Кама Гинкас: «…Кто-то кого-то убил на мосту рядом с Кремлем»
Знаменитый режиссер — о нерве времени, смысле протеста и о том, стоит ли вообще «заморачиваться»...

Фото: РИА Новости/Сергей Пятаков
...В последние годы я стал мало читать. Только по делу и очень избирательно. А тут вдруг Ирина Уварова присылает книгу Юлия Даниэля, две старые его повести.
Одна из них — скандальная, вышедшая на Западе в советское время и повлекшая за собой процесс Синявского — Даниэля: повесть «Говорит Москва», а вторая, совсем мне не известная, — «Искупление».
Прочел я эти две повести, и меня не то что захватило, — ударило. Ошеломило. Просто вышибло. Помните, про что история? Вроде как анекдотическая.
Обычная, может, даже интеллигентная, легкомысленно существующая, выпивающая, травящая анекдоты, баб трахающая и интригующая между собой молодежь — вдруг на одной из вечеринок слышит объявление по радио: через месяц или два назначается День открытых убийств. Народ сначала, естественно, не понимает, как это может быть. Конечно, о том, что где-то кого-то почему-то расстреливали, вроде все знали, но.. «День ОТКРЫТЫХ убийств» звучит как-то уж слишком. Народ даже пытается юморить по этому поводу. Времени до этого Дня еще много. Так что можно продолжать жить, как жили: выпивать, дурака валять, ходить на работу. Но чем ближе дата, тем явственнее чувствуется: вокруг что-то происходит. С каждым днем на улице все меньше и меньше народу, люди как-то стараются друг с другом не встречаться. Причем в указе четко сказано: нельзя убивать детей, милиционеров, вагоновожатых, грабить нельзя, еще чего-то нельзя...
____________________________
То есть убийства разрешены не все и в строгих временных ограничениях.
___________________________
Далее