понимается нами теперь. Напротив того, вынесши употребление вина из своей первоначальной родины из страны древних арийцев, славяне с любовью и благодарностью говорят о напитках, уподобляют их божественной влаге, сравнивают с благодатным весенним дождем, пробуждающим природу от смерти. Подобный взгляд несовместим с мрачным характером пьянства, которое топит в вине честь, совесть и счастье своих ближних. По одному этому можно было бы сделать вывод, что неправы те, кто приписывает нашему народу тысячелетнее пристрастие к спиртным напиткам. Более справедлив взгляд летописца на вино как на элемент, возбуждающий веселье.
Я уже упоминал труд И.Г. Прыжова «История кабаков в России в связи с историей русского народа». С Вашего позволения я и далее буду использовать в своей работе этот источник как основной. Анализируя множество Древнерусских источников, Прыжов делает вывод о том, что население Руси жило вольно и в достатке. В древних письменных источниках, например, Русской Правде большое внимание уделяется бортничеству и добыче меда. Весьма тщательно установлены нормы, регулирующие взаимоотношения между общинниками, прописаны санкции за порчу, кражу бортей, меда или пчел. Также установлены размеры таможенных пошлин и податей, уплачиваемых за изготовление пива, медов и т.п., так называемая брашная пошлина. Можно видеть, что изготавливать веселящие напитки не возбранялось никому. То есть люди сами себе варили меды, пиво, готовили вино. Вместе с тем появляются корчмы – места, где собираются члены общины для проведения досуга и, как часть веселья, распитие различных напитков. Необходимо сразу отметить, что корчма не является аналогом кабака или рюмочной. Это было нечто вроде клуба, где принимались важные для общины решения, разбирались жалобы, судили, оглашали княжескую волю. Содержали корчму как правило женщины и в сказах и преданиях славян корчма и корчмарка упоминается с теплом и благодарностью, чего нельзя сказать о появившихся позже кабаках и кабатчиках. Посещалась корчма и мужчинами и женщинами на равных правах.
С ХII – XIII веков наблюдается упадок развития Руси, совпавший по времени с нашествием татаро-монгольских орд. Сейчас много мнений было иго или нет, это не является предметом моего исследования. Бесспорно одно: Русской земле был нанесен огромный ущерб. Вот что пишет известный юрист и общественный деятель конца ХIХ-начала ХХ в. Д.Н. Бородин в своей книге «Кабак и его прошлое»: «Пышный расцвет культуры юго-западной Руси сменился застоем. Школы опустели, письменность пала, нравы одичали. Наряду с неуважением личности является раболепство перед высшими и грубое насилие над слабыми (ничего не напоминает? – прим. мое). Разбой, грабежи на больших дорогах, пытки и казни в судах, полная деморализация и разорение – вот те неблагодарные элементы, которые бродили в расшатанном строе древней русской жизни, способствуя одичанию и пьяному разгулу».
Как видим, пьянство появляется тогда, когда принижается самосознание народа, когда занижается самооценка человека, происходит падение культурного уровня социума. Не это ли мы можем наблюдать сейчас, когда в стране уничтожена система образования, человеку внушается, что от него ничего не зависит и что сидящие «наверху» дяди лучше знают что требуется для живущих в стране людей. Когда наглядно и цинично демонстрируется, что такие институты народовластия как свободные выборы парламента и главы государства подконтрольны и итог их будет таким, каким потребуется власть предержащим. Но об этом позже.
Схлынула волна татарских полчищ, и южная Русь, как наиболее пострадавшая от губительного нашествия, мало-помалу сходит с политической авансцены и центр силы и власти постепенно переходит в северные княжества. Между ними ведутся сражения, разыгрываются интриги имеющие целью одно – верховную власть. Со временем образуется центр, куда стягиваются все разрозненные силы государства. Это Москва. Возвышение Москвы в народном предании связывается с противозаконием, преступлениями и кровью. В данном случае это не простой вымысел досужей фантазии, а выражение общего гнетущего чувства народного неудовольствия Москвой. Как пишет русский филолог и искусствовед ХIХ в. Ф.И. Буслаев – Москва «всегда пользовалась антинациональными средствами для своего возвышения», опираясь на хитрость и ловкость князей. Московские князья никогда не брезговали никакими средствами для пополнения казны. В предыдущей статье я писал, что с падением национального самосознании вызванного иноземным нашествием, среди русских людей появляется пьянство. А это источник дохода для князя! Постепенно продажа водки монополизируется государством и с тех пор пьянство народное начинает прогрессировать, несмотря на протест некоторых лучших представителей духовенства. Дошедшие до нас письменные источники монгольского периода отражают, что чем больше становилось запустение земли Русской, тем больше в людях брали верх низменные инстинкты. Разгул насилия, разбоев и святотатства достиг невиданных ранее размеров. И, как неотъемлемая часть всеобщего падения нравов – пьянство. Существенно изменяется взгляд на вино в сказаниях. Теперь это не веселящий дар богов, а дьявольское зелье, употребляемое врагом человека на его погибель.
В 1389 татарские ханы, которые, кстати, как ни странно, не рассматривали продажу спиртного как источник наживы, «всяких крепких напитков употребление и продажу накрепко запретили». Действовало это до 1547 года, когда царь Иоанн грозный выстроил для своих опричников кабак на Балчуге в Москве. Но на тот момент русские люди отвыкли от употребления вина и преемник Ивана IV царь Федор Иоаннович был вынужден кабак закрыть; Но уже следующий царь Борис Годунов, не желая лишать государство дохода, велел вновь выстроить кабак. Народ, хотя и роптал, но уже меньше, и впоследствии, Москва задала тон всему русскому пьянству. Надо сказать, что Иоанн Васильевич, построив кабак, одной Москвой не ограничился и с 1555 года предписал заводить царевы кабаки по всей Московии. Нельзя не упомянуть о том, что продажа вина была ограничена количеством, временем и сословиями, которым было разрешено продавать вино. Была определена мера, больше которой нельзя было продать в один день вина одному человеку. В посты и еженедельные постные дни продажи вина не было и кабаки запирались. Это постановление существовало до 1698 г., когда Петр Великий ограничил запрещение продажи вина одной страстной неделей.

Новая страничка на моем сайте

1.

Серия сообщений "Моя Сибирь":

Мой сайт, рассказывающий о Сибири и о городе Красноярске.

Часть 1 - Мой сайт
Часть 2 - Песчаные скульптуры. Сайт "Моя Сибирь"
Часть 3 - http://mysiberia.ru/tatysh/
Часть 4 - Зоопарк "Роев ручей". Моя Сибирь

В общем, давно это было... Так давно, что уже мало к то об этом помнит. Да и было
ли... Наверное, было, потому что старики рассказывают, а они уж врать не будут...
Жила-была на свете красна девица. Звали ее... неважно как звали, пусть будет Маша... И лицом
она была пригожа, и стан тонкий как березка, только не везло ей в личной жизни. Работала она
администратором в казино и поэтому домой возвращалась уже под утро, уставшая и ко всему
равнодушная...

И вот, в одно из таких возвращений приключилось с ней следующее:
Летним утром светает рано, птички щебечут, воздух еще не изгажен автомобильными выхлопами. И
в такое утро Маша шла домой на ул. Щорса. В голове у стало ворочались обыденные мысли:

"правая туфля трет; о! какой котенок; интересно, сегодня позвонит или нет?; надо домой
стирального порошка купить..."
С этими мыслями она зашла в подъезд. Следом за ней заскочил мужчина неприметной внешности,
одетый, несмотря на летнее время в плащ.
Сил у Маши не оставалось уже на то, чтобы обратить на него внимание, да и вообще факт
присутствия незнакомого мужика рядом с ней отмечался лишь на уровне подсознания...
С протяжным стоном разъехались в стороны дверцы лифта. Маша зашла в провонявшую скисшей
мочой кабину. Следом втиснулась фигура в плаще.
- Мне на девятый, - машинально сказала девушка и, сочтя молчание собеседника за согласие
ехать туда же, нажала кнопку. Двери закрылись и кабина, натужно завывая, двинулась вверх.
"А чего дома пожрать-то?" Мысли девушки прервал незнакомец, который нажал кнопку "Стоп".
Мария тупо уставилась на незнакомого невзрачного мужичка неопределяемого возраста, силясь
сквозь пелену усталости понять для чего он остановил лифт. Мужичонка развернулся к ней и
распахнул плащ под которым из одежды на нем было только ничего.
"Надо было хоть колбасы купить" - промелькнула вялая мысль. Маша перевела непонимающий
взгляд с хозяйства, которое так навязчиво демонстрировал ей мужичок на его лицо.
- Чего тебе, - поинтересовалась она.
- Как чего? - сердито запыхтел мужичок, - щас трахну тебя здесь... И он сделал шажок к ней.
Маша перевела взгляд на демонстрируемое ей хозяйство, которое находилось в состоянии,
которое сложно назвать боевым...
- Ну ты, конечно, напугал меня... вялым членом, - язык Маши, казалось жил самостоятельной
жизнью, - давай уж ко мне подымемся, у меня кровать есть...
Плащ запахнулся, маньяк озадаченно уставился на жертву. Такого в его практике еще не было.
Обычно женщины начинали истошно визжать, или наоборот, испуганно затихали. От них веяло
страхом, который он ощущал физически. Именно это чувство страха жертвы перед ним, чувство
своего превосходства перед слабой, насмерть перепуганной женщины и возбуждало его. Здесь он
не чувствовал страха. Поэтому испугался сам. Запахнувшись, он нервно ткнул пальцем в кнопку
первого этажа.
Лифт послушно двинулся вниз.
- Слышь, мужик, - Маша перешла в наступление, - так мы ко мне едем или нет? У меня, правда к
чаю ничего нет, но ведь мы не чай едем пить...
Маньяк с грохотом протиснулся в едва приоткрывшиеся двери лифта и кинулся бежать к выходу из
подъезда.
Только потом, нежась в горячей ванне, Маша осознала что произошло в лифте и ей стало по
настоящему страшно...

Серия сообщений ""Нетленки"))":
Часть 1 - Стирка. Бытовая зарисовка. (Попахивает шизофренией)
Часть 2 - Фадей. Записки "наркоманского" опера.
Часть 3 - Маша
Часть 4 - Полкило героина. Записки "наркоманского" опера.
Часть 5 - Мойва. Записки "наркоманского" опера.
...
Часть 7 - Ксюха - Экскаватор. Записки наркоманского опера
Часть 8 - Улица Станочная. Записки "наркоманского" опера
Часть 9 - Не по плану. Записки "наркоманского" опера

http://mysiberia.ru/sculpture/

Серия сообщений "Моя Сибирь":

Мой сайт, рассказывающий о Сибири и о городе Красноярске.

Часть 1 - Мой сайт
Часть 2 - Песчаные скульптуры. Сайт "Моя Сибирь"
Часть 3 - http://mysiberia.ru/tatysh/
Часть 4 - Зоопарк "Роев ручей". Моя Сибирь

Случилось это когда я работал в Уголовном розыске одного из районных управлений внутренних дел г. Красноярска. Занимался я наркотиками, точнее, их распространителями. Дело довольно хлопотное, так как некоторые законы нашего государства имеют свойство противоречить друг другу, а нарушать ни один из этих законов нельзя. А начальство требует «галку» в отчете ежедневно, причем сопровождая эти требования ритуальными плясками и заклинаниями вроде «выговор», «лишу премии» и т.п. Да-с.
Но в тот день никаких мероприятий мы с напарником не планировали. Я дежурил по району и, соответственно, течении суток находился в распоряжении оперативного дежурного, который мог отправить меня в любой момент на какое-либо происшествие. Старший опер и, так как на линии наркотиков нас было всего двое, он же мой напарник, которого все звали Иваныч, с сосредоточенным видом гонял по экрану монитора «коников», то бишь играл в «Героев меча и магии». Я, радуясь небольшой передышке между выездами, заваривал чай. Хлопнула дверь и в кабинет влетел Серега, опер с линии имущественных преступлений.
- Сидите, ни хрена не делаете? – он плюхнулся на стул и с победным видом оглядел нас. Иваныч даже бровью не повел в его сторону, я наливал кипяток в кружку и также не реагировал на его выпад.
- А я Фадея сейчас видел на станции – продолжал Серега, нимало не смутившись нашим молчанием.
Весть о том, что он видел одного из наркоманов и, по совместительству, «барыгу» - торговца наркотой, нас не впечатлила. Фадея мы также видели неоднократно, но «торпеды» - наркомана, который согласился бы провести у него проверочную закупку наркотиков, у нас пока не было и Фадей временно гулял на свободе.
- Ну и что дальше? – поинтересовался я – Фадей согласился тебе «стучать»? Или угостил тебя героином?
- За Чику с ним разговаривали – Серега опять выжидательно замолчал. Чика – наркоман, кореш Фадея, на днях был арестован за какую-то кражу и сидел в нашем изоляторе временного задержания.
Эта весть также не произвела на нас никакого впечатления. Серега нетерпеливо заерзал:
- Я чего думаю: может сказать Фадею, что Чика попросил ему героина передать через меня, а вы его хлопнете с этим героином?
Надо заметить, что со сбытом наркотиков опера других отделений сталкиваются редко, а потому представления о том, как поймать наркобарыгу с поличным у них самые общие.
- И как ты ему сбыт будешь доказывать? – я оторвался от созерцания заваривающегося чая, - своим честным словом?
Серега смущенно перевел взгляд на Иваныча, который издал звук, схожий с хрюканием саркастичного поросенка и продолжал гонять «коников».
- А чего? Он же мне передаст отраву, а по закону любая передача наркотика другому лицу уже есть сбыт…
- А он скажет, что ничего тебе не передавал, наркотики твои, а ты его оговариваешь, потому что хочешь посадить. Такой расклад устраивает?
- Нет.
Серега смущенно притих.
- Вот если бы ты уговорил его продать тебе героин, тогда другой разговор… Деньги – это доказательство. Только какой идиот будет продавать отраву менту? Хотя…
Я отхлебнул чаю. Фадей – наглый тип, возможно, что он оборзел уже до такой степени, что перестал видеть берега. Тогда есть вероятность, что жадность его возьмет верх над здравым смыслом. К тому же Фадей знает, что Серега не «наркоманский» опер.
- Попробуй, поговори с Фадеем, что он скажет.
Серега счастливо улыбнулся и убежал из кабинета.
Вечером, приехав с очередного происшествия, я зашел в кабинет. У Иваныча была физиономия кота, наведавшегося в крынку со сметаной.
- Ну чего у нас интересного? – поинтересовался я.
- Завтра после того, как сменишься с дежурства, не торопись домой. – Иваныч цвел и пах, - Фадея сажать будем.
- Чего, он Сереге продаст отраву? – удивился я.
Улыбка Иваныча стала еще шире.
- М-да, вот уж действительно, жадность фраера погубит. А ты уверен, что он продаст?
- Нет. – Иваныч был невозмутим, - завтра и посмотрим. С утра стрелку назначил.
- Ну-ну.
Утром, после ритуальных причитаний начальника управления, которые именовались передачей дежурной смены и состояли в основном из слов «бесполезно», «никто ничего не делает» и сетований что «никто палец о палец», я сидел кабинете. Распахнулась дверь и в проеме появился запыхавшийся Иваныч.
- Как успехи? – я заинтересованно наблюдал за напарником.
- Взяли Фадея, надо ему личный досмотр делать, деньги изымать. Может, при нем еще наркота есть. – Иваныч был по-деловому взъерошен, - Он у имущественников в кабинете, ищи понятых и досматривай его.
Я отправился в кабинет оперов имущественного отделения, прихватив с собой бланки протоколов личного досмотра. В коридоре маялся Квадрат – местный наркоман, который оказывал мелкие услуги операм. За это на его пристрастие к героину опера смотрели скозь пальцы и даже выручали от ППСников, которые норовили иногда не совсем честно выполнить план по преступлениям.
- Андрюха, здорово! Пошли со мной, понятым побудешь, все равно без дела трешься, хоть пользу родине принесешь.
Не задавая лишних вопросов Квадрат отклеился от подоконнника и посеменил за мною по коридору. Не знаю почему у него появилась эта кличка, тощей и сутулой фигурой Квадрат больше напоминал крючок.
В кабинете имущественников царило оживление. Посреди кабинета стоял стул, на котором возмущенно подпрыгивал Фадей. Руки его были скованы сзади наручниками, дополнительно его свободу ограничивал Леха – один из оперативников, который удерживал Фадея за плечо от чрезмерного выражения эмоций. Но рот барыге никто не закрывал и, пользуясь этим, Фадей высказывал свое отношение к правоохранительной системе, причем пользовался он исключительно нецензурным лексиконом.
- Андрюха, - увидев Кадрата взвыл Фадей, - смотри что, суки, творят! Руки ломают, деньги меченые подкидывают!
- Тебе что, прежде чем подкинуть показали что подкидывают? – спокойно поинтересовался я.
Несколько сбитый с толку Фадей на секунду притих, соображая.
- А чего еще вы, суки, можете подкинуть!? – заблажил он вновь, - только невинных хватать и можете, настоящие преступники на воле гуляют! Ыыыыы!
- Ну, вообще-то обычно наркоманы орут, что им наркотики подкинули, - я невозмутимо заполнял графы протокола личного досмотра, - а тебе почему-то деньги вдруг…
Фадей осекся, после чего решил сменить пластинку:
- а я откуда знаю что вы мне там подкинули-ы-ы!!!Су-у-уки-и-и-и!!
В кабинете находился еще один мужчина, который круглыми от удивления глазами смотрел на весь этот цирк. Понятно было, что этот человек к милиции не имел никакого отношения, поэтому я поинтересовался у него не согласится ли он побыть понятым при личном досмотре Фадея.
- Да-да, конечно, - торопливо закивал мужчина.
Ну что, Фадей, - я перевел взгляд на барыгу, - есть наркота с собой, оружие или другие запрещенные в свободном обороте предметы?
Из возмущенного клекота Фадея выходило, что он чист перед законом.
- Ну давай посмотрим что у тебя в карманах.
- Су-у-уки-и-и-ы-ы-ы! – вновь заголосил Фадей.
Из заднего кармана джинс я извлек скомканые купюры. Фадей шипел и извивался:
- подкинули! Не мое это!
- Так и запишем: подкинули, - я тщательно зафиксировал происходящее в протокол, - понятые, внимание, сейчас я освещу изъятые купюры источником ультрафиолетовых лучей, следим за происходящим.
В лучах специальной лампы купюры светились мертвенным зеленоватым светом.
Что это? – спросил мужчина-понятой.
- Это светится порошок, которым помечены данные купюры. Если кто-нибудь возьмет их в руки, то частицы порошка останутся на его руках. Вот сейчас мы и посмотрим побывали они в у Фадея в руках или нет.
Фадей уже только скрежетал гнилыми пеньками зубов и мрачно вращал глазами. Квадрат старательно делал вид, что Фадея он не знает. Я осветил кисти рук задержанного лампой. От пальцев и ладоней исходило уже знакомое зеленоватое сияние.
- Ну что, Фадей, подкинули, говоришь?
Фадей злобно пыхтел. Я закончил писать протокол и передал понятым для ознакомления.
- Подписывать-то протокол будешь?
Фадей угрюмо отвернулся.
- Ну, не хочешь – как хочешь. Понятые, прошу засвидетельствовать, что задержанный от подписи отказался.
Понятые по очереди подписали протокол.
***
Спустя несколько недель начальник розыска вручил нам с Иванычем повестки в суд по делу Фадея.
- И понятых тоже в суд, судья просил, - начальник посмотрел на Иваныча, тот перевел взгляд на меня.
- Квадрата доставим, а где второй понятой – я не знаю, пускай его приставы ищут.
- Ну и хорошо. - Начальственный взгляд вновь уткнулся в бумагу.
***
- А чего мне говорить? – этот вопрос Квадрат мне задал уже, наверное, раз третий, пока мы возле дверей ожидали вызова в зал суда.
- Что было - то и говори. Андрюха, ты как будто первый раз в суде! – я на скрывал своего раздражения.
- Так ведь сейчас не меня судят! – Квадрат возмущенно вскинул голову.
В зале суда царила сонная скука. Фадей вяло отбрыкивался от предъявляемых ему обвинений, прокурорский боролся со сном, будучи уверенным в доказательствах вины подсудимого, адвокат не менее вяло изображал защиту. Всем было понятно, что Фадей усядется на нары. Формально допросив меня, в зал вызвали Квадрата. Увидев его, Фадей ожил.
- Андрюха! – Фадей ухватился за прутья решетки, ограждавшей скамью подсудимых, - Скажи им что мне все подкинули! Били меня!
Фадей всхлипнул от внезапной жалости к самому себе. В данный момент он сам искренне верил в правдивость своих слов. Квадрат медленно повернулся к Фадею и пару секунд пристально разглядывал его.
- Сказать что подкинули? – Квадрат задохнулся от возмущения, - А помнишь, как меня ломало, когда я пришел к тебе и попросил уколоться в долг?! Куда ты меня послал? А теперь я тебя выгораживать должен?! Нет уж!
Квадрат повернулся к судье: - Все скажу как было!
Фадей, изумленно раскрыв рот, стекал по решетке, судья, сотрясаясь от беззвучного смеха, сполз под стол. Прокурорский, выйдя из сонного коматоза остолбенело уставился на Квадрата, который стоял на трибуне с видом решительным и непреклонным. Адвокат и конвоиры старались смеяться потише, а присутствующие в зале стонали от смеха. Занавес.

Серия сообщений ""Нетленки"))":
Часть 1 - Стирка. Бытовая зарисовка. (Попахивает шизофренией)
Часть 2 - Фадей. Записки "наркоманского" опера.
Часть 3 - Маша
Часть 4 - Полкило героина. Записки "наркоманского" опера.
...
Часть 7 - Ксюха - Экскаватор. Записки наркоманского опера
Часть 8 - Улица Станочная. Записки "наркоманского" опера
Часть 9 - Не по плану. Записки "наркоманского" опера

В общем, день не предвещал ничего плохого. С утра я откатал один маршрут, второго в этот день мне не запланировали, так что с обеда я оказался свободен. Данный факт меня не сильно опечалил и, придя домой и пообедав, я обратил свой задумчивый взор на стиральную машинку, полную барахла, требующего немедленных гигиенических процедур. Тщательно взвесив все "за" и "против", я пришел к выводу, что чистых вещей надолго мне не хватит, а значит, надо браться за стирку...
Должен сказать, ради полноты картины, что данную халабуду я снял недавно. Хозяйка предупредила меня, что машинка старая, с закидонами. Тогда я сильно внимания на это не обратил, тем более, со слов хозяйки, основные свои функции она выполняет. Поэтому, захлопнув дверцу и засыпав порошок в емкость, которая показалась мне наиболее для этого подходящей, я смело нажал "Пуск" и погрузился в виртуальное пространство всемирной паутины...
Машинка трудолюбиво загудела, из ее недр донеслось чвакание мокрых тряпок, перемешиваемых в барабане... Поскольку подобные звуки являются неотъемлемым акустическим сопровождением любой стирки, я внимания на них не обращал и вскоре вообще забыл о процессе санобработки вещей... Как мне сейчас кажется, детище известной корейской компании только этого и добивалось. Из дебрей интернета меня извлек звук зуммера, издаваемый электронно-механической прачкой. Взглянув на табло, я увидел ехидно помаргивающий символ, который несомненно что-то обозначал, но что именно - неизвестно. Не мудрствуя лукаво, я отключил питание, после чего запустил процесс стирки по новой. Тяжело вздохнув от проявления такой бестолковости, агрегат взялся за процедуру заново...
Через некоторое время я обратил внимание, что звуки, доносящиеся до меня не совсем соответствуют моим представлениям о стирке. Гудение аппарата было похоже на тяжелое мычание высоковольтного трансформатора. Подойдя к машине я обратил свой взор на информационную панель, откуда следовало, что процесс стирки идет полным ходом...
- Ты издеваешься, - поинтересовался я у металлического ящика.
- Ну, вообще тебя предупреждали... - донесся ответ воображаемого собеседника, говорящего от имени машинки.
- М-да... Что, воду хоть сольешь, - со слабой надеждой поинтересовался я.
- Не знаю-не знаю, - на панели запульсировал красный светодиод.
- Ну, давай попробуем...
Я переключил режим на "Слив". Взвыл моторчик насоса, но ожидаемого хлюпания сливаемой воды не услышал

- Хе-хе... думаешь легко отделаться? - в диодах панели светилось торжество, - хреночки тебе, будешь в трусах ходить...
Я, не обращая внимания на ехидство агрегата, размышлял над тем, как мне извлечь вещи из вредного творения рук человеческих. Дверца не открывалась, будучи блокированной электроникой и перед моим мысленным взором все более четко очерчивались контуры молотка.
- Но-но, - видимо мысли отразились у меня на лице, - ломать меня благословения от хозяйки не было... - явно забеспокоилась вредина.
Я, в очередной раз тяжело вздохнув, начал припоминать все, что мне доводилось слышать или читать о ремонте зловредных аппаратов. Машинка выжидательно помалкивала. Немного порассуждав на тему аварий различных механизмов, я пришел к выводу, что подобные случаи производитель должен был учесть, а значит, должен быть какой-то клапан для слива воды. Клапан нашелся в самом низу корпуса... Машинка тихо торжествовала... Легкая досада от того, что путь к решению проблемы был мною так быстро найден, сменилась радостным предвкушением потопа, который неизбежно начнется, стоит мне лишь слегка приоткрыть клапан...
Перспектива затопления меня не прельщала, поэтому необходимо было что-то придумать, дабы свести нежелательные последствия к минимуму. Я взялся за углы машинки и стал отодвигать ее от стены.
- ты чего задумал?, - забеспокоилось проблемное железо. Я, кряхтя, двигал тяжелую тумбу не обращая внимания на ее вопросы.
- Тебя хозяйка кастрирует, - еще ничего не понимая, но решив на всякий случай подстраховаться, заныла ехидина.
- Пусть тебя моя интимная жизнь не беспокоит, - я оценил взглядом расстояние от машинки до стены, - с тобой я трахаться все равно не буду.
- Но ведь трахаешься же... привела машина как ей казалось неопровержимый аргумент.
- Один раз - не пи...рас, тем более по незнанке не считается, - я одним движением завалил агрегат назад примерно на 60 градусов. Вода, повинуясь закону всемирного тяготения, собралась у задней стены стирального барабана. Дальнейшее происходило уже под обиженное пиликанье сигнального зуммера и демонстративное фырканье проигравшего механизма (все-таки женского рода). Слив основную часть воды в тазик, я решил проблему с блокировкой дверцы, после чего завершил процесс стирки вручную (вспомнилась армия). Остатки воды удалил через тот же клапан, но уже хватило обычной тряпки, поэтому потоп был отложен на неопределенное время. Машинка стоит отключенная и вынашивает план мести, а вещи сохнут уже третий день... Вот как-то так..

Серия сообщений ""Нетленки"))":
Часть 1 - Стирка. Бытовая зарисовка. (Попахивает шизофренией)
Часть 2 - Фадей. Записки "наркоманского" опера.
Часть 3 - Маша
...
Часть 7 - Ксюха - Экскаватор. Записки наркоманского опера
Часть 8 - Улица Станочная. Записки "наркоманского" опера
Часть 9 - Не по плану. Записки "наркоманского" опера

Милости прошу посетить мой сайт посвященный Сибири и городу Красноярску: http://mysiberia.ru/

Серия сообщений "Моя Сибирь":

Мой сайт, рассказывающий о Сибири и о городе Красноярске.

Часть 1 - Мой сайт
Часть 2 - Песчаные скульптуры. Сайт "Моя Сибирь"
Часть 3 - http://mysiberia.ru/tatysh/
Часть 4 - Зоопарк "Роев ручей". Моя Сибирь

Всяко бывало. Читаем публикации))